Судья: Нейцель О.А. Дело № 33-3246/2026 (№ 2-1656/2025)

Докладчик: Першина И.В. УИД 42RS0016-01 -2025-002108-72

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

31» марта 2026 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе

председательствующего Першиной И.В.,

судей Бабушкиной Е.А., Вязниковой Л.В.,

при секретаре Клюевой В.А.,

с участием прокурора Лиман Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Першиной И.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Акционерного общества «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» ФИО1 на решение Куйбышевского районного суда города Новокузнецк Кемеровской области от 26 декабря 2025 года

по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 просит взыскать с Акционерного общества «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» (АО «ОУК «Южкузбассуголь») компенсацию морального вреда, причиненного вследствие профессионального заболевания, в размере 544 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб., расходы по оплате экспертизы в размере 4500 руб., почтовые расходы.

Иск обоснован тем, что в период работы в организациях угольной промышленности Российской Федерации, в том числе, в ОАО «Шахта «Кушеяковская», ОАО «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Абашевская», ОАО «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Кушеяковская», ОАО «Южкузбассуголь» филиал «Шахта Ерунаковская-УШ», у него развилось профессиональное заболевание 

<

данные изъяты> Работодателем составлен Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Правопреемником ОАО «Шахта «Кушеяковская», ОАО «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Абашевская», ОАО «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Кушеяковская», ОАО «Южкузбассуголь» филиал «Шахта Ерунаковская-УШ» является ответчик АО «ОУК «Южкузбассуголь».

Заключением учреждения МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ему впервые установлено снижение профессиональной трудоспособности в связи с указанным профессиональным заболеванием в размере 

<

данные изъяты>% на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

По заключению клиники НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний № от ДД.ММ.ГГГГ вина в причинении вреда здоровью в виде указанного профессионального заболевания АО «ОУК «Южкузбассуголь» составляет 27,2%.

Он обратился к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда по нормам отраслевого тарифного соглашения, указанная компенсация ответчиком начислена, но до настоящего времени не выплачена, определена в недостаточном размере.

Вследствие профессионального заболевания он испытывает 

<

данные изъяты>. Состояние его здоровья 

<

данные изъяты>.

В связи с необходимостью обращения в суд он понес расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб., расходы по оплате выписки из экспертизы в размере 4500 руб., почтовые расходы, которые подлежат взысканию с ответчика.

Истец ФИО2, его представитель ФИО3 в судебном заседании иск поддержали.

Представитель ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО1 возражала против иска, просила снизить сумму судебных расходов.

Представитель третьего лица АО «УК «Сибирская» ФИО4 считала требования завышенными

Решением суда постановлено:

«Исковые требования ФИО2 к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 70 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., расходы, связанные с проведением экспертизы, в размере 1224 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход бюджета Новокузнецкого городского округа государственную пошлину в сумме 3000 рублей.».

Дополнительным решением суда от 20 января 2026 года постановлено:

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 (ИНН №) почтовые расходы в размере 990,12 рублей.».

В апелляционной жалобе представитель Акционерного общества «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» ФИО1 просит решение суда от 26.12.2025 отменить как незаконное и необоснованное, принять по делу новое решение об отказе в иске.

Указывает, что Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ содержит нормы трудового права, направлено на регулирование социально-трудовых отношений и в силу ст.ст. 22, 45, 48 ТК РФ является обязательным правовым актом для применения организациями угольной промышленности.

Положением о порядке выплаты единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, причиненного здоровью работника в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (приложение № 7 к Соглашению) установлено, что за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного работодателя, предшествующий моменту установления впервые работнику размера (степени) утраты профессиональной трудоспособности (п. 1. Положения).

Таким образом, стороны социального партнерства на федеральном уровне определили размер компенсации морального вреда, порядок этих выплат регламентируется на локальном уровне работодателем, в связи с чем расчет компенсации морального вреда должен производиться в соответствии с Приложением № 7 к Соглашению.

Ссылается на отсутствие обращений ФИО2 в досудебном порядке за выплатой компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, в связи с чем ответчик не имел возможности произвести данную выплату.

В ходе судебного разбирательства ответчиком рассчитана сумма компенсации морального вреда, причитающаяся в соответствии с нормами ФОС, локальных нормативных актов и с учетом степени вины предприятия (27,2 %) в размере 51 656,23 руб., подписано соглашение № № от ДД.ММ.ГГГГ о компенсации морального вреда в указанном размере. Данная сумма является достаточной, обоснованной и справедливой, учитывающей индивидуальные особенности истца, полностью компенсирует истцу причиненный профессиональным заболеванием моральный вред.

Возмещение морального вреда носит компенсационный характер и не может являться средством обогащения, в связи с чем определенная судом за утрату профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> сумма компенсации морального вреда в общем размере 447 266 руб. не мотивирована, не соответствует объему и тяжести негативных последствий для истца, принципам разумности, справедливости, соразмерности данной компенсации, не обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон.

Утрата профессиональной трудоспособности истца не носит бессрочный характер, не является невосполнимой, инвалидность не установлена.

Считает, что взысканная сумма судебных расходов чрезмерно завышена, не соответствует принципам разумности и справедливости, сложности дела.

Расходы на получение медицинского заключения не относятся к судебным расходам, не понесены в целях настоящего судебного разбирательства, в связи с этим не подлежат возмещению со стороны ответчика.

О времени и месте судебного заседания, назначенного в суде апелляционной инстанции на 31 марта 2026 года, лица, участвующие в деле, извещены надлежаще. В судебное заседание представитель третьего лица АО «УК «Сибирская» не явился. Сведений о причине неявки в суд не представил.

В соответствии со ст. 167 ч.3, ст. 327 ч.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося в судебное заседание представителя третьего лица.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя АО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО1, поддержавшую апелляционную жалобу, просившую решение суда отменить, истца ФИО2, возражавшего против апелляционной жалобы, просившего решение суда оставить без изменения, заключение прокурора отдела прокуратуры Кемеровской области - Кузбасса Лиман Е.И., считавшую решение суда правильным, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает, что ввиду неправильного применения судом первой инстанции норм материального права, несоответствия выводов суда, изложенных в решении, установленным по делу обстоятельствам, решение суда подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда, с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 30 034,77 руб., в остальной обжалованной части решение суда подлежит оставлению без изменения.

В силу абз. 4 и абз. 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на: рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором;

на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда;

осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами;

возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 15 и 16 части 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абз. 2 пункта 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, истец ФИО2 длительное время работал в угольной отрасли Российской Федерации в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов.

Из трудовой книжки истца следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> 3; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ООО 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> (л.д. 13-26).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО2 установлены предварительные диагнозы «

<

данные изъяты>, общий стаж работы 

<

данные изъяты> лет, стаж в данной профессии 

<

данные изъяты>., стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание «

<

данные изъяты>», составляет 

<

данные изъяты> 1 мес.; стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание «

<

данные изъяты>» - 

<

данные изъяты>. Согласно заключению о состоянии условий труда: ведущим вредными производственными факторами в развитии заболеваний указан шум и тяжесть трудового процесса. Воздействию данного фактора ФИО2 подвергался, работая в профессиях: 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>: 

<

данные изъяты>» (л.д. 38-43).

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного заместителем руководителя Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области –Кузбассу, следует, что в период работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов у ФИО2 развилось профессиональное заболевание «

<

данные изъяты>». Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов - 

<

данные изъяты> Профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия на организм ФИО2 в течение 

<

данные изъяты>. тяжести трудового процесса, показатели которой превышали гигиенические нормативы, в профессиях: подземный электрослесарь, подземный горномонтажник, подземный горнорабочий, горнорабочий очистного забоя, вследствие несовершенства технологических процессов, оборудования. Непосредственной причиной заболевания послужила тяжесть трудового процесса. Вина работника отсутствует (л.д. 28-30).

В заключении врачебной экспертной комиссии клиники ФГБНУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» № от ДД.ММ.ГГГГ указано, что ФИО2 в 2025 году установлено профессиональное заболевание «

<

данные изъяты> Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту 

<

данные изъяты>. Определена степень вины предприятий в возникновении и прогрессии заболевания пропорционально стажу работы на предприятии: Новокузнецкое ШПУ – 20,9%; Шахта «Нагорная» - 0,5%, Новокузнецкое ШПУ филиал АООТ «Кузбассшахтопроходка» - 3,3%; ОАО «Шахта «Кушеяковская» - 6,7%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Абашевская» - 3,6 %, ООО «МетАЛ шахта «Урегольская» - 4,9%, ЗАО «ПКФ «ЮНАП» - 1,0%, ООО «Монотранс-Сервис» - 0,8%, ООО «Монотранс-ДП» - 1,0%, ООО «СибГРЭУ» - 1,5%, ООО «ШСУ-Энергия» - 3,1%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Кушеяковская» - 1,3 %, ЗАО «Комбинат «Кузбассшахтострой» - 2,8%; ЗАО «Металлургшахтспецстрой» - 1,3%, Филиал «Томусашахтострой» ЗАО «Металлургшахтспецстрой» - 2,8%; ООО «Металлургшахтспецстрой» - 2,1%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ерунаковская VIII» - 15,6%, АО «УК «Сибирская» филиал «Шахта «Увальная» - 26,8% (л.д. 36).

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что АО ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта «Кушеяковская» и ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Абашевская», в связи с чем степень вины ответчика АО ОУК «Южкузбассуголь» возникновении у ФИО2 профессионального заболевания составляет 27,2% (ОАО «Шахта «Кушеяковская», 6,7% + ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Абашевская», 3,6 % + ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Кушеяковская», 1,3 % + ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ерунаковская VIII», 15,6%,).

Заключением учреждения МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в связи с профессиональным заболеванием впервые установлено снижение профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 31).

Согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания № № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной бюро МСЭ № 25 ФКУ МСЭ по Кемеровской области –Кузбассу, ФИО2 в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты> (л.д. 32-35).

Согласно выписке из амбулаторной медицинской карты № ФИО2 наблюдается в поликлинике № 6 ГАУЗ «НГКБ № 1» с ДД.ММ.ГГГГ с 

<

данные изъяты>», с ДД.ММ.ГГГГ с 

<

данные изъяты>» (л.д. 66-73).

Свидетель ФИО9 показала, что у 

<

данные изъяты> ФИО2 имеются 

<

данные изъяты>, вызванные профессиональным заболеванием. 

<

данные изъяты> (л.д. 129-132).

Соглашением о компенсации морального вреда № № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между АО «ОУК «Южкузбассуголь» и ФИО2, определена сумма компенсации морального вреда в размере 51 656,23 руб. (л.д. 116).

Из расчета суммы компенсации морального вреда к Соглашению о компенсации морального вреда № № от ДД.ММ.ГГГГ видно, что данная сумма определена из среднемесячного заработка истца в размере 

<

данные изъяты> руб., степени вины АО «ОУК «Южкузбассуголь» в повреждении здоровья - 27,2%, степени утраты профессиональной трудоспособности - 

<

данные изъяты>%, с учетом единовременной страховой выплаты, произведенной ОСФР по Кемеровской области –Кузбассу, в размере 

<

данные изъяты> руб., и составила 51 656,23 руб. (л.д.117).

На момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции компенсация морального вреда в размере 51 656,23 руб. АО «ОУК «Южкузбассуголь» истцу перечислена платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 178 оборот).

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции учел характер и степень 

<

данные изъяты> истца, его индивидуальные особенности, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, изменение качества и образа жизни, продолжительность работы во вредных условиях труда, значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан на момент установления утраты профессиональной трудоспособности, отсутствие вины истца, степень утраты профессиональной трудоспособности, степень вины ответчика в причинении вреда здоровью, принял во внимание право истца на получение с ответчика выплаты компенсации морального вреда по Соглашению от ДД.ММ.ГГГГ в размере 51 656,23 руб., и пришел к выводу о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда в размере 70 000 руб.

Доводы в апелляционной жалобе о том, что, исполнив Соглашение от ДД.ММ.ГГГГ, ответчик в полном объеме выполнил обязанность по компенсации морального вреда, не опровергают выводы суда и не могут служить основанием для отмены решения.

В соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Абз.1 пункта 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2025-2027 годы предусмотрено, что в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Социального фонда Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей (абз. 3 пункта 5.4).

Согласно п. 1 Положения о порядке выплаты единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, причиненного здоровью работника в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания – Приложение №1 к Соглашению на период с 01.11.2022 по 30.10.2025 в случае установления впервые работнику Организации утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, работодатель в счет возмещения морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета 20% среднемесячного заработка работника за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации).

Оценивая выплаченную истцу компенсацию морального вреда в размере 51 656,23 руб., судебная коллегия полагает, что она не является достаточной и в полном мере не компенсирует физические и нравственные страдания, переносимые истцом в связи с профессиональным заболеванием, определена ответчиком из среднемесячного заработка истца, без учета обстоятельств, предусмотренных законом, влияющих на ее размер.

Вместе с тем, с выводом суда о размере компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца в судебном порядке, судебная коллегия согласиться не может ввиду следующего.

В абз. 1, 2 п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

В пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 обращено внимание судов, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Установив возникновение у истца профессионального заболевания, повлекшего снижение профессиональной трудоспособности и иные связанные с этим неблагоприятные последствия, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об обязанности ответчика компенсировать истцу физические и нравственные страдания в силу положений ст. ст. 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Вместе с тем, суд не определил общий размер компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, достаточный для возмещения физических и нравственных страданий истца.

Учитывая взысканную судом сумму компенсации морального вреда в размере 70 000 руб., степень вины ответчика в повреждении здоровья истца, степень снижения профессиональной трудоспособности истца, общая сумма компенсации фактически составила 447 264 руб. и является завышенной ввиду следующего.

Пунктом 12 Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных постановлением Правительства РФ от 16.10.2000 N 789 (ред. от 24.03.2023), предусмотрено, что на основе полученных документов и сведений, личного осмотра пострадавшего определяется степень утраты его профессиональной трудоспособности, исходя из оценки имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных или специально созданных производственных условиях.

В случае если пострадавший может продолжать профессиональную деятельность с умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение заработка, или если выполнение его профессиональной деятельности требует большего напряжения, чем прежде, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности от 10 до 30 процентов (пункт 17 Правил от 16.10.2000 №789 в ред. от 24.03.2023).

В силу п.1 Правил от 16.10.2000 №789 (в ред. от 24.03.2023) Правила определяют порядок установления учреждениями медико-социальной экспертизы степени утраты профессиональной трудоспособности лицами, получившими повреждение здоровья в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (далее именуются - пострадавшие).

Согласно п. 3 Критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Приказом Минтруда России от 30.09.2020 N 687н (с изм. от 14.12.2023), степень утраты профессиональной трудоспособности определяется исходя из последствий повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания с учетом имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема (тяжести) выполняемой работы и/или необходимости создания дополнительных условий доступности для выполнения профессиональной деятельности путем изменения условий труда, оснащения (оборудования) специального рабочего места, выражается в процентах и устанавливается в размере от 10 до 100 процентов с шагом в 10 процентов.

Состояние здоровья пострадавшего оценивается с учетом: а) характера и тяжести несчастного случая на производстве или профессионального заболевания; б) особенности течения патологического процесса, обусловленного несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием; в) характера (вида) и степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием.

Выделяется 4 степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, которые оцениваются в процентах и устанавливаются в диапазоне от 10 до 100 процентов с шагом в 10 процентов:

I степень - стойкие незначительные нарушения функций организма человека, обусловленные несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в диапазоне от 10 до 30 процентов (пункт 4 Критериев от 30.09.2020 №678н (с изм. от 14.12.2023).

Как указано выше, заключением учреждения МСЭ истцу сроком 

<

данные изъяты> установлено снижение профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>%, то есть 

<

данные изъяты>, доказательств отрицательной динамики в развитии профессионального заболевания не представлено.

Учитывая установленные обстоятельства, имеющие значение для определения размера компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к выводу, что общая сумма компенсации морального вреда должна составить 300 000 руб.

В пользу истца с АО «ОУК «Южкузбассуголь» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 30 034,77 руб. (300 000 руб. х 27,2% - 51 656,23 руб.).

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя, суд указал на категорию спора и степень правовой сложности, объем и характер проделанной представителем работы, подготовленных им процессуальных документов, количество судебных заседаний, в которых принимал участие представитель истца, а также требования разумности, в связи с чем взыскал в пользу ФИО2 расходы на оплату услуг представителя в общем размере 20 000 руб.

Доводы апелляционной жалобы о том, что взысканные судом в пользу истца расходы на оплату услуг представителя завышены, не соответствуют сложности дела, принципам разумности расходов по количеству, не влекут отмену либо изменение решения суда в части взыскания судебных расходов.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ), суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно абз. 1 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Как видно из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 в качестве заказчика и ИП ФИО11 в лице представителя по доверенности ФИО3 в качестве исполнителя заключен договор об оказании юридических услуг № (л.д. 110).

Согласно п. 1 договора об оказании юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ исполнитель принимает на себя обязательство по оказанию заказчику юридических услуг в следующем объеме: консультирование заказчика по вопросу взыскания компенсации морального вреда (п.1.1.); составление искового заявления и подготовка всех документов к отправке в суд общей юрисдикции г. Новокузнецка о взыскании компенсации морального вреда (п.1.2.); представительство интересов заказчика в суде общей юрисдикции первой инстанции в г. Новокузнецке по делу по иску заказчика о взыскании компенсации морального вреда (п.1.3.); составление возражений на апелляционную (-ые) жалобу (-ы) (п.1.4.); представительство интересов заказчика в суде апелляционной инстанции (п.1.5.); составление апелляционной жалобы (п.1.6.).

Стоимость юридических услуг, указанных в п. 1.1., 1.2. настоящего договора, составляет 14000 руб. Стоимость юридических услуг, указанных в п. 1.3. настоящего договора, составляет 8000 руб. за каждое представительство в суде. Стоимость юридических услуг, указанных в п. 1.4. настоящего договора, составляет 5000 руб. Стоимость юридических услуг, указанных в п. 1.5. настоящего договора, составляет 20000 руб. за однократное представительство в суде. Стоимость юридических услуг, указанных в п. 1.6. настоящего договора, составляет 10000 руб. (п. 4 договора об оказании юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ).

Из материалов дела видно, что в качестве представителя истца на основании нотариальной доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 принимала участие в суде первой инстанции на досудебной подготовке 01.11.2025, в судебном заседании 26.12.2025 (л.д. 12, 60, 129-123).

Оказание юридических услуг по договору об оказании юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ по подготовке и подаче искового заявления подтверждается материалами дела (л.д. 3-5).

Факт оплаты юридических услуг по договору об оказании юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 30 000 руб. (л.д. 109).

Исходя из объема проделанной представителем работы, категории и сложности дела, количества судебных заседаний, в которых принимал участие представитель истца, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о взыскании с ответчика судебных расходов в размере 20 000 руб.

Данная сумма отвечает критериям, определенным главой 7 ГПК РФ, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1. Несение данных расходов являлось для истца необходимым при обращении в суд для защиты нарушенного права, подтверждено соответствующими доказательствами, оснований для их снижения не имеется.

ФИО2 также заявлены требования о взыскании расходов по оплате экспертизы по установлению степени вины предприятий в причинении вреда здоровью в размере 4500 руб.

В подтверждение несения указанных расходов в материалы дела представлен кассовый и товарный чек ФГБНУ НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4500 руб.

В силу положений абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что данные расходы являлись необходимыми при обращении в суд с настоящим иском, подтверждены материалами дела, подлежат возмещению за счет проигравшей стороны в размере пропорциональном степени вины ответчика в развитии профессионального заболевания - в размере 1224 руб.

Решение суда (с учетом дополнительного решения суда от 20.01.2026) в части взыскания в пользу истца почтовых расходов, государственной пошлины в доход местного бюджета ответчиком не обжаловано, его законность и обоснованность судом апелляционной инстанции не проверяются в силу ст. 327.1 ч. 2 ГПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Куйбышевского районного суда города Новокузнецк Кемеровской области от 26 декабря 2025 года изменить в части и указать взыскать с Акционерного общества «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 30 034,77 руб. (тридцать тысяч тридцать четыре рубля 77 коп.).

В остальной обжалованной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-

Судьи-

Мотивированное апелляционное определение составлено 14.04.2026.