№ 1-28/2021 

УИД 62RS0003-01-2020-002728-67

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

г. Рязань 25 марта 2021 года

Октябрьский районный суд г. Рязани в составе:

председательствующего судьи Кожина М.Н. и коллегии присяжных заседателей,

при секретарях судебного заседания Самохиной Ю.В. и Макуниной С.С.,

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Октябрьского района г. Рязани Добровольской Н.С. и ФИО2, 

подсудимого (гражданского ответчика) ФИО3, его защитников – адвоката коллегии адвокатов г. Рязани «Центр права и защиты» АПРО Сергеева В.В., представившего удостоверение №, выданное управлением Минюста РФ по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, и иного лица, допущенного по ходатайству подсудимого в качестве защитника, Матвейчука В.Л., 

а также потерпевшей (гражданского истца) ФИО1 и её представителя – адвоката Рязанской городской коллегии адвокатов АПРО Назарова В.А., представившего удостоверение №, выданное управлением Минюста РФ по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда материалы уголовного дела в отношении: 

ФИО3, 

<

данные изъяты> не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

Вердиктом коллегии присяжных заседателей от 20 января 2021 года ФИО3 признан виновным в совершении следующих действий. 

ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов 00 минут ФИО3 находился в части своего дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, где также находился ФИО8, между которыми ранее произошла словесная ссора в ходе телефонного разговора, во время которой ФИО8 оскорбительно высказался в адрес ФИО4. Также, в указанные выше время и месте, между ФИО3 и ФИО8 вновь произошёл словесный конфликт, по поводу высказанного ФИО3 ФИО8 требования покинуть его дом, в ходе которого ФИО8 снова оскорбительно выругался в адрес ФИО3, переросший в потасовку между ними, в ходе которой ФИО8 схватил ФИО3 за одежду, а последний взял ФИО8 за руки, и таким образом они удерживали друг друга. Затем ФИО3 обхватил шею ФИО8 руками и, с применением физической силы и сдавливания шеи, причинил ФИО8 телесные повреждения в виде закрытых переломов обоих больших рогов подъязычной кости (полные) и правой пластинки щитовидного хряща (неполные), а также от сдавливания шеи руками, с применением физической силы, ФИО3 было перекрыто ФИО8 дыхание до тех пор, пока он не перестал подавать признаков жизни, в результате чего ему была причинена механическая асфиксия, вызвавшая расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно, что привело к наступлению смерти ФИО8. После этого труп ФИО8 ФИО3 совместно с лицом, в отношении которого было отказано в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1ст. 24 УПК РФ (в связи со смертью подозреваемого), был перемещен в садоводческое товарищество «

<

данные изъяты>», расположенное на территории 

<

адрес>, где был закопан в подвале заброшенного строения. 

Решая вопрос о квалификации действий подсудимого ФИО3, следствием которых стала смерть ФИО8, суд исходит из направленности умысла виновного лица, а также последствий содеянного. 

Об умысле ФИО3 на убийство ФИО8 свидетельствует способ лишения жизни потерпевшего, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего. Так, вердиктом коллегии присяжных заседателей установлено, что мотивом действий ФИО3 стал конфликт между ним и потерпевшим ФИО8, во время которого подсудимый из личной неприязни к потерпевшему схватил его руками за жизненно важную часть тела – шею, после чего сдавливанием шеи в течение продолжительного времени с такой силой, что сломались большие рога подъязычной кости и пластинка щитовидного хряща, задушил руками ФИО8, а затем скрыл труп ФИО8 и на протяжении года не сообщал в правоохранительные органы о содеянном. По мнению суда, данные обстоятельства бесспорно свидетельствует о направленности умысла подсудимого ФИО3 именно на убийство ФИО8, то есть лишение последнего жизни. 

Суд, исходя из совокупности всех фактических обстоятельств содеянного и учитывая, в частности, способ совершения преступления, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующие преступлению взаимоотношения погибшего и подсудимого, а именно наличие между ними конфликта, приходит к выводу о том, что ФИО3 сдавливая руками жизненно важный орган шею потерпевшего ФИО8, перекрывая тем самым ему дыхание, до тех пор пока тот не престал подавать признаков жизни, перевозя затем тело погибшего в другое место, где оно было закапано в подвале заброшенного строения, действовал с прямым умыслом, направленным на причинение смерти ФИО8, так как осознавал общественную опасность своих преступных действий, предвидел неизбежность наступления смерти потерпевшего в результате данных действий и желал наступления его смерти. Таким образом, установленный судом характер действий подсудимого свидетельствует о том, что его целью было именно умышленное лишение жизни потерпевшего ФИО8.

Между совершенным подсудимым деянием и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего ФИО8 имеется прямая причинно-следственная связь. 

Суд не соглашается с доводами подсудимого ФИО3, а также его защитников Сергеева В.В. и Матвейчука В.Л. о том, что от действий ФИО3 не могла наступить смерть потерпевшего ФИО8, а также о том, что ФИО3 действовал в состоянии необходимой обороны либо с превышением её пределов, поскольку в соответствии с обстоятельствами, установленными вердиктом присяжных заседателей, подсудимый ФИО3 совершил действия, от которых наступила смерть ФИО8. При этом, как уже было указано судом выше, применяя приведенный способ причинения смерти, подсудимый ФИО3 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасного последствия в виде наступления смерти потерпевшего и желал её наступления. 

Исходя из установленных обвинительным вердиктом присяжных заседателей обстоятельств, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО3 по ч. 1 ст. 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. 

Разрешая вопрос о вменяемости подсудимого в отношении совершенного преступления, суд принимает во внимание, что информации о наличии у ФИО3 психического расстройства в ГБУ РО «Областной клинической психиатрической больницы им ФИО5» не имеется, также не имеется информации о наличии у него наркологического расстройства в ГБУ РО «Областной клинический наркологический диспансер» (т. 7 л.д. 57-58).

Согласно заключению амбулаторной первичной комплексной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые бы лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, не страдал и не страдает в настоящее время. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО3 может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела и давать показания. ФИО3 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. ФИО3 в момент происходящих криминальных событий не находился в состоянии физиологического аффекта. (т. 3 л.д. 238-239) 

Оснований сомневаться в выводах указанного заключения у суда не имеется, заключение признается судом допустимым и достоверным, так как оно соответствует по форме и содержанию требованиям закона, составлено с указанием примененных методик, основано не только на представленных экспертам материалах дела, но и на данных о развитии, жизни ФИО3, а также на результатах непосредственного наблюдения за подсудимым и его обследования. 

В ходе судебного заседания поведение ФИО3 было адекватно происходящему, свою защиту он строил активно, обдуманно и мотивированно. 

Оснований сомневаться в психическом здоровье подсудимого ФИО3 не имеется, в связи с чем, суд находит его вменяемым в отношении совершенного преступления и подлежащим наказанию.

Обсуждая вопрос о мере наказания, суд в соответствии со статьями 6, 60 УК РФ учитывает, что лицу признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса, и с учетом положений Общей части настоящего Кодекса. Также учитываются конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, данные о личности подсудимого, а также его отношение к содеянному, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Подсудимым ФИО6 было совершено оконченное преступление, которое направлено против жизни и здоровья человека, при этом статьями 2, 20 и 41 Конституции РФ провозглашается, что жизнь и здоровье личности в Российской Федерации являются высшей социальной ценностью общества, а охрана этих благ от преступных посягательств составляет одну из важнейших задач государства. 

Преступление подсудимый ФИО6 совершил, действуя с прямым умыслом. 

В соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, в котором суд признает подсудимого виновным, относится к категории особо тяжких преступлений, за которое предусмотрено в качестве основного наказания исключительно лишение свободы. 

Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», при назначении наказания за убийство необходимо учитывать все обстоятельства, при которых оно совершено: вид умысла, мотивы и цель, способ, обстановку и стадию совершения преступления, а также личность виновного, его отношение к содеянному, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. Равным образом должны быть исследованы данные, относящиеся к личности потерпевшего, его взаимоотношения с подсудимым, а также поведение, предшествовавшее убийству.

В качестве данных характеризующих личность подсудимого ФИО3, суд учитывает, что он имеет постоянное место жительство и регистрацию (т. 7. л.д. 37, 60, 123), имеет высшее образование (т. 7 л.д. 67-69), на учетах и психиатра и нарколога не состоит (т. 7 л.д. 57-58), его возраст, семейное положение, состояние здоровья, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, при этом он не женат и лиц, находящихся на его иждивении у него не имеется (т. 7 л.д. 73, 125). 

При назначении наказания подсудимому ФИО3 суд учитывает, что на момент совершения преступления он судимости не имел (т. 7 л.д. 43-45).

По месту регистрации и жительства ФИО3 характеризуется положительно так, как жалоб со стороны соседей на него не поступало (т. 7 л.д. 62, 130). 

По месту получения высшего образования в период времени с 1988-1993 годы в 

<

данные изъяты> институте (т. 7 л.д. 66-69), территориальным общественным самоуправлением «

<

данные изъяты>» (т. 7 л.д. 128) и как клиент фитнес центр «

<

данные изъяты>» (т. 7 л.д. 130) подсудимый ФИО3 также характеризуется положительно. 

Участковым уполномоченным полиции по месту жительства ФИО3 характеризуется удовлетворительно, поскольку, несмотря на отсутствие со стороны соседей жалоб и заявлений, он привлекался к уголовной и административной ответственности (т. 7 л.д. 64).

Согласно материалов личного дела ФИО3, в период времени с 1993 по 1995 годы проходившего службу в правоохранительных органах – 

<

данные изъяты>, он характеризуется удовлетворительно (т. 7 л.д. 82-111). 

Судом берется во внимание и удовлетворительная характеристика на подсудимого ФИО3 по месту содержания под стражей в качестве меры пресечения – ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по 

<

адрес>, из которой следует, что нарушений установленного порядка содержания под стражей он не допускает, взысканий и поощрений не имеет, на мероприятия воспитательного характера реагирует удовлетворительно, из проводимых индивидуальных бесед воспитательного характера делает должные выводы, с представителями администрации вежлив и тактичен (т. 8 л.д. 236). 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО3, предусмотренных ст. 61 УК РФ, судом учитываются:

- в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку потерпевший ФИО8 против воли подсудимого находился в его доме, на требования покинуть дом потерпевший ответил отказом, при этом оскорбительно выразился в адрес ФИО3, тем самым действиями ФИО8 был спровоцирован конфликт, в ходе которого подсудимый лишил потерпевшего жизни; 

- в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку ФИО3, несмотря на отрицание своей причастности к преступлению, добровольно указал сотрудникам полиции, не располагавшими соответствующей информацией, место сокрытия трупа потерпевшего ФИО8, что способствовало установлению обстоятельств, совершения преступления (т. 4 л.д. 51-56);

- в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, состояние здоровья подсудимого, а именно наличие у него ряда заболеваний, в том числе 

<

данные изъяты> 

Иных обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО3 и предусмотренных ст. 61 УК РФ, судом не усматривается. 

Суд не соглашается с позицией стороны защиты о том, что обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, предусмотренным в качестве такового п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, является его явка с повинной. 

Так, в соответствии с п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» под явкой с повинной, которая в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим наказание, следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде. Не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления. Признание лицом своей вины в совершении преступления в таких случаях может быть учтено судом в качестве иного смягчающего обстоятельства в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ или, при наличии к тому оснований, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

В материалах настоящего дела имеется протокол явки ФИО3 с повинной от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 15-16), однако при даче подсудимым указанной явки с повинной, отсутствует признак сообщения лицом о совершенном им или с его участием преступлении, поскольку в ней он не сообщает сведений о своей роли в лишении жизни ФИО1, указывая, что это было сделано иным лицом. При таких обстоятельствах, приведенный выше протокол явки с повинной от ДД.ММ.ГГГГ, не может расцениваться в качестве явки с повинной.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО3, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», по смыслу закона, с учетом особенностей признания подсудимого заслуживающим снисхождения, а также смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «и» (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, не влечет за собой последовательного применения положений ч. 1 ст. 62 и ч. 1 ст. 65 УК РФ. Применению подлежат только положения, предусмотренные ч. 1 ст. 65 УК РФ.

Согласно вердикту присяжных заседателей ФИО3 признан заслуживающим снисхождения, в связи с этим в соответствии с ч. 1 ст. 349 УПК РФ, а также с учетом наличия предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающего обстоятельства, наказание ему надлежит назначить с применением положений ч. 1 ст. 65 УК РФ, в связи с чем срок или размер наказания, которое может быть назначено подсудимому, не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

В соответствии с ч. 4 ст. 65 УК РФ при назначении наказания в отношении ФИО3, признанному вердиктом присяжных заседателей виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, обстоятельства, отягчающие наказание, не учитываются, при этом, как уже было сказано выше, таковых судом установлено не было.

Установленные судом обстоятельства дела, а также характеризующие личность подсудимого ФИО3 данные, несмотря на наличие смягчающих его наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, не позволяют применить положения, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного им, позволяли ли бы применить к ФИО3 положения ст. 64 УК РФ при назначении наказания, суд не усматривает.

Также, с учётом данных характеризующих личность подсудимого, несмотря на наличие смягчающих обстоятельств, принимая во внимание общественную опасность, совершенного им преступления, объектом которого являются общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность как здоровья, так и жизни человека, и поскольку в результате совершения преступления потерпевший лишился жизни, то суд не находит оснований для изменения категории совершенного ФИО3 преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

С учетом изложенного, личности подсудимого ФИО3, его деяния, характера и степени общественной опасности, совершенного им преступления, обстоятельств смягчающих его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд считает, что цели наказания и исправления подсудимого могут быть достигнуты только в условиях изоляции от общества, в связи с чем, подсудимый ФИО3 заслуживает строгого наказания в виде реального лишения свободы, с назначением дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, в виде ограничения свободы, с установлением ограничений и обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ, способствующих его исправлению. 

Отбывание наказания подсудимому ФИО3, с учетом его личности, должно быть назначено, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, как мужчине, осужденному к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления и ранее не отбывавшему лишение свободы, в исправительной колонии строгого режима.

По мнению суда, такое наказание будет соответствовать принципу справедливости, максимально способствовать исправлению подсудимого, предупреждению совершения им новых преступлений.

Оснований для постановления в отношении подсудимого ФИО3 приговора без назначения наказания или же его освобождения от наказания, применения в отношении него положений ст. 73 УК РФ, а также для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке ст. 531 УК РФ судом не установлено.

Судьбу вещественных доказательств разрешить в соответствии с положениями ст. 81 УПК РФ.

Меру пресечения в отношении подсудимого ФИО3 до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражей, в целях обеспечения исполнения приговора, по которому назначается наказание в виде реального лишения свободы, необходимо оставить без изменения, после чего отменить. 

По правилам статьи 72 УК РФ время содержания лица по стражей засчитывается в срок лишения свободы.

По настоящему делу установлено, что ФИО3 в период времени с 21 по ДД.ММ.ГГГГ был задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ, а с ДД.ММ.ГГГГ, он содержится под стражей в качестве меры пресечения, которая на протяжении предварительного расследования и судебного разбирательства не изменялась и не отменялась (т. 4 л.д. 24-26, 82, 93-95).

Таким образом, в срок наказания в виде лишения свободы, назначенного подсудимому, в соответствии с пунктом «а» части 31 статьи 72 УК РФ, подлежит зачету время его задержания и содержания под стражей в качестве меры пресечения из расчета день за день, так как ФИО3 назначено отбывание наказание в исправительной колонии строгого режима. 

Потерпевшей (гражданским истцом) ФИО1 в рамках настоящего уголовного дела был заявлен гражданский иск о возмещении подсудимым расходов, вызванных смертью её сына, а также о компенсации морального вреда, причиненного преступлением. При этом истица указала, что расходы на погребение складываются из следующего: услуги по подготовке тела умершего к захоронению на сумму 3850 рублей, расходы на захоронение – 37940 рублей, установка ограды на могилу – 42000 рублей, изготовление фотографии умершего – 3600 рублей, изготовление памятника – 229000 рублей, а всего на общую сумму 316390 рублей. 

В судебном заседании, уточнив свои исковые требования, потерпевшая ФИО1 просила суд взыскать с подсудимого ФИО3 в её пользу в счет возмещения материального ущерба, связанного с расходами на погребение, 316390 рублей, в счет компенсации морального вреда, причинённого преступлением, 5000000 рублей. 

Заявленные потерпевшей ФИО1 требования подсудимый ФИО3 не признал. 

По общему правилу, установленному пунктом 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (далее по тексту Федеральный закон № 8-ФЗ) погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронению в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации). 

Согласно статьи 5 Федерального закона № 8-ФЗ вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (т.е. памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, т.е. размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона N 8-ФЗ. Вместе с тем, возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности.

Таким образом, в соответствии со статьей 1094 ГК РФ, а также нормами Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», потерпевшая ФИО1 обладает правом на возмещение расходов, связанных с организацией похорон своего сына ФИО8, погибшего в результате преступления. Так как, судом было установлено, что в смерти ФИО8 виновен подсудимый ФИО3, то приведенные расходы подлежат взысканию с него в пользу потерпевшей. 

В подтверждение расходов, связанных с погребением, потерпевшей ФИО1 были представлены следующие доказательства:

- копии квитанции и кассового чека от ДД.ММ.ГГГГ, выданные ИП ФИО12, (т. 8 л.д. 223-224) на сумму 3850 рублей за оплату услуг по подготовке тела умершего ФИО1 к захоронению. Денежные средства за указанные услуги были внесены гр-м ФИО13, который по пояснениям потерпевшей являлся представителем организации занимавшейся организацией похорон. Также в судебном заседании ФИО1 была предоставлена расписка о передаче ФИО13 денежных средств в указанной сумме 3850 рублей;

- копии счет-заказа и кассового чека от ДД.ММ.ГГГГ, выданные ИП ФИО14, (т. 8 л.д. 225-226), согласно которых потерпевшая оплатила расходы по организации похорон своего сына ФИО1 на сумму 37940 рублей;

- копии наряд-заказа и квитанций к приходно-кассовым ордерам от 07 и ДД.ММ.ГГГГ, выданные ИП ФИО15, (т. 8 л.д. 227-228) согласно которых потерпевшей были понесены расходы в сумме 42000 рублей на установление ограждения на могиле погибшего сына. При этом суд, в данной части расходов, признает ненадлежащими доказательствами, дополнительно представленные стороной истца наряд-заказ и приходно-кассовые ордера, которые были выданы ИП ФИО16, так как данные документы были получены потерпевшей непосредственно перед судебном заседанием, которое состоялось по настоящему делу ДД.ММ.ГГГГ, то есть не в те дни, когда потерпевшая несла указанные расходы, и кроме того потерпевшей не было доказано, что данные документы были выданы именно тем лицом, которое оказало данную услугу и получило за это денежные средства;

- копии заказа и кассового чека от ДД.ММ.ГГГГ, выданные ИП ФИО17 (т. 8 л.д. 229-230), согласно которых потерпевшая оплатила 3600 рублей за изготовление фотографии погибшего сына; 

- копией заказа и квитанций к приходно-кассовым ордерам от 13 и ДД.ММ.ГГГГ, выданных ИП ФИО18, согласно которых в счет оплаты изготовления памятника на могилу погибшего сына потерпевшей были предварительно внесены 150000 рублей.

Таким образом, в судебном заседании документально были подтвержденные расходы, понесенные потерпевшей ФИО1 на погребение сына, в общей сумме 237390 рублей. По мнению суда, данная сумма понесенных потерпевшей расходов не является чрезмерной и соответствует критерию разумности. 

Принимая во внимание, приведенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что силу статьи 1094 ГК РФ на подсудимого может быть возложена обязанность по возмещению потерпевшей ФИО1 расходов, связанных с погребением сына, в размере установленным судом и приведенным выше. 

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд в силу ч. 2 ст. 1101 ГК РФ учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевшего; степень вины подсудимого, его материальное и семейное положение, требования разумности и справедливости. 

Как разъяснено в пункте 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре», судам необходимо иметь в виду, что лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред, вправе также предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда, которая, в соответствии с законом, осуществляется в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. При разрешении подобного рода исков следует руководствоваться положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Принимая во внимание, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истицы ФИО1, которая лишилась родного сына, являющегося для нее, исходя из ее показаний, данных в ходе рассмотрения дела по существу, близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

По мнению суда, заявленные потерпевшей ФИО1 требования к ФИО3 о компенсации морального вреда, являются обоснованными, так как судом был установлен факт причинения потерпевшей по вине подсудимого нравственных страданий, в связи с потерей сына. 

При разрешении настоящего иска и определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер, причиненных потерпевшей нравственных страданий, а также материальное положение подсудимого и его семьи, являющегося трудоспособным человеком, и считает, что требования истицы о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению.

Таким образом, с учетом нравственных переживаний, перенесенных ФИО1 в связи с утратой близкого человека, исходя из принципов разумности и справедливости, суд полагает, необходимым взыскать с подсудимого ФИО3 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 2000000 рублей.

При таких обстоятельствах, настоящий иск ФИО1 к ФИО3 о возмещении расходов на погребение и компенсации морального вреда подлежит частичному удовлетворению.

В соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 42, ч. 1 ст. 45 УПК РФ потерпевший вправе иметь представителя. Представителем потерпевшего может быть и адвокат, участвующий в деле на основании представленного ордера или иное лицо при наличии подтвержденных полномочий.

Согласно ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

В силу п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся, в том числе, суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Одновременно с подачей искового заявления потерпевшей ФИО1 было заявлено требование о взыскании с подсудимого ФИО3 расходов, связанных с участием в судебном заседании её представителя – адвоката Назарова В.А., на сумму 60000 рублей.

Обосновывая требования, в части взыскания указанных расходов, представителем потерпевшей Назаровым В.А. было указано, что им была продлена работа по участию в судебных заседаниях по настоящему делу, по ознакомлению с материалами дела, по составлению и подачи искового заявления в суд. 

В подтверждение несения расходов на представителя, потерпевшей была предоставлена квитанция от ДД.ММ.ГГГГ о внесении денежных средств в сумме 60000 рублей в кассу Рязанской городской коллегии адвокатов на оплату услуг адвоката Назарова В.А. по представлению её интересов в суде по настоящему делу (т. 8 л.д. 222). Таким образом, понесенные потерпевшей ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в соответствии с п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам. 

Частью 1 статьи 132 УПК РФ предусмотрено, что процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. 

Определяя размер расходов на оплату услуг представителя, суд принимает во внимание сложность дела, длительность судебного разбирательства, объем проведенной представителем потерпевшего работы, объективно необходимой в данном деле. 

По делу установлено, что представитель потерпевшей ФИО1 – Назаров В.А., представлял интересы потерпевшей в судебном разбирательстве, участвуя с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 13 судебных заседаниях, единожды ДД.ММ.ГГГГ он знакомился с материалами дела, состоящего из восьми томов, а также им было подготовлено и представлено в суд исковое заявление. 

Настоящее дело рассматривалось судом с участием присяжных заседателей, в связи с чем, с учетом сложности и длительности рассмотрения настоящего уголовного дела, объема и характера оказанной юридической помощи, размер вознаграждения представителя потерпевшей, в размере заявленной суммы, судом признается обоснованным.

При таких обстоятельствах, учитывая положения ч. 1 и ч. 2 ст. 132 УПК РФ, суд считает возможным удовлетворить требования потерпевшей ФИО20 о взыскании в её пользу с осужденного ФИО3 в счет возмещения, понесенных по делу расходов на оплату услуг представителя, денежной суммы в размере, заявленных требований. 

Также суд не находит оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, для снижения размера или же освобождения осужденного ФИО3 от возмещения процессуальных издержек, понесенных потерпевшей, по мотиву его имущественной несостоятельности, либо если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на его иждивении, так как каких-либо сведений, свидетельствующих об этом, в судебном заседании установлено не было. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 299, 303, 304, 307-309, 351 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 (один) год.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы исполнять самостоятельно, после отбытия осуждённым ФИО3 основного наказания в виде лишения свободы.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ, в период отбытия дополнительного наказания, установить осужденному ФИО3 следующие ограничения: 

- не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором осужденный ФИО3 будет проживать после отбытия лишения свободы; 

- не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

- находиться по месту постоянного проживания или пребывания с 22 часов вечера до 06 часов утра следующего дня, если это не связано с выполнением трудовых обязанностей.

Возложить на осужденного ФИО3 обязанность являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 2 (два) раза в месяц. 

До вступления настоящего приговора в законную силу меру пресечения в отношении осужденного ФИО3 в виде заключения под стражей оставить без изменения, после чего отменить.

Срок наказания осужденному ФИО3 по настоящему приговору исчислять с момента его вступления в законную силу. 

Засчитать в срок отбытия наказания осужденному ФИО3 время его задержания в порядке статей 91, 92 УПК РФ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, а также время его содержания под стражей в качестве меры пресечения по настоящему делу с ДД.ММ.ГГГГ до вступления настоящего приговора в законную силу, в соответствии с п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск ФИО1 к ФИО3 о возмещении расходов на погребение и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения расходов на погребение 237390 (Двести тридцать семь тысяч триста девяносто) рублей, в счет компенсации морального вреда, причинённого преступлением, 2000000 (Два миллиона) рублей, а всего денежную сумму в размере 2237390 (Два миллиона двести тридцать семь тысяч триста девяносто) рублей. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения расходов, связанных с оплатой услуг представителя, 60000 (Шестьдесят тысяч) рублей.

Вещественные доказательства по вступлению настоящего приговора в законную силу: 

- автомобиль «Лада-Ларгус» г.р.з. № – считать возвращенным законному владельцу ФИО21;

- компакт диски, а также листы бумаги формата А4 с информацией о детализации телефонных переговоров – хранить при уголовном деле;

- брюки, трусы, носки и бритвенный станок – уничтожить. 

Настоящий приговор может быть обжалован и на него может быть подано представление в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Рязанского областного суда в течение десяти суток с момента провозглашения через Октябрьский районный суд г. Рязани, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Осужденный ФИО3 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: М.Н. Кожин