Судья 1-й инстанции: Бадеев А.В. № 22-4420/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владивосток 03 октября 2025 года

Приморский краевой суд в составе: 

председательствующего судьи Зиновьевой Н.В. 

при ведении протокола помощником судьи Арефьевой Л.В. 

с участием прокурора Рымар Д.С. 

обвиняемой ФИО1 (посредством ВКС) и в ее защиту адвоката Радмаева С.В. 

обвиняемого ФИО2 и в его защиту адвоката Горшкова К.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам обвиняемой ФИО1, ее адвоката Радмаева С.В., а также адвоката Горшкова К.А. в защиту обвиняемого ФИО2 на постановление Ленинского районного суда г. Владивостока от 01 сентября 2025 года, которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженке 

<

адрес>, не судимой, зарегистрированной и до задержания проживающей по адресу: 

<

адрес>, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159, п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ, 

- оставлена без изменения мера пресечения в виде заключения под стражу, срок содержания под стражей продлен с учетом ч. 3 ст. 255 УПК РФ - на 6 месяцев с даты поступления дела в суд, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. 

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу 

<

адрес>, не судимому, зарегистрированному по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, проживающему по адресу: 

<

адрес>, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, 

- оставлена без изменения мера пресечения в виде домашнего ареста с сохранением ранее установленных запретов и ограничений, срок домашнего ареста продлен с учетом ч. 3 ст. 255 УПК РФ - на 6 месяцев с даты поступления дела в суд, то есть до 26.02.2026 года. 

В удовлетворении ходатайств обвиняемых и их защитников об изменении ФИО1 и ФИО2 меры пресечения на более мягкую - отказано.

Этим же постановлением оставлена без изменения мера пресечения в виде домашнего ареста, избранная обвиняемому ФИО8, в отношении которого решение суда не обжалуется.

Заслушав доклад председательствующего, обвиняемых ФИО1, ФИО2, адвокатов Радмаева С.В., Горшкова К.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Рымар Д.С. о законности судебного решения, суд апелляционной инстанции

установил:

Органом предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159, п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ, ФИО2 - в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

12.02.2025 года ФИО1 задержана в качестве подозреваемой и в отношении нее избрана мера пресечения в виде заключения под стражей, сроки которой неоднократно продлевались, вплоть до 04.09.2025 года.

08.10.2024 года ФИО2 задержан в качестве подозреваемого, 10.10.2024 в отношении него избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, сроки которого также неоднократно продлевались, вплоть до 04.09.2025 года.

26.08.2025 года уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2 поступило для рассмотрения в Ленинский районный суд г. Владивостока.

Обжалуемым постановлением от 01.09.2025 года суд сохранил в отношении обвиняемых ранее избранные меры пресечения, продлив, в частности, срок содержания ФИО1 под стражей, а ФИО2 - под домашним арестом, на 6 месяцев с момента поступления дела в суд, то есть до 26.02.2026 года.

В апелляционной жалобе обвиняемая ФИО1 не согласна с постановлением суда, считает его негуманным, так как, указав о том, что предварительное следствие по делу окончено, что она имеет место регистрации и место жительства, характеризуется удовлетворительно, социально адаптирована, не судима, суд не нашел оснований для смягчения ей меры пресечения, сославшись в обоснование принятого решения только на тяжесть инкриминируемых ей преступлений, что противоречит разъяснениям, указанным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 (О мерах пресечения). При этом суд не учел, что обстоятельства, послужившие основанием для ее заключения под стражу, изменились, поскольку все доказательства по делу собраны, показания свидетелей закреплены, обвинительное заключение ей вручено и уголовное дело поступило в суд, а объективных данных о наличии у нее намерений скрыться от суда, не установлено. Полагает, что суд нарушил принцип гуманизма, поскольку не учел, что другие обвиняемые по делу - ФИО8 и ФИО2, которым вменены такие же преступления и которые также не признают вину и дали показания, не противоречащие ее показаниям, находятся под домашним арестом, а она – женщина, уже более 7 месяцев содержится в условиях самой жесткой меры пресечения при отсутствии к тому объективных обстоятельств. Также считает, что в материалах дела отсутствуют сведения, указывающие на то, что избрание в отношении неё более мягкой меры пресечения не обеспечит её надлежащее поведение и явку в суд, напротив судом установлено, что она имеет место жительства и регистрации в квартире, находящейся у нее в собственности, социально адаптирована, имеет юридическое образование и стаж работы в профессии более 20 лет, ранее не судима, положительно характеризуется по месту работы, имеет грамоты и благодарности. Просит постановление суда изменить, избрать ей меру пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий.

В апелляционной жалобе адвокат Радмаев С.В. в защиту обвиняемой ФИО1 также не согласен с решением суда. Указывает, что в нарушение разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 (О мерах пресечения), продлевая ФИО1 срок содержания под стражей, суд сослался лишь на тяжесть инкриминируемых ей преступлений, и предположил, что она может скрыться от органов следствия и суда, а также воспрепятствовать производству по делу и оказать давление на свидетелей, хотя объективных доказательств этому не имеется. Также суд не дал оценку доводам защиты о том, что с октября 2024 года ФИО1 находится в «объективе» органов следствия и сотрудников ФСБ РФ, которые незаконно переместили ее из Москвы во Владивосток, где она постоянно проживает по месту регистрации, до задержания являлась на допросы по уголовному делу в отношении своего гражданского мужа - ФИО2 и своего подчиненного ФИО8, находящихся под домашним арестом, имеет постоянное место работы, трудоустроена начальником юридического отдела в 

<

адрес>», у нее собственная квартира в г. Владивостоке и стойкие социальные связи, она помогает своей дочери. Отмечает, что в ходе следствия все должностные лица Приморского ФИО10 допрошены и повлиять на их показания ФИО1 не может, и фактически она этого не делала и делать не собирается. Считает, что содержание ФИО1 под стражей обусловлено ее позицией по делам, возбужденным в отношении ФИО2 и ФИО8, и что в настоящее время имеются достаточные основания для изменения ей меры пресечения на более мягкую. Также указывает о том, что в нарушение ст. 227 УПК РФ, принимая решение о продлении ФИО1 меры пресечения, суд не провел предварительное слушание и не рассмотрел ходатайства обвиняемой об исключении избыточно предъявленного обвинения и о возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, что могло повлиять на решение вопроса о мере пресечения. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий.

В апелляционной жалобе адвокат Горшков К.А. в защиту ФИО2 указывает, что продлив срок содержания обвиняемого под домашним арестом, суд мотивировал это тем, что обстоятельства, послужившие основанием к избранию данной меры пресечения не изменились, так как ФИО2 обвиняется в совершении тяжких преступлений, а потому он может скрыться, оказать давление на участников судопроизводства, иным путем воспрепятствовать производству по делу. Данный вывод суда является незаконным и не соответствует ст. ст. 107, 110 УПК РФ, так как не подтвержден доказательствами, а основан только на тяжести предъявленного ФИО2 обвинения, при этом другие обстоятельства, в том числе данные о его личности (возрасте, состоянии здоровья, семейном положении, роде занятий) судом не учтены. Указывает, что 14.10.2024 ФИО2 предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 291 УК РФ, вину по которому он не признал, заявил об оговоре себя, ФИО1 и ФИО8 по причине оказанного на него давления со стороны сотрудника УФСБ, о чем писал заявления в следственный отдел и в прокуратуру; 23.07.2025 года ФИО2 предъявлено окончательное обвинение по ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, по которому он также вину не признал, указал, что являлся генеральным директором 

<

адрес>» и законно занимался оказанием юридических услуг. Продлевая обвиняемому срок домашнего ареста, суд не учел, что предварительное следствие по делу окончено, ФИО2 выполнил требования ст. 217 УПК РФ, получил копию обвинительного заключения. Также суд не учел, что в период с октября 2024 года и по февраль 2025 года существование ФИО2 под домашним арестом фактически обеспечивала ФИО1, которая в настоящее время содержится под стражей, в связи с чем, ФИО2 находится в бедственном положении, так как лишен возможности обеспечивать себя и свою несовершеннолетнюю дочь денежными средствами, покупать продукты питания и гасить задолженность по электроэнергии, что в скором времени приведет к отключению дома от электричества и ограничению жизнедеятельности обвиняемого. С учетом изложенного и того, что ФИО2 не скрывался, не угрожал свидетелям, не скрывал доказательства, не судим, характеризуется положительно, имеет постоянное место жительства в 

<

адрес> и стойкие социальные связи (несовершеннолетнего ребенка), полагает, что у суда имелись достаточные основания для изменения ему меры пресечения на более мягкую, в связи с чем, просит постановление суда отменить, меру пресечения ФИО2 изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Письменных возражений на апелляционные жалобы не поступило.

Проверив представленные на проверку материалы, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 255 УПК РФ, суд вправе избирать, изменять и отменять меру пресечения; если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок содержания его под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи. Согласно ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ.

Принимая решение о продлении срока нахождения ФИО2 под домашним арестом, суд первой инстанции строго руководствовался нормами ст. ст. 110, 255 УПК РФ и учитывал, что срок избранной в отношении обвиняемого меры пресечения истекает 04.09.2025 года, рассмотреть уголовное дело по существу до указанного срока не представляется возможным, а достаточных оснований для изменения ФИО2 меры пресечения на более мягкую не имеется, так как он по-прежнему обвиняется в совершении двух умышленных тяжких групповых преступлений, направленных против собственности, за каждое из которых уголовным законом предусмотрена возможность назначения наказания только в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

С учетом изложенного, суд обоснованно пришел к выводу о том, что, не будучи изолированным в жилом помещении, ФИО2 под тяжестью обвинения и возможного уголовного наказания может скрыться от органов следствия, оказать давление на участников судопроизводства либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, в связи с чем, оснований для его освобождения из-под домашнего ареста и снятия установленных ему ранее запретов, не имеется.

В соответствии с действующим законодательством при избрании и продлении меры пресечения в полномочия суда первой и апелляционной инстанций не входит проверка доказанности предъявленного лицу обвинения и оценка имеющихся доказательств, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы защитника о том, что ФИО2 преступлений не совершал, а законно занимался оказанием юридических услуг, не могут быть предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Данные о личности ФИО2, его возрасте, состоянии здоровья, наличии у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка, были известны судье при решении вопроса о продлении срока домашнего ареста обвиняемому. С учетом иных значимых обстоятельств, подлежащих учету при решении вопроса о мере пресечения (ст. 99 УПК РФ), в том числе, тяжести обвинения, суд счел их недостаточными для освобождения ФИО2 из-под домашнего ареста и применения к нему более мягкой меры пресечения.

Доводы жалобы о том, что нахождение ФИО2 под домашним арестом существенно ограничивает жизнедеятельность обвиняемого и лишает его возможности обеспечивать себя денежными средствами и продуктами питания, не являются безусловным основанием для изменения меры пресечения. 

Применение к лицу, обвиняемому в совершении преступлений, определенной меры процессуального принуждения, которая в той или иной степени ограничивает его конституционные права и свободы, зависит от обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ. 

Избранная и действующая в данный момент в отношении ФИО2 мера пресечения в виде домашнего ареста, соответствует характеру и общественной опасности инкриминируемых ему тяжких преступлений, их количеству, а также иным данным о его личности, и, по мнению апелляционного суда, является соразмерной, справедливой и необходимой для рассмотрения настоящего уголовного дела судом в разумные сроки.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 социально адаптирован, до задержания у него имелся заработок, а кроме того у него имеются близкие родственники (мать, дочь ДД.ММ.ГГГГ г.р.), которые при необходимости не лишены возможности оказать ему помощь, в том числе, в приобретении продуктов питания.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о том, что решение суда о продлении срока нахождения ФИО2 под домашним арестом является законным и обоснованным и основания для его отмены или изменения, в том числе по доводам апелляционной жалобы адвоката, отсутствуют.

Вместе с тем, решение суда о необходимости продления на 6 месяцев срока содержания под стражей обвиняемой ФИО1 не может быть признано законным и обоснованным, соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» в судебных решениях о продлении срока содержания под стражей должны быть приведены конкретные и достаточные данные для такого решения, приведены конкретные обстоятельства, обосновывающие необходимость продления срока содержания под стражей, доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств, а также оценка этих обстоятельств и доказательств с изложением мотивов принятого решения.

Эти требования закона в отношении ФИО1 судом в должной мере не учтены.

Принимая решение о необходимости продления срока содержания ФИО1 под стражей, суд сослался лишь на наличие оснований полагать, что в случае изменения меры пресечения на не связанную с заключением под стражу, она может скрыться от суда, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, иным путем воспрепятствовать производству по делу. 

При этом суд указал, что учитывает, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжких преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде длительного лишения свободы. 

Исходя из разъяснения, данного в абз. 2 п. 5 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 года № 41, эти обстоятельства действительно можно использовать в качестве подтверждения того, что лицо может скрыться от предварительного от суда и тем самым воспрепятствовать производству по делу.

Однако, каким образом указанный судом характер преступлений или другие установленные им обстоятельства дела и данные о личности ФИО1, дали достаточные основание для вывода о том, что обвиняемая может оказать давление на участников судопроизводства, круг которых ей известен, в обжалуемом постановлении не приведены. 

Вместе с тем, исходя из требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ, выводы суда о возможности обвиняемой оказать давление на участников судопроизводства, должны быть обоснованными и мотивированными. 

Из позиции Конституционного Суда РФ следует, что по каждому конкретному делу необходимо исходить из всей совокупности фактов, позволяющих определить, может ли обвиняемый в силу своего положения, должностного или фактического, которое он занимал до начала уголовного преследования или сохраняет в настоящее время, оказать какое-либо воздействие на участников уголовного судопроизводства и создать органам следствия или суду препятствия в производстве по делу (постановление Конституционного Суда РФ от 09.11.2018 № 39-П).

Из материалов настоящего уголовного дела усматривается, что ранее в качестве подтверждения вывода о возможности ФИО1 оказать давление на участников судопроизводства, суды, помимо тяжести предъявленного ей обвинения, принимали во внимание тот факт, что на момент совершения инкриминируемых преступлений ФИО1 занимала должность заместителя руководителя Приморского ТУ Росрыболовства, в силу которой она могла оказать воздействие на свидетелей по делу из числа ее подчиненных, которые подлежали установлению и допросу в ходе предварительного расследования. 

Между тем, ФИО1 была уволена с занимаемой должности задолго до вынесения обжалуемого постановления, а к моменту поступления уголовного дела в суд все свидетели, в том числе из числа ее бывших подчиненных, были установлены, допрошены и их показания, а также иные доказательства, которые по версии органов следствия, подтверждают предъявленное ей обвинения, уже были процессуально зафиксированы в материалах дела и указаны в обвинительном заключении, утвержденном прокурором.

Таким образом, вышеприведенные обстоятельства, ранее учитываемые судом при решении вопроса о мере пресечения в отношении ФИО1, фактически утратили значение на момент вынесения обжалуемого постановления.

Отсутствие у ФИО1 гражданства на момент задержания также не являлось основанием для вывода о том, что обвиняемая может оказать давление на участников уголовного судопроизводства. Тем более, что суд установил, что до задержания ФИО1 трудилась в 

<

адрес>», имела регистрацию и место жительства в г. Владивостоке, характеризовалась удовлетворительно и была социально адаптирована.

Таким образом, кроме тяжести предъявленного обвинения, иных обстоятельств или сведений о личности ФИО1, свидетельствующих о сохранении у неё реальной возможности оказать воздействие на участников судопроизводства, суд не установил и в постановлении не привел. 

Между тем, по смыслу закона, тяжесть инкриминированных преступлений, сама по себе, не может являться основанием для длительного содержания обвиняемой под стражей. Кроме того, по истечении времени данное обстоятельство, при отсутствии других объективных данных, вообще теряет свою актуальность. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционных жалоб обвиняемой и ее адвоката и считает, что приведенные судом обстоятельства, касающиеся тяжести инкриминируемых ФИО1 преступлений, в совокупности с ненасильственным характером обвинения, а также сведениями о личности обвиняемой, её возрасте (44 года), образовании (высшее), состоянии здоровья (на учетах у врача нарколога и психиатра не состоит), ее поведении до задержания, трудоустройстве в 

<

адрес> 

<

адрес>», наличия у нее дочери, регистрации и места жительства в 

<

адрес>, при их должной оценке, позволяли суду прийти к выводу о том, что на данной стадии производства по делу предотвращение возможности ФИО1 скрыться от суда, оказать воздействие на участников судопроизводства и иным путем воспрепятствовать производству по делу возможно и при её нахождении под домашним арестом в жилом помещении, где она проживает в качестве собственника, и где при должном контроле со стороны соответствующего органа также будут обеспечены достаточные гарантии надлежащего поведения обвиняемой и ее явка в суд.

Тот факт, что по адресу фактического проживания ФИО1 также исполняется мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО2, не может являться основанием для столь длительного содержания обвиняемой под стражей, тем более, что они являются гражданскими супругами, их позиции по делу не расходятся, а все доказательства, которые, по версии следствия, подтверждают предъявленное им обвинение, уже процессуально закреплены в материалах дела и переданы в суд.

При таких данных, постановление суда первой инстанции в части решения о продлении срока содержания ФИО1 под стражей подлежит изменению, а мера пресечения в отношении неё подлежит изменению на домашний арест на срок, установленный постановлением суда, то есть до 26.02.2026 года, что, по мнению апелляционного суда, на данной стадии производства по делу позволит соблюсти баланс между публичными интересами правосудия и частными интересами обвиняемой.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Радмаева С.В. о нарушении судом требований ст. 227 УПК РФ в связи с непроведением предварительного слушания и нерассмотрением ряда ходатайств защиты, в том числе о возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, не являются предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции при проверке решения о мере пресечения, в связи с чем, они остаются без рассмотрения.

Руководствуясь ст. ст. 107, 110, 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, апелляционный суд

постановил:

Постановление Ленинского районного суда г. Владивостока от 01 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу изменить на домашний арест с исполнением по месту ее фактического проживания: 

<

адрес>, на срок до ДД.ММ.ГГГГ.

На период нахождения под домашним арестом запретить ФИО1:

- общаться с потерпевшими и свидетелями по настоящему уголовному делу;

- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, за исключением судебной корреспонденции; 

- использовать информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» и средства связи, за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб при возникновении чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом и судом, с информированием контролирующего органа о каждом таком звонке.

Контроль за нахождением ФИО1 в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением наложенных на нее запретов возложить на соответствующее подразделение ГУФСИН России по Приморскому краю.

Разъяснить ФИО1, что в случае нарушения меры пресечения в виде домашнего ареста и возложенных на нее запретов, суд по представлению контролирующего органа вправе изменить эту меру пресечения на заключение под стражей.

ФИО1 из-под стражи освободить.

Это же постановление суда в отношении ФИО2 – оставить без изменения.

Апелляционные жалобы обвиняемой ФИО1, адвоката Радмаева С.В. удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката Горшкова К.А. – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течении шести месяцев со дня его вынесения, а обвиняемыми, содержащимся под домашним арестом, - в тот же срок со дня вручения им копии данного постановления, при этом они также вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий: 

Зиновьева Н.В.