Дело № 2-810/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 августа 2019 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Моисеевой Г.Ю.,

при секретаре Рукосуеве Л.В., 

с участием помощника прокурора Ленинского района г.Томска Думлер Ю.Г., представителя истца ФИО2, представителя ответчика муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения детский сад общеразвивающего вида № г.Томска ФИО3, представителя третьего лица Департамента образования администрации Города Томска, представителя ответчика муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения детский сад общеразвивающего вида № г.Томска ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело по иску ФИО5 к муниципальному автономному дошкольному образовательному учреждению детский сад общеразвивающего вида № г.Томска о признании недействительными приказов, восстановлении на работе, 

установил:

ФИО5 обратилась в суд с исковым заявлением к муниципальному автономному дошкольному образовательному учреждению детский сад общеразвивающего вида № г.Томска (далее – МАДОУ № ), в котором в окончательном варианте заявленных требований просит:

- восстановить её на работе в МАДОУ № в должности педагога – психолога с ;

- признать недействительным приказ № от 01.11.2017 о досрочном выходе из отпуска без сохранения заработной платы;

- признать недействительным приказ № от 01.11.2017 о переводе на постоянную работу с должности педагога – психолога на должность педагога дополнительного образования;

- признать недействительным дополнительное соглашение от 01.11.2017 «О внесении изменений в трудовой договор от 07.09.2010 № » о переводе на должность педагога дополнительного образования;

- признать недействительным приказ № от 10.05.2018 о прекращении трудового договора с 11.05.2018 по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ (собственное желание).

В обоснование заявленных требований истец указала, что 07.09.2010 была трудоустроена на должность педагога – психолога в учреждение МДОУ детский сад общеразвивающего вида № г.Томска, которое прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения, правопреемником стало учреждение МАДОУ № В октябре 2013 года ей, ФИО5, был предоставлен отпуск по беременности и родам, а затем отпуск по уходу за ребенком на три года, окончание которого приходилось на декабрь 2016 года, однако в этот период времени её супруг заключил контракт на выполнение работы в городе Твери, куда она и дети переехали вслед за ним. Учитывая данные обстоятельства, она, истец, обратилась к заведующей МДОУ детский сад общеразвивающего вида № г.Томска ФИО6 о предоставлении отпуска без содержания на один год, до декабря 2017 года, данная просьба ФИО6 была удовлетворена, но в октябре 2017 года последняя позвонила и сказала, что намерена отпуск без содержания прекратить и оформить выход на работу с 01 ноября 2017 года, при этом фактически приступать ей, ФИО5, к выполнению трудовой функции не нужно, вся заработная плата, которая будет поступать ей на банковскую карту, подлежит перечислению на банковскую карту ФИО6, а она в свою очередь, данные денежные средства направит на оплату ремонтных работ в дошкольном учреждении. Поскольку она, истец, как работник, находилась в служебной зависимости от непосредственного руководителя, то вынуждена была согласиться на такие условия и при поступлении денежных средств переводила их на банковскую карту, номер которой ей был сообщен ФИО6, а в дальнейшем, в декабре 2017 года, получила новую банковскую карту, которую передала заведующей дошкольным учреждением. В мае 2018 года в МДОУ детский сад общеразвивающего вида № г.Томска была проведена проверка, по результатам которой были выявлены факты хищения и нарушения финансовой дисциплины, вследствие чего она, ФИО5, была уволена. Ориентировочно в августе 2018 года её трудовую книжку передали родственнице, которая продержала документ у себя до марта 2019 года, а затем отдала. В этом же месяце, в марте 2019 года ей стало известно о реорганизации МДОУ детский сад общеразвивающего вида № г.Томска и, только после направления адвокатского запроса, к которому она обратилась за юридической помощью, на почтовый адрес её места жительства 05.04.2019 поступило письмо с копией приказа № от 10.05.2018, из которого следует, что основанием для увольнения послужило её личное заявление от 04.05.2018, кроме того, на данном документе стоит отметка от её, ФИО5, имени об ознакомлении с приказом 11.05.2018. При этом, как следует из документа, уволена она была с должности педагога дополнительного образования. Между тем, заявление о переводе на другую должность, равно как и заявление об увольнении 04.05.2018 она не писала, в приказе об увольнении, подпись об ознакомлении с ним не ставила, в связи с чем увольнение не может быть законным, так как волю на расторжение трудового договора она не выражала. Указала, что помимо прочего, в период работы в названном дошкольном учреждении они с супругом стали участниками долгосрочной целевой программы «Предоставление мер социальной поддержки для улучшения жилищных условий работников муниципальных учреждений социальной сферы на 2010 – 2016 годы», в рамках которой заключили соглашение с администрацией Города Томска в лице Управления по делам молодежи, физической культуры и спорта о предоставлении ипотечного жилищного кредита с частичной оплатой стоимости приобретаемого в собственность жилого помещения, а именно – субсидирование первоначального взноса 150000 руб. и процентной ставки по ипотечному жилищному кредиту. Условием выплаты денежных средств для оказания помощи в возврате ипотечного кредита было нахождение одного из супругов в трудовых отношениях с муниципальным учреждением социальной сферы г.Томска и поскольку она, истец, была трудоустроена в МДОУ детский сад общеразвивающего вида № г.Томска, денежные средства по названному соглашению были выплачены в полном объеме. Из полученного письма № от 23.01.2019 ей стало известно, что в связи с увольнением из дошкольного учреждения, администрация Города Томска исключила её семью из списка участников муниципальной программы и выразила намерение взыскать выплаченные бюджетные денежные средства через суд. Таким образом, в случае восстановления на работе с даты незаконного увольнения, будет восстановлен и её статус, как участника указанной выше программы и предотвратит взыскание с неё большой суммы денежных средств. 

Истец от ранее заявленных требований о взыскании выплаты заработной платы за вынужденный прогул за период с 12.05.2018 по 06.09.2019 в размере 88124,40 руб. отказался в полном объеме. По результатам рассмотрения указанного заявления судом 19.08.2019 вынесено определение.

Истец ФИО5, её представитель ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержали заявленные требования по основаниям, изложенным в иске. Ранее, дополнительно истец ФИО5 пояснила, что о прекращении отпуска без содержания она узнала в октябре 2017 года, когда ей позвонила заведующая МДОУ детский сад общеразвивающего вида № г.Томска ФИО1. и сказала, что с 01.11.2017 будет оформлять документы о выходе истца на работу, однако фактически к рабочим обязанностям ФИО5 не приступала и по договоренности с ФИО6 переводила последней поступившую на банковскую карту заработную плату. Ещё один телефонный разговор с ФИО1 у них состоялся в мае 2018 года, тогда заведующая сообщила о проведенной в дошкольном учреждении проверке и пояснила, что оформит приказ об увольнении ФИО5 Трудовую книжку, как выяснилось впоследствии, заведующая ФИО1. передала ФИО7, свекрови истца, поскольку её самой (ФИО5) не было в г.Томске - они с супругом и детьми всё еще проживали в г.Твери. Заявление об увольнении она не писала, с приказом об увольнении ознакомлена не была и не получала его, и хотя она не проживала в г.Томске по адресу известному работодателю документы направлены не были, номер её телефона был известен, с ней неоднократно связывалась ФИО6, однако не уточняла куда и каким образом направить приказ об увольнении и трудовую книжку. Кроме того указала, что цель восстановления на работе это сам факт восстановления на работе и возможность работать.

Кроме того представитель истца ФИО2 указала, что заявленные доводы ответчика и третьих лиц о пропуске срока обращения её доверителя в суд за защитой права является несостоятельным, поскольку исходя из дословного толкования норм закона следует, что заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки. А также обратила внимание, что утверждать о злоупотреблении правом ФИО5 при установленных обстоятельствах её увольнения, а именно грубых нарушениях работодателя, исходя, что ФИО5 является зависимой от работодателя, нельзя. Работодателем не соблюден порядок увольнения, не предприняты какие-либо меры по вручению (направлению) приказа об увольнении, трудовой книжки. 

Представитель ответчика МАДОУ № ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, указала на пропуск истцом срока исковой давности для обращения с иском в суд, поддержала представленный письменный отзыв.

Представитель третьего лица - Департамента образования администрации Города Томска, представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, в том числе по основанию пропуска ФИО5 срока для подачи иска в суд, также представила суду письменное пояснение.

Представитель третьего лица – управления молодежной политики администрации г. Томска в лице администрации Города Томска ФИО8, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела была извещена надлежащим образом, о причинах неявки не сообщила, об отложении дела не просила. Участвуя ранее в судебном заседании, поддерживала представленный отзыв на исковое заявление, в котором указала, что истцом допущено злоупотребление правом, поскольку целью подачи настоящего искового заявления является не возобновление фактических трудовых отношений, а корыстный мотив – сохранность денежных средств, перечисленных муниципальным образованием, как участнику муниципальной программы. Кроме того, ФИО5 пропущен срок обращения в суд - так, со слов истца, об увольнении она узнала в мае 2018 года, а обратилась в суд лишь в марте 2019 года. 

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав письменные доказательства, допросив свидетеля, принимая во внимание заключение помощника прокурора Ленинского района г.Томска Думлер Ю.Г., полагавшей необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО5 отказать, в связи с имеющим место злоупотреблением правом со стороны истца, как работника, и как следствие пропуск срока для обращения в суд с данным иском, приходит к следующему выводу. 

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого им в соответствии с ТК РФ, а также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

По смыслу указанных норм, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудовых отношений.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

В силу статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 и 4 статьи 67 ГПК РФ).

Как установлено в судебном заседании, ФИО5 на основании трудового договора № от 07.09.2010 была принята на работу в МДОУ детский сад общеразвивающего вида № г.Томска на должность педагога – психолога на неопределенный срок, что помимо непосредственно самого трудового договора от 07.09.2010 (пункты 1.1, 1.3), подтверждается заявлением о принятии на работу от 06.09.2010, приказом о приеме работника на работу № -к от 06.09.2010, записью № № - № , имеющейся в трудовой книжке (Т.1 л.д. 46-48, л.д. 139, л.д. 160).

27 марта 2014 года приказом № , постановленным заведующей МАДОУ № ФИО1. истцу ФИО5 был предоставлен отпуск по уходу за ребенком до трех лет, с 05.03.2014 по 20.12.2016 с частичной выплатой пособия до полутора лет (Т.1 л.д.158), а далее, приказом № от 21.12.2016 заведующей МАДОУ № 9 ФИО1 на основании личного заявления ФИО5, истцу был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы сроком до 20.12.2017 (Т.1 л.д. 164-165).

01 ноября 2017 года ФИО1 был вынесен приказ № о прерывании отпуска без сохранения заработной платы педагога – психолога ФИО5, в связи с чем постановлено считать её приступившей к исполнению обязанностей с 01.11.2017 (Т.1 л.д.166).

Одновременно с названным приказом, 01.11.2017 заведующей МАДОУ № ФИО6 было решено о переводе ФИО5 по её, истца, инициативе, на иную должность – педагог дополнительного образования на 0,2 ставки с окладом в 1357,80 руб., что отражено в соответствующем приказе о переводе работника на другую работу № от 01.11.2017, дополнительном соглашении «О внесении изменений в трудовой договор № от 07.09.2010» от 01.11.2017. 

Далее, приказом № от 10.05.2018 ФИО5 была уволена с 11.05.2018 из МАДОУ № с должности педагог дополнительного образования (Т.1 л.д. 173).

Как следует из выписки ЕГРЮЛ от МДОУ детский сад общеразвивающего вида № г.Томска 15.02.2019 было реорганизовано в форме присоединения, правопреемником стало учреждение МАДОУ № .

Согласно положениям п. 2 ст. 58 ГК РФ при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.

Таким образом права и обязанности работодателя по трудовому договору с истцом перешли к ответчику МАДОУ № в порядке универсального правопреемства.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В силу статьи 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Согласно ст. 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Как разъяснено в подп. «а» п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась его добровольным волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, предупредив об этом работодателя заблаговременно в письменной форме. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по собственному желанию должно являться добровольным и должно подтверждаться исключительно письменным заявлением работника.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами при разрешении настоящего спора являются обстоятельства, подтверждающие факт наличия или отсутствия волеизъявления истца на увольнение по собственному желанию. 

В соответствии с п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Обращаясь с заявленными исковыми требованиями в суд, ФИО5, в обоснование неправомерности своего увольнения ссылалась, в том числе, на факт того, что заявление о переводе на другую должность, равно как и заявление об увольнении 04.05.2018 она не писала, в приказе об увольнении подпись об ознакомлении с ним не ставила, иными словами, волю на расторжение трудового договора по своей инициативе она не выражала.

В ходе рассмотрения дела, представителем истца ФИО2 было заявлено ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы. Данное ходатайство судом было удовлетворено.

Так, согласно заключению эксперта № 4230-2610/19, выполненного АНО «Томский центр экспертиз», рукописный текст, изображение которого имеется в копиях документа «Заявление об увольнении от 04.05.2018» выполнен не истцом ФИО5, а другим лицом; подписи от имени ФИО5, изображения которых имеются в копиях трех экземпляров документа «Приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 10.05.2018 № » в строке «С приказом (распоряжением) работник ознакомлен», выполнены не истцом ФИО5, а другим лицом; подписи от имени ФИО5, изображения которых имеются в копиях двух экземпляров документа «Приказ о досрочном выходе из отпуска без сохранения заработной платы от 01.11.2017 № » в строке «С приказом ознакомлены», выполнены не истцом ФИО5, а другим лицом; подпись от имени ФИО5, изображение которой имеется в копиях документа «Приказ о переводе работника на другую работу от 01.11.2017 № » в строке «С приказом (распоряжением) работник ознакомлен», выполнена не истцом ФИО5, а другим лицом; подпись от имени ФИО5, изображение которой имеется в копиях документа «Дополнительное соглашение от 01.11.2017 «О внесении изменений в трудовой договор от 07.09.2010 № 94», выполнена не истцом ФИО5, а другим лицом.

Данное заключение эксперта суд считает возможным положить в основу принимаемого судебного акта, поскольку указанное заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате них выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных; в заключении указаны сведения о квалификации эксперта, её образовании, стаже работы; выводы эксперта обоснованы документами, представленными в материалы дела; эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ.

Таким образом, в судебном заседании нашел свое подтверждение факт отсутствия волеизъявления ФИО5 на прекращение трудовых правоотношений с ответчиком путем оформления заявления об увольнении по собственному желанию, так как данное заявление и подпись в нем выполнены не истцом, равно как не истцом выполнены подписи в приказе о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 10.05.2018 № , приказе о досрочном выходе из отпуска без сохранения заработной платы от 01.11.2017 № приказе о переводе работника на другую работу от 01.11.2017 № , дополнительном соглашении от 01.11.2017 «О внесении изменений в трудовой договор от 07.09.2010 № ».

Помимо изложенного, вывод суда об отсутствии волеизъявления истца на увольнение по собственной инициативе подтверждается справкой о проведении проверки в МАДОУ № составленной 29.05.2018 департаментом образования администрации Города Томска. 

Из содержания данного документа видно, что комиссией, созданной для проведения проверки, был установлен наряду с иными факт, что подписи работников, среди которых обозначена и ФИО5, в документах визуально отличаются, в связи с чем комиссия пришла к выводу, что документы подписывались иными лицами и данное обстоятельство не отрицалось заведующей МАДОУ № ФИО6, в отношении которой 31.01.2019 следователем СО ОМВД России по Советскому району г.Томска было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного (Т.1 л.д.43, л.д.93-94, л.д. 125).

Разрешая требования истца о признании недействительным приказа № от 01.11.2017 о переводе на постоянную работу с должности педагога – психолога на должность педагога дополнительного образования, о признании недействительным дополнительного соглашения от 01.11.2017 «О внесении изменений в трудовой договор от 07.09.2010 № » о переводе на должность педагога дополнительного образования, суд приходит к следующему.

Статьей 72 ТК РФ предусмотрено, что изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В соответствии со статьей 72.1 ТК РФ перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.

Не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 16 Постановления от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», переводом на другую работу следует считать постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем (часть первая статьи 72.1 ТК РФ). 

Вопреки указанию в оспариваемом приказе № от 01.11.2017 о переводе на постоянную работу с должности педагога – психолога на должность педагога дополнительного образования в качестве основания для перевода - личное заявление ФИО5, материалы дела не содержат письменного согласия истца на её перевод на должность педагога дополнительного образования и как было указано выше, подпись в данном приказе, а также дополнительном соглашении от 01.11.2017 «О внесении изменений в трудовой договор от 07.09.2010 № о переводе на должность педагога дополнительного образования, выполнена не истцом ФИО5, а другим лицом. 

Данные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о нарушении работодателем процедуры перевода работника, установленной трудовым законодательством Российской Федерации, в связи с чем требования ФИО5 о признании недействительным приказа № от 01.11.2017 о переводе на постоянную работу с должности педагога – психолога на должность педагога дополнительного образования, о признании недействительным дополнительного соглашения от 01.11.2017 «О внесении изменений в трудовой договор от 07.09.2010 № » о переводе на должность педагога дополнительного образования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Довод стороны ответчика, третьих лиц, а также помощника прокурора Ленинского районного суда г.Томска о пропуске истцом срока для обращения с настоящим иском, суд находит заслуживающим внимания лишь в части.

Так, в соответствии с частью 1 статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки.

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки (пункт 3 Постановления Пленума).

Как было установлено при рассмотрении дела, сведений об ознакомлении истца с приказом об увольнении в порядке, установленном ст. 84.1 ТК РФ, либо о дате выдачи ей трудовой книжки материалы дела не содержат. Обстоятельства того, что трудовая книжка истцу не передавалась после её увольнения были подтверждены также показаниями ФИО7, допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля.

Утверждение ФИО5 о том, что впервые копия приказа № от 10.05.2018 о прекращении трудового договора была получена ею по почте 05.04.2019, о чём свидетельствует соответствующий оттиск штампа на копии почтового конверта, имеющейся в материалах дела (Т.1 л.д.9), стороной ответчика какими-либо допустимыми и достоверными доказательствами не опровергнуто. В связи с этим суд считает установленным, что копия приказа о прекращении трудового договора получена истцом именно 05.04.2019, а в суд ФИО5 обратилась 10.04.2019, то есть, в предусмотренный законом срок. Следовательно, установленный ст. 392 ТК РФ срок на обращение в суд за разрешением спора об увольнении истцом не пропущен.

Равным образом не был пропущен ФИО5 срок для обращения в суд с требованиями о признании недействительным приказа № от 01.11.2017 о переводе на постоянную работу с должности педагога – психолога на должность педагога дополнительного образования, о признании недействительным дополнительного соглашения от 01.11.2017 «О внесении изменений в трудовой договор от 07.09.2010 № о переводе на должность педагога дополнительного образования, поскольку только из обжалуемого приказа № от 10.05.2018 о прекращении трудового договора, полученного истцом 05.04.2019, последней стало известно о том, что она была переведена на иную должность, с которой в последствии была уволена.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в п. 60 Постановления от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

При указанных обстоятельствах и установленном в судебном заседании факте допущения ответчиком грубого нарушения трудового законодательства, регламентирующего процедуру перевода работника на другую работу, а также процедуру прекращения трудовых отношений с работником по его инициативе, суд полагает, что требования ФИО5 о восстановлении на работе в прежней должности – педагог – психолог с 12.05.2018, о признании недействительным приказа № от 10.05.2018 о прекращении трудового договора с 11.05.2018 подлежат удовлетворению в полном объеме.

Согласно положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Вместе с тем, в нарушение приведенной нормы, ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о законности вынесения указанных выше приказов, а также увольнение истца.

Вместе с тем, суд приходит к выводу об отказе ФИО5 в удовлетворении требований в части признания недействительным приказа № от 01.11.2017 о досрочном выходе из отпуска без сохранения заработной платы.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих постановлениях (определения от 29.05.2014 N 1094-О, от 23.04.2013 N 618-О и другие), предусмотренные частью первой статьи 392 ТК РФ сроки для обращения в суд выступают в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений; сами по себе эти сроки не могут быть признаны неразумными и несоразмерными, поскольку направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и являются достаточными для обращения в суд.

Лицам, не реализовавшим по уважительным причинам свое право на обращение в суд в сроки, установленные указанной нормой, предоставляется возможность восстановить этот срок в судебном порядке (ст. 392 ТК РФ).

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора, например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Как установлено судом и было подтверждено стороной истца в судебном заседании, ФИО5 в октябре 2017 года в ходе телефонного разговора с заведующей МАДОУ № ФИО1 стало известно о намерении руководства дошкольного учреждения «вывести» её на работу без фактического исполнения трудовой функции и уже в следующем месяце она получила денежные средства, перечисленные ей на банковскую карту в виде заработной платы.

Таким образом, у ФИО5 имелась возможность обратиться в суд с требованием о признании недействительным оспариваемого приказа № от 01.11.2017, однако она этого не сделала. Как было указано ранее, исковое заявление от ФИО5 поступило в суд 10.04.2019, то есть по истечении установленного законом срока. Доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска указанного срока, истец суду не представила.

При указанных обстоятельствах суд, принимая во внимание заявление представителя ответчика о применении последствий пропуска установленного законом срока обращения в суд, а также принимая во внимание, что законных оснований для восстановления пропущенного срока не имеется, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в части отмены приказа № от 01.11.2017 о досрочном выходе из отпуска без сохранения заработной платы, при этом, суд учитывает, что о восстановлении срока обращения в суд ФИО5 перед судом не ходатайствовала, на уважительные причины пропуска срока обращения в суд не ссылалась.

В соответствии со ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу; отказа работодателя от исполнения или несвоевременного исполнения решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора труда о восстановлении работника на прежней работе; задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

В связи с тем, что истец отказалась иска в части выплаты заработной платы за период вынужденного прогула, отказ принят судом, в связи с чем суд не разрешает вопрос о взыскании заработной платы с МАДОУ № в пользу ФИО5

В ходе рассмотрения дела, представителем ответчика, представителями третьих лиц, а также помощником прокурора Ленинского районного суда г.Томска заявлялось о злоупотреблении правом со стороны истца, выразившееся в подаче настоящего искового заявления лишь с целью избежания наступления неблагоприятных последствий в виде взыскания с неё денежных средств, уплаченных администрацией Города Томска, как участнику муниципальной программы «Предоставление мер социальной поддержки для улучшения жилищных условий работников муниципальных учреждений социальной сферы», а также злоупотреблением правом при обращении с настоящим исковым заявлением с нарушением срока, предусмотренного для защиты трудовых прав. 

Действительно, согласно материалам дела, Управление по делам молодежи, физической культуре и спорту администрации Города Томска с одной стороны, ОАО «Сбербанк России» с другой стороны, а также ФИО9, ФИО5 с третьей стороны заключили соглашение № от 28.12.2011 (Т.1 л.д.17-19), по условиям которого в целях реализации государственной жилищной политики, направленной на развитие жилищного строительства, жилищного кредитования, повышения доступности жилья для жителей муниципального образования «Город Томск», улучшения жилищных условий граждан и реализации городской долгосрочной целевой программы «Предоставление мер социальной поддержки для улучшения жилищных условий работников муниципальных учреждений социальной сферы на 2010 – 2016 годы», кредитор – ОАО «Сбербанк России» предоставляет ипотечный жилищный кредит ФИО9, ФИО5 на цели приобретения (строительства) жилья на условиях срочности, платности, возвратности и представления Управлением по делам молодежи, физической культуре и спорту администрации Города Томска средств субсидирования ФИО9, ФИО5 на финансирование процентной ставки по такому кредиту, а также средств в частичную оплату стоимости, приобретаемого с использованием средств ипотечного жилищного кредитного договора жилого помещения (первоначальный взнос). При этом, ФИО9, ФИО5 взяли на себя обязательство уведомить Управление по делам молодежи, физической культуре и спорту администрации Города Томска о прекращении трудовых отношений с муниципальным учреждением социальной сферы супругом, с указанием оснований прекращения трудовых отношений в срок 5 календарных дней с момента внесения записи в трудовую книжку о прекращении трудовых отношений (пункты 1.1, 1.2, 2.5.10 соглашения), поскольку одним из условий указанной выше программы, гражданин либо один из супругов должен находиться в трудовых отношениях с муниципальным учреждением социальной сферы города Томска не менее 10 лет с момента признания в качестве участника программы (Т.1 л.д.23).

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть первая статьи 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части второй статьи 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть третья статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения приведенных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

В соответствии с п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Суд считает необходимым указать, что предметом настоящего спора является законность увольнения ФИО5, а также законность перевода её на иную должность, заключение истцом с третьими лицами вышеназванного соглашения, порождает возникновение правоотношений в иной сфере, не относящимся к предмету иска о восстановлении на работе, отмене приказов. Кроме того, ни стороной ответчика, ни третьими лицами не было представлено относимых и допустимых доказательств наличия корыстного умысла истца при подаче настоящего иска. Истец с доводами ответчика и третьих лиц не согласился, поясняя, что цель указанного иска восстановление на работе и возможность работать по специальности педагога – психолога, что опровергнуто стороной ответчика не было. При этом нахождении ФИО5 в настоящее время в состоянии беременности, в подтверждении чего последней представлена справка от 14.08.2019, нельзя расценивать как довод опровергающее изложенное.

Таким образом довод о наличии в действиях истца злоупотребления правом суд не может принять во внимание, поскольку злоупотребление работника правом, исходя из смысла п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", имеет место в том случае, когда работник умышленно скрывает какие-либо обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения вопроса. Тогда как таковых действий истца в рассматриваемом деле не установлено.

Нельзя и признать злоупотреблением правом ФИО5 относительно сроков обращения в суд, поскольку работодатель не только с грубыми нарушениям действующего законодательства, в том числе и нарушением уголовного законодательства, уволил последнюю, но и не предпринял какие-либо меры по надлежащему вручению (направлению) приказа об этом, а также вручению (уведомлению или направлению) трудовой книжки по известному месту жительства ФИО5 Истец ФИО5 имея двоих малолетних детей, проживая за пределами г. Томска, в отсутствии достоверной и полной информации об увольнении лишена была возможности обратится за защитой своих прав. При этом указание, что с момента окончания срока отпуска без содержания ФИО5 не вышла на работу объясняется событиями, которые повлекли к привлечению к уголовной ответственности заведующую МАДОУ № ФИО1., которыми, в том числе, являлись фиктивный вывод ФИО5 из отпуска без сохранения заработной платы, перевод заработной платы на имя ФИО1, перевод на иную должность и увольнение с использованием подложных документов. Кроме того, при наличии оснований, каким например могло явиться невыход ФИО5 на работу по окончанию отпуска без содержания, работодатель имел возможность увольнения ФИО5 с соблюдением порядка, предусмотренного действующим законодательством.

Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с абзацем 2 статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Статьей 96 ГПК РФ установлено, что расходы признанные судом необходимыми, оплачиваются стороной, заявившей соответствующую просьбу.

В процессе рассмотрения данного гражданского дела, судом была назначена почерковедческая экспертиза, обязанность по оплате которой определением суда от 26.06.2019 возложена на истца ФИО5, поведение экспертизы поручено АНО «Томский центр экспертиз».

Во исполнение указанного определения экспертное учреждение представило суду заключение эксперта № 4230-2610/19, сумма оплаты за проведение экспертизы составила 27250 руб., что подтверждается содержанием заявления АНО «Томский центр экспертиз» о возмещении расходов за проведенную судебную экспертизу. 

В силу части 1 статьи 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Как видно из имеющегося в материалах чека – ордера, ФИО5 30.07.2019 на счет экспертного учреждения были внесены денежные средства по предварительному счету в размере 21300 руб., оставшаяся сумма в размере 5950 руб. оплачена истцом не была. 

Учитывая, что заключение эксперта № 4230-2610/19 судом принято в качестве достоверного и допустимого доказательства в обоснование итоговых выводов об удовлетворении требований истца, с ответчика МАДОУ № в пользу ФИО5 подлежат взысканию расходы за производство судебной почерковедческой экспертизы в размере 21 300 руб., а в пользу АНО «Томский центр экспертиз» с ответчика МАДОУ № подлежат взысканию расходы за производство почерковедческой экспертизы в размере 5 950 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО5 к МАДОУ детский сад общеразвивающего вида № города Томска о признании недействительными приказы № от 01.11.2017, № от 01.11.2017, № от 10.05.2018, дополнительного соглашения от 01.11.2017, восстановлении на работе удовлетворить частично.

Признать недействительным приказ МАДОУ детский сад общеразвивающего вида № г. Томска № от 10.05.2018 о прекращении трудового договора с 11.05.2018 по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ (собственное желание); признать недействительным приказ № от 01.11.2017 о переводе на постоянную работу с должности педагога – психолога на должность педагога дополнительного образования; признать недействительным дополнительное соглашение от 01.11.2017 «О внесении изменений в трудовой договор от 07.09.2010 № » о переводе на должность педагога дополнительного образования.

Восстановить ФИО5 на работе в МАДОУ детский сад общеразвивающего вида № города Томска в должности педагога-психолога с 12 мая 2018 года.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к МАДОУ детский сад общеразвивающего вида № города Томска о признании недействительным приказ № от 01.11.2017 о досрочном выходе из отпуска без сохранения заработной платы отказать.

Решение в части восстановления ФИО5 на работу в МАДОУ детский сад общеразвивающего вида № города Томска в должности педагога -психолога обратить к немедленному исполнению.

Взыскать с ответчика муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения детский сад общеразвивающего вида № г.Томска в пользу ФИО5 расходы, понесенные на уплату услуг эксперта Автономной некоммерческой организации «Томский центр экспертиз» по составлению экспертного заключения № в размере 21300 руб.

Взыскать с ответчика муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения детский сад общеразвивающего вида № г.Томска в пользу Автономной некоммерческой организации «Томский центр экспертиз» оплату по составлению экспертного заключения № в размере 5 950 руб.

Взыскать с МАДОУ детский сад общеразвивающего вида № города Томска в доход муниципального образования «Город Томск» государственную пошлину в размере 300 руб. 

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Томска.

Председательствующий Г.Ю. Моисеева

Мотивированный текст составлен 26.08.2019

Секретарь Л.В. Рукосуев

УИД 70RS0002-01-2019-001246-82