Мотивированное 

решение

 изготовлено 05 октября 2020 года 

Дело № 2-89/2020

УИД 66RS0017-01-2020-000012-98

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Арти 28 сентября 2020 года 

Артинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Касаткиной О. А.,

при секретарях Тукановой О.А., Тукановой С.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, Комитету по управлению имуществом Администрации Артинского городского округа, Пристанинской сельской администрации, об оспаривании решения органа местного самоуправления, признании сделок недействительнми, применении последствий недействительности сделок, по встречному иску ФИО9, ФИО10, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО11, ФИО12 к ФИО6 о признании добросовестными приобретателями, 

УСТАНОВИЛ

ФИО6 обратился в суд с иском к ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 об оспаривании решения органа местного самоуправления, признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок. В обоснование заявленных требований ФИО6 указал, что с 1988 года состоял в фактических брачных отношениях с ФИО3 С 14.08.1988 года с разрешения главы Пристанинского сельского Совета истец вместе с ФИО3 заехали проживать в жилой 

<

адрес>, расположенный по 

<

адрес> в 

<

адрес>. В конце октября 1989 года мать истца, которая проживала совместно с ними, передала им денежные средства в размере 1 100 рублей на покупку указанного дома. Документы по оформлению договора купли-продажи оформляла ФИО3 С момента вселения в дом, истец с ФИО3 проживали в нем, были зарегистрированы и совместно пользовались земельным участком. ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ. После ее смерти до 2017 года ФИО6 проживал в доме и пользовался земельным участком один. Затем он был помещен в Центр стационарного социального обслуживания в с. Сажино, в котором находился с 25.04.2017 по 30.04.2018 года. Когда, в 2018 году он вернулся в 

<

адрес>, то оказалось, что жилой 

<

адрес> в 

<

адрес> уже дважды продан, последними владельцами являются ответчики по делу П-ны. После обращения в ОМВД России по 

<

адрес>, истцу стало известно, что 25.10.1989 между Пристанинской сельской администрацией с одной стороны и ФИО3, ФИО6 с другой стороны заключен договор купли-продажи спорного жилого дома. 29.05.1992 года ФИО3 было выдано свидетельство о праве собственности на землю №, на основании Постановления Главы Пристанинской сельской администрации от 29.05.1992 №-А. В собственность только ФИО3 был передан на праве пожизненного наследуемого владения земельный участок, площадью 

<

данные изъяты> кв. метров, расположенный в 

<

адрес>, так как по данным Сельского совета именно она числилась главой хозяйства. Истец полагает, что данное свидетельство является незаконным, как и действия по государственной регистрации права ФИО3 на данный земельный участок. Кроме этого, ФИО3 было получено свидетельство о государственной регистрации права на спорный жилой дом, согласно которого единоличным собственником дома является ФИО3, которая знала, что по договору купли-продажи собственниками являлись она и истец ФИО6 18.09.2015 на основании указанных документов, наследник ФИО7 получил свидетельство о праве на наследство по закону на указанное имущество и зарегистрировал его в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество. 31.03.2017 между ФИО7 и ФИО8 был заключен договор купли-продажи спорного недвижимого имущества, затем 12.12.2017 между ФИО8 и ФИО9 и ФИО10 совершена сделка по купле-продаже жилого дома и земельного участка. Полагая, что данные обстоятельства являются незаконными и нарушают права истца, как собственника жилого дома, что повлекло за собой лишение ФИО6 права на жилой дом и земельный участок, просит признать незаконным постановление Пристанинской сельской администрации от 29.05.1992 года №-А в части передачи ФИО3 земельного участка, площадью 

<

данные изъяты> сотка, находящегося по адресу 

<

адрес>; признать незаконным свидетельство о праве собственности на спорный земельный участок от 29.05.1992 №, выданное на имя ФИО3; погасить записи о регистрации права ФИО3 на жилой дом и земельный участок в Едином государственном реестре недвижимости; признать незаконным свидетельство о праве собственности на наследство по закону №, выданное 18.09.2015 нотариусом Артинского нотариального округа на имя ФИО7; погасить записи о регистрации права ФИО7 на спорные объекты недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости; признать договор купли-продажи от 31.03.2017, заключенный между ФИО7, и ФИО4 ничтожной сделкой и применить последствия недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества, погасить в Едином государственном реестре недвижимости запись о регистрации права собственности ФИО4; признать договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 12.12.2017 года, заключенный между ФИО8 и ФИО5, ФИО10, ФИО11, ФИО12 ничтожной сделкой и применить последствия недействительности сделки в виде возврата жилого дома и земельного участка, погасить в Едином государственном реестре недвижимости записи о регистрации права собственности ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11

Определением Артинского районного суда от 16.03.2020 к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены Комитет по управлению имуществом администрации Артинского городского округа, Пристанинская сельская администрация. 

Определением Артинского районного суда от 13.05.2020 в качестве представителя ответчика ФИО7, место жительство которого не известно, был привлечен адвокат Белякова Т.А. 

Определением Артинского районного суда от 09.06.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ГУ УПФР в г. Красноуфимске (межрайонное), Управление социальной политики № 3. 

Определением Артинского районного суда от 07.09.2020 к производству суда было принято встречное исковое заявление ФИО9, ФИО10, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО12, ФИО11 к ФИО6 о признании добросовестными приобретателями. В обоснование которого, истцы по встречному иску указали, что им на праве общей долевой собственности принадлежит жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> на основании договора купли – продажи недвижимого имущества с использованием заемных средств от 12.12.2017. Указанный договор купли-продажи был заключен с продавцом ФИО8, по цене 950 000 руб., чистота сделки была проверена. С даты приобретения спорного недвижимого имущества истцы пользуются им по назначению, то есть вселились в жилой дом, проживают в нем по настоящее время, обрабатывают земельный участок. После покупки жилого дома они произвели в нем капитальный ремонт, возвели надворные постройки хозяйственного и бытового назначения, в отношении земельного участка провели кадастровые работы, в связи с уточнением его границ и площади. Полагают, что они являются добросовестными приобретателями спорного недвижимого имущества, поскольку на момент заключения спорного договора право собственности ФИО8 на указанное недвижимое имуществом оспорено не было, запись о регистрации права собственности на жилой дом и земельный участок за ФИО8 в ЕГРН погашена не была, при этом ФИО6 не владел спорными объектами недвижимости. Бездействие ФИО6 не заявлявшего более 30 лет о своих притязаниях на спорное имущество и не оформившего в разумный срок право собственности, сохраняло правовую неопределенность прав на имущество перед иными лицами, добросовестно полагающимися на достоверность сведений реестра, и предпринявшего действия по изменению режима собственности только в 2020 году, свидетельствует о его недобросовестности. При таких обстоятельствах, на основании ст. 302, п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, просили признать их добросовестными приобретателями. 

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО6 свои исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить, дополнительно указал, что ему не выдавался экземпляр спорного договора купли-продажи недвижимого имущества, все документы на дом, ФИО3 хранила дома, последний раз он видел документы на дом перед смертью ФИО3, то есть в 2015 году, после смерти гражданской супруги ФИО3, он продолжал проживать в спорном доме, нес расходы по его содержанию, о том, что ФИО7 принял наследство после смерти ФИО3, ему известно не было. В марте 2017 года его поместили в реабилитационный центр с. Сажино, с этого момента он не вносил плату за коммунальные услуги, а в апреле 2017 года принудительно сняли с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>. О том, что все документы на дом и земельный участок были оформлены на имя ФИО8, он узнал только после обращения в ОМВД России по Артинскому району в 2018 году.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО13, действующая на основании ордера, также просила исковые требования ФИО6 удовлетворить в полном объеме. В возражениях на встречное исковое заявление указала, что жилой дом выбыл из владения ФИО6 помимо его воли. Право собственности на жилой дом, было оформлено ФИО3 на свое имя на основании свидетельства о праве собственности на земельный участок, при этом ФИО6 своего согласия на оформление жилого дома на имя умершей ФИО3 не давал, и не знал о совершении ею данных действий, в связи с чем, истцы по встречному иску не могут быть признаны добросовестными приобретателями. 

Представитель ответчиков (истцов по встречному иску) ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, Белякова Т.А., действующая на основании ордера, исковые требования ФИО6 не признала, просила в их удовлетворении отказать, указав, что с февраля 2015 года (после смерти собственника дома ФИО3) по декабрь 2019 года ФИО6 никакого интереса к имуществу не проявлял, в его судьбе никак не участвовал, о правах на имущество не заявлял, никакие действия для реализации правомочий собственника спорного имущества не предпринимал, правоустанавливающие документы на жилой дом не оформил, право собственности не зарегистрировал, имуществом с апреля 2017 года не владел и не пользовался, а бремя содержания данного имущества не нес с даты вселения в дом, с 1989 года. В период бездействия истца, жилой дом находился во владении и пользовании ФИО3, затем ФИО7, в дальнейшем – ФИО8, в настоящее время – П-ных. ФИО6 как собственник жилого дома, должен был предпринимать меры к осуществлению владения, содержания и надлежащего оформления своего права собственности. При указанных обстоятельствах, просила встречное исковое заявление П-ных удовлетворить. Также подержала заявление ответчика ФИО8 о применении к исковым требованиям ответчика срока исковой давности. 

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО10, действующая в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей просила в удовлетворении исковых требований ФИО6 отказать, ее встречные исковые требования удовлетворить. Дополнительно пояснила, что до покупки указанного дома они проживали в пос. Арти, объявление о продаже спорного жилого дома, они узнали из газеты «Артинские вести», указанный жилой дом, им показывал молодой мужчина по имени Андрей. Ранее в с. Пристань они не проживали, ФИО6 им знаком не был. Дом они приобретали с использованием средств материнского капитала и заемных средств, правоустанавливающие документы на дом, предоставленные собственником ФИО8 сомнений не вызывали и прошли все проверки. О том, что дом, ранее принадлежал ФИО6 они узнали только, когда ее супруга пригласили в полицию, для дачи объяснений. На момент покупки стены дома были обшиты гипсокартоном, часть окон была заменена на пластиковые, другие были деревянные, земельный участок не обрабатывался. В настоящее время, в доме сделан ремонт, поставлен новый забор, построен новый дровяник, в связи с чем, полагает, что стоимость дома увеличилась до 1 500 000 руб. Кроме того, поддержала заявление о применении к исковым требованиям срока исковой давности. 

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО9, в судебное заседание не явился, избрал участие в деле через представителя. 

Ответчик ФИО8 и ее представитель ФИО14, допущенный к участию в деле по устному ходатайству, в судебном заседании исковые требования ФИО6 не признали, просили применить к заявленным требованиям срок исковой давности, указав, что его следует исчислять с момента смерти ФИО3, то есть с 14.02.2015 года. Также указали, что ответчики по настоящему делу являются добросовестными приобретателями, поскольку ими были проверены все правоустанавливающие документы, в отношении спорных жилого дома и земельного участка и сомнений не вызвали. Также представитель ответчика ФИО14 просил исключить из числа доказательств по настоящему делу дубликат договора купли- продажи жилого дома, заключенный между Пристанинской сельской администрацией и ФИО3, ФИО6, поскольку оригинал указанного документа суду стороной истца представлен не был. Кроме того, полагали, что договор купли-продажи спорного жилого дома, является недействительным, поскольку он не был зарегистрирован в исполнительном комитете сельского Совета народных депутатов. 

Ответчик ФИО8 дополнительно суду пояснила, что ФИО6 знал о том, что дом продается, он самостоятельно по своему желанию снялся с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>. ФИО6 на денежные средства ФИО3, злоупотреблял спиртными напитками. После смерти ФИО3 он за домом не следил, в связи с чем дом стал непригодным для проживания. ФИО7 сам обратился к ней, чтобы она приобрела у него спорный дом. В момент приобретения дома у ФИО7, дом был не пригоден для проживания, внутри был обугленный, не было электричества, имелась задолженность. Обстоятельства приобретения спорного жилого дома ФИО6 и ФИО3 ей не известны, однако она всегда считала собственником дома ФИО3 

Представители ответчика Пристанинской сельской администрации ФИО15 и ФИО16, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явилсь, об уважительности причин своей неявки не сообщили, об отложении судебного заседания не просили, ранее в судебном заседании поддержали заявление ответчика ФИО3 о применении к исковым требованиям ФИО6 срока исковой давности. Кроме того, представитель ФИО16 дополнительно указала, что раньше свидетельство о праве собственности на землю выдавалось лицу, который записан в похозяйственной книге, в качестве главы подсобного хозяйства. По всем похозяйственным книгам, главой хозяйства, по 

<

адрес> была записана ФИО3, поскольку она была собственником дома. На протяжении всего времени проживания ФИО6 на территории Пристанинской сельской администрации, по вопросу выдачи документов на жилой дом и земельный участок, в сельскую администрацию он не обращался. В 2020 году ФИО6 часто обращался в администрацию, за различными справками. Также подтвердила, что жилой дом и земельный участок фактически передавался по оспариваемым сделкам, то есть от ФИО7 к ФИО8 и от ФИО8 к ФИО17. В 2015-2016 году, состояние дома ухудшилось. ФИО6 там не жил, он употреблял спиртные напитки, население на него постоянно жаловались, об этом она сообщила в Центр социального обслуживания, сотрудники которого, в последующем его забрали в больницу. 

Представитель ответчика ФИО7- Белякова Т.А., действующая на основании ордера, привлеченная к участию в деле в порядке ст. 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, также просила в удовлетворении исковых требований ФИО6 отказать. 

Представитель ответчика Комитета по управлению имуществом администрации Артинского городского округа, ФИО18, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, в письменном заявлении просила рассмотреть гражданское дело в ее отсутствие, ранее в судебном заседании, просила в удовлетворении исковых требований ФИО6 отказать. 

Представитель третьего лица Управления Пенсионного фонда в г. Красноуфимске Свердловской области (межрайонное) ФИО19, извещенная надлежащим образом в судебное заседание не явилась, направила письменное заявление, в котором просила рассмотреть гражданское дело в ее отсутствие, ранее в судебном заседании указывала, что сделка, по которой П-ны приобрели спорное имущество является законной, в связи с чем, оставила разрешение требований ФИО6 на усмотрение суда. 

Представитель третьего лица Отделения социальной политики № 3 ФИО20, в судебном заседании просила исковые требования ФИО6 оставить без удовлетворения. 

Представитель третьего лица Администрации Артинского городского округа Омелькова Л.И., третье лицо нотариус пос. Арти и Артинского нотариального округа ФИО21, извещенные надлежащим образом в судебное заседание не явились, об уважительности причин своей неявки не сообщили, об отложении судебного заседания не просили. 

При таких обстоятельствах, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил, рассмотреть гражданское дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела суд приходит к следующему. 

В исковом заявлении истец ФИО6 просит признать незаконным постановление Пристанинской сельской администрации от 29.05.1992 года №-А «О выделении земельных участков гражданам, проживающим на территории Пристанинского сельского Совета», в части передачи ФИО3 в пожизненное наследуемое пользование земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, а также незаконным свидетельство о праве собственности на землю № от 29.05.1992, выданное на имя ФИО3, погасить записи о регистрации права ФИО3 на жилой дом и земельный участок в Едином государственном реестре недвижимого имущества. 

Разрешая указанные требования судом было установлено, что 25.10.1989 года между исполняющим обязанности секретаря Пристанинского сельского совета ФИО1 и ФИО3, ФИО6 был заключен договор купли-продажи, по которому ФИО3 и ФИО6 купили у Пристанинского сельского совета домовладение № по 

<

адрес>, полезной площадью 

<

данные изъяты> кв.м. и жилой площадью 

<

данные изъяты> кв.м., за 1029 руб., что подтверждается дубликатом договора купли-продажи.

Указанный договор купли-продажи жилого дома, суд принимает в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего право собственности истца ФИО6 на жилой дом, ввиду следующего.

Согласно положениям ст. 239 Гражданского кодекса РСФСР, утвержденного ВС РСФСР 11.06.1964, действующей в период заключения данного договора, договор купли - продажи жилого дома (части дома), находящегося в сельском населенном пункте, должен быть совершен в письменной форме и зарегистрирован в исполнительном комитете сельского Совета народных депутатов. Правила настоящей статьи применяются также к договорам купли - продажи дач. Несоблюдение правил настоящей статьи влечет недействительность договора.

Из представленного в материалы дела дубликата договора купли-продажи спорного жилого дома, заключенного между исполняющей обязанности секретаря Пристанинского сельского Совета ФИО1 и ФИО3, ФИО6 следует, что он был удостоверен Пристанинским сельским Советом народных депутатов, и зарегистрирован в реестре за №. Таким образом, форма договора купли-продажи спорного жилого дома, при его заключении была сторонами соблюдена, в связи с чем, доводы стороны ответчика ФИО8 о том, что указанный договор является недействительным, судом отклоняется. 

При этом, суд также не находит оснований для исключения указанного договора из числа доказательств, как этого просит ответчик ФИО8 и ее представитель ФИО14, в связи с тем, что стороной истца суду не был предоставлен оригинал указанного документа, исходя из следующего. 

В соответствии с частями 5, 6 и 7 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

В силу ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы. Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или, когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.

Имеющийся в материалах гражданского дела дубликат договора купли-продажи жилого дома, представлен в копии, заверенной Отделом Артинского БТИ. Каких-либо других доказательств, которые бы ставили под сомнение данное доказательство, стороной ответчика суду представлено не было, самостоятельное требование о признании указанного договора недействительным, ответчиком также заявлено не было. Более того, сведения, содержащиеся в договоре купли-продажи, согласуются с имеющимися в материалах дела другими доказательствами, так из технического паспорта на домовладение, расположенного по адресу: 

<

адрес>, следует, что собственниками указанного жилого дома, являются ФИО3 и ФИО6 по ? доле каждый, на основании договора от 25.10.1989 года, за №, удостоверенного Пристанинским сельским Советом. 

При этом, поскольку в самом тексте договора доли в праве собственности на жилой дом ФИО3 и ФИО6 определены не были, суд полагает признать их равными. 

Судом также установлено, что на основании распоряжения Главы Пристанинской сельской администрации № от 2001 года «Об изменении нумерации домов наведения порядка в адресном хозяйстве Пристанинской сельской администрации», жилому дому и земельному участку, расположенному по адресу: 

<

адрес>, присвоен адрес: 

<

адрес> (Том 1 л.д.100). 

Брак между ФИО3 и ФИО6 не регистрировался, вместе с тем, они совместно проживали по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается, также выпиской из похозяйственной книги № за период с 1991 по 1995 год, согласно которой ФИО6 был записан в качестве члена хозяйства, расположенного по указанному адресу (Том 2 ст. 95-98). 

На основании постановления Главы местной администрации на территории Пристанинского сельского совета от 29.05.1992 года №-А «О выделении земельных участков гражданам, проживающим на территории Пристанинского сельского Совета и государственным предприятиям, находящимся на территории Пристанинского сельского совета» ФИО3 был предоставлен земельный участок, площадью 

<

данные изъяты> сотка, на 

<

адрес> (том 2 л.д. 80-91). 

Согласно свидетельства о праве собственности на землю № от 29.05.1992 года, ФИО3 является собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

Оспариваемое истцом ФИО6 постановление от 29.05.1992 №-А было принято в рамках реализации положений Закона от 23.11.1990 «О земельной реформе». 

Согласно ст. 1 Закона, земельная реформа имеет своей целью перераспределение земли в интересах создания условий равноправного развития различных форм хозяйствования на земле, формирования многоукладной экономики, рационального использования и охраны земель на территории РСФСР. В ходе реформы осуществляется наделение землей граждан, предприятий, организаций, учреждений, объединений и товариществ с закреплением их прав на землю в порядке, установленном законодательством РСФСР.

Согласно ст. 5 указанного Закона колхозам, другим кооперативным сельскохозяйственным предприятиям, акционерным обществам, в том числе созданным на базе совхозов и других государственных сельскохозяйственных предприятий, а также гражданам для ведения коллективного садоводства и огородничества земельные участки могут передаваться в коллективную (совместную или долевую) собственность.

Статьей 8 Закона установлено, что при проведении земельной реформы передача земли в частную собственность гражданам производится Советами народных депутатов за плату и бесплатно. Для ведения личного подсобного хозяйства земельные участки передаются в собственность граждан бесплатно в пределах норм, устанавливаемых сельскими, поселковыми, городскими Советами народных депутатов.

Согласно ст. 16 Закона земельная реформа проводится поэтапно. На первом этапе осуществляется закрепление за местными Советами народных депутатов прав по распоряжению землей. Одновременно происходит уточнение административных границ, выявление потребности в земле граждан, предприятий, учреждений и организаций, формирование специального фонда земель для их последующего перераспределения, установление ставок земельного налога и цены земли. На втором этапе местными Советами народных депутатов и органами Государственного комитета РСФСР по земельной реформе осуществляется передача и закрепление земель в собственность, пользование, в том числе в аренду, владение гражданам, предприятиям, организациям и учреждениям в соответствии с законодательством РСФСР.

Порядок выдачи и регистрации свидетельств о праве собственности на землю, утвержденный первым заместителем Роскомзема 20.05.1992, предусматривал, что право собственности на землю удостоверяется свидетельством, которое имеет законную силу до выдачи государственного акта, удостоверяющего это право. Указанные свидетельства выдаются гражданам, предприятиям, учреждениям, организациям, на основании принятых исполнительными органами Советов народных депутатов решений о предоставлении земельных участков либо о перерегистрации права на ранее предоставленный земельный участок. 

Более подробного порядка передачи земельных участков гражданам, предусмотрено не было. Как следует из объяснений представителя Пристанинской сельской администрации ФИО16, земельным участком наделялся глава хозяйства (глава семьи), указанный в похозяйственной книге. 

Между тем, при наделении ФИО3 земельным участком, расположенным по адресу: 

<

адрес>, специалистами сельской администрации не было учтено, что ФИО3 и ФИО6 в зарегистрированном браке не состояли, были долевыми собственниками в отношении жилого дома, расположенного на указанном земельном участке. О том, что ФИО6 наряду с ФИО3 также являлся собственником жилого дома по адресу: 

<

адрес>, сельская администрация не могла не располагать, поскольку договор купли-продажи спорного жилого дома был зарегистрирован в сельской администрации. 

При таких обстоятельствах, суд полагает, что сельская администрация должна была включить ФИО6 в список лиц, которым предоставляется в пожизненно – наследуемое пользование земельный участок, на которых ведется приусадебное хозяйство гражданином, проживающим на территории Пристанинского сельского Совета и предоставить ФИО6 наряду с ФИО3 земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, согласно размера его доли в праве собственности на жилой дом. 

Разрешая исковые требования истца ФИО6 в части признания незаконным свидетельства о праве на наследство по закону № от 18.09.2015, выданного на имя ФИО7, признании договоров купли –продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, от 31.03.2017 и от 12.12.2017, применении последствий недействительности сделок, а также встречные исковые требования ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11 о признании добросовестными приобретателями, суд приходит к следующим выводам. 

В силу статей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в статье 12 названного Кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и приводить к его восстановлению. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В пункте 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Таким образом, лицо, не являющееся стороной договора и заявляющее иск о признании договора недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены или оспариваются лицами, к которым предъявлен иск, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

В силу ч. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Из положений пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, данным в п. 34 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст. 301,302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовому подходу Конституционного Суда Российской Федерации, изложенному в постановлении от 21.04.2003 №-П, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.). Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, то есть требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 35 постановления Пленумов от 29.04.2010 №, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено, в п. 42 постановления Пленумов от 29.04.2010 №, судам при рассмотрении споров о восстановлении права на долю в общей долевой собственности необходимо учитывать, что если доля в праве общей долевой собственности возмездно приобретена у лица, которое не имело право ее отчуждать, о чем приобретатель не знал и не должен был знать, лицо утратившее долю, вправе требовать восстановления права на нее при условии, что эта доля была утрачена им по мимо его воли. При рассмотрении такого требования по аналогии закона подлежат применению ст. 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. На это требование распространяется общий срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. 

Согласно разъяснениям, данным в п. 36 и 37 Постановления Пленумов от 29.04.2010 №, ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Согласно ч. 3 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

Судом было установлено, что на основании свидетельства о праве собственности на землю № от 29.05.1992, за ФИО3 было зарегистрировано право собственности на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права № (Том 2 л.д. 38). 

На основании свидетельства о праве собственности на землю № от 29.05.1992, кадастрового паспорта здания, сооружения, объекта незавершённого строительства № от 17.05.2011, ФИО3 оформила на свое имя право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 

<

адрес> от 30.05.2011 (том 2 л.д. 39). 

Таким образом, ФИО3 оформила на свое имя право собственности на спорный жилой дом, будучи собственником земельного участка, на котором данный дом расположен, умолчав о наличии договора купли-продажи жилого дома, заключенного ДД.ММ.ГГГГ, стороной которого в том числе является и ФИО6 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти, выданным Отделом ЗАГС Артинского района Свердловской области ДД.ММ.ГГГГ, на основании записи акта о смерти № ( том 2 л.д. 153). 

Несмотря на вышеуказанные обстоятельства, суд не может согласиться с позицией истца о том, что спорное недвижимое имущество – жилой дом, выбыл из его владения помимо его воли, поскольку более 22 лет, а именно в период с момента заключения договора купли-продажи дома и до момента оформления ФИО3 право собственности на спорное недвижимое имущество, то есть до мая 2011 года, ФИО6 каких-либо действий для реализации правомочий собственника спорного имущества не предпринимал, правоустанавливающие документы на долю в праве собственности на жилой дом не оформлял, право собственности не регистрировал, бремя содержания имуществом не нёс, доказательств обратного ФИО6 суду представлено не было. 

Доводы истца ФИО6 о том, что он не знал, что право собственности на жилой дом и земельный участок ФИО3 оформила на свое имя, судом отклоняются, поскольку как сам пояснял истец в судебном заседании, он проживал совместно с ФИО3 до самой ее смерти, после ее смерти все документы на данное недвижимое имущество хранились в доме. 

После смерти, ФИО3, истец также не проявлял какого- либо интереса к правовому оформлению своего права собственности на жилой дом, ввел асоциальный образ жизни, злоупотреблял спиртными напитками, что подтверждается объяснениями ответчика ФИО8 и представителем Пристанинской сельской администрации ФИО16, в результате чего 27.04.2017 был помещен ГАУ «Комплексный центр социального обслуживания населения 

<

адрес>», что подтверждается соответствующим актом № ( том 3 л.д. 180). Из указанного акта также следует, что до помещения в ГАУ «Комплексный центр социального обслуживания населения Артинского района», ФИО6 проживал по адресу: 

<

адрес>. В период нахождения в центре социального обслуживания с 27.04.2017 по 28.04.2018, а также после того, как он был выписан из указанного учреждения, какого-либо интереса к спорному дому не проявлял, с претензиями к новым собственникам - Порядиным не обращался. 

Более того, 01.04.2017 ФИО6 самостоятельно обратился в Миграционный пункт России по Свердловской области в Артинском районе с заявлением о снятии его с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>, в связи с переездом на новое место жительство по адресу: 

<

адрес>. 

Доводы ФИО6 о том, что он был незаконно снят с регистрационного учета по месту жительства, по адресу: 

<

адрес>, судом во внимание не принимается, поскольку по данному факту 06.08.2020 старшим УУП ОМВД России по Артинскому району Свердловской области ФИО2 было принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, из которого следует, что 01.04.2017 ФИО6 сам лично обращался в ОВМ ОМВД России по Артинскому району для снятия с регистрационного учета по месту жительства.

Исследуя обстоятельства приобретения ФИО7 право собственности на спорный жилой дом и земельный участок, в порядке наследования по смерти своей матери ФИО3, суд не находит оснований для признания свидетельства о праве на наследство по закону №, выданное ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО7, незаконным, поскольку как следует из материалов наследственного дела, заведенного после смерти ФИО3, представленного по запросу суда, ФИО7 в установленный законом срок, обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти своей матери, предоставив документы, подтверждающие родство между ними, а также документы, подтверждающие право собственности ФИО3 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. Указанные документы не вызвали сомнений и у нотариуса пос. Арти и Артинского района ФИО21, поскольку сведения содержащиеся в правоустанавливающих документах на спорное недвижимое имущество, полностью совпадали, со сведениями содержащимися в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и следок с ним. 

При наличии доказательств, подтверждающих право собственности наследодателя на принадлежащее ему при жизни имущество, нотариусом пос. Арти и Артинского района ФИО7 было выдано свидетельство о праве на наследство по закону серии 66 № от 18.09.2015, состоящее из одноэтажного жилого бревенчатого дома, с хозяйственными постройками и сооружениями, и земельного участка, площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенных по адресу: 

<

адрес>. 

Судом также установлено, что 31.03.2017 между ФИО7 и ФИО8 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по которому ФИО7 продал, а ФИО8 купила жилой дом со служебными постройками и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, за 500 000 руб., из который 400 000 руб. за жилой дом и 100 000 руб. за земельный участок. Указанный договор был зарегистрирован в Управлении государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области. 

Далее ФИО8 продала спорный жилой дом и земельный участок ФИО9 и ФИО10, действующей за себя и за своих малолетних детей ФИО11, ФИО12 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 12.12.2017, за 950 000 руб., из которых стоимость жилого дома составила 500 000 руб. и стоимость земельного участка, составила 450 000 руб. Указанный договор также прошел регистрацию в Управлении государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области. 

Вышеуказанные сделки являлись возмездными и были сторонами исполнены в полном объеме. При этом, ни продавцы ни покупатели не располагали соответствующими сведениями о праве собственности ФИО6 на долю в праве собственности на спорный жилой дом, в связи с отсутствием указанной информации в регистрирующем органе. 

Более того, суд полагает отметить, что в данном случае, спорный жилой дом не был отчужден неправомочным лицом, поскольку ни ФИО7, ни ФИО8 не могли знать о том, что ФИО6 принадлежит доля в праве собственности на жилой дом. При указанных обстоятельствах, неправомочной стороной, которая не имела права осуждать долю ФИО6 в праве собственности на жилой дом, являлась ФИО3, которая в обход закона оформила право собственности на свое имя на весь жилой дом. Однако, как установлено выше, право собственности на жилой дом перешло от ФИО3 к ФИО7 не по сделке, а в порядке наследования. 

В качестве оснований признания сделок от 31.03.2017 и 12.12.2017 недействительными, истец указывает на нарушение требований закона или иного правового акта, при этом не указывает, какому закону или нормативно-правовому акту не соответствуют оспариваемые сделки. 

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае, запретов, установленных ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, ни ФИО7, ни ФИО8 при осуждении спорного недвижимого имущества нарушено не было. 

В связи с чем, суд не находит оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, по заявленным истцом основаниям. 

Принимая во внимание обстоятельства заключения сделки по купле-продаже жилого дома и земельного участка между ФИО8 и ФИО9, ФИО10, которая является возмездной, сведения о продаже спорного недвижимого имущества были размещены публично, в местной газете, ранее покупатели не были знакомы с продавцом ФИО8, в с. Пристань не проживали, истец ФИО6 им также не был знаком, сведения о праве собственности продавца ФИО8 на спорное недвижимое имущество содержались в Едином государственном реестре недвижимости, кроме того сделка была проверена Управлением Пенсионного фонда, поскольку недвижимое имущество было приобретено в том числе с использованием средств материнского капитала, суд приходит к выводу, что ответчики ФИО9, ФИО10, действующая в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО12, ФИО11 являются добросовестными приобретателями жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

В судебном заседании ответчиком ФИО8 было заявлено ходатайство о применении к исковым требованиям истца ФИО6 срока исковой давности, указанное ходатайство также поддержали представитель ответчика ФИО7-Белякова Т.А., ответчики ФИО9, ФИО10, представитель ответчика Пристанинской сельской администрации ФИО15, разрешая указанное ходатайство суд приходит к следующему.

В силу ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, данным в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в силу части 3 статьи 40 ГПК РФ, части 3 статьи 46 АПК РФ, пункта 1 статьи 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности). Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи). Заявление ненадлежащей стороны о применении исковой давности правового значения не имеет.

В исковом заявлении ФИО6 указывает, что о нарушении своего права он узнал из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.06.2019, вынесенное следователь СО ОМВД России по Артинскому району, в связи с чем, полагает, что срок исковой давности подлежит исчислению с этого момента. 

Между тем, исходя из обстоятельств, установленных по настоящему делу, суд не может согласиться с истцом в части определения начала течения срока исковой давности с 27.06.2019. В ходе рассмотрения дела, ФИО6 не отрицал, что с 1989 года проживал в 

<

...>, в связи с чем, не мог не знать о предоставлении жителям с. Пристань, в том числе ФИО3 земельных участков, для ведения личного подсобного хозяйства, в рамках реализации закона «О земельной реформе» 23.11.1990, поскольку указанная информация была общедоступной. ФИО6 проживал вместе с ФИО3 по одному адресу, вел с ней совместное хозяйство, как указал сам истец, документы на жилой дом, всегда хранились дома в серванте, в связи с чем, суд приходит к выводу, что ФИО6 всегда имел возможность ознакомится с документами на жилой дом и земельный участок. Более того, после смерти ФИО3 в 2015 году, ФИО6 также имел доступ к документам на жилой дом и земельный участок. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что на момент обращения в суд с настоящим исковым заявлением - 16.01.2020, срок исковой давности по заявленным исковым требованиям ФИО6 был пропущен. 

Пропуск срока исковой давности, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

При подаче искового заявления, истцом было заявлено ходатайство о предоставлении отсрочки по уплате государственной пошлины, которое судом было удовлетворено. На момент вынесения решения суда, государственная пошлина ФИО6 не уплачена. При таких обстоятельствах, на основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ и ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, суд полагает взыскать с ФИО6 в доход местного бюджета государственную пошлину, в размере 5 750 руб. 44 коп. (за требования имущественного и неимущественного характера). 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 193-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

Исковые требования ФИО6 к ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, Комитету по управлению имуществом Администрации Артинского городского округа, Пристанинской сельской администрации, об оспаривании решения органа местного самоуправления, признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, оставить без удовлетворения. 

Исковые требования ФИО9, ФИО10, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО11, ФИО12 к ФИО6 о признании добросовестными приобретателями, удовлетворить. 

Признать ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11 добросовестными приобретателями жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. 

Взыскать с ФИО6 в доход местного бюджета государственную пошлину, в размере 5 750 руб. 44 коп. 

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Артинский районный суд Свердловской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Судья Касаткина О. А.

<

данные изъяты>