Дело № 2-1266/19

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

03 июля 2019 года город Нижнекамск

Нижнекамский городской суд Республики Татарстан в составе: председательствующего судьи Р.Ш. Хафизовой, при секретаре Н.Ф. Руш, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истица ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании завещания недействительным.

В обоснование заявленных требований указано, что 05 октября 2018 года умерла мама истицы – ФИО3. После её смерти открылось наследство в виде жилого помещения, расположенного по адресу: .... Наследниками первой очереди являются истица и её брат ответчик по делу ФИО2. По месту открытия наследства нотариус сообщил, что в наследственном деле имеется завещание матери от 2014 года. Истица считает, что составленное ФИО3 завещание является недействительным, так как в момент его составления последняя не понимала значение своих действий и не могла ими руководить. Так, ФИО3 страдала .... В 2009 году перенесла инсульт, после чего обслуживала себя частично, нуждалась в посторонней помощи. После инсульта ей был установлен диагноз - .... Решением Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 21 апреля 2015 года ФИО3 признана недееспособной. Истица просит признать завещание, составленное ФИО3 01 сентября 2014 года, недействительным. 

Истица ФИО1 и её представитель по доверенности адвокат Р.В. Петрова в судебном заседании заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Ответчик ФИО2 и его представитель по доверенности адвокат О.В. Зиатдинова в судебном заседании исковые требования не признали, полагали, что иск является необоснованным, доказательств, подтверждающих доводы истца, не представлено, в связи с чем, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Нотариус Нижнекамского нотариального округа Республики Татарстан ФИО4 в судебное заседание не явилась, представлено письменное ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие, в котором указала, что возражает против удовлетворения исковых требований. Ранее временно исполняющая обязанности нотариуса ФИО4 – ФИО5, удостоверившая спорное завещание от имени ФИО3, направила в суд письменный отзыв на исковое заявление, в котором указала, что ФИО3 в нотариальную контору пришла в сопровождении сына Владимира. Прежде чем подготовить проект документов, в частности доверенности и завещания, она проверила ФИО3 на дееспособность и адекватность, путем опрашивания. ФИО3 правильно назвала свою фамилию, имя, отчество, место и дату рождения, адрес своего места жительства, правильно ориентировалась в пространстве и времени, сказала, что у нее двое детей: сын Владимир и дочь Татьяна, что они оба за ней хорошо ухаживают и поэтому она решила оформить завещание, которым все движимое и недвижимое имущество она хотела бы оставить им в равных долях по ? доли каждому. Исполняющая обязанности нотариуса ФИО5 разъяснила ФИО3, что по закону и без составления завещания её дети унаследуют все имущество в равных долях, на что ФИО3 сообщила, что ранее она уже оформляла завещание в другой нотариальной конторе на имя дочери, поэтому ей нужно оформить завещание, чтобы не обидеть сына. После этого было подготовлено завещание, ФИО3 ознакомилась с ним, подтвердила свое согласие и расписалась. В этот же день, ФИО3 оформила доверенность на имя дочери ФИО1 на право предоставления её интересов в Пенсионном фонде, Управлении социальной защиты, получение пенсии и распоряжение денежными вкладами. После смерти ФИО3, умершей 05 октября 2018 года, в нотариальную контору первой обратилась истица, представила оспариваемое завещание и приняла по нему наследство, путем подачи заявления. Однако, в исковом заявлении она указывает, что о наличии оспариваемого завещания она узнала только в нотариальной конторе.

Суд в силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Суд, выслушав объяснения сторон и их представителей, свидетелей, изучив письменные материалы, приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из письменных материалов дела, истица ФИО1 и ответчик ФИО2 являются детьми ФИО3. 

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла 05 октября 2018 года, что подтверждается копией свидетельства о смерти серии 

<

...> (л.д. 46). 

Причиной её смерти явилось: ..., что подтверждается справкой о смерти от 05 октября 2018 года № С-00066 (л.д. 21). 

На день смерти ФИО3 была зарегистрирована одна по месту жительства по адресу: РТ, ... (л.д.53).

Из материалов наследственного дела № 22/2019, представленного нотариусом Нижнекамского нотариального округа Республики Татарстан ФИО4, к наследственному имуществу умершей 05 октября 2018 года ФИО3, следует, что 01 сентября 2014 года ФИО3 составила завещание, согласно которому, все свое имущество завещала ФИО1 и ФИО2 в равных долях по ? доли каждому (л.д. 49). 

17 января 2019 года ФИО1 обратилась к нотариусу Нижнекамского нотариального округа Республики Татарстан ФИО4 с заявлением о принятии наследства (л.д. 47).

21 февраля 2019 года ФИО2 обратился к нотариусу Нижнекамского нотариального округа Республики Татарстан ФИО4 с заявлением о принятии наследства (л.д. 47).

Свидетельства о праве на наследство по завещанию ФИО1 и ФИО2 не выданы. 

Вместе с тем, установлено, что решением Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 21 апреля 2015 года по гражданскому делу по заявлению ФИО1 о признании недееспособной матери ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, последняя признана недееспособной (л.д.6-7). 

Из заключения судебно-психиатрических экспертов от 16 марта 2015 года № 255, подготовленного Республиканской клинической психиатрической больницей имени акад. ФИО6 Министерства здравоохранения Республики Татарстан, в рамках гражданского дела по заявлению ФИО1 о признании недееспособной матери ФИО3, следует, что ФИО3 по своему психическому состоянию не может понимать значение своих действий и руководить ими. 

В исследовательской части заключения судебно-психиатрических экспертов от 16 марта 2015 года № 255 указано, что подэкспертная внешне спокойна. Мимика ослабленная. На вопросы эксперта отвечает достаточно охотно. Ориентирована в окружающем, собственной личности верно. Во времени ориентируется не точно – не может назвать дату, месяц, текущий год вспомнила не сразу. Внимание привлекается, переключается в замедленном темпе. Мышление тугоподвижное, малопродуктивное. Суждения легковесны. Интеллектуальные возможности ограничены. Память снижена как на текущие события, так и на факты прошлого. На просьбу назвать Президента страны сказала: «Путин…ФИО7». Не смогла уточнить, не знает, какую должность занимает ФИО7: «Я за ними не слежу». Дату своего рождения назвала не точно, путается, заявляет: «Бабушка неправильно записала». Неверно указала свой возраст. Не ориентируется в событиях, происходящих в стране и мире, не может объяснить, что происходит на Украине. Не понимает, зачем назначается опекунство: «Чтобы деньги платили, ухаживали»…(л.д. 8-9). 

Как следует из протокола судебного заседания от 21 апреля 2015 года по гражданскому делу по иску ФИО1 о признании ФИО3 недееспособной, исследованному в судебном заседании, ФИО3 выражала несогласие с заявленными требованиями ФИО1, поскольку сама себя может обслуживать, живет с другом. Указывала, что дети ухаживают за ней, помогают, покупают ей продукты, но не очень ладят между собой. Полагала, что сама может обслуживать себя, распоряжаться своей пенсией. 

На основании распоряжения заместителя руководителя Исполнительного комитета Нижнекамского муниципального района Республики Татарстан от 11 августа 2015 года ФИО1 назначена опекуном над недееспособной ФИО3 (л.д. 20). 

В судебном заседании истица и её представитель пояснили, что 14 ноября 2007 года ФИО3 составила завещание на ФИО1, которым завещала последней принадлежащую ей на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: РТ, 

<

...>, в подтверждение чего представили в материалы дела копию данного завещания (л.д. 23). Однако, в последующем, 01 сентября 2014 года, ФИО3 составила другое завещание, которым все свое имущество завещала ФИО1 и ФИО2 в равных долях по ? доли каждому. Полагали, что ФИО3 при оформлении данного завещания не осознавала значение своих действий и не могла ими руководить, в силу состояния своего здоровья. ФИО3 страдала сахарным диабетом, гипертонической болезнью, в 2009 году перенесла инсульт, нуждалась в посторонней помощи, обслуживала себя частично. 

В ходе судебного разбирательства, для проверки указанных доводов истицы, определением суда от 15 марта 2019 судом по делу назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебно-психиатрических экспертов от 31 мая 2019 года за N 2-534, подготовленному Республиканской клинической психиатрической больницей имени акад. ФИО6 Министерства здравоохранения Республики Татарстан, на юридически значимый период времени - 01 сентября 2014 года, изменения психики ФИО3 были выражены не столь значительно, в представленных материалах гражданского дела, медицинской документации отсутствуют сведения о выраженных нарушениях интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сфер, критических способностей на тот период. 02 сентября 2014 года ФИО3 госпитализировалась в стационар, где при поступлении её состояние оценивалось как удовлетворительное, сознание ясным, патологии со стороны психической сферы не обнаруживалось, самостоятельно подписывала информированное согласие. В период написания завещания 01 сентября 2014 года ФИО3 могла понимать значение своих действий и руководить ими (л.д.106-109). 

В исследовательской части указанного заключения судебно-психиатрических экспертов от 31 мая 2019 года N 2-534 указано, что в период с 02 сентября 2014 года по 12 сентября 2014 года ФИО3 проходила лечение в хирургическом отделении в Нижнекамской ЦРБ. Выставлялся диагноз: ... При поступлении высказывала жалобы на боли в нижних конечностях при ходьбе, судороги в нижних конечностях. Общее состояние оценивалось как удовлетворительное. Сознание оценивалось как ясное. Давала информированное согласие, подписывала его собственноручно. Жалоб на психическое состояние не высказывала (л.д. 107). 

Суд принимает вышеуказанное заключение судебной экспертизы в качестве достоверного доказательства по делу, поскольку оно содержат полное и всестороннее исследование представленных экспертам материалов, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертиза проведена комиссией экспертов психиатров, специалисты имеют длительный стаж работы в области экспертной деятельности (ФИО8 - 12 лет по специальности, ФИО9 - 5 лет, ФИО10 – 8 лет), выводы судебной экспертизы согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе показаниями свидетелей Е.... Из показаний данных свидетелей усматривается, что поведение ФИО3 было адекватным, она ориентировалась во времени и окружающей обстановке.

Так, допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ..., пояснила, что с 2014 года по 2015 год она работала председателем СТОС. С ФИО3 познакомилась зимой 2015 года, когда та обратилась к ней за помощью, в связи с тем, что дочь не дает ей паспорт и деньги. В поведении ФИО3 странностей не было, она была адекватной, все понимала, жаловалась на дочь. Она обращалась в прокуратуру с вопросом о восстановлении в дееспособности, однако этот вопрос решить не удалось. ФИО3 говорила, что между её детьми разлад, высказывала предположение, что дочь хочет забрать квартиру себе. ФИО3 рассказывала, что дочь обманным путем привезла её в больницу на экспертизу. Она понимала, что её хотят признать недееспособной, смирилась с этим. 

Свидетель ..., допрошенная в судебном заседании, пояснила, что является подругой ФИО1, хорошо знала её маму ФИО3. После смерти мужа ФИО3 уехала жить в деревню. Но после перенесенного инсульта она жила у ФИО1, потом уехала обратно в деревню. В поведении ФИО3 были странности, она не сразу узнавала, не правильно одевалась, теряла вещи. При этом, жаловалась на дочь, говорила, что та забрала у неё документы, деньги. 

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель И... в судебном заседании пояснил, что сожительствовал с ФИО3 с 2004 года по 2014 год. Жили в деревне, в его доме. ФИО3 любила заниматься садоводством. У неё был сахарный диабет, она сама делала себе уколы. С 2014 года ФИО3 жила в г. Нижнекамск в своей квартире, он приезжал к ней, иногда к ней приходили дети. На память ФИО3 никогда не жаловалась, все понимала, всех узнавала. Он поддерживал с ней отношения до самой её смерти, общались по телефону. ФИО3 говорила, что хочет оставить квартиру обоим своим детям, составила завещание на обоих. 

Так, из социально-бытовой характеристики на ФИО3, составленной жильцами дома № ... г. Нижнекамск, следует, что с 2004 года по 2017 год ФИО3 жила со своим сожителем ФИО11 по адресу: .... На лето они уезжали вдвоем в деревню, зимой жили в г. Нижнекамск в квартире. ФИО3 обслуживала себя сама, готовила, убиралась. Время она не путала, так как строго по времени делала себе уколы. Сын и дочь навещали её. ФИО3 выходила к подъезду, общалась с соседями, делилась своими трудностями, переживаниями, выслушивала соседей, всегда адекватно со всеми общалась. В разговорах с соседями всегда ясно и спокойно излагала свои мысли, отдавала отчет своим словам, хорошо ориентировалась в датах, событиях, людях. Переживала за своих детей. Говорила, что всё, что у неё есть, она оставит им поровну, пополам. Очень переживала, что дочь Татьяна все хочет присвоить себе, этот главный вопрос волновал ФИО3 в последние годы жизни. В конце декабря 2016 года ФИО3 упала и сломала ногу, перестала выходить на улицу. Соседи видели, что к ней приходят сын и дочь, приносят продукты. Потом дочь стала жить с ней, ухаживать за ней (л.д. 96-97). 

Согласно п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина или иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со ст. ст. 42, 43, 54, 57 "Основ законодательства РФ о нотариате" при совершении нотариального действия нотариус устанавливает личность гражданина, его дееспособность, разъясняет смысл и значение сделки, проверяет, соответствует ли содержание сделки действительным намерениям стороны.

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В силу ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

В соответствии со ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства (ст. 1153 ГК РФ).

В силу ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Признается, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник:

вступил во владение или управление наследственным имуществом;

принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц;

произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества;

оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от 3-х лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В силу ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме удостоверено нотариусом. На завещании должны быть указаны место и дата его удостоверения. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

В соответствии со ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Согласно п. 2 ст. 1131 ГК РФ завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которых нарушены. 

По форме, порядку составления, по обязательным признакам завещание, удостоверенное от имени ФИО3, соответствует требованиям закона.

В соответствии ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам.

Разрешая спор, суд, руководствуясь вышеуказанными правовыми нормами, а также ст. 56 ГПК РФ, оценив показания допрошенных свидетелей, письменные доказательства, исследованные в судебном заседании, приходит к выводу о том, что заявленные истицей требования удовлетворению не подлежат.

Соглашаясь с заключением судебно-психиатрических экспертов от 31 мая 2019 года, суд признает, что доводы истицы, о том, что ФИО3 не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Доводы истицы и её представителя о том, что судебная экспертиза была проведена без учета медицинского свидетельства о смерти от 05 октября 2018 года, в котором отражена причина смерти ФИО3, а также не учтено то обстоятельство, что последней 25 марта 2013 года, 14 сентября 2013 года, 09 апреля 2014 года, 26 декабря 2014 года оказывалась скорая медицинская помощь, являются несостоятельными, поскольку диагнозы, указанные в перечисленных выше медицинских документах, являются идентичными основным диагнозам заболеваний ФИО3, которым в исследовательской части заключения судебными экспертами дана надлежащая оценка. 

Кроме того, из материалов дела усматривается, что для проведения судебной экспертизы судом были запрошены и направлены в адрес экспертов оригиналы медицинских карт стационарного больного ФИО3 в количестве пятнадцати штук, амбулаторные карты Нижнекамской центральной районной многопрофильной больницы, а также медицинская карта Нижнекамского психоневрологического диспансера амбулаторного больного ФИО3, что свидетельствует о том, что в распоряжение судебных экспертов были представлены все необходимые медицинские документы ФИО3, имеющиеся в лечебных учреждениях. 

При этом, истица и её представитель не были лишены возможности ходатайствовать перед судом о направлении медицинского свидетельства о смерти и отрывных талонов ГАУЗ «НЦРМБ» от 26 декабря 2014 года, 09 апреля 2014 года, 14 сентября 2013 года, 25 мая 2013 года, судебным экспертам. 

Таким образом, поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что завещание составлено ФИО3 в период, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено, учитывая, что в медицинской документации отсутствуют какие-либо указания на отклонения в психической деятельности ФИО3, несмотря на наличие у наследодателя ряда заболеваний, степень их выраженности в юридически значимый период не свидетельствовали о том, что она не понимала значение своих действий и не могла руководить ими; тяжесть перенесенных заболеваний сами по себе не свидетельствуют о том, что она не могла правильно воспринимать окружающую действительность, понимать существо совершаемой ей сделки и правильно выражать свою волю.

Ссылку ФИО1 на недееспособность ФИО3 суд считает несостоятельной, поскольку недееспособной последняя признана 21 апреля 2015 года, тогда как спорное завещание составлено 01 сентября 2014 года. 

Кроме того, в судебном заседании истица пояснила, что 01 сентября 2014 года ФИО3 оформила на её имя доверенность на право представления её интересов в Пенсионном фонде, в Управлении социальной защиты, на получение пенсии и распоряжение денежными вкладами, что согласуется с письменными пояснениями по делу исполняющей обязанности нотариуса ФИО5, удостоверившей в один день как доверенность, так и спорное завещание. 

По мнению суда указанное свидетельствует о том, что истица уже 01 сентября 2014 года была осведомлена о том, что ФИО3 составила спорное завещание, при этом на протяжении более четырех лет не оспаривала его. 

Кроме того, оформление ФИО3 01 сентября 2014 года на имя дочери ФИО1 доверенности подтверждает дееспособность ФИО3, в которой ФИО1 на тот момент не сомневалась. Более того, истица в судебном заседании подтвердила, что пользовалась данной доверенностью по прямому её назначению.

При таких обстоятельствах, поскольку истицей в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не приведено доказательств, свидетельствующих о нахождении ФИО3 в момент подписания спорного завещания в состоянии, в связи с которым она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований истицы.

Судебная экспертиза по делу была назначена по ходатайству истцовой стороны с возложением на неё расходов по её оплате. На момент рассмотрения дела оплата экспертизы ФИО1 не произведена.

Поскольку данное доказательство судом положено в основу решения и в удовлетворении иска отказано, на основании положений части 2 статьи 85, статей 96, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на проведение экспертизы в пользу экспертного учреждения в размере 15 000 рублей подлежат взысканию с истицы ФИО1.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании завещания от 01 сентября 2014 года недействительным, оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу Республиканской клинической психиатрической больницы им. акад. ФИО6 Министерства здравоохранения Республики Татарстан расходы по проведению экспертизы в размере 15 000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Нижнекамский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Судья: Р.Ш. Хафизова

Мотивированный текст решения изготовлен 05 июля 2019 года.