УИД: 61RS0007-01-2023-003855-39

Дело №2-4249/2023

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

2 октября 2023 года г. Ростов-на-Дону

Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Федотовой Е.Н., 

при помощнике судьи Груба В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «ААА моторс Центр», ООО «Соло» о взыскании оплаченных по договору денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа, расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам о взыскании оплаченных по договору денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа, расходов, указав, что 19.03.2023 г. он приобрел у ООО «ААА моторс Центр» по договору купли-продажи автомобиль CHERY TIGGO7 PRO, VIN № за 2 200 000,00 рублей, из которых 1 200 000,00 руб. были оплачены сразу, а оставшаяся сумма в размере 1 000 000,00 руб. была взята им в кредит. Кроме этого, при продаже автомобиля и заключении кредитного договора истцу были навязаны дополнительные договоры, одним из которых является сертификат № от 19.03.2023 г. безотзывной независимой гарантии, выданный ООО «СОЛО». Денежные средства за данный сертификат в размере 149 982,66 руб. были перечислены банком ПАО РОСБАНК по заключенному с истцом кредитному договору № от 19.03.2023г. При этом никакие услуги, за которые была уплачена такая большая сумма, истцу оказаны не были, данным сертификатом истец не пользовался и пользоваться не собирался. Истец обратился к ответчику ООО «СОЛО» с претензией об отказе от исполнения от договора возмездного оказания услуг, на которую ответчик ответил отказом, ссылаясь на то, что принципал не вправе отказаться от договора в части предоставления независимой безотзывной гарантии после момента выдачи сертификата. 22.06.2023г. истец повторно направил в адрес ответчиков досудебную претензию об отказе от исполнения от договора возмездного оказания услуг (сертификата № от 19.03.2023г. безотзывной независимой гарантии), в которой истец просил вернуть уплаченные за него денежные средства. Претензии были оставлены ответчиками без ответа, денежные средства истцу не были возвращены. Учитывая, что договор оказания услуг был формально заключен с ответчиком ООО «СОЛО», а фактически денежные средства за него был перечислены на счет ответчика ООО «ААА моторс Центр», истцом требования о возврате данных денежных средств предъявляются к ответчикам солидарно. В связи с этим истец просил суд взыскать с ответчиков ООО «ААА моторс Центр» и ООО «СОЛО» солидарно уплаченную за сертификат № от 19.03.2023г. безотзывной независимой гарантии денежную сумму в размере 149 982,66 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000,00 руб., штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000,00 руб.

Истец и ответчики в судебное заседание не явились, извещены о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом. Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела применительно к положениям ст. 167 ГПК РФ. 

Представитель истца ФИО2 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске. 

Исследовав материалы дела, выслушав представителя истца, суд приходит к следующему.

Как установлено в судебном порядке и следует из материалов дела, 19.03.2023 г. между истцом ФИО1 и ПАО РОСБАНК был заключен кредитный договор 

<

***>, на основании которого истцу выдан кредит в сумме 1 288 769,91 руб. для приобретения транспортного средства. 

ФИО1 приобрел у ООО «ААА моторс Центр» по договору купли-продажи автомобиля № от 19.03.2023г. автомобиль CHERY TIGGO7 PRO, VIN № за 2 200 000,00 рублей, из которых 1 200 000,00 руб. были оплачены истцом сразу, а оставшаяся сумма в размере 1 000 000,00 руб. была взята истцом в кредит по вышеуказанному кредитному договору.

Как указывает истец, при продаже автомобиля и заключении кредитного договора истцу были навязаны дополнительные договоры, одним из которых является сертификат № от 19.03.2023г. безотзывной независимой гарантии, выданный ООО «СОЛО». 

Согласно сертификату независимой гарантии ООО «СОЛО» (гарант) предоставил банку (бенефициару) безотзывную независимую гарантию исполнения принципалом (истцом) обязательств по кредитному договору. Срок действия независимой гарантии - 3 года. Данная независимая гарантия обеспечивает надлежащее исполнение принципалом (истцом) основного обязательства (договора потребительского кредита (займа)) перед бенефициаром (банком) только в случае потери принципалом (истцом) работы либо смерти принципала (истца) по перечисленным в сертификате основаниям.

За выдачу сертификата независимой гарантии ответчик ООО «СОЛО» получил вознаграждение в размере 149 982,66 руб. Денежные средства за данный сертификат в размере 149 982,66 руб. были перечислены банком ПАО РОСБАНК по заключенному с истцом кредитному договору № от 19.03.2023г. на реквизиты ответчика ООО «СОЛО».

При этом в рамках судебного разбирательства не оспаривалось, что истец не пользовался услугами ООО «СОЛО».

Истец обратился к ответчику ООО «СОЛО» с претензией об отказе от исполнения от договора возмездного оказания услуг, на которую ответчик ответил отказом, ссылаясь на то, что принципал не вправе отказаться от договора в части предоставления независимой безотзывной гарантии после момента выдачи сертификата. 

22.06.2023г. истец повторно направил в адрес ответчиков досудебную претензию об отказе от исполнения от договора возмездного оказания услуг (сертификата № от 19.03.2023г. безотзывной независимой гарантии), в которой истец просил вернуть уплаченные за него денежные средства. Претензии были оставлены ответчиками без ответа, денежные средства истцу не были возвращены.

Таким образом, в добровольном досудебном порядке спор не был урегулирован.

Разрешая заявленный спор по существу, суд исходит из того, что в силу статьи 368 ГК Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями.

Согласно п. 1 ст. 370 ГК Российской Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

В силу п. 1 ст. 371 ГК Российской Федерации независимая гарантия не может быть отозвана или изменена гарантом, если в ней не предусмотрено иное.

Из указанного следует, что гарантийное обязательство возникает между гарантом и бенефициаром на основании одностороннего письменного волеизъявления гаранта.

Как разъяснено в п. 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019 года, для возникновения обязательства из независимой гарантии достаточно одностороннего волеизъявления гаранта, если иное прямо не предусмотрено в тексте самой гарантии.

Кроме того, исчерпывающий перечень случаев и оснований прекращения обязательств по независимой гарантии установлен п. 1 ст. 378 ГК Российской Федерации.

По настоящему делу таких случаев и оснований не установлено.

Таким образом, обязательства из независимой гарантии возникают между гарантом и бенефициаром, и отказ принципала от обеспечения в виде независимой гарантии не влечет прекращения обязательства ответчика перед банком, что также следует из содержания статьи 378 Гражданского кодекса Российской Федерации, не предусматривающей такого основания прекращения независимой гарантии.

Из установленных по делу обстоятельств следует, что ответчик предоставил истцу независимую гарантию (обеспечение части кредитных обязательств истца перед банком) в качестве платной услуги, то есть по возмездному договору. Положения параграфа 6 главы 23 ГК РФ, вопреки утверждениям ответчика, не предусматривают в качестве существенного условия независимой гарантии ее платность, а порядок возмещения гаранту сумм, выплаченных по независимой гарантии, закреплен в ст. 379 ГК РФ, из содержания которой не следует обязанность принципала оплатить вознаграждение гаранту за предоставление независимой гарантии.

Соответственно, к правоотношениям между истцом и ответчиком применимы положения и требования законодательства, регулирующего оказание услуг.

Согласно п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.Статьей 782 ГК Российской Федерации предусмотрено право заказчика отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Статьей 32 Закона о защите прав потребителей также предусмотрено право потребителя отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Право заемщика на отказ от дополнительных услуг, оказываемых при предоставлении потребительского кредита, допускается также ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите займе».

В соответствии со статьей 431 ГК Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Согласно п. 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, подпункты 4 и 5 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

В силу п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений по их применению заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг до его фактического исполнения. В этом случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору.

В настоящем случае право истца на отказ от исполнения договора законом не ограничен. В связи с отказом истца от исполнения договора, то расторгнутым следует признать именно сертификат независимой гарантии № от 19.03.2023 как договор, заключенный между истцом и ответчиком по возмездному оказанию платной услуги. 

При таких обстоятельствах довод ответчика о том, что в рассматриваемом случае уплаченная истцом по договору независимой гарантии денежная сумма не могла быть возвращена истцу противоречит приведенным выше нормам материального права в их системном толковании.

Принимая во внимание, что истец не пользовался услугами ответчика, не установлено оснований, предусмотренных ст. 378 ГК РФ, для прекращения независимой гарантии, а также то, что истец отказался от исполнения договора независимой гарантии в период до истечения срока действия договора и ответчиком не представлено доказательств фактически понесенных им расходов по договору независимой гарантии, то суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения основных требований, а именно о расторжении договора и взыскании с ответчика ООО «СОЛО» в пользу истца оплаченного вознаграждения в полном объеме.

При этом суд не находит оснований для удовлетворения данных требований к солидарному ответчику ООО «ААА моторс Центр», поскольку он стороной договора – сертификата независимой гарантии № от 19.03.2023 – не является, денежные средства по нему вопреки утверждения истца не получал.

Также подлежат удовлетворению производные требования иска.

В силу п. 6 ст. 13, ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» основанием для удовлетворения требований иска о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда и штрафа является установленный в судебном порядке факт нарушения прав потребителя.

В рассматриваемом случае факт нарушения прав потребителя в результате виновных действий (бездействия) ответчика установлен, как и то, что у ответчика имелась возможность урегулировать спор в досудебном порядке.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, в том числе размер неудовлетворенных требований потребителя, в связи с чем требованиям разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав истца будет отвечать сумма в размере 1 000 руб.

Размер штрафа в пользу потребителя в соответствии с правилами п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей составит 75 491,33 руб., исходя из расчета: (149 982,66 руб. + 1 000 руб.) * 50 %. Следует отметить, что ответчик не заявлял о несоразмерности штрафных санкций, как следствие, положения ст. 333 ГК РФ не могут быть применены судом по собственной инициативе.

Кроме того, суд, руководствуясь положениями ст. 100 ГПК Российской Федерации и принимая во внимание, что стороной истца представлены договор об оказании юридической помощи с квитанцией об оплате денежных средств на сумму 30 000 руб., а также учитывая объем проделанной представителем истца работы, считает установленным наличие правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца 25 000 руб. в счет оплаты расходов на представителя. 

На основании статьи 17 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребители по искам, связанным с нарушением их прав, освобождаются от уплаты государственной пошлины. Таким образом, с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 4 500 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198,199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «СОЛО» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) уплаченную за сертификат № от 19.03.2023 безотзывной независимой гарантии денежную сумму в размере 149 982 рубля 66 копеек, компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей 00 копеек, штраф в размере 75 491 рубль 33 копейки, расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей 00 копеек.

В остальной части заявленных исковых требований – отказать.

Взыскать с ООО «СОЛО» (ИНН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 4 500 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме изготовлено 9 октября 2023 года.

Судья Е.Н. Федотова