Дело № 1-25/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Иваново 14 февраля 2019 года

Октябрьский районный суд города Иваново в составе 

председательствующего судьи Вьюгина И.В.,

при секретаре – Гирсовой Д.А., 

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Октябрьского района города Иваново – Кирпичевой В. Ю.,

подсудимого –ФИО1, 

его защитника – адвоката Захаровой Е.Я.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношенииФИО1, 

<

данные изъяты>, судимого:

- 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах:

02.04.2018 в период времени с 02 часов до 9 часов 50 минут ФИО1 находился по месту жительства в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, совместно с сожительницей Б. 

В указанные период времени и месте Б. сообщила ФИО1 о своем намерении покинуть квартиру, уйти к своему знакомому. ФИО1, будучи против, потребовал от Б. остаться в квартире, лечь спать. Б. от своего намерения не отказалась, продолжила собираться, чтобы уйти из квартиры, а также высказывала в адрес Старикова оскорбления, в т.ч. в нецензурной форме. В связи с указанным аморальным поведениям Б. между ней и ФИО1 возник конфликт, в ходе которого у ФИО1 на почве личной неприязни возник преступный умысел на причинение Б. тяжкого вреда здоровью, реализуя который в указанный период времени и месте ФИО1 нанес Б. не менее тридцати ударов руками, ногами и брючным ремнем в область головы, груди, живота и конечностей. 

Умышленными действиями ФИО1 Б. был причинен следующий вред здоровью:

– 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>.

В результате причиненных ФИО1 телесных повреждений Б. скончалась на месте происшествия. 

Причиной смерти Б. явилась закрытая травма груди и живота в виде множественных двусторонних переломов ребер с повреждениями внутренних органов, осложненная травматическим шоком.

ФИО1, умышленно причиняя тяжкий вред здоровью Б., опасный для ее жизни, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти Б., однако, при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия. 

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину признал, в том, что побои наносил, и Б. умерла от его действий.Показал, что 31.03.18 после работы ей позвонил, уточнил все ли нормально. Купил продукты, в т.ч. водку, пришел к ней, А. была пьяна (пила давно с 23 февраля), выпили с ней 20 гр., легли спать, она вставала ночью выпивала. Еще вечером он созвонился с Б.А., который пришел рано утром 1 апреля, А. спала, затем встала, посидели с ней, поговорили, не выпивали, Б.А. ушел. А. пошла спать, он – в магазин, купил еще водки и продуктов и цветы, вернулся. Вечером собирался спать, сидел в майке и трусах, на кухне смотрел телевизор, А. смотрела в комнате. Пришла подруга Л., он открыл дверь, она прошла к А.. Затем А. попросила его съездить с Л., он не хотел, но Л. якобы должна была привезти деньги. Вызвали такси, уехали на другой конец города, он сидел в такси, Л. вышла, пришла, вернулись. Л. с А. опять поговорили о чем то. Л. ушла. Он собирался спать, зашла пьяная А., со словами что «пойдет в гости, что он (Стариков) ей «не может помочь, бестолковый», вынесла из комнаты пакет с синим веществом, он по её просьбе развел его водой, набрал шприц, и подержал ей зеркало, она в шею сделала укол, по её требованию он сделал и себе (в руку), но не почувствовал, пошел спать, она легла на кровать. Он уснул, проснулся от включенного света, А. в открытом шкафу перебирала вещи. У него возникли ассоциации с вечера, спросил её куда она собралась. Она сказала что не его дело, выразилась и нецензурно, он взял её вещи, кинул в шифоньер, она не успокоилась, он стал ей высказывать претензии за 4 года - иногда в квартире бывали посторонние люди (Л. с мужиком, парни), по поводу чего он возмущался, но не препятствовал, т.к. она хозяйка. Знал что если уйдет, то приведет Р., своих друзей, несколько раз она ездила в Москву…

Вытащил из джинс ремень, сперва толкнул её, со словами «ложись спать», она стала брыкаться, он подумал, что она под наркотиками. Начал её толкать, укладывать спать. Она была своенравная, упиралась. Он ремнем несколько раз ударил с одной стороны, обошел и с другой стороны - нанес удары по различным частям тела, беспорядочно, может и руками попадал, истерил, говорил, что «уже драться стали». Она пригрозила не пустить его домой после работы. Затем легли спать, она встала, пошла на кухню, он за ней, она выпила еще, покурила, легли спать. Он проснулся, её рядом не было, подумал ушла, вышел на кухню, она была телом на полу, головой на табуретке, он ничего не подумал, думал что уснула, как всегда напилась. До этих событий у неё на лице были ссадины и на руках кровоподтеки –с ее слов от давления - он думал что ударилась об стол… 

Он взял её подмышки, протащил до кровати, звал её по имени, думал что ей плохо, набрал «112», сообщив что плохо женщине, закинул ей голову, начал делать искусственное дыхание, положив руки на грудь, нажимал несколько раз, делал непрямой массаж сердца. Несколько раз звонил «112», ему говорили что скорая выехала. Он несколько раз подбегал к окну, и к ней, в коридор со словами: «люди помогите!». Скорая приехала, он открывал им дверь подъезда, они сделали ей препараты, но сообщили что она умерла, предложили одеть её, т.к. была в одном платье, он одел ей трусы, носки. Врачи при нем позвонили в полицию, уехали. Пришел участковый (с которым в январе встречался) и другой полицейский. Он ответил на их вопросы. Сфотографировали, осмотрели, с его помощью спустили её в машину. Он вернулся, по пути кого встречал, говорил «А. умерла». 

В семье были проблемы в связи с употреблением ею алкоголя, также приходили непонятные люди, варили наркотики, в это время он уходил жить к С. на 10 дней, потом в феврале помирились... 

Когда её толкал на кровать, может и за волосы хватал, она могла удариться об стенку, она пыталась ударить ногами, он бил ремнем, когда она на кровати встала на четвереньки (на кровати), он толкнул её к стене, встал на колени на кровать и махал ремнем. Бляхой (пряжкой) не бил, зажимал её в кулаке. Нанес не более 15 ударов, ногами не бил. Это было в течение 10-15 минут в районе 5 часов утра. Потом звонил в 112. В квартире были только их телефоны. Вечером звонил в морг, ему сказали, что обширный инфаркт. На следующий день, после того как съездил в морг и отдал паспорт, домой приехали сотрудники полиции, отвезли в следственный комитет. Во время осмотра с К., все показывал и объяснял добровольно. Травму причинить не хотел и её смерти не желал. 

В 2015г. выяснилось, что болен 

<

данные изъяты>, как думает заразился от неё. С ней проживал с 2014 г., иногда уходил. Вину признает полностью, т.к. тяжкий вред (по всей видимости) причинил он, и не оспаривает, что смерть наступила от его ударов. Хотя 32 удара не наносил. Кроме ремня, нанес ударов 5 рукой по телу, не по голове. Она его «завела».

Номера тел: «№» - его, «...№» - Б.. Ранее ей побоев не наносил, драк не было, хотя скандалы по её инициативе были регулярно, она ему наносила побои. Щипки - не помнит, показания С. об этом не оспаривает. Обращение Б. в полицию, что он якобы укусил её за палец – ею выдумано. Жили на его деньги, она не работала, деньги что у неё были, тратила на себя. 

1 апреля такси, как он понял, вызывали с Л. с телефона человека, к которому ехали, но платил он (Стариков) карточкой. Когда с ней уходили, дверь в квартиру закрывал на замок, Б. лежала в постели, пьяная. Когда приехали (домой) около 23 часов, дверь кажется, он открывал, Б. лежала в постели. Он (Стариков) разувался. Л. пробыла минут 15. Б. ничего не поясняла, приходил ли кто к ней во время их отъезда.

На её подушке кровь с её подбородка (была за 2-3 дня). Когда Б. вставала и начинала собираться (ночью), ему было ни к чему насчет повреждений на ней. Бил он её изъятым при задержании ремнем, которым также попадал по стене ( от чего черные полосы) – что бы её напугать демонстративно.

Он толкал её в плечо и руки, а другим боком она упала (на кровать). Во время ударов ремнем она обзывалась, он ей высказывал, громко. В итоге она сказала «хорош, я никуда не пойду». Что ей было больно, не говорила. Он сам перестал бить, ремень бросил в шифоньер. 

Телесные повреждения на ней заметил ниже колен, когда она встала выпивать, на кухне она еще покурила, не жаловалась, что больно. Когда её бил, на ней было платье (что на фото) без нижнего белья. Угомонились к 6 часам. Во время скандала работал телевизор. В магнитофоне играла музыка. 

Показаниям «Е.» и Ц., что музыка была с 4.30 и потом утихла – доверяет. По показаниям «Елисеевой» что был женский голос: «не трогай» - пояснил, что более в квартире никого не было. Когда Л. ушла, он скорее всего закрыл дверь на вертушок, не слышал, чтобы она открывалась, но сон у него не чуткий. «Помогите убивают» - Б. не говорила, но её он не слушал. Он иногда слышал, как соседи из № кв. приходили и свою дверь открывали. 

Изъятые кроссовки – его старые рабочие, они были в ящике, 1-2 апреля их не надевал. Выводы экспертиз не оспаривает, полагает, что следы на теле Б. от ремня. Он был в трусах и майке. Головой Б. могла удариться об стенку. 

<

данные изъяты>, когда делал искусственное дыхание. Носовой платок в ванной не его, может А., кровь у неё была ранее. На площадке Т. (из № кв.) видел. В прихожей двигал флягу, обувь, чтобы не запнулись. Скорой открывал, одевал тапки. Квартиру специально не убирал, только бутылки под раковину. Врачам пояснял, что делал, что её бил не говорил, также и полицейским, они не спрашивали. Платье он задирал спереди и сзади (до пояса), понял, что у неё на ягодице, на пояснице, голенях обеих ног – телесные повреждения. На груди и животе - там не задирали. Когда тащил её из кухни, холодная она не была, подумал - притворилась. 

За волосы хватал несколько раз, бросал на кровать. Б. и он никому не звонили, «другом А.» не представлялся, О. не знает. 1-2.04 спиртное не пил, что в себя вколол не знает, истерил на неё, т.к. подумал, что её обманули, взяв деньги, подсунули что-то вместо наркотика. Следы побоев на нем - могла Б. ударить во время тех событий. Побил её, т.к. она его довела своими гулянками, изменами, с пьяной разговаривать бесполезно, лечиться она не хотела. Во время нанесения побоев не понимал, что причинит тяжкий вред или смерть. В состоянии опьянения не был.

У него инвалидности нет. Когда он хотел предотвратить её уход, она высказывала ему словесные оскорбления, в т.ч. нецензурно, но не сказал бы что это причина побоев. В основном, он хотел предотвратить её уход. Когда выносили её тело, в простыне, не исключено, что она ударялась об спину по ступенькам, и когда погружали, уронили, «бухнули» на твердый снег. 

Черные кроссовки –его, дома, в т.ч. во время конфликта, их не надевал, они рваные. Б. могла их надевать осенью 17г., они лежали в ящике в прихожей или под ним. В протоколе про телефоны написано с его слов, он их выдавал. Следы на стене от мягкой части ремня- не от пряжки. Не оспаривает, что причинил кровоподтеки в мягких тканях груди и живота, т.к. ударял, толкал её, она ударялась об кровать. Не понимал, что мог причинить вред здоровью Б., бил её, т.к. хотел проучить, травм и последствий причинять не хотел. Она любила унижать его при других людях. Причина избиения- словесный конфликт и оскорбления с её стороны, что она делала его крайним, его нежелание её отпускать в этот момент, опасался что приведет «Р.». 

По личному обыску (т.2, 4-8) пояснил, что вечером взял свои вещи, переодевался в следственном комитете. Пояснения гособвинителя, что в протоколе (т.1 л.д.219) ремень совпадает, не оспаривает, но подсудимому он не принадлежит. Свой ремень он выдавал К. отдельно, до отъезда домой за одеждой, без протокола, и поехал домой без ремня. Как этот ремень оказался на нем - ФИО2 (на фото), не знает. Других ремней у него нет. 

Ввиду противоречий на основании ч. 1 ст. 276 УПК РФ оглашены показания ФИО1 подозреваемым от 4.04.18г. (т.2 л.д. 31-45) в части того, что:

- когда она встала (с кровати после ударов ремнем), прошла на кухню, он пошел за ней, увидел подтеки от ремня, она выпивала, покурила, он предложил лечь спать, она его обозвала, он начала переживать, что как она уйдет из дома, скажет, что «Стариков побил» ( л.д. 36)

- ремень, которым он наносил удары Б., изъят следователем, который был продет в джинсы, обычный кожаный ремень с железной бляшкой ( л.д.43)

Также судом просмотрена видеозапись допроса в этих частях. 

С данными показаниями Стариков согласен, выдавал тот ремень, что был в джинсах, но сейчас не тот ремень. По переживаниям, что Б. расскажет, - согласен, могла в полицию позвонить, не пускал, т.к. она была пьяна.

Также оглашен протокол проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 от 06.04.2018, где он дал показания аналогичные вышеприведенным, рассказал и продемонстрировал, как вырвал у нее одежду из рук (когда она высказывала намерения уйти, высказывая в его адрес оскорбительные выражения), взяв руками в область груди, рук, толкнул ее на кровать, она упала спиной, задрав ноги с пола, которыми отмахивалась от него, он взяв её за ноги, продвинул на кровать далее на половину кровати у стены. Она же переместилась на половину кровати ближе ко входу (желая встать), он её не пускал, взял из шкафа ремень, вытащив из джинс, стал наносить лежащей на кровати Б. удары сложенным (вдвое) ремнем. Сначала с одной стороны тела, в т.ч. по бедрам, затем когда она развернулась (к стене) продолжил нанесение ударов ремнем, от чего она защищалась, в т.ч. ногами. Он попадал также ремнем по стене. «Попадал по бокам, кажется, по голове, не помнит, по рукам..». С одной стороны её тела нанес максимум 5 ударов, с другой 7. Когда конфликт закончился, они легли, потом встали, прошли на кухню, она выпила (спиртного), вновь легли, он уснул. Он проснулся, А. на кровати не было, обнаружил ее на кухне, сидящей на коленях на полу, руками на табурете. Он её за подмышки перетащил на кровать, где показал, как делал искусственное дыхание с надавливанием руками на грудь манекена. Вызвал скорую помощь по № «112»… Делал ремнем взмахов 10-12, в течение 3 минут, также хватал её за волосы (когда откидывал её на кровати в направлении стены). (т. 2, л.д. 49-64)

Судом просмотрен диск с видеозаписью следственного действия, сведения в целом соответствуют протоколу.

По указанному Стариков пояснил, что показывал добровольно, протокол соответствует тому, что было на самом деле, изначально надеялся на объективное расследование. События были еще свежие, был «не в себе». Про удары кулаком не спрашивали, сейчас сказал об этом, т.к. никого более не установили, значит сделал он (Стариков). По голове ремнем мог попадать, не кулаком, им только по телу. Думает, что события были позже 2 часов (ночи), придерживается показаний в суде, т.к. и свидетели говорят, что утром. 

Уснул он на внешней стороне кровати. Нажимал ей на грудь, когда положил на кровать. В целом сведения протокола подтверждает с уточнениями в суде. Думает, что ей было больно (когда бил ремнем). Она была пьяна, отмахивалась, потом он сразу извинялся. Когда пошел за ней на кухню, на её ноге был виден синяк. Переживал за их отношения, что она уйдет и будет в синяках. Не давал ей уходить из дома до побоев, после них она не собиралась уходить. 

Также пояснил, что убраться решил, т.к. накопился мусор, в т.ч. ватки и шприцы. Вред здоровью Б. причинять не собирался, ногами на тело и конечности не давил. Понимает, что обвинение признает частично. Когда в 23 часа приехал, она сказала, что «ей плохо», как он понял, нужно было принять наркотик. Чтобы кто-либо её избил, она не жаловалась. Повреждения на теле (в области груди и живота) могли образоваться от его ударов руками (когда хлестал ремнем, мог попасть), а также от массажа сердца. Специально руками по телу не бил. Виновным в смерти признает, умерла от того, что он совершил, как рассказывал. 

По ходатайству защиты также было оглашено заявление Старикова от 4.04.18г., в котором после разъяснения ему положений ст. 51 Конституции РФ он указал, что 2 числа (т.е. апреля) в 2 часа ночи она стала собираться, на его вопрос пояснила, что к какому то Р., он пытался её отговорить, но она не слушала, стала его нецензурно оскорблять и унижать, и чтобы её не выпустить, Стариков повалил её на кровать, и своим брючным ремнем стал наносить удары (не менее 10) по её ногам и телу, от чего она закрывалась, в 5 утра они уснули, проснувшись он обнаружил её на кухне и вызвал скорую медпомощь, раскаивается, убивать её не хотел, хотел остановить, чтобы не ушла из дома. (т.2 л.д.29-30) В судебном заседании обстоятельства написания заявления и изложенные им в нём сведения подсудимым не оспаривались.

Данное заявление в части нанесения ударов ремнем согласуется с последующей позицией ФИО2 на следствии и показаниями в суде, за исключением дополненных пояснений о манипуляциях по проведению «непрямого массажа сердца» путем надавливания на грудную клетку.

Несмотря на частичное признание подсудимого его виновность достаточно подтверждается следующими доказательствами.

Свидетель К.И. показал, что является участковым полиции Октябрьского РОВД. В марте- апреле 18г. был в следственно оперативной группе (СОГ), днем (до обеда) от врача скорой медпомощи поступило сообщение, что на 

<

адрес> скончалась женщина, куда прибыли с П.А.. Дверь открыл её сожитель ФИО1 - был с похмелья, видно что вечером выпивал, врачей уже не было. Он пояснил, что она употребляла спиртное, вечером пошли спать, утром обнаружил её на кухне на полу без признаков жизни. К.И. осмотрел труп, выявил незначительные телесные повреждения. В квартире был порядок, чистота, что было необычно, под раковиной были бутылки из-под водки, труп вынесли направив в морг. Труп лежал на диване (на спине, в коричневой легкой сорочке, трусах, был накрыт одеялом), куда со слов Старикова он её перенес, цель чего не пояснил. На ощупь труп был холодный, небольшое окоченение. Были царапины (ссадины), синяки (небольшие) на теле (груди, ногах, животе, на ребрах) – в районе туловища около десяти, на лице не было, крови не было. Эти телесные повреждения не связывал с причиной смерти. По цвету они сливались с трупными пятнами. Сорочку до шеи поднимал. Также уточнял у дежурного, с его слов врачи также криминального не заметили. 

В квартире более никого не было, следов беспорядка не было, ранее (когда там бывал) беспорядок был. Одежда не была повреждена. Б. стояла на учете в РОВД как «условница». Были вызовы с её стороны, по поводу скандалов, подробностей общения с подсудимым по этому поводу не помнит. Стариков не говорил, что с ней случилось, вел себя на эмоциях, признавался ей в любви. На вопрос откуда синяки, ничего не пояснял, также как и про её болезнь. Говорил только что выпивали. О том, чтобы он или Б. выходили из квартиры не говорил. Кроме составления акта осмотра квартиры (т.1, 42-44), делал фотографии на свой телефон, и фототаблицу к акту, копию паспорта Б. (рукописную). Все документы отдал дежурному РОВД. В акте, где Стариков расписывался, все отражено верно, только время К.И. перепутал, т.к. Стариков мешал, было позже на 2 часа. Дата 02 апреля –согласен.

Признаков насилия не было, он (К.И.) определился в причине смерти –от длительного употребления спиртного. В то же время в его компетенцию не входит определение значительности телесных повреждений, влекущих смерть. П.А. тоже криминального не заметил. 

Свидетель П.А.. показал, что является оперуполномоченным Октябрьского РОВД, с К.И. в марте – апреле был в дежурной СОГ. Ближе к обеду по сообщению проследовали на 

<

адрес> (2 этаж), где была мертвая женщина. Когда поднимались, слышал рев мужчины. Дверь была приоткрыта, их встретил Стариков, со слов которого распивали с сожительницей спиртное, он заснул и когда проснулся, то обнаружил её в полусидящем - полулежащем положении на кухне рядом со столом, перенес её на кровать, вызвал скорую помощь, врачи которой зафиксировали её смерть. Он постоянно ревел, сожалел, что всё так случилось, что её не уберег. Участковый осмотрел тело, вызвали машину, отнесли тело в неё, отправили в морг. П.А. видел вначале труп, но не осматривал. Кроме ФИО2 в квартире никого не было, он был в подвыпившем алкогольном опьянении. У него телесных повреждений не видел. С его (ФИО2) слов выпивали спиртное за день до этого, он проснулся этим утром, пытался реанимировать её, в т.ч давил на грудную клетку. На кухне ничего подозрительного, крови, следов борьбы П.А. не нашел, была грязная посуда. Фотографировал общими ракурсами, в т.ч. труп (в т.1, лд. 42-44), на телефон, потом «перекинул» на телефон К.И.. На трупе были незначительные ссадины (которые явно не свидетельствовали об увечьях, побоях), синяков, крови не видел, одежда была не порвана. Трупных пятен не заметил. Сделали вывод что случай не криминальный, связывались с дежурным. Подумал, что умерла по состоянию здоровья, возможно от алкоголя. Со слов Старикова он никуда не уезжал, никто не приходил, они с Б. были вдвоем. Он предъявил её паспорт. Хотя и ревел, участковому он не мешал, сидел. Осмотр был после 12 часов, 2.04.18г.

Ввиду противоречий оглашены показания свидетеля на следствии (т.1 л.д. 181) о том, что труп Б. лежал на разложенном диване, прикрыт одеялом. К.И. осмотрел тело, сам П.А. внимательно тело Б. не осматривал, но внешне на ней имелись гематомы, в частности на ногах, - 

которые подтвердил, но больше доверился участковому, что криминального нет, сам П.А. подумал, что она могла удариться. 

Свидетель г.. показал, что проживает по 

<

адрес> с женой З., по соседству с подсудимым. В конце марта 18г. в понедельник проснулся в 7.45 час., стал собираться на работу. За стенкой (разделяющей комнаты квартир) у соседей звучал громкий взволнованный эмоциональный мужской голос - догадывался, что соседа ФИО2, т.к. был знаком, раньше его слышал. Резанула слух просьба мужским голосом «убей меня!», ответа не было. Удивило, что отсутствовал женский голос, ранее обычно была обоюдная ругань, скандалы, и они выясняли отношения, примерно раз в месяц. В 16.30 в подъезде была полиция (трое в форме) по поводу убийства. Его жена ушла раньше в 6.45, он еще спал. ФИО2 видел 2-3 раза. У них (соседей) периодически бывала музыка, по поводу чего его жена делала им замечания. Коридор квартир как в малосемейке, когда кто-то ходит, слышно. От громких звуков просыпаются. Они (Г. с женой) легли спать в 00 час. В № кв. дверь слышно как открывается, в ту ночь и утро не слышал открывания. Кв. № – торцевая. Жена общается с соседками (из 80 кв.), от неё слышал, что якобы Стариков убил. ФИО2 пьяным не видел. 

Оглашенные показания (т.1 – 162) о том, что события были утром ДД.ММ.ГГГГ, подтвердил. 

Г.А. (ранее З.)показала, что ФИО2 знает, как соседа из № кв. за стенкой, где он проживал с Б.. С ними не общались, только она (Г.) однажды делала им замечание (за шум после 12 час), он послушал. В ночь с 1 на 2 апреля ничего не слышала. Утром 2.04. в 4 утра за стенкой услышала крики, голос подсудимого – мужской, который слышала и ранее, он около 5 минут звал имя «А.!», более ничего, другого голоса в этот раз не слышала, хотя ранее он был всегда. Она проснулась от этого голоса, далее около 4.30 час всё утихло, она уснула. В 5.30 она встала от будильника, собиралась на работу, было тихо, подумала «вот люди не дают спать». Ушла в 6.30, в № кв. дверь была заперта, шума не было. В коридоре всего 5 квартир. В соседних квартирахслышимость хорошая, разговор слышен. В № кв. ссоры были раза 2 в месяц. Постоянно был женский голос на повышенных тонах, который объяснял, доказывал, ответы были не на повышенных, мужской (на повышенных) никогда не слышала, только в тот раз. До 12 час. ночи, и вечером было тихо. Открытие- закрытие двери той квартиры слышно, в тот раз не слышала. По коридору ночью утром, не слышала, чтобы кто-то ходил. Она (Г.А.) пришла в 14 час., испугалась, т.к. когда шла по коридору, и заходила в свою квартиру, из № кв. вышел мужской силуэт, говорил «А. пришла» и «А. убили!», это был подсудимый, ходил по коридору. Б. более не видела, от соседки из № кв. знает, что была убита. Последний раз слышала её голос во время скандала в середине марта. ФИО2 в алкогольном опьянении не встречала. 

Ввиду противоречий оглашены показания свидетеля на следствии (т. 1 - 167), в части того, что последний раз она видела А. в декабре 2017 года…, телесных повреждений на ней не видела. Примерно 3-4 раза в месяц Б. со своим молодым человеком за стенкой в кв. № выясняли отношения, ругались, были слышны только их голоса, речь при этом была неразборчива. Звуков чего то падающего – не слышала. Последний раз такая ругать была в марте 18 г. 

- которые давала подтверждает. Т. из № кв. с ней работает, с ее слов знает, что А. убили. Вспомнила также, что ходила (после работы) в ремонт обуви, сосед был еще в квартире, и когда обратно шла в 14.30 час. видела его с каким-то мужчиной, выходящим из подъезда.

Т. показала, что подсудимый знаком как сосед из № кв., где он жил с А., у них общий коридор. Её (Т.) квартира №, через одну с ними. Бывало, ранее А. били молодые люди, когда с О. стала жить, ничего особенного не было. 2 апреля 18г. О выбежал из квартиры около 12 часов, со словами «А. умерла», Т. ему : «наверное бредишь», он: «нет, умерла». Врачи скорой уходили по коридору. Причину он не сказал. Пока закрывала дверь, видела что в прихожей своей квартиры он стал обувь поправлять, переставлял ботинки. Одет он был в домашней одежде. Нервничал, сам не верил, пьяным не был. В ночь с 1 на 2 апреля шумы, крики, ничего необычного, в т.ч. в коридоре, не слышала, у неё в квартире две двери. Сотрудники полиции приходили опрашивать на 2й -3й день. Они (Стариков с Б.) дружили с Т. из № кв., выпивали по праздникам, иногда у них играла музыка. 

Свидетель под псевдонимом «Е.» показала, что проживает на 

<

адрес> (на 3 этаже), подсудимого не знает, но примерно его представляет, он жил с женщиной А. этажом ниже, она выше, в том же крыле (справа, что и кв. №). С 2017г слышала звуки громких разговоров, ссор, раз месяц и чаще, бывали шумные веселья. На их поведение были жалобы жителей, она (Е.) также вызывала полицию ввиду громкой музыки ночью, не уверена, что полиция приезжала, когда соседи вызывали, дверь там не открывали. Слышимость высокая. Если обычный разговор, то слышно нечеткое бубнение. Когда громко- можно различить женщину и мужчину. От соседей известно, что А. подвергалась избиениям сожителем. Сама слышала, но значения не придавала. С 1 на 2 апреля 18г. ранним утром (в период 4.30-6.30 часов) из этой 82 кв. её разбудила громкая музыка, голоса стали повышаться, были слышны знакомые мужской и женский голоса, ссора скандал, звуки драки – удары по телу, и звуки, которые человек издает, которого бьют (пыхтение, уханье). Была фраза низким голосом «помогите, убивают». Звуки были минут 10-15. 

Далее заиграла музыка, часам к 8-9 всё стихло. Потом в 10-11 час. она пошла на работу, из двери крыла коридора, где № кв., выглянул низкий коренастый мужчина (ранее его не видела), спросил сигарету, она проигнорировала, прошла мимо. По возвращении с работы, кто-то ей сказал о смерти женщины из № кв., и, якобы, причастен сожитель. 

Постоянно она слышала 2 знакомых голоса если громко говорят, слышала ли ранее такой низкий голос, - затрудняется ответить, это было рано, старалась уснуть, голоса звучали хаотично. По её ощущениям, на которых она основывается, необычный низкий голос был параллельно обычному мужскому голосу. 

Чужих голосов конкретно не слышала, был бубнеж, перешедший в знакомые голоса, ссору, потом была драка. Параллельно с низким голосом женский не слышала, перед дракой слышала обычный голос женский с фразой «не трогай!» - достаточно громко, расслышала. По её ощущениям в это время музыки не было, она стихла во время скандала и драки, потом включилась. 

Мужчину, который жил в кв. № видела с улицы, когда он смотрел в окно, запомнила только общие черты, показался высоким, по лицу- худощавым, тот кто выглянул (из коридора), другой человек. 

С. показала, что с подсудимым знакома с начала 2000-хг.г. через своего бывшего сожителя Б.А.. С Б., с которой дружила, познакомила ФИО2, который жил с ней лет пять в её (Б.) квартире. А. не работала, Стариков работал, платил за квартиру, жили они нормально. Б. сильно и стабильно пила, О пил редко, как муж был хороший, по характеру мягкий, спокойный, драк не было. Был как то инцидент, когда он мылся, а А. в пьяном состоянии выключила ему колонку, также она его по пьяни обзывала, О не реагировал, успокаивал её. Как то в её присутствии он А. ущипнул за ляжку, что бы бил её, не было. Она жаловалась ей, что О не дает ей выпивать. Видела, что ФИО2 забирали 3 апреля, со слов сотрудников по подозрению в связи с убийством А., которую она видела последний раз в феврале 18г. 

Со Стариковым она (С.) общалась вечером 2.04.18г. около 20 часов. В их квартире света не было, около 16 часов, когда пришла с работы, она позвонила ему, он был на «Станционной», подошла туда, съездили к «

<

данные изъяты>», вернулись, прошли на 

<

адрес>, с его слов он «А. не уберег», что у неё был обширный инфаркт сердца, плакал. Также сказал, что когда А. еще была жива, 1.04 в их квартире была Л.. До обеда 2 апреля, когда она (С.) пошла на работу, он позвонил ей (на тел. № «..№») просил открыть дверь, сказал, что «А. умерла, легли в 5 утра (она была жива), всё было хорошо, проснулся в 9 утра, её рядом с ним на диване нет, вышел на кухню, она лежит на полу, он начала её будить, она не встает, стал делать искусственное дыхание, руками нажимал на грудь, она в себя не пришла, положил её на диван, мертвая ли была - не понял, вызвал скорую, ехала долго». Когда звонил, плакал, был ли он в опьянении, не поняла, про телесные повреждения, кровь не говорил. Говорил, что скорая приехала и её забрали в морг. 

У Б. были проблемы со здоровьем, поднималась резко температура, болели суставы, пила корвалол. Они любили весело гулять. Сначала С. ему не поверила, подумала, что прикалывается. Но он не говорил, что она жаловалась на здоровье, говорил, что выпивала 1 апреля, т.к. в гости Л. приходила. О родных Б. точно не знает, в квартиру кто-то приходит. Была на похоронах 20.04, за госсчет. 

В январе Стариков ночевал у неё (С.), т.к. Б. его выгнала, через неделю они помирились. В состоянии опьянения она была конфликтная, обзывалась, критиковала. ФИО2 пьяным видела редко, он менялся в лучшую сторону, был веселый, не напивался, трезвый - посерьезнее. Шума из их квартиры не слышала, но соседи жаловались на громкую музыку, либо А. могла кому-нибудь нагрубить. 

Ввиду противоречий оглашены показания свидетеля на следствии (т.1 л.д.195 ) о том, что около 4 лет назад А. стала проживать с мужчиной по имени О. Юрьевич Стариков, которого С. знает с 2004 года, он друг её бывшего сожителя Б.А. с ним они вместе отбывали наказание. Когда С. купила квартиру на 

<

адрес>, она все еще проживала с Б.А.. У них в гостях Б. и ФИО1 и познакомились. ФИО3 характеризует как нормального, работающего мужчину, в конфликты при ней не лез, работал на фабрике, обеспечивал А., платил за ее квартиру. О часто приходил вместе с А. к ней в гости, иногда приходил один, когда они с А. ругались. Ругались они редко, но в период ссор О предпочитал заходить и оставаться у неё (С.). Она спрашивала его, почему он не идет домой, но он не хотел идти, а на вопросы С. А. только ругалась на него, называя его неприличными словами. 

В последний раз О из-за ссоры с А. оставался у неё в конце января – начале февраля, неделю, потом некоторое время жил в своей съемной комнате на «Сортировке», перед тем, как они в феврале снова помирились и стали вновь жить вместе. О часто на А. ругался, говорил ей, что ей хватит пить. Она на его замечания не реагировала, говорила ему отстать от неё. Иногда, дважды при С., когда он возвращался с работы и заставал ее в состоянии алкогольного опьянения, он ее с силой щипал за ягодицы. Два раза С. видела, что он давал ей подзатрещины, из-за того, что она называла его оскорбительными словами. А. в ссорах могла «подзадоривать» О, например, когда он возвращался с работы, она, находясь в состоянии алкогольного опьянения, могла его спросить с издевкой «с кем сегодня переспал?», он на это тоже высказывался на нее грубой бранью….

02.04.2018 С. находилась на работе, около 12 часов ей позвонил О, сказал, что «А. умерла». Что именно случилось, он не сказал. Сказал, что он около 8 – 8.30 часов утра 02.04.2018 проснулся и не обнаружил ее рядом с собой на кровати, нашел ее на кухне на полу, после чего перенес ее на кровать. С его слов, он не мог понять, что с ней случилось, но стал делать ей искусственное дыхание. Как он С. потом днем показывал, он делал толчки двумя руками ей в грудь и искусственное дыхание рот в рот. Стариков еще ей сказал, что около 5 утра она была жива, они вместе выпивали.

С. сначала не могла поверить в смерть А., по несвязному голосу О она поняла, что он был пьян. Они с ним несколько раз созванивались 02.04.2018, она пыталась выяснить у него что все-таки случилось. Возвращалась она с работы ДД.ММ.ГГГГ около 20-21 часа, О она встретила на 

<

адрес> у офиса компании «БыстроДеньги». Он был сильно пьян, ходил по улице и кричал: «Почему я ее не уберег!», -

на что С. пояснила, что показания давала, немного не такие. Не подтверждает, что в 5 утра выпивали, и что когда его встретила, он был в сильном опьянении. С остальными показаниями согласна. Из следственного комитета вызывала такси, торопилась уйти, писали не то что С. говорила, 2й раз не стала читать, но следователь её не ограничивал в ознакомлении с протоколом. Подписи и почерк её. 

Б.А. показал, что подсудимый Стариков знаком. 2.04.18г ему (свидетелю) позвонила С., сообщила о смерти А., с которой жил О. Его видел последний раз 1.04, когда приходил к нему в 7 утра домой на 

<

адрес> (на 2 этаже), поздравить с праздником («Вербное Воскресенье»), А. спала, с ним поговорили, не выпивали, она вышла поздоровались, минут 20 с ними посидела, он около 9 час пошел домой. Ссоры между ними не было. А. была в халате, синяков, ссадин на ней не было – в глаза не бросалось, крови не видел; на ФИО2 тоже. Стариков по характеру обыкновенный, бывает эмоциональный, выпивал с ним 2-3 раза, пошутит, посмеется. Стариков был рад, что общается А.. При нем они не ругались. Со слов С.- у Ани что-то с сердцем случилось. Звонил Старикову 2 апреля, он был в панике, истерике говорил «Любовь всей жизни умерла». Приезжал к нему около 15 часов на 

<

адрес>, в подъезде поговорили, с его слов она дома утром умерла. Толком (подробности) не сказал, предположений что кто-либо её мог убить не высказывал. Был ли С. в алкогольном опьянении - не обратил внимания, он был в свитере.

О.Н.. показала, что работает терапевтом поликлиники 2 (на 

<

адрес>). Подсудимого не знает. Как то весной 18 г. на её номер телефона (.. №) среди ночи были звонки. Первый мужским голосом «я друг А.», она сбросила, потом был еще звонок и она телефон отключила. Её это удивило, тот номер (..№) знаком ей не был, подумала, что могла кому то из пациентов оставить свой номер, бывает вызывают на прием. 

<

адрес> её участок. Б. – не помнит. О какой № шла речь - не знает. Во время звонков была на 

<

адрес>, там качество связи плохое. Свой телефон следователю выемкой (т.3 л.д.75-79) выдавала, функция «голосовая почта» ей не знакома. В осмотре телефона ( т.3 – 80-92) участвовала. Объяснить наличие сведений о соединениях не может. 

О.С. показал, что покупал телефон «Нокиа» жене 5 лет назад и симкартуаб. № «...№». Б. и Стариков им не знакомы. В 

<

адрес>) связь плохая. 

С.В.. показал, что является участковым полиции Октябрьского РОВД, подсудимого не знает, Как-то в начале 18 г. во время его дежурства в СОГ, в кабинет обратилась женщина Б., по поводу того, что её за палец укусил сожитель, находясь в алкогольном опьянении, было принято заявление, он (С.) взял с ней объяснение, позвонил сожителю, с его слов она всё выдумала, сказал, что он явится после работы. Далее по материалу С. не работал. Были ли на ней повреждения, не помнит. Комментарии подсудимого ФИО2, что это было 11.01. и потом его (ФИО2) уже опрашивал К.И., не оспаривает. 

На основании ч.1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству гособвинителя с согласия защиты оглашены показания свидетелей:

- Ц. от 10.09.2018, что проживает в 

<

адрес>, около 1,5 лет. До апреля 2018 года в их подъезде часто замечала шум, громкие крики и музыку, даже ночами. Слышимость в их доме достаточно хорошая, поэтому по звуку можно определить с какой стороны доносится шум. Звуки музыки в ночное время и шум обычно доносились снизу, с правой стороны. Квартира Ц. располагается на третьем этаже в правом от лестницы крыле, таким образом, до апреля 2018 года громкая музыка и крики доносились из квартиры на втором этаже, располагающейся в правом крыле со входом из коридора прямо, т.е. из самой крайней квартиры, нумерацию которой не знает. В указанной квартире до апреля 2018 года проживала девушка на вид 35 лет. По предъявленной свидетелю фотографии из электронной базы «Российский паспорт» на имя Б., она узнала жительницу той квартиры, характеризует её как злоупотребляющую спиртным, не помнит, чтобы когда-либо видела Б. трезвой.

О смерти Б. Ц. узнала от сотрудников полиции, в первых числах апреля 2018 года, когда в подъезде сотрудники полиции проводили поквартирный обход, и ее спрашивали по поводу необычного, крика, шума в подъезде. Тогда она сотруднику полиции рассказала, что в ночь с воскресенья на понедельник перед его приходом слышала около 4-6 часов утра звуки музыки из той квартиры – Б., а также голоса женский и мужской голоса. Со стороны квартиры Б. к тому времени достаточно часто в ночное время или ранним утром доносились такие звуки: сначала включалась музыка, потом чаще всего раздавался женский крик, как будто она начинала скандалить с кем-то, женские крики обычно были слышны 20 минут, затем обычно начинал звучать мужской голос, который ругался в ответ. Иногда мужской и женский голоса в ходе этих скандалов звучали одновременно. Иногда в ходе этих скандалов были слышны звуки падающих предметов.

В ту ночь скандал развивался также: сначала слышала громкую музыку, которая ее разбудила, затем женский и мужской голос - те же, что Ц. слышала из этой квартиры ранее. По ходу этого скандала было слышно, как что-то падало или звуки, похожие на удары. Также слышала, как после этих звуков женщина кричала, звук даже был похож на визг. Спустя какое-то время скандал там прекратился, музыка также утихла. Ц. тогда не придала этому скандалу большого значения, поскольку скандалы и крики до этого доносились из квартиры Б. достаточно часто. Звуки падающих предметов или звуки, похожие на звуки ударов, Ц. также неоднократно слышала, поэтому о произошедшем никуда и не сообщала, а только рассказала сотруднику полиции спустя 1-2 дня после этого - 03.04.2018, и тот скандал, был в ночь с 1 на 2 апреля 2018 года.

Мужчину, с которым проживала Б., а также ФИО1 - на предъявленной ей в ходе допроса фотографии, - свидетель никогда не видела. Она только через перекрытия слышала голос мужчины, проживавшего с Б.. На часы, когда слышала скандал, а затем визг женщины из квартиры снизу в ту ночь не смотрела, указала время по своим ощущениям, на улице в это время начинало светать. (т. 3, л.д. 169-172)

- Ч., что она проживает в 

<

адрес>, во втором подъезде, на втором этаже, в правом крыле, где также квартира № №, в которой несколько последних лет проживала пара: девушка А. с мужчиной, имя которого не знает. По предъявленной распечатке фотографий из базы данных СПО СК АС «Российский паспорт» в это связи узнала Б. и С.О.ЮБ. Как соседей не может их охарактеризовать положительно, были достаточно беспокойными, злоупотребляли спиртными напитками, т.к. видела их в состоянии опьянения (с шаткой походкой, запахом алкоголя изо рта, невнятной речью), причем в разное время суток: и утром и вечером. Не видела, чтобы в их квартире собирались компании, в том числе для совместного распития спиртного, они дома выпивали только вдвоем. Если из их квартиры и доносился шум, то его создавали сами Б. и Стариков.

Около 1,5 лет назад, слышала какой-то конфликт между Стариковым и Б.. Ч. тогда находилась дома и услышала из подъезда шум и крики: слышала голос Б., ФИО2 и еще один или два мужских голоса. Стариков в грубой форме требовал от другого мужчины, чей голос был Ч. не знаком, выйти с ним на улицу. И по голосам поняла, что после этого мужчины действительно вышли на улицу, через некоторое время шум и крики снова стали слышны из кв.№, но голоса были только Б. и ФИО2. Стариков кричал на Б., а она на него, при этом оба употребляли нецензурную брань. Со слов соседей Ч. известно, что Стариков сильно ревновал Б. к ее знакомым мужчинам, на этой почве у них и произошел этот конфликт. 

По тому времени, когда Ч. сама видела ФИО2 и Б. вместе, может сказать, что Стариков в состоянии опьянения мог быть достаточно агрессивен, в том числе и по отношению к Б., но на людях, т.е. на улице, или в магазине, когда Ч. видела их, он всегда очень нежно обращался к ней, называл «А.», а она часто вела себя по отношению к нему очень холодно, так сказать «дулась» на него, как будто была обижена за что-то.

В 2017 году на её замечание, чтобы Стариков не ругался матом, в общественном месте, он замолчал. Стариков и Б. иногда ходили в гости к Т. в кв. №, иногда Т. с мужем также ходили в гости к Б.. Они вместе распивали спиртные напитки. В ночь с воскресения 01.04.2018 на понедельник 02.04.2018 Ч. с семьей находилась дома, спали и ночью ничего подозрительного не слышали. (т. 3, л.д. 160-164)

На основании ч.1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству защиты с согласия гособвинителя оглашены показания свидетелей:

- Ш. - врача ОБУЗ «Станция скорой медицинской помощи». 02.04.2018 в составе выездной бригады с Г.Н. по вызову, поступившему примерно в 11:30 по адресу: 

<

адрес>, к женщине, «без сознания», приехали по адресу. Их встретил муж этой женщины, пояснивший, что обнаружил жену на полу на кухне (около 11 час), перенес ее в комнату на кровать, и вызвал скорую помощь. При осмотре тела женщины дыхание у нее отсутствовало, сердцебиение и пульс на центральных артериях отсутствовали, зрачки на свет не реагировали, в связи с чем была констатирована её смерть. На теле женщины Ш. заметила множественные гематомы. Мужчина сообщил им, что его жена 

<

данные изъяты>, потребляла наркотики. Собранные сведения, полученные от мужчины, результаты выезда внесены в карту вызова. - № 118 от 02.04.2018 г., изложенные сведения в которой верны. Выезд с 11:50 до 12:15, кв. № к Б.. В квартире на момент выезда в квартире никого, кроме указанного мужчины не было, в каком состоянии он находился, не помнит. Предлагали ли ему вызвать полицию, не помнит. В полицию сообщала Г.Н.. (т. 3, л.д. 195-197)

- Л.Ф., что в одном с ней подъезде проживала женщина по имени А., - в квартире № (на третьем этаже). Квартира свидетеля на 2 этаже. А. характеризует нейтрально, здоровалась, ничего плохого ей не делала, один или два раза она заходила к свидетелю, просила её мужа купить «фанфуриков», А. часто употребляла спиртное, периодически видела в пьяном виде. Вместе с А. проживал мужчина по имени О (его называли «

<

данные изъяты>»), которого свидетель никогда пьяным не видела, он постоянно ходил на работу, часто встречался в 6-7 часов утра. Об отношениях между ними не скажет. Когда они проходили мимо свидетеля, вели они себя спокойно. О А. называл всегда «А.». 

В начале апреля 2018 года Л. работала, в один из первых дней, около 14 час. пошла в больницу к своему мужу, в подъезде встретила О, он кричал в подъезде, плакал. На её вопрос, сказал, что «А. убили». Она пошла с ним в их квартиру, посмотреть труп, пробыла там пару секунд, трупа не было, сразу вышла, какая там была обстановка, и его словам, - не придала значение. Каких-либо шумов в ночь с 1 на 2 апреля 2018 года она не слышала, спала. Последний раз А. живой она видела зимой (в конце 2017 - начале 2018 года). (т. 1, л.д. 188-190)

- К.Р.,, что проживает по 

<

адрес>. Соседей по подъезду знает хорошо. В квартире №, примерно года 3, может больше, проживали женщина А. с гражданским мужем по имени О, которого А. официально зарегистрировала его по месту жительства. Сама А. нигде не работала, обеспечивал её О. На протяжении нескольких лет А. злоупотребляла спиртными напитками, её часто можно было увидеть в состоянии опьянения. На протяжении последнего года, К.Р. иногда её видела в каком-то неадекватном состоянии, … каким-то пустым взглядом смотрела в сторону. 

О с К. здоровался, его пьяным она видела редко. Как ей известно, ранее одно время он работал копальщиком могил, где работал в последнее время, - не знает. За квартиру А. платил О. На работу уходил О, когда работал на кладбище, около 6 часов утра, возвращался примерно к 14 часам. 

О практически постоянно проживал последние 3 года у А., исключение составляло время, когда они ссорились, А. выгоняла его и не пускала его домой по неделе. Ссорились А. с О периодически. Летом, когда окна оставались открытыми, К.Р. всегда слышала, когда они ссорились, поскольку работает сторожем в детском саду, напротив дома, прямо напротив их окон. Когда они ссорились, то они оба кричали друг на друга, оба вели себя грубо. Когда К.Р. видела О пьяным, хоть это было и не часто, то он казался человеком, не вполне контролирующим себя, проявляющим агрессию. О фактах применения О насилия лично ей ничего неизвестно. Не замечала у А. телесных повреждений, с ней на эту тему не разговаривала. Один раз осенью 2017 года она видела, как к ним в квартиру приходил сотрудник полиции, по поводу чего не знает... 1.04.2018 К.Р. весь день находилась дома, но о том, что могло происходить у А. и О сказать не может. 

Около 12 часов 02.04.2018, когда К.Р. вышла к соседке в квартиру №, увидела в подъезде О, он был сильно взволнован, был без одежды, только в трусах, жаловался на то, что долго не едет скорая помощь, которую он вызвал А., что А. умирает. Его поведение в этот момент было не вполне адекватное. Потом приехали сотрудники полиции, которые О забрали с собой. Что случилось не знает. (т. 1, л.д. 191-194)

Также были оглашены иные письменные доказательства:

- сообщение о происшествии от 02.04.2018 - в 12:11 в дежурную часть ОМВД России по Октябрьскому району г. Иваново поступило сообщение от сотрудницы станции скорой медицинской помощи Г.Н. о том, что по адресу: 

<

адрес> констатирована смерть Б., 

<

данные изъяты> лет. (т. 1, л.д. 41)

- копия карты вызова скорой медицинской помощи №118 от 02.04.2018, согласно которой по телефону «112» 02.04.2018 в 11 часов 32 минуты поступил вызов по адресу: 

<

адрес> Б. Повод - «без сознания». Приезд в 11.50. Зафиксирована смерть «до приезда». Со слов мужа обнаружил её около 11 часов на кухне на полу без сознания, перенес на кровать. По всему телу видны гематомы. На локтевых сгибах, запястьях следы от инъекций. (т. 1, л.д. 88)

- по сведениям приобщенного сообщения комитета ЗАГС Ивановской области от 4.02.19г. имеются сведения о регистрации факта смерти 2.04.2018г. Б., ДД.ММ.ГГГГ г.р. 

- протокол осмотра места происшествия от 03.04.2018 (с согласия ФИО1 и с его участием), 

<

адрес>, в ходе которого изъяты: 

<

данные изъяты>. Приложена фототаблица (т. 1, л.д. 15-37)

- протокол осмотра трупа от 04.04.2018, в помещении ОБУЗ БСМЭ с участием судебно-медицинского эксперта В., специалиста П. произведен осмотр трупа Б.:, на туловище и конечностях которого обнаружены множественные кровоподтеки, часть из которых с рельефным изображением. В ходе осмотра произведено дактилоскопирование трупа Б. путем прокатки пальцев рук на фрагменты бумаги в виде дактилокарты. Приложена фототаблица (т. 1, л.д. 74-82)

Заключение медицинской судебной экспертизы трупа Б. №47/595 от 02.05.2018, (с приложением акта судмедосвидетельствования), согласно которому Б. был причинен следующий вред здоровью:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Степень выраженности воспалительной реакции указывает на то, что давность всех вышеописанных повреждений не менее нескольких часов и не более суток до наступления смерти.

Определить последовательность образования повреждений не представляется возможным.

Причиной смерти Б. явилась 

<

данные изъяты>.

Выраженность трупных явлений на момент начала исследования трупа (3.04.2018 в 10-00) указывает на то, что давность наступления смерти в пределах трех суток до начала исследования.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи из трупа Б. этиловый спирт обнаружен в количестве 4,6 промилле. Данная концентрация соответствует сильной степени алкогольного опьянения.

Возможность совершения активных целенаправленных действий с имеющимися травмами не исключается. Определить временной интервал периода сохранения возможности передвижения не представляется возможным.

Определить позу пострадавшей в момент получения травм не представляется возможным. Положение трупа изменялось при транспортировке и исследовании.

Множественность воздействий исключает возможность образования травм при падении. (т. 1, л.д. 94-100)

- заключение дополнительной медицинской судебной экспертизы № 66/595 от 29.05.2018, согласно выводам которого образование множественных кровоподтеков на конечностях и лице Б. соответствует механизму, показанному ФИО1 (в ходе проверки показаний на месте) в части характера (удары ремнем) и не соответствует в части количества воздействий.

Образование 

<

данные изъяты> при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе проверки показаний на месте исключается. (т. 1, л.д. 156-160)

В судебном заседании судебно-медицинский эксперт В. также показал, что в заключении № 47/595 под фразой «не менее нескольких часов» следует понимать, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В ходе экспертизы № 66/595 им был изучен диск с записью (проверки показаний ФИО2), исключил, т.к. подозреваемый не показал механизма образования травмы груди и живота. 

При этом непрямой массаж сердца в качестве реанимационных мероприятий делают человеку, находящемуся в состоянии клинической смерти или агональном состоянии, при которых кровообращение необратимо нарушено, в этом случае кровоизлияния под плеврой в легких и их тканях не образуется, в данном случае таковые были. Также имели место воздействия ограниченных предметов в область передней и боковых поверхностей (грудной клетки), о которых подсудимый не говорит. Т.е при экспертизе рассмотрена совокупность внешних и внутренних повреждений в области груди и живота. Также образование прямых переломов ребер при воздействии на грудину исключается; имели место воздействия твердого предмета с ограниченной поверхностью в области, отличной от области грудины. Прямой перелом образуется в месте приложения силы при ударе твердого предмета, в данной ситуации с ограниченной поверхностью.

Посмертных повреждений на трупе не обнаружено, что вытекает из абзаца после пп.1.3 заключения СМЭ № 47/595, где указано время причинения повреждений, в т.ч. кровоподтеков, - т.е. все прижизненные. 

- протокол выемки от 04.04.2018, согласно которому у судебно-медицинского эксперта В. в ОБУЗ БСМЭ Ивановской области изъят оптический диск с фотографиями трупа Б., которые осмотрены протоколом от 31.05.2018 г, с приложением фототаблицы, на которой изображены части туловища трупа и конечностей с множественными кровоподтеками. (т. 1, л.д. 67-72, 73, 254-257). Данный диск также просмотрен в судебном заседании. 

- в ходе личного обыска С.О.ЮВ., проведенного следователем К., при его задержании 3.04.18г., с участием защитника С., о\у Б.Д., были изъяты джинсы (с ремнем черного цвета), ключи от квартиры (2 связки, свитер, футболка), о чем приложена фототаблица, со сведениями об упаковке в пакеты, с оттисками печати следственного отдела, подписями участвующих лиц (в т.ч. защитника). (т.2,л.д. 4-8)

Заключение медико-криминалистической судебной экспертизы № 102 от 29.05.2018, согласно которому возможность причинения повреждений на трупе Б. изображенных на цифровых фотографиях DSC 01888 (тыльная поверхность правой кисти), DSC 01904 (часть туловища), DSC 01905 (часть туловища), DSC 01906 (часть туловища), где выявлена мозаичная структура кровоподтеков, - от воздействия подошвы кроссовок, представленных на экспертизу (т.е. изъятых при осмотре квартиры, у С.О.ЮВ.), а равно другого предмета, имеющего аналогичный рельеф, не исключается. Приложены фотографии обуви, в т.ч. подошвы кроссовок, с выявлением их морфологических особенностей (в трехмерном сканировании), и рисунки сопоставления кровоподтеков с рельефом подошвы кроссовок. (т. 1, л.д. 121-130)

- протоколами от 3 и 4 апреля 2018г. у ФИО1 получены образцы отпечатков пальцев рук и ладоней, и крови (т.1 л.д.84,86). Согласно заявлениям (т.2 л.д.2,3) ФИО1 не возражал против проведения данных действий без участия защитника.

- протоколом от 12.11.18г. у ФИО1 получены образцы буккального эпителия (т. 3, 205) 

- по заключению дактилоскопической судебной экспертизы № 29 от 06.04.2018, на одной из кружек с ручкой, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес>, обнаружены следы пальцев рук, которые оставлены ФИО1 (т. 1, л.д. 111-115)

- заключение медицинской вещественных доказательств (биологической) судебной экспертизы № 262 от 27.04.2018, согласно выводам которого кровь Б., и ФИО1, одногруппна но системе АВ0 и относится к А? группе. На изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес>, и представленных на исследование: трех вырезах ковролина (в пятнах объектов №№5-10), носовом платке (в пятнах объектов №№11-14), двух наволочках (в пятнах объектов №№15-20), халате фиолетового цвета (в пятнах объектов №№21,22) и махровом халате (в пятнах объектов №№23,24) обнаружена кровь человека А? группы, что не исключает возможного происхождения крови на указанных вещественных доказательствах ни от Б., ни от ФИО1, имеющих данную группу крови. 

На четырех окурках, представленных на исследование обнаружена слюна.

При определении групповой принадлежности слюны:

- на окурке сигареты с оттиском «Rothmans» (в пятнах объекта №1) выявлен антиген В, следовательно слюна на данном окурке произойти от человека или нескольких лиц в выделениях которого или которых содержится антиген В, то есть имеющего (имеющих) В? группу, что исключает происхождение слюны на этом окурке от Б. и ФИО1, ввиду иной их групповой принадлежности. 

- на окурках сигарет с оттиском «WINSTON» (в пятнах объекта №2), с оттиском «Ява» (в пятнах объекта №3) и с оттиском «BOND» (в пятнах объекта №4) выявлен антиген А. Полученный результат исследования позволяет сделать предположение, что слюна на этих окурках могла произойти от человека или нескольких лип, в выделениях которого или которых содержится антиген А, то есть имеющего (имеющих) А? группу, что не позволяет исключить возможную принадлежность слюны на указанных окурках Б. или ФИО1, имеющим данную группу. 

(т. 1, л.д. 136-141)

- согласнозаключению молекулярно-генетической судебной экспертизы № 727 от 26.11.2018 на представленных на исследование кроссовках ФИО1 (объекты №№727-1, 727-2, 727-3, 727-4) обнаружен пот.

Из биологических следов на правой кроссовке: на язычке - объект № 727-1, на стельке — объект № 727-3; на левой кроссовке: на язычке - объект № 727-2, на стельке-объект № 727-4 и из образца буккального эпителия ФИО1 (объект № 727-5) получены препараты ДНК. Установлено:

2.Препарат ДНК, выделенный из биологических следов на язычке правой кроссовки (объект № 727-1), представляет собой смесь более двух индивидуальных ДНК (мужских и женских).

Однако, учитывая сложный характер смешения этих следов и низкий уровень сигнала части из выявленных при типировании аутосомной ДНК аллелей, полученный результат может свидетельствовать о присутствии в данных следах на язычке правой кроссовки, генетического материала от нескольких лиц, его неустранимой контаминации (загрязнения) биологическим материалом от иных лиц.

Для полноты исследования и конкретизации вывода о принадлежности мужского компонента смеси ДНК проводилось типирование препарата ДНК № 727-1 с использованием специальной системы, предназначенной для типирования мужской ДНК.

При типировании мужской ДНК Y-хромосомы препарата ДНК, полученного из объекта № 727-1 (правая кроссовка язычок) выявлено, что данный препарат ДНК происходит от нескольких мужчин.

В мужском компоненте препарата ДНК, полученного из биологических следов на язычке правой кроссовки (объект № 727-1) прослеживаются доминирующий и минорный компоненты, различающиеся количественным содержанием.

Гаплотип доминирующей ДНК Y-хромосомы в препарате, полученном из биологических следов язычке правой кроссовки (объект № 727-1) совпадает с гаплотипом ФИО1 Это указывает на то, что доминирующий генетический материал мужского компонента в биологических следах, обнаруженных на язычке правой кроссовки, мог произойти от ФИО1 (в смешении с биологическим материалом от другого (других) мужчины (мужчин)).

Расчетная [условная] вероятность совпадения доминирующего гаплотипа на язычке правой кроссовки и гаплотипа ФИО1,составляет не менее 99,956% (по результатам исследования ДНК Y-хромосомы).

Генетический материал минорного компонента мужского генетического пола в биологических следах, обнаруженных на язычке правой кроссовки прослеживается лишь в части локусов, поэтому высказаться о его принадлежности какому-либо конкретному лицу не представляется возможным.

Таким образом, можно предположить, что в препарате ДНК, выделенном из биологических следов на язычке правой кроссовки (объект № 727-1) присутствует генетический материал ФИО1 в смешении с генетическим материалом от еще нескольких человек мужского и женского генетического пола.

(т. 3, л.д. 209-228)

- заключение медицинской судебной экспертизы в отношении С.О.ЮВ. № 803 от 04.04.2018, согласно которому у С.О.ЮВ. имеются 

<

данные изъяты> 

(т. 1, л.д. 106-107)

- протокол осмотра предметов от 27.05.2018, в ходе которого осмотрены в т.ч.:

– изъятые 03.04.2018 по адресу: 

<

адрес>: кроссовки мужские черного цвета на шнурках, халат желто-белого цвета, женский халат фиолетового цвета, носовой платок, 6 вырезов с ковролина, две наволочки красного цвета, четыре окурка сигарет; две рюмки; две кружки;

– изъятые 03.04.2018 при личном обыске ФИО1: кожаный черный ремень из джинсов (с пряжкой по форме близкой к квадратной, из белого металла). Отражено, что при соприкосновении ремня из джинсов ФИО1 в ходе осмотра с листом белой бумаги с незначительным усилием, на поверхности листа образуется след в виде штриха.

Приложена фототаблица с изображением предметов. (т. 1, л.д. 204-227)

Кроссовки мужские черного цвета на шнурках, ремень из джинсов черный осмотрены в судебном заседании.

Относительно ремня подсудимый пояснил, что скорее всего не этот, его не выдавал. т.к. он не по размеру и пряжка другая, на том была полукруглая; кроссовки, те что изъяты. 

По пояснениям гособвинителя по всей длине подошвы кроссовок имеются углубления в виде шестигранника, с уменьшением размера к задней части подошвы, указан размер - 44, длина стельки 28 см. По пояснениям защитника: вся их подошва стерта, выступов не имеет. 

Протокол освидетельствования ФИО1 от 12.11.2018, согласно которому длина его стопы составляет 27 см, соответствует 42-43 размеру обуви. Со слов ФИО2, он носит обувь 43 размера. (т. 3, л.д. 265-266)

Протоколом от 10.08.2018 г. осмотрены: 

1) детализация телефонных соединений по абонентскому номеру № (зарегистрированного на Е., сим-карта находилась в телефоне ФИО1):

- последнее соединение 01.04.2018 осуществлялось в 10:42 (исходящий звонок на телефон №) длительностью 10 секунд, после чего следующее зафиксировано в 11:23 час. 02.04.2018 – исходящее по «№ 112» (служба спасения), и до 11.53 час. 9 соединений с № (по мнению суда телефон аналогичный службе спасения в полном формате с кодом региона). В 12.10 и 12.18 звонок на номер.. № (С.)

Также отражено, что в течение 01.04.2018 и вплоть до 13:31 02.04.2018 совершались через базовую станцию, находящуюся по адресу: 

<

адрес> азимутом соединений 90градусов. Следователем в ходе осмотра на изготовленную с использованием программного обеспечения «2GISv.3.16.3» масштабную карту г. Иваново нанесены сведения о секторе места нахождения мобильного телефона ФИО1 в указанный период времени согласно приведенным сведениям о месте расположения базовой станций и азимуте (направление центра сектора раскрытия антенны, отсчитывающееся по часовой стрелке от направления на Север. Ширина сектора 65 градусов). Полученная схема местности с нанесенным на нее сектором места нахождения мобильного телефона ФИО1 приложена к протоколу. 

<

адрес> располагается в пределах данного сектора.

Сведений о вызовах, на номера диспетчерских служб такси, в течение 01.04.2018 и 02.04.2018 детализация соединений по номеру ФИО1 не содержит. Такой вызов в службу такси зафиксирован 03.04.2018 в 13:06 по телефону №

2) детализация телефонных соединений по номеру № (Б.) 

Отражены сведения о следующих соединениях:

01.04.2018 с 20:33 по 02.04.2018 02:01 – 4 звонка на № (который также фигурирует в соединениях ФИО2 за 1.04.18г.) 

02.04.2018 г :

с 02:09 по 02:22 - 5 исходящих звонков, 08:39 и 08:41 2 исходящих звонка на №(О.Н.)

- 02.04.2018 в 02:12 и в 02:24 - 2 исходящих звонка на № ;

-в 02:26 на № №

- в04:19 и 05:05 2 звонка на №

- два звонка за 03.04.2018 г. 

Все указанные соединения совершались через базовую станцию, находящуюся по адресу: 

<

адрес> азимутом соединений 90гр. 

Впределах данного сектора находится 

<

адрес>. Сведений о вызовах, на номера диспетчерских служб такси, в течение 01.04.2018 и 02.04.2018 следователем не отражено. Приложены распечатки соединений в виде таблиц и схемы (т. 3, л.д. 42-51, 54-55)

Протоколом выемки от 24.08.2018 г. у свидетеля О.Н. изъят принадлежащий ей мобильный телефон «Nokia», который далее протоколом осмотрен, в списке контактов абонентского номера № не обнаружено. Обнаружены сведения об одном пропущенном звонке с этого номера 02.04.2018 в 02:11:45, а также текстовые сообщения с 02:15:15 по 02:22:57 и в 08:42:38 о наличии сообщений (голосовой почты) (т. 3, л.д. 75-79, 80-92)

Протокол осмотра предметов от 26.05.2018, согласно которому осмотрены мобильные телефоны (ФИО1 и Б.), изъятые 03.04.2018 в ходе осмотра места происшествия по адресу 

<

адрес>:

1) мобильный телефон SAMSUNG: GT-E1200R» (в корпусе черного цвета). Путем введения комбинации «*110*10#» установлен абонентский номер обнаруженной в телефоне сим-карты – №.

2) мобильный телефон «SAMSUNG: GT-S5310 (в корпусе серого цвета), обнаружена сим-карта с цветографическим обозначением оператора сотовой связи «Билайн». Установлен абонентский сим-карты – №. (т. 1, л.д. 230-249)

- протоколом от 07.09.2018 осмотрендом 

<

адрес> многоквартирный, кирпичный, имеет 

<

данные изъяты>.

В ходе осмотра установлено, что 

<

адрес> располагается на 2 этаже правого крыла подъезда № 

<

данные изъяты>.

(т. 3, л.д. 144-153)

Оценив исследованные доказательства в их совокупности суд считает вину ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Б., опасного для её жизни и повлекшего по неосторожности её смерть, доказанной.

При этом суд признает доказанным, что именно действиями ФИО2 причинен комплекс повреждений, образовавших 

<

данные изъяты>, повлекших смерть Б., и иных повреждений, описанных в заключении эксперта, хотя и не состоящих в причинной связи со смертью, но входящих в совокупность, как причиняющих живым лицам вред здоровью. 

Согласно показаниям свидетелей сотрудников полиции К.И., П.А., врача скорой Ш., что согласуется с данными карты вызова скорой медпомощи, Б. была обнаружена в квартире по месту совместного жительства со Стариковым, где и была зафиксирована её смерть, в присутствии ФИО2, который сам и вызвал скорую помощь, по поводу бессознательного состояния Б., которая по его показаниям была обнаружена им на кухне данной квартиры без движения в полусидящем положении ногами на полу, руками на табуретке. 

Из копии карты вызова скорой медпомощи и показаний врача Ш. также вытекает, что на теле Б. имелись множественные гематомы. Осматривавшие в квартире № апреля труп Б. К.И. и П.А. наличие таковых на конечностях в целом также подтвердили, хотя и не придали смерти Б. насильственного характера, что однако установлено в ходе последующего смотра трупа и экспертизы.

Из показаний самого подсудимого не следует, что к 23 часам 1.04.18г. на Б. имелись какие либо значительные телесные повреждения (кроме – по его позиции - ссадин на лице и синяков на руках, не влекущих однако угрожающего для жизни состояния), или Б. жаловалась бы на ухудшение состояния своего здоровья, вызванного какими-либо побоями, в т.ч. иных лиц. По его показаниям входную дверь он при отъезде (с некоей Л.) запирал, и по приезду около 23 часов отпирал, Б. в эти моменты лежала в постели, когда Л. ушла (минут через 15), дверь он закрыл. О присутствии иных лиц или уходе Б. из квартиры после этого времени (23 часов), Стариков также не пояснял. Из его показаний следует, что примерно в это время они вместе легли спать, он проснулся спустя некоторое время (не исключая что после 2 часов) ввиду активных действий Б. в квартире (по сбору своей одежды в шкафу с высказыванием намерений уйти из квартиры) при включенном свете. В указанный период времени между ними произошел конфликт, в ходе которого, как не отрицает сам Стариков, он желая предотвратить уход Б. и проучить её, наносил Б. беспорядочные побои ремнем, мог попадать и руками в область тела, хватал её за волосы, толкал её в т.ч. руками на кровать и по кровати к стене, от чего она могла удариться об спинку (изголовье) кровати и стену, в т.ч. головой.

Согласно заключению судмедэксперта 47/595 давность всех повреждений была определена как не менее нескольких часов (т.е. 2х ) и не более суток до наступления смерти Б., которая была зафиксирована врачами СМП (как смерть до приезда в 11.50) по вызову поступившему в 11.32 час. 2.04.18г. Время преступления (действий по применению насилия) также подлежит уточнению, исходя из данных выводов, как не позднее 9.50 час.

Б.А. из числа установленных свидетелей, последний (кроме подсудимого) кто видел Б. живой утром 1.04.18г., пояснил, что синяков, ссадин, бросавшихся в глаза, крови на ней не видел, она была в халате. То есть на лице и кистях рук, иных открытых местах у Б. повреждений не было. Позиция ФИО2 в этой части не подтверждена. Кроме того, уже после её смерти Стариков при общении с Б.А. 2.04.18г. ему конкретных предположений о её убийстве (т.е. насильственном причинении смерти) иными лицами не высказывал, равно как и в этот же день свидетелю С. 

Соседи (через стенку) Б. - супруги З. в утреннее время 2.04.18г. последовательно слышали из квартиры № громкие взволнованные крики мужчины знакомым голосом, похожим на ФИО2, во время чего женского не слышали, хотя он во время подобных скандалов ранее обычно был. 

Свидетели Ц., лицо под псевдонимом «Е.» (соседи из квартир этажом выше по крылу, смежному с крылом коридора квартиры Б.), также в раннее утреннее время более конкретно слышали женские крики, в том числе «не трогай», визг женщины, звуки похожие на удары по телу, или «как что-то падало, и те (звуки), которые издает человек, которого бьют (пыхтение, оханье)», а «Е.», кроме того, затем слышала измененный голос с более низким тембром: «помогите, убивают», параллельно которому звучал обычный мужской голос, т.е. низкий голос был женский и принадлежал Б.. При этом показания «Е.» о низком голосе, согласуется с показаниями судебно-медицинского эксперта В. об изменении тембра голоса (на более низкий) при травме 

<

данные изъяты>, обнаруженной у Б., что и говорит о произнесении этих фраз Б. после получения этой травмы от действий ФИО2, повлекшей в итоге её смерть.

Все указанные свидетели показали, что слышали знакомые голоса, как проживавших в 

<

адрес> соседей мужчины и женщины (т.е. ФИО2 и Б.), которые слышали ранее в таких же ситуациях скандалов между ними. О каких либо голосах иных лиц данные свидетели не пояснили. 

Таким образом установлено, что 2.04.18г. в ночное время (после 2 часов ближе к утреннему) между Стариковым и Б., находящимися в 

<

адрес> по месту их совместного жительства, возник конфликт, в ходе которого Б., находящаяся в состоянии алкогольного опьянения (что вытекает из данных судмедэкспертизы о количестве промилле спирта), предъявляла подсудимому Старикову претензии, высказывала оскорбительные, обидные для него фразы в нецензурной форме (о чем показывал подсудимый), порывалась уйти из дома к другому мужчине, и ввиду такого поведения Б., которое следует признать аморальным по отношению к Старикову, у него возникла личная неприязнь к Б., и в развитии данного конфликта в острой его фазе С., не желая прекратить конфликт иным образом, наносил многочисленные удары Б. в кулаками, ногами, брючным ремнем в область её головы, туловища (груди и живота), конечностей.

Вывод о совершении им таких действий достаточно вытекает из заключения СМЭ о характере, количестве травмирующих воздействий, о чем эксперт сделал вывод исходя из выявленных на трупе Б. телесных повреждений, включая 

<

данные изъяты> образовавшиеся от не менее 4-5 воздействий в область переднее - боковых поверхностей груди и живота твердых предметов с относительно ограниченной поверхностью которыми применительно к поверхности грудной клетки согласно пояснениям эксперта В. в суде могли быть кулак, нога (в т.ч. обутая), с приложением силы как в 

<

данные изъяты>, так и на отдалении от переломов, являющихся непрямыми. Указанное согласуется также с выводами медико-криминалистической экспертизы, установившей образование части кровоподтеков (расположенных на туловище и кисти правой руки) Б. - подошвой кроссовок, имеющих аналогичный как у кроссовок ФИО2 рисунок подошвы, в виде мозаичного рисунка(что также видно на приложенных к заключению фотографиях). Наличие стертостей и трещин на подошве, на что обращала внимание защита, выводов экспертизы не опровергает.

Принадлежность изъятых в квартире, где проживал Стариков, черных кроссовок ему (по которым и проводилась экспертиза) подсудимый не отрицал, это вытекает также из заключения молекулярной генетической экспертизы о том, что доминирующий генетический материал на правой кроссовке принадлежит Старикову. Доводы подсудимого, что он их не надевал во время конфликта, не согласуются с данными криминалистической экспертизы, оснований не доверять которой суд не находит, т.к. выводы основаны на проведенном исследовании с использованием специальных методик и приложением наглядного материала. 

Поэтому доводы защиты о ненанесении ударов ногами по телу Б. достаточно опровергаются. При этом Стариков в показаниях в суде не исключал попадание по Б. кулаками рук (во время избиения ремнем). 

Кроме того, судмедэкспертом полностью исключено причинение травмы груди и живота у погибшей способом, показанным Стариковым в ходе проверки его показаний на месте (согласующимся и с его позицией в суде), как якобы проведенными им реанимационными мероприятиями (непрямого массажа сердца) с надавливанием на грудную клетку. Разъяснения эксперта В. со ссылкой на отсутствие в показаниях ФИО2 данных, указывающих на истинный механизм образования подобных повреждений у Б., и на невозможность получения Б. как 

<

данные изъяты>, так и 

<

данные изъяты> при таком надавливании в область грудины, показанном Стариковым, - суд полагает заслуживающими внимания, т.к. они основаны на совокупности специальных познаний эксперта в области медицины, согласуются с иными приведенными выше доказательствами, совокупность которых говорит о применении Стариковым насилия к Б., путем нанесения иных, кроме тех что он признает, ударных воздействий, повлекших причинение описанных в заключении травм, и смерть Б..

Позицию подсудимого по частичному непризнанию обвинения, следует признать реализаций его права на защиту, с целью уменьшения степени ответственности за содеянное.

Согласно пояснениям В., ссылавшегося и на текст своего заключения (47/595) посмертных повреждений на трупе Б. зафиксировано не было, т.к. все образовались в отмеченный в заключении период до её смерти. Следовательно травма 

<

данные изъяты>, повлекшая её смерть, а равно 

<

данные изъяты> и иные кровоподтеки на Б. не могли образоваться от возможного соударения её трупа о ступеньки лестницы или твердую поверхность земли при выносе и транспортировке сотрудниками полиции тела из квартиры до машины. 

Таким образом суд приходит к выводу, что никто иной, кроме проживающего с ФИО4, ей телесных повреждений, зафиксированных при осмотре её трупа и проведении экспертизы, не причинял, они стали результатом примененного к Б. насилия Стариковым, с причинением им травм, от которых наступила её смерть. 

Факт причинения именно Стариковымтяжкого вреда здоровью Б., повлекшего её смерть, совокупностью насильственных действий, описанных в обвинении и установленных судом, в указанное время и месте в целом является доказанным.

Таким образом, между противоправными действиями ФИО2 по нанесению многочисленных ударов руками, ногами, брючным ремнем в область груди и живота Б. и наступлением ее смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Обстоятельства дела, в совокупности с выводами эксперта о характере множественных телесных повреждений, в особенности в 

<

данные изъяты>, однозначно свидетельствуют о том, что умысел ФИО2 при нанесении побоев и травмировании указанной области Б. был направлен именно на причинение вреда её здоровью, поскольку он совершая активные действия, нанося многочисленные целенаправленные удары кулаками, ногами, ремнем по голове, телу, т.е. в область расположения жизненно важных органов человека, с применениям силы, безусловно осознавал общественную опасность своих действий для здоровья Б. и предвидел возможность наступления последствий в виде тяжкого вреда здоровью Б., опасного для её жизни, и сознательно допускал их наступление, относясь к ним безразлично. То есть действовал с косвенным умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью. При этом отношение к смерти выражено неосторожной формой вины, т.к. при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия в виде смерти, но непредвидел.

Доводы защиты о незначительном воздействий при попадании кулаками и что подсудимыйне предполагал наличие у Б. тяжелых травм в 

<

данные изъяты>, противоречат совокупности собранных данных, в т.ч. экспертных выводов, об образовании прямых и непрямых переломов ребер и иных внутренних повреждений от ударного воздействияв область груди и живота с приложением физической силы. То есть характер насилия в данном случае говорит не о случайном развитии событий, а намеренных действиях причинителя.

Поэтому пояснения ФИО2 о непонимании опасности своих действийнесостоятельны, противоречат вышеприведенным выводамоб обстоятельствах причинения травмы. Не желание причинять вреда здоровью, в т.ч. тяжкого, не исключает в силу уголовного закона (ч.3 ст. 25 УК РФ) наличия у него косвенного умысла, о чем приведено судом выше.При таких обстоятельствах, вопреки позиции защиты, признаков неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью, и оснований для переквалификации действия подсудимого на ст. 118 либо 109 УК РФ не имеется. 

Кроме того суд не находит оснований полагать, что Стариков находился бы в состоянии какого-либо особо сильного внезапно возникшего душевного волнения. Из доказательств (в т.ч. его показаний) усматривается, что в момент деяния он мыслил в целом последовательно, понимал существо происходивших событий, обстоятельств возникновения конфликта, его продолжения, окончания (с учетом его позиции защиты) и причин своих действий по применения насилия, и признаков неполноты восприятия им ситуации, существенного снижения контроля за своим поведением с нарушениеммышления, не установлено. Поэтому его пояснения о наличии «истерики» сами по себе не говорят о наличии аффекта. 

Как отмечалось выше ввиду поведения Б., которое признано в определенной степени аморальным, и которое не устраивало ФИО2, имея личную неприязнь к ней в тот момент, исходя из своих внутренних психологических особенностей, он выбрал указанный противоправный, не вызывавшийся необходимостью, способ разрешения конфликта, не желая прекратить его, с формированием у него в той ситуации внезапного умысла на причинение вреда её здоровью. Действия подсудимого свелись к избиению Б.. Психологическое состояние ФИО2 (ввиду аморального поведения погибшей) в данной ситуации не свидетельствуют о его невиновности или неумышленности действий.

Поэтому оснований для какой-либо переквалификации его действий, или оправдания ФИО2 не имеется. Обстоятельств исключающих преступность его деяния также не установлено.

Также суд отмечает, что наличие определенных сведений о телефонных соединениях с номера телефона Б. в период вечером 1.04.18 – утро 2.04.18г., в т.ч. с неустановленными абонентами, не свидетельствует о присутствии иных лиц в её квартире, и их причастности к противоправным действиям в отношении неё в указанный период времени (описанный в обвинении), когда вместе с ней (вплоть до приезда скорой помощи) в квартире находился Стариков, виновность которого установлена совокупностью доказательств.

Суд полагает уточнить обвинение ФИО2 в части количества ударов, исходя из минимального количества травмирующих воздействий, указанных в заключении эксперта. 

Суд полагает необходимым признать «акт осмотра от 02.04.2018 квартиры по адресу: 

<

адрес>», составленный участковым полиции К.И., при участии ФИО1, а равно протокол дополнительного осмотра места происшествия – той же квартиры от 15.05.2018 следователем К. недопустимыми доказательствами, ввиду нарушения положений ч.5 ст. 177, ч.2 ст. 164, п.4 ч.2 ст. 29 УПК РФ, поскольку согласие ФИО1 на проведение таких осмотров в «акте» и протоколе не отражено, не приложено, данный вопрос у него не выяснялся, более того 15.05.2018 в осмотре Стариков (проживающий в этой квартире) не участвовал вообще. 

Согласно ч.4 ст. 166 УПК РФ в протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в каком они производились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства, а также излагаются заявления лиц, участвовавших в следственном действии. Заявлений ФИО2 о согласии или отсутствии возражений на осмотр 2.04.18г. в акте нет, поэтому само по себе подписание «акта осмотра» от 02.04.2018 Стариковым после его проведения не говорит о получении предварительного согласия или отсутствии у него возражений на осмотр.

Дознаватель К.И., следователь К. после осмотра в суд в порядке ст. 165 УПК РФ не обращались, судебное решение на осмотр или о признании судом законными таковых, как проведенными в случаях, не терпящих отлагательства, не получено. Поэтому порядок проведения данных действий, предусмотренный УПК РФ нарушен.

В то же время исключение данных документов из числа доказательств виновности подсудимого не изменяет выводов суда о виновности ФИО2, подтвержденной иными доказательствами.

Имеющиеся в деле иные приведенные судом доказательства, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оснований для признания их недопустимыми не установлено, таких доводов не приведено.

В целом таких существенных противоречий в совокупности доказательств, которые бы ставили под сомнение в целом выводы суда о виновности Старикова судом не усматривается. Судом приняты во внимание основные совпадающие между собой сообщенные лицами сведения об обстоятельствах дела по предмету обвинения (включая показания свидетелей, рассказавших каждый о своем восприятии ситуации, которые взаимно дополняют друг друга), дающие в сопоставлении с иными письменными доказательствами возможность установить действительную картину преступления. 

Доводы подсудимогов судебном заседании от том, что осмотренный ремень ему не принадлежит и это не тот ремень (которым он наносил Б. удары), противоречат сведениям протокола задержания 03.04.2018 (с фотографиями), последующего осмотра ремня следователем (также с фотографиями), из которых следует, что изъятый вместе с джинсами ФИО2 ремень, и осмотренный в суде является одним и тем же предметом. Протокол задержания подписан Стариковым и его защитником, их подписи (визуально схожие) имеются на листе бумаги с оттиском печати, которым был оклеен пакет, в который упакованы джинсы по итогам личного обыска, что следует также из исследованных судом фотографий (в электронном виде, аналогичных приложенным в качестве фототаблицы к протоколу задержания) на диске представленном следователем К. при допросе в суде, и приобщенном к делу. Указанное подтверждается показаниями в суде следователя ФИО5 и оперуполномоченного Б. об обстоятельствах проведения личного обыска, показаниями самого подсудимого на стадии следствия под видеозапись, оглашенными в судебном заседании о том, что ремень, которым он бил Б., находится у следствия, он выдавал его вместе с джинсами.

Тем самым и осмотренный в суде ремень следует признать надлежащим вещественным доказательством, как изъятым у ФИО2 при личном обыске. 

Кроме того признаков оказания незаконного воздействия на ФИО2 при написании им заявления о нанесении им Б. ударов ремнем от 4.04.18г. не установлено, доводов об этом не приведено, в заявлении отражено разъяснение Старикову положений ст. 51 Конституции РФ. На тот момент достоверных сведений о применении им насилия к Б. и причастности к её смерти у следствия не было, в этом заявлении Стариков сообщает о нанесении погибшей ударов ремнем, подтверждая признаваемую им часть объективной стороны преступления. Имеются основания для признания данного заявления явкой с повинной, полученной в порядке ст. 142 УПК РФ. При этом другая часть события преступления установлена судом из иных доказательств.

Также исходя из позиции гособвинителя, выраженной в отдельном ходатайстве и затем в прениях (т.е. в сторону смягчения), суд исключает нахождение ФИО2 при совершении деяния в состоянии алкогольного опьянения. 

Таким образом, учитывая обстоятельства совершенного общественно-опасного деяния, суд квалифицирует действия подсудимого С. О.Ю. по ч.4 ст.111 УК РФ. 

По заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № 840 от 16.05.2018, ФИО1 

<

данные изъяты> В связи с чем суд, соглашаясь с мнением экспертов, признает ФИО2 вменяемым 

При назначении наказания ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления и его личность, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи.

Стариков совершил особо тяжкое насильственное довольно дерзкое преступление, связанное с опасными последствиями в виде смерти человека от его действий, имеются основания полагать, что подсудимый склонен к конфликтам, противоправным поступкам, о нежелании ФИО2 контролировать свое поведение, о его неуважении и пренебрежении общественными нормами и законом, правами других лиц, о наличии антиобщественных установок личности, необходимость правомерного поведения он не осознает, не склонен к устойчивому правопослушному поведению.

Отягчающим наказание Старикову обстоятельством является рецидив преступлений. Рецидиввыражен в опасной форме. 

Указанное свидетельствует, что наказание Старикову должно быть определено в виде реального лишения свободы, т.к. достижение целей наказания в отношении подсудимого, предусмотренных ст. 43 УК РФ, возможно только в условиях его изоляции от общества. Оснований для применения положений ст.64, ч.3 ст. 68, ст. 73 УК РФ не имеется, поскольку условное осуждение или более мягкое наказание, не сможет обеспечить исправление осужденного. 

В то же время обстоятельствами, смягчающими наказание Старикову следует признать: 

-аморальность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления - п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ; 

- явку с повинной от 4.04.18г., и вызов Стариковым скорой медпомощи к Б. в качестве принятия иных мер по оказанию первой помощи пострадавшей - по п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ; 

- частичное признание обстоятельств дела, в т.ч. в ходе расследования, в целом его раскаяние, а равно наличие тяжелых хронических заболеваний – по ч.2 ст. 61 УК РФ.

Признаков наличия иных смягчающих наказание обстоятельств (в т.ч. особой активности подсудимого в способствовании расследованию преступления) из дела не установлено. 

Законных оснований для учета положений ч.1 ст. 62 УК РФ нет. 

На спецучетах в ИОКПБ и ИОНД Стариков не состоит, по месту регистрации участковым уполномоченным полиции Октябрьского РОВД характеризуется отрицательно, как злоупотребляющий спиртным, с агрессивным поведением (т. 2, л.д. 217), что согласуется со сведениями, сообщенными по делу рядом свидетелей – соседями; по месту предыдущего проживания участковым полиции Советского РОВД характеризуется удовлетворительно (т. 2, л.д. 220).Свидетелями С., Л.Ф.,ФИО4 охарактеризован в некоторой части положительно.

По месту предыдущего отбывания наказания в ИК- 4 администрацией Стариков характеризуется отрицательно, как не вставший на путь исправления, правильных выводов не делавший, имевший нестабильное поведение, требующий контроля. 

Кроме того с учетом наличия отягчающего обстоятельства и с целью предупреждения повторного антиобщественного поведения Старикова суд полагает необходимым назначить ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы с возложением определенных ограничений. 

Отбывание наказания должно быть назначено в исправительной колонии строгого режима в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ.

Срок отбывания наказания Старикову следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом времени задержания и содержания под стражей согласно п.а ч.3.1 ст. 72 УК РФ. 

Вещественными доказательствами следует распорядиться согласно требованиям ст. 81 УПК РФ, при этом кроссовки мужские черного цвета на шнурках, ремень из джинсов (черного цвета), как орудие преступления, а также халат желто-белого цвета, женский халат фиолетового цвета,носовой платок, две наволочки красного цвета, -как бывшие в употреблении и не представляющие материальной ценности, подлежат уничтожению.

Согласно положениям ст. 132 УПК РФ: процессуальные издержки (состоящие в т.ч. суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению), взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета; суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки; суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного. По настоящему делу адвокату по назначению оплачено вознаграждение: за участие в судебном разбирательстве – 11760 рублей; в ходе расследования 21685 рублей, а всего 33445 рублей. По вопросу взыскания с него данных сумму Стариков полагался на усмотрение суда. С учетом сведений о трудоспособности ФИО2, при наличии у него хронических заболеваний, отсутствия иждивенцев, суд полагает возможным взыскать с подсудимого в доход государства суммы указанных издержек частично, определив их размер – 27000 рублей. Признаков имущественной несостоятельности ФИО2 не выявлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 297,307, 308 и 309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1, признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 10 (десяти) лет 8 (восьми) месяцевлишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год. 

В силу ч.1 ст. 53 УК РФ в рамкахограничения свободы установить ФИО1 следующие ограничения: не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования (где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы); возложить на ФИО1 обязанность являться в указанный специализированный государственный орган не реже одного раза в месяц для регистрации.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу, с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области - оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

В соответствии сп.а ч.3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время его содержания под стражей с 3 апреля 2018 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджетапроцессуальные издержки в виде сумм, выплачиваемых адвокатам по назначению суда, в размере 27000 рублей.

Вещественные доказательства:

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд города Иваново в течение 10 суток со дня вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в том же порядке и срок со дня вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, либо изложить свою позицию посредством использования системы видеоконференц-связи. Такое ходатайство должно быть выражено в жалобе. 

Председательствующий Вьюгин И.В.