Дело № 2-17/2019 17 января 2019 года

29RS0014-01-2018-003336-05

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Сафонова Р. С.

при секретаре Поковба А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Архангельске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант», Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, возложении обязанности передать средства пенсионных накоплений в Пенсионный фонд Российской Федерации, восстановить потерянный инвестиционный доход от инвестирования средств пенсионных накоплений, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

О.Е.ЮБ. обратилась в суд с иском к Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд Согласие-ОПС», Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Архангельске Архангельской области (межрайонное) о признании договора об обязательном пенсионном страховании незаключённым, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что 19 мая 2018 года запросила на портале «Госуслуги» сведения о состоянии индивидуального лицевого счёта застрахованного лица в системе обязательного пенсионного страхования и узнала, что с 04 марта 2018 года средства пенсионных накоплений переданы Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд Согласие-ОПС». В ответ на её обращение Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд Согласие-ОПС» сообщило, что является страховщиком в соответствии с договором от 30 апреля 2017 года 

<

№> и сумма средств пенсионных накоплений по состоянию на 28 мая 2018 года составляет .... Считала, что законных оснований для перевода пенсионных накоплений не имелось, поскольку никаких договоров с негосударственным пенсионным фондом она не заключала, заявления о переводе средств из Пенсионного фонда Российской Федерации в Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд Согласие-ОПС» не подписывала. Полагала, что действиями ответчиков по незаконному получению и использованию персональных данных ей причинены нравственные страдания. Просила признать незаключённым договор об обязательном пенсионном страховании от 30 апреля 2017 года 

<

№>, взыскать с каждого из ответчиков по 5000 рублей в счёт компенсации морального вреда.

В ходе судебного разбирательства требования увеличила, просила возложить на Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд Согласие-ОПС» обязанность передать в Пенсионный фонд Российской Федерации средства пенсионных накоплений в размере ..., а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счёт дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений, возложить на Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Архангельске Архангельской области (межрайонное) обязанность восстановить инвестиционный доход от инвестирования средств пенсионных накоплений за 2016-2017 годы. Требование о признании договора об обязательном пенсионном страховании от 30 апреля 2017 года 

<

№> незаключённым изменила, просила признать данный договор недействительным.

Определением суда от 24 августа 2018 года произведена замена ненадлежащего ответчика – Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Архангельске Архангельской области (межрайонное) на надлежащего – Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области.

Определением суда от 20 декабря 2018 года произведена замена ответчика Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд Согласие-ОПС» на правопреемника – Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант».

В судебное заседание истец О.Е.ЮБ., представитель ответчика Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель истца Л. в судебном заседании на удовлетворении иска настаивала.

Представитель ответчика Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области С. иск не признала, считала, что Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области прав истца не нарушало. Пенсионные накопления истца переведены в негосударственный пенсионный фонд не по вине Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области. Просила в удовлетворении иска отказать.

По определению суда дело рассмотрено в отсутствие истца, представителя ответчика Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант».

Заслушав пояснения представителя истца, представителя ответчика Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как указано в пункте 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

В силу статьи 3 Федерального закона от 07 мая 1998 года №75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее – Закон №75-ФЗ) застрахованное лицо – это физическое лицо, заключившее договор об обязательном пенсионном страховании; договор об обязательном пенсионном страховании – это соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной пенсии и (или) срочной пенсионной выплаты или единовременной выплаты либо осуществлять выплаты правопреемникам застрахованного лица.

В соответствии со статьёй 36.11 Закона №75-ФЗ застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход из фонда в фонд не чаще одного раза в год путём заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направления в Пенсионный фонд Российской Федерации заявления о переходе (заявления о досрочном переходе) из фонда в фонд.

На основании пункта 1 статьи 36.4 Закона №75-ФЗ договор об обязательном пенсионном страховании заключается между фондом и застрахованным лицом. В один и тот же период в отношении каждого застрахованного лица может действовать только один договор об обязательном пенсионном страховании. Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключён надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации.

Согласно абзацу седьмому пункта 2 статьи 36.5 Закона №75-ФЗ договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае признания судом такого договора недействительным.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что истец О.Е.ЮБ. является застрахованным лицом в системе обязательного пенсионного страхования. Согласно сведениям, отражённым в специальной части её индивидуального лицевого счёта, средства пенсионных накоплений истца находятся у Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» и были переданы ему из Пенсионного фонда Российской Федерации на основании заявления от 20 апреля 2017 года и договора об обязательном пенсионном страховании между негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом от 30 апреля 2017 года 

<

№>.

Заявление О.Е.ЮВ. о переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд поступило в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью, и было обработано Государственным учреждением – Отделением Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Татарстан.

Суду представлен оригинал договора об обязательном пенсионном страховании между негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом от 30 апреля 2017 года 

<

№>.

Для определения принадлежности подписи в указанном договоре истцу О.Е.ЮВ. по делу была назначена почерковедческая экспертиза, производство которой поручено индивидуальному предпринимателю Д.

Согласно заключению эксперта от 28 ноября 2018 года 

<

№>.1 подписи от имени О.Е.ЮВ., расположенные на второй странице представленного на исследование договора об обязательном пенсионном страховании от 30 апреля 2017 года 

<

№>, выполнены не самой О.Е.ЮВ., а другим лицом с подражанием каким-то конкретным подписям О.Е.ЮВ. после предварительной тренировки.

Экспертиза проведена экспертом, прошедшим профессиональную переподготовку по дополнительной профессиональной образовательной программе «Почерковедческие экспертизы», имеющему сертификат соответствия судебного эксперта по направлению «Исследование почерка и подписи», выводы эксперта аргументированы, мотивированы, содержат полную информацию о применённых экспертом методах исследования, эксперт предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение эксперта соответствует требованиям, указанным в статье 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что договор об обязательном пенсионном страховании от 30 апреля 2017 года 

<

№> истец не подписывала, подпись на этом договоре истцу не принадлежит.

Таким образом, поскольку других доказательств выражения истцом воли на заключение договора об обязательном пенсионном страховании между негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом ответчиком Акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» суду не представлено, суд признаёт обоснованными требования истца о признании договора об обязательном пенсионном страховании от 30 апреля 2017 года 

<

№> недействительным.

Как указано в пункте 4 статьи 36.5 Закона №75-ФЗ, в случае прекращения договора об обязательном пенсионном страховании по основаниям, предусмотренным абзацами вторым-четвёртым и седьмым пункта 2 настоящей статьи, для соответствующего фонда возникает обязанность по передаче средств пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии в порядке, установленном статьёй 36.6 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 5.3 статьи 36.6 Закона №75-ФЗ при наступлении обстоятельства, указанного в абзаце седьмом пункта 1 настоящей статьи, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определённые в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со статьёй 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счёт дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путём направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

Таким образом, правовым последствием признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным является передача ответчиком Акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» предыдущему страховщику – Пенсионному фонду Российской Федерации – средств пенсионных накоплений истца, а также средств, направленных на формирование собственных средств фонда, сформированных за счёт дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений.

Как следует из извещения о состоянии пенсионного счёта застрахованного лица О.Е.ЮВ. по состоянию на 23 августа 2018 года у истца имеются средства пенсионных накоплений в размере ..., в том числе пенсионные накопления, сформированные за счёт поступивших страховых взносов на финансирование накопительной пенсии в размере 66169 рублей 33 копейки, за счёт результата от их инвестирования в размере ....

На основании изложенного, в соответствии с требованиями пункта 5.3 статьи 36.6 Закона №75-ФЗ указанная сумма средств пенсионных накоплений истца подлежит передаче Акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» в Пенсионный фонд Российской Федерации. Также передаче подлежат средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счёт дохода от инвестирования неправомерно полученных средств пенсионных накоплений истца.

Требования истца о возмещении ей морального вреда удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Моральный вред, причинённый действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (пункт 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае нравственные страдания, причинённые истцу, обусловлены нарушением её имущественного права, однако законодательство об обязательном пенсионном страховании не содержат указаний на возможность компенсации морального вреда, причинённого гражданину при неправомерном переводе средств его пенсионных накоплений из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд.

Доказательств нарушения ответчиками личных неимущественных прав истца или посягательства на иные принадлежащие истцу нематериальные блага суду не представлено.

Разрешая требование истца о понуждении Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области восстановить инвестиционный доход от инвестирования средств пенсионных накоплений за 2016-2017 годы, суд приходит к следующим выводам.

Действительно, судом по делу установлено, что истец О.Е.ЮБ. начала формировать свои пенсионные накопления с 2002 года и результат от инвестирования средств пенсионных накоплений был отражён Пенсионным фондом Российской Федерации на её индивидуальном лицевом счёте застрахованного лица по состоянию на 31 декабря 2015 года. Поданное от имени истца в 2017 году заявление о досрочном переходе от одного страховщика к другому (до истечения пятилетнего периода нахождения средств пенсионных накоплений у одного страховщика) повлекло за собой потерю инвестиционного дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений за 2016-2017 годы.

Между тем, ни Закон №75-ФЗ, ни Федеральный закон от 24 июля 2002 года №111-ФЗ «Об инвестировании средств для финансирования накопительной пенсии в Российской Федерации» не предусматривают в качестве последствия для признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным обязанности страховщика восстановить в специальной части индивидуального лицевого счёта застрахованного лица потерянный инвестиционный доход (убыток), возникший в результате досрочного перехода от одного страховщика к другому. 

Таким образом, требование истца о возложении на Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области обязанности восстановить инвестиционный доход от инвестирования средств пенсионных накоплений за 2016-2017 годы не основано на законе.

Истцом при подаче иска понесены расходы по уплате государственной пошлины, которые в силу статей 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с проигравшего в споре ответчика.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» удовлетворить частично.

Признать недействительным договор об обязательном пенсионном страховании от 30 апреля 2017 года 

<

№>, заключённый между ФИО1 и Акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Согласие-ОПС».

Обязать Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» передать в Пенсионный фонд Российской Федерации средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере ..., а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счёт дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений, в соответствии с требованиями пункта 5.3 статьи 36.6 Федерального закона от 07 мая 1998 года №75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах».

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» о взыскании компенсации морального вреда, а также в иске к Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Нефтегарант» в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей (Триста рублей).

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Р. С. Сафонов