Дело № 2-2233 З/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«25» сентября 2018 года, Коломенский городской суд Московской области в составе: председательствующего судьи Коломенского городского суда Московской области Зуйкиной И.М., с участием Коломенского городского прокурора Вольхиной Т.А. и адвокатов Колабанова Р.А., Самсонова А.С., при секретаре судебного заседания Кургиной П.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» о восстановлении на работе, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском, уточненным в ходе судебного разбирательства (л.д. 126-130) к ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе в должности 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ взыскании среднего заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 146592 рублей 42 копеек, компенсации морального вреда в сумме 200000 рублей. 

В обоснование своих требований истица указала и пояснила в судебном заседании, что с ДД.ММ.ГГГГ она была принята на работу в ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» в должности старшей акушерки, а ДД.ММ.ГГГГ на 

<

данные изъяты>

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ она была уволена на основании п.13 ч. 1 ст. 83 ТК РФ в связи с 

<

данные изъяты>

Как пояснила истица, в приговоре суда указывается, что она характеризуется положительно, и не имеется данных о том, что как до совершения преступления, так и после, она оказывала некачественную медицинскую помощь, и в этой связи суд не усмотрел необходимости в назначении дополнительного наказания в виде лишения специального права. На момент издания оспариваемого приказа ее служебное поведение не давало оснований полагать, что ее профессиональная деятельность представляет какую-либо опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних пациентов, кроме того, ее работа не была связана с непосредственными и регулярными контактами с лицами, не достигшими совершеннолетия. Причем в нарушение ч. 2 ст. 83 ТК РФ ее уволили, даже не предложив занять имеющиеся вакансии.

Полагает, что увольнение является незаконным, поскольку ее должностные обязанности не связаны с оказанием медицинской помощи несовершеннолетним.

Представители истца адвокаты Колабанов Р.А., Самсонов А.С., действующие на основании ордеров от 20.09.2018г. (л.д. 123, 124), заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в уточненном исковом заявлении, дополнительно пояснив, что ни в одной из должностных обязанностей, изложенных в трудовом договоре и должностной инструкции, не имеется трудовой функционал истицы с участием несовершеннолетних. Как считают представители, прекращение трудового договора причинило истице существенный моральный вред, она была вынуждена обратиться за медицинской помощью в связи с нервозным состоянием, также истица является единственным кормильцем своих двоих детей, своего жилья не имеет, имеет в найме жилое помещение, за которое образовалась задолженность.

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 32) иск не признал, представил письменные возражения (л.д. 156), доводы которых поддержал в судебном заседании и пояснил, что увольнение истицы было проведено в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, никаких нарушений норм трудового законодательства работодателем допущено не было. ДД.ММ.ГГГГ из Коломенской городской прокуратуры в адрес ответчика поступило письмо, из которого следует, что приговором мирового судьи 83 судебного участка Коломенского судебного района Московской области от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осуждена 

<

данные изъяты>, данное обстоятельство является основанием для прекращения с ней трудового договора по п. 13 ст. 83 ТК РФ. ДД.ММ.ГГГГ истцом в адрес ответчика направлено уведомление о том, что трудовые договоры № от ДД.ММ.ГГГГ и №(с) от ДД.ММ.ГГГГ. будут прекращены по п. 13 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, кроме того, в уведомлении указано, что не имеется другой работы для истицы, которую на могла бы выполнять с учетом ее квалификации, состояния здоровья и распространяемого ограничения на занятие в сфере медицинского обеспечения с участием несовершеннолетних. По мнению представителя ответчика, осуществление истицей профессиональной деятельности в сфере медицинского обеспечения, в том числе несовершеннолетних, недопустимо, поскольку это создает потенциальную опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних пациентов.

В судебном заседании по ходатайству стороны истца попрошена свидетель Свидетель №1, которая показала, что за время работы истицы в ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр», она с несовершеннолетними не работала, в центре оказывается помощь лицам, достигшим 18 лет. ФИО3 осуществляла контроль, организовывала работу среднего и младшего медицинского персонала, свои обязанности выполняла добросовестно.

Коломенский городской прокурор Вольхина Т.А. представила в материалы дела письменное заключение, просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Выслушав участников процесса, показания свидетеля, заслушав заключение прокурора, исследовав материалы дела, и дав им оценку, суд частично удовлетворяет исковые требования по следующим основаниям.

Согласно ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации, далее по тексту «ТК РФ», трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у работодателя.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была принята на работу в ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» на основании трудового договора №, на должность старшей акушерки в ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр», структурное подразделение консультативно-диагностическое отделение, женскую консультацию, с испытательным сроком на 3 месяца (л.д. 52-54).

На основании п. 4.1 договора истице установлен оклад в размере 25080 руб. (л.д. 52 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ с истицей был заключен трудовой договор №(с), в соответствии с которым она была принята на работу, на должность акушерки по внутреннему совместительству на 0,5 ставки (л.д. 55-57).

На основании п. 4.1 договора истице установлен оклад в размере 21286 руб. (л.д. 55 оборот).

Приговором мирового судьи 83 судебного участка Коломенского судебного района Московской области от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты>

Апелляционным определением Коломенского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи 83 судебного участка Коломенского судебного района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, оставлен без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения (л.д. 113-114).

ДД.ММ.ГГГГ Коломенской городской прокуратурой в адрес ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» направлено письмо о принятии мер в отношении истицы (л.д. 63).

Приказом ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» от ДД.ММ.ГГГГ №к ФИО3 была уволена с работы по п. 13 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, в связи с возникновением установленных ТК РФ, иным федеральным законом и исключающих возможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору ограничений на занятие определенными видами трудовой деятельности.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Положения ст. 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по своему соглашению решать вопросы, связанные, в том числе, с возникновением трудовых отношений, не препятствуют установлению в федеральном законе особых правил замещения отдельных должностей, предопределяемых характером трудовой деятельности, ее задачами, принципами организации и осуществления.

Как установлено пунктом 13 части 1 статьи 83 ТК РФ работодатель вправе по собственной инициативе расторгнуть с работником трудовой договор в случае возникновения установленных настоящим Кодексом (ст. ст. 331, 351.1 ТК РФ), иным федеральным законом и исключающих возможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору ограничений на занятие определенными видами трудовой деятельности.

В этой связи следует учитывать, что особая ответственность за сохранение жизни и здоровья несовершеннолетних, а также за их воспитание в условиях, обеспечивающих полноценное психическое, духовное, нравственное и физическое развитие, лежит - помимо родителей, опекунов, попечителей - на лицах, которые реализуют свое конституционное право на выбор рода деятельности и профессии в особой сфере, сопряженной с непосредственными и регулярными контактами с несовершеннолетними.

В силу общего правила ч. 1 ст. 351.1 ТК РФ, введенной в действие с ДД.ММ.ГГГГ на основании Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 387-ФЗ, к трудовой деятельности в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних не допускаются лица, имеющие или имевшие судимость, подвергающиеся или подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконного помещения в психиатрический стационар, клеветы и оскорбления), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, основ конституционного строя и безопасности государства, а также против общественной безопасности.

Вместе с тем, устанавливая особые правила допуска к профессиональной деятельности и ограничивая тем самым право граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, федеральный законодатель обязан находить баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов, соблюдать принципы справедливости, равенства и соразмерности, которые выступают в качестве конституционных критериев оценки законодательного регулирования прав и свобод, используя при этом не чрезмерные, а только необходимые и строго обусловленные конституционно одобряемыми целями меры; при этом ограничения прав и свобод, во всяком случае, не должны посягать на само существо права и приводить к утрате его основного содержания.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности пункта 13 части первой статьи 83, абзаца третьего части второй статьи 331 и статьи 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО1, ФИО2 и других и запросом 

<

адрес> Думы» признаны не соответствующими ст. 19 (части 1 и 2), 37 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации взаимосвязанные положения пункта 13 части 1 статьи 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ в той мере, в какой данные законоположения вводят безусловный и бессрочный запрет на занятие педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних и, соответственно, предполагают безусловное увольнение лиц, имевших судимость (а равно лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по нереабилитирующим основаниям) за совершение иных указанных в данных законоположениях преступлений, кроме тяжких и особо тяжких преступлений, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, не предусматривая при этом необходимость учета вида и степени тяжести совершенного преступления, срока, прошедшего с момента его совершения, формы вины, обстоятельств, характеризующих личность, в том числе поведения лица после совершения преступления, отношения к исполнению трудовых обязанностей, а также иных факторов, позволяющих определить, представляет ли конкретное лицо опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних, чем несоразмерно ограничивают право таких лиц на свободное распоряжение своими способностями к труду и нарушают баланс конституционно значимых ценностей. Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом основанных на этих требованиях правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем Постановлении, - внести в Трудовой кодекс Российской Федерации изменения, направленные на обеспечение баланса конституционно значимых ценностей применительно к ограничениям на занятие педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних для лиц, имеющих или имевших судимость, подвергавшихся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям), в том числе установить, имея при этом в виду приоритет прав и интересов несовершеннолетних как нуждающихся в особой государственной защите, скорректированный с учетом содержащихся в настоящем Постановлении правовых позиций перечень видов преступлений, сам факт совершения которых - вне зависимости от каких бы то ни было обстоятельств - дает основание утверждать, что совершившие такие преступления лица представляют безусловную опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних.

В соответствии с конституционно-правовым смыслом, выраженном судебным органом конституционного контроля в пункте 3 резолютивной части вышеуказанного Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №-П, при применении положений пункта 13 части 1 статьи 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ в отношении лиц, совершивших иные преступления (кроме тяжких и особо тяжких, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности) из числа указанных в этих положениях, при том, что их судимость снята или погашена, либо лиц, уголовное преследование в отношении которых по обвинению в совершении таких преступлений прекращено по нереабилитирующим основаниям, необходимо учитывать факторы, позволяющие оценить возможность осуществления этими лицами профессиональной деятельности, связанной с регулярными и непосредственными контактами с несовершеннолетними, без риска подвергнуть опасности их жизнь, здоровье и нравственность.

Из должностной инструкции старшей акушерки женской консультации консультативно-диагностического отделения ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» следует, что ФИО3 исполняя обязанности старшей акушерки не связана с регулярными и непосредственными контактами с несовершеннолетними. Из указанных должностных обязанностей истицы усматривается, что риска подвергнуть опасности жизнь, здоровье и нравственность несовершеннолетних не существует.

Как показала свидетель Свидетель №1, работающая заведующей консультативно-диагностическим отделением ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» которая показала, что за время работы истицы в ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр», она с несовершеннолетними не контактировала, поскольку отделении оказывается медицинская помощь лицам, достигшим 18 лет. 

У суда не имеется оснований сомневаться в показаниях свидетеля Свидетель №1 её показания не имеют противоречий, подтверждаются материалами дела, последовательны. Данный свидетель был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Доказательств наличия у истицы при выполнении ей должностных обязанностей старшей акушерки регулярных и непосредственных контактов с несовершеннолетними, ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истица осуществляла профессиональную деятельность в лечебном учреждении в сфере медицинского обеспечения исключающими регулярные и непосредственные контакты с несовершеннолетними 

Материалами дела установлено, что в штате ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» предусмотрено 3 должности старшей акушерки в отделении «Акушерский стационар» (для работы в подразделениях, оказывающих стационарную медицинскую помощь) (л.д. 147-151).

Доводы представителя ответчика о том, что поскольку в ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» имеются отделения, в которых находятся новорожденные дети, поэтому истица не может осуществлять свою деятельность, суд считает необоснованными, поскольку как следует из материалов дела профессиональная деятельность истицы в консультативно-диагностическом отделении, в соответствии с её должностной инструкцией исключает регулярные и непосредственные контакты с несовершеннолетними. 

Таким образом, у работодателя не имелось оснований для увольнения истицы, поскольку её деятельность в лечебном учреждении (амбулаторном консультативно-диагностическом отделении) исключает регулярные и непосредственные контакты с несовершеннолетними. 

Увольнение по основаниям пункта 13 части 1 статьи 83 ТК РФ, нарушает право медицинского работника на выбор рода деятельности, так как истица фактически будет в дальнейшем лишена возможности трудоустроиться согласно приобретенному профессиональному образованию даже в организации оказания медицинской помощи взрослому населению, при том, что другой специальности она не имеет. Также из материалов дела следует, что у истицы на иждивении имеются двое несовершеннолетних детей.

По делу также очевидно, что фактическим основанием для прекращения с истицей трудового договора послужило письмо Коломенской городской прокуратуры, которое не связано с ненадлежащим исполнением истицей её должностных обязанностей.

При таких обстоятельствах, исключавших факт непосредственного профессионального контакта истицы с несовершеннолетними пациентами, работодатель не вправе был принимать решение о прекращении с истицей трудового договора именно по п. 13 ч. 1 ст. 83 ТК РФ.

Доказательств нарушений профессиональной деятельности в сфере организации оздоровления несовершеннолетних, их медицинского обеспечения за время работы истицы в должности старшей акушерки, суду не было представлено и по делу не установлено. 

Указанные обстоятельства не согласуются с суждением представителя ответчика, что осуществление истицей профессиональной деятельности представляет опасность для жизни, здоровья несовершеннолетних.

Между тем, ограничения на доступ к осуществлению профессиональной деятельности медицинского обеспечения с участием несовершеннолетних, вводимые федеральным законодателем в целях охраны их жизни, здоровья и нравственности, должны обеспечивать приоритетную защиту прав и законных интересов несовершеннолетних, принимая во внимание их эмоциональную, духовную и интеллектуальную незрелость, но вместе с тем не приводить к несоразмерному ограничению прав и свобод лиц, осуществляющих трудовую деятельность в указанных сферах.

Причем отнюдь не каждое из достаточно широкого перечня видов преступлений, закрепленного в абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ в равной мере может быть содержательно увязано с невозможностью осуществления совершившими их лицами профессиональной деятельности, не предполагающей регулярные и непосредственные контакты с несовершеннолетними, то есть, как это следует из фактических обстоятельств настоящего дела.

Согласно ч. 5 ст. 79 Федерального конституционного закона от ДД.ММ.ГГГГ N 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» позиция Конституционного Суда Российской Федерации относительно того, соответствует ли Конституции Российской Федерации смысл нормативного правового акта или его отдельного положения, придаваемый им правоприменительной практикой, выраженная в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, подлежит учету правоприменительными органами с момента вступления в силу соответствующего Постановления Конституционного Суда Российской Федерации, то есть применительно к рассмотренному спору с ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела следует, что истица работодателем характеризуется исключительно положительно, в настоящее время на иждивении ФИО3 имеются несовершеннолетние дети ДД.ММ.ГГГГ

Данных, которые бы позволяли определить, что истица после привлечения её к уголовной ответственности, представляет опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних, ответчиком суду не представлено и по делу не установлено.

Материалами дела установлено, что на момент увольнения истицы в ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» имелись вакантные должности санитарок 6 ставок,, лифтера 5 ставок, подсобного рабочего 5 ставок, машиниста по стирке и ремонту одежды 2 ставки.

При прекращении трудового договора по п. 13 ст. 83 ТК РФ ответчиком допущено нарушение порядка увольнения. Так, предупредив ДД.ММ.ГГГГ об увольнении по указанному выше основанию, ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» продекларировало об отсутствии вакантных должностей, соответствующих специальности ФИО3 в учреждении, не предложив при этом иные вакантные должности.

Таким образом, суд приходит к выводу, что увольнение ФИО3 из ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» на основании п. 13 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации является незаконным.

Учитывая незаконность увольнения истицы в связи с несоблюдением требований действующего законодательства, руководствуясь положениями ст. 394 ТК РФ суд считает возможным восстановить истицу на прежней работе в ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» в должности старшей акушерки с ДД.ММ.ГГГГ.

При разрешении требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, в соответствии со ст. 139 ТК РФ, Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, п. 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» и исходя требований истицы, взыскивает с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 146 592 рублей 42 копеек (с удержанием из указанной суммы обязательных платежей). При этом суд учитывает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ истица была незаконно лишена возможности трудиться, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не выплачивалась заработная плата, что подтверждается представленной справкой 2-НДФЛ (л.д. 155). 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 2 п. 63 Постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу ст. 21 и ст. 137 ТК РФ вправе удовлетворить требования работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе, и, при нарушении его имущественных прав.

Поскольку материалами дела установлен факт нарушения трудовых прав истицы, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, характер причиненных истице нравственных страданий, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд полагает подлежащей взысканию компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в сумме 195 000 рублей, суд отказывает.

Решение суда в части восстановления ФИО3 на работе и выплаты заработной платы за время вынужденного прогула подлежит немедленному исполнению (статья 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом положений ч. 1 ст. 98, ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пп. 2 п. 2 ст. 333.17, пп. 1 п. 1 ст. 333.19, пп. 8 п. 1 ст. 333.20, пп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками государственной пошлины признаются лица выступающие ответчиками в судах общей юрисдикции, арбитражных судах или по делам, рассматриваемым мировыми судьями, и если при этом решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от уплаты государственной пошлины. С ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в сумме 3965 рублей 92 копейки.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 о восстановлении на работе, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО3 из ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» на основании п. 13 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным и восстановить ФИО3 в должности старшей акушерки ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» в пользу ФИО3 средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 146 592 рубля 42 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, а всего взыскать 151 592 рубля 42 копейки.

В удовлетворении части исковых требований к ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» о взыскании компенсации морального вреда в размере 195 000 рублей, ФИО3 отказать.

Взыскать с ГБУЗ МО «Коломенский перинатальный центр» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 965 рублей 92 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Коломенский городской суд в течение одного месяца, с момента его вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено «01» октября 2018 года.

Судья 

Коломенского городского суда

Московской области И.М. Зуйкина