Дело № 2-231/2019 УИД: 66RS0010-01-2018-003356-08 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 февраля 2019 года город Нижний Тагил 

Тагилстроевский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего судьи Марамзиной В.В.,

при секретаре Яушевской К.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 13 ГУФСИН России по Свердловской области», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 13 ГУФСИН России по Свердловской области» (далее - ФКУ ИК-13, учреждение), Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Министерству финансов Российской Федерации, требуя взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В обоснование требований истец указал, что с 02.08.2014 года по 11.02.2015 года содержался в ПФСИ при ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области, в различных камерах, общее время содержания более 6 месяцев. За период содержания имело мести место ненадлежащие условия содержания: переполненность камер в здании ПФРСИ, установленные нормы на одного человека не соблюдались. Здание ПФРСИ рассчитано на 80 человек, а по факту находилось в 2014 -2015 годах от 180 - 200 человек. Так в камере где он содержался №... содержалось от 6 до 7 человек, площадь не более 13 кв.м., имелись три двухъярусные кровати, одна двухъярусная заносилась в камеру, затем выносилась. В камере установлены стол и две скамейки, которые не соответствовали размеру по количеству содержащихся в них лиц. В камере два окна, размеры которого не соответствуют нормам жилого помещения. Освещение слабое, вентиляция слабая и окна не открывались. Место для курения не отведено. Прогулки осуществлялись не более одного раза в 3-4 раза в неделю, курили в камере. Горячее водоснабжение отсутствует, напор воды слабый, вода грязная, условия приватности и для поддержания личной гигиены отсутствуют. В туалете отсутствует умывальник, сливной бак в нерабочем состоянии, в связи с чем, часто забивался нечистотами. Ненадлежащие условия содержания также имели место в камере №.... Температурный режим в камерах не соблюдается, влажность, не хватало воздуха и света. Жалобы на ненадлежащие условия поначалу не отправлялись, поэтому отсутствовала возможность обратиться с жалобой. В связи с указанными условиями содержания в период с 02.08.2014 по 11.02.2015 года истец испытывал нравственные страдания, переживания оскорбление человеческого достоинства, унижение со стороны Администрации ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области, что вызывало чувство беспокойства и неполноценности, недостаток личного пространства, отсутствие надлежащего санитарно - технического оборудования, отсутствие горячей воды и возможности поддержания личной гигиены, вызывало дискомфорт, неудобство стеснения, отсутствие условий приватности приводило к головным болям, бессоннице, потере аппетита. В камере всегда стоял зловонный запах из туалета, пота, табачного дыма, из-за чего возникали конфликты. Данное состояние вызывало психоз, депрессию, кровяное давление, страх заразиться гепатитом, туберкулезом, ВИЧ - инфекцией, что отрицательно влияло на психику. Данные обстоятельства расцениваются как несовместимое с уважением человеческого достоинства, и причинило моральный вред. 

Истец, заявляя требования, ссылается на положения ст. 17, 21 Конституции Российской Федерации, ст.3 Конвенции от 04.11.1950 года «О защите прав человека и основных свобод», положения Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ст. 151 и 1069 Гражданского кодекса РФ, Приказ Минюста России от 01.01.2001 года № 189 об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов. 

В ходе подготовки к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России (далее - ФСИН России),

Истец ФИО1 в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела извещен, в настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по Челябинской области. Доводы истца подробно отражены в иске обосновывающие юридические основания, ссылка на доказательства, расчет цены иска. 

Представитель ответчиков ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России старший юрисконсульт учреждения ФИО2, действующий на основании доверенностей, исковые требования не признал, просил в иске отказать в полном объеме.

В обоснование возражений представитель ответчиков пояснил, что истец каких -либо требований по признанию действий (бездействий) незаконными не предъявлял в установленном законом порядке. При этом, не имея возможности осуществить защиту своих прав, истец не обращался в течение длительного времени с иском. Истец пропустил установленный законом срок для признания незаконными действий (бездействий) ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области. Отсутствие судебного акта о признании незаконными действий (бездействий) исправительного учреждения исключает основание для компенсации морального вреда. Кроме того, несвоевременное обращение в суд повлекло невозможность исследования ряда документов, имеющих юридически значимые обстоятельства, поскольку несекретные документы по акту от 28.12.2016 года, книги количественной проверки лиц, содержащихся в ПФРСИ за 2014, 2015 и 2016 годы и камерные карточки за 2012 -2016 годы уничтожены. Исходя из чего подтвердить или опровергнуть несоблюдение требований ст. 23, 33 Федерального закона № 103-ФЗ в части нарушения санитарной площади и раздельного содержания категорий обвиняемых невозможно. Ответ прокуратуры не может расцениваться доказательством несоблюдения указанных требований закона. Действия истца следует расценивать как злоупотреблением правом. Объяснения лиц, приложенные к исковому заявлению нельзя считать надлежащим допустимым доказательством, поскольку личность указанных лиц не установлена и непосредственно судом они не опрашивались. Ссылка на акты прокурорского реагирования и Постановления Европейского суда по правам человека не допустима. В данных документах не установлено совместное содержание истца в одной камере. Копия медицинской карты в суд не направлялась. Обязанность по доказыванию надлежащего содержания лежит на учреждении, истцу достаточно только утвердить на это, причем бездоказательно. Принцип доказывания вытекает из порядка признания таких действий незаконными. Довод истца подтверждает пропуск трехмесячного срока. Истец также не указывает, какие физические либо нравственные страдания ему были причинены. Доказательств обращения за медицинской помощью не представлено. Длительное не обращение в суд за компенсацией свидетельствует об отсутствии морального вреда. Все камеры, которые указывает истец оборудованы в соответствии с Приложением 3 к приказу ФСИН России от 27.06.2006 года № 512. Требования Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов соблюдаются. 14.01.2015 года на лицевой счет истца была зачислена денежная сумма в размере 1 000 руб. До убытия данная денежная сума не тратилась, что свидетельствует о полном обеспечении и наличии предметов первой необходимости, вещевым довольствием, питанием. 

Изучив доводы истца, заслушав доводы представителя ответчиков ФИО2, изучив материалы гражданского дела, суд пришел к следующему.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 3 Конвенции от 04 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод», ч. 2 ст. 21 Конституции Российской Федерации, никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

По смыслу ст. 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются, в том числе постельные принадлежности. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Названное правило нашло свое отражение в п. 40 Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года № 189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», согласно которому подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются, в том числе спальным местом, постельными принадлежностями, постельным бельем.

В соответствии с положениями и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания заключенных должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Из справки по личному делу ФИО1 следует, что он арестован 28.07.2014 года Верх-Исетским районным судом города Екатеринбург, в связи с постановлением приговора. Начало срока 28.07.2014, конец срока 27.07.2021 года. Прибыл в ПФРСИ при ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области. 

Истец указал, что в период содержания под стражей содержался в ненадлежащих условиях, а именно норма санитарной площади была менее установленных 4-х кв.м., в камерах было слабое освещение, вытяжное оборудование отсутствует. К материалам дела представлен ответ Прокуратуры по надзору за исполнением законов в исправительных учреждениях, согласно которому указано, что в ходе проверки нарушений требований ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» не установлено и оснований для принятия дополнительных мер прокурорского реагирования не имеется. Также истцом представлены письменные объяснения осужденного ФИО3 и ФИО4, которые указали на ненадлежащие условия содержания под стражей. 

Судом был истребован материал проверки по жалобе ФИО1 находящийся в Нижнетагильской прокуратуре по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, который был исследован в ходже судебного заседания. Материалы проверки не содержат доказательств, подтверждающих отсутствие факта нарушения требований ст. 23 Федерального закона Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также иных доводов истца, поскольку в материалах проверки имеются: справка по следственному изолятору, письмо в адрес обратившегося лица. Повторно проведенная проверка также не содержит доказательств, опровергающих доводы истца. 

Представитель ответчиков ФИО2 согласно письменных пояснений и пояснений данных в судебном заседании указал на то обстоятельство, что предоставить информацию, в том числе о количестве лиц, совместно содержащихся с ФИО1 возможности нет в связи с уничтожением несекретных документов. Согласно акту об уничтожении несекретных документов от 28 декабря 2016 года, утвержденного начальником ФКУ ИК-13, книги количественной проверки лиц, содержащихся в ПФРСИ на территории ФКУ ИК-13 за 2014, 2015 и 2016 годы уничтожены. 

Согласно правовой позиции Европейского суда по правам человека, изложенной в постановлении от 06.10.2015 «Дело Сергеев против Российской Федерации» (жалоба №...), производство по жалобам на нарушения Конвенции не во всех случаях характеризуется неуклонным применением принципа «доказывание возлагается на утверждающего», так как в некоторых случаях только государство-ответчик имеет доступ к информации, подтверждающей или опровергающей жалобы заявителя. Непредоставление государством-ответчиком данной информации без убедительного объяснения причин подобного поведения может привести к выводу об обоснованности показаний заявителя.

В Постановлении ЕСПЧ от 10.01.2012 дело «ФИО5 и другие против Российской Федерации» (жалобы №...) Европейский суд подчеркнул, что каждый раз власти Российской Федерации должны объяснять причину непредставления оригиналов документов, в частности, касавшихся числа сокамерников, содержавшихся вместе с заявителем. Власти Российской Федерации часто объясняли это тем, что жалоба коммуницирована им по прошествии значительного количества времени и поэтому оригиналы документов следственного изолятора были уничтожены вследствие истечения срока их хранения. В этой связи Европейский суд отмечал, что уничтожение соответствующих документов не снимало с властей Российской Федерации обязанность подтвердить их доводы соответствующим доказательствами.

В соответствии с указанной позицией Европейского суда по правам человека суд приходит к выводу о том, что доводы истца относительно перелимита количества осужденных какими-либо допустимыми доказательствами не опровергнуты, при этом, истец не имеет возможности самостоятельно подтвердить указанное обстоятельство иными доказательствами, поскольку учет количества осужденных, содержащихся в камерах, возможен только со стороны администрации исправительного учреждения, равно как учет и хранение технической документации здания, в котором содержался истец в заявленный период. Таким образом, суд признает установленным факт нарушения права истца ФИО1 на надлежащее материально-бытовое обеспечение в части нарушения норм санитарной площади в камере на одного человека в соответствии с положениями Уголовно - исполнительного кодекса Российской Федерации (ст. 23). Указанные обстоятельства, в любом случае, способствовали претерпеванию страданий данным лицом, заключенным в следственный изолятор. 

Изложенные истцом ФИО1 в исковом заявлении доводы о том, что в нарушение ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма площади на одного человека менее положенных 4 кв.м., не опровергнуты представителями соответчиков стороны ГУФСИН России надлежащими доказательствами. 

Истцом также подробно отражены условия содержания под стражей, касающиеся водоснабжения, обстановки в камере, освещения, вентиляции, санитарного состояния, в том числе системы канализации. Имеется ссылка на ненадлежащее питание, медикаментозное лечение, а также воздействие табачного дыма. 

Доводы истца ФИО1 о ненадлежащем его содержании в ПФРСИ при ФКУ ИК-13 частично опровергнуты ответчиком в ходе судебного разбирательства.

Суду представлены фотоизображения камер на момент рассмотрения дела, на которых демонстрируется внутренняя обстановка в камере с расположением спальных мест, места для питания и туалетной зоны. Представлен протокол лабораторных испытаний от 04.07.2013 года, согласно которому дано заключение ФКУЗ ЦГиЭ ФСИН России по УРФО о том, что параметры искусственной освещенности в помещениях ПФРСИ при ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области соответствуют нормам проектирования следственных изоляторов. 

Из представленных сведений об оборудовании камер №... №... и №... №... следует, что они оборудованы: двухъярусной кроватью, столом со скамейкой, зеркалом, урной для мусора, шкафом для хранения продуктов питания, подставкой под бак для воды, баком для питьевой воды, вешалкой настенной, полкой для туалетных принадлежностей, умывальником. Данные сведения представлены начальником отдела ОКБ и ХР ФИО6 

Дополнительно суду представлена копия журнала контроля за качеством приготовления пищи, согласно которому с ноября 2018 года ведется контроль за качеством питания спецконтингента. 

В остальной части доводы истца о ненадлежащих условиях содержания стороной ответчиков не опровергнуты. 

Судом предприняты все меры по истребованию документов об условиях содержания ФИО1 в период с содержания в ПФРСИ при ФКУ ИК-13, соответственно, ФКУ ИК-13 представило все имеющиеся документы об условиях содержания истца в заявленный им по иску период времени, что учитывается при принятии решения. 

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Исходя из положений ст. 1071 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Принимая во внимание характер причиненных истцу страданий ненадлежащим его содержанием, степень перенесенных страданий, личность истца, суд полагает, что моральных вред, причиненный истцу, подлежит возмещению в сумме 3 000 рублей, поскольку данная сумма, с учетом установленных по делу обстоятельств, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности государства. В удовлетворении исковых требований в остальной сумме суд оснований не усматривает.

Поскольку ФКУ ИК-13 финансируется и финансировалось ранее за счет средств федерального бюджета, то взыскание должно быть произведено за счет казны Российской Федерации. При определении непосредственного органа государственной федеральной власти, в лице которого производится взыскание за счет федеральной казны, суд пришел к выводу о том, что вред подлежит взысканию с главного распорядителя средств федерального бюджета на основании ст. ст. 16, 1069, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, по ведомственной принадлежности - Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации.

Поскольку истец, при подаче искового заявления, уплатил государственную пошлину в размере 300 рублей, то соответственно она также взыскивается в его пользу.

Согласно ч. 1 ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ.

Из разъяснений п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других материальных благ. Следовательно, истцом срок исковой давности не пропущен. 

Ссылка ответчиков на положения Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в части пропуска трехмесячного срока обращения с административным исковым заявлением в суд, также несостоятельны, поскольку неприменимы в рамках настоящего дела, учитывая, что истцом не заявлено требование о признании действий (бездействий) должностных лиц учреждения незаконными. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 13 ГУФСИН России по Свердловской области», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с Федеральной службы исполнения наказаний России за счет средств казны Российской Федерации, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 (три тысячи) рублей, судебные расходы в сумме 300 (триста) рублей, всего в сумме 3 300 (три тысячи триста) рублей.

В удовлетворении иных требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда - оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Тагилстроевский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

Мотивированное решение изготовлено - 26 февраля 2019 года. 

Судья Марамзина В.В.