УИД 47RS0015-01-2024-001266-85

Дело № 2-82/2025 10 февраля 2025 года

Р Е Ш Е Н И Е

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

Сланцевский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Давидович Н.А.

с участием прокурора Андреевой И.О.,

с участием адвоката Дмитриевой О.А.,

при секретаре Гариной Д.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Федерального казначейства по Ленинградской области о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное привлечение к уголовной ответственности

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда, недополученного заработка и расходов на представителя в порядке реабилитации за незаконное привлечение к уголовной ответственности.

В ходе рассмотрения дела от ФИО2 поступило заявление об отказе от части исковых требований, а именно: о взыскании за оказание юридической помощи за период предварительного расследования уголовного дела в размере 150 000 рублей, и о взыскании недополученного заработка за период с 29.06.2020 по 27.04.2024 года в размере 111 088 руб. 51 коп. (л.д.64-65)

Определением суда от 18 декабря 2024 года принят отказ от части данных исковых требований и гражданское дело в этой части прекращено (л.д.66-67).

В судебном заседании истец ФИО2. исковые требования о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб и расходов на представителя за участие в данном гражданском деле в размере 60 000 руб. поддержал и пояснил, что 27 июня 2020 года в отношении него зам. Руководителя Кингисеппского МСО СУ СК России по Ленинградской области ФИО3 было возбуждено уголовное дело по с. 3 ст. 264 УК РФ. Он подозревался в том, что ДД.ММ.ГГГГ, состоя в должности 

<

данные изъяты>», управляя автомобилем 

<

данные изъяты> и двигаясь в ясную, солнечную погоду по участку автодороги с двухсторонним движением в районе 

<

адрес>, в нарушение требований п.10.1 ПДД совершил наезд на пешехода- малолетнюю ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в результате чего потерпевшая получила телесные повреждения и скончалась на месте происшествия. При этом, на момент возбуждения уголовного дела очевидных, явных и конкретных доказательств, подтверждающих обоснованность подозрения в совершении им данного преступления, не имелось. Однако, не смотря на это, ДД.ММ.ГГГГ его задержали в порядке ст. 91 УПК РФ. Находясь в ИВС ОМВД России по Сланцевскому району, он был допрошен в качестве подозреваемого, после чего следствие вышло в суд с ходатайством об избрании в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу. Следствие мотивировало свое ходатайство тем, что другая мера пресечения не может быть избрана якобы потому, что являясь действующим сотрудником ОМВД, неся службу на территории г.Сланцы и Сланцевского района, имея большие связи среди иных сотрудников ОМВД, в том числе участвующих в проведение оперативно-розыскных мероприятиях по расследуемому уголовному делу, он может оказать на них и на потерпевших и свидетелей давление с целью уклонения от уголовной ответственности. То есть в течение одного дня он был представлен не только как преступник, но и как человек с отрицательными моральными качествами, готовый ради собственной безопасности переступить через все нормы морали и нравственности. Находясь в ИВС ОМВД Сланцевского района, являясь сотрудником ОМВД, испытывал особое неудобство от того, что получил статус подозреваемого и был помещен в ИВС. Жалоб на содержания в ИВС у него не было, единственное, что он испытал стресс от того, что находился в камере, и сотрудники полиции приходили и смотрели на него. ДД.ММ.ГГГГ Сланцевский городской суд отказал следователю в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, и избрал в отношении и него меру пресечения в виде запрета определенных действий, запретив ему: общаться с лицами, являющимися по данному уголовному делу потерпевшими, свидетелями, специалистами, экспертами, использовать сеть «Интернет», управлять автомобилем или иными транспортными средствами. Со службы он уволен не был, но его отстранили временно от выполнения служебных обязанностей до принятия решения по уголовному делу. Закрыли доступ к табельному оружию, спец.средствам и служебным документам. Он приходил на службу, и находился в кабинете, практически ничего не делая. Соответственно в связи с данными ограничениями его заработная плата существенно была уменьшена. Практически в течение года до июля 2021 года шло предварительное следствие, в ходе которого проводились неоднократные экспертизы, неоднократно по несколько раз допрашивались одни и те же свидетели. Срок расследования неоднократно продлевался. Так же неоднократно предварительное расследование было приостановлено, что нарушала его права, ограниченные мерой пресечения. ДД.ММ.ГГГГ ему предъявили обвинение по ч.3 ст. 264 УК РФ, а потом он узнал о том, что уголовное дело прокурор вернул на дополнительное расследование. ДД.ММ.ГГГГ его защитником было направлено ходатайство об отмене ему меры пресечения в виду ее необоснованности. В апреле 2022 года был дан ответ, о том, что данное ходатайство приобщено к материалам дела и доводы изложенные в нем будут исследованы. В сентябре 2022 года в уголовно-исполнительной инспекции он случайно узнал, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении и него отменена мера пресечения в виде запрета определенных действий, и ему вручили данное постановление. Дальше, судьба расследования ему была неизвестна, его никуда не вызывали. В январе 2024 года его защитник написала жалобу о том, что не соблюдаются разумные сроки предварительного расследования, и только ДД.ММ.ГГГГ ему был дан ответ о том, что уголовное дело в отношении него прекращено ДД.ММ.ГГГГ, о чем его никто не уведомил. Уголовное дело спустя 2 года прекратили за отсутствием в его действиях состава преступления, и никто не разъяснил право на реабилитацию. В связи с этим считает, что подозрение и обвинение его в совершении преступления было необоснованным и незаконным, в связи с чем ему причинены нравственные страдания, которые он оценивает в 1 000 000 руб. Нравственные страдания выражались в том, что: -незаконно возбудили уголовное дело, и переживал за всё что происходило на следствии, так как его о ходе расследования никто не уведомлял, и не сообщили о том, что дело в отношении него прекращено; - было недопонимание с руководством на работе, которое отстранила его от исполнения служебных обязанностей, как он считает незаконно, и неоднократно намекали на увольнение, давили на него, и многие от него отвернулись, считая, что если его не взяли под стражу, то только из-за того, что он является сотрудником полиции, и в связи с отстранением от должности он не дополучал зарплату, что так же причиняло ему нравственные страдания; - всё это отражалась на его семье, за него сильно переживала жена, соответственно он тоже переживал за свою семью, за сына переживал, потому что он хочет поступать в институт МВД, а он бы своей судимостью испортил будущее своему сыну; - переживал из–за неизвестности в расследовании; - сильно переживал за то, что без объяснения причин был задержан на 48 часов, как ему сказал следователь ФИО3 «На верху хотят, чтобы ты сел»; переживал за то, что погиб ребенок и теперь ему с этим жить, он постоянно об этом думает; -от переживаний ухудшилось состояние здоровья. Нахождение в ИВС было мучительным: почти пол отдела полиции пришло на него посмотреть, чувствовал себя как в зоопарке, из-за этого он был морально подавлен. После избрания меры пресечения в виде запрета определенных действий, он был лишен права управлять транспортным средством, а после перенесенной в 2008 году травмы ноги, ему было очень трудно и мучительно передвигаться без машины. В то время он строил дачу в д. Кушела и ему приходилось добираться до деревни на автобусе, что приносило ему неудобство и физическую боль. Был наложен запрет пользоваться сетью Интернет, в связи с чем ему пришлось отказаться от всех контактов. Из-за того, что каждый месяц ему не доплачивали заработную плату ежемесячно 6 000 руб, семья оказалась в тяжелом материальном положении. Впоследствии ему вернули недоплаты. В связи с перенесенным стрессом у него ухудшилось состояние здоровья.

Представитель ФИО2, адвокат Дмитриева О.А. пояснила, что уголовное дело было возбуждено не по факту совершенного преступления, а сразу же в отношении ФИО2., и он автоматически стал подозреваемым, и был им вплоть до прекращения уголовного дела. Приостановление производства по делу носили необоснованный характер, и о приостановлении ни ФИО2 ни она не уведомлялись следователем. Ни о каких процессуальных действиях не было уведомлений. Когда ФИО2 поместили в ИВС для него, как сотрудника полиции, имеющему награды, было дикое потрясение, он испытал сильный стресс, довелось находиться в наручниках при доставлении из ИВС в суд, проехать в автозаке, посидеть в «клетке» в зале суда. ФИО2 стал невольным участником события, при котором погиб ребенок, а это стресс и на всю жизнь. Никто не верил в его объяснения, в его невиновность, это отразилось на его жене и ребенке, которые за него переживали, и соответственно он переживал за свою семью, переживал за то как сложится судьба его сына, если его признают виновным. ФИО2 не увидел законного и справедливого отношения к себе, в отношении него творилось беззаконие. Действительно, с сентября 2022 года по январь 2024 года они не интересовались ходом расследования, это была позиция ФИО2, чтобы следствие шло своим чередом, и действия следователя и процессуальные действия следствия не обжаловались, но это не обязанность, а его право. В связи с расследование уголовного дела ФИО2 был отстранен от исполнения своих должностных обязанностей, в связи с этим был лишен материального обеспечения в должном объеме, что отразилось на материальном положении его семьи. Чувствовал себя ущербным. Длительное время был лишен возможности пользоваться транспортным средством, что приносило ему дополнительные неудобства и физическую боль, поскольку в 2008 году он попал в ДТП, имел травму ноги, и трудно было пользоваться общественным транспортом. При определении компенсации морального вреда просила учесть, все эти огромные нравственные страдания, которые перенес ФИО2.

Ответчик: Министерство финансов РФ- представитель в судебное заседание не явился. О дне суда извещен надлежащим образом, ранее представил отзыв на исковое заявление и ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д.49-54). В отзыве указано, что исходя из судебной практики Европейского Суда по Правам человека и Верховного Суда РФ (Определение Верховного Суда РФ № 78-КГ18-38 от 14 августа 2018 года), сутки нахождения под стражей лица, незаконно привлеченного к уголовному преследованию, оценивается в размере 2 000 руб. Учитывая, что в отношении истца ДД.ММ.ГГГГ была применена мера пресечения в виде запрета определенных действий, то исходя из судебной практики, Министерство финансов РФ полагает обоснованным исходить из расчета: 100 рублей за сутки уголовного преследования и с ДД.ММ.ГГГГ он был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ - еще 4000 рублей. Так же полагает, что заявленная сумма в 60 000 рублей за участие в деле представителя является не соразмерной фактической сложности составления имеющихся документов в материалах дела и представительства в суде. Считает обоснованной, объективной и отвечающей принципам разумности и справедливости сумму в размере 15 000 рублей.

Суд, выслушав пояснения сторон, заключение прокурора Андреевой И.О., полагавшей, что сумма компенсации морального вреда чрезмерно завышена, и просила снизить ее до 80 000 рублей, изучив материалы уголовного дела №, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53); права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52).

В соответствии с положениями статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п.п. 30, 37-39, 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

37. Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

38. Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних"), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 УПК РФ), и др.

39. Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

42. Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В силу положений п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В силу п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. В этих случаях от имени казны Российской Федерации выступает соответствующий финансовый орган (ст. 1071 ГК РФ).

В силу ст.ст. 165, 242.2 Бюджетного кодекса РФ, Министерство финансов РФ выступает ответчиком по требованиям к казне Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Так как моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом, денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Положениями статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

По смыслу статей 133 - 139, 397, 399 Уголовно-процессуального кодекса РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований: вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого - прекращение уголовного преследования.

Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1,2,5 и 6 части первой ст. 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой ст. 27 УПК РФ. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Прекращение уголовного дела по реабилитирующим основаниям влечет полную реабилитацию лица, обвиняемого в совершении уголовно наказуемого деяния, и указывает на незаконность уголовного преследования данного лица. Незаконность уголовного преследования истца, сопровождающаяся избранием меры пресечения в виде заключения под стражу, личного поручительства, установленная постановлением о прекращении уголовного дела, в доказывании не нуждается в соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутому уголовному преследованию и возмещения причиненного ему вреда ( п. 34 ст. 5 УПК РФ).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения споров о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, на истце не лежит обязанность по доказыванию неправомерности действий должностных лиц, или органов государственной власти, осуществивших уголовное преследование, ему надлежит лишь доказать факт прекращения уголовного преследования по реабилитирующим основаниям или вынесения оправдательного приговора.

В рамках настоящего дела указанный факт нашел свое подтверждение.

Постановлением заместителя руководителя Кингисеппского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в отношении ФИО2 ( уг.дело л.д.1-3 т.1).

Постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № в отношении ФИО2 прекращено на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ. ФИО2 разъяснено право на реабилитацию в соответствии со ст.ст. 133, 134 УПК РФ и порядок возмещение причиненного вреда (л.д.220-229 уг.дело т.4).

Таким образом, факт прекращения в отношении истца уголовного преследования в связи с отсутствием в его действиях состава преступления указывает на незаконность уголовного преследования в отношении его, в связи с чем, суд счел имеющим право истца на компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает степень испытанных истцом нравственных страданий, длительность уголовного преследования. 

В то же время длительность уголовного преследования была связана с тем, что неоднократно предварительное следствие по уголовному делу приостанавливалось по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст. 208 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием реальной возможности обвиняемого участвовать в уголовном деле ( уголовное дело л.д.137-139 т.2, 165-168 т.4, 177-178 т.4)

Довод ФИО2 и его представителя о том, что его никто не уведомлял о том, что предварительное расследование приостанавливалось, не состоятелен. В материалах уголовного дела имеются направленные в адрес ФИО2 и его представителя уведомления как о приостановлении предварительного расследования, так и о возобновлении предварительного расследования ( уголовное дело л.д.140, 144 т.2, 170 т.4, 175 т.4, 180 т.4)

Длительность уголовного преследования также связана с тем, что по данному уголовному делу назначалось множество экспертиз: таких как биологическая, молекулярно–генетическая, судебно-медицинское исследование трупа, комиссионная судебно-медицинская экспертиза, экспертиза вещественных доказательств, автотехническая экспертиза ( уголовное дело л.д.145-150, 163-169, 185-219, 220, 239-247 т.2, л.д.1-5, 35-40 т.3, 182-187 т.4), 

И ФИО2. и его защитник Дмитриева О.А. надлежащим образом были ознакомлены с постановлениями о назначении данных экспертиз.

Действия следователя в порядке ст. 124 УПК РФ ни ФИО2, ни его защитником не обжаловались.

Действительно, ДД.ММ.ГГГГ в соответствии со ст.91 и 92 УПК РФ в 23 часа 20 минут ФИО2 был задержан в качестве подозреваемого ( уг. делол.д.75-78 т.3), ДД.ММ.ГГГГ привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу ( уг. Дело л.д.93-97 т.3).

ДД.ММ.ГГГГ следствие вышло в суд с ходатайством об избрании ФИО2 меры пресечения в виде содержания под стражу ( уг. дело л.д.101-103 т.3).

Однако, постановлением судьи Сланцевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2 было отказано, освободив из под стражи в зале суда немедленно. А также удовлетворено ходатайство защитника Дмитриевой О.А. об избрании ФИО2 меры пресечения в виде запрета определенных действий, до отмены или изменения меры пресечения в виде запрета определенных действий, возложив на него следующие запреты: -общаться с лицами, являющимися по данному уголовному делу потерпевшими, свидетелями, специалистами, экспертами за исключением случаев производства с участием данных лиц и подозреваемым ФИО2 следственных действий; - использовать информационно- телекоммуникационную сеть «Интернет»; - управлять автомобилем или иным транспортным средством. ( уг. дело л.д.104-108 т.3).

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает нахождение ФИО2 срок содержания под стражей двое суток.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя мера пресечения в виде запрета определенных действий в отношении ФИО2 отменена ( уг. дело л.д.17-18 т.4). Хотя данная мера пресечения отменена спустя 2 года, однако она не препятствовала осуществлению трудовой деятельности, не ограничивала ФИО2 в передвижении, выборе места пребывания, находился с семьей, не был лишен возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь.

Как пояснил ФИО2, в начале сентября 2022 года ему от сотрудников УИИ стало известно об отмене меры пресечения, и ему вручили копию постановления.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя уголовное дело в отношении ФИО2 было прекращено на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ. ( уг. дело л.д.220-229 т.4)

Довод ФИО2 и его представителя о том, что им не было известно о прекращении уголовного дела, никто им уведомления не направил, и о прекращении уголовного дела им стало только известно в апреле 2024 года из телефонного звонка следователю, и от этого ФИО2 также испытывал страдания, не состоятелен.

В материалах уголовного дела имеется уведомление от ДД.ММ.ГГГГ года за исх. №, направленное ФИО2 и адвокату Дмитриевой О.А., с приложением копии постановления о прекращении уголовного дела (л.д.232 т.4).

Сам гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных ему по адресу постоянного проживания (регистрации). Доказательств того, что данное постановление стороной не получено, не представлено.

Так же из пояснения как самого ФИО2, так и его представителя следует, что с ДД.ММ.ГГГГ они ходом расследования данного уголовного дела не интересовались.

Данных о том, что с ДД.ММ.ГГГГ состояние здоровья ФИО2 ухудшилось в связи с осуществлением предварительного расследования, в материалы дела не представлено. 

Довод истца о наличии у него физических страданий, связанных с ухудшением состояния здоровья, судом отклоняется, так как не представлены допустимые и относимые доказательства причинно- следственной связи между действиями следователя в рамках уголовного дела и возможными изменениями в состоянии здоровья истца.

Довод представителя ФИО2 о том, что после перенесенной травмы в 2008 году, ФИО2 было трудно передвигаться на общественном транспорте, и лишение на длительное время запрета на управление транспортом приносило ему дополнительные неудобства и страдания, не может быть принят судом по следующим основаниям.

Как пояснил сам ФИО2, он как сотрудник полиции, после 2008 года проходит периодические медицинские осмотры, и признан годным для прохождения службы. Мера пресечения в виде запрета управления транспортными средствами была избрана по ходатайству защитника Дмитриевой, ФИО2 не обжаловалась.

ДД.ММ.ГГГГ защитник Дмитриева подала письменное ходатайство об отмены меры пресечения в виде запрета определенных действий, либо замены ее на меру пресечения в виде подписки о невыезде ( уг. дело л.д.14-15 т.4), до ДД.ММ.ГГГГ данных ходатайств ни от ФИО2, ни от его защитника не поступало.

Так же суд принимает во внимание и тот факт, что в данном ДТП погиб малолетний ребенок, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО2 просил учесть, что ДД.ММ.ГГГГ он был временно отстранен от выполнения служебных обязанностей. Считает, что незаконно был отстранен. В связи с тем, что в период отстранения от должности он не получал заработную плату в полном объеме, это отражалось на материальном положении его семьи, что причиняло ему так же нравственные страдания.

Согласно приказа № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 временно отстранен от выполнения служебных обязанностей 

<

данные изъяты> до принятия решения по уголовному делу. На период временного отстранения, был привлечен к выполнению обязанностей по должности исключающей доступ к табельному оружию, специальным средствам, служебным документам и материалам (л.д.34-35).

Статьей 73 Федерального закона N 342-ФЗ от 30 ноября 2011 года "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" предусмотрено, что, сотрудник органов внутренних дел временно отстраняется от выполнения служебных обязанностей, в том числе, в случае вынесения судьей постановления о временном отстранении сотрудника от должности - до отмены временного отстранения от должности (пункт 2 части 1).

Сотрудник органов внутренних дел может быть временно отстранен от выполнения служебных обязанностей в случае уголовного преследования сотрудника без применения мер, указанных в пунктах 1 и 2 части 1 настоящей статьи, - до прекращения уголовного преследования по основаниям, дающим право на реабилитацию в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 1 части 2).

Решение о временном отстранении сотрудника органов внутренних дел от выполнения служебных обязанностей принималось руководителем ФГКУ «УВО ВНГ России по г. СПб и ЛО» № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, издание которого было обусловлено возбуждением в отношении него уголовного дела.

Указанное отстранение от должности было произведено на основании пункта 1 части 2 статьи 73 "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также Порядка временного отстранения лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальные звания полиции, от выполнения служебных обязанностей.

В случае временно отстранения сотрудника внутренних дел от выполнения служебных обязанностей в порядке, предусмотренном пунктом 1 части 2, частью 3 статьи 73 Федерального закона N 342-ФЗ от 30 ноября 2011 года "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", с одновременным привлечением его к выполнению обязанностей по иной должности в органах внутренних дел или к выполнению отдельных служебных поручений, указанный сотрудник не лишается в полном объеме денежного довольствия, поскольку в соответствии с пунктом 25 статьи 2 Федерального закона от 19 июля 2011 года N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", ему выплачивается денежное довольствие в размере должностного оклада и оклада по специальному званию, а также надбавка к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет).

Такое правовое регулирование, как неоднократно разъяснял Конституционный суд Российской Федерации, имеет целью, с одной стороны, не допустить к исполнению своих служебных обязанностей сотрудника органов внутренних дел, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, с другой стороны - предоставить возможность такому сотруднику продолжить службу, сохраняя свой правовой статус и денежное довольствие, до разрешение вопроса о его виновности в совершении уголовно наказуемого деяния, направлено на обеспечение баланса публичных интересов и частных интересов сотрудника органов внутренних дел и не может расцениваться как нарушающее права сотрудников органов внутренних дел.

Приказом № л/с от ДД.ММ.ГГГГ временное отстранение от выполнения служебных обязанностей ФИО2 отменено и ежемесячная надбавка в размере 5% денежного довольствия установлена с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; установлена денежная надбавка в размере 10% от денежного довольствия с ДД.ММ.ГГГГ; возобновлена ежемесячная выплата премии в размере 25% от оклада денежного содержания с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.36-37).

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, доводы истца, изложенные в обоснование заявленных требований, определяя размер компенсации морального вреда и учитывая при этом степень испытанных истцом нравственных страданий, тяжесть незаконно предъявленного истцу обвинения, длительность уголовного преследования, то, что мера пресечения в виде содержания под стражей не избиралась, истец не был уволен со службы, суд учел обстоятельства обвинения истца, данные о его личности, так же учитывает тяжесть преступления, в котором он подозревался и обвинялся, а также тяжесть наступивших для истца последствий, к которым суд отнес нравственные страдания в виде беспокойства и переживаний за необоснованное возбуждение уголовного дела, а также переживания истца связанные с возможным осуждением, за преступление которого он не совершал, репутационные издержки в связи с уголовным преследованием, нахождение под стражей двое суток в порядке ст. 91 УПК РФ, а также учитывая требования разумности и справедливости полагает завышенной и неразумной сумму денежной компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, которую просил взыскать истец, и считает, что причиненный моральный вред может быть компенсирован выплатой в пользу истца в размере 50 000 рублей.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Возмещению подлежат только фактически понесенные судебные расходы.

ФИО2 оплатил услуги адвоката Дмитриевой О.А. в размере 60 000 руб.

В отзыве представитель Министерства финансов РФ указал, что заявленная сумма возмещения расходов на услуги представителя является явно завышенной, не соразмерной фактической сложности составления документов и представительства в суде. Представитель истца составил исковое заявление, которое по содержанию не содержит трудоемкой работы, но содержит либо перечисление событий согласно уголовному делу истца, то есть буквальное переписывание, или общие фразы с использованием Конституции РФ или определений и постановлений, которые не несли правовой или доказательственной базы для обоснования суммы компенсации морального вреда Фактическая сложность составления искового заявления является крайне низкой. Обширная судебная практика, в том числе Верховного Суда РФ, хранящаяся в свободном доступе, а также постановлений Пленума Верховного Суда РФ, так же не были использованы или приведены в процессуальных документах представителя истца. А приведение же юридически значимых аспектов для обоснования суммы компенсации морального вреда не имели, а были приведены исключительно для фонового эффекта. Приведенные доводы, опирающиеся на содержание процессуальных документов представителя истца и качество проделанной работы Министерство финансов РФ считает весомыми и объективными для утверждения того, что заявленная сумма в 60 000 рублей является не соразмерной фактической сложности составления документов и представительства в суде. Считает обоснованной, объективной и отвечающей принципам разумности и справедливости сумму в размере 15 000 рублей (лд.51). 

Из п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что разумными следует считать расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. (Определение Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2004 г. N 454-О).

При определении размера подлежащих взысканию расходов на представителя, суд принимает во внимание объем оказанных представителем услуг, учитывает категорию дела, характер и сложность рассматриваемого спора, его продолжительность, участие представителя в трех судебных заседаниях, результат по делу, сложившуюся в районе практику по оплате услуг представителя по данной категории дел или при сравнимых обстоятельствах, учел объем выполненной представителем работы и вид оказанных услуг, принципы разумности и справедливости, и приходит к выводу об удовлетворении требовании в размере 30 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Федерального казначейства по Ленинградской области о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное привлечение к уголовной ответственности

удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, и расходы за участие представителя в размере 30 000 рублей. В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано, прокурором принесено представление в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме в Ленинградский областной суд с подачей жалобы через Сланцевский городской суд.

Председательствующий судья Н.А. Давидович

Мотивированное решение изготовлено 14 февраля 2025 года.