Дело № 2-2736/2025

УИД 54RS0002-01-2025-003290-72

Поступило в суд 10.07.2025

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 ноября 2025 года г. Новосибирск

Железнодорожный районный суд г. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Меньших О.Е.,

при помощнике ФИО1, 

с участием: 

истца ФИО2,

представителя третьего лица ФИО3, 

представителя третьего лица ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Министерству финансов РФ, Управлению Федерального казначейства по НСО о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по НСО компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 1 000 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований указал, что приговором Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 09.06.2022, окончательно провозглашён 10.06.2022 (уголовное дело № 1-27/2022) он признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«В» ч.3 ст.158 УК РФ (один эпизод), п.«В» ч.2 ст.158 УК РФ (три эпизода), п.«А,В» ч.2 ст.158 УК РФ (два эпизода) и оправдан в связи с непричастностью к совершению преступлений, предусмотренных ч.1 ст.167 УК РФ (один эпизод), п. «А» ч.4 ст.158 УК РФ (двадцать три эпизода), а также за отсутствием состава преступления по ч.1 ст.167 УК РФ (один эпизод). 

В соответствии со ст.134 УПК РФ за оправданным ФИО2 признано право на реабилитацию (п.1 ч.2 ст.133 УПК РФ), которое, помимо прочего, включает в себя право на устранение последствий морального вреда в полном объеме независимо от вины следователя прокурора и суда, согласно ч.1 ст.133 и ст.136 УПК РФ. 

В апелляционном порядке указанный приговор суда не обжаловался и вступил в законную силу 12.07.2022.

Изначально органами предварительного следствия и прокуратуры ФИО2 обвинялся в двух эпизодах умышленного повреждения чужого имущества по ч.1 ст.167 УК РФ и в двадцати девяти эпизодах тайных хищений чужого имущества, совершённых организованной группой, с причинением значительного ущерба гражданам по п. «А» ч.4 ст.158 УК РФ. 

При этом ФИО2 в течение 436 дней, с 09.12.2019 до 17.02.2021 находился под стражей в условиях следственного изолятора. И в течение 478 дней с 17.02.2021 до 10.06.2021 в условиях домашнего ареста.

При назначении по шести вышеозначенным эпизодам преступной деятельности с применением ч.2 ст.69 УК РФ ФИО2 наказания в виде 3 лет и 1 месяца (1100 дней) лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима судом формально верно применён зачёт наказания по правилам п.«Б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, когда один день содержания под стражей равен полутора дням лишения свободы в исправительной колонии общего режима, и по правилам ч.3.4 ст.72 УК РФ о равенстве одного дня лишения свободы двум дням домашнего ареста. 

Таким образом, срок отбытого ФИО2 наказания на момент вынесения приговора составляет: (436*1,5)+(478/2)=893дня. Тем самым, срок не отбытого наказания составляет: 1100-893=217дней. 

Также согласно вынесенному приговору в соответствии с п.«Б» ч.3.1 ст.72 УК РФ определено зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 10.06.2022 и до вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы. Однако, после провозглашения приговора в СИЗО ФИО2 с 10.06.2022 и после его вступления в законную силу по 13.11.2022, то есть 157 календарных дней и ли 235,5 (157* 1,5) дней по условии колонии общего режима. 

Далее 61 день с 14.11.2022 по дату освобождения 13.01.2023 ФИО2 находился в колонии общего режима.

Указывает, что 79,5 дней он находился в исправительной колонии общего режима не законно, будучи лишённым в течение длительного периода времени, в том числе в течение Новогодних каникул, конституционного права на свободу передвижения, возможностей трудиться и отдыхать, общаться с родными и близкими, друзьями, что обоснованно вызывает чувства не только стыда, унижения и возмущения, но и позора, душевной боли. 

Не смотря на не оспаривание приговора ФИО2, полагает, что ему незаконно назначено наказания в виде реального лишения свободы за преступления средней тяжести.

Также нравственные страдания причинены истцу ФИО2 в связи и самим фактом незаконного привлечения к уголовной ответственности по двадцати трём тяжким эпизодам преступлений, ответственность за которые предусмотрена п.«А» ч.4 ст.158 УК РФ. 

Кроме того, не выдерживает никакой критики соблюдение по данному уголовному делу разумности срока судопроизводства (ст.6.1 УПК РФ). 

Очевидно, что столь длительное уголовное преследование истца ФИО2 в течение 893 календарных дней обусловлено, прежде всего незаконным вменением вышеозначенных двадцати трёх эпизодов преступной деятельности. Уголовное дело по шести преступным эпизодам потребовало бы значительно меньшего срока производства как предварительного следствия, так и судебного разбирательства.

В судебном заседании ФИО2 исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении. Указал, что приговор им обжалован не был, однако приговор незаконен, поскольку преступления он не совершал. Нравственные страдания выражались в изоляции, сидел в одиночной камере, в местах лишения свободы находился больше положенного. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Федерального казначейства по НСО в судебное заседание не явилась, ранее в судебном заседании указала, что размер компенсации морального вреда явно завышен (л.д. 62-67). 

Представитель третьего лица – прокуратуры ФИО4 полагала требования подлежащими удовлетворению в части, указывая на чрезмерный характер заявленной к взысканию суммы компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица ГУ МВДД России по НСО и МВД России – полагала требования подлежащими удовлетворению в части, указывая на чрезмерный характер заявленной к взысканию суммы компенсации морального вреда. Представила письменные возражения (л.д. 98-101). 

Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что приговором Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 09.06.2022 ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«В» ч.3 ст.158 УК РФ (один эпизод), п.«В» ч.2 ст.158 УК РФ (три эпизода), п.«А,В» ч.2 ст.158 УК РФ (два эпизода), ему назначено наказание окончательно по совокупности преступлений в виде 3 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО2 оправдан в совершении преступлений, предусмотренных п. «А» ч.4 ст. 158 УК РФ (двадцать три эпизода) на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ и п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ в связи с непричастностью к совершению преступлений. 

ПО ч.1 ст. 167 УК РФ оправдан по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления. 

Признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном статьями 133 - 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 6-37). 

В апелляционном порядке приговор не обжалован и вступил в законную силу 12.07.2025. 

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указал на наличие у него права на реабилитацию и возмещение вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования и привлечения к уголовной ответственности за совершение преступлений, а также нахождения в исправительной колонии незаконно 79,5 дней. 

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Частью 4 статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пунктов 1, 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием события преступления (пункт 1 части 1 статьи 24), отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части 1 статьи 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (пункт 5 части 1 статьи 27).

В силу части 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" (далее Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17), с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. На досудебных стадиях к таким лицам относятся подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (отсутствие события преступления; отсутствие в деянии состава преступления; отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации; отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 2 и 2.1 части 1 статьи 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 13 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17, с учетом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту также ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 37 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

В пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних"), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 УПК РФ), и др.

Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.) (пункт 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации, отсутствие которых в случае несоразмерно малой суммы присужденной истцу компенсации свидетельствует о нарушении принципа адекватного и эффективного устранения нарушения, означает игнорирование требований закона и может создать у истца впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Суд считает безусловным и не требующим доказывания обстоятельство, что в результате незаконного уголовного преследования истцу были причинены нравственные страдания, заключавшиеся в беспокойстве за свое будущее, негативных эмоциях в связи с совершаемыми процессуальными действиями.

В связи с тем, что возмещение морального вреда в случае незаконного уголовного преследования предусмотрено законом, имеются правовые основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда истцу, суд учитывает фактические обстоятельства дела и индивидуальные особенности личности истца, характер и степень общественной опасности преступлений, предусмотренного п. «А» ч.4 ст. 158 УК РФ, отнесенного законом к категории тяжкого, по ч.1 ст. 167 УК РФ небольшой тяжести. Суд отмечает, что ФИО2 задерживался в порядке ст.91 УПК РФ, в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая неоднократно продлевалась, не в связи с подозрением и обвинением в совершении преступления, предусмотренного п. «А» ч.4 ст. 158 УК РФ (23 эпизода), ч.1 ст. 167 УК РФ, а в связи с совершением иных преступлений, за которые он впоследствии осужден к лишению свободы. Доводы истца об ухудшении состояния его здоровья именно в связи с привлечением к уголовной ответственности по п. «А» ч.4 ст. 158 УК РФ (23 эпизода), ч.1 ст. 167 УК РФ ничем не подтверждены, 

Процессуальные меры, принятые в отношении ФИО5, его заключение под стражу были осуществлены правомерно. Предъявление истцу обвинения по п. «А» ч.4 ст. 158 УК РФ (23 эпизода), ч.1 ст. 167 УК РФ не отразилось на ходе расследования, не привело к применению каких-либо дополнительных ограничений, санкций.

Поэтому оправдание истца по 23 эпизодам обвинения само по себе не подтверждает глубину его моральных переживаний.

Доводы истца о том, что она находился в исправительной клонили общего режима незаконно 79,5 дней, опровергается справкой ФКУ ИК-3 (л.д. 39). 

Указание истцом о нарушении ст. 6.1 УПК РФ в ходе расследования уголовного дела не может быть принято в рамках гражданского дела, так как исковые заявления о нарушении разумного срока судопроизводства, рассматриваются в порядке КАС РФ. 

С учетом изложенного, учитывая конкретные обстоятельства дела, принципы разумности и справедливости, данные о личности истца, категорию преступлений, в совершении которых истец оправдан, а также преступлений, за совершение которых он привлечен к уголовной ответственности, приходит к выводу о том, что в целях обеспечения баланса публичных и частных интересов, полагает необходимой, разумной, достаточной и соответствующей степени нравственных страданий истца компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Исковое заявление ФИО2 к Министерству финансов РФ, Управлению Федерального казначейства по НСО о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН 

<

***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2, **** г.р. (паспорт 5022 **) компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение одного месяца со дня, следующего за днем изготовления решения в окончательной форме, через Железнодорожный районный суд г. Новосибирска. 

Решение изготовлено в окончательной форме 04 декабря 2025 года.

Судья О.Е. Меньших