Судья: Гильманов Р.Р. дело № 22-4811/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Самара 18 августа 2023 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего судьи – Ивановой Т.Н.,

при секретаре судебного заседания – Губареве А.А., 

с участием:

прокурора – Ефремовой К.С., 

осужденного – ФИО2,

защитника – адвоката Ерофеева С.А.,

потерпевшего – ФИО,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Ерофеева С.А. на приговор 

<

данные изъяты>, которым

ФИО2, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден:

– по ст. 319 УК РФ за два преступления с назначением наказания в виде штрафа в размере 

<

данные изъяты> рублей за каждое;

– по ч. 1 ст. 318 УК РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 

<

данные изъяты> рублей.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, ФИО2 назначено окончательное наказание по совокупности преступлений в виде штрафа в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В приговоре указаны реквизиты для уплаты штрафа.

Постановлено сохранить ФИО2 подписку о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ивановой Т.Н. о содержании приговора, существе апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором 

<

данные изъяты> ФИО2 признан виновным в совершении публичного оскорбления представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей в отношении ФИО в совершении публичного оскорбления представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей в отношении ФИО, а также в применении насилия не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей в отношении ФИО

Преступления совершены в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Ерофеев С.А., действуя в защиту ФИО2, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Приводя в жалобе диспозиции ст. 319, ст. 318 УК РФ, раскрывая содержание ч. 1 и ч. 2 ст. 74 УПК РФ, перечислив доказательства, которые суд положил в основу обвинительного приговора, делает вывод о том, что те обстоятельства, на которых органы следствия, государственный обвинитель и суд основали свою позицию не доказывают наличие вины ФИО2 в совершении инкриминируемых деяний. Обращает внимание, что согласно справке осмотра в травмотологическом пункте от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО был выявлен ушиб грудной клетки справа, а также ушибы и ссадины обеих кистей, при этом согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ наличие телесных повреждений в виде ушиба грудной клетки у ФИО не подтверждается, что образует сомнения, которые в силу ст. 14 УК РФ следовало толковать в пользу ФИО2, чего судом сделано не было. Отмечает, что следователем в число доказательств виновности ФИО2 необоснованно были включены его показания в качестве подозреваемого и обвиняемого, судом в приговоре не отражены доказательства, на которые ссылался ФИО2 в подтверждение доводов о своей невиновности. Полагает, что к показаниям ФИО и ФИО1 необходимо относиться критически, поскольку они являются сотрудниками 

<

данные изъяты>, считает, что их показания следует признать недостоверными, поскольку они являются лицами, заинтересованными в исходе дела, ссылается при этом на позиции Конституционного Суда РФ по данному вопросу. Проводит собственный анализ и дает свою оценку показаниям потерпевших, свидетелей ФИО, ФИО1, считает ненадлежащей процедуру опознания ФИО2 свидетелем ФИО. Полагает, что не имеют доказательственного знания и не способны доказать вину ФИО2 копии наряда на службу, выписки из приказов о назначении на должность ФИО и ФИО1, их должностные регламенты. Ссылаясь на исследованную видеозапись, обращает внимание, что Потерпевший №2, обращаясь к ФИО1 не называет свою должность, звание, фамилию, не предъявляет служебное удостоверение, не сообщает причину и цель обращения, при применении мер, ограничивающих права и свободы ЧерноваС., ФИО и ФИО1 не разъясняют причины и основания, а также права и обязанности ФИО2, при этом речь ФИО2 на записи внятная, на ногах он стоит твердо, поясняя, что нуждается в медицинской помощи. Вместе с тем полагает о нарушении процессуальных норм при получении указанной видеозаписи в качестве доказательства, поскольку видеозаписи приобщены к делу в нарушение требований ст. 164.1 УПК РФ, также обращает внимание на их плохое качество, не позволяющее распознать людей, которые на ней запечатлены, излагает собственное видение событий, которые происходят на видео, где налицо, по его мнению, видна провокация со стороны ФИО.. Считает незаконным привлечение к участию в деле и допрос в качестве специалиста ФИО Обращает внимание на наличие нецензурных выражений в обвинительном заключении, полагая, что это исключает возможность постановления приговора на основании такого заключения и является основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Указывает, что приговор дословно воспроизводит содержание обвинительного заключения. С учетом всех доводов, изложенных в жалобе просит приговор отменить, вернуть дело прокурору для устранения препятствий для его рассмотрения судом либо прекратить в отношении ФИО2 уголовное преследование, то есть оправдать его.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу положений ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Основаниями для отмены судебного решения в апелляционном порядке, в соответствии с положениями ст.ст.389.15 - 389.17 УПК РФ, являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела; существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора; выявление обстоятельств, указанных в ст. 237 УПК РФ; выявление данных, свидетельствующих о несоблюдении лицом условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве.

Между тем, таких нарушений закона, повлиявших на исход данного дела, не установлено.

Расследование уголовного дела осуществлено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.

Рассмотрение уголовного дела судом проведено в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства и процедуру рассмотрения уголовного дела.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Преступления совершены ФИО2 в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда, описательно-мотивировочная часть которого, согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ содержит описание каждого преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе виновность ФИО2 в содеянном, форма вины, мотив совершения преступлений, судом установлены с приведением в приговоре оснований принятого решения. Каких-либо противоречий в выводах судом не допущено.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все имеющиеся доказательства, установил фактические обстоятельства дела и обоснованно постановил в отношении ФИО2 обвинительный приговор.

Выводы суда о виновности ФИО2 основаны на совокупности доказательств, полученных в установленном законом порядке, всесторонне полно и объективно исследованных в судебном заседании, подробно приведенных в приговоре, и получивших надлежащую оценку в соответствии со ст. 88 УПК РФ.

В судебном заседании ФИО2  виновным себя не признал, пояснил, что в ночное время находился в помещении больницы с целью обращения за медицинской помощью, в которой ему было отказано, в связи с чем он стал высказывать свои возмущения по поводу халатного обращения медиков к выполнению своих обязанностей. К нему подошли двое людей в камуфляжной форме, не представились, удостоверения не показали, попросили проехать с ними в отдел полиции, на что он согласился и сел к ним в служебный автомобиль, при этом он никого не оскорблял. Возле отдела полиции он вышел из автомашины, сотрудники полиции куда-то ушли, затем к нему вплотную резко подошел ФИО, которого он оттолкнул его от себя и стал убегать, а ФИО погнался за ним, ударил его и свалил на землю, отчего он испытал боль и получил физические повреждения в виде ссадин на руках. Затем на его руки были надеты наручники, и он был доставлен в здание отдела полиции. Никого из прохожих поблизости не наблюдал, считает все произошедшее провокацией со стороны сотрудников полиции, которые оговаривают его. 

Несмотря на непризнание ФИО2 вины, выводы суда о его виновности в совершении преступлений являются обоснованными и подтверждаются совокупностью исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств, в частности: показаниями потерпевших ФИО и ФИО1 об обстоятельствах, при которых они были публично оскорблены ФИО2, который имея признаки опьянения, нарушал общественный порядок, не реагировал на замечания и затем применил насилие к ФИО, показаниями свидетеля ФИО, в присутствии которого ФИО2 оскорблял ФИО., а впоследствии видевшего телесные повреждения у ФИО2, который пояснил, что ФИО1 применял к нему насилие, показаниями свидетеля ФИО, который являлся очевидцем того, как ФИО2 оскорбил ФИО и видел, как ФИО2 и ФИО «катались» по земле, показаниями свидетеля ФИО, который видел борьбу между Ч-вым и ФИО, оттащил ФИО2, после чего к последнему были применены спецсредства – наручники, показаниями специалиста ФИО., с участием которого осматривалась видеозапись и выполнялась ее раскадровка, показаниями специалиста ФИО, который при осмотре раскадровки, пояснил, что на кадрах двое мужчин, один из которых занял боевую стойку, а затем нанес удар рукой в область тела второго мужчины, а также письменными доказательствами и материалами дела, содержание которых судом подробно раскрыто в приговоре. 

При этом показания потерпевших и свидетелей, положенные судом в основу приговора последовательны и логичны, не противоречат друг другу, подтверждаются исследованными судом материалами дела: заявлениями потерпевших, документами об их должностном статусе, протоколами осмотра видеофайлов, содержащихся на CD-R диске, приобщенном к материалам уголовного дела ФИО, в том числе с участием последнего, протоколом осмотра файлов, полученных в ходе раскадровки видеозаписи, изъятой с камеры наблюдения, протоколом осмотра места происшествия с участием свидетеля ФИО, справкой осмотра ФИО в травматологическом пункте, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ об установлении у ФИО. повреждений 

Все приведенные в приговоре доказательства были тщательным образом исследованы судом, по итогам чего им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения данного дела. В приговоре приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие. Не согласиться с выводами суда суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Каких-либо сведений о заинтересованности лиц, показания которых положены в основу приговора, оснований для оговора ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, не установлено.

Показания ФИО2, в которых он отрицал вину в оскорблении представителей власти и применении насилия в отношении представителя власти, суд обоснованно не принял во внимание, поскольку они опровергаются всей совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, следовательно, являются заведомо надуманным и несостоятельным средством защиты, которое ФИО2 использует с целью уклонения от уголовной ответственности и наказания.

Вопреки доводам защиты то обстоятельство, что заключением экспертизы выставленный ФИО диагноз «ушиб грудной клетки» не подтвержден клиническими данными, не опровергает вывод суда о применении ФИО2 насилия в отношении ФИО, являющегося представителем власти и находившегося при исполнении им своих должностных обязанностей, поскольку факт применения ФИО2 к потерпевшему насилия в связи с исполнением им должностных обязанностей установлен судом на основе совокупности представленных сторонами и исследованных в судебном заседании доказательств.

Доводы защиты о том, что к показаниям ФИО и ФИО1 необходимо относиться критически, поскольку они являются сотрудниками полиции и заинтересованы в исходе дела, являются несостоятельными, поскольку показания потерпевших согласуются между собой, а также с показаниями свидетелей, письменными материалами дела, видеозаписью. При этом у суда не имелось оснований сомневаться в показаниях потерпевших либо ставить их под сомнение вследствие должностного положения ФИО и ФИО1, поскольку они имеют последовательный характер и объективно подтверждаются другими доказательствами по делу. В ходе судебного разбирательства не установлено обстоятельств, указывающих на наличие у потерпевших личной неприязни к осужденному, оснований для его оговора, заинтересованности в исходе дела, в искусственном создании либо фальсификации доказательств. Исходя из фактических обстоятельств дела, вопреки доводам защиты, судом установлено, что конфликтную ситуацию спровоцировал ФИО2, неправомерных действий в отношении осужденного со стороны потерпевших не установлено.

При этом несостоятельность доводов о неправомерности действий потерпевших, которые полностью опровергается собранными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей обвинения, являющихся очевидцами происходивших событий, является заведомо очевидной. Доводы осужденного о том, что потерпевшие не представлялись, не предъявляли служебное удостоверение, опровергается показаниями потерпевших и свидетеля ФИО, который пояснил, что ФИО и ФИО1 прибыли на служебном автомобиле с опознавательными знаками, были в служебной форме с надписью 

<

данные изъяты>», ФИО предъявлял служебное удостоверение. Таким образом, ФИО2 было известно, что ФИО и ФИО1 являются представителями власти и находятся при исполнении своих служебных обязанностей.

Отсутствие на видеозаписи того момента, где ФИО представляется ФИО2 и предъявляет служебное удостоверение, на что ссылается защита, свидетельствует лишь о том, что такие обстоятельства имели место до начала осуществления этой видеозаписи, поскольку согласно протоколу осмотра видеофайла от ДД.ММ.ГГГГ, запись начинается с того момента, когда между Ч-вым и ФИО происходит не только что начатая, а уже текущая коммуникация (том №).

Вопреки суждениям адвоката о том, что ФИО2  вел себя спокойно, твердо стоял на ногах, из акта медицинского освидетельствования (том №) следует, что ФИО2 на момент осмотра ДД.ММ.ГГГГ агрессивен, имеет расширенные зрачки, вялую реакцию на свет, дискоординирован, имеет шаткую походку, 

<

данные изъяты>, что согласуется с показаниями потерпевших и свидетелей о наличии у ФИО2. явных признаков опьянения.

Доводы жалобы о том, что не имеют доказательственного знания и не способны доказать вину ФИО2. копии наряда на службу, выписки из приказов о назначении на должность ФИО и ФИО1, их должностные регламенты, заведомо не состоятельны, поскольку в соответствии с позицией Верховного Суда РФ при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 УК РФ необходимо учитывать нормы законодательства, регламентирующего организацию деятельности и полномочия правоохранительных и контролирующих органов, правовое положение должностных лиц указанных органов, порядок осуществления ими служебной деятельности, а также устанавливать, сотрудником, должностным лицом какого именно правоохранительного, контролирующего или иного органа являлся потерпевший либо в каком именно органе он проходил службу, содержание его полномочий.

Доводы защиты о нарушенной процедуре приобщения к материалам дела видеозаписи в качестве доказательства отвергаются судом апелляционной инстанции в качестве заведомо надуманного и несостоятельного средства защиты, поскольку из материалов дела, протоколов судебного заседания следует, что вследствие невозможности просмотра в заседании суда видеозаписи на диске, расположенном в томе №, в органы следствия был направлен запрос с просьбой предоставить диск с видеофайлом, который в деле отсутствует, после чего указанная запись была предоставлена следственными органами и просмотрена в судебном заседании с участием сторон. 

Таким образом, отсутствие видеофайла на диске, который имелся в материалах дела было восполнено, сомнений в источнике происхождения содержащихся на нем видеофайлов у суда апелляционной инстанции не имеется, то обстоятельство, что диск не был опечатан, не является причиной для признания его недопустимым доказательством, так как он представлен и приобщен к материалам уголовного дела через должностное лицо, в производстве которого находилось дело, в процессе судебного разбирательства, такая необходимость возникла в виду отсутствия сохранности видеофайлов на том диске, который был приобщен к материалам уголовного дела. При этом сам факт их отсутствия не свидетельствует о процессуальных нарушениях, поскольку это может быть связано с техническими сбоями при записи файла на диск. Содержание видеофайлов на представленном следователем диске не противоречит установленным судом обстоятельствам дела.

Ссылка автора жалобы на нарушение следователем порядка копирования информации, установленного положениями ст. 164.1 УПК РФ, является несостоятельной, основана на неверном толковании закона, поскольку данный порядок в силу п. 1 ст. 164.1 УПК РФ обязателен при производстве следственных действий по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 159 ч. ч. 1 - 4, 159.1 - 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165 и 201 УК РФ.

Плохое качество изображения на видеофайлах также не влияет на допустимость доказательства, поскольку в ходе предварительного расследования к просмотру записей привлекались очевидцы, которые по ходу просмотра комментировали происходящее. Видеозаписи обоснованно допущены судом в качестве доказательства по уголовному делу, поскольку отображенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ. Вопреки доводам защиты видеокамерой зафиксированы действия ФИО2 по применению насилия к ФИО 

Вопреки доводам жалобы привлечение следователем к участию в следственном действии специалиста не противоречит положениям ст. 168 УК РФ. ФИО был допрошен в качестве специалиста для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию, дал пояснения, которые согласуются с иными доказательствами, положенными судом в основу приговора, каких либо нарушений уголовно-процессуального закона в ходе его допроса, влекущих их недопустимость не допущено, поэтому доводы жалобы в этой части несостоятельны.

Доводы адвоката о наличии нецензурных выражений в обвинительном заключении, что по его убеждению исключает возможность постановления приговора на основании такого заключения и является основанием для возвращения уголовного дела прокурору, отклоняются судом апелляционной инстанции в силу следующего.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В соответствии с п. п. 3 и 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении излагается существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела; доказательства, подтверждающие обвинение.

Согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 года N 1 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

Из содержания обвинительного заключения следует, что в описании обвинения, предъявленного ФИО2, нецензурные выражения отсутствуют. Вместе с тем в обвинительном заключении содержится перечень доказательств обвинения, и в некоторых приведены прямые высказывания ФИО2 с указанием нецензурных слов, однако на существо обвинения это не влияет, основанием для возвращения дела прокурору не является. Наличие нецензурных выражений в обвинительном заключении при изложении содержания доказательств, а не при описании преступного деяния, не является препятствием для принятия судом на его основе решения по существу дела. 

При таких обстоятельствах не усматривается, что органами предварительного следствия либо судом допущено существенное процессуальное нарушение, которое влечет лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность вынесения законного и обоснованного решения и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия. 

Воспроизведение в приговоре показаний потерпевшей, свидетелей, данных на стадии предварительного расследования и оглашенных с согласия сторон в судебном заседании, а также содержания процессуальных документов не свидетельствует о копировании текста обвинительного заключения и не ставит под сомнение законность приговора.

.Таким образом, вопреки доводам жалобы защитника фактические обстоятельства дела правильно установлены судом и изложены в приговоре, который в своей описательной части содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе совершения преступления, другие данные, позволяющие судить о событии преступлений, причастности к ним осужденного и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного ФИО2

Доводы автора жалобы о необоснованности осуждения ФИО2 по существу повторяют процессуальную позицию стороны защиты в судебном заседании, которая была проверена при рассмотрении дела судом первой инстанции и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов опровергающих доводы осужденного и его защитника.

В целом доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела, несогласию с выводами суда относительно юридической оценки действий ФИО2

Между тем, суждения защитника в жалобе относительно оценки доказательств являются его субъективным мнением и не могут рассматриваться как основание к отмене приговора. Несогласие стороны защиты с данной судом оценкой доказательств не влечет признание их недопустимыми и не является основанием для отмены судебных решений.

Судом верно установлены фактические обстоятельства дела и правильно квалифицированы действия, совершенные ФИО2 по двум преступлениям по ст. 319 УК РФ, как публичное оскорбление представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, а также по ч. 1 ст. 318 УК РФ как применение насилия не опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Квалификация действий осужденного сомнений не вызывает.

Ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденного, нарушения его права на защиту во время расследования и рассмотрения дела судом, либо обвинительного уклона, допущено не было. Предварительное расследование и судебное следствие проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей.

Проанализировав все доказательства, суд пришел к правильным выводам о виновности осужденного в совершении преступлений.

Мотивы, по которым суд пришел к выводам о том, что сотрудники полиции ФИО и ФИО1, исполнявшие должностные обязанности, действовали в отношении ФИО2 в соответствии с требованиями Федерального закона "О полиции", о наличии у осужденного умысла на публичное оскорбление потерпевших ФИО и ФИО1 и применение насилия в отношении потерпевшего ФИО, в приговоре приведены и обоснованы.

Наказание ФИО2. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также с учетом обстоятельств, смягчающих наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, к числу которых суд отнес: наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

данные изъяты>, престарелой матери, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, за которой он осуществляет уход, состояние здоровья самого подсудимого, имеющего ряд хронических заболеваний.

Отягчающих наказание обстоятельств суд обоснованно не установил.

Таким образом, все обстоятельства, имеющие значение при назначении наказания и влияющие на его справедливость, судом первой инстанции учтены в полной мере. Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, ч. 6 ст. 15 УК РФ, о необходимости и целесообразности назначения ФИО2 наказания в виде штрафа в приговоре должным образом мотивированы.

Ввсе заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде, размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному, соответствующим личности осужденного.

Таким образом, оснований для отмены приговора по доводам жалобы, в виду нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор 

<

данные изъяты> в отношении ФИО2 – оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Ерофеева С.А. – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения;

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ порядке.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись Т.Н. Иванова

Копия верна.

Судья: Т.Н. Иванова