Дело №1-28/2019 ( 1-525/2018)

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Липецк 17 июня 2019 года

Октябрьский районный суд города Липецка в составе: председательствующего судьи Щедриновой Н.И., с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Октябрьского района города Липецка Навражных С.С., ФИО1, старших помощников прокурора Октябрьского района города Липецка Ушаковой Т.А., ФИО2, подсудимого и гражданского ответчика ФИО3, его защитника –адвоката Красноперовой О.Н.., представившей удостоверение № 846 от 25.12.2017 года и ордер № 30611 от 09.11.2018 года, потерпевшего и гражданского истца Б его представителя – адвоката Знаменщикова Е.В., представившего удостоверение № 780 от 04.02.2016 г., ордер № 80 от 09.11.2018 г., при секретарях Гришиной Е.Г., Нестеренко А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО3, 

<

данные изъяты> ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 причинил тяжкий вред здоровью ФИО4 по неосторожности 

Преступление совершено им в г.Липецке при следующих обстоятельствах. 

ФИО3 в период времени с 01 часа 00 минут до 01 часа 52 минут 06 июня 2018 года, находясь около бара «Баррель», расположенного по адресу: 

<

...>, в ходе конфликта, возникшего между ним и Б на почве личных неприязненных отношений, умышленно, не предвидя общественно-опасных последствий, хотя должен был и мог их предвидеть, проявляя преступную небрежность оттолкнул от себя ФИО4 предплечьем правой руки в область грудной клетки, отчего ФИО4, не удержавшись на ногах, упал, ударившись о твердое дорожное покрытие правой затылочно-теменной областью головы. 

В результате чего Б по неосторожности были причинены следующие телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма в состав которой входят следующие телесные повреждения: кровоподтек правой затылочно-теменной области, линейный перелом правой височной кости, с переходом на височно-теменной и лямбдовидный швы слева, эпидуральная гематома в височно-теменной области справа, массивное субарахноидальное кровоизлияние с двух сторон, контузионные геморрагические очаги в базальных отделах лобных областей и в правой височной доле, внутримозговая гематома в височной доле справа, что расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни человека. 

Подсудимый ФИО3 вину в причинении тяжкого вреда здоровью Б по неосторожности признал полностью и показал, что 05.06.2018 года вечером он, его девушка В и ее знакомые К с Бр пришли к бару «Баррель». Девушки остались на улице, а он с Бр спустились в помещение бара, где к нему (ФИО3) обратился Б, который был нетрезв, вел себя агрессивно, употреблял нецензурную брань, в т.ч. слова, которые унижали его (ФИО3). Поэтому он не захотел общаться с ними, вышел вслед за Бр из бара. На улице к нему (ФИО3) очень близко (на расстоянии ладони) подошел Б что он посчитал за агрессию, угрозу со стороны последнего, поэтому оттолкнул его от себя локтем в область груди, от чего Б упал. Других действий в отношении Б он не предпринимал. Б был в сознании, но встать не смог, лежал на спине с открытыми глазами, говорил что-то непонятное, как он понял из-за состояния опьянения. Поскольку Б не вставал, он сказал окружающим, чтобы того никто не поднимал, после чего вызвал скорую помощь, сообщив, что упал человек. В это время из бара вышел посетитель, у которого он попросил воды для Б. После чего он, оставив другу Б свой номер телефона, с В уехали домой. В дальнейшем о состоянии здоровья он узнавал от друга Б. Также ему звонила супруга Б предлагала дать ей деньги для мирного решения ситуации, без заявления, на что он не согласился. С 06.06.2018 г. на работу в «Бекарт» он (ФИО3) уже не вышел. Никаких ссор до случившего с Б, которого он ранее на работе не видел, у него не было. 

В целом аналогичные, но более подробные данным суду показания, были даны им и на предварительном следствии в качестве подозреваемого 06.07.2018 г.(т.1 л.д.219-222), обвиняемого 05.09.2018 г. (т.2 л.д.69-71) 

Из протокола явки с повинной от 06.07.2018 года, следует, что ФИО3 сообщил что 06.06.2018 г. он, находясь около бара «Баррель», расположенном по адресу: 

<

...>, в ходе конфликта с неизвестным мужчиной, нанес удар локтем в верхнюю часть туловища для того, чтобы его оттолкнуть, от чего мужчина упал.(т.1 л.д.: 210) 

При проверке показаний на месте 06.07.2018г., подозреваемый ФИО3 в присутствии защитника и понятых указал на место, расположенное около бара «Баррель» по адресу ул. Меркулова д. 24а г. Липецка, где произошел конфликт с неизвестным мужчиной (Б.), которого он оттолкнул от себя.(т.1 л.д.: 223-232)

В ходе следственного эксперимента от 27.08.2018 года, подозреваемый ФИО3 продемонстрировал механизм нанесения толчка потерпевшему Б 06.06.2018 года, у бара «Баррель» по адресу: 

<

...> (т.1 л.д.: 233-240)

После оглашения которых, ФИО3 их полностью подтвердил, уточнив, что не видит разницы в своих показаниях в том, что он толкнул или ударил потерпевшего, отчего тот упал и ударился. 

Помимо признания вины, виновность ФИО3 в совершении данного преступления подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств.

Так, потерпевший Б суду показал, что 05.06.2018 года он со своим коллегой Вр в вечернее время находились в баре «Тайга» на Сырском на дне рожденья сотрудника Сш, где употребляли спиртное. После чего около 00 часов 30 минут он с Вр приехали к бару «Баррель», где обратили внимание на ФИО3, вспомнив, что тот работает с ними в «Бекарт», и в этот день отпросился с работы. Им стало интересно, почему ФИО3 так поступил, что ему было предложено объяснить. ФИО3 ответил, что ему было плохо, на что он (Б) не допуская оскорблений, но в грубой нецензурной форме ответил, что тот его обманывает. ФИО3 предложил им выйти на улицу, где Вр остался стоять с другом ФИО3, а ФИО3 просил его (Б повторить сказанное им в баре, что он (Б) и сделал. После чего он почувствовал удары кулаками обеих рук ФИО3 по своей голове в височные области с каждой из сторон, отчего он сел на корточки, завалился на спину и почувствовал удар носком левой ноги ФИО3, обутой в кроссовок, в правую часть своей головы, выше уха, потерял сознание. Головой в ходе случившегося он не ударялся. Через пару дней он очнулся в больнице, где ему была проведена операция. Он находился в реанимации, проходил стационарное лечение, затем амбулаторное- в поликлинике по месту жительства. После случившегося ему установлена 3 группа инвалидности, лечение продолжается и сейчас. Ему известно, что скорую помощь ему вызвал ФИО3, в больницу с ним ездил В.

Из показаний, данных потерпевшим Б на следствии (т.1 л.д.146-152) следует, что им были даны показания в целом аналогичные данным суду, в том числе и при проведении следственного эксперимента 24.09.2018 г.(т.1 л.д.153-163), согласно которым потерпевший Б пояснил и продемонстрировал механизм нанесения ему ударов ФИО3 06.06.2018 года у бара «Баррель» по адресу: 

<

...> (т.1 л.д.: 153-163)

Вместе с тем, в судебном заседании оглашен и первоначальный протокол допроса потерпевшего Б от 06.07.2018 г. (т.1 л.д.56-57), из которого следует, что в тот день, находясь в баре «Баррель» в ходе разговора с ФИО3 он оскорбительно высказался нецензурной бранью, после чего ФИО3 пригласил их выйти на улицу для разговора, где словесный конфликт между ними продолжился, в ходе чего он почувствовал удар в область лица с левой стороны, от которого он упал, ударился головой об асфальт и потерял сознание. В сознание он пришел уже в больнице «Липецк-Мед» г.Липецка. После оглашения которых, потерпевший их не подтвердил, ссылаясь на что, что плохо себя чувствовал в момент этого допроса, следователь вслух протокол этого допроса ему не читала, он сам тоже его не читал, о чем не указал в протоколе. Но впоследствии устно говорил следователю, что не согласен с этим протоколом. 

Из показаний свидетеля Вр следует, что вечером летом 2018 года, дату уже не помнит, решили зайти в бар с Б выпить пива, где увидели ФИО3, у которого Б спросил, почему тот ушел с работы. ФИО3 был трезв, сказал Б выйти на улицу, где ФИО3 с Б стояли напротив друг друга, а он (Вр) и друг ФИО3 стояли рядом. Б, который был в состоянии алкогольного опьянения, но говорил без затруднения, употребляя нецензурную брань, обвинял ФИО3 во лжи. ФИО3 нанес удары Б по лицу, 2-3 раза рукой, в боковые части головы. Б начал присаживаться, Затем ФИО3 нанёс Б удар носком левой ногой в верхнюю часть туловища, когда Б стал присаживаться, завалился и упал на спину на ровную тротуарную плитку, там же, где и стоял. Он видел, что у Б из носа пошла кровь, потом он потерял сознание. Он (Вр и друг ФИО3 подбежали к Б, который лежал на спине, издавал стоны, стали приводить его в чувство. ФИО3 вызвал скорую помощь, помог занести внутрь бара Б, который не мог идти. В момент прибытия скорой помощи Б отвечал смутно, держался за голову. В машине скорой помощи он не видел телесных повреждений у Б, т.к. там было тусклое освещение. Утверждал, что он и Б, у которого до случившегося не было никаких телесных повреждений, не привлекали своим поведением к себе внимание окружающих.

Из показаний, данных свидетелем Вр на предварительном следствии, в том числе в ходе следственного эксперимента 10.09.2018 г. с его участием, где им был продемонстрирован механизм причинения Б С-ным телесных повреждений (фототаблица к данному протоколу (фото № 4), (т.1 л.д. 111-113, 114-118, 119-123), следует, что в целом они аналогичны, данным им суду, из которых следует, что эти события имели место 05.06.2018 г. - 06.06.2018 г., что и было подтверждено данным свидетелем в суде в полном объеме.

Вместе с тем свидетелем Вр первоначально 09.07.2018 года на предварительном следствии были даны иные показания относительно действий ФИО3 в отношении Б (т.1 л.д.98-100), из которых следует, что находясь у бара «Баррель», куда они вышли с С-ным и его другом, он увидел, как ФИО3 нанес удар Б от которого Б упал на асфальт. Он подошел к Б и увидел, что тот находится без сознания, издавал какие-то стоны и хрипел. После оглашения этих показаний, свидетель вр их не подтвердил, ссылаясь на то, что был невнимателен, спешил при подписании данного протокола допроса.

Свидетель Би (супруга потерпевшего Б суду показала, что 05.06.2018 года Б пошел на день рожденья к коллеге, не имел телесных повреждений, был здоров, домой не вернулся. В 04 часа утра 06.06.2018 года на телефон мужа ответил коллега Вр, сообщив, что Б в больнице без сознания, его готовят к операции. В больнице ей стало известно. что у Б ушиб головного мозга, тяжелое состояние, гематома, он подключен к вентиляции легких. Со слов мужа в дальнейшем ей стало известно, что в тот вечер в баре к нему подошёл ФИО3, у которого муж спросил, почему тот ушел с работы. Ответ ФИО3 муж посчитал неправдой, о чем сказал ему. ФИО3 потребовал выйти с ним на улицу, где муж повторил сказанное ФИО3 в баре. После чего муж стал падать, т.к. от ФИО3 ему поступил удар в голову. ФИО5 это подтвердил, а также сказал, что Б, лежа на спине, ничем не ударялся. В настоящее время Б, которого охарактеризовала положительно, установлена 3 группа инвалидности, он не работает, т.к. у него поднимается давление при физических нагрузках. По просьбе сотрудников полиции она действительно звонила ФИО3, чтобы установить его местонахождение. 

Свидетель Ш суду показал, что в мае 2018 года после 22 часов он общался в баре «Баррель» с парнем и девушкой, которые там работают. Зашли два парня, а затем ФИО3 с другом, которые взяли пива и собирались уходить, но в этот момент началась перепалка между подсудимым и потерпевшим, оскорблений он не слышал, они не кричали, затем вышли на улицу. Через 5-7 минут он (Ш) тоже вышел на улицу покурить, шума не было. Там он увидел потерпевшего, который сидел на асфальте, его друг был рядом. Он спросил, что случилось, вынес воды, умыл Б, дал ему попить. ФИО3 вызвал скорую помощь, и уехал на такси. Друг Б сказал ему (Ш), что они будут ждать скорую помощь. Б был в сознании, когда он его умывал, крови не видел, ничего не почувствовал. Он помог встать Б, который сказал, что у него все хорошо.

Из показаний данных им на следствии 13.07.2018г., следует, что указанные события имели место 05.06.2018 года, когда он около 23 часов 00 минут пришел в бар «Баррель», куда через некоторое время зашел Б с парнем, и около 01 часа 30 минут - ФИО3 со своим другом. Когда он примерно через 4 минуты после их ухода, поднялся на улицу, то увидел, что около ступенек на асфальте сидел Б напротив него -на корточках его друг, спрашивал как тот себя чувствует. ФИО3 вызывал скорую помощь, попросил его принести воды, что он и сделал, подошел к Б умыл его водой. После чего взяв под руки Б. довели с его другом его до двери бара, где Б присел на корточки. (т.2 л.д.: 33-34) После оглашения которых свидетель их подтвердил, объяснив неточности прошедшим с тех пор периодом времени.

Свидетель Бр суду дал показания, аналогичные данным подсудимым С-ным относительно событий 05.06.2018 года. Из его показаний также следовало, что когда он и ФИО3 около 01 часа ночи находились в баре «Баррель», на крики Б ФИО3 обернутся, спросил ему ли это адресовано. Б и его друг позвали ФИО3. Он (Бр) сказал ФИО3 выходить на улицу. Бр и его друг почему-то пошли за ними. На улице у бара он увидел, что Бр стоит очень близко к ФИО3, между ним было расстояние примерно с ладонь. В этот момент ФИО3, как ему показалось, несильно, оттолкнул потерпевшего локтем в область левого плеча, который оказался на корточках, а потом упал на левый бок. Звуков удара и криков при этом не было. Телесных повреждений и крови у Б он не видел. Он (Б) сказал ФИО3 вызвать скорую помощь. Вр стал поднимать Б но у него не получалось, поэтому он (Бр) помог ему. Затем вышел парень ФИО120, который работал в баре (Ш), умыл Б водой в прихожей бара. ФИО3 уехал с девушкой, он (Бр) также ушел примерно через 40 минут, не дождавшись скорую. 

Из показаний, данных на следствии следует, что им были даны более подробные, но в целом аналогичные данным суду показания. Из которых также следовало, что когда Б на улице у бара стал подходить очень близко, почти в упор к ФИО3, то при этом выражался нецензурно в его адрес. После чего ФИО3 оттолкнул Б правой рукой согнутой в локте в область груди. Отчего Б, находившийся в состоянии сильного алкогольного опьянения, потерял равновесие и упал на правый бок. ФИО3 наклонился к Б, который был в сознании, издавал какие-то звуки, следов крови на нем не было (т.2 л.д.47-50) После оглашения свидетель Бр подтвердил данные показания, объяснив допущенные неточности прошедшим с тех пор периодом времени

Свидетель Мт (продавец-бармен бара «Баррель») суду показала, что 06-07.07.2018 г. она находилась на своем рабочем месте в баре «Баррель» на ул.Катукова, куда примерно в 11-12 часов ночи пришли пьяные потерпевший с другом. Потерпевший шатался, разлил пиво, швырнул деньги ей в лицо, разговаривал громко, заглушая звук телевизора в баре. Затем туда же пришёл подсудимый с другом, заказали пиво, ушли. Она попросила потерпевшего и его друга из-за их поведения уйти, и они ушли за подсудимым. Больше она их не видела и ничего не слышала. На следующее утро ее вызвал следователь. Затем от посетителей бара она узнала, что потерпевший у бара упал, разбил голову.

Из показаний, данных свидетелем Мт на следствии, следует, что описанные ею события происходили 05.06.2018 года, по иному адресу6 

<

...> а, когда около 23 часов 00 минут в бар зашли двое парней невысокого роста (один с темным цветом волос, другой седой) в сильном алкогольном опьянении. Они себя вели очень агрессивно по отношению к ней, привлекали внимание других посетителей. В помещении бара никаких конфликтов не было.(т.2 л.д.: 36-37) Что она и подтвердила после оглашения, объяснив неточности прошедшим с тех пор периодом времени. При этом подтвердила свои показания в суде, о том, что она просила потерпевшего с другом уйти, сообщив, что забыла об этом при даче показаний у следователя, а в суде, увидев потерпевшего, вспомнила.

Свидетель Вх дав суду показания аналогично данным подсудимым С-ным, свидетелем Бр в части событий, имевших место до момента их прибытия к бару «Баррель», также показала, что она не видела момента, когда ФИО3 с Бр вышли из бара, разговоров тоже не слышала. А когда она обернулась, то увидела, что Б уже лежал, держался за голову и сказал, что ему плохо, у него болит голова. Следов крови и телесных повреждений она на нем не видела. Б говорил неразборчиво, как она поняла потому, что он нетрезв, т.к. от него исходил запах пива, при этом он понимал, что говорит. От ФИО3 ей стало известно, что у него с Б произошло какое-то недопонимание, он оттолкнул Б, который упал. Для вызова скорой помощи ФИО3 использовал, как она помнит, телефон Кз, с аб. номером №.

Свидетель Сл фельдшер скорой помощи) суду показала, что работает в указанной должности с 1990 года, участников процесса потерпевшего и подсудимого не узнает, событий, связанных с данным уголовным делом, не помнит из -за объема и режима работы.

Из показаний, данных ею на следствии следует, что когда она находилась на смене 06.06.2018г. около 02 часов 00 минут от диспетчера поступило сообщение о том, что около бара «Баррель» по адресу: 

<

...> упал на улице. Бригада скорой помощи прибыла на место в 02 часа 09 минут. Со слов мужчины, от которого чувствовался запах алкоголя, он упал на улице и ударился головой. При первичном его осмотре обнаружено: ушибленная рана затылочной области диаметр 2х2 см без кровотечения, края раны рваные, иных повреждений не было. С помощью друга и сотрудников скорой помощи мужчина сел в автомобиль, его отвезли в дежурную больницу ГБ №4 «Липецк Мед» примерно в 02 часа 34 минуты, где он был передан дежурному врачу. Со слов мужчины неоднократно было сказано, что упал сам на улице. (т.2 л.д.: 51-54) После оглашения и представления на обозрение карты вызова № 9423 от 06.06.2018 г. (л.д. 204-205 т.1) свидетель подтвердила сведения в них изложенные, объяснив допущенные неточности той же причиной, давностью прошедших событий, и характером своей работы. Также дополнив, что если в карте вызова записано «со слов», то это означает- со слов самого пациента. Если бы информация была записана со слов иного лица, то фигурировала бы фамилия того лица.

Из показаний свидетеля Гр (врача нейрохирурга ГУЗ ГБ № 4 «ЛипецкМед») следует, что 06.06.2018 года в 02 часа 45 минут в приемное отделение больницы поступил Б без сознания, при осмотре которого была обнаружена припухлость, кровоподтек правой теменно-затылочной области. Иных повреждений в момент осмотра Б обнаружено не было. После томографии было установлено наличие у Б тяжелой черепно-мозговой травмы, в т.ч. эпидуральной гематомы, в связи с чем была сделана срочная операция, после чего с 06.06.2018 г. по 08.06.2018 г. больной находился в реанимации, затем был переведен в нейрохирургическое отделение, где находился до 02.07.2018 г., направлен на амбулаторное лечение. (л.д.55-57 т.2) 

Помимо этого, доказательствами, подтверждающими обвинение ФИО3 в совершении данного преступления, являются:

-Заявление Би от 25.06.2018 г. о привлечении к уголовной ответственности ФИО3, который в период времени с 05.06.2018 г. по 06.06.2018 г., находясь около бара «Баррель» по адресу: 

<

...> «а», нанес телесные повреждения ее мужу Би повлекшие за собой тяжелую черепно-мозговую травму с переломом основания черепа. (т.1 л.д.34)

-Заявление Б от 06.07.2018 г. о привлечении к уголовной ответственности лицо, которое 06.06.2018 г., находясь около бара «Баррель» по адресу: 

<

...> «а», причинило ему телесные повреждения. (т.1 л.д. 50)

-Протокол осмотра места происшествия от 06.07.2018 г. – участка местности, расположенного около бара «Баррель» по ул. Меркулова д. 24«а». г.Липецка, на котором 06.06.2018 года были причинены телесные повреждения Б (т.1 л.д. 45-49)

-Протокол предъявление лица для опознания от 06.07.2018 года, согласно которому потерпевший Б опознал ФИО3, как парня, который ему причинил телесные повреждения 06.06.2018 года у бара «Баррель» по адресу: 

<

...>. (т.1 л.д. 94-97)

- Протокол предъявление лица для опознания от 09.07.2018 года, согласно которому свидетель Вр опознал ФИО3, как парня, который Б причинил телесные повреждения 06.06.2018 года у бара «Баррель» по адресу: 

<

...>. (т.1 л.д. 103-106)

-Протокол осмотра предметов от 10.10.2018 г., согласно которому осмотрены медицинские документы на имя Б – медицинская карта из ГБ №4 «ЛипецкМед» и выписка из карты ГУЗ №2 Липецкая поликлиника, из которых следует о наличии у Б совокупности телесных повреждений, отраженных в экспертных заключениях, выводы которых отражены ниже. Кроме того, в ходе осмотра медицинской карты из ГБ №4 «ЛипецкМед», установлено, что согласно справке ГУЗ «Липецкое областное бюро СМЭ» в крови Б 06.06.2018 в 03 часа 10 минут в крови этиловый спирт обнаружен в концентрации 2,7%. Указанные медицинские карты после осмотра были признаны и приобщены к данному делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д. 206-207, 208, 209) 

-Карта вызова скорой медицинской помощи 94823 от 06.06.2018, согласно которой в 01 час 52 минуты поступил вызов к д.24 по ул. Меркулова г.Липецка с номера 8-904-684-39-92 (ФИО3). Повод к вызову: упал на улице мужчина (Б.)(т.1 л.д. 204- 205)

В ходе предварительного расследования в отношении потерпевшего ФИО4 проведены четыре судебно-медицинских экспертизы № №2896/1-18 от 01-17.08.2018 г. № 3245/1-18 от 03.09.2018 г. № 3421/1-18 от 27.09.2018 г. № 3631/1-18 от 08.10.2018 года, из заключения которых усматривается, что

1) в заключении СМЭ №2896/1-18 от 01-17.08.2018 г. экспертом Я (в распоряжение которого представлены протоколы допроса Б и ФИО3 от 06.07.2018 г.. медицинские карты на имя Б, постановление о назначении экспертизы) у Б отмечено наличие закрытой черепно-мозговой травмы, в состав которой входят следующие телесные повреждения: кровоподтек правой затылочно-теменной области, линейный перелом правой височной кости с переходом на височно-теменной и лямбовидной швы слева, эпидуральная гематома височно-теменной области справа, массивное субарахноидальное кровоизлияние с двух сторон, контузионно-геморрагические очаги в базальных отделах лобных областей и правой височной доле, внутримозговая гематома в височной доле справа.; в представленных мед.документах судмедсведений, позволяющих точно высказаться о механизме и давности образования вышеуказанных сведений точно высказаться о механизме и давности образования вышеуказанных повреждений недостаточно (отсутствует описание формы, размера, цвета, границ, насыщенности кровоподтека.) Однако исходя из вида повреждений, данных меддокументов (объективные данные при обращении Б за мед помощью 06.06.2018 г., данные клинического динамического наблюдения в стационарных и амбулаторных условиях, данные рентгенологических исследований (отсутствие описания признаков консолидации (сращения) в зоне перелома при обращении), данные оперативного лечения (обнаружение эпидуральной гематомы в виде сгустков)), в комплексе не исключают давность образования данной травмы 06.06.2018 г. в результате одного и более травматического воздействия (воздействий) тупого твердого предмета (предметов), о других особенностях которого (которых) по имеющимся в представленных мед документах данным высказаться не представляется возможным. Данная травма в комплексе, согласно п. 6.1.2 Мед критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека утверждённых приказом Минздравсоцразвития № 194 н от 24.04.2008 г. расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни человека. 3.2. поскольку вопрос «могли ли указанные телесные повреждения у Б образоваться при падении с высоты собственного роста и ударе о твердую поверхность?» является ситуационным, его решение возможно только на основании оценки конкретных обстоятельств (срока и условий) «падения с высоты собственного роста и удара о твердую поверхность» или детализированных следственных данных падения. Высказаться об образовании вышеописанных повреждений у Б при обстоятельствах, указанных в протоколе допроса Б от 06.07.2018 г. и подозреваемого ФИО3 от 06.07.2018 г., не представляется возможным ввиду отсутствия конкретных обстоятельств получения повреждения – указаны обстоятельства травматизации без детализации. Ответ на вопрос «какова последовательность причинения повреждений, обнаруженных у Б, по имеющимся в распоряжении врача-эксперта данным о последовательности причинения повреждений, обнаруженных у Б не представляется возможным. (т.1 л.д. 75-81)

В заключении СМЭ № 3245/1-18 от 03.09.2018 г. экспертом Я (в распоряжение которого помимо постановления следователя о назначении экспертизы представлены, протокол следственного эксперимента с участием ФИО3 от 27.08.2018 г.) установлено наличие тех же телесных повреждений и давность их образования, что указано и в вышеприведенном заключении СМЭ, в том числе и в части оценки степени тяжести вреда. Из этого же заключения следует, что «ряд характерных особенностей повреждений в составе данной черепно-мозговой травмы, а именно локализация места приложения силы (кровоподтек правой затылочно-теменной области, линейный перелом правой височной кости, с переходом на височно-теменной и лямбовидный швы слева, эпидуральная гематома в височно-теменной области слева, внтримозговая гематома в височной доле справа) с одновременным наличием внтуричерепных повреждений на диаметрально противоположной поверхности полушарий головного мозга (массивное субарахноидальное кровоизлияние с двух сторон, контузионно гемаррагические очаги в базальных отделах лобных областей и в правой височной доле), так называемые признаки «удара» и «противоудара» позволяют сделать вывод о том, что данная травма вероятнее всего имеет инерционный механизм развития, то есть получена в результате достаточного сильного удара заднебоковой поверхностью головы (правой височно-теменной областью) о твердую, относительно неподвижную преграду, что чаще наблюдается при падениях из вертикального (или из близкого к таковому) падения и ударе этой областью головы о поверхность приземления. Анализируя имеющиеся в распоряжении судмедэксперта сведения можно сделать вывод о том, что вышеуказанная травма у Б могла быть получена при обстоятельствах, указанных в протоколе следственного эксперимента с участием ФИО3 от 27.08.2018 г. « ФИО3 оттолкнул от себя Б предплечьем в область грудной клетки От данного толчка Б упал на асфальт и лежал на правой стороне, при падении он ударился правой затылочно-теменной областью головы», то есть « с высоты собственного роста при придании ускорения (толчка)», так как совпадает точка приложения силы с локализацией телесных повреждений в составе травмы, вид действовавшего предмета, орудия» (т.2 л.д.1-8)

В заключении эксперта № 3421/1-18 от 27.09.2018 г. экспертом К., в распоряжение которого помимо постановления следователя о назначении экспертизы представлены протокол доп. допроса свидетеля Вр от 10.09.2018 г. и протокол следственного эксперимента с его участием от 10.09.2018 г.) установлено наличие тех же телесных повреждений и давность их образования, что и указанных в выше приведенных заключениях СМЭ, в том числе и в части оценки степени тяжести вреда. Из этого же заключения следует, что вышеуказанная закрытая черепно-мозговая травма у Б не могла быть получена при обстоятельствах, указанных в протоколе следственного эксперимента с участием свидетеля Вр от 10.09.2018 г. и продемонстрированных в фототаблице к данному протоколу (фото № 4), так как не совпадает область травматизации, направление травматического воздействия.(т.1 л.д.132-139) 

В заключении эксперта № 3631/1-18 от 08.10.2018 года, экспертом Кт в распоряжение которого, помимо постановления следователя о назначении экспертизы, представлены протокол доп. допроса Б 21.09.2018 г., протокол следственного эксперимента с его участием от 24.09.2018 г.), установлено наличие тех же телесных повреждений и давность их образования, что и указанных в выше приведенных заключениях СМЭ, в том числе и в части оценки степени тяжести вреда. Из этого же заключения следует, что высказаться об образовании всех, либо части вышеописанных повреждений при обстоятельствах, указанных в протоколе дополнительного допроса потерпевшего Б от 21.09.2018 не представляется возможным в виде отсутствия конкретных обстоятельств получения повреждений – указаны общие обстоятельства, без детализации (конкретные места травматизации). Не исключено, что все вышеуказанные телесные повреждения у Б могли быть получены при обстоятельствах, указанных и продемонстрированных в протоколе следственного эксперимента с участием потерпевшего Б от 24.09.2018, а именно: «…В ходе диалога между нами ФИО3 без причинно нанес мне боковой удар кулаком левой руки в правую часть головы (в височно-теменную область примерно), следом ФИО3 нанес мне боковой удар кулаком правой руки в левую часть головы (в височно-теменную область примерно)… ФИО3 находясь около моего правого бока нанес мне боковой удар носком левой ноги в правую часть головы (в височно-теменную область и возможно затылочную примерно)…». (т.1 л.д. 186-195)

Из заключения дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 1168/1-19 от 29.04.2019 г. следует, что экспертами было установлено наличие тех же телесных повреждений и давность их образования, что и указанных в выше приведенных заключениях СМЭ, в том числе и в части оценки степени тяжести вреда здоровью потерпевшего. Из этого же заключения следует, что высказаться точно о последовательности причинения повреждений у Б не представляется возможным. Однако исходя из данных меддокументов нельзя исключить возможности образования данной травмы «одномоментно». Ряд характерных особенностей в составе данной черепно-мозговой травмы, а именно локализация места приложения силы (кровоподтек правой затылочно-теменной области, линейный перелом правой височной кости, с переходом на височно-теменной и лямбовидный швы слева, эпидуральная гематома в височно-теменной области справа. Внутримозговая гематома в височной доле справа) с одновременным наличием внутричерепных повреждений на диаметрально противоположной поверхности полушарий головного мозга (массивное субрахноидальное кровоизлияние с двух сторон, контузионо-геморагические очаги в базальных отделах лобных областей и в правой височной доле), так называемые признаки «удара» и «противоудара») позволяют сделать вывод о том, что данная травма вероятнее всего имеет инерционный механизм развития, т.е. более характерна для своего образования в результате достаточно сильного удара правой задне- боковой поверхностью головы -правой затылочно-теменной областью) о твердую, относительно неподвижную преграду, что наиболее часть наблюдается при падениях из вертикального (или из близкого к таковому) положения и ударе этой областью головы о поверхность приземления и менее характерна для своего образования в результате ударно-травматического воздействия (воздействий) тупым твердым предметом о вышеуказанную область головы, то есть, анализируя имеющиеся в распоряжении судмедэкспертов сведения можно сделать выводы, что вышеуказанная травма у Б могла быть получена при обстоятельствах:

- указанных в протоколе следственного эксперимента от 27.08.2018 г. с участием подозреваемого ФИО3, когда он оттолкнул от себя Б. правым предплечьем в область грудной клетки (Б). От данного толчка Б упал на асфальт, лежал на правой стороне, при падении он ударился правой затылочно- теменной областью головы», то есть «с высоты собственного роста при придании ускорения (толчка)»; - указанных и продемонстрированных в протоколе следственного эксперимента с участием потерпевшего Б от 24.09.2018 г.: « входе диалога между нами ФИО3 беспричинно нанес мне боковой удар кулаком левой руки в правую часть головы ( в височно-теменную область примерно), ФИО3 находясь около моего правого бока нанес мне боковой удар носком левой ноги в правую часть головы ( в височно-теменную область и возможно затылочную примерно)

Не представляется возможным высказать об образовании вышеописанной травмы ввиду отсутствия конкретных обстоятельств получения повреждений – указаны общие обстоятельства без детализации (не указано конкретное место травматизации) высказаться об образовании вышеописанной травмы при обстоятельствах указанных:-в протоколе допроса потерпевшего Б от 06.07.2018 г. -протоколе явки с повинной от 06.07.2018 г. и протоколах допроса ФИО3 06.07.2018 г., 05.09.2018 г., 01.04.2019 г.

Не могла быть получена при обстоятельствах, указанных в протоколе следственного эксперимента с участием свидетеля Вр 10.09.2018 г. и продемонстрированных в фототаблице к данному протоколу (фото № 4), т.к. не совпадает область травматизации, направление травматического воздействия.

Эксперты Кт и Яр в полном объеме подтвердили в судебном заседании выводы проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз. Из разъяснений эксперта Кт также следует, что указание им в заключении СМЭ № 3631/1-18 об ударе кулаком правой руки в левую часть головы потерпевшего, является лишь цитатой показаний Б само по себе наличие у потерпевшего телесных повреждений в левой части головы (внутри) следует расценивать как одно из повреждений, входящих в совокупности в состав сложной черепно-мозговой травмы, описанной в выводах каждого из имеющихся в деле заключений СМЭ. 

Оценивая приведенные выше доказательства, суд признает их достоверными, допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований норм уголовно-процессуального закона и относимыми, а совокупность доказательств считает достаточной для вывода о виновности ФИО3 в совершении описанного преступления. Протоколы процессуальных действий, равно как и другие письменные доказательства, приведенные выше, составлены без существенного нарушения норм УПК РФ. Данных, свидетельствующих о предоставлении суду первой инстанции недопустимых доказательств, ошибочного не предоставления для исследования доказательств, которые могли иметь существенное значение для разрешения дела, не установлено.

Органами предварительного расследования действия ФИО3 были квалифицированы по ч. 1 ст. 111 УК РФ, как совершение им умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

В заседании суда подсудимый подробно сообщил об обстоятельствах конфликта с потерпевшим. Его показания о применении к потерпевшему с его стороны насилия, в результате которого Б причинен тяжкий вред здоровью, объективно подтверждены приведенными выше показаниями свидетелей, потерпевшего,. При этом анализ показаний ФИО3 на протяжении предварительного следствия и судебного разбирательства позволяет заключить, что он последовательно утверждал, что оттолкнул потерпевшего Б отчего тот упал. Его показания подтверждаются показаниями свидетеля Бу, и не противоречат показаниям свидетелей Вх, Ш, Мт, Сл, Гр, а также показаниям, данным первоначально на следствии потерпевшим Б и свидетелем Вр 06 и 09.07.2018 г., и объективно подтверждаются выводами судебно-медицинских экспертиз о более вероятном механизме образования телесных повреждений у Б когда ФИО3 оттолкнул его от себя правым предплечьем в область грудной клетки (Б.), от чего Б упал на асфальт, лежал на правой стороне, при падении ударился правой затылочно- теменной областью головы», то есть при падении «с высоты собственного роста при придании ускорения (толчка)». 

Показания свидетелей Вх, Ш, Мт, не являвшихся непосредственными очевидцами общения ФИО3 и Б на улице у бара, суд оценивает как свидетельствующие о поведении участников конфликта до причинения телесных повреждений потерпевшему, их последующего поведения. Показания свидетеля Сл и Гр суд оценивает в совокупности со сведениями, изложенными каждым из них в медицинских документах - карте вызова, карте стационарного больного на имя Б (соответственно), как свидетельствующие о состоянии здоровья потерпевшего на момент осмотра каждым из них. А потому суд кладет в основу приговора показания подсудимого ФИО3 и свидетеля Бр, равно как и показания свидетелей Вх, Ш, Мт, Сл, Гр, приведенные выше.

Имеющееся в деле заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 1168/1-19 от 29.04.2019 г. согласуется с заключениями проведенных по делу судмедэкспертиз №№№ №2896/1-18 от 01-17.08.2018 г. № 3245/1-18 от 03.09.2018 г. № 3421/1-18 от 27.09.2018 г. № 3631/1-18 от 08.10.2018 года, выводы которых приведены выше. Суд отмечает, что компетентность экспертов Кт и Яр, в т.ч. как членов экспертной комиссии, сомнений не вызывает, выводы экспертов конкретны и мотивированы, заключения содержат научное обоснование, по своей форме и содержанию соответствуют материалам дела и требованиям ст.ст.195, 196, 204, 207 УПК РФ.

В судебном заседании потерпевший Б свидетель Вр и свидетель Би (со слов Б и Вр) указали на нанесение подсудимым Б удара в правую височно- теменную область головы, а также о наличии нескольких ударов со стороны ФИО3, в т.ч. руками и ногой в область головы с двух сторон. Показания потерпевшего о наличии у него телесных повреждений после указанного конфликта с ФИО3, в том числе в указанных им областях, равно как и тяжесть вреда его здоровью, никем не оспариваются, подтверждаются заключениями приведенных выше судебно- медицинских экспертиз. 

Вместе с тем, суд кладет в основу приговора показания потерпевшего Б и Вр данные каждым из них первоначально на следствии 06.07.2018 г. и 09.07.2018 г. соответственно (л.д.56-57, 98-100 т.1), поскольку именно они согласуются со стабильными последовательными логичными показаниями подсудимого, данными им на следствии и в суде, а также объективно подтверждаются заключениями проведенных по делу судмедэкспертиз, в т.ч. комиссионной, выводы которых приведены выше, о наиболее вероятном характере получения телесных повреждений Б при обстоятельствах, указанных С-ным - в результате сильного удара правой задне- боковой поверхностью головы -правой затылочно-теменной областью) о твердую, относительно неподвижную преграду (которой в данном случае, явилась тротуарная плитка), что наиболее часто наблюдается при падениях из вертикального (или из близкого к таковому) положения и ударе этой областью головы о поверхность приземления падения. 

При этом суд принимает во внимание, что потерпевший Б и свидетель Вр не смогли логично объяснить изменение каждым из них первоначально данных ими на следствии показаний. Кроме того, суд учитывает заключения поведенных по делу СМЭ, согласно которым телесные повреждения не могли быть получены Б при обстоятельствах, указанных в протоколе следственного эксперимента с участием свидетеля Вр 10.09.2018 г. и продемонстрированных им в фототаблице к данному протоколу (фото № 4), т.к. не совпадает область травматизации, направление травматического воздействия. В силу чего оснований не доверять сообщенным первоначально потерпевшим и свидетелем Вр сведениям в части характера применённого к Б со стороны ФИО3 насилия у суда не имеется, поскольку именно эти показания потерпевшего и свидетеля Вр согласуются с иными собранными по делу доказательствами.

В соответствии с ч. 3 ст. 26 УК РФ преступление признается совершенным по неосторожности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий, хотя должно было и могло было предвидеть эти последствия. Как установлено судом, и никем не оспаривается, между С-ным и Б еще в помещении пивного бара на личной почве возник словесный конфликт, с целью избежать продолжения которого ФИО3 вышел на улицу. Впоследствии к ФИО3, находившемуся на улице у входа в бар, близко подошел Б, продолживший словесный конфликт, с использованием нецензурных грубых выражений. В ответ на что ФИО3, оттолкнул Б от себя рукой. Совокупность исследованных доказательств свидетельствует о получении Б указанных телесных повреждений после толчка ФИО3, отчего Б упал, ударился правой затылочно- теменной областью головы, то есть «с высоты собственного роста при придании ускорения (толчка)». При этом у ФИО3 какого - либо оружия или иных предметов не имелось, каких - либо угроз в адрес потерпевшего он также не высказывал. 

Изложенные обстоятельства, в совокупности с иными доказательствами подтверждают доводы защиты о провоцирующем характере действий Б по отношению к ФИО3. Характер и последовательность действий ФИО3, вопреки доводам стороны обвинения свидетельствуют о том, что тяжкий вред здоровью потерпевшего причинен им по неосторожности. В данном случае ФИО3 не предвидел возможности наступления таких тяжких последствий для потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть, так как не доказано обратное.

По смыслу закона, для установления мотивов и целей преступления, в приговоре при описании преступного деяния необходимо указывать на обстоятельства, предшествующие совершению преступления, что имеет важное значение для правильного вывода суда о юридической оценке содеянного. Поскольку бесспорных и достоверных доказательств умышленного причинения ФИО3 тяжкого вреда здоровью Б не имеется, поэтому с учетом положений ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ, трактуя все неустранимые сомнения в пользу подсудимого, суд приходит к выводу, что действия ФИО3 подлежат переквалификации с ч.1 ст.111 УК РФ на ч. 1 ст. 118 УК РФ. 

Суд, принимая во внимание последовательную позицию подсудимого, который изначально давал логичные, непротиворечивые показания, подтвержденные совокупностью иных собранных доказательств, в т.ч. объективного характера, приведенных выше, оценивает показания потерпевшего, свидетеля Вр, Би в суде и на следствии, и принимает их за основу в той части, в которой они не противоречат совокупности собранных по делу доказательств, в т.ч. заключению комиссионной СМЭ. 

Одновременно судом не могут быть признаны состоятельными доводы ФИО3 о его намерениях относительно причинения незначительного вреда потерпевшему, поскольку последовательность и характер всех совершенных им действий, в результате чего Б упал и у него образовались указанные в заключениям СМЭ телесные повреждения, свидетельствуют о том, что ФИО3 осознавал, что в результате его действий могут наступить тяжкие последствия, при этом лишь своевременно оказанная медицинская помощь сотрудников больницы, в реанимацию которой был доставлен потерпевший Б предотвратила еще более серьезные последствия.

Квалифицируя действия ФИО3 по ч. 1 ст. 118 УК РФ, как причинение им тяжкого вреда здоровью по неосторожности, суд признает его виновным в совершении указанного преступления 

При назначении вида и меры наказания в соответствии со ст. 61 УК РФ суд признаёт как смягчающие наказание ФИО3 обстоятельства: полное признание вины в содеянном, раскаяние о содеянном, явку с повинной, наличие несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья виновного, принятие им мер к компенсации причиненного морального вреда, аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, согласно п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ (т.2 л.д.47-49, т.1 л.д.219-222, т.2 л.д.69-71) активное способствование раскрытию и расследованию преступления, согласно п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ (т.1 л.д. 210); оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вывозе скорой помощи (т.2 л.д.47-49, т.1 л.д.219-222, т.2 л.д.69-71, т.1 л.д. 205 ) 

Суд полагает, что в свете установленных обстоятельств по делу, на стадии предварительного расследования дана надлежащая оценка действиям потерпевшего, о чем свидетельствует признание смягчающим наказание обстоятельством - противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. Следует отметить, что признание данного обстоятельства в качестве смягчающего не противоречит установленным судом фактическим обстоятельствам дела.

Отягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом по делу не установлено. Кроме смягчающих наказание обстоятельств, и отсутствии отягчающих, при решении вопроса о назначении подсудимому ФИО3 наказания, в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления и личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

С учетом указанных выше обстоятельств, поведения подсудимого ФИО3 до и после совершения преступления, а также с учетом справедливости, гуманизма и обеспечения достижения цели наказания, суд приходит к выводу, что исправление ФИО3 возможно без лишения свободы, а потому приходит к выводу о необходимости назначения ему наказания в виде исправительных работ. 

При этом оснований для применения положений ст.64, 62 ч.1, 73, 53.1, 80-1, 81, 82 УК РФ по делу не установлено. А с учетом категории тяжести преступления, предусмотренного ч.1 ст.118 УК РФ, не имеется оснований и для изменения данной категории в силу ч.6 ст.15 УК РФ. 

С учетом избранного судом вида наказания – исправительных работ, суд полагает необходимым меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставить таковой до вступления приговора в законную силу. 

Потерпевший Б заявил гражданский иск о компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей (т.2 л.д.81-82), мотивированный перенесенными им тяжелыми нравственными страданиями, полученными телесными повреждениями, в результате которых он испытывает сильные головные боли, ему необходимо длительное лечение, а также возмещение расходов, связанных с приобретением лекарственных средств на лечение в связи с полученной травмой в сумме 8 566 рублей 85 копеек. Подсудимый ФИО3 с гражданским иском согласился, но просил размер компенсацию морального вреда уменьшить до разумных пределов, представив расписку о компенсации морального вреда потерпевшему в добровольном порядке в сумме 30 000 рублей. 

Разрешая гражданский иск, суд в соответствии с положениями ст. 151, 1064, 1074, 1099 - 1101 ГК РФ, п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", приходит к следующему. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями каждого истца, которым причинен вред. При определении размера компенсации вреда суд учитывает требования разумности, справедливости, имущественное положение виновного, а также членов его семьи. 

С учетом фактических обстоятельств уголовного дела, а именно того, что данное преступление совершил по неосторожности именно ФИО3, и с учетом разумности и справедливости, в соответствии со ст.ст. 151, 1099 и 1101 ГК РФ, суд считает необходимым удовлетворить заявленный потерпевшим Б гражданский иск частично, определив подлежащую компенсации сумму в размере 150 000 рублей, и с учетом 30 000 рублей, добровольно переданных в ходе рассмотрения дела ФИО4 С-ным, взыскать с ФИО3 в пользу Б в счет компенсации морального вреда еще 120 000 рублей, тем самым удовлетворив заявленные требования в этой части частично.

Поскольку по заявленному гражданскому иску о взыскании материального ущерба в сумме 8566 рублей 85 копеек - расходов на лечение, приобретение лекарств, необходимо произвести расчеты, требующие отложения судебного разбирательства, суд считает необходимым на основании ч.2 ст.309 УПК РФ выделить из материалов уголовного дела исковые требования потерпевшего в данной части, признавая за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска в таком порядке, передав вопрос о размере возмещения гражданского иска в данной части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Также потерпевшим Б заявлены требования к ФИО3 и о возмещении расходов на представителя на следствии и в судебном заседании в размере 140 000 рублей, подтвержденные квитанциями и материалами дела. С учетом требований ст.42, 45, 131, 132 УПК РФ, принимая во внимание гонорарную практику Липецкой области на данный период, а также объем и характер оказанной потерпевшему адвокатом Знаменщиковым Е.А. правовой помощи, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме заявленные требования. 

Процессуальные издержки в виде оплаты труда адвоката Колобаевой О.Л. на следствии в сумме 550 рублей (л.д.102 т.2) надлежит в силу ст.ст.131, 132 УПК РФ взыскать в порядке регресса с ФИО3, имеющего трудоспособный возраст. Оснований для освобождения ФИО3 от уплаты процессуальных издержек как в пользу ФИО4 как в сумме 140 000 рублей, так и в счет федерального бюджета в сумме 550 рублей, не имеется. 

Судьба вещественных доказательств, определена в резолютивной части приговора, исходя из их значимости и принадлежности. (л.д.208, 209)

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 08 (восьми) месяцев исправительных работ с удержанием в доход государства 05 (пяти) % заработной платы или иного дохода ежемесячно. 

Обязать ФИО3 не менять без уведомления уголовно-исполнительной инспекции место постоянного жительства и работы.

Меру пресечения подписку о невыезде и надлежащем поведении ФИО3 оставить прежней до вступления приговора в законную силу, в последующем отменив. 

Процессуальные издержки в виде оплаты труда адвоката на предварительном следствии в сумме 550 рублей взыскать в федеральный бюджет в порядке регресса с ФИО3

Вещественные доказательства – медицинскую карту из ГБ №4 «ЛипецкМед» на имя ФИО4 возвратить по принадлежности в ГБ №4 «ЛипецкМед», выписку из стационарной карты ГУЗ №2 Липецкая поликлиника на имя ФИО4 – хранить при деле (т.1 л.д.: 208, 209)

Гражданский иск Б удовлетворить частично. Взыскать с ФИО3 в пользу Б в порядке компенсации морального вреда, сумму 120 000 (ста двадцать тысяч) рублей.

Взыскать в пользу Б. с ФИО3 140 000 (сто сорок тысяч) рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя потерпевшего.

Гражданский иск Б. к ФИО3 в части взыскания материального ущерба в сумме 8566 рублей 85 копеек выделить из материалов уголовного дела и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска в данной части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Октябрьский районный суд г.Липецка в течение 10 (десяти) суток со дня его провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Разъясняется осуждённому, что при обжаловании приговора, он вправе заявить ходатайство о своём участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручить осуществление его защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. В случае неявки приглашенного защитника в течение 5 суток, суд вправе предложить пригласить другого защитника, а в случае его отказа принять меры по назначению защитника.

Председательствующий судья (подпись) Щедринова Н.И.

КОПИЯ ВЕРНА. Подлинник находится в материалах уголовного дела № 1-28/2019(1-525/2018)