№2-1069

61RS0022-01-2020-000543-14

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«20» февраля 2020 года

Таганрогский городской суд Ростовской области

В составе: председательствующего судьи М.В. Иванченко

при секретаре судебного заседания Талдыкиной А.А. 

с участием ФИО1, ФИО2, представителя ФИО1- адвоката Козорог А.И., действующего по ордеру от 29.01.2020 года,

представителя ответчиков Юрковой А.И., действующей по доверенности от 08.10.2019 года, и ордеру от 13.02.2020 года,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о сносе забора,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском о сносе забора. В обоснование требований указано, что истицы являются собственниками квартир № 

<

адрес>

Собственниками 

<

адрес>, ответчиками по делу, на территории многоквартирного дома на земельном участке с кадастровым номером №, вблизи их квартир, было осуществлено незаконное строительство капитального кирпичного забора, отделяющего 

<

адрес> от остальной части земельного участка многоквартирного дома. Данное строительство произведено ответчиками, несмотря на их возражения. В результате возведения забора территория земельного участка была ограничена, ограничены проезды и проходы к существующим квартирам многоквартирного дома, в том числе и истцов. Кроме того, капитальный кирпичный забор возведен над существующей системой канализации из 

<

адрес>, что в случае возникновения аварийной ситуации с данной системой, делает невозможным устранение аварии.

Никакого разрешения местной Администрации 

<

адрес>, решения общего собрания о возможности и согласования такого строительства на данной территории не принималось. Обращение в Жилищную инспекцию 

<

адрес> было перенаправлено в Администрацию 

<

адрес>, ответом которой от 

<

дата> №/ОГ-1309, сообщено, что по вопросу незаконного возведения ограждения произведен выход специалиста структурного подразделения Администрации 

<

адрес> на место и установлено, что МКД, расположенный по адресу: 

<

адрес>, находится в непосредственном управлении собственниками квартир жилого дома, и вопросы, касающиеся долевого имущества собственников, необходимо рассматривать путем принятия решения на общем собрании собственников помещений в МКД.

В целях защиты своих прав, истцы просят возложить на ФИО3, ФИО4, обязанность осуществить снос капитального кирпичного забора, расположенного в 

<

адрес>

В судебном заседании истица ФИО1 поддержала требования и пояснила, что стала собственником квартиры в 2008 году, спорного забора тогда не существовало. В 1999 году в её квартиру проведена канализация. Их семья уезжала, а когда вернулась, то появился забор. Это было до 2004 года. Перед новым годом они меняли трубу, Берадзе на них кричал, чтоб не трогали забор. Для предотвращения конфликтных ситуаций в дальнейшем, они считают, что забор следует снести.

Истица ФИО2 поддержав исковые требования, пояснила, что стала собственником квартиры в 1998-1999 годах, забор появился после 2004 года. Забор нарушает её права, так как скорая помощь не могла подъехать к её квартире, не проходит «Камаз» в тыльную часть земельного участка, чтобы вывезти мусор. Поскольку забор существенно ограничил проезд в тыльную часть участка, она полагает, что он должен быть снесен.

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, просили рассматривать дело в их отсутствие. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в их отсутствие. Их представитель адвокат Юркова А.И. возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что порядок пользования земельным участком сложился давно, когда квартиры были муниципальным имуществом. Забор спорный стоял ещё в 1997 году, когда не действовал Жилищный кодекс, определяющий земельный участок в общую долевую собственность собственников квартир, а истицы не были собственниками квартир. По мнению ответчиков, нормы Жилищного кодекса не могут быть применены, так как не имеют обратной силы. В начале 2000 годов Берадзе провели реконструкцию своей квартиры, в 2006 году она была окончена. Забор от квартиры Берадзе стоит на расстоянии 1,2 м., проезд свободный, препятствий для проезда машин не существует, в существующем виде (из кирпича) стоит с 1999-2000 года, до этого был деревянный. Вровень с забором расположен навес к квартире истицы ФИО5, что отражено на представленных фотографиях. Также представитель ответчиков пояснила, что канализация в квартиру истицы ФИО1 проводилась, когда забор уже существовал, она брала разрешение у Берадзе чтобы сделать «прокол» под забором, так как это было для них менее затратно. В 2012 году на общем собрании было закреплено согласие собственников на существование этого забора. В письменных возражениях ответчики указали, что дело подлежит оставлению без рассмотрения, так как не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, не проведено общее собрание по вопросу сноса забора. 

Исследовав представленные доказательства, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований.

Из представленных в дело документов установлено, что ФИО1 является с 2008 года собственником 

<

адрес> по адресу 

<

адрес> (л.д.11,35-36), ФИО6 (л.д.14) – с 1998 года собственником 

<

адрес> (л.д.12,33-34).

Ответчикам Берадзе принадлежит 

<

адрес> (л.д.30-32). Вход в квартиру огорожен забором, выполненным из кирпича (л.д.37).

В 2019 году истица обратились в Администрацию 

<

адрес> по вопросу незаконного возведения ограждения, где им было разъяснено, что земельный участок принадлежит собственникам квартир МКД, вопросы пользования общим имуществом разрешаются в установленном Жилищным кодексом порядке, а в случае споров- судом (л.д.26-27).

Земельный участок №, поставлен на кадастровый учет 08.12.2004 года, вид разрешенного использования – для использования в целях эксплуатации жилого дома, смешанной жилой застройки (л.д.28-29).

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.

В соответствии с ч. 5 ст. 16 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" с момента формирования земельного участка и проведения его государственного кадастрового учета земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, переходит бесплатно в общую долевую собственность собственников помещений в многоквартирном доме.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если земельный участок под многоквартирным домом был сформирован до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации и в отношении его проведен государственный кадастровый учет, право общей долевой собственности на него у собственников помещений в многоквартирном доме считается возникшим в силу закона с момента введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации (ч. 2 ст. 16 Вводного закона). В силу чч. 2 и 5 ст. 16 Вводного закона земельный участок под многоквартирным домом переходит в общую долевую собственность собственников помещений в таком доме бесплатно. Каких-либо актов органов власти о возникновении права общей долевой собственности у собственников помещений в многоквартирном доме не требуется.

Согласно ч. 1, п. 2 ч. 2 ст. 44 ЖК РФ общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме является органом управления многоквартирным домом. К компетенции общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме относится принятие решений о пределах использования земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, в том числе введение ограничений пользования им.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 45 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ N 10/22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Учитывая, что Жилищный кодекс РФ вступил в силу с 1 марта 2005 года, то сформированный к этому времени земельный участок перешел в собственность собственников квартир многоквартирного дома.

Необходимость получать согласие остальных собственников квартир для возведения на общем земельном участке сооружений законодательство закреплена и применяется с 1 марта 2005 года, в связи с чем истцы, в подтверждение доводов своего иска, о необходимости получения согласия, должны представить суду доказательства, что возведение забора происходило после 1 марта 2005 года. 

Свидетель ФИО7 пояснила, что по адресу 

<

адрес>, проживает с 1998 года, фундамент под забор уже имелся, в 1999 году был возведен забор. М-вы прокладывали трубы канализации под забором в 2001 году. Свидетель подтвердила, что в 2012 году было общее собрание, где решался вопрос по поводу крыльца к её квартире и про забор Берадзе.

Свидетель ФИО8, супруга ФИО4, показала, что приходила в дом Берадзе с 1998 года, поселилась постоянно в 20002 году. В марте 1999 года шла стройка, заканчивали забор. Она лично ходила в Администрацию, чтобы получить документ на забор, но ей объяснили, что претензий к нему нет, если соседи согласны, то пусть стоит. Соседи были согласны. В 2012 году проводилось собрание, сохранившаяся часть протокола ими получена у старшего по дому. На собрании все были согласны, чтобы забор узаконить. Забор не мешает проезду машин, так как там расстояние более трех метров до дерева. В тыльной части земельного участка ФИО1 насыпали строительный материал и мусор, поэтому проезда туда нет.

Истцы не опровергли доказательства ответчиков, не представили доказательств о времени строительства забора, сами подтвердили, что он возведен до 2004 года.

В соответствии с представленными доказательствами, забор появился до введения в действие Жилищного кодекса, когда ответчики не были обязаны решать вопрос о возможности установки забора путем проведения общего собрания собственников, поэтому отсутствие решения общего собрания собственников квартир не является основанием для сноса забора.

Спорный забор расположен вдоль 

<

адрес> отражен на ситуационном плане 2012 года (л.д.37), а также фото (л.д.51-56). 

Проход в 

<

адрес> ограничен стенами строений, а также установленным ограждением, выполненным самими собственниками, которое отражено на фото (л.д.52) Канализация в 

<

адрес> выполнена на основании проекта, разработанного в 1999 году (л.д.41-44), проходит под спорным забором.

ФИО1 в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представила доказательств, что забор возведен после прокладки канализации, и создает невозможность обслуживания коммуникации. Из представленных фотографий видно, что пространство между стенами строений лит. «В» и лит. «Б» ФИО1 перекрыла забором, вход осуществляется через калитку во внутренний дворик, в который имеется выход из её квартиры. Иным собственникам доступа туда нет. Забор, установленный истицей, примыкает не к спорному забору, а к пристройке лит. «в9», являющейся частью квартиры Берадзе. Фактические обстоятельства, объективно подтвержденные и отраженные на представленных фотографиях свидетельствуют, что спорный забор не ограничивает возможность доступа к квартире ФИО1 и не нарушает её прав. Что касается обслуживания канализации, то из представленных доказательств следует, что канализация проводилась под существующим забором, поэтому вопросы обслуживания должен был предусмотреть собственник. В то же время, суду не представлено доказательств, что отсутствует техническая возможность обслуживания и ремонта канализации, которая может быть устранена только при демонтаже забора. 

ФИО2 также в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представила суду доказательств нарушения своих прав. Из представленных фотографий видно, что проезд в тыльную часть земельного участка вдоль квартир № 12 и 13 существует, с левой стороны ширина его ограничена забором, возведенным Берадзе, и навесом, сооруженным ФИО2, с правой стороны – растущим деревом, установленными металлическими конструкциями. На фото видно, что в проезде стоит машина. Совокупность представленных доказательств не подтверждает, что у ФИО2 отсутствует объективная необходимость проезда большегрузными машинами в тыльную часть земельного участка и невозможно это сделать по причине существования спорного забора.

Что касается фрагментов протокола общего собрания, то суд их не принимает как надлежащее доказательство ввиду отсутствия полного текста, а также учитывая, что на дату, указанную в протоколе забор уже стоял длительное время, и отсутствуют доказательства, что забор появился после 1 марта 2005 года (дата введения в действие Жилищного кодекса РФ). 

В подтверждение своих требований истцы представили заключение технической экспертизы, выполненное ФИО9 (л.д.15-25). Суд оценил заключение на соответствие ст. ст.85,86 ГПК РФ и пришел к выводу, что как доказательство заключение принято быть не может, так как выполнено специалистом в области строительства, в полномочиях которого оценить прочность и надежность строительных конструкций, высказать мнение о возможности разрушения забора под весом собственных конструкций либо в силу иных причин, а также оценить его соответствие Правилам землепользования и застройки. При этом заключение содержит перечисление законоположений о правах собственниках МКД, специалист делает заключение о нарушении прав заказчиков, при том, что этот вопрос является юридическим и находится в компетенции суда, а не специалиста-строителя, не соответствует поставленном заказчиками вопросу. Что касается взаимного расположения забора и линии самотечной канализации, то нарушение нормативов в этой части были допущены устроителем канализации, а не забора, как установил суд. Вывод эксперта о необходимости сноса забора основан на том, что взаимное расположение канализации и забора не соответствует требованиям Строительных правил. Однако никакими иными доказательствами не подтверждается, что забор негативно влияет на канализацию, проложенную в футляре согласно проекту. 

В письменных возражениях ответчики ставили вопрос об оставлении заявления без рассмотрения ввиду несоблюдения досудебного порядка урегулирования требований, полагая, что перед обращением в суд истцы должны были инициировать общее собрание, и только получив согласие собственников на снос забора обратиться в суд. 

В соответствии со ст. 222 ГПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории дел досудебный порядок урегулирования спора или заявленные требования подлежат рассмотрению в порядке приказного производства.

Для обращения с требованием о защите прав собственника не предусмотрен досудебный порядок урегулирования спора, не соблюдение которого препятствует обращению в суд с иском, поэтому позиция ответной стороны основано на неправильном толковании правовых норм. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Оставить без удовлетворения исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о сносе забора.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Ростовский областной суд через Таганрогский городской суд.

Решение в окончательной форме принято 25 февраля 2020 года.

Председательствующий судья М.В. Иванченко