Дело № 2-1640/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

 Именем Российской Федерации 

23 ноября 2020 года г. Новосибирск

Советский районный суд г. Новосибирска в составе

председательствующего судьи Толстик Н.В.

при секретаре Улямаевой Е.А.

с участием

прокурора Поповой Е.В.

истца ФИО1

представителя истца ФИО2

представителя истца ФИО3 представителя ответчика ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО МКК «4Финанс» о защите трудовых прав,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО МКК «4Финанс», в котором в окончательной редакции просил:

- признать приказ № от 22.04.2020 о временном приостановлении работ (простое) с 27.04.2020 по 30.04.2020, приказ № от 23.04.2020 о временном приостановлении работ (простое) с 01.05.2020 по 31.05.2020 незаконными, взыскать с ООО МКК «4 Финанс» в пользу ФИО1 недоначисленную заработную плату в сумме 39 395 рублей 47 копеек.

- признать приказ об увольнении № от 22.06.2020 незаконным, восстановить ФИО1 на работе в должности руководитель административно-хозяйственного отдела ООО МКК «4Финанс»;

- признать приказ об увольнении № от 22.06.2020 незаконным, восстановить ФИО1 на работе в должности специалист по охране труда ООО МКК «4Финанс».

- взыскать с ООО МКК 4Финанс в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула по должности руководитель административно-хозяйственного отдела и заработную плату за время вынужденного прогула по должности специалист по охране труда в сумме 652 947 рублей 75 копеек (без учета 13% НДФЛ).

- взыскать с ООО МКК «4Финанс» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей (т.1 л.д.4-10, т.3 л.д.4-5). 

Исковые требования обоснованы следующим. 31.08.2015 между ФИО1 и ООО МКК «4Финанс» заключен трудовой договор №, на основании которого истец работал в Новосибирском отделении компании в должности руководитель административно-хозяйственного отдела с ежемесячным окладом 22 805 рублей (включая 13% НДФЛ). Кроме того, 31.05.2015 также по должности руководитель административно-хозяйственного отдела истцом был заключен трудовой договор № с ООО «

<

данные изъяты>», оклад по этому трудовому договору составлял 76 015 рублей в месяц (включая 13% НДФЛ). ООО МКК «4Финанс» и ООО МКК «

<

данные изъяты>» представляли собой единую группу аффилированных лиц. С декабря 2019 года ООО МКК «

<

данные изъяты>» прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО МКК «4Финанс». Дополнительным соглашением № к трудовому договору ООО МКК «

<

данные изъяты>» определило, что непосредственным работодателем истца следует считать ООО МКК «4Финанс». Доход истца по должности руководитель административно-хозяйственного отдела с учетом установленного коэффициента надбавки (1,25), за вычетом 13% НДФЛ составлял 82 666 рублей 75 копеек.

Несмотря на добросовестное и ответственное выполнение истцом возложенных на него трудовых обязанностей, с начала апреля 2020 года ответчик, оказывая давление на истца, предлагал ему уволиться, обосновывая необходимость сокращения штата причинами минимизации издержек компании на период действия мероприятий по противодействую распространения коронавируса (инфекции COVID-19). Истец отказался от добровольного увольнения, правовых оснований к которому не было. Поскольку соглашения по вопросу увольнения достигнуто не было, работодатель решил самостоятельно уволить истца формально законными способами. Так, 21.04.2020, вынуждая истца уволиться, ответчик издал уведомление №№ об изменении условий трудового договора, в частности, об изменении оплаты труда истца в связи с организационными изменениями. Далее, 22.04.2020 в отношении истца вынесен приказ № о временном приостановлении работ (простое) с 27.04.2020 по 30.04.2020 и уменьшении на период простоя оплаты труда до 2/3 ставки оклада, рассчитанного пропорционально отработанному времени. 23.04.2020 был издан еще один приказ № о временном приостановлении работ (простое) на период с 01.05.2020 по 31.05.2020 и уменьшении на период простоя оплаты труда до 2/3 ставки оклада, рассчитанного пропорционально отработанному времени. Так как истец отказался продолжить работу в изменившихся условиях (заработная плата истца с 82 666 рублей 75 копеек сократилась бы до МРОТ) на основании приказа № от 22.06.2020 истец был уволен.

Кроме того, 15.02.2016 между ФИО1 и ООО «4Финанс» заключен трудовой договор №№, на основании которого истец в Новосибирском отделении компании работал в должности специалист по охране труда с ежемесячным окладом в размере 15 939 рублей 19 копеек (включая 13% НДФЛ).

Аналогично с должностью руководитель административно-хозяйственного отдела 21.04.2020 работодатель издал уведомление №№ об изменении условий трудового договора, в частности, об изменении оплаты труда истца в связи с организационными изменениями. Приказом № от 22.04.2020 о временном приостановлении работ (простое) с 27.04.2020 по 30.04.2020, приказом № от 23.04.2020 о временном приостановлении работ (простое) с 01.05.2020 по 31.05.2020 в отношении должности истца – специалист по охране труда также уменьшена ставка оклада. 22.06.2020 за отказ продолжать работу в изменившихся условиях приказом № истец был уволен и с должности специалист по охране труда. По мнению истца, введением простоя, а равно уведомлением об изменении организационных условий труда и последующим увольнением работодатель допустил существенные нарушения требований законодательства и прав истца, за защитой которых он обратился в суд с настоящим иском.

Истец указывает, что у работодателя не имелось оснований для введения простоя. Приостановки работ по экономическим, технологическим, техническим, организационным или иным причинам не было. В период с 27.04.2020 по 31.05.2020 деятельность компании велась в обычном режиме. Продолжая деятельность, работодатель не освободил работников компании от исполнения должностных обязанностей. Истец продолжал осуществлять трудовую деятельность в обычном режиме. Между тем за период работы, приходящийся на формальный простой, работодатель выплатил истцу доход в меньшем размере, чем тот, который полагался за выполнение работы в обычном режиме.

Никаких изменений в производстве либо в его организации работодателем не производилось ни фактически, ни документально, поэтому работодатель не имел права в одностороннем порядке изменять условия трудового договора с истцом, а равно увольнять его. Незаконными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, денежную компенсацию которого он оценивает в 50 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1, его представители исковые требования поддержали, дали соответствующие объяснения.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, возражала относительно заявленных требований по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т.1 л.д.189-183, т.2 л.д.220-221, т.3 л.д.31).

По доводам ответчика, из Указа Президента РФ от 02.04.2020 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения в связи с распространением коронавирусной инфекции», из Информации Центрального Банка от 03.04.2020 «О работе финансовых организаций и обеспечения непрерывности в финансовом секторе Банком России в период с 4 по 30 апреля 2020 года», из Информационного письма ЦБ РФ от 15.04.2020 №ИН-015-44/66 следует, что некредитные, микрофинансовые организации, к которым относится ООО МКК «4Финанс», в период действия ограничений, связанных с коронавирусом, продолжают осуществлять свою деятельность, но лишь в части расчетных функций. В связи с этим, ответчиком изданы приказы от 06.04.2020, от 30.04.2020, от 01.06.2020 об организации работы в условиях распространения коронавирусной инфекции. Все сотрудники ответчика были переведена на дистанционную работу по 30.06.2020. В случае невозможности осуществления такого перевода приказ предусматривал особенности осуществления деятельности на рабочих местах. Приказ от 06.04.2020 возлагал на истца ответственность в части обеспечения безопасных условий труда в офисе, однако такой необходимости не возникло, так как перевод сотрудников на дистанционную работу состоялся в полном объеме, в офисе ответчика трудовая деятельность не осуществлялась, сотрудники ответчика в офисе не находились, офис был закрыт. Поскольку работа истца связана с обеспечением сотрудников ответчика, находящихся в офисе, канцелярскими принадлежностями, контролем пропускного режима, оформлением документов для заключения договоров на оказание услуг, ремонтом, обеспечением контроля за состоянием условий на рабочих местах, расследованием несчастных случаев и т.д., то в условиях закрытия офиса и в отсутствие сотрудников, истцу невозможно было исполнять свои трудовые обязанности. Должностные обязанности истца не предполагают непосредственное обслуживание клиентов в офисе и предоставление дистанционных услуг, не подразумевает проведение расчетов и платежей. В связи с этим, с учетом указаний ЦБ РФ о минимизации штата сотрудников в офисе исполнение истцом прямых должностных обязанностей в период ограничения деятельности организации стало невозможно. Поскольку ответчик прекратил выполнять основную функцию в силу описанных выше обстоятельств, он не имел возможности обеспечить истца работой, направление истца в простой было вызвано невозможностью исполнения последним трудовых обязанностей. Приказ о режиме простоя и установление оплаты в размере 2/3 должностного оклада не является изменением в одностороннем порядке существенных условий трудового договора, поскольку режим простоя введен в связи с отсутствием работы, вызван объективными причинами и не свидетельствует о нарушении трудовых прав истца.

В информации Минтруда России от 02.04.2020 разъяснено, что работодатель может объявить простой, если организация не приостанавливает свою деятельность в соответствии с Указами Президента РФ от 25.03.2020 №206 и от 02.04.2020 №239.

Оспаривая доводы истца о незаконности увольнения, ответчик указывает, что 05.12.2019 на основании приказа № ответчиком произведена реорганизация, повлекшая сокращение штата сотрудников. В результате ответчик был вынужден осуществить переезд из офиса площадью 560 кв.м. в офис площадью 54,4 кв.м. Уменьшение площади арендуемого помещения уменьшило функции истца в части обеспечения мебелью, озеленения офиса и прилегающей территории, выполнения противопожарных мероприятий и т.д. Более того, согласно договору аренды от 30.01.2020 обязанности по проведению ремонта помещения, задачи по соответствую помещения противопожарным требованиям и выполнение противопожарных мероприятий, ранее возложенные на истца, перешли к арендодателю, то есть подлежали исключению из функциональных обязанностей истца. Уменьшение арендуемой площади в 10 раз повлекло сокращение в два раза количества уборщиц, находящихся в подчинении истца. Учитывая, что должность истца непосредственно связана с обеспечением жизнедеятельности офиса, снабжением сотрудников офиса канцелярскими принадлежностями, заказом воды и т.д., объем должностных обязанностей истца пропорционально снизился с количеством сотрудников. Так, согласно штатному расписанию, количество сотрудников ответчика снизилось с 243 единиц (на 01.02.2020) до 182 (на 23.06.2020), то есть на 25,2%. Учитывая, что объем должностных обязанностей истца значительно уменьшился, 21.04.2020 ответчик под роспись вручил истцу уведомление об изменении условий труда с 21.06.2020. Двухмесячный срок уведомления, установленный статьей 74 Трудового кодекса РФ, ответчиком соблюден. Истец с изменением оклада не согласился, в связи с чем 22.06.2020 был уволен по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ. Произведенное увольнение ответчик считает законным, просит в иске отказать в полном объеме.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом, 31.08.2015 между ФИО1 и ООО МКК «4Финанс» заключен трудовой договор №, на основании которого истец работал в Новосибирском отделении компании в должности руководитель административно-хозяйственного отдела (включая 13% НДФЛ) (т.1 л.д.14-17). 

Кроме того, 31.05.2015 также по должности руководитель административно-хозяйственного отдела истцом был заключен трудовой договор № с ООО «

<

данные изъяты>» (ООО МКК «

<

данные изъяты>») (т.1 л.д.18-21). 

С декабря 2019 года ООО МКК «

<

данные изъяты>» прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО МКК «4Финанс». 

Дополнительным соглашением № к трудовому договору № от 31.08.2015 ООО МКК «

<

данные изъяты>» определило, что непосредственным работодателем истца следует считать ООО МКК «4Финанс». Доход истца по должности руководитель административно-хозяйственного отдела с учетом установленного коэффициента надбавки (1,25), за вычетом 13% НДФЛ составлял 82 666 рублей 75 копеек (т.1 л.д.23).

21.04.2020 руководитель ООО МКК «4финанс» ФИО5 издал уведомление №№ об изменении условий трудового договора № от 31.08.2015 в части уменьшения оплаты труда ФИО1 по должности руководитель административно-хозяйственного отела в связи с организационными изменениями (структурными изменениями в ООО МКК «4Финанс», перераспределением нагрузки между работниками, изменением объема работы) (т.1 л.д.44). 

ФИО1 отказался продолжить работу по должности руководитель административно-хозяйственного отела в изменившихся условиях.

Приказом № от 22.06.2020 ФИО1 был уволен с должности руководитель административно-хозяйственного отела ООО МКК «4финанс» на основании пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (т.1 л.д.48).

Кроме того, 15.02.2016 между ФИО1 и ООО «4Финанс» заключен трудовой договор №№, на основании которого истец в Новосибирском отделении компании работал в должности специалист по охране труда с ежемесячным окладом в размере 15 939 рублей 19 копеек (включая 13% НДФЛ) (т.1 л.д.24-28).

21.04.2020 руководитель ООО МКК «4финанс» ФИО5 издал уведомление №№ об изменении условий трудового договора №№ от 15.02.2016 в части уменьшения оплаты труда ФИО1 по должности специалист по охране труда в связи с организационными изменениями (структурными изменениями в ООО МКК «4Финанс», перераспределением нагрузки между работниками, изменением объема работы) (т.1 л.д.44). 

ФИО1 отказался продолжить работу по должности специалист по охране труда в изменившихся условиях.

Приказом № от 22.06.2020 ФИО1 был уволен с должности специалист по охране труда ООО МКК «4финанс» на основании пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (т.1 л.д.49).

Кроме того, 22.04.2020 в отношении ФИО1 как руководителя административно-хозяйственного отела и специалиста по охране труда вынесен приказ № о временном приостановлении работ (простое) с 27.04.2020 по 30.04.2020 и уменьшении на период простоя оплаты труда до 2/3 ставки оклада, рассчитанного пропорционально отработанному времени (т.1 л.д.46).

23.04.2020 в отношении ФИО1 как руководителя административно-хозяйственного отела и специалиста по охране труда был издан приказ № о временном приостановлении работ (простое) на период с 01.05.2020 по 31.05.2020 и уменьшении на период простоя оплаты труда до 2/3 ставки оклада, рассчитанного пропорционально отработанному времени (т.1 л.д.47). 

Разрешая спор в части оспаривания приказов № от 22.04.2020 и № от 23.04.2020 о временном приостановлении работ (простое) и взыскания с ответчика частично невыплаченной заработной платы за период с 27.04.2020 по 31.05.2020, суд приходит к следующим выводам.

Исходя из части 3 статьи 72.2 Трудового кодекса РФ, простой определяется как временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера.

В соответствии с частью 2 статьи 157 ТК РФ время простоя по причинам, не зависящим от работодателя и работника, оплачивается в размере не менее двух третей тарифной ставки, оклада (должностного оклада), рассчитанных пропорционально времени простоя.

Совокупность представленных в дело доказательств позволяет заключить, что в спорный период с 27.04.2020 по 31.05.2020 простой, то есть временное приостановление работы, для занимаемых истцом должностей (руководитель административно-хозяйственного отдела и специалист по охране труда) фактически не вводился. В спорный период ФИО1 с ведома и по поручению работодателя продолжал осуществлять работу в обычном режиме по каждой занимаемой им должности. От исполнения своих должностных обязанностей ФИО1 работодателем фактически не освобождался.

Ответчиком не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих наличие объективных причин экономического, технологического, технического, организационного или иного характера для введения простоя.

Доводы ответчика о том, что в спорный период с 27.04.2020 по 31.01.2020 офис компании был закрыт, а все сотрудники были переведены на удалённую работу, опровергаются материалами дела.

Приказами работодателя от 06.04.2020, от 30.04.2020, от 01.06.2020 об организации работы ООО МКК «4финанс» в условиях распространения коронавирусной инфекции все сотрудники ответчика были переведена на дистанционную работу по 30.06.2020. При этом, в случае невозможности осуществления перевода сотрудника на дистанционную работу приказы предусматривали необходимость обеспечения безопасных условий труда на рабочих местах (обязательная дезинфекция контактных поверхностей во всех помещениях в течение дня, использование в помещениях оборудования по обеззараживанию воздуха, наличие в обществе запаса дезинфицирующих средств для уборки помещений и обработки рук сотрудников, использование аудио и видео связи для совещаний и решения различных вопросов, соблюдение дистанции между сотрудниками не менее полутора метров). Приказами было определено организовать доставку сотрудников на работу до офиса, а также с места работы до места непосредственного проживания (т.2 л.д.59-64).

Приказом от 06.04.2020 №, действующим до 30.04.2020 включительно, ответственным за обеспечение безопасных условий труда на рабочих местах, а также за организацию перевозок сотрудников назначен руководитель административно-хозяйственного отдела ФИО1 (пункт 5) (т.2 л.д.59).

Изменения в данный приказ не вносились, доказательств обратного ответчиком в дело не представлено.

Таким образом, несмотря на введение приказом № от 22.04.2020 простоя по занимаемой истцом должности руководитель административно-хозяйственного отдела на период с 27.04.2020 по 30.04.2020, сам работодатель в спорный период своим приказом возлагает на истца ответственность за обеспечение безопасных условий труда на рабочих местах, а также за организацию перевозок сотрудников, тем самым подтверждая наличие для истца объема работы по занимаемой должности.

Доводы ответчика о том, что фактически ФИО1 данные обязанности не исполнял, также опровергаются совокупностью представленных в дело доказательств.

Так, работодателем ФИО1 на период с 06.04.2020 по 30.04.2020 и на период с 01.05.2020 по 31.05.2020, то есть на период его предполагаемого простоя, были выданы справки для перемещения до места работы и обратно, из текста которых следует, что нахождение работника на рабочем месте в указанный в справке период является критически важным для обеспечения функционирования организации (т.1 л.д.55,56).

Факт выдачи работодателем указанных выше справок ФИО1 в безусловном порядке подтверждает то обстоятельство, что в период предполагаемого простоя работодатель создавал истцу условия для продолжения его работы в обычном режиме и, более того, был заинтересован в продолжении им такой работы.

То обстоятельство, что истец в спорный период в обычном порядке выполнял свои должностные обязанности в офисе, подтверждается также представленными в дело фотографиями, выполненными с камер видеонаблюдения, из содержания которых можно установить, что в спорный период сотрудниками компании проводились регулярные коллективные совещания, в которых принимал участие истец ФИО1 (т.1 л.д.57-79).

Ответчиком не представлено доказательств того, что ФИО1 разъяснялось отсутствие оснований для его нахождения в офисе ввиду простоя по занимаемой им должности.

В дело представлен журнал регистрации измерения температуры сотрудников для профилактики коронавируса, из содержания которого следует, что в спорный период с 27.04.2020 по 31.05.2020 ФИО1 регулярно прибывал в офис, проходил процедуру измерения температуры тела, результаты измерений заносились в журнал (т.1 л.д.80-108).

Содержание данного журнала согласуется с объяснениями истца и другими представленными в дело доказательствами, свидетельствующими о том, что фактически ФИО1 в спорный период с ведома работодателя в обычном режиме продолжал в офисе исполнять свои должностные обязанности.

Также истцом представлены сведения по статистике выполнения задач сотрудниками ООО МКК «4финанс», а также письма от контрагента работодателя, адресованные ФИО1, из содержания которых также следует, что должностные обязанности истцом в спорный период выполнялись, объем работы для него обеспечивался, а работодатель принимал результаты его труда (т.1 л.д.79, т.3 л.д.12-24).

Из объяснений истца следует, что ввиду ситуации с COVID-19 и ужесточением требований к нахождению людей в офисе его должностные обязанности заключались, в том числе, в поддержании работоспособности рецыркуляторов воздуха, которыми были оборудованы помещения. Персонал офиса обеспечивался средствами индивидуальной защиты. Проверка и контроль работоспособности оборудования, закупка необходимого для офиса инвентаря является прямой обязанностью истца (пункты 4,3 и 8 должностной инструкции руководителя АХО). Так как в офисе находились сотрудники, они пользовались бытовой и оргтехникой, которая находится в зоне ответственности истца (пункт 9 должностной инструкции руководителя АХО). Истец осуществлял взаимодействие с арендодателем, так как регулярно выставлялись счета за аренду и коммунальные услуги, истцу необходимо было заниматься документацией и проверкой показаний счетчика (пункт 10 должностной инструкции руководителя АХО). Ввиду ситуации с COVID-19 всем сотрудникам было дано право перемещаться на корпоративном такси. Именно истец осуществлял контроль перевозок, контроль расходов, вел отчетность.

Объяснения истца о том, что в спорный период он фактически в общем режиме продолжал выполнять свои должностные обязанности, нашли подтверждение и в свидетельских показаниях Я.Д.С., который в рассматриваемый период работал в ООО МКК «4 финанс» в отделе взыскания. Данный свидетель пояснил, что в период с 27.04.2020 по 31.05.2020 офис компании работал в обычном режиме. К этому времени сотрудники, которые уходили на дистанционный режим работы, стали возвращаться в офис. Сам свидетель вышел на работу с 01.05.2020, но точно знает, что с их отдела один сотрудник Ж.Е. работала в офисе и до 01.05.2020. Никаких изменений в работе компании в этот период не было. Выйдя с дистанционного режима, он (свидетель) как обычно каждый день ходил на работу. В их отделе в офисе находилось около 15 человек, про другие отделы точно сказать не может. Для тех, кому нужно было, компания предоставляла возможность пользоваться корпоративным такси, чтобы не ездить на общественном транспорте. У сотрудников измеряли температуру, когда они приходили в офис. В офисе поставили очистители воздуха и санитайзеры для рук и поверхностей, проводили уборку помещений. Свидетель пояснил, что, когда он вышел в офис (01.05.2020), ФИО1 тоже там находился. Истец, как и все, в обычном порядке ходил на работу. Он занимался обеспечением офиса и сотрудников всем необходимым для работы, следил, чтобы все было исправно и безопасно. Истец занимался переездом компании в новый офис. Свидетель подтвердил, что в период с 01.05.2020 по 31.05.2020 сотрудники офиса были обеспечены всем необходимым, истец выполнял все от него зависящее.

В дело представлен договор № от 30.07.2019, заключенный между ООО МКК «4финанс» и ООО «

<

данные изъяты>» на организацию перевозок службой такси корпоративных пользователей и реестр поездок за период с 01.04.2020 по 01.07.2020 (т.2 л.д.183-214).

Данные доказательства также опровергают позицию ответчика о том, что в спорный период офис был закрыт, а сотрудники в офисе не находились. Из реестра поездов следует, что сотрудники ездили в офис и из офиса работодателя (

<

адрес>). При таких обстоятельствах, доводы ответчика о том, что в связи с закрытием офиса для истца отсутствовал объем работы, не находят своего подтверждения.

Кроме того, для оценки позиции ответчика как несостоятельной, заслуживают внимания доводы истца о том, что ни трудовым договором, ни должностными инструкциями трудовые обязанности истца не ставятся в прямую зависимость от числа сотрудников, присутствующих или отсутствующих в офисе.

В качестве одной из причин простоя истца ответчик называет невозможность исполнения им должностных обязанностей ввиду того, что занимаемые им должности не предполагают непосредственного обслуживания клиентов в офисе, не подразумевают проведение расчетов и платежей, в связи с чем, по доводам ответчика, необходимости присутствия истца в офисе не было. 

Вместе с тем, из представленных в дело доказательств следует, что специфика деятельности компании ООО МКК «4финанс» не предполагает прямого взаимодействия с клиентами, компания занимается предоставлением онлайн замов, дистанционным сопровождением клиентов, удаленной работой с должниками, что подтверждается сведениями с официального сайта ответчика (т.2 л.д.126-130).

Учитывая изложенное, обозначенные выше причины простоя истца признаются судом необоснованными.

Таким образом, проанализировав всю совокупность приведенных выше доказательств, суд приходит к выводу о том, что направление истца в простой не могло быть вызвано невозможностью исполнения им трудовых обязанностей.

В письменных возражениях на иск ответчиком не отрицается, что, будучи некредитной микрофинансовой организацией, в период действия ограничений, связанных с коронавирусом, ООО МКК «4финанс» продолжало осуществлять свою деятельность. 

Для работодателя ООО МКК «4финанс» никаких причин экономического, технологического, технического или организационного характера для введения простоя в отношении истца не было. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

При таких обстоятельства, учитывая, что в спорный период истец фактически в обычном режиме с ведома и по поручению работодателя исполнял свои должностные обязанности, как по должности руководителя административно-хозяйственного отдела, так и по должности специалиста по охране труда, приказ № от 22.04.2020 и № от 23.04.2020 о введении в отношении него простоя с сокращением объема денежного содержания, в безусловном порядке, нарушают права истца и подлежат признанию незаконными ввиду отсутствия для них оснований.

Как установлено судом, за спорный период с 27.04.2020 по 31.05.2020 истец получил заработную плату в усеченном размере (в размере 2/3 от должностного оклада). Так, за апрель 2020 года ответчик выплатил истцу заработную плату в сумме 93 939 рублей 52 копейки по двум должностям (вместо 100 000,74 рублей). За май 2020 года ответчик выплатил истцу заработную плату в сумме 66 667 рублей 50 копеек о двум должностям (вместо 100 000,74 рублей) (т.2 л.д.5). Таким образом, невыплаченная часть заработной платы составляет 39 395 рублей 47 копеек. Представленный истцом расчет задолженности ответчика за рассматриваемый период судом проверен и признан правильным (т.1 л.д.11). Контррасчет ответчиком не представлен.

Учитывая изложенное, с ООО МКК «4финанс» в пользу ФИО1 подлежит взысканию задолженность по заработной плате за период с 27.04.2020 по 31.05.2020 в сумме 39 395 рублей 47 копеек.

Оценивая законность увольнения ФИО1, суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ одним из оснований прекращения трудового договора является отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть четвертая статьи 74 настоящего Кодекса).

В соответствии с положениями статьи 74 Трудового кодекса РФ в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.

Как разъяснил Верховный суд Российской Федерации в пункте 21 постановления Пленума от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (статья 74 ТК РФ), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 ГПК РФ работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

Из представленных в дело доказательств следует, что фактически никаких изменений организационных или технологических условий труда, которые могли бы явиться основанием для одностороннего изменения определенных сторонами условий трудового договора, в организации ООО МКК «4финанс» не производилось. 

Как следствие, работодатель не имел права в одностороннем порядке изменять условия трудового договора с ФИО1 и в последующем увольнять его по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ.

Истцом опровергнуты доводы ответчика о том, что объем его должностных обязанностей существенно уменьшился в связи с переездом в другой офис ввиду сокращения площади занимаемого помещения.

Как установлено судом, в новый офис по адресу 

<

адрес> организация ответчика переехала в январе 2020 года, при этом существенным образом площадь занимаемых компанией помещений не изменилась.

Так, из представленных доказательств следует, что общая площадь нового офиса к моменту переезда составила 1137,4 кв.м., а не 54,4 кв.м., как указывает ответчик. 

Так, ответчиком в дело представлена копия договора аренды помещения площадью 54,4 кв.м. Вместе с тем, истцом в дело представлена копия еще одного договора аренды помещения площадью 1083 кв.м., (т.2 л.д.74-80, 131-138).

Свидетель Я.Д.С. суду пояснил, что площадь офиса значительно не уменьшилась. Раньше компания занимала два этажа, сейчас этаж один, но очень большой и комфортный. В новый офис переехали практически все сотрудники. Существенно число сотрудников не уменьшилось. Свидетель подтвердил, что на площади в 54 кв.м. все сотрудники компании не смогли бы разместиться физически.

Таким образом, представленные ответчиком доказательства значительного сокращения площади арендованного помещения представляются судом неубедительными.

Доказательств существенного сокращения штата, способного повлиять на объем должностных обязанностей истца, ответчиком также не представлено.

Кроме того, проанализировав должностные обязанности истца, суд приходит к выводу, что по своему содержанию они не имеют прямой причинной связи ни с площадью помещений офиса, ни с количеством находящихся в нем сотрудников. 

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что у ответчика отсутствовали правовые основания как для изменения в одностороннем порядке условий трудового договора, заключенного с истцом, так и для его последующего увольнения по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ.

Кроме того, ответчиком не доказано, что истцу до увольнения в письменной форме предлагались другие имеющиеся у работодателя вакантные должности или работа, как соответствующая квалификации работника, так и вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемая работа, которую работник мог выполнять с учетом его состояния здоровья. 

При таких обстоятельствах оспариваемые приказы № и № от 22.06.2020 об увольнении истца с должности руководителя административно-хозяйственного отдела и специалиста по охране труда следует признать незаконными и нарушающими его права.

В соответствии с частью 1,2 статьи 394 Трудового кодека РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Учитывая приведенные нормы права, в целях восстановления нарушенных прав ФИО1 он подлежит восстановлению в ранее занимаемых должностях с взысканием в его пользу денежной компенсации за время вынужденного прогула за период с 23.06.2020 по 13.11.2020 (дата, на которую расчет производит истец).

Расчет компенсации за время вынужденного прогула производится судом с учетом положений статьи 139 Трудового кодекса РФ, а также Постановления Правительства РФ №922 от 24.12.2007 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

При расчете компенсации судом учитываются только рабочие дни, к учету принимаются сведения о размере дохода истца, изложенные в справке 2НДФЛ за 2019 и 2020 годы. За апрель 2020 года и май 2020 года к расчету принимаются суммы выплат, которые бы полагались к выплате истцу без учета простоя, введение которого признано судом незаконным.

Средний дневной заработок истца за проработанный период составляет 7 286 рублей 55 копеек (1 450 024 рубля 63 копейки : 199 (рабочих дней истца за период с 22.06.2019 по 22.05.2020) = 7 286 рублей 55 копеек).

Количество дней вынужденного прогула за период с 23.06.2020 по 13.11.2020 составляет 103 рабочих дня.

Таким образом, размер среднего заработка за время вынужденного прогула, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 750 514 рублей 65 копеек (7286,55 ?103 = 750 514,65). Данная сумма определена без учета удержания подоходного налога. С вычетом 13% НДФЛ компенсация за время вынужденного прогула составит 652 947 рублей 75 копеек.

Расчет компенсации за время вынужденного прогула, выполненный истцом, является математически верным и соответствует положениям трудового кодекса РФ и нормам Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 №922 «об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» (т.3 л.д.4).

В соответствии со статьей 394 Трудового кодекса РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Установив, нарушение трудовых прав истца, суд, исходя из принципов разумности и справедливости, степени вины ответчика, индивидуальных особенностей истца, степени его нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, полагает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

В соответствии со статьей 211 Гражданского процессуального кодекса РФ немедленному исполнению подлежит судебный приказ или решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев и о восстановлении на работе.

Учитывая изложенное, настоящее решение в части восстановления ФИО1 на работе и выплате ему заработной платы за время вынужденного прогула в течение трех месяцев с 23.06.2020 по 22.09.2020 в сумме 480 912 рублей 30 копеек (сумма определена за вычетом 13% НДФЛ) подлежит немедленному исполнению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 196-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, судья

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Признать приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о временном приостановлении работ (простое) с 27.04.2020 по 30.04.2020, приказ № от 23.04.2020 о временном приостановлении работ (простое) с 01.05.2020 по 31.05.2020 незаконными, взыскать с ООО МКК «4 Финанс» в пользу ФИО1 недоначисленную заработную плату в сумме 39 395 рублей 47 копеек.

Признать приказ об увольнении № от 22.06.2020 незаконным, восстановить ФИО1 на работе в должности руководитель административно-хозяйственного отдела ООО МКК «4Финанс».

Признать приказ об увольнении № от 22.06.2020 незаконным, восстановить ФИО1 на работе в должности специалист по охране труда ООО МКК «4Финанс».

Взыскать с ООО МКК 4Финанс в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула по должности руководитель административно-хозяйственного отдела и заработную плату за время вынужденного прогула по должности специалист по охране труда в сумме 652 947 рублей 75 копеек (без учета 13% НДФЛ).

Взыскать с ООО МКК «4Финанс» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей. 

Настоящее решение в части восстановления ФИО1 на работе и выплате ему заработной платы за время вынужденного прогула в течение трех месяцев с 23.06.2020 по 22.09.2020 в сумме 480 912 рублей 30 копеек подлежит немедленному исполнению.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Мотивированное решение составлено 04 декабря 2020 года

Судья Н.В. Толстик