УИД: 66RS0002-02-2020-002758-74

Гражданское дело № 2-996/2021

Мотивированное 

решение

 составлено 06 апреля 2021 года 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 марта 2021 года г. Екатеринбург 

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Ардашевой Е.С., 

при секретаре судебного заседания Павлюкевич А.А., 

с участием истца ФИО1, ответчика ИП ФИО2, его представителя 

<

ФИО>5, действующего на основании ордера № от 02.03.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

установил:

истец обратился в Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО3, в котором, с учетом дополнений, просил суд признать трудовыми отношения между истцом и ответчиком с 02.08.2019 по 05.11.2019, установив трудовую функцию истца в качестве водителя-экспедитора, взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за октябрь – ноябрь 2019 года в размере 78 000 рублей, неустойку в размере 9 276,80 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Определением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 27.11.2020 гражданское дело по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда передано по подсудности в Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнений поддержал в полном объеме, просил об их удовлетворении. 

Ответчик ИП ФИО2, его представитель 

<

ФИО>5, в судебном заседании исковые требования не признали в полном объеме, просили в иске отказать. В материалы дела представили письменный отзыв.

Дополнительно ответчик указал, что у него с истцом была договоренность о том, что сначала последний должен был поработать октябрь, зарекомендовать себя, а затем ответчик принял бы решение о его трудоустройстве. После конфликта, возникшего между истцом и ответчиком относительно испорченного груза (мяса) во время последнего рейса истца, ответчиком было принято решение не оформлять трудовые отношения с ФИО1 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственная инспекция труда в Свердловской области (привлеченное к участию в деле определением суда) в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом и в срок, об отложении судебного заседания не ходатайствовали. 

В судебном заседании в качестве свидетеля был допрошен 

<

ФИО>6, который также осуществлял трудовую деятельность у ответчика в качестве водителя в период с сентября 2019 года по ноябрь 2019 года. Свидетель показал, что истец уже работал у ответчика, на момент, когда свидетель приступил к исполнению своих должностных обязанностей. График работы был скользящий, имелся общий чат водителей, откуда поступала все необходимая информация. Ответчик обещал оформить трудовые отношения официально, однако так этого и не сделал. Оплата рейсов производилась из расчета 3 руб. километр, плюс точки выгрузки по 100 руб., начиная со второй, а также суточные. 

Заслушав участников процесса, свидетеля, исследовав письменные материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии со ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (ч.1 ст.20 Трудового кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному ч.1 ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Вместе с тем, согласно ч.3 ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п.3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-О-О).

В ч.1 ст.56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полномразмере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 303 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при заключении трудового договора с работодателем - физическим лицом работник обязуется выполнять не запрещенную названным Кодексом или иным федеральным законом работу, определенную этим договором (ч.1 ст.303 Трудового кодекса Российской Федерации).

В письменный трудовой договор в обязательном порядке включаются все условия, существенные для работника и для работодателя (ч.2 ст.303 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель - физическое лицо обязан: оформить трудовой договор с работником в письменной форме; уплачивать страховые взносы и другие обязательные платежи в порядке и размерах, которые определяются федеральными законами; оформлять страховые свидетельства государственного пенсионного страхования для лиц, поступающих на работу впервые (ч.3 ст.303 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч.2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью 1 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнением работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 Международной организации труда «О трудовом правоотношении», принята в г.Женеве 15.06.2006 на 95-ой сессии Генеральной конференции МОТ о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, ч.3 ст.16 и ст.56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениямич.2 ст.67 названного Кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, ч.2 ст.67, ст.303 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Из пояснений истца следует, что с 02.08.2019 истец фактически был допущен к выполнению функций водителя – экспедитора ИП ФИО2 (является индивидуальным предпринимателем с 09.10.2014). 

Объем доказательств в подтверждение факта трудовых отношений законом не ограничен, это могут быть любые доказательства, названные в ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Как разъяснено в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №15 О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» к таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик и его представитель указывали на отсутствие между истцом и ответчиком трудовых отношений. 

Согласно пояснениям ответчика, истец не являлся его работником, несколько раз он привлекал его к выполнению разовых рейсов в качестве водителя, данная деятельность расценивалась ответчиком как испытательный срок, по окончанию которого ответчик должен был принять решение о трудоустройстве истца. 

Вместе с тем, необходимо учитывать, что в силу действующего трудового законодательства, принимая во внимание, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд РФ), основной массив доказательств по делу находится у работодателя, именно на работодателе лежит бремя доказывания надлежащего исполнения им обязанностей по оформлению трудовых отношений. 

В силу разъяснений, содержащихся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст. ст. 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Деятельность по предоставлению доказательств, в подтверждение своей правовой позиции по делу напрямую связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

В нарушение перечисленных выше положений, на момент рассмотрения дела судом, ответчик не представил доказательств отсутствия между сторонами трудовых отношений, не выполнив тем самым обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств, необходимых для разрешения настоящего иска.

Так, ранее судом было указанно, что ответчик в ходе рассмотрения дела не отрицал, что истец по поручению ответчика, действуя в его интересах, на автомобиле предоставленном ответчиком осуществлял рейсы в качестве водителя грузового автомобиля. 

При этом как следует из пояснений самого ответчика, деятельность истца осуществлялась в рамках оговоренного испытательного срока, по окончанию которого, должен был быть решен вопрос о трудоустройстве истца. 

Вышеизложенное свидетельствует о том, что ответчик подтвердил факт наличия между истцом и ответчиком трудовых отношений (имел место быть испытательный срок). 

При этом, суд считает необходимым указать, что позиция ответчика относительно того, что ФИО1 выполнял рейсы в качестве водителя грузового автомобиля в интересах ответчика только в октябре 2019 года, противоречит как материалам дела, так и письменным пояснениям самого ответчика, который в письменном отзыве на исковое заявление указал, что истец привлекался к выполнению разовых рейсов в качестве водителя на автомобиле, принадлежащем на праве собственности супруге ответчика, как в сентябре 2019 года, так и октябре 2019 года. Доводы ответчика относительно того, что указание на сентябрь месяц является ошибкой в письменно отзывы, суд во внимание не принимает, относится к ним критически. 

Кроме того, в материалы дела представлена копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.11.2019 (подлинность данного документа ни кем из лиц, участвующих в деле не оспаривалась) из которой следует, что ФИО2, допрошенный участковым уполномоченным Отдела полиции № УМВД России по г. Екатеринбургу, указывал на то, что ФИО1 работал у ФИО2 на испытательном сроке водителем автомобиля «Хундай», государственный регистрационный знак № регион с 17.08.2019 года. 

Более того, из представленных в материалы дела сведений ГИБДД УМВД России по г. Екатеринбургу от 22.03.2021, следует, что истец привлекался а административной ответственности за нарушение ПДД, управляя транспортным средством - «Хундай», государственный регистрационный знак № регион: 23.09.2019, 05.08.2019, 04.10.2019. Оснований не доверять указанным данным, вопреки возражениям представителя ответчика, у суда не имеется.

Критически относится суд и к представленному в материалы дела ответчиком штатному расписанию, приказу о его утверждении, поскольку данные документы с достоверностью не свидетельствует о неправомерности заявленных истцом доводов о наличии между ним и ответчиком трудовых отношений, поскольку в соответствии с трудовым законодательством обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником и ведение кадровой документации возложена на работодателя.

Также материалами дела подтверждается и не оспаривалось ответчиком, что ФИО2 осуществлял оплату деятельности истца, осуществляя переводы денежных средств со своей банковской карты (28.10.2019 на сумму 750 руб., 21.10.2019 на сумму 44 250 руб.). 

Таким образом, из пояснений сторон, письменных доказательств, судом установлено, что, осуществляя трудовую функцию, истец фактически был допущен до работы, выполнял работу, порученную работодателем; подчинялся установленным у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка. 

Обратного ответчиком, как того требует ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не доказано.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела судом доводы истца о нахождении с ответчиком в трудовых отношениях в результате фактического допущения к работе нашли своё подтверждение. Судом установлено, что имел место личный характер прав и обязанностей работника, работник выполнял определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, подчинялся графику работы, установленному работодателем, отношения носили возмездный характер.

Учитывая изложенное в совокупности, суд полагает, что факт наличия трудовых отношений между истцом (в должности водителя-экспедитора (водителя грузового автомобиля) и ответчиком с 05.08.2019 нашел подтверждение в судебном заседании.

Приходя к выводу о наличии трудовых отношений между истцом и ответчиком с 05.08.2019, суд учитывает, что материалами дела (сведения ГИБДД) подтверждается, что впервые истец управлял автомобилем именно 05.08.2019. Достоверных доказательств того, что трудовые отношения возникли между истцом и ответчиком ранее указанной даты, суду не представлено. При этом суд не принимает во внимание представленный истцом договор аренды автомобиля от 02.08.2019 и акт приема – передачи транспортного средства от 02.08.2019, поскольку у суда отсутствуют допустимые и достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что указанный документ со стороны арендодателя подписан уполномоченным лицом, в этой связи суд учитывает как показания истца, который не мог указать, кем именно от имени 

<

ФИО>7 подписан договор от 02.08.2019, так и показания ответчика, который отрицал факт подписания 

<

ФИО>7 данного документа. 

Признавая доводы ответчика, который отрицает факт наличия трудовых отношений между ним и истцом, несостоятельными, суд приходит к выводу, что достаточных доказательств своих доводов ответчик не представил, факт отсутствия трудовых отношений с истцом не подтвердил (ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Поскольку факт привлечения истца ответчиком к труду подтвержден, трудовые отношения сторон презюмируются, именно ответчик, должен был доказать отсутствие таких отношений, однако таких достаточных доказательств суду последний не представил, с достаточной степенью достоверности не опроверг письменные доказательства истца.

Позиция ответчика об отрицании факта трудовых отношений с истцом основана на отсутствии письменных доказательств у самого истца, отрицании пояснений истца о фактических обстоятельствах по делу.

Вместе с тем, требование в части касающейся установления даты прекращения трудовых отношений (по 05.11.2019) удовлетворению не подлежат. 

Трудовой кодекс Российской Федерации, содержащий конструкцию заключения трудового договора путем фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя (ч. 3 ст. 16, ч. 1 ст. 61, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации) не содержит конструкции фактического прекращения трудового договора. По смыслу действующего трудового законодательства Российской Федерации, трудовые отношения считаются длящимися, продолжающимися независимо от фактического выполнения или невыполнения работником работы и поручения или не поручения работодателем работы работнику. Основания прекращения и расторжения трудовых договоров предусмотрены в ст. 77 - 84 Трудового кодекса Российской Федерации. Общий порядок оформления прекращения трудового договора предусмотрен в ст. 84.1. Трудового кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что на момент рассмотрения гражданского дела трудовые отношения сторон не прекращались ни по одному из оснований, предусмотренных ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе, трудовые отношения не прекращались (не расторгались) по соглашению сторон (ст. 78 указанного Кодекса); в связи с истечением срока трудового договора (ст. 79 указанного Кодекса); по инициативе работника (ст. 80 указанного Кодекса); в связи с переводом работника по его просьбе или с его согласия на работу к другому работодателю или переход на выборную работу (должность); по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон (ст. 83 указанного Кодекса), по инициативе работодателя, и т.д.

При таких обстоятельствах отсутствуют основания для установления даты прекращения трудовых отношений с 05.11.2019.

Данный вывод не лишает стороны права прекратить трудовые отношения, которые носят длящийся характер, в установленном законом порядке при наличии к тому законных оснований в настоящее время.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика невыплаченной заработной платы, суд принимает во внимание, что истец, не отрицает факт выплаты ему ответчиком заработной платы за август – сентябрь 2019 года, при этом суд также учитывает, что истцом не представлено суду доказательств достоверно свидетельствующих о том, что размер заработной платы истцу был установлен в следующем размере: 3,5 руб./км, 100 руб. – стоянка, 500 руб. – суточные, что в совокупности, исходя из представленного истцом расчета задолженности по заработной плате, за октябрь 2019 года составляет 70 000 руб., за ноябрь 2019 года – 8 000 руб. 

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

Ответчиком отсутствие задолженности по заработной плате перед истцом за период октябрь – ноябрь 2019 года, как того требует ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не доказано, каких-либо доказательств, подтверждающих иной размер задолженности по заработной плате, либо иной период за который заработная плата истцу не выплачена, не предоставлено. Ответчик в ходе рассмотрения дела не отрицал тот факт, что за рейс, который истец осуществил в ноябре месяце 2019 года оплата не была произведена, поскольку денежные средства были удержаны ответчиком в счет причиненного (по мнению ответчика) истцом ущерба (испорченный товар – мясная продукция). 

Учитывая изложенные обстоятельства и принимая во внимание вышеназванные нормы права, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца в части требований о взыскании с ответчика сумм невыплаченной заработной платы за указанный истцом период.

В связи с чем, в пользу истца с ответчика подлежит взысканию невыплаченная заработная плата за период октябрь 2019 года – ноябрь 2019 года (учитывая, что последний рейс истцом осуществлен в период с 02 - 05.11.2019) в размере 41 841 руб. (с удержанием обязательных к уплате платежей).

В силу разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 №15, возможность применения данных статистического учета допускается только в отношении трудовых отношений, не оформленных надлежащим образом, в связи с чем, суд принимает во внимание, что в рамках настоящего дела трудовые отношения с истцом не были оформлены надлежащим образом, в том числе в части включения в трудовой договор обязательного условия о размере заработной платы, а потому имеется возможность принять во внимание данные Свердловскстата в соответствии с которыми средняя начисленная заработная плата указанной категории работников в 2019 составляет 40 243 руб. (что указанно, в том числе, в апелляционном определении Свердловского областного суда от 02.10.2020 по делу №33-13279/2020).

Также суд считает необходимым указать на необходимость возложения на ответчика обязанности произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в отношении истца за период трудоустройства с 05.08.2019 (поскольку увольнение в установленном законом порядке работодателем не оформлялось), так как неисполнение данной обязанности ответчиком (доказательства обратного в материалах дела отсутствуют) повлечет в будущем нарушение пенсионных прав истца, учитывая, что обязательным условием для назначения страховой пенсии по старости является наличие страхового стажа, в который включатся периоды работы и (или) иной деятельности, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, при этом продолжительность страхового стажа влияет на размер пенсии (ч. 2 ст. 8, ч. 2 ст. 11, ст. 15 Федерального закона №400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установления срока выплаты по день фактического расчета включительно.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Разрешая требования истца о взыскании в его пользу денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, суд полагает, что данное требование также подлежит удовлетворению, в соответствии с правилами ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсации за несвоевременную выплату заработной платы в размере 4 976,29 руб. за обозначенный истцом период, разрешая спор в пределах исковых требований. 

Пункт 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 предусматривает, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (задержке заработной платы).

Факт причинения ответчиком морального вреда истцу не вызывает сомнения, поскольку заработная плата – это тот доход, который позволяет истцу поддерживать свою жизненную деятельность, свои потребности в пище, одежде, каких-либо благах. 

Учитывая, что судом установлены нарушения ответчиком прав истца на своевременную оплату труда, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных исковых требований о взыскании компенсации морального вреда по правилам ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание степень вины нарушителя, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, принимая во внимание отсутствие правовых норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные нравственным страданиям, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, и исходя из судейской убежденности, суд считает необходимым установить размер компенсации морального вреда, подлежащий возмещению с ответчика в пользу истица, в сумме 12 000 рублей.

Достоверных доказательств опровергающих выводы суда материалы дела не содержат. 

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить другой стороне все понесенные по делу судебные расходы.

Истцы по трудовым спорам от уплаты государственной пошлины при подаче иска освобождены; с ответчика государственная пошлина подлежит взысканию в доход местного бюджета в размере 1 604,52 руб.

Иных требований, равно как требований по иным основаниям, на рассмотрение суда не заявлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, – удовлетворить частично. 

Установить, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с Индивидуальным предпринимателем ФИО3 в должности водитель – экспедитор (водитель грузового автомобиля) с 05.08.2019. 

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 01.10.2019 по 05.11.2019 в размере 41 841 руб., компенсацию морального вреда в размере 12000 руб., компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 4 976,29 руб.

Возложить на Индивидуального предпринимателя ФИО3 обязанности произвести отчисления в установленном порядке страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении ФИО1.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 1 604,52 руб. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 в остальной части, отказать. 

Решение в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме может быть обжаловано в Свердловский областной суд через суд, вынесший решение, путем подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.С. Ардашева