Судья 1-ой инстанции: Шевченко О.В. материал № 3/1-4/2020

Судья апелляционной инстанции: Данилова Е.В. № 22К-674/2020 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

03 марта 2020 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе: 

председательствующего судьи Даниловой Е.В.,

при секретаре Абибуллаевой Д. И., 

с участием прокурора Челпановой О. А., 

обвиняемого ФИО1,

защитника – адвоката Панченко А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитников обвиняемого ФИО1 – адвоката Литовченко И.В., адвоката Панченко А.А. на постановление Красноперекопского районного суда Республики Крым от 20 февраля 2020 года, которым в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, 

подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца 00 суток, то есть по 17 апреля 2020 года, включительно. 

Заслушав выступления обвиняемого ФИО1, его защитника – адвоката Панченко А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора, полагавшего постановление суда подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

18 февраля 2020 года старшим следователем СО по г. Красноперекопск ГСУ СК России по Республике Крым и г. Севастополю возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

18 февраля 2020 года ФИО1 задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении указанного преступления.

Обвинение ФИО1 на момент обращения следователя с ходатайством в суд не предъявлено. 

Обжалуемым постановлением от 20 февраля 2020 года ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 удовлетворено, подозреваемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца 00 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

В апелляционной жалобе адвокат Литовченко И.В. считает постановление суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что судом допущены нарушения требований уголовно-процессуального закона, и не учтены разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», а также разъяснения Европейского суда по правам человека. Считает, что судом не исследованы надлежащим образом основания правомерности применения такой меры пресечения, как заключение под стражу в отношении ФИО1, а лишь формально перечислены в постановлении основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, не подтвержденные достоверными сведениями. При этом в постановлении не приведено конкретных, исчерпывающих данных, на основании которых суд пришел к выводу о том, что находясь на свободе, ФИО1 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, чем воспрепятствовать производству по делу. Указывает, что судом вопреки требованиям ст. 99 УПК РФ не учтены сведения о личности ФИО1, который характеризуется с положительной стороны, имеет постоянное место жительства, зарегистрирован в Республике Крым, имеет стойкие социальные связи, женат, имеет на иждивении четверых малолетних детей и престарелых родителей, которые имеют ряд заболеваний. Судом не учтено состояние здоровья ФИО1, который имеет ряд заболеваний. Считает, что суд необоснованно положил в основу постановления доводы, приведенные в ходатайстве следователя об избрании меры пресечения, и не принял во внимание аргументы подозреваемого ФИО1 и его защитника, возражавших против удовлетворения ходатайства следователя. Полагает, что одна лишь тяжесть вмененного подозреваемому ФИО1 преступления не может являться единственным основанием для избрания столь суровой меры пресечения. Просит обжалуемое постановление отменить, в удовлетворении ходатайства следователя отказать. Избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: 

<

адрес>, с применением всех ограничений, предусмотренных действующим законодательством РФ. 

В апелляционной жалобе адвокат Панченко А.А. выражает несогласие с постановлением суда, считая его не мотивированным, не обоснованным, незаконным и подлежащим отмене в апелляционном порядке по основаниям несоответствия выводов суда, изложенных в обжалуемом постановлении, фактическим обстоятельствам дела, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства. В обоснование своих доводов защитник ссылается на нормы УПК РФ, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, позицию Европейского суда по правам человека, Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога». Указывает, что следователем не представлены суду материалы, подтверждающие обоснованность ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стажу в отношении ФИО1 Считает, что судом при избрании ФИО1 столь суровой меры пресечения, не соблюден баланс между публичными интересами, связанными с применением меры процессуального принуждения, и важности права личности на свободу. Указывает, что в постановлении не приведены конкретные, фактические данные, подтверждающие необходимость избрания ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу. Полагает, что материалы дела не содержат основания, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ и иные обстоятельства, в том числе письменные, объективно подтверждающие необходимость избрания ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможность избрания в отношении него более мягкой меры пресечения. Обращает внимание, что у ФИО1 отсутствуют основания скрываться от органов следствия и суда, его служебное положение в настоящее время никоем образом не связано со свидетелями или иными участниками дела, он какого-либо отношения, как должностное лицо, к ним также не имеет. Свидетели по данному делу опрошены, при этом никто из участников не заявлял об оказании на них какого-либо воздействия со стороны ФИО1 Считает, что нахождение ФИО1 под мерой пресечения в виде домашнего ареста, исключит возможность уничтожить какие-либо оказательства по делу, а также иным способом воспрепятствовать производству по делу. Полагает, что тяжесть совершенного преступления и нахождение следствия на начальном этапе расследования, в данном случае, не может выступать единственным основанием избрания ФИО1 столь суровой меры пресечения. Считает, что выводы суда о подтверждении подозрения в совершении преступления ФИО1 несостоятельны, надуманы и не подтверждаются материалами, представленными суду. При решении вопроса о мере пресечения судом не учтены сведения о личности ФИО1, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства. Указывает, что судом первой инстанции нарушен принцип презумпции невиновности и состязательности сторон. Судом первой инстанции необъективно рассмотрено ходатайство стороны защиты об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста по адресу: 

<

адрес>, указав в своем постановлении адрес: 

<

адрес>, что не соответствует, представленным стороной защиты, документам, в связи с чем, обстоятельства дела остаются не исследованными в полном объеме. Полагает, что при указанных обстоятельствах, имеются все основания для избрания ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, поскольку он будет фактически лишен свободы, и не будет иметь возможность беспрепятственного передвижения на свободе, в связи с чем, объективно не сможет заниматься какой-либо противоправной деятельностью, скрыться от органов следствия и суда, а также воспрепятствовать производству по уголовному делу. Просит обжалуемое постановление отменить, вынести новое постановление, которым избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: 

<

адрес>, с возложением на него запретов и ограничений, предусмотренных ст. 105.1 УПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб защитников, выслушав мнение участников процесса, находит постановление суда подлежащим изменению.

В соответствии ст. 389.16 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются несоответствие выводов суда, изложенных в судебном решении, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

На основании ч.1 ст.108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

Указанные требования уголовно-процессуального закона, а также иные, регламентирующие условия и порядок применения меры пресечения в виде заключения под стражу, по настоящему материалу в полной мере не выполнены.

Ходатайство составлено уполномоченным на то должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки и с согласия соответствующего руководителя следственного органа, что полностью соответствует требованиям ч. 3 ст. 108 УПК РФ.

В обоснование ходатайства о необходимости избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, следователем указано, что ФИО1 подозревается в совершении особо тяжкого преступления, осознает тяжесть ответственности за совершенное преступление, что, по мнению следователя, свидетельствует о том, что ФИО1, находясь на свободе и опасаясь быть привлечённым к уголовной ответственности на длительный срок, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать давление на свидетеля, являющегося его коллегой по работе, с целью склонения его к даче показаний в свою пользу в силу сложившихся межличностных и служебных отношений, а также принять меры к сокрытию следов иных противоправных действий, иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении подозреваемого ФИО1, меры пресечения в виде заключения под стражу по результатам судебного разбирательства, суд первой инстанции указал, что он приходит к выводу о том, что беспрепятственное производство по уголовному делу в отношении подозреваемого невозможно осуществить путем принятия в отношении него более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу. Учитывает личность ФИО1, который трудоустроен, на учете у врача-психиатра и нарколога не состоит, инвалидности не имеет, женат, имеет на иждивении четверых несовершеннолетних детей, а также престарелых родителей, не судим, имеет постоянное место жительства и регистрацию на территории Республики Крым, положительно характеризуется по месту работы и по месту жительства, имеет награды и медали за доблестную службу в рядах внутренних дел. 

Суд первой инстанции не мотивировал, почему лишь наиболее суровая мера пресечения подлежит применению в данном деле. Принимая решение об избрании меры пресечения в отношении ФИО1 и отклоняя доводы стороны защиты о более мягкой мере пресечения, суд сослался на то, что ФИО1 обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, против государственной власти, интересов государственной службы, в связи с чем, находясь на свободе, он может скрыться от следствия и суда, иным путем воспрепятствовать ходу следствия. Однако суд в подтверждение этих обстоятельств не привел в постановлении каких-либо конкретных доказательств, а ограничился лишь перечислением оснований, указанных в ходатайстве следователя.

Между тем, констатируя наличие по делу обстоятельств, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, суд не учел, что даже при наличии этих обстоятельств, к обвиняемому могла быть применена любая мера пресечения из указанных в законе, а не только наиболее суровая, использование которой нуждается в максимальной мотивировке.

Наоборот, ссылка суда на данные о личности ФИО1, его социальный статус, род занятий - как на обстоятельство, свидетельствующее о необходимости применения наиболее суровой меры пресечения, несостоятельна.

Таким образом, суд не привел доводов, из которых следовало бы, что избрание иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, не обеспечит надлежащее поведение обвиняемого на данной стадии производства по уголовному делу, а также его явку в органы следствия.

В силу требований ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ.

Избрание меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемого может иметь место только при подтверждении достаточными данными, предусмотренными уголовно-процессуальным законом оснований.

К таким данным ст. 97 УПК РФ относит наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый может скрыться от предварительного следствия или суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, уничтожить доказательства и иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Кроме того, согласно ст. 99 УПК РФ, при избрании, а соответственно и при продлении меры пресечения, наряду с другими обстоятельствами необходимо учитывать также тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Однако, при принятии решения о необходимости избрания в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу указанные требования закона судом в полной мере не выполнены.

Как следует из представленных материалов, ФИО1 является гражданином РФ, положительно характеризуется по месту работы и по месту жительства, имеет награды и медали, зарегистрирован и проживает с 2001 года в г. Симферополе, состоит в официальном браке, на иждивении имеет 1 несовершеннолетнего ребенка и троих малолетних детей, престарелых родителей, являющихся пенсионерами и имеющими ряд заболеваний.

Утверждения следователя о том, что обвиняемый ФИО1, находясь на свободе, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на свидетеля, с целью склонения к даче показаний в свою пользу, принять меры к сокрытию следов иных противоправных действий, иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, конкретными, реальными и обоснованными сведениями не подтверждаются.

В постановлении суда также не содержится убедительных выводов, из которых следовало бы, что избрание иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, не обеспечит явку обвиняемого ФИО1 в органы следствия, а затем в судебное заседание при рассмотрении дела по существу.

Кроме того, из представленных суду материалов следует, что согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости собственником 

<

адрес> является ФИО9 (супруга ФИО1), которая дала свое согласие, в случае избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, на его проживание в ее квартире. Кроме того, от ФИО10, ФИО11, ФИО12, зарегистрированных в данной квартире написаны заявления о том, что они не возражают против того, чтобы, при избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, он находился под домашним арестом по вышеуказанному адресу. Законность проживания ФИО1 с семьей по 

<

адрес> подтверждается документами о праве собственности (л.д. 61-70).

Таким образом, сама по себе только тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, не может служить достаточным основанием для избрания исключительной меры пресечения в виде заключения под стражу. 

В представленных материалах имеются сведения, подтверждающие обоснованность подозрения причастности обвиняемого ФИО1 к вменяемому ему деянию, вопрос доказанности предъявленного обвинения не является предметом разбирательства при решении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Каких-либо документов, а также медицинского заключения, вынесенного по результатам медицинского освидетельствования, свидетельствующих о наличии у обвиняемого ФИО1 заболеваний, препятствующих его содержанию под домашним арестом, в материалах дела не содержится.

Принимая во внимание вышеуказанные данные о личности ФИО1, а также все заслуживающие внимание по делу обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о реализации процессуального баланса между принципом презумпции невиновности и обеими задачами уголовного судопроизводства, указанными в ч. 1 ст. 6 УПК РФ, в виде применения по данному делу второй по степени строгости (после заключения под стражу) меры пресечения – домашнего ареста, который будет являться гарантией явки ФИО1 в следственные органы и суд, а также позволит обеспечить его надлежащее поведение, его участие при проведении следственных и процессуальных действий, в связи с чем, следует освободить ФИО1 из-под стражи и подвергнуть его ограничениям и запретам, предусмотренным ст. 107 УПК РФ, п.3-5 ч. 6 ст.105.1 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции определяет нахождение ФИО1 под домашним арестом по адресу: 

<

адрес>.

Срок домашнего ареста обвиняемого ФИО1 следует установить в пределах срока предварительного следствия. Исходя из положений ч.1 ст. 162 УПК РФ, срок предварительного следствия по данному уголовному делу, возбужденному 18 февраля 2020 года, истекает 18 апреля 2020 года. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28, 389.35 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Красноперекопского районного суда Республики Крым от 20 февраля 2020 года в отношении ФИО1 – изменить.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 изменить на домашний арест по адресу: 

<

адрес> сроком на 2 (два) месяца 00 месяцев до 18 апреля 2020 года.

Начало срока домашнего ареста исчислять ФИО1 с 03 марта 2020 года. В срок домашнего ареста зачесть время содержания ФИО1 под стражей с 17 февраля 2020 года до 03 марта 2020 года.

В соответствии со ст. 107 УПК РФ установить ФИО1 следующие ограничения:

- запретить покидать жилище, расположенное по адресу: 

<

адрес>, без письменного разрешения следователя и контролирующего органа, за исключением посещения учреждений здравоохранения для получения медицинской помощи (в том числе малолетним детям), при наличии соответствующих оснований, с разрешения лиц, осуществляющих производство по уголовному делу и контролирующего органа;

- запретить менять указанное место проживания без разрешения следователя;

- запретить общение с лицами, являющимися участниками уголовного судопроизводства по настоящему уголовному делу, за исключением защитников-адвокатов, встречи с которыми должны проходить по месту домашнего ареста, а также близких родственников, круг которых определен законом;

- запретить вести переговоры с использованием мобильных средств связи, включая стационарные и мобильные телефоны, электронной почты, сети Интернет по обстоятельствам, касающимся расследования настоящего уголовного дела, за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, со следователем. О каждом таком звонке обвиняемый должен информировать контролирующий орган.

Возложить осуществление контроля за нахождением ФИО1 в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением наложенных судом запретов и ограничений на сотрудников УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю.

Разъяснить обвиняемому ФИО1, что в случае нарушения им меры пресечения в виде домашнего ареста и условий исполнения этой меры пресечения следователь вправе подать ходатайство об изменении данной меры пресечения.

Обвиняемого ФИО1 из-под стражи освободить в зале суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: Е.В. Данилова