к делу №

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Майкопский районный суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего Скрябина А.В.

при секретаре ФИО7

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, признании недействительным свидетельства о праве собственности и признании права на наследство,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, признании недействительным свидетельства о праве собственности и признании права на наследство. В заявлении указал, что на основании договора дарения жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ., заключенного между его матерью – ФИО4 и ФИО3, в дар ФИО3 был передан жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес>. Указанный жилой дом принадлежал его матери на основании свидетельства на наследство по завещанию от 20.05.1992г. Договор дарения и переход права собственности на дом к ответчику оформлено с нарушением закона по ст. 179 ГК РФ, так как на момент подписания договора его мать была введена ответчиком в заблуждение. Ответчик воспользовался плохим состоянием здоровья матери и обманным путем убедил ее подписать договор дарения, при этом на момент подписания договора, заверял мать, что она подписывает договор дарения на двоих сыновей. С момента заключения договора дарения ФИО3 отказывается от обязанности по содержанию жилья. В момент подписания договора ФИО4 имела плохое зрение и слух, с 18.06.2016г. по 28.06.2016г. она находилась на лечении в АРКБ с компрессионным переломом позвоночника, откуда истец ее привез и оборудовал место для лечения. Спорный жилой дом для истца является единственным местом жительства. В договоре дарения указана ФИО8, как доверенное лицо матери, что не соответствует действительности, так как мать истца ее не знала. На настоящий момент в доме находится имущество истца и членов его семьи. После смерти матери, он подавал документы с целью принятия наследства, претендуя на ? долю спорного имущества. Дом покупал и строил истец, что подтверждается документально. Поэтому просил суд: 1) Признать договор дарения от 14.07.206г., заключенный между ФИО5 и ФИО3, недействительным; 2) Признать недействительным свидетельство о праве собственности ФИО3 на недвижимое имущество – жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>; 3) Восстановить право истца – ФИО2 на наследство, расположенное по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>.

В судебном заседании истец ФИО2 поддержал заявленные исковые требования и просил суд их удовлетворить. Пояснил, что ФИО4 не было смысла отдавать весь жилой дом одному сыну, так как их двое. Половину этого дома построил он. Во время заключения сделки у ФИО4 было плохое состояние здоровья, что подтверждается выписным эпикризом, ответчик также давал матери наркотические средства.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признал и просил суд отказать в их удовлетворении. Пояснил, что его мать – ФИО4 сама сказала ему, что оформит дарение на него, это была ее воля.

Третье лицо – нотариус Майкопского районного нотариального округа ФИО9 в судебном заседании полагала исковые требования ФИО2 не подлежащими удовлетворению. Пояснила, что при оформлении договора дарения, как нотариус она убедилась, что ФИО4 является собственником дома. Кроме того, она выезжала к ней и выяснила ее волю, при этом они были наедине. ФИО4 сказала ей на русском языке, что желает заключить сделку.

Суд, заслушав пояснения истца, ответчика и третьего лица, исследовав материалы дела, полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Так, из материалов дела следует, что ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ., на основании постановления главы местного самоуправления Кировского сельского округа № от ДД.ММ.ГГГГ., акта приемочной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ., свидетельства о праве на наследство по завещанию от 20.05.1992г. на праве собственности принадлежал индивидуальный жилой дом с надворными постройками и сооружениями по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>.

Право собственности ФИО4 в отношении указанного жилого дома было зарегистрировано с внесением в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним соответствующей записи от ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО4 и ее сыном ФИО3 был заключен договор дарения жилого дома, согласно которому ФИО4 подарила, а ФИО3 принял в дар жилой дом, находящийся по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>. Договор дарения удостоверен нотариусом Майкопского районного нотариального округа ФИО9

Указанные обстоятельства подтверждены материалами дела и не оспариваются сторонами.

В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса (ГК) РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При этом, в силу положений ст. 421 ГК РФ, стороны должны быть свободны в заключении договора.

Из искового заявления и пояснений ФИО2 следует, что на момент подписания договора дарения его мать ФИО5, под влиянием обмана заблуждалась относительно условий договора, так как полагала, что дарит принадлежащее ей имущество обоим сыновьям – ФИО2 и ФИО3

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Суд исходит из того, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих его довод о заключении ФИО4 сделки под влиянием обмана.

Совокупность имеющихся в деле доказательств указывает на то, что ФИО4 достоверно знала о том, что дарит принадлежащее ей имущество своему сыну ФИО3

К таким доказательствам суд относит, прежде всего, нотариально оформленный договор дарения жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ., из содержания которого следует, что ФИО4 дарит имущество единственному одаряемому – ФИО3

Согласно п. 15 договора от ДД.ММ.ГГГГ содержание договора зачитано его участникам вслух.

Из показаний допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 следует, что она была рукоприкладчиком при подписании оспариваемого договора дарения. ФИО4, умершая ДД.ММ.ГГГГ., сама изъявила желание подарить дом своему сыну. Она разговаривала нормально, сознание ее затуманенным не было.

Кроме того, отсутствие при оформлении сделки обмана в отношении ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ., подтверждается пояснениями нотариуса ФИО9, из которых следует, что дарителю неоднократно задавался вопрос о намерении подарить принадлежащий ей дом, при этом ФИО4 настаивала на оформлении договора дарения.

В своем иске ФИО2 также утверждает, что на момент оформления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО6 могла понимать значение своих действий и руководить ими. В судебном заседании истец пояснял, что ФИО4 находилась под воздействием лекарственных препаратов, которые препятствовали ей осознавать свои действия.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Суд исходит из того, что представленные в деле доказательства не подтверждают довод истца об отсутствии у ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ., понимания характера и условий оформляемой сделки в силу состояния здоровья.

Медицинский документы, в том числе сигнальные листы скорой помощи и выписные эпикризы, подтверждают лишь наличие заболеваний, связанных, в том числе с полученной травмой, но не указывают на наличие состояния, при котором ФИО4 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Вместе с тем, совокупность исследованных судом доказательств подтверждает довод ответчика о том, что его мать ФИО4 самостоятельно выразила свою волю, настаивая на заключении договора дарения. К таким доказательствам суд относит договор дарения от 

<

данные изъяты>., показания свидетеля ФИО8, пояснения нотариуса ФИО9

Намерение ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ., распорядится принадлежащим ей имуществом в пользу своего сына ФИО3 подтверждается также завещанием ФИО4 (л.д. 53).

В связи с изложенным, не подлежит удовлетворению также требование истца о признании недействительным свидетельства о праве собственности ФИО3 в отношении полученного им в дар жилого дома.

Истец также просил суд восстановить его право на наследство в отношении спорного жилого дома в 

<

адрес>

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Право собственности в отношении спорного жилого дома перешло к ответчику ФИО3 в соответствии с требованиями гражданского законодательства на основании действительной сделки – договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ., переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН.

В силу ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Поскольку на момент смерти ФИО4 спорный жилой дом ей не принадлежал, требование истца о восстановлении его права на наследственное имущество, также не подлежит удовлетворению.

Таким образом, исковые требования ФИО2 о признании договора дарения недействительным и признании права на наследство, суд полагает необоснованными и отказывает в их удовлетворении.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании договора дарения недействительным, признании недействительным свидетельства о праве собственности и признании права на наследство – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Адыгея через Майкопский районный суд в течение месяца со дня его составления в окончательном виде.

Мотивированное решение составлено 11.07.2018г.

Судья – подпись

Копия верна: Судья Скрябин А.В.