РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 ноября 2017 года в г. Новом Уренгое Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Сметаниной О. Ю., при секретаре Куц С. Н., с участием представителя истицы Реберга Д. В., ответчика ФИО1, представителей ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3587/2017 по иску ФИО3 А.к. к ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1, ФИО5 о возмещении ущерба, судебных расходов, ссылаясь на то, что 31 марта 2017 года в городе Новом Уренгое произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств «Хёндэ Элантра» («государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]»), принадлежащего истице, и «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]»), принадлежащего ФИО5 и под управлением ФИО1 Виновником в данном дорожно-транспортном происшествии был признан ФИО1 Автомобиль истицы в результате указанного ДТП получил механические повреждения. Стоимость восстановительного ремонта автомашины истицы составила 181.200 рублей, согласно заключению ООО «Новоуренгойская оценочная компания», за составление которого истицей оплачено 7.000 рублей. Гражданская ответственность владельца автомобиля «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]») на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была. В связи с этим истица просила взыскать с собственника транспортного средства ФИО6 и водителя ФИО6, в счёт возмещения материального ущерба 181.200 рублей, расходы по оплате услуг оценщика в размере 7.000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в общем размере 30.000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 5.164 рубля (л. д. 2).

Определением Новоуренгойского городского суда от 2 октября 2017 года производство по делу в части исковых требований к ФИО5 о взыскании ущерба в размере 181.200 рублей и судебных расходов, прекращено ввиду отказа истца от иска в данной части. ФИО5 исключена из числа ответчиков по делу (л. 

<

...>).

Таким образом, в рамках настоящего дела рассматриваются лишь исковые требования в части взыскания вышеперечисленных сумм с ФИО1.

В судебное заседание истица ФИО3 не явилась, дело просила рассмотреть в её отсутствие, с участием представителя Реберга (л. д. 5), что суд находит возможным.

Представитель истицы – адвокат Реберг Д. В. (действующий на основании ордера [суммы изъяты] от ДД.ММ.ГГГГ) на удовлетворении исковых требований к ФИО6 настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнительно указал, что дело об административном правонарушении в отношении ФИО6 было прекращено судом ввиду истечения срока привлечения к ответственность, что не указывает на отсутствие вины ФИО6 в ДТП, стороной ответчика также не представлено доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины ФИО6 в ДТП. Версия стороны ответчика о том, что ФИО6 не имел возможности избежать столкновения ввиду внезапного перестроения автомобиля, под управлением ФИО3, опровергается доказательствами, собранными по делу, в частности, экспертным заключением, а также схемой происшествий, на которой отсутствует указание на следы торможения транспортных средств. Доводы о заинтересованности эксперта в исходе дела являются голословными и не соответствуют действительности.

Ответчик ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что виновником ДТП является водитель автомобиля «Хёндэ Элантра» («государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]»), с его стороны нарушения Правил дорожного движения не допущено. До того момента, как произошло ДТП, он двигался на автомобиле «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]») по 

<

адрес> в городе Новом Уренгое с разрешённой скоростью, впереди него, но по правой полосе двигался автомобиль «Хёндэ Элантра» («государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]»). Затем, неожиданно для него, водитель автомобиля «Хёндэ Элантра» («государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]») резко повернул налево и резко снизил скорость, расстояние между ними было небольшое, поэтому он применил экстренное торможение и принял левее, но состояние дорожного полотна и минимальное расстояние между автомобилями не позволило избежать столкновения. Полагает, что водителем «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]») нарушены п.п. 8.1, 8.4 Правил дорожного движения.

Представитель ответчика ФИО2, допущенный к участию в деле в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению в полном объёме. В обоснование своей позиции изложил доводы, содержащиеся в письменных возражениях, приобщённых к материалам гражданского дела (л. д. 87-91). Дополнительно указал на то, что заключение судебной экспертизы должно быть признано недопустимым доказательством, поскольку данное заключение не соответствует требованиям закона, имеет множество неточностей и противоречий.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании от 2 октября 2017 года показал, что он является инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по г. Новому Уренгою. В марте 2017 года в городе Новом Уренгое на пересечении улиц Таёжной и Магистральной произошло ДТП с участием автомобиля «Нива Шевроле», под управлением ФИО6 и «Хёндэ Элантра» под управлением ФИО3, оформлением которого он занимался, он составлял схему происшествия. Оба водителя поясняли, что они двигались в попутном направлении, «Хёндэ» впереди, «Нива» позади, ни о каких маневрах и перестроениях, транспортных средств, послуживших причиной ДТП, ни водитель «Нивы», ни водитель «Хёндэ» ничего не говорили. Водитель ФИО6 говорил о том, что водитель ФИО3 резко затормозил по непонятной для него причине, более адекватно объяснить причину ДТП ФИО6 не смог. Он разъяснил ФИО6, что тот должен был выбрать безопасную скорость движения, на что ФИО6 ответил, что он с ним не согласен и всё.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании от 2 октября 2017 года показал, что в момент ДТП он управлял транспортным средством «Хёндэ Элантра» («государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]»), он ехал по направлению в аэропорт, ехал по левой полосе, прямо, никуда не сворачивая и не перестраиваясь. Ни впереди, ни слева, ни справа от него других транспортных средств не было.

Допрошенный, в порядке ст. 187 ГПК РФ, в судебном заседании эксперт ФИО7 по существу экспертизы дополнительно пояснил, что указание в исследовательской части заключения в исходных данных неверного государственного знака автомобиля «Шевроле Нива» является технической опиской. Также ошибочно указано, что ДТП произошло в тёмное время суток. Вывод по третьему вопросу о том, что в материалах дела отсутствуют данные о нарушениях со стороны водителей каких-либо ПДД, поэтому ответить на вопрос не представляется возможным, не противоречит выводу по второму вопросу о том, что вероятно со стороны водителя «Шевроле Нива» имелось нарушение п. 10.1 ПДД РФ, поскольку в третьем вопросе он имеет ввиду юридический аспект установления нарушения ПДД РФ, а во втором высказывает суждение о нарушениях с технической точки зрения. В исследовательской части по четвёртому вопросу, указывая на автомобиль «Хёндэ Элантра», как на препятствие для движения автомобиля «Шевроле Нива», он не имеет ввиду возникновение автомобиля «Хёндэ Элантра», как неожиданно появившейся помехи, а описывает общую дорожную картину, предшествующую ДТП. Кроме того, причина, по которой он не смог определить момент возникновения данной опасности и причину её возникновения, является тот факт, что ФИО6 переместил свой автомобиль с места столкновения, поэтому не представилось возможным определить взаимное расположение автомобилей перед столкновением. 

Заслушав участников судебного заседания, показания свидетелей, эксперта, исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из судебных постановлений и материалов дела, 31 марта 2017 года на 

<

адрес> в городе Новом Уренгое произошло столкновение принадлежащего ФИО3 автомобиля «Хёндэ Элантра» («государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]»), под управлением ФИО3 с автомобилем «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]»), принадлежащим ФИО6 и под управлением ФИО6. Перед столкновением автомобили двигались в попутном направлении, автомобиль ФИО3 – впереди, автомобиль ФИО6 – сзади, столкновение произошло на полосе, предназначенной для движения указанных транспортных средств в выбранном ими направлении, ближе к центру перекрёстка с круговым движением.

В результате ДТП транспортные средства участников ДТП получили механические повреждения.

Обязательная гражданская ответственность владельца транспортного средства «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]») за причинение вреда здоровью, имуществу третьих лиц при управлении транспортным средством на момент ДТП застрахована не была.

Постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по г. Новому Уренгою ФИО13 от 31 марта 2017 года по факту ДТП ФИО6 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, в постановлении указано на нарушение ФИО6 п.п. 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (ПДД), выразившееся в том, что ФИО6 не учёл месторасположение и дорожные условия, особенности и состояние транспортного средства.

Решением начальника ОГИБДД ОМВД России по г. Новому Уренгою от 16 апреля 2017 года указанное постановление от 31 марта 2017 года оставлено без изменения, жалоба ФИО6 – без удовлетворения.

Решением судьи Новоуренгойского городского суда от 5 июня 2017 года постановление инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по г. Новому Уренгою от 31 марта 2017 года и решение начальника ОГИБДД ОМВД России по г. Новому Уренгою от 16 апреля 2017 года оставлены без изменения, жалоба ФИО6 - без удовлетворения.

Решением судьи суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24 августа 2017 года по жалобе ФИО6, постановление инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по г. Новому Уренгою от 31 марта 2017 года, решение начальника ОГИБДД ОМВД России по г. Новому Уренгою от 16 апреля 2017 года и решение судьи Новоуренгойского городского суда от 5 июня 2017 года в отношении ФИО6 отменены, производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. При этом суд пришёл к выводу, что при вынесении данных постановлений допущены существенные процессуальные нарушения, а в связи с истечением срока давности вопрос о вине обсуждаться не может.

В соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ, причинённый в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 названного кодекса).

В силу положений ст. 1064 этого же кодекса вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине (пункт 2).

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

Из приведённых положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что причинитель вреда считается виновным до тех пор, пока не докажет отсутствие своей вины.

В рамках дела об административном правонарушении вопрос вины или невиновности, именно в дорожно-транспортном происшествии, не разрешается. При разрешении дел по главе 12 КоАП РФ вопрос вины в ДТП не выясняется, так как это не входит в предмет доказывания в силу ст.ст. 24.1 и 26.1 КоАП РФ. Поэтому в рамках КоАП РФ лица привлекаются за сам факт нарушения того или иного пункта ПДД РФ, а не за факт дорожно-транспортного происшествия.

Даже если виновник аварии не был привлечён к административной ответственности, водитель поврежденной машины имеет право на компенсацию. Её можно взыскать в рамках гражданского процесса. В данном случае госавтоинспекция в пределах установленного срока давности привлечения к административной ответственности не смогла решить вопрос о виновности конкретного участника ДТП. 

Из установленных судом обстоятельств следует, что вред истице причинён в результате наезда ответчиком на автомобиль истицы.

Ответчик ФИО6, не признавая исковые требования, указывал на то, что его вины в данном ДТП нет, виновным в ДТП является ФИО3, ФИО6 ПДД РФ не нарушал.

Из справки о ДТП от 31 марта 2017 года следует, что в действиях ФИО3 нарушений ПДД РФ не выявлено.

В судебном заседании и на стадии составления административного материала, ФИО3 указывал на то, что, двигаясь по крайнему левому ряду попутного направления в сторону аэропорта, убедившись в безопасности своего манёвра, выехал на перекрёсток с круговым движением, и в этот момент в него въехал автомобиль под управлением ФИО6.

В свою очередь, ФИО6 указал на то, что двигался в том же направлении что и ФИО3. Неожиданного из правого ряда выехал автомобиль под управлением ФИО3, создав ему помеху для движения, он применил экстренное торможения, не меняя полосы движения, избежать столкновения не удалось.

Инспектор ДПС ОГИБДД ОМВД России по г. Новому Уренгою ФИО15, допрошенный в качестве свидетеля, показал, что при оформлении им ДТП, ФИО3 и ФИО6 устно поясняли, что они двигались в попутном однолинейном направлении, наезд на автомобиль ФИО3 ФИО6 объяснял фатом резкого торможения транспортного средства, управляемого ФИО3, ни о каких сменах траекторий движения ФИО3, спровоцировавших ДТП, ФИО6 в тот момент не говорил. ФИО8 ДТП также указывала на то, что автомобили двигались в одном направлении. Схему ДТП составлял он, схема была подписана водителями без замечаний.

Оценивая показания данного свидетеля, суд не находит оснований сомневаться в них, так как они последовательны и не противоречат материалам дела, свидетель не является лицом, заинтересованным в исходе дела.

На основании определения суда от 3 октября 2017 года, по ходатайству стороны истицы, по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза.

Впоследствии эксперт ФИО7 был допрошен в судебном заседании.

В заключении судебной экспертизы [суммы изъяты]-СЭ, проведённой 7 ноября 2017 года ООО «Технический центр «ИнФорс», с учётом произведённого судебным экспертом анализа представленных в материалы дела документарных доказательств, имеющих отношение к рассматриваемому ДТП, произведённого осмотра автомобилей, сопоставления установленных повреждений с учётом их расположения, направления образования, указано, что до дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в 7 часов 30 минут 31 марта 2017 года на 

<

адрес>, в районе кольца Аэропорт, транспортные средства «Хёндэ Элантра» и «Шевроле Нива» двигались прямолинейно по проезжей части 

<

адрес> в сторону аэропорта. Автомобиль «Хёндэ Элантра» двигался впереди автомобиля «Шевроле Нива». После выезда на перекрёсток с круговым движением оба автомобиля сместились левее ближе к центру перекрёстка. Перед столкновением автомобили не применяли экстренного торможения. Столкновение произошло передней правой частью автомобиля «Шевроле Нива» и задней левой частью автомобиля «Хёндэ Элантра».

Кроме того, согласно заключению судебной экспертизы, в анализируемой дорожной ситуации водители автомобилей «Шевроле Нива» и «Хёндэ Элантра» должны были руководствоваться требованиями п.п. 1.3, 2.5, 8.1, 9.1, 9.10, 10.1, 10.2 ПДД РФ; вероятно со стороны водителя автомобиля «Шевроле Нива» имелось нарушение п. 10.1 ПДД РФ; с технической точки зрения причиной дорожно-транспортного происшествия является то, что водитель автомобиля «Шевроле Нива» при возникновении опасности в виде автомобиля «Хёндэ Элантра» не предпринял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства».

Исходя из исследования схемы места происшествия, в заключении судебной экспертизы сделан вывод о том, что для определения расположения транспортных средств в момент первоначального контакта и направления движения автомобилей непосредственно перед столкновением одним из необходимых данных является расположение автомобилей непосредственно после ДТП. Однако схема ДТП не отражает реального расположения транспортных средств после столкновения. Автомобиль «Хёндэ Элантра» находится в том месте, где был остановлен после столкновения. Автомобиль «Шевроле Нива» был убран с проезжей части за её пределы, его положение, зафиксированное в схеме ДТП, не отражает реальное расположение непосредственно после столкновения. Поэтому экспертным путём определить взаимное расположение транспортных средств на момент дорожного происшествия не представилось возможным.

В судебном заседании ФИО6 также признал, что после ДТП, он отъехал на своём автомобиле на обочину, а автомобиль «Хёндэ Элантра» находился на том месте, где произошло столкновение.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). 

В соответствии с ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда. 

Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2013 г. № 13 «О применении норм гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нём выводов. В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. Суд может путём допроса экспертов получить необходимые разъяснения и дополнительное обоснование выводов.

Заключение судебной экспертизы [суммы изъяты]-СЭ, проведённой 7 ноября 2017 года ООО «Технический центр «ИнФорс», содержит подробное описание исследования, обоснованные ответы на поставленные перед экспертом вопросы о механизме ДТП, о наличии у каждого из водителей технической возможности для предотвращения столкновения, о допущенных ими нарушениях ПДД. Заключение составлено на основании материалов гражданского дела. Эксперт ФИО7, составивший заключение и подтвердивший правильность исследования в судебном заседании, был предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, что также заслуживает внимания при разрешении вопроса об относимости и допустимости данного доказательства. Заключение отвечает требованиям закона, эксперт обладает необходимой квалификацией и стажем работы, в заключении имеются указания на использованную литературу и методику исследования.

Таким образом, поскольку заключение судебной экспертизы, выполненное ООО «Технический центр «ИнФорс», не противоречит иным доказательствам, имеющимся в материалах дела, выводы эксперта не опровергнуты стороной ответчика, суд считает возможным признать данное заключение наиболее достоверным доказательством по делу и согласиться с выводами, изложенными в нём.

Ссылки стороны ответчика на то, что экспертиза проведена однобоко, не учтены фотоснимки и иные материалы, связанные с ДТП, имеющиеся у ответчика, суд находит несостоятельными, поскольку на основании ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Экспертиза была проведена на основании доказательств, содержащихся в материалах гражданского дела. Вместе с тем ответчик не представил документы, находящиеся в его распоряжении и имеющие, по его мнению, существенное значение для результатов экспертизы, ни в материалы гражданского дела, ни эксперту. Ходатайств от лиц, участвующих в деле, об оказании судом содействия в собирании и истребовании доказательств, не поступало.

Противоречие выводов судебной экспертизы мнению и позиции стороны ответчика, не свидетельствует об ошибочности выводов эксперта.

Вопреки ошибочному мнению стороны ответчика, экспертом даны ответы на поставленные судом вопросы, носящие экспертный характер. Выводов о вине кого-либо из участников ДТП заключение не содержит, сводится к установлению механизма столкновения и соответствия действий участников происшествия ПДД РФ.

Не позволяет иначе разрешить спор и ссылка стороны ответчика на допущенные в заключении экспертом технические ошибки, как неверное указание государственного регистрационного знака автомобиля «Шевроле Нива», одного из условий видимости и так далее, поскольку стороной ответчика не представлено доказательств, указывающих, что указанные неточности, допущенные экспертом в исследовательской части, повлияли на обоснованность его выводов.

Доводы стороны ответчика о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия стало нарушение водителем автомобиля «Хёндэ Элантра» п.п. 8.1, 8.4 ПДД РФ, который своими действиями создал ему помеху в движении, в результате чего он не имел возможности избежать столкновения, суд отклоняет, так как они направлены на субъективную оценку имеющихся в деле доказательств и неправильное толкование норм материального права. Данные доводы противоречат показаниям свидетелей, данным в судебном заседании, и не подкреплены какими-либо иными доказательствами. Более того, в письменном объяснении, данном ФИО6 в ходе первоначальной проверки по делу об административном правонарушении, последний указывает на тот факт, что при подъезде к перекрёстку с круговым движением, перед его автомобилем двигался автомобиль «Хёндэ Элантра», что опровергает последующую версию ФИО6 о движении автомобилей в соседних рядах и дальнейшем перестроении автомобиля «Хёндэ Элантра» в его ряд. 

Также суд учитывает, что именно действия ФИО6, переместившего транспортное средство «Шевроле Нива» с места столкновения, не позволило эксперту достоверно определить расположение транспортных средств в момент происшествия.

Утверждение ответчика о том, что им предпринимались возможные меры к снижению скорости, в том числе путём экстренного торможения, также опровергается имеющимися в деле объективными доказательствами.

Так, схема места ДТП, составленная сотрудником ГИБДД, в присутствии понятых, и подписанная участниками ДТП, не содержит сведений о следах торможения какого-либо из транспортных средств-участников ДТП.

Доводы стороны ответчика о некорректном составлении схемы являются несостоятельными, поскольку участники ДТП, в том числе ФИО6, выразили своё согласие с составленной схемой, подписав её без каких-либо замечаний, схема составлена надлежащим лицом - инспектором ДПС.

Согласно положений п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Представленными в дело доказательствами подтверждается тот факт, что ответчик видел помеху для движения в виде автомобиля «Хёндэ Элантра», на расстоянии, достаточном для остановки транспортного средства «Шевроле Нива» до данной помехи, поскольку оба участника ДТП поясняют, что они двигались в попутном направлении друг за другом ещё до выезда на перекрёсток с круговым движением, видимость, как утверждает сам ФИО6, была хорошей, следовательно, ответчик в состоянии был обнаружить транспортное средство «Хёндэ Элантра» на безопасном расстоянии.

Поскольку какие-либо объективные доказательства отсутствия у ответчика возможности обнаружить помеху для движения на безопасном расстоянии, по делу отсутствуют, то суд признаёт несостоятельными доводы ответчика в данной части.

Таким образом, разрешая спор, суд исходит из того, что столкновение транспортных средства «Хёндэ Элантра» и «Шевроле Нива» произошло в результате действий водителя ФИО6, который не учёл дорожные и метеорологические условия, не выбрал скорость движения, соответствующую конкретным условиям, в результате чего допустил столкновение с автомобилем под управлением ФИО3. В рассматриваемой дорожной ситуации водитель автомобиля «Шевроле Нива» должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД РФ. В действиях водителя автомобиля «Хёндэ Элантра» ФИО3 несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ, которые могли послужить причиной данного происшествия, нет. Водитель автомобиля «Хёндэ Элантра» не имел возможности избежать столкновения, поскольку действия водителя автомобиля «Шевроле Нива» не соответствовали требованиям пунктов ПДД РФ и послужили причиной данного происшествия. Водителю автомобиля «Шевроле Нива» ФИО6 для предотвращения дорожно-транспортного происшествия достаточно было действовать в соответствии с требованиями ПДД РФ.

При таком положении доводы ФИО6 о том, что он не является виновником ДТП, напротив, виновником ДТП является водитель автомобиля «Хёндэ Элантра», являются несостоятельными, поскольку опровергаются материалами дела, в том числе заключением проведенной судебной экспертизы.

Далее, суд также учитывает тот факт, что вред при использовании транспортного средства «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]») был причинён водителем ФИО6, управлявшим в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем ФИО6.

ФИО5, как собственник автомобиля, реализуя предусмотренные статьей 209 ГК РФ права, передала транспортное средство во владение и пользование ФИО1, выдав ему доверенность на управление данным автомобилем, передав ключи и регистрационные документы на автомобиль.

Наличие у ФИО6 доверенности от ФИО6 на право управление транспортным средством «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]») признано самим ФИО6, подтверждено представителем ФИО5 – ФИО2 и согласуется с объективными доказательствами по делу (л. д. 44). 

Таким образом, на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО6 являлся законным владельцем автомобиля (Шевроле Нива), поскольку у него имелась доверенность на право управления автомашиной, выданная собственником транспортного средства – ФИО5

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждается, что лицом, обязанным возместить вред за причинение ущерба имуществу истицы, является ФИО6, поскольку в его действиях, установлено нарушение ПДД РФ, находящееся в причинной связи с повреждением имущества истицы. На момент ДТП ФИО6 являлся законным владельцем транспортного средства «Шевроле Нива» (государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]»).

Доводы ответчика об обратном надлежащей совокупностью относимых и допустимых доказательств не подтверждены, отсутствие вины в причинении ущерба имуществу истицы ответчиком не доказано, что не позволяет вынести суждение о наличии обстоятельств, освобождающих его от гражданско-правовой ответственности перед истицей.

Объём причинённого ФИО3 ущерба суд считает возможным определить на основании заключения судебной экспертизы, выполненного ООО «Технический центр «ИнФорс», которое суд принимает за основу при определении размера ущерба по вышеизложенным основаниям.

Следовательно, с ответчика ФИО6 в пользу истицы ФИО3 в счёт возмещения материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, следует взыскать 138.454 рубля. Исковые требования о возмещении ущерба в оставшейся части удовлетворению не подлежат.

Далее, согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Перечень издержек, связанных с рассмотрением дела, по ст. 94 ГПК РФ является открытым, поскольку к ним могут быть отнесены и другие признанные судом необходимыми расходы.

Не может быть рассмотрена в качестве судебных издержек заявленная к возмещению сумма расходов по оплате услуг оценщика в размере 7.000 рублей, поскольку данные расходы истица понесла по собственной инициативе до судебного разбирательства, при этом результаты досудебной оценки стоимости причинённого истице ущерба не были положены в основу решения при определении суммы, подлежащей взысканию в пользу истицы в счёт возмещения причинённого ей ущерба.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п.п. 12, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст.ст. 98, 100 ГПК РФ, ст.ст. 111, 112 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ст.ст. 98, 100 ГПК РФ, ст.ст. 111, 112 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ).

П. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» содержит разъяснение о том, что в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу.

Суд также принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1, в соответствии с которыми разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 ГПК РФ, ст.ст. 3, 45 КАС РФ, ст.ст. 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Учитывая размера требований имущественного характера, поддерживаемых стороной истицы на момент принятия решения по делу (181.200 рублей) и соотнеся его с размером удовлетворённых требований (138.454 рубля), суд приходит к выводу, что процент удовлетворённых исковых требований равен 76,409 %, процент исковых требований, в удовлетворении которых отказано, составляет 23, 591 %.

ФИО3 просит взыскать с ФИО6 денежные средства в общей сумме 30.000 рублей, в счёт расходов на оплату услуг представителя, понесённых истицей в связи с ведением дела в суде первой инстанции. Размер данных расходов подтверждён документально: квитанциями от 31 мая 2017 года (л. д. 53).

ФИО6 также просит взыскать с ФИО3 денежные средства в общей сумме 30.000 рублей, в счёт расходов на оплату услуг представителя, размер которых подтверждён документально: договором об оказании юридических услуг [суммы изъяты] от 2 октября 2017 года, квитанцией банка (л. д. 208-210).

Оценивая расходы на представителя, понесённые как истицей, так и ответчиком в связи с ведением дела в суде первой инстанции, суд принимает во внимание работу представителей по сбору и анализу документов, участие представителей Реберга и Гунчака в судебных заседаниях суда первой инстанции, соотносимость произведённых расходов с объектом защищаемого права, с уровнем сложности дела, характера спора, длительности его рассмотрения.

При этом суд учитывает, что сторонами по делу не заявлено возражений относительно размера судебных расходов, не представлены доказательства, свидетельствующие о несоответствии взыскиваемых судебных расходов критериям разумности и чрезмерности. Вместе с тем, разумность размеров, как категория оценочная, определяется индивидуально с учётом особенностей конкретного дела.

Таким образом, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих неразумный (чрезмерный) характер предъявленных к взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о взыскании расходов по оплате услуг представителя с ФИО6 в пользу ФИО3, пропорционально той части исковых требований, в которой они удовлетворены в общей сумме 22.922 рубля 70 копеек (из расчёта: 76,409 % от 30.000 рублей).

Также суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о взыскании расходов по оплате услуг представителя с ФИО3 в пользу ФИО6 пропорционально той части исковых требований, в которой ФИО3 отказано, в общей сумме 7.077 рублей 30 копеек (из расчёта: 23, 591% от 30.000 рублей).

В силу ст. 98 ГПК РФ с ФИО6 в пользу ФИО3 подлежат взысканию также расходы по уплате государственной пошлины, размер которой с учётом взысканной в пользу истицы суммы, а также положений ст. 33319 НК РФ, составит 3.969 рублей 8 копеек.

Таким образом, общая сумма взыскания с ФИО6 в пользу ФИО3 составит: 138.454 рубля (в счёт возмещение материального ущерба) + 22.922 рубля 70 копеек (в счёт расходов по оплате услуг представителя) + 3.969 рублей 8 копеек (в счёт расходов по оплате государственной пошлины), итого 165.346 50 копеек.

Далее, согласно ч. 1 ст. 101 ГПК РФ при отказе истца от иска понесенные им судебные расходы ответчиком не возмещаются. Истец возмещает ответчику издержки, понесенные им в связи с ведением дела. В случае, если истец не поддерживает свои требования вследствие добровольного удовлетворения их ответчиком после предъявления иска, все понесенные истцом по делу судебные расходы, в том числе расходы на оплату услуг представителя, по просьбе истца взыскиваются с ответчика.

В 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что в случаях прекращения производства по делу, оставления заявления без рассмотрения судебные издержки взыскиваются с истца.

Таким образом, учитывая, что определением суда от 2 октября 2017 года прекращено производство по делу в части исковых требований к ФИО5 ввиду отказа истицы от иска в данной части по причине его необоснованности, суд приходит к выводу, что судебные расходы, понесённые ФИО6 на оплату услуг представителя Гунчака, в размере 30.000 рублей, несение которых подтверждено документально (л. д. 208-210), должны быть взысканы в её пользу с истицы ФИО3. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

Иск ФИО3 А.к. удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 А.к. 165.346 (сто шестьдесят пять тысяч триста сорок шесть) рублей 50 копеек.

В остальной части иска ФИО3 А.к. отказать.

Взыскать с ФИО3 А.к. в пользу ФИО5, в счёт судебных издержек, 30.000 (тридцать тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3 А.к. в пользу ФИО1, в счёт судебных издержек, 7.077 (семь тысяч семьдесят семь) рублей 30 копеек.

Настоящее решение может быть обжаловано сторонами в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме 27 ноября 2017 года путём подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд.

Председательствующий: