Дело № 2-387/2026

УИД 42RS0007-01-2025-004291-14

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд города Кемерово

в составе председательствующего судьи Силкина А.Г.

при ведении протокола секретарем Шакировой А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кемерово

12 марта 2026 года

гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании прав собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании прав собственности.

Требования мотивирует тем, что в его владении находится квартира, расположенная по адресу: ..., .... Указанная квартира перешла в его владение в следующие периоды: с 1993 – фактическое проживание, с 2003 – регистрация по месту жительства, с разрешения его сестры ФИО2

С 1993 истец владеет квартирой открыто, ни от кого не скрывает свои права на нее, владение осуществляется им непрерывно, добросовестно, как если бы он завладел имуществом как собственник. Истец несет расходы по оплате коммунальных услуг. Полагает, что приобрела право собственности на квартиру в силу приобретательной давности.

Просит суд признать за ФИО1 право собственности на недвижимое имущество, расположенное по адресу ...-... в силу приобретательной давности.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении.

Истец суду пояснил, что оформлением наследственных прав на квартиру после смерти ФИО4 занималась мать истца и ответчика, которой ФИО2 выдала доверенность. Ответчик решать какие-либо вопросы по квартире отказалась. ФИО2 постоянно проживает в ..., являясь собственником квартиры в течение длительного времени устранилась от владения квартиры, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанности по ее содержанию. Истец зарегистрировался и проживает в квартире с согласия сестры. Все платежи за жилищно-коммунальные услуги, взносы на капитальный ремонт, оплачивает истец, кем оплачивается налог на квартиру, не знает. Он неоднократно просил сестру, чтобы она оформила квартиру на него, но она не приезжает в ..., ответ не дает, общаются через маму. Он производит ремонт, следит за квартирой, всей семьей проживает в ней. Разрешение на проведение ремонта у ФИО2, не спрашивал, этого не скрывает, привозил ответчика, в квартиру. В настоящее время, желает улучшить жилищные условия, продать квартиру и использовать вырученные денежные средства в качестве первоначального взноса на ипотеку.

Ответчик ФИО2 о дате, времени и месте судебного заседания извещена своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явилась.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала, настаивала на их удовлетворении. Суда пояснила, что ФИО1 ее супруг. С июня 2007 они вместе проживают в спорной квартире, у них трое детей. В настоящее время они делают ремонт в квартире, расходы по оплате коммунальных услуг оплачивают. Ответчика видела один раз, она приезжала в 2024 на похороны сестры. Они ее отвезли в квартиру, сказали, что после ремонта она может приезжать к ним. Ответчик им ответила, что не хочет возвращаться в ....

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося ответчика.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных названным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно статье 234 данного кодекса лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1).

Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является (пункт 3).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании права собственности на имущество в силу приобретательной давности.

Как указано в абзаце первом пункта 16 приведенного выше постановления, по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

По смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено и в том случае, если владение началось по соглашению с собственником или иным лицом о передаче права собственности на данное имущество, однако по каким-либо причинам такая сделка в надлежащей форме и установленном законом порядке не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и т.п.).

Отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не означает недобросовестности давностного владельца. Напротив, данной нормой предусмотрена возможность легализации прав на имущество и возвращение его в гражданский оборот в тех случаях, когда переход права собственности от собственника, который фактически отказался от вещи или утратил к ней интерес, по каким-либо причинам не состоялся, но при условии длительного, открытого, непрерывного и добросовестного владения.

Наличие возможности предъявить иные требования, в частности о понуждении к заключению сделки, о признании сделки действительной, о регистрации сделки или права собственности, о признании права собственности на основании сделки и т.п., само по себе не исключает возможности приобрести право собственности в силу приобретательной давности при наличии соответствующих условий.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении N 48-П от 26 ноября 2020 года, под действие конституционных гарантий подпадают и имущественные интересы давностного владельца, поскольку только наличие подобных гарантий может обеспечить выполнение конституционно значимой цели института приобретательной давности, которой является возвращение имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20 марта 2018 г. N 5-КГ18-3). При этом Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что поддержание правовой определенности и стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, эффективной судебной защиты прав и законных интересов его участников является конституционной гарантией (Постановления от 21 апреля 2003 г. N 6-П, от 16 ноября 2018 г. N 43-П и др.). Как указано в Постановлении, складывающаяся в последнее время практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 является родным братом ФИО2. После смерти их отца ФИО4, умершего **.**,**, было открыто наследственное дело № **. (л.д. 53-62).

Из материалов наследственного дела № ** после смерти ФИО4 следует, что с заявлением о принятии наследства по завещанию обратилась его дочь ФИО2, наследственное имущество состоит из квартиры, расположенной по адресу: ..., денежных вкладов.

Согласно завещанию от **.**,** ФИО4 завещает квартиру, расположенную по адресу: ..., ФИО2 (л.д. 56).

Как следует из материалов наследственного дела, оформлением наследственных прав ФИО2 на имущество, оставшееся после смерти ФИО4, занималась ФИО6 (мать истца и ответчика) на основании выданной ФИО2 доверенности (л.д. 60).

**.**,** ФИО2 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию на квартиру по адресу: ..., о праве на наследство по закону на денежные вклады (л.д. 60 оборот-л.д. 61).

Таким образом, собственником квартиры, расположенной по адресу: ..., на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от **.**,** № **, с **.**,** является ФИО2, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, Выпиской из ЕГРН (л.д. 17, л.д. 35).

В квартире по адресу: ..., зарегистрированы: ФИО1 с **.**,**, ФИО7 с **.**,**, ФИО8 с **.**,**, ФИО8, с **.**,** (л.д. 49).

Из Выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах ФИО1 на имеющиеся у него объекты недвижимости следует, что на праве общей совместной собственности ФИО1 принадлежит земельный участок с **.**,** (л.д. 34).

В судебном заседании были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО9 суду пояснил, что ФИО1, знает с 2014, они живут в одном доме. ФИО1 содержит квартиру в чистоте, делает ремонт, оплачивает коммунальные услуги. Собственника квартиру ФИО2 он не знает, никогда не видел.

Свидетель ФИО10 суду пояснила, что знакома с истцом с 2001, они соседи по карману. Истец проживает в квартире с женой и тремя детьми. С собственником квартиры Ларисой она не знакома, не видела ни разу. В настоящее время в квартире делают ремонт.

Обращаясь в суд с заявленным иском, ФИО1 указывает, что с 1993 года владеет квартирой как собственной, несет расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг, ремонту. В подтверждении несения расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг за спорную квартиру истцом представлены кассовые чеки (л.д. 101-220).

Судебным приказом мирового судьи судебного участка № ** Ленинского судебного района ... от **.**,** по делу № ** солидарно с ФИО2, ФИО1 взыскана в пользу ООО УК «МКД» задолженность по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги за период с июля 2021 по декабрь 2021 в сумме 21 199,07 рублей, пени в сумме 519,75 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 426 рублей, а всего взыскано 22 144,82 рублей. (л.д. 16 гражданского дела № **).

Судебным приказом мирового судьи судебного участка № ** Ленинского судебного района ... от **.**,** по делу № ** солидарно с ФИО2, ФИО1 в пользу ООО УК «МКД» взыскана задолженность по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги с января 2022 по апрель 2022 в сумме 9 148,53, пени в сумме 146,75 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 200 рублей, а всего 9 495,28 рублей. (л.д. 233). Из ответа ООО УК «МКД» следует, что задолженность погашена (л.д. 236).

Из Справки ООО УК «МКД» следует, что лицевой счет открыт на имя ФИО2, по состоянию на **.**,** задолженность за жилье, коммунальные услуги, отсутствует. (л.д. 233 оборот)

Согласно ответу Межрайонной ИФНС России № ** по ...-Кузбассу, за квартиру по адресу: ..., исчислен налог в сумме 620 рублей, в том числе, за 2017 по сроку уплаты **.**,** в сумме 295 рублей, за 2018 –по сроку уплаты **.**,** в сумме 325 рублей. (л.д. 100).

Согласно ответу Межрайонной ИФНС России № ** по ...-Кузбассу, с **.**,** по настоящее время на имя ФИО2 зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: ..., .... **.**,** ФИО2 предоставлена льгота по налогу на имущество, с 2019 сумма к уплате на данный объект с учетом льготы отсутствует. По состоянию на **.**,** у ФИО2 числится отрицательное сальдо ЕНС – 1 128,51 рублей, в том числе: налог на имущество 620 рублей, пеня в сумме 508,51 рублей (л.д. 238).

В предмет доказывания по делу о признании права собственности в силу приобретательной давности входит факт добросовестного, открытого и непрерывного владения истцом спорным имуществом как своим собственным в течение срока, установленного действующим законодательством.

Недоказанность одного из обстоятельств влечет за собой невозможность признания права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности.

Таким образом, в рамках настоящего спора необходимо установить наличие критерия добросовестности применительно к давностному владению.

Толкование критерия добросовестности подробно изложено в постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 26 ноября 2020 г. N 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В." (далее - Постановление N 48-П).

В данном постановлении указано, что практика судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27 января 2015 г. N, от 20 марта 2018 г. N, от 17 сентября 2019 г. N, от 22 октября 2019 г. N, от 2 июня 2020 г. N и др.).

В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Таким образом, складывающаяся в последнее время практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 октября 2019 г. N и др.).

Таким образом, понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В силу приведенных положений процессуального законодательства бремя вышеприведенных обстоятельств, с наличием (всех в совокупности) которых закон связывает возможность признания права собственности в порядке приобретательной давности (статья 234 ГК РФ), возложено на истца как на сторону, заявляющую соответствующие требования.

Разрешая исковые требования ФИО1 о признании права собственности на квартиру в порядке приобретательной давности, суд, руководствуясь требованиями ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", оценив в совокупности представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из того, что совокупность условий для признания права собственности в силу приобретательной давности на спорное недвижимое имущество отсутствует, приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании за ним права собственности на указанное недвижимое имущество в порядке приобретательной давности.

Вопреки доводам ФИО1 о том, что имеются основания для признания за ним права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности, поскольку он добросовестно владеет спорным имуществом, длительно проживает в квартире, несет расходы на ее содержание в отличие от ФИО2, суд приходит к выводу о том, что в данном случае, ФИО1 было известно, что собственником спорного имущества он не является, основания для приобретения указанного имущества в собственность у него отсутствовали, поскольку собственник ему был известен. Признать добросовестным давностное владение со стороны ФИО1 не представляется возможным, в связи с тем, что отсутствует такой признак давностного владения, как владение спорным имуществом, как своим собственным, поскольку владение квартирой осуществлялось истцом не как своей собственной, не вместо собственника, а наряду с собственником ФИО2, не отказавшейся от своего права на нее и не утратившей к ней интереса. ФИО1 знал и не мог не знать, что квартира ему не принадлежит и у него отсутствуют основания возникновения права собственности. Само по себе нахождение спорного имущества в пользовании ФИО1 в течение длительного времени и несение бремени содержания жилого помещения не свидетельствует о наличии предусмотренных ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для признания права собственности в порядке приобретательной давности. Никаких действий по отказу от спорного имущества ФИО2 не совершала. Доказательств, свидетельствующих об отказе ответчика от права собственности на спорную квартиру, совершении действий, определенно свидетельствующих об устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество, в материалы дела не представлено. Отсутствие у ответчика реальной возможности пользования принадлежащей ей квартирой обусловленное отдаленностью проживания, не свидетельствует об отказе от права собственности и не является достаточным основанием для признания за истцом права собственности на квартиру по основанию приобретательной давности.

Воля собственника об отказе от права на вещь должна прямо явствовать из его определенных действий, свидетельствующих именно о том, что он имеет намерение полностью устраниться от владения, пользования и распоряжения имуществом без сохранения каких-либо прав на имущество. Само по себе неиспользование ФИО2 квартиры не может быть расценено как бесспорное доказательство, подтверждающее ее устранение от владения, пользования и распоряжения имуществом, находящимся в собственности.

Напротив, как следует из пояснений стороны истца, ФИО2, находясь с 2024 в ... приезжала в свою квартиру, истец неоднократно предлагал ответчику оформить квартиру на него, однако этого сделано не было, кроме того, ответчик оплачивает налоги за квартиру.

Так, из ответа Межрайонной ИФНС № ** по ...-Кузбассу следует, что с **.**,** ФИО2 предоставлена льгота по налогу на имущество. При этом, в соответствии с ч. 6 ст. 407 НК РФ предоставление налоговой льготы возможно только при наличии заявления о предоставлении налоговой льготы, а также документов, подтверждающих право налогоплательщика на налоговую льготу.

ФИО1 владея квартирой, знал (не мог не знать), исходя из прямо указанных в иске оснований, об отсутствии предпосылок для возникновения у него права собственности, поскольку обстоятельства его вселения в связи с предоставлением ему квартиры ФИО2 (устный договор пользования), не могли ввести его в заблуждение о том, что спорная квартира отчуждается в его собственность и он владеет в дальнейшем имуществом как своим собственным. Вместе с тем, проживание на условиях договора пользования не свидетельствует о том, что лицо владеет имуществом как своим собственным в смысле ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что длительное пользование спорным объектом недвижимости само по себе не может свидетельствовать о владении им как своим собственным, так как истцу известно об отсутствии у нее права на это имущество и он не имел оснований считать себя собственником объекта, в связи с чем владение указанным имуществом добросовестным быть признано не может и исключает возможность признания права собственности в порядке приобретательной давности, исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на недвижимое имущество, расположенное по адресу ...т... в силу приобретательной давности удовлетворению не подлежат.

Суд считает, что указанные выводы соответствуют обстоятельствам дела и закону.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на недвижимое имущество, расположенное по адресу ... в силу приобретательной давности, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Кемеровского областного суда путём принесения апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Кемерово в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме 25.03.2026.

Лица, участвующие в деле, до истечения срока обжалования вправе предоставить возражения в письменной форме на апелляционные жалобы с приложением документов, подтверждающих эти возражения и направление/вручение их копий другим лицам, участвующим в деле, вправе ознакомиться с материалами дела, с поступившими апелляционными жалобами и возражениями относительно них.

Председательствующий А.Г. Силкин