№2-636/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 марта 2021 года

Ленинский районный суд г. Пензы

в составе председательствующего судьи Турчака А.А.

при помощнике судьи Доля О.В.

с участием старшего помощника прокурора 

Ленинского района г. Пензы ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Пензе по иску ФИО2 к ПАО «Вымпел-Коммуникации» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ПАО «Вымпел-Коммуникации», указав, что с 28.01.2005 она работала в ПАО «ВымпелКом» на разных должностях на основании трудового договора №01/05 от 28.01.2005. Приказом №14662-к от 21.10.2019 она была уволена с работы в соответствии с п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ, в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора. С 01.07.2016 она была переведена на должность специалиста по поддержке закупок в Направление поддержки закупок по аренде и обслуживанию имущества Центра компетенций по поддержке закупок в городе Екатеринбург на основании приказа №133/3-к от 01.07.2016 с подписанием соглашения о выполнении дистанционной работы в г. Пенза и выдачей оборудования для выполнения работы дистанционно. В указанном ЦКПЗ г. Екатеринбург помимо нее дистанционно трудились еще пять сотрудниц, фактически выполняющие работу с оформлением трудовых отношений в филиалах ПАО "ВымпелКом" г. Саратов (два старших специалиста по поддержке закупок), г. Йошкар-Ола (два специалиста по поддержке закупок) и г. Тольятти (один старший специалист по поддержке закупок). В момент перевода ее на дистанционную работу работодатель нарушил обещание о размере заработной платы, озвученной на собеседовании, ни разу не включил ее в списки приказов для прохождения периодических медицинских осмотров, тогда как коллеги из других филиалов, работающие дистанционно в ЦКПЗ г. Екатеринбург проходили такие медосмотры регулярно, на основании приказов работодателя. В апреле 2019 года она инициировала обращение работодателю с указанием допущенного нарушения при оформлении пяти вышеупомянутых сотрудниц, после чего отдельными сотрудниками работодателя были применены в отношения нее меры преследования, выраженные доведением ситуации до прекращения с ней трудовых отношений. 08.08.2019 в системе отразились переводы/перемещения пяти сотрудниц, работающих до этого в ЦКПЗ г. Екатеринбург дистанционно, в Финансовый блок ОЦО Департамента закупок и поддержки операций г. Ярославль, а ей, одной воспитывающей двух несовершеннолетних детей и имеющей опыт работы без замечаний и нареканий с результатом оценки работодателя 100% и стажем работы более четырнадцати лет в Компании, было направлено уведомление о досрочном прекращении соглашения о дистанционной работе с 20.08.2019 и 21.08.2019 было предъявлено уведомление о том, что, в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора, с 01.11.2019 на основании ст.74 ТК РФ и в соответствии с приказом №24-ст от 05.08.2019г., ее место работы будет в г. Ярославль, занимаемая должность будет в составе Финансовый блок/Обособленное подразделение Объединенный центр обслуживания/Департамент закупок и поддержки операций, а в случае ее отказа, она будет уволена в соответствии с п.1 ч. 7 ст.77 ТК РФ. 21.10.2019г. работодатель издал приказ о расторжении с ней трудовых отношений ссылаясь на п. 1 ч.7 ст. 77 ТК РФ и начал процедуру увольнения, в связи с чем, ей был причинен моральный вред, она получила нравственные и физические страдания, пережила нервный срыв, поскольку одна воспитывает двух несовершеннолетних детей и не может допустить перспективу остаться без средств к существованию. В связи с пережитыми потрясениями с 24.10.2019 по 05.11.2019 она находилась на больничном. С момента получения уведомления неоднократно просила предоставить к ознакомлению выдержки из приказа №24-ст от 05.08.2019г., пояснения о характере структурной реорганизации ЦКПЗ г.Екатеринбурга, т.к. предполагала, что работодатель подменяет статьей 74 ТК РФ процедуру увольнения по сокращению численности или штата (либо ликвидации подразделения), что соответствует ст. 81 ТК РФ и в таком случае предусматривала допущения ущемления ее преимущественных прав, согласно ст. 179 ТК РФ, при переводе/перемещении сотрудников с равными показателями, которые у шестерых, работающих в ЦКПЗ г. Ярославля дистанционно, по оценке работодателя составляют 100%, но она является матерью, одной воспитывающей двух несовершеннолетних детей и, имеет опыт и стаж работы без нареканий и замечаний более четырнадцати лет в данной организации, но ответов не получала. 04.09.2019 она направила работодателю официальное заявление на предоставление документов, относительно ее работы, но получила не все запрашиваемые документы, в их числе ей не предоставили запрашиваемые выдержки из приказа №24-ст от 05.08.2019, который фигурирует в полученном уведомлении. В августе 2019 из ЦКПЗ г. Екатеринбург в ОЦО Департамента закупок и поддержки операций г. Ярославля помимо пяти сотрудниц, выполняющих работу дистанционно, были произведены переводы/перемещения восьми специалистов по поддержке закупок, трудовые отношения с которыми были до этого оформлены в филиале ПАО "ВымпелКом" г. Екатеринбург, трое из которых уволились в дальнейшем по собственному желанию, т.е. появились три вакантные должности. С момента получения уведомления неоднократно запрашивала у работодателя информацию, относительно характера изменений организационных условий труда, условий получения единовременной компенсационной выплаты, фигурирующей в уведомлении и другую, не предоставленную информацию, относительно полученного уведомления для возможности принятия верного решения по предоставлению на него ответа и неоднократно указывала на то, что оставленная не подписанной строка в уведомлении для предоставления ответа о согласии или не согласии с указанными в уведомлении изменениями условий трудового договора не является трактовкой предоставления ею ответа на уведомление, как "Несогласие". 29.10.2019г. она направила работодателю заявление с попыткой досудебного урегулирования сложившейся ситуации, но ответа на него не получила. На попытки предоставления ей к ознакомлению (не соответствующих ее квалификации) вакансий в г. Пенза, она поясняла, что работодатель должен производить данные действия только после получения от сотрудника ответа о несогласии на изменение условий трудового договора, которого она не предоставляла, акт об отказе предоставления ею ответа на уведомление инициирован не был, соглашение к трудовому договору об изменении условий на основании уведомления от 21.08.2019г. ей не предоставлялось.

Своими незаконными действиями ПАО “ВымпелКом” причинило ей моральный вред, который она оценила в 50000 (Пятьдесят тысяч) рублей.

В связи с незаконным увольнением ответчик обязан выплатить ей средний заработок за время вынужденного прогула со дня, следующего за увольнением, до восстановления на работе. По состоянию на день ее обращения в суд с исковым заявлением ответчик обязан выплатить ей 23 105 рублей 45 копеек. За вычетом ранее выплаченного выходного пособия в размере 12 586 рублей 59 копеек, указанного в расчетном листке за октябрь 2019г., к выплате полагается 10518 рублей 86 копеек.

Считала увольнение незаконным, поскольку работодателем были допущены следующие нарушения норм законодательства и ее трудовых прав: 1) не предоставление в установленный законом срок на основании ее заявления от 04.09.2019 копии приказа №24-ст от 05.08.2019 и документов, связанных с начислениями заработной платы; 2) ущемление ее преимущественных прав согласно ст. 179 ТК РФ при переводе/перемещении сотрудников с равными показателями (100%), как матери, одной воспитывающей двух несовершеннолетних детей и имеющей опыт и стаж работы более 14 лет в данной организации; 3) отсутствие возможности ознакомления с приказом №24-ст от 05.08.2019 полагает, что работодателем осуществлена подменена статьей 74 ТК РФ процедуры увольнения по сокращению численности и штата, либо ликвидации организации; 4) нарушение условий применения ст. 74 ТК РФ в части не допущения ухудшения ее положения, как работника, в связи с изменениями условий трудового договора, поскольку с 21.08.2019 по 31.10.2019 условия трудового договора позволяли выполнять ей трудовую функцию в г. Пенза, относясь к ЦКПЗ г. Екатеринбурга, а с 01.11.2019 работодатель не нашел возможности изменить условия трудового договора таким образом, чтобы она могла выполнять трудовую функцию в г. Пензе, относясь к ОЦО Департамента по поддержке закупок г. Ярославль; 5) отсутствие в уведомлении пояснений о возмещении расходов при переезде в другую местность согласно ст. 169 ТК, поскольку работодателем указана только единовременная компенсационная выплата, которая не относится к данному виду расходов; 6) нарушение ст. 74 ТК РФ в части предложения ей вакантных должностей; 7) в связи с отсутствием у работодателя ее согласия на продолжение работы в новых условиях, считает издание 21.10.2019 приказа с применением п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ как основания ее увольнения 31.10.2019, нарушением норм трудовых прав.

На основании изложенного ФИО2 просила суд признать приказ №14662-к от 21.10.2019 о ее увольнении незаконным; восстановить ее на работе в должности специалиста по поддержке закупок; взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе и компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила признать приказ №14662-к от 21.10.2019 о ее увольнении незаконным; восстановить ее на работе в должности специалиста по поддержке закупок; взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе, взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Представитель ответчика ПАО «ВымпелКом» - ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО2 полагала необоснованными и неподлежащими удовлетворению по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск. 

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства, учитывая заключение прокурора, полагавшего, что иск удовлетворению не подлежит, приходит к следующему.

В соответствии с п. 7 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора являются отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть четвертая статьи 74 настоящего Кодекса).

Из ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.

Изменения определенных сторонами условий трудового договора, вводимые в соответствии с настоящей статьей, не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (статья 74 ТК РФ), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 ГПК РФ работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

В соответствии со ст. 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Судом установлено, что истец ФИО2 состояла с 28 января 2005 года в трудовых отношениях с ответчиком ПАО «Вымпел-Коммуникации» на основании трудового договора №01/05 от 28.01.2005, соглашений об изменении условий трудового договора и работала в различных должностях (л.

<

...> 124-128).

Должность ФИО2 на момент ее увольнения – специалист по поддержке закупок, направление поддержки закупок по аренде и обслуживанию имущества в Центре компетенций по поддержке закупок в г.Екатеринбурге (т.1, л.д.78, 116).

В соответствии с соглашениями об изменении определенных сторонами условий трудового договора от 01.07.2016г., 14.08.2016г., от 01.10.2016г. ФИО2 выполняла возложенные на нее трудовые обязанности посредством дистанционной работы вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенные в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя (т.1 л.д.117-119, 121-123, 129-131).

Из п.8 соглашения об изменении определенных сторонами условий трудового договора от 01.10.2016г. работодатель имеет право досрочно прекратить соглашение, уведомив работника по корпоративной электронной почте (или иным доступным работодателю способом) не менее чем за 10 календарных дней до даты досрочного прекращения соглашения. С даты следующей после даты досрочного прекращения соглашения, стороны будут руководствоваться условиями договора.

В соответствии с п.8 соглашения об изменении определенных сторонами условий трудового договора от 01.10.2016г. работодателем в адрес ФИО2 08.08.2019г. было направлено сообщение о досрочном прекращении соглашения 20.08.2019г. Указанное сообщение было получено ФИО2, что не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения дела (т.1, л.д. 35,36).

Приказом №14662-к от 21.10.2019 ФИО2 уволена с 31 октября 2019 года на основании п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора). В качестве документа основания указан приказ №24-ст от 05.08.2019г., уведомление от 21.08.2019г. (т.1,л.д.9). 

С указанным приказом ФИО2 ознакомлена 5 ноября 2019 года (в период с 24.10.2019 по 05.11.2019 лист нетрудоспособности).

31 октября 2019 года ответчиком в адрес истца направлено уведомление об увольнении по пункту 7 ч.1 ст. 77 ТК РФ и о необходимости получения трудовой книжки (т.1 л.д.94).

О прекращении 31.10.2019 трудового договора, заключенного между истицей и ПАО «ВымпелКом», ФИО2 уведомлена телеграммой, которая не была доставлена получателю по причине «квартира закрыта, адресат по извещению за телеграммой не является» (т.1 л.д.94, 95).

Приказом №24-ст от 05.08.2019 "О внесении изменений в организационную структуру ПАО "Вымпел-Коммуникации" внесены изменения в организационную структуру ПАО «Вымпел-Ком»: передать штатные единицы Центра компетенций по поддержке закупок в г. Екатеринбурге, расположенные в городах Екатеринбург, Йошкар-Ола, Пенза, Саратов, Тольятти, Чебоксары, в город Ярославль согласно приложениям №1-6 без изменения трудовой функции работников (т.1 л.д.70-71).

Согласно приложению №5 к приказу №24-ст от 05.08.2019 должность специалиста по поддержке закупок Направления поддержки закупок по аренде и обслуживанию имущества в г.Екатеринбурге, расположенная в г. Пензе передана в г. Ярославль (т.1 л.д.78).

Стороны не оспаривали того факта, что штатная единица занимаемая ФИО2 в г.Пензе была переведена на основании вышеназванного приказа в г.Ярославль. Истец не оспаривала и того факта, что все документы по приему ее на работу, изменению условий труда, перевода, увольнения и иные документы касающиеся ее трудовой деятельности составлялись и визировались должностными лицами имеющими соответствующие полномочия.

Представленные и изученные в судебном заседании документы подтверждают, что в ПАО «Вымпел-Коммуникации» были внесены изменения в организационную структуру ПАО «ВымпелКом», что явилось основанием для уведомления работников об изменении сторонами условий трудового договора по причинам связанным с изменением организационных условий труда, в связи с чем, довод истца о том, что работодателем произведена подмена процедуры по сокращению численности и штата либо ликвидации организации является надуманным.

Довод истца о том, что она не была ознакомлена с приказом №24-ст от 05.08.2019 «О внесении изменений в организационную структуру ПАО «ВымпелКом», основанием для признания её увольнения незаконным не является, поскольку действующее трудовое законодательство не предусматривает обязанность работодателя знакомить работника с приказами о внесении изменений в организационную структуру организации.

Принятие решений об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации и их расстановки относится к исключительной компетенции работодателя, что сторонами не оспаривалось.

Доводы ФИО2 о том, что она не была ознакомлена с документами, связанными с начислением заработной платы, суд так же не принимает во внимание, поскольку между сторонами отсутствует спор по начисленной и выплаченной истице заработной плате.

Судом установлено, что истец ФИО2 в установленный законом срок была уведомлена ответчиком об изменении определенных сторонами условий трудового договора, по причинам связанным с изменениями организационных условий труда.

Так, согласно уведомлению от 21 августа 2019 года полученному истцом 21 августа 2019 года, истец поставлена в известность о том, что в соответствии с приказом №24-ст от 05.08.2019 на основании ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации по причинам, связанным с изменением организационных условий труда в ПАО «Вымпел-Коммуникации» (структурная реорганизация подразделения) условия трудового договора, заключенного с истцом, не могут быть сохранены, с 01 ноября 2019 года должность истца будет в составе Финансового блока/Обособленное подразделение Объединенный центр обслуживания/Департамент закупок и поддержки операций в г. Ярославль, с сохранением должностного оклада, графика работы, трудовой функции, должностных обязанностей и других определенных сторонами условий трудового договора. 

В случае согласия на указанные выше изменения работнику будет выплачена единовременная компенсационная выплата в размере 30 000 рублей.

Из содержания уведомления от 21.08.2019 следует, что если работник согласен с изменениями определенных сторонами условий трудового договора в рамках новой организационной структуры, то с 01.11.2019 работодатель в соответствии со ст.74 ТК РФ изменит трудовой договор №01/05 от 14.08.2017.

В случае не согласия на продолжение работы в новых условиях работодатель в письменной форме будет предлагать ФИО2 другую имеющуюся (при наличии) работу в данной местности (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации истца, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую ФИО2 сможет выполнять с учетом ее состояния здоровья. 

При отсутствии указанной работы или при отказе ФИО2 от предложенной работы 31 октября 2019 года трудовой договор будет расторгнут на основании п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора).

В уведомлении содержится просьба письменного подтверждения об ознакомлении с данным уведомлением и новыми условиями работы, а так же дать письменный ответ.

На уведомлении от 21.08.2019 ФИО2 25 октября 2019 года написала собственноручно «указать «Согласен» или «Не согласен» не готова». Последний абзац указанного уведомления так же содержит указание, что в случае если строка о согласии или не согласии с изменениями условий трудового договора останется незаполненной, то это будет означать, что ФИО2 не согласилась с измененными условиями.

Экземпляр уведомления с мнением по вопросу об изменении определенных сторонами условий трудового договора ФИО2 передала работодателю 30 октября 2019 года, о чем свидетельствует подпись ведущего юрисконсульта ФИО3 (т.1 л.д.10).

Судом принимается во внимание, что вплоть до 30 октября 2019 года строка о согласии или несогласии на изменение условий трудового договора оставалась незаполненной и работодатель имел основания считать, что ФИО2 не имеет желания изменить трудовой договор.

По корпоративной почте 28 октября 2019 года ФИО2 ответчиком было направлено сообщение, что в случае ее согласия о переезде в г.Ярославль к новому месту работы ей необходимо подойти в офис и подписать документы на переезд (т.1 л.д. 40). Получение данного сообщения истица не отрицала.

Истица в судебном заседании утверждала, что она не могла дать определенный ответ о согласии или не согласии с измененными условиями труда, т.к. не понимала возможно ли будет ей работать удаленной без переезда в г.Ярославль, либо такое невозможно. Однако указанное выше сообщение однозначно указывает, что измененные условия трудового договора прямо предусматривают переезд в другой город. В момент передачи уведомления об изменении условий трудового договора в офис ПАО «Вымпел-Коммуникации» ФИО2 имела однозначную информацию о месте нахождения ее рабочего места. 

Из буквального толкования записи на уведомлении от 21.08.2019, сделанной ФИО2 25 октября 2019 года «указать «Согласен» или «Не согласен» не готова» не усматривается, что истца согласна на работу в измененных условиях труда. 

Письменных обращений в адрес работодателя, содержащих согласие ФИО2 на изменение определенных сторонами условий трудового договора не направлялось. Более того, изменение условий трудового договора возможно лишь путем подписания измененного трудового договора или путем подписания дополнительного соглашения к имеющемуся трудовому договору. Однако ФИО2 в офис работодателя не прибыла, свою подпись под документом не поставила, в связи с чем, у работодателя не имелось оснований считать трудовой договор заключенным на условия предложенных работнику.

Таким образом, в срок, указанный в уведомлении об изменении определенных сторонами условий трудового договора, ФИО2 не выразила согласия на замещение должности в организации ответчика, требующую переезда к рабочему месту, которое с 01.11.2019 располагается в г. Ярославле.

Довод ФИО2 о том, что она в период времени с 24 октября 2019 года по 5 ноября 2019 года находилась на больничном, в связи с чем не имела возможности в указанные в уведомлении сроки выразить работодателю свое согласие или несогласие на работу в измененных условиях труда, и ее увольнение является незаконным, судом не принимается во внимание, поскольку с 21.08.2019 (с момента вручения ей уведомления об изменении условий труда) по 24 октября 2019 года (день, открытия листка нетрудоспособности) у нее имелось достаточно времени для того, чтобы определить свою позицию относительно работы в измененных условиях труда, требующих переезда в другую местность. 

Кроме того, нахождение на больничном листе с 24 октября 2019 года по 5 ноября 2019 года не явилось для истицы препятствием для направления работодателю 30 октября 2019 года экземпляра уведомления, где истица написала «указать «Согласен» или «Не согласен» не готова».

Судом так же принимается во внимание, что на вопрос суда, что препятствовало подойти в офис работодателя или иным другим способом получить проект измененного трудового договора, чтобы снять все имеющиеся сомнения, ФИО2 четкого ответа не дала. Из данных истцом в судебном заседаний показаний усматривается, что она все время с момента уведомления об изменении условий труда в августе 2019 и до увольнения предпринимала попытки либо устроиться на вакантную должность в г.Ярославле (имелась там и не связана с реорганизацией), либо изменить трудовой договор на выгодных ей условия, т.е. предусматривающих возможность работать удаленно.

Согласно со ст.81 Трудового кодекса РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске, за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

В силу п. 4 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ к увольнению по инициативе работодателя относится увольнение по основаниям, предусмотренным ст. 71 и ст. 81 Трудового кодекса РФ. 

В свою очередь, увольнение на основании п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ к увольнению по инициативе работодателя законом не отнесено.

Следовательно, требование о запрете увольнения работника в период временной нетрудоспособности, предусмотренное ст. 81 Трудового кодекса РФ на случаи увольнения по п.7 ст.77 ТК РФ не распространяется.

Таким образом, приведенные истцом доводы основаны на неверном толковании норм права, в связи с чем отклоняются судом.

До увольнения истицы ответчиком неоднократно предлагались ФИО2 вакантные должности, от которых она отказалась.

Так, 29 августа 2019 года работодателем ФИО2 предложены имеющиеся у ответчика на тот период времени две вакансии специалиста офиса в группе офисов №57 и группе офисов №1, имеющих место дислокации в г. Пензе (т.1 л.д.81, 82-83).

С указанным предложением о вакантных должностях, имеющихся у работодателя, ФИО2 ознакомлена 29.08.2019, о чем свидетельствует ее подпись, выполненная собственноручно.

20 сентября 2019 года ФИО2 повторно были предложены указанные вакансии специалиста офиса, расположенные в г. Пензе (т.1 л.д.84-85, 86).

Предложение о наличии вакантных должностей от 20.09.2019 было направлено работодателем в адрес ФИО2 посредством почтовой связи заказным письмом с уведомлением о вручении.

Согласно имеющегося в материалах дела уведомления о вручении предложение вакантных должностей от 20.09.2019 было получено ФИО2 1 октября 2019 года (т.1 л.д.88).

29 октября 2019 года ПАО «ВымпелКом» в третий раз направило ФИО2 предложение вакантных должностей, имеющихся у работодателя на тот момент.

По состоянию на 29 октября 2019 года в ПАО «ВымпелКом» имелись две вакантные должности специалиста офиса с расположением в г. Пензе (т.1 л.д.89, 90-91)

Предложение о наличии вакантных должностей от 29.10.2019 было направлено работодателем в адрес ФИО2 посредством почтовой связи заказным письмом с уведомлением о вручении.

Согласно имеющегося в материалах дела уведомления о вручении предложение вакантных должностей от 29.10.2019 было получено ФИО2 2 ноября 2019 года (т.1 л.д.92-93).

ФИО2 в судебном заседании пояснила, что была извещена о наличии вакансий в г.Пензе, но они ее не устраивали и она в принципе не была намерена трудоустраиваться на предлагаемые должности. Ее интересовала лишь занимаемая ей должность по поддержке закупок с возможностью работать удаленно и ничто иное. В штатном расписании какого подразделения эта должность находилась значения для истицы не имело. 

С учетом вышеизложенного, довод истца о том, что ответчиком нарушена ст.74 ТК РФ в части предложения ей вакантных должностей не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Ссылка истца ФИО2 на то, что ответчик не предложил ей к замещению вакантные должности, имеющие место дислокации в других обособленных подразделениях, расположенных в иных регионах с выполнением ею трудовой функции в г.Пензе, судом также не принимается во внимание, исходя из следующего.

В соответствии с положениями статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан предлагать работнику вакансии в других местностях только в том случае, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Как установлено в ходе рассмотрения дела коллективный договор в ПАО «ВымпелКом» не заключался. Трудовым договором, заключенным между сторонами по делу, указанная обязанность ответчика не предусмотрена. Ссылка ФИО2, что ответчиком с иными работниками заключались трудовые договоры на иных условиях судом отклоняется, т.к. это обстоятельство не накладывает на работодателя обязанности заключать трудовые договора со всеми без исключения работниками на одинаковых условиях. Довод истца, что тем самым нарушаются ее права является голословным, т.к. ФИО2 не пояснила, как заключение контракта с другим сотрудником негативно сказалось на ней. 

Доводы ФИО2 о том, что ответчиком предлагались вакантные должности до истечения срока, указанного в уведомлении об изменении определенных сторонами условий трудового договора, суд считает несостоятельными, поскольку указанные действия ответчика не противоречат положениям ТК РФ.

Довод истца о незаконности приказа о ее увольнении по той причине, что он издан работодателем 21.10.2019, то есть до истечения установленного ей в уведомлении об изменении определенных сторонами условий трудового договора по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда срока предоставления согласия или выражения несогласия с новыми условиями труда (до 31.10.2019), суд так же не принимает во внимание, поскольку дата издания приказа об увольнении правового значения не имеет ввиду того, что трудовые отношения с ФИО2 прекращены работодателем после истечения указанного срока (31.10.2019).

Продолжение исполнения трудовой функции после издания приказа об увольнении 21.10.2019 не свидетельствует, что тем самым было получено согласие на изменение условий трудового договора и трудовые отношения продолжились в измененных условиях. Во первых новый контракт предполагал выход на работу в офис в г.Ярославль, а ФИО2 находилась в г.Пензе, а во вторых прежнее соглашение о возможности выполнять работу удаленно вне офиса было работодателем расторгнуто, истицей это не оспорено, в связи с чем у нее не было оснований предполагать наличие такой возможности в новом трудовом договоре.

Право работодателя на расторжение в одностороннем порядке соглашения, содержащего условия о дистанционной работе истца, прямо предусмотрено положениями соглашений об изменении определенных сторонами условий договора от 01.07.2016, 01.10.2016, 14.08.2017, подписанных ФИО2, а также пунктом 4.4 (с учетом пунктов 4.1.3, 4.3.1) Положения «Удаленная работа в рамках BeeFREE», утвержденного исполнительным вице-президентом по управлению персоналом, организационному развитию и поддержке ПАО «Вымпел-Коммуникации». Кроме того, начало осуществления ФИО2 с 20.08.2019 трудовой деятельности непосредственно в офисе компании свидетельствует об её осведомленности о расторжении с ней соглашения о дистанционной работе и принятии ею новых условий труда работы в офисе, а не на дистанционной работе. Ссылка работодателя в уведомлении о расторжении соглашения о дистанционной работе на соглашение от 01.10.2016 при действующем соглашении от 14.08.17 не влечет недействительность указанного уведомления, тем более что содержание соглашений о дистанционной работе от 01.10.2016 аналогично по содержанию соглашению от 14.08.2017.

В иске ФИО2 так же ссылалась на нарушение ответчиком ст.179 ТК РФ, поскольку она является матерью двоих несовершеннолетних детей и имеет преимущественное право на оставление на работе. 

Однако суд полагает, что со стороны ответчика отсутствует нарушение положений ст. 179 ТК РФ, поскольку увольнение ФИО2 произведено по п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ, которая законодателем не отнесена к увольнению по инициативе работодателя, в связи с чем отсутствуют основания для применения ст. 179 ТК РФ.

Доводы истца о том, что в уведомлении об изменении условий договора отсутствуют разъяснения о возмещении расходов на переезд в другую местность, основанием для признания увольнения ФИО2 незаконным не являются, поскольку трудовое законодательство не содержит обязательного указания размера расходов на переезд в другую местность в уведомлении об изменении условий трудового договора.

Кроме того указанное уведомление содержит сведения о размере выплаты компенсации в сумме 30 000 рублей. 

Из предоставленной в материалы дела переписки (не оспаривалась сторонами) следует, что ФИО2 обращалась к работодателю за разъяснением по вопросу компенсационной выплаты. 

На обращение ФИО2 работодателем 27.08.2019г. были даны разъяснения по расходам при переезде на работу в другую местность, которые получены ФИО2 27.08.2019г. (т.2, л.д.71-73). 

Установленные судом вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о выполнении ПАО «Вымпел-Коммуникации» предусмотренных трудовым законодательством гарантий, соблюдении порядка увольнения, доказанности ответчиком того, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием внесения изменений в организационную структуру общества. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что ПАО "Вымпел - Коммуникации" увольнение истца на основании пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации произведено правомерно, в связи с чем у суда нет оснований для признания приказа №14662-к от 21.10.2019 об увольнении истца незаконным и восстановления истца на работе, в связи с чем заявленные исковые требования в части признания незаконным приказа об увольнении и восстановлении на работе удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Из исковых требований ФИО2 следует, что требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и о компенсации морального вреда являются производными от требований о признании приказа об увольнении истца незаконным и его восстановлении на работе.

Учитывая, что незаконность увольнения ФИО2 своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашла, в удовлетворении исковых требований о признании приказа об увольнении незаконным и в восстановлении на работе истцу отказано, то требования истца о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворению также не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ПАО «Вымпел-Коммуникации» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Ленинский районный суд г. Пензы в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 16 марта 2021 года.

Судья А.А. Турчак