Дело № 2а-72/2025 

УИД 41RS0006-01-2025-000090-85

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 апреля 2025 года с. Мильково Камчатского края

Мильковский районный суд Камчатского края в составе: 

председательствующего Кареповой Ю.Ю.,

при помощнике судьи Середкиной О.Н.,

с участием старшего помощника прокурора Мильковского района Жеребухина С.А., 

административного истца ФИО1,

административного ответчика ФИО2,

представителя административных ответчиков ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании с применением систем видеоконференц-связи административное дело по административному иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 41» Федеральной службы исполнения наказаний", Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 7 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Камчатскому краю», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Камчатскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний России, заместителю начальника Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 7 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Камчатскому краю» ФИО4, начальнику отряда группы по воспитательной работе с осужденными ФИО2 об оспаривании дисциплинарных взысканий, медицинского осмотра, медицинского заключения, условий содержания в штрафном изоляторе, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО1 обратилась в суд с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 41» Федеральной службы исполнения наказаний" (далее – ФКУЗ МСЧ – 41 ФСИН России), Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 7 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Камчатскому краю» (далее – ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Камчатскому краю (далее – УФСИН России по Камчатскому краю), Федеральной службе исполнения наказаний России (далее – ФСИН России) об оспаривании дисциплинарных взысканий, медицинского осмотра, медицинского заключения, условий содержания в штрафном изоляторе, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований административный истец указал, что она с 9 сентября 2021 года отбывает наказание в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю, с 25 января 2023 года является инвалидом II группы по общему заболеванию.

21 февраля 2023 года и 24 апреля 2024 года она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде устных выговоров, 24 апреля 2024 года на нее также наложено взыскание в виде водворения в штрафной изолятор (далее также ШИЗО) на 9 суток.

С данными взысканиями не согласна, поскольку вменяемые ей нарушения она не совершала.

Так, 21 февраля 2023 года административный ответчик, привлекая ее к дисциплинарной ответственности, не учел положения п. 471 Правил внутреннего распорядка, согласно которым осужденным к лишению свободы, являющимися инвалидами II группы, разрешено передвигаться по территории исправительного учреждения вне строя. Более того, медицинскую часть она покидала с разрешения сотрудника исправительной колонии, также указывает, что не была ознакомлена с вынесенными документами по взысканию. 

Также 24 апреля 2024 года она незаконно была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде устного выговора за нарушение пп. 12.32 Правил внутреннего распорядка, так как она никого не унижала, не обзывала, клички не присваивала, нецензурную брань в отношении других не использовала. В данном случае потерпевшей стороной была она, поскольку неоднократно обращалась к администрации исправительного учреждения с просьбой оградить ее от провокаций со стороны других осужденных, а также от унижений и оскорблений, вместе с тем администрацией исправительного учреждения не были меры приняты, в связи с чем 21 апреля 2024 года ей пришлось самостоятельно отстаивать свое достоинство и честь, при этом нарушение требований пп. 12.32 Правил внутреннего распорядка она не допускала. Помимо объяснений осужденных, иных доказательств ее вины не имеется.

Кроме того, она (ФИО1) считает незаконным взыскание в виде водворения ее в ШИЗО, указывая на то, что к ней не могла быть применена указанная мера взыскания, так как на момент наложения оспариваемого взыскания у нее отсутствовали действующие взыскания, тогда как начальник отряда представил на дисциплинарную комиссию сведения об обратном.

К тому же, перед водворением в ШИЗО администрацией исправительного учреждения не произведен ее медицинский осмотр. После наложения дисциплинарного взыскания ее сопроводили в здание ШИЗО, в помещение, не предназначенное для медицинского осмотра, где фельдшер измерил только артериальное давление, и провела опрос по жалобам, при этом указанные ей жалобы во внимание приняты не были, и в медицинской карте не обозначены. Более того, при помещении в штрафной изолятор фельдшером не были изучены ее медицинские карты, которые на тот момент в исправительном учреждении отсутствовали. Также она предупреждала сотрудников учреждения о том, что будет вынуждена в ШИЗО голодать, так как пищу, которую предоставляют в ФКУ ИК-7, она не употребляет, в связи с противопоказаниями. 

Указывает, что при водворении в штрафной изолятор медицинское заключение вынесено без учета рекомендаций узких специалистов на дополнительные обследования и лечение, в том числе оперативного, кроме того у неё имеется сопутствующее заболевания, по которым показаны дополнительные обследования, лечение и диета, к тому же при имеющимся у нее заболевании позвоночника ей противопоказано пребывать в сидячем положении длительное время, ей рекомендован постельный режим.

Во время содержания в ШИЗО она не получала должного лечения и квалифицированной медицинской помощи, должностными лицами не были соблюдены рекомендации врачей и индивидуальных программ реабилитации и абилитации инвалида, не выполнялись реабилитационные и абилитационные мероприятия, а также не предоставлялись технические средства реабилитации. Помещение ШИЗО не было оборудовано специальными средствами передвижения и приспособлениями для инвалидов, в камере было холодно, отопление периодически отключалось, отсутствовало горячее водоснабжение, камера нуждалась в капитальном ремонте, полы гнилые, уборка не проводилась. Нахождение в сидячем положении по 14-16 часов вызывало у нее сильный болевой синдром.

Кроме того, в нарушение условий содержания осужденного, являющегося инвалидом II группы, ее обязывали выходить в коридор на костылях и стоять пока проводились обыскные мероприятия. 

Указывает, что в штрафном изоляторе у нее обострились хронические женские заболевания, медицинская реабилитация и реабилитационные мероприятия как инвалиду не проводились, в связи с чем после выхода из ШИЗО у неё ухудшилось состояние здоровья, она стала терять способность передвигаться на костылях.

Определением Мильковского районного суда от 24 апреля 2025 года производство по настоящему административному делу прекращено в части требования об оспаривании дисциплинарного взыскания от 1 августа 2022 года, в связи с отказом административного истца от иска в данной части.

На основании изложенного, ФИО1, с учетом принятого судом отказа от иска в части, просила суд признать незаконными и отменить взыскания в виде устных выговоров от 21 февраля 2023 года и 24 апреля 2024 года, а также в виде водворения в штрафной изолятор от 24 апреля 2024 года; признать незаконными медицинский осмотр и медицинское заключение от 24 апреля 2024 года; признать незаконным бездействие, выразившееся в необеспечении условий ее содержания как инвалида II группы в штрафном изоляторе в период с 24 апреля 2024 года по 3 мая 2024 года; взыскать компенсацию морального вреда в размере 900 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства протокольными определениями к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены заместитель начальника ФКУ ИК - 7 УФСИН России по Камчатскому краю ФИО4, начальник отряда группы по воспитательной работе с осужденными ФИО2, в качестве заинтересованных лиц Врио начальника отряда группы по воспитательной работе с осужденными ФИО5, Врио начальника ФКУ ИК - 7 УФСИН России по Камчатскому краю ФИО6

Административный истец ФИО1, участие которой обеспечено в судебном заседании с использованием систем видеоконференцсвязи, административные исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представитель административных ответчиков ФКУЗ МСЧ – 41 ФСИН России, ФКУ ИК – 7 УФСИН России по Камчатскому краю, УФСИН России по Камчатскому краю, ФСИН России ФИО7, действующая на основании доверенностей, административные исковые требования не признала, в связи с отсутствием правовых оснований для удовлетворения таковых, указывая на то, что дисциплинарные взыскания обоснованы, порядок соблюден, медицинский осмотр произведен в соответствии с действующим Порядком. Также отметила, что ФИО1 пропущен срок предъявления в суд настоящего административного искового заявления.

Административный ответчик начальник отряда ФИО2, действующая в своих интересах и на основании доверенности в интересах ФКУ ИК – 7 УФСИН России по Камчатскому краю, заявленные требования не признала, полагала их необоснованными, так как никаких нарушений прав административного истца допущено не было, также указала, что ФИО1 пропущен срок предъявления в суд административного искового заявления.

Административный ответчик заместитель начальника ФКУ ИК № 7 УФСИН по Камчатскому краю ФИО4 о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, участие в судебном заседании не принимал.

Заинтересованные лица Врио начальника отряда группы по воспитательной работе с осужденными ФИО5 и Врио начальника ФКУ ИК № 7 УФСИН по Камчатскому краю ФИО6 о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, участие в судебном заседании не принимали.

Руководствуясь положениями ч. 6 ст. 226 КАС РФ, суд счел возможным рассмотреть административное дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, приняв во внимание заключение прокурора Жеребухина С.А., полагавшего необоснованными и не подлежащими удовлетворению заявленные требования, ввиду их необоснованности, обозрев материалы личного дела и медицинскую карту осужденной, надзорное производство, допросив свидетеля, изучив представленные доказательства, проанализировав нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 с 9 сентября 2021 года отбывает наказание в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю по приговору Тымовского районного суда Сахалинской области от 15 марта 2021 года.

С 25 января 2023 года ФИО1 установлена II группы инвалидности по общему заболеванию (т. 1 л.д. 90-95).

19 июля 2022 года административный истец была ознакомлена с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 4 июля 2022 года N 110, что подтверждается имеющейся в материалах дела подпиской (т. 2 л.д. 173).

В период отбывания наказания за нарушение установленного порядка отбывания наказания ФИО1 была привлечена к дисциплинарной ответственности, в том числе 21 февраля 2023 года и 24 апреля 2024 года в виде устного выговора, 24 апреля 2024 года в виде водворения в штрафной изолятор.

Не соглашаясь с указанными взысканиями, административный истец обратился в суд с настоящим иском.

Рассматривая требование административного истца об оспаривании дисциплинарного взыскания в виде устного выговора от 21 февраля 2023 года, суд приходит к следующему.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) одной из целей уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации является исправление осужденных, под которым понимается формирование у осужденных уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения (ч. 1 ст. 9 названного Кодекса).

Установленный порядок исполнения и отбывания наказания (режим) является одним их основных средств исправления осужденных (ч. 2 ст. 9 УИК РФ)

В соответствии со ст. 11 УИК РФ осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов (ч. 2); выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ч. 3).

В силу ч. 3 ст. 82 УИК РФ в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 4 июля 2022 года N 110 (далее – Правила внутреннего распорядка).

Пунктом 12 названных Правил установлен запрет для осужденных без разрешения администрации исправительного учреждения покидать помещения, нахождение в которых регламентировано распорядком дня осужденных к лишению свободы, выходить за пределы изолированных участков, камерных помещений, запираемых помещений и изолированных жилых помещений, запираемых в свободное от учебы или работы время, прогулочных дворов, служебных помещений и входить в них; отказываться от выполнения законных требований администрации исправительного учреждения выйти из камер и других помещений исправительного учреждения или войти в них (пп. 12.3).

Неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей, а также невыполнение законных требований администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, влекут установленную законом ответственность (ч. 6 ст. 11 УИК РФ).

Положениями п. "а" ч. 1 ст. 115 УИК РФ предусмотрено, что за нарушение установленного порядка отбывания наказания к осужденным к лишению свободы может применяться такая мера взыскания как выговор.

Частью 2 ст. 117 УИК РФ установлено, что выговор объявляется в устной или письменной форме, остальные взыскания только в письменной форме. 

Согласно ч. 3 ст. 119 УИК РФ начальники отрядов имеют право налагать выговор устно.

Из содержания ст. 117 УИК РФ следует, что при применении мер взыскания к осужденному к лишению свободы учитываются обстоятельства совершения нарушения, личность осужденного и его предыдущее поведение. Налагаемое взыскание должно соответствовать тяжести и характеру нарушения. До наложения взыскания у осужденного берется письменное объяснение. Взыскание налагается не позднее 10 суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее трех месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание исполняется немедленно, а в исключительных случаях - не позднее 30 дней со дня его наложения. Запрещается за одно нарушение налагать несколько взысканий.

Как следует из рапорта № 16, составленного оператором группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю, 15 февраля 2023 года в 11 часов 37 минут осужденная ФИО1 допустила нарушение установленного порядка отбывания наказания, а именно без разрешения администрации исправительного учреждения, не дожидаясь сопровождения, вышла из здания медико-санитарной части (далее – МСЧ) и самостоятельно проследовала в дежурную часть, чем нарушила пп. 12.3 Правил внутреннего распорядка (т.1 л.д 141 оборот). Указанные обстоятельства подтверждаются скриншотами с камеры видеонаблюдения (т. 1 л.д.142).

По данному факту ФИО1 16 февраля 2023 года даны письменные объяснения, в которых она указала, что 15 февраля 2023 года в период времени с 11 до 12 часов она находилась в медико-санитарной части № 2, где сотрудник исправительного учреждения, обыскав ее, дал указание идти до дежурной части, что она и сделала (т. 1 л.д.142-143). 

Согласно рапорту младшего инспектора группы надзора отдела безопасности ФИО8, 15 февраля 2023 года в 11 часов 37 минут при несении службы ею была досмотрена и выведена из МСЧ для встречи с другим инспектором осужденная ФИО1, при этом указаний осужденной о самостоятельном следовании в дежурную часть она не давала (т.1 л.д. 143 оборот).

По результатам проверки 21 февраля 2023 года составлено заключение, утвержденное Врио начальника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю, из которого следует, что факт нарушения ФИО1 пп. 12.3 Правил внутреннего распорядка нашел свое подтверждение (т. 1 л.д.139).

В связи с выявленным нарушением, на заседании дисциплинарной комиссии ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю, состоявшемся 21 февраля 2023 года (протокол N 8), с учетом отрицательной характеристики осужденной и действующих взысканий, принято решение о применении к административному истцу меры дисциплинарного воздействия в виде устного выговора (т. 2 л.д.180-191). 

21 февраля 2023 года Врио начальника отряда ФКУ ИК-7 ФИО5 осужденной ФИО1 объявлен выговор устно, о чем последняя уведомлена в тот же день, что подтверждается ее подписью (т. 1 л.д. 140 оборотная сторона).

Не согласившись с наложенным взысканием, ФИО1 обратилась в прокуратуру Мильковского района с жалобой, в ответ на которую последней сообщено, что по результатам проведенной проверки оснований для принятия мер прокурорского реагирования не установлено, поскольку факт нарушения установленного порядка отбывания наказания подтвердился. 

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и во взаимосвязи с приведенными выше нормами действующего законодательства, суд приходит к выводу, что факт допущенного ФИО1 нарушения установленного порядка отбывания наказания, предусмотренного пп. 12.3 Правил внутреннего распорядка нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, при этом оспариваемое взыскание наложено уполномоченным на то должностным лицом, с соблюдением установленной законом процедуры, при наличии к тому оснований, в полной мере учтены обстоятельства, тяжесть и характер допущенного нарушения, а также личность административного истца и ее предыдущее поведение.

Доказательств, опровергающих или ставящих под сомнение вышеназванный факт нарушения правил внутреннего распорядка, истец в суде не представил, судом не установлено.

Доводы административного истца о том, что она проследовала к дежурной части по указанию сотрудника администрации исправительного учреждения, своего подтверждения в судебном заседании не нашли, а также опровергаются рапортом младшего инспектора группы надзора отдела безопасности ФИО8

Ссылки административного истца о том, что она как инвалид II группы в силу п. 471 Правил внутреннего распорядка может передвигаться по территории исправительного учреждения вне строя, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку означенное нарушение (передвижение вне строя) ФИО1 не вменялось. Как указывалось выше, взыскание в виде устного выговора наложено на ФИО1, в связи с тем, что она без разрешения сотрудников исправительного учреждения вышла из здания МСЧ и направилась в сторону дежурной части, где и была обнаружена сотрудником исправительного учреждения. 

Вопреки доводам административного истца, она была уведомлена, в чем именно заключается ее нарушение, и какой пункт Правил внутреннего распорядка был ею нарушен, что подтверждается ее подписью поставленной при ознакомлении с материалами по взысканию (т. 1 л.д. 139, 140 оборотная сторона).

При этом суд отклоняет доводы административного истца о непредставлении видеозаписи выявленного дисциплинарного проступка, поскольку непредставление такой видеозаписи, обусловлено коротким сроком ее хранения, и само по себе не свидетельствует о незаконности взыскания, которое административный истец оспаривает по истечении установленного срока хранения видеозаписи, что препятствует ее предъявлению в материалы административного дела (т. 2 л.д. 120-121).

Рассматривая требование административного истца об оспаривании дисциплинарного взыскания в виде устного выговора от 24 апреля 2024 года, суд приходит к следующему.

Так, в соответствии с пп. 12.32 п. 12 Правил внутреннего распорядка, осужденным к лишению свободы запрещается при общении с другими лицами использовать нецензурную брань, а также жаргонные слова и выражения, применяемые в криминальной среде, допускать в отношениях с другими людьми унижающие их честь и достоинство поведение и обращение, присваивать и использовать в речи клички, заменяющие имена людей.

21 апреля 2024 года сотрудником ФКУ ИК-7 составлен рапорт № 86 о том, что 21 апреля 2024 года в 08 часов 10 минут ФИО1, находясь в комнате приема пищи отряда № 1, вступила в конфликтную ситуацию, выразившуюся в словесной перепалке с осужденной фио20 (т. 1 л.д. 144).

В этот же день административным истцом представлены объяснения, в которых она указала, что 21 апреля 2024 года в 08 часов 15 минут она зашла в комнату приема пищи, где фио21 на повышенных тоннах сделала ей замечание, на что ей был дан ответ. В последующем она вышла в туалет, где была фио22., с которой столкнулась, в результате чего они упали (т. 1 л.д. 145).

Из объяснений осужденной фио23. следует, что 21 апреля 2024 года в 08 часов 15 минут она зашла в комнату приема пищи, где у нее с ФИО1 произошел конфликт, затем они встретились в туалете, где столкнулись (т. 1 л.д. 144 оборот).

Согласно объяснениям осужденной фио24., 21 апреля 2024 года в 08 часов 10 минут в комнате приема пищи между ФИО1 и фио25 произошла словесная перепалка (т. 1 л.д. 145 оборотная сторона).

Осужденная ФИО9 в своих объяснениях пояснила, что 21 апреля 2024 года в 08 часов 15 минут в комнате приема пищи между осужденными фио26 и ФИО1 произошел конфликт, в ходе которого последняя оскорбляла фио27 После чего, проследовав за фио28 в туалет, ФИО1 замахиваясь костылем, пыталась ударить осужденную фио29 (т. 1 л.д. 154 оборотная сторона).

Аналогичного содержания представила объяснения осужденная фио30 (т.1 л.д. 151 оборотная сторона).

По результатам проверки 24 апреля 2024 года составлено заключение, утвержденное Врио начальника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю, из которого следует, что факт нарушения ФИО1 пп. 12.32 Правил внутреннего распорядка нашел свое подтверждение (т. 1 л.д. 147-148). 

Согласно протоколу заседания дисциплинарной комиссии ФКУ ИК – 7 УФСИН России по Камчатскому краю № 21 от 24 апреля 2024 года, заслушав осужденную ФИО1, принято решение о применении к осужденной ФИО1 меры дисциплинарного воздействия в виде устного выговора за нарушение установленного порядка отбывания наказания, выразившегося в том, что 21 апреля 2024 года в 08 часов 10 минут ФИО1, находясь в комнате приема пищи, вступила в конфликт сопряженного словесной перепалкой с осужденной фио31., что является нарушением пп. 12.32 п. 12 Правил внутреннего распорядка (т. 2 л.д. 175-178).

24 апреля 2024 года административный истец привлечена к дисциплинарной ответственности в виде устного выговора, о чем ей объявлено начальником отряда в этот же день под подпись (т. 1 л.д.146 оборотная сторона).

Установив фактические обстоятельства по делу, проанализировав доводы сторон применительно к положениям Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, оценив представленные сторонами доказательства в соответствии со ст. 84 КАС РФ, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое взыскание принято с соблюдением установленного порядка, основанием для его вынесения послужило нарушение 21 апреля 2024 года осужденной пп. 12.32 п. 12 Правил внутреннего распорядка, что подтверждается материалами дела, наложенное взыскание соответствует тяжести и характеру допущенного нарушения, решение принято с учетом ее личности и предшествующего поведения.

Доказательств обратного суду не представлено, тогда как стороной административного ответчика в соответствии с требованием ст. 62 КАС РФ представлены доказательства, подтверждающие законность оспариваемого взыскания, оснований не доверять которым у суда не имеется. 

Учитывая то обстоятельство, что такая мера взыскания, как выговор является наименее суровой и, принимая во внимание сведения, характеризующие личность осужденной, и ее предшествующее поведение, утверждения административного истца о том, что при наложении выговора не было учтено, что она действующих взысканий на тот момент не имела, а также то, что она является инвалидом II группы, нельзя признать состоятельными.

Доводы административного истца о предвзятом к ней отношении со стороны сотрудников исправительного учреждения объективно ничем не подтверждены, согласно материалам дела сотрудники исправительного учреждения действовали в рамках, возложенных на них полномочий и обязанностей по осуществлению контроля за осужденными.

Доводы административного истца о том, что она не выражалась нецензурно, голословны и опровергаются материалами дела.

Как пояснила в судебном заседании начальник отряда ФИО2, административный истец была привлечена к дисциплинарной ответственности за конфликтную ситуацию с осужденной фио32., в ходе которой использовала нецензурную брань, что подтвердилось объяснениями осужденных, присутствующих при данной ситуации, и было установлено на заседании дисциплинарной комиссии.

Указанные обстоятельства не опровергнуты.

Судом для подтверждения данных обстоятельств была опрошена осужденная фио33, которая, не опровергая изложенных в рапорте от 21 апреля 2024 года обстоятельств, пояснений по данному факту дать не смогла, ссылаясь на длительное прошествие времени с момента нарушения.

При этом стоит отметить, что осужденная фио34. также была привлечена к дисциплинарной ответственности за данную конфликтную ситуацию. 

Рассматривая требование административного истца об оспаривании дисциплинарного взыскания в виде водворения в штрафной изолятор от 24 апреля 2024 года, суд приходит к следующему.

Как указывалось выше, осужденным к лишению свободы запрещается при общении с другими лицами использовать нецензурную брань, допускать в отношениях с другими людьми унижающие их честь и достоинство поведение и обращение (пп. 12.32 п. 12 Правил внутреннего распорядка).

Согласно п. "в" ч. 1 ст. 115 УИК РФ за нарушение установленного порядка отбывания наказания к осужденным к лишению свободы может применяться мера взыскания в виде водворения осужденных, содержащихся в исправительных колониях в штрафной изолятор на срок до 15 суток.

В силу ч.2 ст. 117 УИК РФ взыскание налагается постановлением начальника исправительного учреждения или лица, его замещающего.

Перевод осужденных в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, а также водворение в штрафные и дисциплинарные изоляторы производится с указанием срока содержания после проведения медицинского осмотра и выдачи медицинского заключения о возможности нахождения в них по состоянию здоровья. Порядок проведения медицинского осмотра и выдачи указанного медицинского заключения определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения (ч. 4).

21 апреля 2024 года во время обхода сотрудником исправительного учреждения помещений отряда N 1 установлено, что осужденная ФИО1 вступила в словесную перепалку с осужденной фио15, при этом использовала нецензурную брань, чем допустила нарушение требований, предусмотренных пп. 12.32 п. 12 главы 2 Правил внутреннего распорядка.

Данный факт подтверждается рапортом младшего инспектора группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК-7 фио16 № от 22 апреля 2024 года, записью переносного видеорегистратора 

<

адрес>, а также объяснениями осужденных, из которых следует, что 21 апреля 2024 года в 09 часов 30 минут между ФИО1 и фио15 в комнате приема пищи произошел конфликт, в ходе которого осужденные оскорбляли друг друга и выражались нецензурной бранью. Затем выйдя в коридор отряда №, ФИО1 продолжила кричать и выражаться нецензурной бранью, в результате чего пришла инспектор фио16 (т. 1 л.д. 148 оборотная сторона, 149,150,151,152,153,154, 155).

По данному факту ФИО1 даны письменные объяснения, в которых она указала, что 21 апреля 2024 года в 09 часов 30 минут она зашла в комнату приема пищи, где осужденная фио15 нелицеприятно высказывалась в ее адрес, на что ей было сделано замечание, в ответ на которое фио15 стала ей грубить. В это время зашла дневальная и вывела ее с комнаты в коридор, где она (истец) стала объяснять произошедшее, в этот момент зашли сотрудники исправительного учреждения и сказали ей (ФИО1) писать объяснительную, поскольку на видеорегистраторе зафиксированы ее высказывания нецензурной бранью (т. 2 л.д.75). 

По результатам проверки 24 апреля 2024 года составлено заключение, утвержденное Врио начальника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю, из которого следует, что факт нарушения ФИО1 пп. 12.32 Правил внутреннего распорядка нашел свое подтверждение (т. 1 л.д. 157).

Согласно протоколу заседания дисциплинарной комиссии № 21 от 24 апреля 2024 года, члены комиссии, заслушав осужденную ФИО1, которая факт нарушения не признала, учитывая характер допущенного нарушения, личность осужденной, ее поведение, приняли решение привлечь осужденную к дисциплинарной ответственности в виде водворения в ШИЗО (т.2 л.д. 175-178).

24 апреля 2024 года постановлением Врио начальника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю, в связи с нарушением осужденной 21 апреля 2024 года п.п.10.1, 12.32 Правил внутреннего распорядка, выразившееся в том, что 21 апреля 2024 года в 09 часов 30 минут осужденная ФИО1, находясь в комнате приема пищи отряда № 1, вступила в конфликт с осужденной фио15, при этом выражалась нецензурной бранью, ФИО1 была подвергнута дисциплинарному взысканию в виде водворения в штрафной изолятор на девять суток. Данное постановление объявлено осужденной в день вынесения под подпись (т.1 л.д. 158).

Медицинским заключением от 24 апреля 2024 года, подписанного фельдшером фио17, установлено, что на момент осмотра осужденная ФИО1 по состоянию здоровья может содержаться в ШИЗО (т.1 л.д. 160).

Оснований не доверять представленным в материалы дела доказательствам не имеется.

Не согласившись с означенным дисциплинарным взысканием, осужденная обратилась в прокуратуру Мильковского района с жалобой, в ответ на которую ФИО1 сообщено, что нарушений при наложении взыскания не выявлено. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 84 КАС РФ, руководствуясь нормами материального права, регулирующие спорные правоотношения, суд приходит к выводу о том, что факт нарушения ФИО1 21 апреля 2024 года требований, предусмотренных п.п. 12.32 п. 12 Правил внутреннего распорядка установлен, порядок наложения дисциплинарного взыскания в виде водворения в ШИЗО соблюден; оспариваемое взыскание наложено уполномоченным должностным лицом – Врио начальника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю в пределах его компетенции, не позднее 10 суток со дня обнаружения нарушения установленного порядка отбывания наказания, постановление о водворении истца в ШИЗО вынесено с соблюдением установленного порядка, с учетом проведения медицинского осмотра и выдачи медицинского заключения о возможности ее нахождения в штрафном изоляторе по состоянию здоровья, наказание соответствует тяжести и характеру совершенного проступка, исполнение назначенной меры дисциплинарного воздействия, определенно с учетом обстоятельств совершения нарушения, личности осужденной и ее предыдущего поведения.

Запрошенные судом видеозаписи с камер видеонаблюдения и нагрудных видеорегистраторов сотрудников колонии, административным ответчиком не представлены за истечением срока их хранения, составляющего 30 суток, что само по себе при наличии совокупности иных доказательств, подтверждающих совершение административным истцом дисциплинарного проступка, не свидетельствует о нарушении ее прав и незаконности оспариваемого взыскания, поскольку факт совершения ФИО1 нарушений порядка отбывания наказания подтверждается совокупностью имеющихся в деле доказательств, которая является достаточной (т. 2 л.д. 120-121).

Утверждения ФИО1, что инициатором конфликта была фио15, не освобождает осужденную от соблюдения Правил внутреннего распорядка, более того фио15 сама была привлечена к ответственности за нецензурную брань, высказанную в адрес ФИО1 

Ссылки ФИО1 на то, что к ней не могла быть применена мера взыскания, как водворение в ШИЗО, так как на момент наложения оспариваемого взыскания у нее отсутствовали действующие взыскания, подлежат отклонению, поскольку нарушений со стороны административного ответчика по применению к осужденной меры дисциплинарного взыскания не установлено, в том числе в части соразмерности примененной меры совершенному нарушению. При наложении меры дисциплинарного взыскания административный ответчик в соответствии с ч. 1 ст. 117 УИК РФ исходил из обстоятельств совершения нарушения, личности осужденной (т. 1 л.д. 156) и ее предыдущего поведения, а потому взыскание соответствует тяжести и характеру нарушения.

Вопреки доводам административного истца, ФИО1 не отнесена к категории лиц, не подлежащих переводу в штрафной изолятор, перечисленных в ч. 7 ст. 117 УИК РФ.

Доводы административного истца о том, что на нее было оказано моральное и психологическое давление, вызванное неоднократными жалобами в судебные и надзирающие органы, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного заседания, как и доводы о предвзятом отношении к ней должностных лиц исправительного учреждения при наложении дисциплинарных взысканий.

Проверяя доводы административного истца о не проведении медицинского осмотра, а также его незаконности, суд приходит к следующему.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 9 августа 2011 года N 282 утвержден Порядок проведения медицинского осмотра перед переводом осужденных в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа, одиночные камеры, а также водворением в штрафные и дисциплинарные изоляторы и выдачи медицинского заключения о возможности нахождения в указанных помещениях по состоянию здоровья (далее – Порядок).

Перевод осужденных в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, а также водворение в штрафные и дисциплинарные изоляторы производится только после проведения медицинского осмотра осужденного и выдачи врачом, а при его отсутствии - фельдшером медицинского заключения (п. 2).

При проведении медицинского осмотра изучаются жалобы осужденного, медицинская карта, проводится медицинский осмотр и при необходимости - дополнительные методы исследований. Полученные результаты в установленном порядке фиксируются в медицинской карте и сообщаются осужденному. В медицинскую карту осужденного вносится запись об основании проведения медицинского осмотра, диагноз выявленных заболеваний и формулируется заключение о возможности или невозможности по состоянию здоровья нахождения осужденного в помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа, одиночных камерах, штрафных и дисциплинарных изоляторах. Соответствующие записи также вносятся в журнал регистрации амбулаторных больных (п. 10 Порядка).

После завершения процедур, непосредственно связанных с медицинским осмотром и оформлением медицинской документации, медицинский работник, проводивший осмотр осужденного, на постановлении о применении к осужденному взыскания выносит медицинское заключение, оформляемое собственноручно, с указанием времени и даты проведенного медицинского осмотра (п. 12 Порядка).

Согласно приказу УФСИН России по Камчатскому краю № 263-ч от 20 сентября 2022 года, фио17 с 16 сентября 2022 года назначена на должность фельдшера филиала «Медицинская часть № 2» ФКУЗ МСЧ-41 ФСИН России (т.2 л.д. 132). 

Как следует из медицинского заключения от 24 апреля 2024 года, подписанного фельдшером фио17, на момент осмотра осужденная ФИО1 по состоянию здоровья могла содержаться в ШИЗО (т.1 л.д. 160).

Данные о состоянии здоровья ФИО1 на указанную дату и ее возможности содержаться в ШИЗО, так же подтверждаются медицинской картой осужденной.

Так, согласно записям, произведенным фельдшером в медицинской карте, 24 апреля 2024 года в 12 часов 20 минут осмотрена ФИО1, зафиксированы жалобы на головную боль, боль в спине и в нижних конечностях, указана температура тела 36,5 и давление 140/100, общее состояние удовлетворительное (кожные покровы чистые, дыхание свободное, хрипов нет, тоны сердца ясные, ритмичные), в связи с чем сделан вывод о том, что по состоянию здоровья осужденная может содержаться в ШИЗО; также обозначено, что ФИО1 в помещение находится с техническими средствами реабилитации (т. 2 л.д. 1 оборотная сторона).

Более того, из записей в медицинской карте, усматривается, что административный истец в период содержания в камере ШИЗО находился под постоянным наблюдением работника медицинской части (т.2 л.д. 1-25). 

При этом, медицинских заключений о невозможности нахождения административного истца в штрафном изоляторе в период с 24 апреля по 3 мая 2024 года, ввиду наличия у нее заболевания либо иного состояния, требующего оказания неотложной помощи либо лечения в стационарных условиях, суду не представлено, хронические заболевания ФИО1 к таковым не относятся.

Резюмируя изложенное, суд приходит к выводу о том, что при водворении в ШИЗО ФИО1 была осмотрена фельдшером учреждения, который противопоказаний для исполнения данного вида взыскания не выявил и дал соответствующее медицинское заключение. Действия медицинского работника учреждения, в исследуемой судом ситуации, соответствуют Порядку проведения медицинского осмотра, утв. Приказом Минюста РФ от 9 августа 2011 года N 282.

Доказательств ухудшения состояния здоровья (самочувствия) и обращения истца за медицинской помощью в период его нахождения в ШИЗО суду не представлено.

Ссылки административного истца на то, что во время содержания в ШИЗО она не получала должного лечения и квалифицированной медицинской помощи, должностными лицами не были соблюдены рекомендации врачей и индивидуальных программ реабилитации и абилитации инвалида, не выполнялись реабилитационные и абилитационные мероприятия, а также не предоставлялись технические средства реабилитации, не могут приняты судом во внимание, поскольку означенные доводы не связаны с пребыванием в ШИЗО, данные обстоятельства являются предметом рассмотрения заявленного ФИО1 иска, который рассматривается в порядке гражданского судопроизводства (т. 2 л.д. 58-62).

То обстоятельство, что ФИО1 является инвалидом II группы и у нее имеется заболевание по нарушению функций верхних и нижних конечностей, а также опорно – двигательного аппарата, не освобождает ее от обязанности исполнения требований УИК РФ и Правил внутреннего распорядка, как и не является основанием для не применения к ней такой меры взыскания как водворение в ШИЗО.

Также судом не принимаются доводы административного истца об ухудшении состояния ее здоровья, в результате нахождения в ШИЗО, поскольку допустимыми доказательствами данные доводы не подтверждены, кроме того периодические ухудшения состояния здоровья осужденной связаны с тяжестью и характером имеющегося у нее заболевания.

То обстоятельство, что административный истец испытывает болевой синдром в силу имеющихся у нее хронических заболеваний само по себе не должно ставиться в вину администрации учреждения, учитывая, что боли являются закономерным исходом ее заболевания, патологические изменения в ее организме произошли ранее.

Также стоит отметить, что в период нахождения в ШИЗО, осужденной разрешено было находится в лежачем положении в период с 13 часов 00 минут до 15 часов 00 минут, что подтверждается медицинской справкой (т. 1 л.д. 160 оборотная сторона).

Рассматривая требование административного истца о нарушении условий содержания в штрафном изоляторе, суд приходит к следующему.

В силу ст. 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч. 1).

Компенсация за нарушение условий содержания, осужденного в исправительном учреждении, присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (ч. 2).

В соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно ч. 5 ст. 227.1 КАС РФ при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в числе которых право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием (п. 2).

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий (п. 14).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

Таким образом, учитывая, что присуждение компенсации за нарушение условий содержания имеет компенсаторный механизм, само по себе допущенное нарушение условий содержания не влечет безусловной обязанности по компенсации, для правильного разрешения дела подлежат установлению обстоятельства наличия необходимой совокупности характера выявленных нарушений, их длительности, последствий для административного истца с учетом его индивидуальных особенностей и характера принятых мер по их восполнению.

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 января 2021 года N 2 утверждены санитарные правила и норма СанПиН 1.2.3685-21 "Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания" (далее - СанПиН).

Оптимальные и допустимые нормы параметров микроклимата в обслуживаемой зоне (зоне обитания) помещений жилых зданий и общежитий приведены в таблице 5.27 указанного СанПиН, для жилых помещений температура воздуха составляет (оптимальная) - 20-22 °C, (допустимая) - 18-24 °C.

Согласно книге учета осужденных, содержащихся в ПКТ и водворенных в штрафной изолятор, ФИО1 в период с 24 апреля 2024 года по 3 мая 2024 года содержалась в камере № 3 ШИЗО (т. 2 л.д. 107-108).

Из журнала санитарного состояния и температурного режима помещений ДИЗО, ШИЗО, СУС, карантина следует, что температура воздуха в камере ШИЗО, где находилась ФИО1 составляла: 24 и 25 апреля 2024 года – 20 ?С, 26 и 27 апреля 2024 года – 18 ?С, 28 апреля 2024 года – 19 ?С, 29 апреля 2024 года – 20 ?С, 30 апреля и 1 мая 2024 года – 21 ?С, 2 и 3 мая 2024 года – 20 ?С (т.2 л.д.104-106).

Указанные показатели температурного режима также соответствуют записям в медицинской карте (т. 2 л.д. 1-4). 

Таким образом, судом установлено, что температурный режим в камере № 3 штрафного изолятора в период с 24 апреля 2024 года по 3 мая 2024 года соответствовал допустимым значениям нормативных показателей, следовательно, нарушений прав административного истца в указываемом им аспекте не допущено. Более того, инспектор отдела безопасности по просьбе ФИО1 выдал ей второе одеяло, что зафиксировано в медицинской карте (т. 2 л.д. 2).

В соответствии с п. 6 ст. 99 УИК РФ, осужденным беременным женщинам, осужденным кормящим матерям, несовершеннолетним осужденным, а также больным осужденным и осужденным, являющимся инвалидами первой или второй группы, создаются улучшенные жилищно-бытовые условия и устанавливаются повышенные нормы питания.

Так, на основании приказа ФКУ ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю № 17-ос от 17 февраля 2023 года, осужденная ФИО1 с 18 февраля 2023 года поставлена на довольствие по повышенной норме питания (т.2 л.д.122-124), которое ей и предоставлялось, тогда как она от приема пищи согласно указанным в медицинской карте записям фельдшера, отказывалась (т. 2 л.д. 2).

Доказательств того, что административному истцу на основании приказа УИС назначалось лечебное питание по заключению медицинского подразделения, не представлено.

Учитывая изложенное, нарушений в данной части судом не установлено.

Согласно п. 469 Правил внутреннего распорядка, осужденные к лишению свободы, являющиеся инвалидами, могут иметь при себе технические средства реабилитации, в том числе при водворении в ДИЗО, ШИЗО, переводе в ПКТ, ЕПКТ, одиночные камеры, безопасное место. 

В судебном заседании ФИО1 пояснила, что в ШИЗО она использовала костыли, что также подтвердила начальник отряда ФИО2

Судом также установлено, что кресло-коляска предоставлена ФИО1 30 октября 2024 года (т. 2 л.д. 192).

Принимая во внимание, что на момент водворение в ШИЗО кресло-коляска у ФИО1 отсутствовала, при этом в штрафном изоляторе она пользовалась костылями, суд не усматривает нарушений прав административного истца сопряженных с отсутствием в штрафном изоляторе технических средств реабилитации.

В силу п. 475 Правил внутреннего распорядка, осужденным к лишению свободы, являющимся инвалидами I и II групп, при наличии медицинских показаний обеспечивается возможность ежедневной помывки. 

Как установлено в судебном заседании и не отрицалось административным истцом, ФИО1 были созданы условия для обеспечения личной гигиены, в том числе посредством ежедневных помывок в запираемом помещении, где имелось горячее водоснабжение.

С просьбой о предоставлении необходимых технических средств для осуществления помывок (например, как стул), ФИО1 к администрации исправительного учреждения не обращалась.

При таких фактических обстоятельствах само по себе отсутствие в камере ШИЗО горячего водоснабжения не свидетельствует о существенном отклонении от установленных законом требований, и не является основанием для присуждения денежной компенсации, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 в период нахождения в ШИЗО ежедневно была обеспечена горячей водой для принятия гигиенических процедур, что ей и не отрицалось.

Доводы ФИО1 о том, что в штрафном изоляторе гнилые полы опровергаются представленными стороной административного ответчика фотоматериалами (т. 2 л.д.110).

Вопреки доводам ФИО1, действующим законодательством не предусмотрено предоставление в камерах ШИЗО особых условий содержания осужденных-инвалидов, нарушивших правила внутреннего распорядка исправительного учреждения, штрафной изолятор сам по себе угрозу жизни и здоровью заключенного не представляет, а создает менее комфортные условия именно ввиду нарушения осужденным порядка отбывания наказания.

Таким образом, утверждения осужденной о том, что при водворении в штрафной изолятор ей как инвалиду II группы должны быть предоставлены улучшенные жилищно-бытовые условия в ШИЗО, не соответствуют нормам действующего законодательства.

Судом при рассмотрении дела и исследовании доказательств, не установлено иных нарушений, на которые ссылалась ФИО1, обосновывая необходимость присуждения ей денежной компенсации.

При таких обстоятельствах суд полагает, что в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства нарушения прав административного истца при обеспечении ей условий содержания в ШИЗО, с учетом наличия у нее инвалидности, либо непринятия компенсирующих мер.

Вопреки доводам ФИО1, доказательств для выводов о причинении ей физических и нравственных страданий, в том числе в виде ухудшения состояния здоровья, причинно-следственной связи между оспариваемыми действиями (бездействием) и причиненным вредом, не представлено, каких-либо морально-нравственных страданий в степени, превышающей их неизбежный уровень при лишении свободы, она не испытывала.

Таким образом, суд, оценив представленные доказательства в совокупности, приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных ФИО1 требований в полном объеме.

Иные доводы административного истца не содержат в себе ссылок на обстоятельства, которые могут послужить основанием для принятия иного решения по настоящему делу.

В соответствии с ч.ч. 1 и 8 ст. 219 КАС РФ гражданин вправе обратиться с административным исковым заявлением в суд в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении прав, свобод и законных интересов, пропуск этого срока без уважительной причины является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Учитывая, что административными ответчиками обязанность по ознакомлению административного истца с соответствующими документами о привлечении ее к дисциплинарной ответственности была выполнена надлежащим образом, и ФИО1 была ознакомлена с таковыми в день принятия решения, то срок на обращение в суд необходимо исчислять с даты наложения оспариваемых взысканий, то есть с 21 февраля 2023 года (день наложения взыскания в виде устного выговора), тогда как относительно требований об оспаривании взысканий от 24 апреля 2024 года (день наложения взыскания в виде устного выговора и водворения в ШИЗО), медицинского осмотра и медицинского заключения, условий содержания в штрафном изоляторе с 3 мая 2024 года (день освобождения с ШИЗО).

Административный истец обратился с настоящим иском в суд согласно почтовому штемпелю на конверте 12 февраля 2025 года, т.е. по истечении установленного законом 3-х месячного срока на подачу административного иска.

Каких-либо уважительных причин невозможности своевременного обжалования, а также обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд административным истцом, не приведено.

Доводы ФИО1 о незнании порядка обжалования взысканий, юридической неграмотности, а также ее участие в других судебных заседаниях, не являются основанием для восстановления пропущенного срока.

Более того, в июне 2024 года административный истец уже обращалась с административным иском в Мильковский районный суд.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о пропуске административным истцом, без уважительных причин установленного законом срока обращения с административным исковым заявлением в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

При установленных по делу обстоятельствах, у суда не имеется правовых оснований для удовлетворения заявленных административным истцом требований.

Руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного иска ФИО1 к ФКУЗ МСЧ - 41 ФСИН России, ФКУ ИК - 7 УФСИН России по Камчатскому краю, УФСИН России по Камчатскому краю, ФСИН России, заместителю начальника ФКУ ИК - 7 УФСИН России по Камчатскому краю ФИО4, начальнику отряда группы по воспитательной работе с осужденными ФИО2 об оспаривании дисциплинарных взысканий, медицинского осмотра, медицинского заключения, условий содержания в штрафном изоляторе, компенсации морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Мильковский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 25 апреля 2025 года.

Судья Ю.Ю. Карепова