Дело № 2-9/2024

УИД 29RS0001-01-2023-001098-19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Вельск 08 февраля 2024 года 

Вельский районный суд Архангельской области 

в составе председательствующего Сидорак Н.В., 

при секретаре Хомовой Т.Н., 

pассмотpев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению БЗД Зои Д к КММ, КМА о взыскании денежных средств,

установил:

БЗД обратилась в суд с исковым заявлением к КММ о взыскании неосновательного обогащения в размере 61000 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных требований указано, что БЗД ошибочно перечислены КММ на банковскую карту, привязанную к ее номеру телефона, денежные средства в размере 61000 руб. 00 коп. Указанные обстоятельства подтверждаются чеками по операциям от 18 марта, 21 апреля, 06 мая, 29 мая, 19 июня, 27 июля 2020 года. Оснований для удержания указанной денежной суммы у ответчика не имеется. Истец считает, что денежные средства в размере 61000 руб. 00 коп. должны быть взысканы с ответчика в ее пользу.

Определением Вельского районного суда Архангельской области от 04 сентября 2023 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен КМА

На основании определения Вельского районного суда Архангельской области от 26 декабря 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен КАА

Истец БЗД, представители истца ООД, НАА, участвовавшие в рассмотрении дела с использованием системы видеоконференц-связи через Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области, поддержали заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик КММ в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом. Из представленных возражений на исковое заявление следует, что она не согласна с заявленными требованиями, операции по переводу денежных средств совершены истцом не ошибочно, поскольку переводы произведены шестью последовательными банковскими операциями за период с марта по июль 2020 года. Требований о возврате денежных средств КММ не получала. Денежные средства, переведенные БЗД на ее карту, предназначались супругу ответчика - КМА Он выполнял строительные работы по договоренности с КАА, который является сожителем БЗД У КМА не было банковской карты, поэтому часть денежных средств была переведена на карту КММ В последующем она сняла указанные денежные средства и передала их супругу. Денежными средствами ответчик не пользовалась, к ним отношения не имеет. 

Ответчик КМА в судебном заседании возражал относительно удовлетворения заявленных требований, указав, что в 2019 году между ним и КАА была достигнута договоренность о сборе сруба бани на участке его матери в 

<

адрес> области. Оплату за выполненную работу производила его сожительница БЗД на карту супруги ответчика КММ

Третье лицо КАА в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетеля, суд приходит к следующему.

Статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Согласно ст.ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

На основании ч. 3 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

В силу ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу п. 1 ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего кодекса.

Указанная статья Гражданского кодекса Российской Федерации дает определение понятия неосновательного обогащения и устанавливает условия его возникновения.

Так, обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

В связи с этим юридическое значение для квалификации отношений, возникших вследствие неосновательного обогащения, имеет не всякое обогащение за чужой счет, а лишь неосновательное обогащение одного лица за счет другого.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения, на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

При этом пункт 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью.

Из материалов дела следует, что ответчики КММ и КМА состояли в зарегистрированном браке в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании установлено, что в 2019 году между КМА и КАА была достигнута договоренность по сбору КМА сруба бани для КАА, его отделке и обустройству второго этажа на участке в Ленинградской области 

<

адрес>.

Согласно объяснениям ответчика КМА сруб бани был им собран в 2019 году. В дальнейшем в 2020 году по договоренности между ним и КАА ответчиком КМА совместно с ЦСН были выполнены работы по возведению крыши, проконопачиванию сруба бани, установке окон и дверей, обустройству (отделке) второго этажа. Оплата работ была согласована сторонами в размере примерно 200000 руб. 00 коп. и производилась частями. Перечислением денежных средств за оказанные услуги в связи с отсутствием банковской карты у КАА занималась его сожительница БЗД, с которой у них имеется совместный ребенок. При этом, за оказанные в 2019 году услуги КАА рассчитался с ним в полном объеме, а за услуги, оказанные в 2020 году, он получил оплату в том числе и наличными денежными средствами лишь в части, а оплату завершающего этапа работ на сумму 32000 руб. 00 коп. КАА так ему и не произвел. 

Согласно представленным в материалы дела скриншотам переписки между КАА (номер телефона №), БЗД (номер телефона №) и КМА (номер телефона №) следует, что они согласовали частичную оплату оказанных услуг путем перевода на банковскую карту ПАО Сбербанк, которая принадлежит супруге КМА - КММ и прикреплена к принадлежащему ей номеру телефона №.

Таким образом, ответчики КМА, КММ получили от истца БЗД путем перечисления со счета карты истца на счет карты ответчика КММ денежные средства в общем размере 61000 руб. 00 коп., в том числе: 18 марта 2020 года - в размере 20000 руб. 00 коп., 21 апреля 2020 года - в размере 15000 руб. 00 коп., 06 мая 2020 года - в размере 5000 руб. 00 коп., 29 мая 2020 года - в размере 1000 руб. 00 коп., 19 июня 2020 года – в размере 15000 руб. 00 коп., 27 июля 2020 года – в размере 5000 руб. 00 коп., что подтверждается чеками по операциям перевода с карты на карту ПАО Сбербанк, а также отчетами по банковским картам, принадлежащим истцу БЗД и ответчику КММ за период с 18 марта по 27 июля 2020 года.

Перевод денежных средств с карты на карту осуществлен по операции Сбербанк Онлайн. Согласно условиям и технологии работы данной системы при проведении финансовых операций клиенту-перевододателю для контроля на экран выводится имя, отчество и инициалы фамилии получателя средств. Только после идентификации переводополучателя предлагается подтвердить операцию смс-паролем или паролем из списка. Ошибочный перевод средств исключен, так как клиент подтверждает перевод именно указанному клиенту. 

Таким образом, доводы истца БЗД о том, что денежные средства на общую сумму 61000 руб. 00 коп. перечислялись ею на банковскую карту КММ ошибочно, по номеру телефона, с уверенностью в перечислении средств иному лицу, суд считает необоснованными, поскольку они не нашли своего подтверждения. Деньги перечислялись истцом осознано, денежные переводы были неоднократными, последовательными (в количестве шести переводов), осуществлялись в течение длительного периода времени (около пяти месяцев), значительными суммами, что свидетельствует о направленности переводов, условий об их возврате до обращения в суд истец не ставил.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд в силу части 2 статьи 12 и части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации осуществляет общее руководство процессом, в том числе определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, а также выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались, что является необходимым условием для правильного разрешения гражданских дел.

Согласно пункту 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Исходя из положений п. 3 ст.10Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность гражданина презюмируется, и на лице, требующем возврата неосновательного обогащения, в силу положений ст.56Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит обязанность доказать факт недобросовестности поведения ответчика и отсутствие правовых оснований для перевода денежных средств.

В соответствии со ст.434Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Оценив объяснения сторон, данные в ходе рассмотрения настоящего дела, в совокупности с материалами дела, приведенными нормами законодательства, суд приходит к выводу, что между КАА и КМА сложились фактические договорные отношения, при этом воля БЗД при переводе денежных средств КММ была направлена на передачу денежных средств КМА во исполнение достигнутой между КАА и КМА договоренности о выполнении услуг. 

Отсутствие между КАА и КМА договора в письменной форме не означает отсутствие между ними фактических договорных отношений. Фактически сложившиеся правоотношения сторон необходимо толковать в пользу сохранения обязательств, а не их аннулирования, с учетом презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной в ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если одна сторона совершает действия по исполнению договора (выполняет работы, оказывает услуги), а другая сторона принимает их, оплачивает работы, услуги, то неопределенность в отношении содержания договоренностей сторон отсутствует. Следовательно, в этом случае соответствующие условия спорного договора должны считаться согласованными сторонами, а договор - заключенным.

Между КАА и КМА было достигнуто устное соглашение, в соответствии с которым КМА должен был произвести работы по сборке сруба бани, его отделке и обустройству второго этажа. Именно в связи с наличием между ними данного соглашения истцом перечислялись денежные средства в счет оплаты выполнения указанных работ. Систематичность платежей, которые производились в рамках договорных правоотношений, и наличие исполнения КМА согласованных работ неосновательного обогащения не образуют. Переводы истцом денежных средств подтверждают не только факт перечисления денежных средств, но и являются доказательством наличия договорных отношений между КАА и КМА

Перевод истцом денежных средств осуществлялся добровольно и намеренно, без принуждения и не по ошибке, соответственно, неосновательного обогащения в том смысле, который заложен в это понятие гражданским законодательством, не имеется.

Гражданское законодательство содержит специальные нормы, регламентирующие взаимоотношения заказчика и подрядчика по договору подряда. В силу п. 1 ст. 723 Гражданского кодекса Российской Федерации при возникновении у заказчика претензий к качеству работы он вправе потребовать от подрядчика (исполнителя): безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной цены; возмещения расходов на устранение недостатков.

Таким образом, БЗД избран ненадлежащий способ защиты своих прав. При этом доказательства, подтверждающие наличие у ответчиков КМА, КММ задолженности перед истцом БЗД, отсутствуют.

Сославшись в иске и в своих объяснениях, данных в рамках рассмотрения настоящего дела, на ошибочный и случайный характер перевода денежных средств ответчику КММ, истец БЗД при этом не указывает надлежащего получателя платежей, ни сути ошибки, а также конкретного обязательства, которое она при этом исполняла. Период платежей растянут во времени, при этом никаких действий по возврату платежей до направления требования в июне 2023 года истец не предпринимала.

Доводы истца о том, что она не знает ответчиков, никогда их не видела и с ними не знакома, не соответствуют действительности, так как в требовании о возврате неосновательного обогащения от 05 июня 2023 года БЗД указаны адреса ответчиков для его отправления, а также имеется указание на то, что по распискам в присутствии свидетелей ответчикам были переданы денежные средства в общей сумме 223000 руб. 00 коп.

Следовательно, наличие у КАА перед КМА денежного обязательства, исполнение которого по его поручению производилось БЗД целенаправленно, на протяжении пяти месяцев в 2020 году, исключает применение правил неосновательного обогащения.

Допрошенный в качестве свидетеля ЦСН подтвердил факт выполнения работ совместно с КМА по отделке бани КАА в 2020 году в 

<

адрес> области. Работы по сборке бани производились КМА по просьбе КАА, а в дальнейшем по отделке бани изнутри вагонкой и покраске КМА совместно с ним на основании устной договоренности между сторонами. БЗД на тот момент являлась сожительницей КАА, и переводила денежные средства за выполненную работу на банковскую карту супруге М - КММ и ему, но оплата была произведена не в полном объеме. К нему истец требования о взыскании неосновательного обогащения не предъявляла.

Показания свидетеля являются последовательными, непротиворечивыми, согласуются с другими доказательствами по делу. Данные свидетелем показания не опровергнуты относимыми и допустимыми доказательствами. Указанный свидетель был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

В связи с изложенным, а также принимая во внимание, что ответчики на момент возникновения спорных отношений состояли в зарегистрированном браке, суд приходит к выводу о том, что спорные денежные средства, перечисленные БЗД на банковскую карту КММ были получены КМА во исполнение договорных обязательств, что исключает их возврат в качестве неосновательного обогащения от КММ

Ответчиками даны непротиворечащие друг другу объяснения о том, что КММ передала денежные средства, полученные на ее банковскую карту от БЗД в счет оплаты услуг КАА, своему супругу КМА, который являлся стороной по возникшим обязательствам. 

В ходе рассмотрения дела истцом не доказано, что на стороне ответчиков имеется неосновательное обогащение, что обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчики подтвердили отсутствие на их стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения.

На основании ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Ответчиками представлены доказательства, подтверждающие, что спорные денежные средства перечислены БЗД по поручению КАА и по заведомо для них существующему обязательству последнего, без намерения передать их ответчикам безвозмездно или в целях благотворительности, и поскольку данные денежные средства были перечислены истцом КМА, которым принятые на себя обязательства исполнены, они не являются неосновательным обогащением ответчиков.

Кроме того, суд, оценивая доводы ответчиков о пропуске БЗД срока исковой давности, пришел к следующему.

В силу п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Защита нарушенного права в судебном порядке возможна в пределах срока исковой давности. На требования о взыскании неосновательного обогащения распространяется общий трехлетний срок исковой давности (п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку применительно к искам о взыскании неосновательного обогащения законом не установлено иное, то срок исковой давности исчисляется со дня, когда потерпевший узнал или должен был узнать о нарушении своего права и кто является надлежащим ответчиком по иску (п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Судом установлено, что истец перевела денежные средства на счет ответчика КММ 18 марта 2020 года, и с этого момента начал течь срок о защите предполагаемого нарушенного права. Между тем с иском истец обратилась лишь 09 августа 2023 года.

Таким образом, применительно к дате обращения БЗД в суд с настоящим иском (09 августа 2023 года), трехлетний срок исковой давности ею пропущен. 

Из разъяснений, данных в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Исходя из изложенного, БЗД пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям о взыскании неосновательного обогащения, что является самостоятельным основанием к отказу в иске.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе БЗД в удовлетворении исковых требований к ответчикам КММ, КМА

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

БЗД Зое Д в удовлетворении заявленных требований к КМА, КММ о взыскании денежных средств отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Вельский районный суд.

Председательствующий Н.В. Сидорак