от 02 ноября 2017 года смерть ФИО9 наступила в результате общего малокровия организма, развившегося в следствие внутреннего кровотечения на фоне одиночного проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева с повреждением сердца; при судебно-медицинском исследовании у трупа ФИО9 обнаружены следующие повреждения: одиночное проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева с повреждением мягких тканей верхнего края 3-го ребра, верхней доли левого легкого, сердечной сорочки и правого предсердия сердца с кровоизлиянием в левую плевральную полость (2300 мл), сердечную сорочку (200 мл); образовалось данное повреждение от непосредственного типичного действия острого колющережущего предмета, чем мог быть нож с шириной клинка на уровне погружения около 1,7 см, длиной клинка около 8 см и П-образным обушком; данные повреждения по степени тяжести относятся к категории «тяжкий вред здоровью», как приведшие к смерти, и находятся в непосредственной прямой причинной связи с наступлением смерти; повреждения образовались прижизненно, что подтверждается наличием кровоизлияний по ходу раневого канала; учитывая характер трупных явлений на момент осмотра трупа на месте его обнаружения можно сделать вывод, что смерть наступила за 24-26 часов до момента исследования, а именно около 15 часов 30.09.2017, и не противоречит времени, указанному в обстоятельствах случая; для наступления смерти от кровопотери необходимо определенное время, и поэтому ФИО9 после получения колото-резанного ранения, сопровождавшегося кровотечением мог жить и совершать активные действия в течение нескольких минут; при судебно-химическом исследовании в крови от трупа ФИО9 обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,87 промиле, что на момент смерти соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения; исследованием трупа установлен кровоподтек передней поверхности левой голени, образовавшийся от воздействия твердого, тупого предмета, в срок до 3-х суток назад к моменту начала судебного медицинского исследования, который не повлек вреда здоровью (т. 1 л.д. 199-201).

Из оглашенного в судебном заседании протокола допроса эксперта Свидетель №6 от 24.11.2017 следует, что им 02.10.2017 была проведена судебно-медицинская экспертиза трупа ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ года рождения № 93/2017, в результате которой можно сделать вывод, что с учетом характера 

<

данные изъяты>, данное повреждение причинено с достаточной силой для их образования (том 1 л.д. 205-207).

Согласно выводам заключения эксперта 

№ 306/2017

г. от

06 октября 2017 года

у ФИО1 каких-либо телесных повреждений не установлено (том 1 л.д. 219).

Согласно заключению эксперта № 107 от 18.10.2017 представленный на экспертизу по материалам уголовного дела № 11702890010002512 нож общей длиной 183,3 мм., длиной клинка 76,8 мм., шириной клинка (наибольшая) 15,8 мм., с рукоятью из полимерного материала белого и синего цветов, является ножом хозяйственно-бытового назначения и не относится к холодному оружию, изготовлен заводским способом (том 1 л.д. 225-226).

Согласно выводам заключения эксперта № 523/2017 (Судебно – биологическая экспертиза вещественных доказательств) от 17 октября 2017 года кровь потерпевшего ФИО9 по системе АВО принадлежит к А? группе. Кровь обвиняемого ФИО1 относится к В? группе. На футболке, спортивных брюках (по постановлению – трико), куртке ФИО9 обнаружена кровь человека А? группы, что не исключает её происхождение от самого ФИО9 и исключает – от ФИО1 (т. 2 л.д. 14-19).

Согласно выводам Заключения эксперта № 524/2017 (Судебно – биологическая экспертиза вещественных доказательств) от 16 октября 2017 года кровь потерпевшего ФИО9 по системе АВО принадлежит к А? группе. Кровь обвиняемого ФИО1 относится к В? группе. На кофте, брюках, в объекте № 3 на куртке (по постановлению накидка) ФИО1 обнаружена кровь человека В? группы, что не исключает её происхождение от самого ФИО1 и исключает – от ФИО9 В объекте № 2 (на лицевой поверхности правого рукава в средней трети) на куртке (по постановлению накидка) ФИО1 найдена кровь человека с примесью пота, при определении групповой принадлежности которых выявлены антигены А,В,Н. В результате дальнейшего дифферинцирования указанных пятен выявлен лишь антиген А, что не исключает происхождение крови в этих пятнах от лица А? группы. Следовательно, происхождение крови в объекте № 2 не исключается от ФИО9 и исключается от ФИО1 На полусапожках ФИО1 кровь не обнаружена (т. 2 л.д. 35-40).

Согласно выводам заключения эксперта № 565/2017 (Судебно – биологическая экспертиза вещественных доказательств) от 01 ноября 2017 года кровь потерпевшего ФИО9 по системе АВО принадлежит к А? группе. Кровь обвиняемого ФИО1 относится к В? группе. На ноже, изъятом с места происшествия, обнаружена кровь человека А? группы, что не исключает её происхождение от ФИО9, и исключает – от ФИО1 (т. 2 л.д. 45-50).

Так же вина подсудимого ФИО1 подтверждается: 

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от 01 октября 2017 года, в котором зафиксировано место обнаружения трупа ФИО9: участок местности в лесном массиве, расположенный в 27 метрах в северном направлении от участка автодороги с. Ельники – с. Надеждино Ельниковского района Республики Мордовия, в 1 км от информационного знака «с. Ельники». Труп ФИО9 находился лежа на спине, ноги располагались по направлению на юг, голова – по направлению на север. Зафиксированные сведения о том, в какую одежду был одет труп, соответствуют описанию одежды, сделанному подсудимым. Телесное повреждение, обнаруженное у трупа ФИО9 в виде раны с ровными краями соответствуют по локализации телесному повреждению, описанному в заключении эксперта № 93/2017 от 02 ноября 2017. Кроме того в указанном протоколе зафиксировано обнаружение ножа с рукоятью синего цвета с белыми полосками общей длиной 182 мм, длиной клинка 76 мм, шириной клинка 16 мм. Нож обнаружен на расстоянии 52 м от места обнаружения трупа по направлению на восток и в 20 м от вышеуказанной автодороги. Указанный нож, а так же обнаруженные на месте происшествия окурок сигареты, крышка от бутылки, полимерный пакет, стеклянный стакан, стеклянная бутылка из под водки были изъяты (т. 1 л.д. 35-48);

- протоколом и актом медицинского освидетельствования ФИО1 от 01 октября 2017 года, из которых следует, что на дату проведенного освидетельствования состояние опьянения у ФИО1 не установлено (т. 1 л.д. 51-54, 55);

- копией протокола об административном правонарушении от 30.09.2017, копией протокола медицинского освидетельствования № 68 от 30 сентября 2017 года, из которых следует, что 30.09.2017 ФИО1 употреблял алкоголь (т. 1 л.д. 31, 32);

- протоколом выемки от 02 октября 2017 года, из которого следует, что у ФИО1 были изъяты предметы одежды, в которой он находился в момент нанесения ножевого ранения ФИО9 (т. 1 л.д. 79-83); 

- протоколом осмотра трупа ФИО9 от 02 октября 2017 года с фототаблицей, в котором содержится детальное описание его одежды, находящегося при нем мобильного телефона, телесного повреждения. Все зафиксированные сведения соответствуют полученным впоследствии заключениям соответствующих экспертиз (т. 1 л.д. 84-90);

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей от 21 ноября 2017 года, в котором зафиксирован процесс осмотра мобильного телефона ФИО1 с симкартой МТС. В ходе осмотра установлено, что 30.09.2017 в период с 15 часов 25 минут ФИО1 звонил отцу, абонентам «Дема», «ФИО26 Вова» «Матрас Вова», что соответствует показаниям подсудимого, потерпевшего ФИО2 №1, свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №8 (т. 2 л.д. 60-70);

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей от 21 ноября 2017 года, в котором зафиксирован осмотр предметов одежды ФИО9 При этом на футболке в верхней трети левой половины передней поверхности имеется одно повреждение линейной формы с ровными краями (т. 2 л.д. 71-80);

- протокол осмотра предметов с фототаблицей от 21 ноября 2017 года в котором зафиксирован осмотр крышки от бутылки, полимерного пакета, бутылки, стакана, ножа (по материалам дела принадлежащего ФИО1) общей длиной 183 мм, длиной клинка 76,8 мм, шириной 15,8 мм, толщиной обуха – 1 мм, с бочкообразной рукоятью фигурной формы из полимерного материала белого и синего цветов, окурка сигареты, ножа (по материалам дела принадлежащего ФИО9), дактилокарты, кожного лоскута с раны ФИО9, волос с пяти частей головы трупа, образца крови ФИО1 на марлевом тампоне, марлевого тампона контрольного, смывов с правой и левой рук ФИО1, ногтевых срезов с правой и левой рук ФИО9, ногтевых срезов с правой и левой рук ФИО9 (т. 2 л.д. 81-95);

- протоколом осмотра документов от 24 ноября 2017 года, согласно которому предметом осмотра являлся журнал учета обращений граждан по «Телефону доверия» в Ельниковском районе, в котором имеется запись датированная 30.09.2017 15 час. 30 мин. о том, что заявитель ФИО1, проживающий 

<

адрес>, позвонил по телефону и сообщил о том, что они с братом ФИО5 пошли в Пиксайку в лес взяли бутылочку водки, выпили, а потом поругались. Потом он пырнул его ножом, и он ушел в лес. Данное сообщение было принято сотрудником Свидетель №1 и переадресовано по номеру «02» дежурному ОП № 11 ММО МВД России «Краснослободский» (т. 2 л.д. 110-115);

Согласно заключению комиссии экспертов от 03 ноября 2017 года № 793 в ходе психологического исследования ФИО1 пояснял, что 30 сентября он пошел с братом в лес за грибами, взяли с собой водку, зашли в лес, выпили водки, он выпил около 250 грамм, после чего брат завел разговор о том, зачем он вообще приехал к ним и живет с ними, «матерно» выражался в его адрес, он разозлился, у него в руке был нож, которым он «махнул» один раз, попал ему в грудь, он повернулся и убежал от него. Он собрал разбросанные вещи, пошел его искать, не нашел, вышел на трассу, позвонил в милицию. Такие конфликты между ними случались и ранее, брат постоянно придирался, выгонял его из отцовского дома, бывало, даже дрались с ним из-за этого. Понимает противоправность и уголовную наказуемость содеянного, в содеянном раскаивается, высказывал, что смерти брата не хотел (т. 1 л.д. 212-213);

Справкой о результатах проверки в ОСК (т. 1 л.д. 98), общественной характеристикой (т. 1 л.д. 100), справкой о составе семьи (т. 1 л.д. 101), справками ГБУЗ Республики Мордовия «Краснослободская МБ» (т. 1 л.д. 102), из которой следует, что потерпевший ФИО9 проживал на дату своей смерти с отцом ФИО2 №1 и братом ФИО1, характеризуется отрицательно, как лицо, которое неоднократно привлекалось к уголовной ответственности за совершение преступлений, в том числе за побои и угрозу убийством, грабежи. По месту жительства в администрацию сельского поселения поступали неоднократные жалобы на его поведение со стороны родителей, состоял на учете у врача

<

данные изъяты>, у врача психиатра на учете не состоял.

Приведенные выше доказательства суд признает относимыми, допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а в совокупности – достаточными для вывода о виновности подсудимого ФИО1 в совершении выше указанного преступления.

Таким образом факт причинения подсудимым с применением ножа, тяжкого вреда здоровью ФИО9, состоящего в причинно-следственной взаимосвязи со смертью ФИО9, собранными доказательствами установлен в полном объеме и у суда сомнений не вызывает. 

Согласно заключению комиссии экспертов от 03 ноября 2017 года № 793 в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, ФИО1 признаков какого-либо временного психического расстройства не обнаруживал, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. ФИО1 мог в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 1 л.д. 212-213). 

У суда не имеется оснований сомневаться в указанном заключении квалифицированных экспертов, которые при производстве судебно-психиатрической экспертизы имели возможность не только непосредственно исследовать психическое состояние ФИО1, но и пользовались медицинскими документами.

Подсудимый ФИО1 на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т. 2 л.д. 142), его адекватное поведение в судебном заседании так же не дает суду оснований сомневаться в отсутствии отклонений в психическом состоянии.

При таких обстоятельствах суд признает ФИО1 вменяемым в отношении совершенного им деяния.

В силу статьи 23 Уголовного кодекса Российской Федерации лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, подлежит уголовной ответственности. 

Органом предварительного расследования действия ФИО1 были квалифицированы по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В соответствии со статьей 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации умысел, форма вины, мотивы совершения преступления подлежат доказыванию при производстве по уголовному делу.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» необходимо отграничивать убийство от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имея в виду, что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности.

При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

В судебном заседании государственным обвинителем заявлено о необходимости переквалифицировать действия подсудимого ФИО1 с части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на часть 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Различие между указанными преступлениями вытекает из субъективной стороны преступлений – отношения виновного к наступлению смерти. При этом для субъективной стороны преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации характерно умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека, когда виновный предвидит возможность или неизбежность наступления смерти, желает наступления смерти, либо не желает, но сознательно допускает наступление смерти, либо относится к этому безразлично. 

Для субъективной стороны преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации характерна иная форма умысла, а именно, виновный либо предвидит возможность наступления смерти, но без достаточных к тому оснований рассчитывает на то, что смерть не наступит; либо виновный не предвидит возможность наступления смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен и может это предвидеть.

Признавая подсудимого виновным, суд приходит к выводу, что его действия по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации органом предварительного расследования квалифицированы неверно и соглашается с позицией государственного обвинения о необходимости переквалификации действий подсудимого. При этом суд исходит из того, что подсудимый причинил ФИО9 телесные повреждения, от которых наступила его смерть, в ходе конфликта между ними, возникшего по причине противоправного поведения потерпевшего, который вдруг стал агрессивно себя вести по отношению к подсудимому, высказывать в его адрес обвинения, оскорблял подсудимого и родителей нецензурной бранью, требовал дать ему деньги, все это ФИО9 сопровождал размахиванием руками в направлении подсудимого. В данной обстановке подсудимый нанес ФИО9 имеющимся у него в руке ножом, который до этого он использовал для сбора грибов, одно проникающее ножевое ранение. При этом подсудимый полагал, что наносит удар в плечо, о чем впоследствии пояснял сотрудникам полиции и суду. Однако в силу сложившихся обстоятельств удар ножом пришелся в область грудной клетки слева (одиночное проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева с повреждением мягких тканей верхнего края 3-го ребра, верхней доли левого легкого, сердечной сорочки и правого предсердия сердца с кровоизлиянием в левую плевральную полость (2300 мл.), сердечную сорочку (200 мл.), что по мнению суда, само по себе не свидетельствует о наличии у него умысла на убийство, а подтверждают довод подсудимого, что он наносил удар без намерений лишать жизни своего брата - потерпевшего, а с целью причинить вред его здоровью, и тем самым пресечь агрессивное поведение потерпевшего, усмирить его. После причинения ножевого ранения ФИО9 успокоился, толкнул руками в грудь ФИО1 и убежал в глубь леса. В это время ФИО1, сожалея о случившемся, пытался догнать своего брата, звал его, потеряв из виду, искал, пытался дозвониться ему на телефон, имея намерения оказать ему помощь. Затем ФИО1 не скрывался, не предпринимая каких-либо мер к сокрытию следов преступления, обратился за помощью в обнаружении ФИО9 на «Телефон доверия» пожарно-спасательной службы, сотрудник которой переадресовал сообщение ФИО1 в полицию. Совместно с сотрудниками полиции ФИО1 принимал меры к розыску ФИО9, надеясь, что он жив, и лишь на следующий день, 01.10.2017 был обнаружен труп ФИО9 Указанные обстоятельства, о которых пояснил в суде подсудимый, стороной обвинения не опровергнуты.

При этом, как видно из совокупности исследованных судом доказательств, умыслом ФИО1 не охватывалось наступление смерти ФИО9 от его действий, подсудимый не предвидел таких последствий, хотя, с учетом локализации наносимого удара, орудия преступления, при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Исследованные в ходе судебного следствия доказательства свидетельствуют о том, что ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, действительно умышленно причинил ФИО9 тяжкое телесное повреждение, но смерть оно повлекло по неосторожности. 

В связи с изложенным действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, так как в указанное время и при вышеизложенных обстоятельствах в результате умышленных действий подсудимого был причинен тяжкий вред здоровью ФИО9, а затем наступила его смерть, при наличии прямой причинной связи с действиями подсудимого. Тяжесть причиненного вреда здоровью потерпевшего и причинно-следственная связь между действиями подсудимого и смертью потерпевшего подтверждена соответствующим экспертным заключением, которое у суда сомнений не вызывает и подтверждена совокупностью иных исследованных доказательств, перечисленных выше. При этом подсудимый, исходя из своего возраста, психического состояния, жизненного опыта, используемого орудия преступления должен был и мог предвидеть последствия своих действий в виде смерти потерпевшего.

Вместе с тем, указанные выводы суда об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство своего брата основываются не только на показаниях подсудимого, но и косвенно на показаниях свидетеля Свидетель №2, который пояснил, что ФИО1 активно старался помогать им в поисках ФИО9; а так же, на заключении судебно-психиатрической экспертизы, при производстве которой ФИО1, раскаиваясь в содеянном, пояснял, что смерти брата не хотел. 

Не доверять указанным доказательствам у суда оснований не имеется. 

Мотивом совершения указанного преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие в следствие предшествующей указанным событиям ссоры, произошедшей между подсудимым ФИО1 и ФИО9, инициатором которой был ФИО9 

В силу требований части 1 статьи 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации изменение обвинения ФИО1 на статью Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающую более мягкое наказание, не ухудшает его положение и не нарушает его права на защиту. 

Оснований для постановления 

приговор

а без назначения наказания и освобождения от наказания, в том числе для освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа, по делу не установлено.

При назначении подсудимому наказания суд в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений в силу статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Преступление, совершенное ФИО1, относится к категории особо тяжких преступлений и является оконченным. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд, в соответствии с пунктами «з», «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а так же противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. 

Как отмечалось выше, ФИО1 сам принял меры к тому, чтобы сотрудники полиции отыскали его брата, активно помогал сотрудникам полиции в поисках ФИО9, как непосредственно после совершения преступления, так и на следующий день, указал место конфликта, опознал нож, с использованием которого он совершил данное преступление, не смотря на то, что на данном ноже экспертом не были обнаружены отпечатки пальцев, пригодные для идентификации. В последствии в ходе расследования подсудимый давал подробные признательные показания, сообщал органам следствия ранее не известную им информацию. Все основные улики, вещественные доказательства органами следствия были получены в результате активного добровольного сотрудничества с ними подсудимого. Аморальность и противоправность потерпевшего ФИО9 выразилась в том, что он после употребления спиртного стал вести себя агрессивно по отношению к ФИО1, оскорблял и обвинял его, требовал у него денег, наступая на него «размахивал руками», при этом в этот же день, до распития спиртных напитков между братьями были хорошие взаимоотношения, о чем свидетельствует их обоюдное желание вместе пойти в лес за грибами.

Кроме того, из представленной суду медицинской карты и показаний свидетеля врача-фтизиатра Свидетель №9 следует, что подсудимый с 2015 года состоит на диспансерном учете у врача-фтизиатра. Был взят на учет с диагнозом: Туберкулез лонных костей, туберкулезный симфизит, активный рецидивирующий. Подсудимый в связи с указанным заболеванием проходил стационарное лечение, перенес сложную операцию, после которой сезонно получал курсы химиотерапии. В настоящее время подсудимый клинически излечен, но сохраняется вероятность рецидива.

Указанное обстоятельство, а кроме этого признание им вины, раскаяние в содеянном суд в соответствии с частью 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации так же признает обстоятельствами, смягчающими наказание. 

Вместе с тем, суд не находит оснований для признания указанных смягчающих наказание обстоятельств исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенного преступления и не применяет в отношении ФИО1 статью 64 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренных частью 1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации судом не установлено.

В соответствии с частью 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации судья (суд), назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других одурманивающих веществ.

Суд обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому ФИО1, признает совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку, по мнению суда, и по мнению самого подсудимого, его родственников, допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей (Свидетель №5 и ФИО3), именно состояние опьянения, на ряду с аморальным поведением потерпевшего, обусловило потерю ФИО1 контроля над своими действиями и критическое отношение к своему поведению, вызвало агрессию в отношении брата, в результате чего и было совершено особо тяжкое преступление против личности.

Учитывая наличие отягчающего наказание обстоятельства суд в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации не обсуждает вопрос об изменении категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую.

С учетом изложенных обстоятельств, личности ФИО1, который ранее к уголовной ответственности не привлекался (т. 2 л.д. 139-140), характеризуется положительно как по месту жительства, так и по последнему месту работы (т. 2 л.д. 141); проживал до заключения под стражу совместно с отцом ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 143), фактических обстоятельств совершенного им преступления, а именно того, что удар ножом он нанес своему родному брату, не в условиях необходимой обороны, а также характера и степени его общественной опасности, несмотря на наличие обстоятельств, смягчающих наказание, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы.

С учетом обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание подсудимому, а также всех конкретных обстоятельств совершения преступления (наличия прямого умысла, направленного на причинение ФИО9 тяжкого вреда здоровью, совершения оконченного преступления с использованием ножа, из-за неприязненных отношений с потерпевшим), личности подсудимого, который не судим, виновным себя в совершении указанного преступления признал, раскаялся в содеянном, данных о личности потерпевшего ФИО9, который ранее неоднократно привлекался к уголовной ответственности, вел аморальный образ жизни, поведения ФИО9, предшествовавшего преступлению, суд назначает ФИО1 наказание в размере несколько меньшем, нежели предложено государственным обвинителем, но в размере, предусмотренном санкцией статьи, по которой квалифицированы действия ФИО1

Суд не находит оснований для назначения ФИО1 наказания с применением статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку он совершил умышленное преступление, относящееся к категории особо тяжких, в отношении своего родного брата.

При имеющихся обстоятельствах оснований для применения к подсудимому положений статьи 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не находит.

При этом, учитывая, что после совершения преступления и до настоящего времени отец подсудимого ФИО2 №1 проживает у своей сестры, дочь подсудимого является совершеннолетней, трудоспособной, и проживает отдельно, суд приходит к выводу, что реальная изоляция подсудимого от общества не окажет отрицательного влияния на условия жизни его семьи.

Применение дополнительного наказания в виде ограничения свободы суд считает нецелесообразным, поскольку в соответствии с настоящим приговором ФИО1 будет направлен для отбывания наказания в места лишения свободы, где будет находиться под постоянным контролем со стороны учреждения, исполняющего наказание, что, по мнению суда, будет достаточным для его исправления и предупреждения совершения им новых преступлений. При этом судом учитываются и данные о личности ФИО1, который, как следует из показаний свидетелей Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №4, в быту и в общественных местах ведет себя правильно, всегда вежлив, спокоен, ответственен, доброжелателен, являлся опорой для своего отца.

Данное наказание, по мнению суда, будет соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного подсудимым преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, а так же сможет обеспечить достижение целей наказания, предусмотренных частью второй статьи 43 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В силу пункта «в» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве исправительного учреждения ФИО1 должна быть назначена исправительная колония строгого режима, как мужчине, осужденному за совершение особо тяжкого преступления и ранее не отбывавшему лишение свободы.

Срок отбывания наказания ФИО1 подлежит исчислению со дня вынесения настоящего приговора.

В соответствии с частью 3 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время задержания и содержания осужденного под стражей с 01.10.2017 по день вынесения приговора подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за один день (том 1 л.д.59-62, 154-156, том 2 л.д. 108-109, 215-217, том 3 л.д. 28-33).

В связи с назначением ФИО1 наказания в виде лишения свободы с отбыванием в исправительном учреждении в отношении него необходимо меру пресечения в виде содержания под стражей оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевшим ФИО2 №1 не заявлен.

Согласно пункту 12 части 1 статьи 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при постановлении приговора суд должен разрешить вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Вещественные доказательства: 

- нож, принадлежащий ФИО1, хранящийся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия в соответствии с пунктом 1 части 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по вступлению приговора в законную силу подлежит уничтожению, как орудие преступления, принадлежащее подсудимому и не представляющее ценности;

- принадлежащие подсудимому кофта (джемпер), куртка (накидка), брюки, полусапожки (пара), мобильный телефон Philips е103, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, в соответствии с пунктом 6 части 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по вступлению приговора в законную силу подлежат возвращению по принадлежности ФИО1;

- крышка от бутылки, полимерный пакет, бутылка, стакан, окурок сигареты, кожный лоскут с раны ФИО9, волосы с пяти частей головы трупа ФИО9, образец крови ФИО1 на марлевом тампоне, смывы с правой и левой рук ФИО1, ногтевые срезы с правой и левой рук ФИО1, ногтевые срезы с правой и левой рук ФИО9, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, в соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по вступлению приговора в законную силу подлежат уничтожению, как предметы, не представляющие ценности и никем не истребованные;

- мобильный телефон micromax x2050 ФИО9, нож ФИО9, не являющийся орудием преступления, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, в соответствии с пунктом 6 части 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по вступлению приговора в законную силу подлежат передаче по принадлежности ФИО2 №1;

- куртка ФИО9, футболка ФИО9, спортивные брюки (трико) ФИО9, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, в соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по вступлению приговора в законную силу подлежат уничтожению, как предметы, не представляющие ценности и не истребованные потерпевшим;

- дактокарта с правой и левой рук ФИО9, хранящаяся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, по вступлению приговора в законную силу в соответствии с пунктом 5 части 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению в материалах настоящего уголовного дела в течение всего срока хранения последнего, как документ, не востребованный заинтересованным лицом.

- светокопия листа журнала учета обращений граждан по телефону доверия в Ельниковском районе за 30.09.2017, хранящаяся в материалах уголовного дела (т. 2 л.д. 116-117) в соответствии с пунктом 5 части 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению в материалах настоящего уголовного дела в течение всего срока хранения последнего, как документ, не востребованный заинтересованным лицом.

Процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокатам на стадии предварительного расследования, не установлено.

В судебном заседании защиту прав обвиняемого ФИО1 по назначению осуществлял адвокат Щанькин Г.И., размер вознаграждения его труда за 7 дней участия составил 3850 рублей.

В силу пункта 5 части 2 статьи 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации указанная сумма относится к процессуальным издержкам.

На основании части 1 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации процессуальные издержки взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет федерального бюджета. 

Как следует из материалов дела, ФИО1 является получателем пенсии и трудоспособен, иждивенцев не имеет, доказательств его имущественной несостоятельности не представлено, поэтому в соответствии с частью 6 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оснований для полного или частичного освобождения его от уплаты процессуальных издержек не имеется, и они подлежат взысканию с осужденного в доход федерального бюджета в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307, 308 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 16 февраля 2018 года.

В соответствии с частью 3 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время задержания и содержания осужденного ФИО1 под стражей с 01 октября 2017 года до 16 февраля 2018 года засчитать ему в срок лишения свободы из расчета один день за один день. 

Меру пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Процессуальные издержки, состоящие из вознаграждения труда адвоката, участвовавшего по назначению в судебном производстве в сумме 3850 (три тысячи восемьсот пятьдесят) рублей, возложить на осужденного ФИО1, взыскав их с него в доход федерального бюджета.

По вступлении настоящего приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: 

- нож, принадлежащий ФИО1, хранящийся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия уничтожить;

- принадлежащие подсудимому кофту (джемпер), куртку (накидку), брюки, полусапожки (пару), мобильный телефон Philips е103, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, возвратить по принадлежности ФИО1;

- крышку от бутылки, полимерный пакет, бутылку, стакан, окурок сигареты, кожный лоскут с раны ФИО9, волосы с пяти частей головы трупа ФИО9, образец крови ФИО1 на марлевом тампоне, смывы с правой и левой рук ФИО1, ногтевые срезы с правой и левой рук ФИО1, ногтевые срезы с правой и левой рук ФИО9, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, уничтожить;

- принадлежавшие ФИО9 мобильный телефон micromax x2050., нож, не являющийся орудием преступления, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, передать потерпевшему ФИО2 №1;

- куртку ФИО9, футболку ФИО9, спортивные брюки (трико) ФИО9, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, уничтожить;

- дактокарту с правой и левой рук ФИО9, хранящуюся в комнате хранения вещественных доказательств Краснослободского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, оставить в материалах настоящего уголовного дела в течение всего срока хранения последнего;

- светокопию листа журнала учета обращений граждан по телефону доверия в Ельниковском районе за 30.09.2017, хранящуюся в материалах уголовного дела, оставить в материалах настоящего уголовного дела в течение всего срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия через Ельниковский районный суд Республики Мордовия в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалоб и (или) представления осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: