РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

31 октября 2017 года 

Промышленный районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Митиной И.А.,

при секретаре Николаевой А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО4 о признании договора дарения квартиры притворной сделкой, применении последствий недействительности сделки,

установил:

Истец в лице представителя ФИО5, действующей на основании доверенности, обратилась с указанным иском к ответчику, в обоснование требований ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ. между истцом и ответчиком был заключен договор дарения квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ. между ответчиком и Б.М.В был заключен договор купли-продажи указанной квартиры. Из анализа сроков отчуждения квартиры ФИО1 Пожидаеву и ФИО6 следует, что ответчик, получив квартиру в дар от истца, не собирался владеть ею, жить в ней и пользоваться, а собирался лишь распоряжаться, продав ее своей сожительнице ФИО2 по вымышленной цене в размере 1000000 руб. При этом реальная рыночная стоимость указанной квартиры никак не может соответствовать цене, указанной в договоре купли-продажи. Сам факт оплаты Б.М.В ответчику суммы в размере 1000000 руб. за подаренную ему квартиру пожилой и больной родной сестрой, вызывает большие сомнения, поскольку указанные лица являются сожителями, и позиционируют себя как полноценная семья. 

В настоящее время истец проживает в спорной квартире и несет бремя ее содержания. Истец не осознает и в момент заключения договора дарения не осознавала значение договора дарения и, тем более, правовых последствий, о заключении договора дарения узнала только от родственников, которым о сложившейся ситуации рассказала племянница истца - КИА 

Заключенный договор дарения истец считает притворной сделкой, поскольку перед его заключением между ответчиком и истцом имелись намерения и предложения от ответчика заключить с истцом договор пожизненной ренты. О заключении договора дарения речи никогда не велось.

Решением Промышленного районного суда г. Самары от ДД.ММ.ГГГГ. установлено, что летом 2015г. ответчики, зная о состоянии здоровья истца, переоформили квартиру истца сначала на ее брата-ФИО4, а затем - ДД.ММ.ГГГГ. - на Б.М.В. 

В период с ДД.ММ.ГГГГ. истец находилась на лечении в Клиниках Медуниверситета после перенесенного 

<

данные изъяты>. Воспользовавшись ее состоянием, родной брат истца (ответчик) возил ее по государственным органам и учреждениям, заставляя подписать какие-то документы, какие именно истец не понимала.

С лета ДД.ММ.ГГГГ г. брат истца вместе со своей сожительницей лишали истца свободы, запрещали близким родственникам посещать ее, морили голодом, кормили испорченными продуктами, пугали ее, издевались и избивали, намеренно изолировали ее от родственников и близких, чтобы никто не знал о ее состоянии здоровья, и не смог им помешать переоформить квартиру.

ДД.ММ.ГГГГ к истцу пришла родная племянница К.И.А и застала истца избитой и голодной, племянница сразу же позвонила всем родственникам и стала ухаживать за ней, после чего, за короткий промежуток времени состояние здоровья истца значительно учшилось.

После того, как истцу стало лучше, она рассказала своим родственникам о том, что делали с ней ее брат и его сожительница. Родственники посоветовали истцу обратиться в Росреестр и заказать выписку и ЕГРП.

ДД.ММ.ГГГГ г., когда племянница истца получила выписку из ЕГРП, истец узнала, что собственником квартиры истца является — Б.М.В. — дочь сожительницы брата истца.

ДД.ММ.ГГГГ года АНО «

<

данные изъяты>» было выдано заключение специалиста в области судебно — психиатрической экспертизы № Было проведено рецензирование заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ. на предмет соответствия нормативно-правовым актам в области судебной деятельности.

Специалист в области судебно- психиатрической экспертизы АНО «

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>» врач, судебно-психиатрический эксперт Г.А.А после проведенного

исследования заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ., на предмет соответствия нормативно-правовым актам в области судебной экспертной деятельности сделал абсолютно обоснованные выводы о том что, представленная информация в совокупности позволяет высказать сомнения в полноте, научной обоснованности заключения экспертов, недостаточно согласующегося со своей совокупностью представленных объективных данных, вследствие чего следует считать, что данное заключение экспертов не соответствует требованиям ст. 8 Закона в данном случае целесообразно проведение повторной комплексной психолого- психиатрической экспертизы.

При этом, исходя из содержания и заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ., следует, что по данным эксперементально-психологического исследования отмечается,что 

<

данные изъяты>

ФИО1 при заключении договора дарения не понимала и не могла понимать сущность и правовую природу договора дарения. Поскольку некоторое время ФИО4, являясь братом помогал истцу, последняя восприняла договор Дарения квартиры как пожизненную ренту.

В связи с чем ДД.ММ.ГГГГ год между ФИО1, и ФИО4, был заключен договор дарения квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес>., с целью прикрыть другую сделку договор купли-продажи квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес>., заключенный между ФИО4, и Б.М.В.., ДД.ММ.ГГГГ.

На основании указанного, истец просила суд признать договор дарения квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес>., заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО4, притворной сделкой. Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления сторон в первоначальное правовое положение, а именно вернуть ФИО1 хвартиру расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В судебное заседание истец не явилась, о дате и времени судебного заседания была извещена судом надлежащим образом, что подтвердил ее представитель ФИО7, участвующий в деле от имени истца. 

В судебном заседании представитель истца ФИО7, действующий в соответствии с доверенностью, исковые требования поддержал, пояснил, что третье лицо ФИО8 фактически каких- либо самостоятельных требований не заявляет, дал пояснения аналогичным изложенным в описательной части решения суда, пояснил, что каких-либо новых обстоятельств после вынесения вступившего в законную силу решения суда от ДД.ММ.ГГГГ. гражданскому делу № по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО9( после заключения брака- ФИО8) о признании недействительными договоров дарения, купли-продажи, применении последствий недействительности сделок не имеется. 

Ответчик ФИО4 в судебное заседания не явился, о месте и времени судебного заседания извещен судом надлежащим образом, участвует в деле в лице представителя по доверенности ФИО10 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО10, действующий в соответствии с доверенностью, возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, как необоснованно заявленных, поскольку все обстоятельства, в том числе и об отсутствии договора ренты и намерений его заключить, были исследованы при вынесении решения по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО9 (после заключения брака- ФИО8) о признании недействительными договоров дарения, купли-продажи, применении последствий недействительности сделок в отношении спорной квартиры, высказал предположение, что подачей настоящего иска преследуется интерес не истца, а материальный интерес племянницы истца К.И.А. 

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явилась о дате и времени судебного заседания была извещена надлежащим образом, о причинах неявки не сообщила. 

Суд, выслушав пояснения сторон участвующих в деле, изучив материалы дела, обозрев материалы гражданского дела №, приходит к следующим выводам: 

В соответствии с п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон. Из положений ст. 421 ГК РФ следует, что принцип свободы договора является одним из наиболее важных гражданско-правовых принципов. В соответствии с гражданско-правовым смыслом указанной нормы права свобода договора заключается в том, что каждый участник гражданского оборота вправе самостоятельно решать, вступать или не вступать в договорные отношения.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (ч. 1 ст. 425).

В соответствии со ст. 223 Гражданского кодекса РФ, в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ.

Согласно п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. (ч. 2).

Согласно материалам дела, ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО1 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) был заключен договор квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. 

В соответствии с представленными Управлением Росреестра по Самарской обл. суду документами по сделке дарения от ДД.ММ.ГГГГ., государственная регистрация договора дарения и перехода права собственности совершены Управлением Росреестра по Самарской области ДД.ММ.ГГГГ., о чем сделана запись регистрации N № 

Согласно материалам дела, ФИО1 является инвалидом 

<

данные изъяты> группы, что подтверждается справкой серия МСЭ-ДД.ММ.ГГГГ № от ДД.ММ.ГГГГ. 

В судебном заседании обозревались материалы гражданского дела № г. по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО9 о признании недействительными договора дарения, договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделок.

В соответствии с указанными материалами гражданского дела, ДД.ММ.ГГГГ. был заключен договор купли-продажи между ФИО4 и ФИО8, согласно которого ФИО4 продал, а ФИО8 купила квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Квартира продана по соглашению сторон за 1000000 руб. Указанный договор также зарегистрирован в Управлении Росреестра по Самарской области, о чем в Едином Государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации №.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами регистрационных дел, поступивших в суд из Управления Росреестра по Самарской области, выпиской Управления Росреестра по Самарской области о переходе прав на спорную квартиру.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО3 

<

данные изъяты> 

Указанному заключению судебной психолого-психиатрической экспертизы судом была дана оценка, при вынесении решения оно принято судом во внимание в совокупности с другими доказательствами по делу, с указанием на то, что выводы экспертизы последовательны, не допускают двойного толкования, являются полными и обоснованными, выводы, указанные в заключении согласуются с другими материалами дела и доказательствами, сомнений в правильности и верности выводов указанного заключения у суда не возникло.

С иском представлено заключение специалиста в области судебно- психиатрической экспертизы года АНО «

<

данные изъяты>» №/№, согласно которому было проведено рецензирование заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ. на предмет соответствия нормативно-правовым актам в области судебной деятельности.

В соответствии с заключением специалиста в области судебно-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ. №, с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 является инвалидом 

<

данные изъяты> группы бессрочно по общему состоянию (

<

данные изъяты>), с ДД.ММ.ГГГГ. истец проходила лечение в 

<

данные изъяты> отделении с диагнозом «

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>

Согласно пояснениям представителя истца данное заключение специалиста представлено в целях обоснования ходатайства о проведении повторной комплексной психолого- психиатрической экспертизы в отношении состояния здоровья истца, однако в ходе судебного разбирательства представитель истца пояснил, что такое ходатайство заявляться не будет, ходатайств стороной истца о проведении судебной- психиатрической экспертизы состояния здоровья истца или иной судебной экспертизы не заявлено. 

В обоснование заявленных требований о признании договора дарения притворной сделкой, истец ФИО1 в исковом заявлении ссылалась на то, что в силу своего состояния здоровья в момент подписания договора дарения она не понимала значения своих действий. Кроме того, оспаривая договор дарения, истец ссылается на притворность указанной сделки, утверждая, что договор дарения прикрывает договор пожизненной ренты, так как перед заключением договора дарения ответчик имел намерения заключить с истцом договор пожизненной ренты. Таким образом, фактически истцом заявлены требования по основаниям п.2 ст. 170, ч. 1 ст.177 ГК РФ, вместе с тем правовые основания иска в установленном процессуальным законом порядке стороной истца не уточнялись. 

При этом даритель, ознакомившись с условиями договора, была вправе отказаться от заключения договора дарения, с целью заключения договора пожизненной ренты на приемлемых для нее условиях. 

Указанные истцом обстоятельства, представителем ответчика отрицались в ходе рассмотрения дела. Оспариваемый договор не содержит каких-либо условий относительно обязательств одаряемого (ответчика) пожизненного содержания истца, ухода за ним, несения бремя содержания имущества. 

В соответствии с п.2 ст. 170 ГК РФ Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с ч.1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, является выяснение вопроса о понимании истцом сущности сделки на момент ее заключения, в том числе оценке подлежат такие обстоятельства как грамотность истца, ее возраст, состояние ее здоровья.

Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции от 04 ноября 1950 года "О защите прав человека и основных свобод".

Таким образом, исходя из требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 177 ГК РФ лежит на истце.

В ходе судебного разбирательства по гражданскому делу № г. установлено, что ФИО1 лично участвовала судебном заседании, что подтвердил представитель истца, при личном опросе, не оспаривала, что подписывала договор дарения, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ говорила о том, что ставила свою подпись в договоре, но ссылаясь на то, что не осознавала своих действий, не помнит и не понимала, что она подписывает. Эти обстоятельства усматриваются и из искового заявления. 

Вместе с тем, оспариваемый договор дарения прошел государственную регистрацию, из материалов регистрационного дела следует, что ФИО1 лично присутствовала при сделке, ее личность проверена государственным регистратором, ею подано заявление с просьбой о переходе права собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ, указанное заявление подписано ФИО1 и удостоверено уполномоченным лицом. Аналогичное заявление поступило от ФИО4 На основании указанных заявлений был составлен договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, который подписан сторонами и зарегистрирован в установленном законом порядке. В договоре стороны подтвердили, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также, что отсутствуют обстоятельства, вынуждающие их совершить данный договор (п. 10 договора). 

Показания представителей истца, свидетелей со стороны истца о жестоком обращении ФИО4 в отношении ФИО1, изолировании ее от родных и близких людей, что также способствовало тому, что она подписала договор дарения в его пользу, судом были оставлены без внимания, как не нашедшие своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Поскольку согласно Постановлению УУП ПП № ОП №УМВД России по г. Самара от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 159, 306 УК РФ отказано.

Таким образом, судом был сделан вывод о том, что договор дарения подписан истцом собственноручно, сторонами согласованы все существенные условия договора, четко выражен его предмет и воля сторон на заключение договора дарения, согласно условиям сделки сторонам известны последствия заключения договора дарения, истец понимала природу заключенной сделки и значение своих действий, какие-либо иные условия и последствия сделки стороны при заключении договора дарения не согласовывали, воля истца была направлена на безвозмездную передачу квартиры в собственность ответчика- своего брата, характер сложившихся взаимоотношений сторон не свидетельствует о том, что воля истца на совершение сделки дарения сформировалась под влиянием заблуждения. В связи с чем, суд вынес решение, в соответствии с которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО9 о признании недействительными договора дарения, договора купли-продажи, применения последствий недействительности сделок отказано. Указанное решение суда по гражданскому делу № вступило в законную силу. 

В судебном заседании по настоящему гражданскому делу представитель истца пояснил, что иных доказательств в обоснование заявленных исковых требований, не установленных и не представленных суду при рассмотрении гражданского дела № не имеет, что зафиксировано в протоколе судебного заседания от 31.10.2017г. 

В силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Заключая договор дарения квартиры, истец выразила свою волю по реализации принадлежащего ей имущества, что является ее правом, а не обязанностью по правилам ст. 209 ГК РФ. При этом, довод истца в обоснование заявленных исковых требований о том, что впоследствии ответчик продал спорную квартиру ФИО8, что свидетельствует об отсутствии у ФИО4 намерения пользоваться или владеть указанной квартирой, не может служить основанием для удовлетворения иска, так как ответчик, действуя, как собственник спорного объекта недвижимости также реализовал свое право на продажу указанной квартиры.

Ходатайств об истребовании дополнительных доказательств, назначении судом судебной экспертизы сторонами не заявлялось, оснований для освобождения от доказывания обстоятельств иска не имеется.

Достоверных и допустимых доказательств того, что при заключении договора дарения сторонами оговаривались иные условия, кроме передачи квартиры на условиях обычного договора дарения, суду истцом представлено не было.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что сделка является притворной, не установлено, в связи с чем, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании спорной сделки притворной по заявленным истцом правовым основаниям.

Соответственно, не могут быть удовлетворены требования истца о применении последствий недействительности сделки, поскольку стороной истца не представлено достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, что в момент подписания оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 о признании договора дарения квартиры притворной сделкой, применении последствий недействительности сделки- отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд в течение месяца со дня составления судом решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Промышленный районный суд г. Самары.

Решение в окончательной форме составлено 08.11.2017 года.

председательствующий подпись Митина И.А.