Дело №2-16/2017

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Махачкала 15 декабря 2017 года 

Верховный Суд Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Османова Т.С.,

с участием государственных обвинителей: прокуроров отдела прокуратуры Республики Дагестан Алистановой Н.М., ФИО40,

потерпевших ФИО24, ФИО24, ФИО26, ФИО25, ФИО29, ФИО28,

представителя потерпевшего ФИО12 - ФИО41

подсудимого ФИО42,

защитников в лице адвокатов Седрединова С.З., Мазанаева Ю.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарями Амраховой У.М., Далгатовой М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении: 

ФИО42, 

<

.>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.213, п. «б» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

установил:

ФИО42 совершил преступления против жизни и здоровья, общественной безопасности и общественного порядка.

Указанные преступления совершены ФИО42 на территории кафе «Сочи» расположенное в 

<

адрес> Республики Дагестан при следующих обстоятельствах.

В период времени примерно с 23 часов 

<

дата> по 01 час 

<

дата>, точное время не установлено, ФИО42, действуя умышленно, с целью преследования ФИО28 и ФИО29, с которыми за несколько минут до этого, используя незначительный повод, учинил драку, взяв из помещения кафе «Сочи» закрепленное за ним, согласно разрешению РОХа №, и принадлежащее ему огнестрельное оружие – охотничий карабин модели МА-АК-02 № №, снаряженный патронами калибра 7,62 мм, вышел во двор указанного кафе. 

Посетитель указанного кафе ФИО12, увидев, что ФИО42, вооружившись огнестрельным оружием, вышел из помещения кафе, проследовал за ним. Находясь во дворе кафе «Сочи», в целях воспрепятствования продолжению преследования ФИО28 и ФИО29, загораживая собой, ФИО12 встал перед ФИО42, уговаривая его опустить оружие. ФИО42, не желая прекращать вооруженное преследование ФИО28 и ФИО29, сопротивляясь, оттолкнул ФИО1 и потребовал от него не чинить ему препятствий в преследовании указанных лиц. ФИО12 отказался выполнять его требования, после чего ФИО42, грубо нарушая общественный порядок, выражая явное неуважение к обществу, продиктованное желанием противопоставить себя окружающим, демонстрируя пренебрежительное отношение к ним, угрожая ФИО1, произвёл из имевшегося при себе охотничьего карабина модели МА-АК-02 № №, калибра 7,62 мм выстрел в воздух, заявляя, что второй выстрел он произведёт в ФИО1 в целях его убийства, если он не прекратит чинить ему препятствия в преследовании ФИО28 и ФИО29 

ФИО42, убедившись, что ФИО12, выполняющий общественный долг по пресечению грубого нарушения общественного порядка со стороны ФИО42, выражающее явное неуважение к обществу, игнорирует его требования, продолжая сопротивление, направил имевшееся при себе огнестрельное оружие – карабин модели МА-АК-02 №№ калибра 7,62 мм в сторону ФИО1 и, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления смерти ФИО1, произвёл в него выстрел, причинив пулевое ранение левой ягодичной области с повреждением мочевого пузыря, поперечным разрывом задней стенки прямой кишки, разрыва брыжейки сигмовидной кишки, дырчатого перелома левой подвздошной кости, вызвавшее внутреннее кровотечение, по признаку опасности для жизни квалифицирующейся как тяжкий вред здоровью, в результате чего 23 января 2016 года в 08 часов 55 минут он скончался в больнице. 

В судебном заседании подсудимый ФИО42 виновным себя по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.213, п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ не признал, пояснив, что хулиганские действия в отношении ФИО1 не совершал, умысла на его убийство у него не было, а смерть ФИО1 причинил по неосторожности. 

В обоснование своей позиции по предъявленному ему обвинению подсудимый ФИО42 пояснил, что 

<

дата>, ближе к обеду, он вместе с некоторыми жителями с. Каладжух, в том числе и ФИО12, сидели на скамейке в с. Каладжух и беседовали. Поговорив, он пригласил всех приехать вечером в кафе «Сочи», за которым он присматривал, чтобы попить чай, после чего поехал в кафе. Ближе к вечеру в кафе подъехали ФИО2, ФИО8, его сын ФИО3 Около 20 часов подъехал и ФИО12 Они пили чай, общались между собой. Ближе к 10 часам вечера подъехали ФИО35 и ФИО36. В это время он услышал, как во двор кафе на большой скорости заехала машина, после чего вышел из помещения кафе. Пройдя к роднику во дворе кафе, увидел как заехавшая машина начала на большой скорости «нарезать» круги на стоянке кафе, где обычно стоят припаркованные автомобили. Когда машина остановилась, из неё вышел ФИО29, который начал нецензурно выражаться в его адрес. Он сказал ФИО29, что тот годится ему в сыновья и чтобы прекратил нецензурно выражаться. В ответ ФИО29 ударил его и между ними завязалась драка, в которой на стороне ФИО29 участвовал и ФИО28 Они оба стали наносить ему удары, при этом он не наносил им каких-либо ударов. На крики из кафе вышли ФИО36, ФИО35 и ФИО12, которые стали их разнимать. ФИО28 и ФИО29 нанесли ему удары по уху, а также в нос, вследствие чего у него пошла кровь из носа. После нанесенных ему ударов он упал на землю и на короткое время потерял сознание. Придя в себя, встал и направился в кафе, чтобы взять своё оружие карабин «Сайга», находящееся у него на законных основаниях и хранящееся там же в помещении кафе в сейфе, с целью напугать ФИО28 и ФИО29 Когда вышел из кафе, произвёл один выстрел вверх, потом направился в сторону ворот, где, когда уходил за оружием, оставались ФИО28 и ФИО29 Проходя мимо ФИО1, стоявшего рядом, увидел, что навстречу ему идёт мужчина, которого, подумав, что это ФИО28, оттолкнул грудью, но им оказался ФИО35, а ФИО28 вместе с ФИО29 в тот момент стояли примерно в 15 метрах от него. После чего направился к воротам, чтобы закрыть их. Оружие держал в правой руке стволом вверх, при этом приклад карабина «Сайга» упирался в руку в локтевом суставе. В это время к нему кто-то подбежал и потянул за рукав одежды его правой руки, в которой находилось оружие. Обернувшись, увидел, что это ФИО12, который сначала взялся своей рукой за рукав его куртки, а потом - за ствол у прицельного приспособления (мушки), и тут же произошёл выстрел. В тот момент он даже не понял, что попал в человека. ФИО12 встал и сказал ему: «Дядя скажи, что ты хотел стрелять по бездомным животным», и только тогда он (ФИО42) увидел, что попал в него. После выстрела к нему подошёл ФИО35, чтобы забрать оружие, но он отказался, сказав, что сам отдаст его. В тоже время подогнали машину и он (ФИО42) сказал ФИО35, чтобы отвезли раненного ФИО1 в больницу. ФИО35 и другие находившиеся на территории кафе односельчане усадили ФИО1 в машину и повезли в больницу. Потом позвонил в больницу знакомому врачу и сказал, что к ним везут раненного, чтобы в больнице встречали его. Вскоре на территорию кафе подъехали сотрудники полиции, которые стали проводить следственные действия. Потом его посадили в машину и отвезли в с.Ахты Ахтынского района в отдел полиции.

Считает, что данные его действия подлежат квалификации как причинение смерти по неосторожности, так как в ФИО1 он стрелять не хотел и всё произошло случайно. Что касается предъявленного обвинения в части совершения хулиганства, то его действия не содержат данное событие преступления, так как с его стороны не было грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу. Драка между ним и ФИО29 с ФИО28 произошла по вине последних, которые на его справедливые замечания по поводу заезда на автомобиле с высокой скоростью на территорию кафе «Сочи» отреагировали неадекватно и спровоцировали с ним конфликт, в результате чего они нанесли друг другу телесные повреждения.

В обоснование доводов о невиновности ФИО42 по предъявленному обвинению и ошибочности квалификации его действий по ч.2 ст.213 и п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ, помимо показаний самого подсудимого, данных в судебном заседании, сторона защиты сослалась на следующие доказательства:

- показания свидетеля ФИО35, согласно которым примерно к 10 часам вечера 

<

дата> он приехал в кафе «Сочи», где находились ФИО2, ФИО42, ФИО8 и ФИО12, распивавшие спиртные напитки. В какой-то момент ФИО42 увидел в окно помещения кафе, как с высокой скоростью поочерёдно заехали во двор кафе машины ФИО28 и ФИО32, на что ФИО42, испугавшись, сказал, как они посмели ездить с такой скоростью в зимнее время и при гололёде, и выскочил во двор навстречу к ним. За ним вышел его сын Аладик. Выйдя вслед за ФИО42 и его сыном во двор, он (ФИО35) увидел, как ФИО42 разговаривал с ФИО29 и ФИО28 и выяснял отношения по поводу их вождения, которые хамили ФИО42, после чего ФИО42 ударил ФИО29 Они стали разнимать их. Он (ФИО35) отвёл ФИО29 к воротам и в это время увидел, как ФИО28 ударил ФИО42, после чего тот упал. Оставив ФИО29 у ворот, вернулся, чтобы помочь поднять ФИО42 Они вместе с ФИО1 проводили ФИО28 до ворот, где стоял ФИО29, и думали, что все успокоились и разошлись, при этом куда пошёл ФИО42, не видел. В тот момент, помимо ФИО29 и ФИО28, во дворе кафе были ФИО8, ФИО2, ФИО12, и сын ФИО42 - ФИО3 ФИО36 подъехал вместе с ФИО38 намного позже, уже после драки. 

Он (ФИО35) стоял возле сторожевой будки, когда увидел, что ФИО42, в руках которого было оружие, вышел из помещения кафе, произвёл выстрел, после чего пошёл в сторону ворот. Прошло всего несколько секунд после первого выстрела, он побежал к ФИО42, который находился где-то в 5-6 шагах от ворот, и хотел схватить его за куртку, но не смог удержать. После него ФИО12 кинулся на ФИО42 сзади, обхватив его. Так они вместе сделали примерно 6 шагов. ФИО42 выворачивался от ФИО1 с оружием в руках, а ФИО12 держал рукой за ствол его оружия и в тот момент, когда ФИО42 разворачивался, произошёл выстрел. ФИО12 стал кричать от боли, говорил, что ему попали в почку, и попросил отвезти его в больницу. В этот момент все, кто находился во дворе кафе, подбежали к ФИО1, положили его в машину ФИО36, куда вместе с ним сели еще 4 человека, включая и его (ФИО35), и повезли в ЦРБ Ахтынского района. Впоследствии ФИО1 сделали операцию. Уже после операции им сказали, что ФИО12 умер;

- показания свидетеля ФИО38, согласно которым 

<

дата>, в вечернее время, он вместе с односельчанами находился в кафе «Сочи». Пробыв там несколько часов, он вместе с ФИО36 поехал в с. Каладжух, чтобы отвезти их односельчанина, после чего вернулись обратно. По приезде обратно в кафе, он, подойдя к входным воротам, услышал выстрел. Пройдя вовнутрь территории кафе, увидел ФИО32, ФИО2, ФИО8, ФИО42, а также раненного ФИО1, который уже лежал в машине. Потом все, в том числе и он, сели в машину и поехали в больницу с. Ахты. Самой драки он не видел, а также не видел, чтобы кто-либо разнимал дерущихся. В руках ФИО42 также не видел оружия. Обстоятельств произошедшего помнит плохо, так как в тот день находился в состоянии алкогольного опьянения;

- показания свидетеля ФИО39 (охранника кафе «Сочи»), согласно которым 

<

дата> он как обычно заступил на охрану территории кафе «Сочи». В тот вечер он делал обход территории и пошёл к трансформаторной будке, чтобы починить освещение, и когда возвращался обратно, услышал раздавшийся звук выстрела. Он не удивился, так как вокруг территории кафе лес и в этой местности часто бывают охотники. Когда подошёл ближе, услышал второй выстрел. Он быстрым шагом пошёл к тому месту и увидел стоящих ФИО36 ФИО35, ФИО38 Затем увидел, как чёрная машина выехала со двора. Зайдя во двор, спросил, что это за машина уехала, и ему ответили, что это была машина ФИО2 и на ней отвозят в больницу пострадавшего ФИО1 Там же увидел ФИО42, стоящего с оружием в руках, у которого спросил, что это был за выстрел, на что тот ответил, что по территории кафе гуляли бродячие собаки и он хотел выстрелить в них. После кто-то из ребят сказал, что ФИО12 хотел забрать у ФИО42 оружие и, видимо, его пальцы держали за курок, в связи с чем произошёл выстрел. 

Допросив подсудимого, потерпевших, свидетелей, исследовав материалы уголовного дела, суд находит вину ФИО42 в совершении вменяемых ему преступлений установленной.

К такому выводу суд приходит из анализа следующих доказательств.

Учитывая позицию ФИО42 по предъявленному обвинению, в судебном заседании на основании ст.276 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя оглашены и исследованы его показания на стадии предварительного расследования при допросах в качестве подозреваемого от 

<

дата>, в качестве обвиняемого от 05 февраля, 17 июня, 

<

дата>. 

Так, допрошенный в качестве подозреваемого 

<

дата> ФИО42 показал, что 

<

дата> с самого утра он находился у себя дома и занимался домашними делами. В обеденное время направился в кафе «Сочи». Когда следовал в направлении кафе, около него остановилась автомашина марки ВАЗ-21099 серебристого цвета, за рулём которой находился его односельчанин ФИО12, знакомый ему с детства, но с которым дружеских или каких-либо близких отношений не поддерживал, так как ФИО12 намного младше его. Остановившись, ФИО12 предложил подвезти его, на что дал согласие, после чего они поехали в сторону кафе «Сочи». В пути следования он и ФИО12 находились в машине одни и какого-либо конфликта между ними не было.

По приезде в кафе в знак благодарности предложил ФИО1 проследовать за ним и выпить чай, на что ФИО12 дал согласие. Выпив чай, ФИО12 уехал, но через некоторое время снова вернулся. В последующем, после приезда ФИО1, на протяжении нескольких часов, он занимался делами кафе, а ФИО12 сидел там же внутри кафе и пил чай. Они между собой общались на разные обыденные темы и какого-либо конфликта между ними не было. Также в указанное время в помещение кафе находились и другие жители с. Каладжух, но кто именно он уже не помнит. 

Уже ближе к ночи в кафе приехали жители с.Каладжух ФИО2, ФИО8 и ФИО36, которые сели за один из столов и стали пить чай, а еще через некоторое время в помещение кафе прибыл их односельчанин ФИО35 Примерно после 23 часов, когда он находился на территории двора кафе «Сочи», к помещению кафе на большой скорости подъехала автомашина марки ВАЗ-2109, принадлежащая ФИО28, из салона которой вышли ФИО28 и ФИО29, также являющиеся жителями с. Каладжух. Указанные лица находились в состоянии сильного алкогольного опьянения, что понял по их поведению. 

Он сделал ФИО28 и ФИО29 замечание по поводу того, что они заехали на территорию двора кафе «Сочи» на большой скорости и находятся в состоянии алкогольного опьянения. На высказанные им замечания они отреагировали неадекватно, в связи с чем между ними произошёл словесный конфликт, который перерос в драку. В ходе драки он успел нанести несколько ударов как ФИО28, так и ФИО29 Указанные лица также успели нанести ему удары по различным частям тела, в том числе, и по голове, от чего он сильно разозлился, перестал отдавать отчёт своим действиям, так как, видимо, дала о себе знать перенесенная им в 2002 году травма головы. 

После того, как их разняли посетители кафе, он забежал в помещение кафе, взял принадлежащее ему на законном основании оружие «Сайгу» и выбежал на улицу. Оказавшись во дворе кафе, он ФИО29 и ФИО28 уже не видел, и, подумав, что они направились к воротам, ведущим на улицу, и находятся за пределами двора кафе, решил их догнать, чтобы припугнуть. Когда стал направляться к воротам, ведущим на улицу, односельчане из числа посетителей кафе, находившиеся на тот момент еще во дворе кафе, стали просить его успокоиться и убрать оружие, что его разозлило еще сильнее, и он стал кричать, чтобы к нему никто не подходил и не пытался его остановить, так как будет только хуже. Никто из ребят подходить к нему не стал, кроме ФИО1, который приблизился к нему вплотную и стал требовать убрать оружие и успокоиться. Он же предупредил ФИО1, чтобы тот отошёл и не мешал ему, но тот проигнорировал его слова, в связи с чем им был произведён один выстрел в воздух, чтобы и ФИО12, и другие ребята убедились в серьезности его намерений. 

Несмотря на это, ФИО12 не прекращал его успокаивать, и, перегородив дорогу, встал перед ним. Он еще раз ему сказал: «Отойди по хорошему, не мешай, тебе же будет хуже», но тот не отходил, в связи с чем толкнул его в сторону, и, направив на него оружие, произвёл выстрел, после которого ФИО12 упал на землю и стал кричать. Только тогда, когда увидел лежащего на земле ФИО1, он остановился и не знал, что делать дальше. Ребята, находившиеся во дворе кафе, стали усаживать ФИО1 в машину, после чего отвезли в медицинское учреждение. А он и ФИО36 остались на территории двора кафе, куда потом пришел и ФИО29, но ему уже было не до него. 

В последующем кто-то вызвал сотрудников полиции, которые по приезде стали проводить осмотр места происшествия, а также изъяли у него оружие, после чего он был доставлен в отдел МВД России по Ахтынскому району. 

Уже на следующий день, примерно в обед, от сотрудников полиции ему стало известно, что ФИО12 от полученного ранения скончался в ЦРБ Ахтынского района. Он очень сожалеет о случившемся, ранее у него никогда не было конфликтов с ФИО1, но вечером 22 января 2016 года, когда тот пытался его остановить, стерпеть не смог и решил, произведя в ФИО1 выстрел, убрать его со своего пути, что и сделал. Стреляя в ФИО1, понимал, что может его убить, но ему на тот момент было всё равно и он не думал, какие будут последствия. В ФИО1 не целился и, производя выстрел, ему было все равно, в какую часть его тела попадет пуля. Что касается ФИО28 и ФИО29, то если бы их догнал бы в указанный вечер, не знает, как бы с ними поступил бы. До него самого и его оружия ФИО12 не дотрагивался. Тот просто перегородил ему дорогу, встав перед ним; 

(том 1 л.д. 104-109)

аналогичные показания в части произошедшего в ночь с 22 на 

<

дата> на территории кафе «Сочи» даны ФИО42 при допросе в качестве обвиняемого 05 февраля 2016 года, с дополнением того, что после отъезда жителей с. Каладжух и ФИО9 в больницу, он, ФИО36 и ФИО29 направились пешком к нему домой. Придя домой и, положив оружие в сейф, решил, что ему необходимо вернуться на место происшествия, так как понимал, что должны приехать сотрудники полиции, 

(том 2 л.д. 6-10)

а также при допроса в качестве обвиняемого 17 июня 2016 года. 

(том 3 л.д. 216-220)

Оценивая показания подсудимого в судебном заседании в части полного отрицания вины в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.213 и п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ, суд берёт и кладёт в основу приговора в полном объёме его показания, данные в ходе досудебного производства и отраженные в протоколах его допроса от 28 января 2016 года в качестве подозреваемого, от 05 февраля и 17 июня 2016 года в качестве обвиняемого. При этом суд приходит к выводу, что приведённые показания ФИО42, данные при производстве предварительного следствия, не вызывают сомнений в их достоверности, полностью опровергают доводы подсудимого, выдвинутые в свою защиту в судебном заседании, о причинении смерти ФИО1 по неосторожности, и согласуются с исследованными в судебном заседании другими доказательствами, в частности:

- показаниями потерпевшего ФИО12, согласно которым 

<

дата>, примерно в два часа ночи, ему позвонил ФИО38 и сообщил, чтобы он приехал в центральную районную больницу Ахтынского района, при этом каких-либо обстоятельств сообщать не стал. Выехав из с. Каладжух вместе со своим братом ФИО10, племянником ФИО11 и супругой ФИО26, он позвонил ФИО36, являющимся работником полиции, с целью узнать, что произошло с его сыном. В ходе телефонного разговора ФИО36 сообщил, что находится на территории кафе «Сочи», куда попросил приехать. По приезде к кафе «Сочи», во дворе увидел большое скопление сотрудников полиции. Когда вышел из автомашины, к нему подошел ФИО42 и стал говорить, чтобы он не переживал, так как тот случайно выстрелил в сына и у того просто царапина. 

Оставив супругу и племянника возле кафе, он вместе с братом и ФИО36 поехали в ЦРБ Ахтынского района. Зайдя в больницу, прошёл в палату к сыну, который был еще в сознании. Сын ему рассказал, что сидел в кафе «Сочи» и пил чай. Первоначальную драку, которая произошла на улице между ФИО42 и ФИО29 вместе с ФИО28, он не видел. После драки ФИО42 вынес из помещения кафе оружие и погнался за ФИО29 и ФИО28, а он пытался его остановить и успокоить, но ФИО42 произвёл выстрел, при этом предупреждая, чтобы ему никто не мешал и не останавливал. Сын также рассказал, что в больницу его везли ФИО35, ФИО2, ФИО8 и ФИО38, что по дороге постоянно просил воду. В больнице рядом с сыном он находился около трёх часов. Затем сына отвезли на каталке в операционную для проведения операции, после которой сын скончался;

- показаниями свидетелей ФИО10 (дяди покойного ФИО1) и ФИО11 (двоюродного брата покойного ФИО1), аналогичным показаниям потерпевшего ФИО12, подтвердивших обстоятельства их приезда ночью 

<

дата> на территорию кафе «Сочи», в ЦРБ Ахтынского района, разговора с ФИО12, сообщившего им о произошедших на территории кафе «Сочи» в ту ночь событиях, согласно которым он находился внутри помещения кафе, когда ФИО42 забежал туда и достал огнестрельное оружие модели «Сайга», после чего выбежал из кафе. ФИО12 выбежал за ним из кафе. ФИО42 стал кричать ребятам: «Не подходите ко мне, а то я вас застрелю», после чего произвёл один выстрел в воздух, но ФИО12 не придал значение этим словам ФИО42 и попытался успокоить его, подойдя ближе, но ФИО42 стал ругаться в его адрес и сказал: «Я тебя застрелю, не подходи ко мне», и, направив на него оружие, произвёл выстрел, от которого он упал и стал кричать, что пуля попала ему в почку, что ему холодно, просил вызвать быстрее скорую помощь и родителей. Всё это сообщил им непосредственно сам ФИО12. Впоследствии их попросили выйти, а раненного стали готовить к операции, после проведения которой он скончался;

- показаниями потерпевшего ФИО24 (родного брата покойного ФИО1), согласно которым 

<

дата>, когда он находился на территории Ставропольского края, ему позвонили родственники и сообщили, что брат ФИО12 находится в реанимационном отделении ЦРБ Ахтынского района, в связи с чем он приехал в село утром 24 января 2016 года. Об обстоятельствах произошедшего ночью 

<

дата> на территории кафе «Сочи» между его братом и ФИО42 ему известно со слов отца (потерпевшего ФИО12), который сообщил, что в указанный вечер между ФИО42 и их односельчанами ФИО29 и ФИО28 произошла драка, по окончании которой ФИО42 достал принадлежащее ему оружие и погнался за ФИО29 При этом ФИО42 кричал, чтобы к нему никто не подходил и не мешал, угрожая при этом, что выстрелит в любого, кто подойдет. При этом ФИО42 выстрелил один раз в воздух, а брат ФИО12 попытался успокоить ФИО42, но ФИО42 стал ругаться на него нецензурными словами и сказал: «Я тебя убью», а потом направил на брата оружие и выстрелил в него. В последующем брата отвезли в ЦРБ Ахтынского района, где ему стали оказывать помощь, но, несмотря на проделанную операцию, брат скончался утром 23 января 2016 года;

- показаниями свидетеля ФИО32, согласно которым 

<

дата>, примерно после 23 часов, он на своей машине приехал в кафе «Сочи. Когда вышел из машины, то увидел, что между ФИО42, с одной стороны, и ФИО28 и ФИО29, с другой стороны, шла драка, при этом они кричали и выражались в адрес друг друга нецензурной бранью. Их разнимали ФИО36, ФИО8, ФИО38, которым он стал помогать в этом. Затем к месту драки подошёл ФИО35, который также стал разнимать дерущихся. Потом все успокоились и ФИО29 с ФИО28 покинули территорию, а ФИО42 зашел в помещение кафе. Спустя несколько минут ФИО42 вышел быстрым шагом оттуда с оружием, а за ним, примерно в 2-х метрах, шёл ФИО12, который просил его успокоиться и говорил, что не нужно стрелять. Он (ФИО32) увидел, как ФИО42 произвёл из своего оружия выстрел в воздух, после чего спрятался за свою машину, находившейся от этого места в 15-20 метрах. Вслед за этим он услышал второй выстрел. Он не видел, из какого оружия был произведён выстрел, но при этом понял, что в кого-то попали. Он вышел помочь и увидел, как все подбежали к лежащему на земле ФИО1, который кричал от боли и говорил, что ему попали в почку. Затем к месту, где лежал ФИО12, подогнали машину, его посадили и увезли в больницу; 

- показаниями свидетеля ФИО36, согласно которым 

<

дата>, примерно к 23 часам, он на своей машине, в которой с ним также находился ФИО38, подъехал к кафе «Сочи». Зайдя во двор кафе, увидел словесный конфликт ФИО42 и ФИО29, в результате чего между ними произошла драка. Он сразу разнял их и велел ФИО29 удалиться с территории двора кафе, после чего последний направился к воротам, ведущим на улицу. В это время началась драка между ФИО42 и ФИО28, которых ему также пришлось разнять, после чего также велел ФИО28 уйти с территории двора кафе. Как только ФИО28 ушел, увидел, как из помещения кафе выбежал ФИО42, держащий в руках огнестрельное оружие, и направился следом за ФИО29 к воротам. Направляясь к воротам, ведущим на улицу, ФИО42 кричал, чтобы к нему никто не подходил. Следом за ФИО42 шли ФИО12 и ФИО35. ФИО12 пытался остановить ФИО42, но ФИО42 на просьбы ФИО1 внимания не обращал. Он (ФИО36) находился примерно на расстоянии 25-30 метров от входа в кафе, по направлению движения к воротам, ведущим на улицу. В один момент ФИО42 произвёл выстрел, затем второй, после которого ФИО12 упал. Подогнав свой автомобиль, за руль которого сел ФИО2, они усадили ФИО9 в салон, затем в него сели ФИО35, ФИО8 и ФИО38 и направились в ЦРБ Ахтынского района. После того, как увезли ФИО1, он продолжал оставаться на территории двора кафе «Сочи», куда вновь пришел и ФИО29 Во дворе также находился ФИО42 со своим сыном ФИО3 Так как на его телефоне закончились средства, он попросил ФИО29 позвонить в отдел полиции и сообщить о случившемся, что ФИО29 и сделал. Ему сразу позвонил оперативный дежурный и велел дожидаться приезда оперативной группы. ФИО42 всё время находился с оружием, не желая его отдавать. Оперативную группу они прождали примерно один час. Потом ФИО42 сказал, что больше не может ждать, так как хотел поехать в больницу и предложить свою помощь, после чего он (ФИО36), ФИО42 вместе с его сыном ФИО3 направились к дому ФИО43 Кейбалы, чтобы положить оружие в сейф. В это время оперативный дежурный, с которым он (ФИО36) был постоянно на связи, позвонил ему и сказал, чтобы возвращались обратно в кафе «Сочи», так как оперативная группа уже подъехала.

По приезде в кафе ему на мобильный телефон позвонил отец ФИО1 ФИО12 и спросил, где он находится, которому сообщил, что находится в кафе, куда через некоторое время подъехал ФИО12 со своим братом и племянником, которым рассказал, что произошло с ФИО12. ФИО12 попросил поехать с ним в больницу, после чего он вместе с ФИО12 и его братом ФИО10 поехали в больницу в селение Ахты;

- показаниями свидетеля ФИО8, согласно которым 

<

дата>, примерно после 19 часов, он приехал в кафе «Сочи», где на тот момент находились ФИО42, а также посетители в количестве 6-7 человек из числа жителей с. Каладжух, в том числе и ФИО12 

Примерно в 23 часа он вышел на улицу из помещения кафе, так как с территории двора кафе стали доноситься крики, и увидел, как между ФИО42, с одной стороны, и ФИО29 с ФИО28, с другой стороны, происходит драка, в связи с чем он и другие ребята сразу же разняли их, после чего он отвёл ФИО28 примерно на расстояние 100 метров от входа в кафе, чтобы успокоить.

Успокоившись, ФИО28 ушёл в неизвестном направлении, а он (ФИО8) хотел вернуться обратно и тут услышал выстрел, а после него почти сразу же ещё один. Подбежав к территории кафе, он увидел лежащего во дворе ФИО1, а также стоявшего рядом ФИО42, держащего в руках огнестрельное оружие типа «Сайга», и их сельчан, которые стали усаживать ФИО1 в машину, в связи с чем также стал им помогать. Усадив ФИО1 в машину, он, ФИО2, ФИО38 и ФИО35 поехали в ЦРБ Ахтынского района. Примерно ближе к обеду 

<

дата> врачи сообщили, что ФИО12 умер. 

Виновность ФИО42 в совершении вменяемых ему преступлений при установленных судом обстоятельствах подтверждается также письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата>, из которого следует, что объектом осмотра является территория двора кафе «Сочи». По периметру территория двора кафе огорожена сетчатым забором из металлической проволоки. Вход на осматриваемую территорию осуществляется через двухстворчатые обшитые металлическим профилем ворота. Территория двора кафе составляет 60 соток. На осматриваемой территории расположены помещение гостиницы, кафе и сторожевой будки. На расстоянии одного метра от помещения сторожевой будки на земле обнаружена гильза, условно обозначенная как гильза № 1. На расстоянии двух метров от гильзы № 1 на поверхности земли обнаружено пятно красно-бурого цвета. По направлению движения к помещению гостиницы на земле обнаружена гильза, условно обозначенная как гильза № 2. Гильзы № 1 и № 2 изъяты и упакованы в полиэтиленовый прозрачный пакет, который опечатан, снабжен пояснительной запиской и скреплен подписями понятых. С поверхности земли изъяты соскобы с пятнами вещества красно-бурого цвета, которые упакованы в бумажный конверт, который опечатан, снабжён пояснительной запиской и скреплен подписями понятых. В ходе осмотра места происшествия ФИО42 выданы огнестрельное оружие модели МА-АК-02 с серийным номером АО 3965 и разрешение РОХа № на указанное огнестрельное оружие; 

(том 1 л.д. 9-20)

- заключением эксперта № 47 от 15 марта 2016 года, согласно которому карабин, представленный на экспертизу, является огнестрельным, гражданским, охотничьим, самозарядным карабином, с нарезным стволом модели МА-АК-02 № № калибра 7,62 мм с длиной патронника 39 мм, отечественного производства, 2015 года выпуска. Карабин технически исправен и пригоден для производства выстрелов. 

В патроннике представленного на исследование оружия патронов нет. В магазине представленного на экспертизу оружия находились 7 патронов, которые изготовлены заводским способом и являются штатными боеприпасами для охотничьего, нарезного, огнестрельного оружия калибра 7,62 мм – «Сайга-МК», «МА-АК-02», а также некоторых других видов оружия, разработанных под данный патрон. Все 7 патронов пригодны для стрельбы. 

2 гильзы калибра 7,62 мм, изъятые в ходе осмотра места происшествия и представленные на экспертизу, изготовлены заводским способом и являются составными частями – гильзами штатных боеприпасов для охотничьего нарезного огнестрельного оружия калибра 7,62 мм – карабинов типа «Сайга-МК», «МА-АК-02» и других видов охотничьего оружия, разработанных под данный патрон. Представленные на исследование 2 гильзы пригодны для идентификации конкретного экземпляра оружия. Обе гильзы калибра 7,62 мм, изъятые в ходе осмотра места происшествия, стреляны из карабина «МА-АК-02» №№, представленного на исследование. 

(том 2 л.д. 103-106)

- протоколом осмотра трупа ФИО1 от 

<

дата>, в ходе которого на передней поверхности брюшной стенки в 10 см от мечевидного отростка до лонной области обнаружен послеоперационный рубец с наложением 24 швов. В паховых областях с обеих сторон обнаружены послеоперационные рубцы размерами по 2,5 см с наложением двух швов. На наружной поверхности верхнего наружного квадрата левой ягодицы обнаружен косопоперечно ориентированный разрез с ровными краями с наложением 11 швов. В ходе осмотра трупа изъяты предметы одежды ФИО1, в частности джинсы черного цвета, кальсоны серого цвета и трусы черного цвета.

(том 1 л.д. 27-33)

- заключением эксперта № 40 от 03 февраля 2016 года, согласно которому в крови ФИО1 выявлен антиген Н, что не исключает принадлежность ее к крови О?? группе;

(том 2 л.д. 114)

- заключением эксперта № 23 от 15 февраля 2016 года, согласно которому произведено исследование кусочков внутренних органов ФИО1 и установлен следующий гистодиагноз: острая кровопотеря с малокровием сердца, печени, легких. Повреждение миокарда в виде диссоциации кардиомиоцитов. Зернистая белковая дистрофия печени. Ателектазы в легких; 

(том 2 л.д. 115)

- заключением эксперта № 83 от 03 февраля 2016 года, согласно которому при судебно-химической экспертизе крови от трупа ФИО1 этиловый спирт не обнаружен;

(том 2 л.д. 116-118)

- заключением эксперта № 75 от 02 марта 2016 года, согласно которому кровь потерпевшего ФИО1 относится к О.?? группе.

Кровь подозреваемого ФИО42 относится к О.?? группе. 

На представленном на исследовании соскобе с поверхности земли, изъятом в ходе осмотра места происшествия, и одежде потерпевшего ФИО1 обнаружена кровь человека О.?? группы, что не исключает происхождение данной крови от самого потерпевшего ФИО1 Однако, исключить примесь крови подозреваемого ФИО42 не представляется возможным, так как они оказались одногруппными по системе АВО. В представленной на исследование одежде ФИО42 кровь не обнаружена; 

(том 2 л.д. 246-249)

- протоколом выемки от 28 января 2016 года, согласно которому у подозреваемого ФИО42 изъята одежда, в которую он был одет 

<

дата>, в частности: кепка темно-серого цвета, куртка черного цвета, джинсы светло-синего цвета, кофта серого цвета и майка белого цвета; 

(том 1 л.д. 126-130)

- протоколом осмотра предметов от 31 января 2016 года, согласно которому осмотрены предметы одежды, изъятые в ходе осмотра трупа ФИО1, в частности: темно-синие джинсы, на задней поверхности джинсов около пояса и карманов имеются пятна бурого цвета; серые трикотажные кальсоны, задняя поверхность которых пропитана веществом бурого цвета; черные трикотажные трусы с серыми вставками по бокам, на задней поверхности которых имеются пятна бурого цвета. На задней левой поверхности джинсов, кальсон и трусов имеются сквозные повреждения;

а также предметы одежды, изъятые в ходе выемки у ФИО42, в частности: серая матерчатая кепка, черная болоньевая куртка, застегивающаяся на молнию, серая кофта на молнии с длинными рукавами фирмы «Adidas», белая трикотажная майка фирмы «SANO 52», джинсы светло-синего цвета фирмы «Zilli»; 

(том 1 л.д. 176-178)

- протоколом осмотра предметов от 02 мая 2016 года, согласно которому осмотрены: опечатанный полимерный мешок, изнутри испачканный белым сыпучим веществом, из которого извлечены изъятый в ходе осмотра места происшествия принадлежащий М.К.РБ. карабин модели «МА-АК-02» №АО 3965 калибра 7,62 мм и магазин с четырьмя патронами бутылочной формы, калибра 7,62х39 мм; опечатанный пакет, из которого извлечены изъятые в ходе осмотра места происшествия две гильзы бутылочной формы с маркировочными обозначениями на донной части «7,62х39»; бумажный конверт, из которого извлечено изъятое в ходе осмотра места происшествия разрешение РОХа № на имя ФИО42, проживающего в 

<

адрес>, согласно которому ФИО42 имеет разрешение на хранение и ношение оружия модели «МА-АК-02» «7,62х39» №№ 2015 года выпуска; 

(том 3 л.д. 20-22)

- протоколом осмотра предметов от 14 декабря 2016 года, согласно которому осмотрен опечатанный бумажный конверт, при вскрытии которого извлечен бумажный сверток, в котором находится изъятый в ходе осмотра места происшествия соскоб с земли в виде высохшего грунта, испачканный веществом темно бурого цвета;

(том 5 л.д. 78-80)

- изъятые при производстве следственных действий предметы, которые служили орудием преступления, сохранили на себе следы преступления, а также иные предметы, которые послужили средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела, признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела в качестве таковых. 

(том 3 л.д. 23-26, том 5 л.д. 81-82)

В рамках допроса свидетелей ФИО35, ФИО38, ФИО32, ФИО39 (очевидцев драки ФИО42 с ФИО29 и ФИО28 и последующих за ней событий) судом на основании ст.281 УПК РФ по ходатайству стороны обвинения оглашены и исследованы их показания, данные в ходе предварительного расследования по настоящему уголовному делу, отраженные в протоколах допросов: ФИО35 в томе 2 л.д. 227-233, ФИО38 в томе 3 л.д. 156-160, ФИО32 в томе 2 л.д. 64-67, ФИО39 в томе 3 л.д. 161-165.

Так, допрошенный в ходе предварительного расследования свидетель ФИО35 пояснил, что примерно к 00 часам 

<

дата>, находясь в кафе «Сочи», в котором также были ФИО42, его сын ФИО3, ФИО12, ФИО2 и ФИО8, услышал доносящиеся с улицы крики и нецензурную брань, после чего вместе с ФИО8 и ФИО1 они вышли на улицу. Оказавшись во дворе кафе, увидел ФИО42, который дрался с ФИО28, а за воротами, ведущими во двор кафе, увидел ФИО29, который выкрикивал нецензурные слова в адрес ФИО42 

ФИО8 разнял ФИО42 и ФИО28, после чего отвёл ФИО28 в сторону за территорию двора кафе. Он же (ФИО35) направился к ФИО29, чтобы выяснить что произошло. Оказавшись на расстоянии 3-4 метров от ФИО29, сделал ему замечание, и сказал, чтобы тот направился домой, на что ФИО29 ответил, чтобы успокоили ФИО42, так как ФИО42 является зачинщиком конфликта, после чего повернулся и ушёл в неизвестном ему направлении. 

Примерно через пару минут, стоя спиной к помещению кафе, он услышал выстрел. Повернувшись, увидел ФИО42, который направлялся в их сторону и держал в руках оружие «Сайга». Следом за ФИО42 шёл ФИО12, который кричал: «Кейбала дядя, подожди, ты что делаешь, стой, остановись», но ФИО42 шёл дальше в их направлении, после чего ФИО12 встал перед ФИО42 и перегородил ему дорогу, и в это же время прозвучал второй выстрел, в результате которого ФИО12 упал на землю, а ФИО42 остался стоять с оружием в руках. При этом, куда именно ФИО42 выстрелил в ФИО1 он (ФИО35) сразу не увидел, так как ФИО12 закрывал собой ФИО42 Промежуток времени между первым и вторым выстрелом был равен примерно одной минуте. 

(том 2 л.д. 227-233)

Допрошенный по поводу указанных противоречий свидетель ФИО35 показания, данные в ходе предварительного расследования, не подтвердил и пояснил, что таких показаний не давал, а подписал протокол допроса, не читая его, так как после дачи показаний в кабинете у следователя он на некоторое время вышел и, когда вернулся обратно в кабинет следователя, подписал протокол. 

Между тем, показания свидетеля ФИО35 в судебном заседании опровергаются не только его же показаниями, данными в ходе досудебного производства, а также показаниями свидетелей ФИО36 и ФИО8, согласно которым ФИО12 появился только вслед за ФИО42, когда тот вышел из помещения кафе с оружием в руках. 

Показания свидетеля ФИО35 в части того, что после дачи показаний он на некоторое время вышел из кабинета следователя и, когда вернулся обратно, подписал протокол, не читая его, суд считает не состоятельными, поскольку ФИО35 на тот момент являлся действующим сотрудником полиции с большим стажем работы в правоохранительных органах и должен был знать требования к производству следственных действий, в том числе и ознакомления с протоколом допроса. Кроме того, из протокола оспариваемого следственного действия не усматривается, что допрос данного свидетеля прерывался и объявлялся перерыв. 

Таким образом, суд берёт за основу показания свидетеля ФИО35, данные в ходе досудебного производства, так как они согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, а также установленными судом фактическими обстоятельствами дела.

Согласно показаниям свидетеля ФИО38, данных в ходе предварительного расследования, вернувшись в кафе, примерно после 23 часов, он, заехав во двор на машине ФИО36, увидел там жителей с. Каладжух ФИО42, ФИО29, ФИО28 и ФИО32, при этом между ФИО42, с одной стороны, и ФИО29 с ФИО28, с другой стороны, был словесный конфликт, в ходе которого произошла драка сначала между ФИО42 и ФИО29, а следом и драка между ФИО42 и ФИО28 

ФИО36, а также вышедшие из помещения кафе ФИО8 и ФИО35, разняли ФИО42 и ФИО29, после чего ФИО28 и ФИО29 по отдельности покинули территорию кафе. Как только ФИО28 и ФИО29 покинули территорию кафе, он увидел, как из помещения кафе выбежал ФИО42, в руках которого было оружие, похожее на автомат, и направился в сторону ворот, ведущих на улицу, то есть следом за ФИО29 и ФИО28 Направляясь к воротам, ведущим на улицу, ФИО42 кричал: «Не подходите ко мне, не подходите ко мне, я вас предупреждаю, не мешайте мне, не останавливайте меня». 

Следом за ФИО42 быстрым шагом вышел из помещения кафе ФИО12, который пытался его остановить, говорил ему, что не надо идти с оружием за пределы двора кафе, но ФИО42 на его просьбы внимания не обращал. 

Уже находясь примерно на расстоянии 25-30 метров от входных ворот кафе, ведущим на улицу, ФИО42 произвёл выстрел в воздух и стал кричать, чтобы ФИО12 отошёл от него и не мешал ему, но ФИО12, встав перед ним, вновь стал просить, чтобы он успокоился и убрал оружие. Тогда ФИО42 оттолкнул его в сторону и, направив на него оружие, произвёл еще один выстрел, после которого ФИО12 упал на землю и стал кричать: «Помогите, меня ранили, попали в почку». 

(том 3 л.д. 156-160)

Оглашённые показания, данные при производстве предварительного расследования, свидетель ФИО38 не подтвердил и пояснил, что не давал такие показания. Кроме того, свидетель пояснил, что в день допроса был без очков и не мог видеть, что следователь указал в протоколе его допроса, в связи с чем подписал, не читая его.

Между тем, оценивая показания в судебном заседании данного свидетеля, суд приходит к выводу о достоверности его показаний, данных в ходе досудебного производства, так как они согласуются с показаниями потерпевшего ФИО12, свидетелей ФИО36, ФИО8, ФИО32, ФИО10, ФИО11 и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а его показания в судебном заседании даны с целью помочь подсудимому ФИО42 избежать уголовной ответственности за более тяжкие преступления.

В ходе судебного заседания сторона защита оспаривала подлинность подписей, учиненных от имени свидетеля ФИО38 в протоколе его допроса, так как указанный свидетель сначала не подтвердил, что они выполнены им, а впоследствии, уже после допроса свидетеля ФИО13 (следователя), стал утверждать обратное, что, по мнению стороны, может говорить об оказанном на него давлении.

С такими доводами защиты суд согласиться не может по тем основаниям, что свидетель ФИО38 впоследствии подтвердил подписи в протоколе следственного действия, учинённые от его имени, но не подтвердил показания, изложенные в указанном протоколе, оценку которым суд дал выше. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО32, данными в ходе предварительного расследования и отраженными в протоколе допроса от 22 марта 2016 года, 22 января 2016 года, примерно после 23 часов, он на своей автомашине марки «Мерседес» подъехал к кафе «Сочи» и проехал во двор, где припарковал машину. На территории двора кафе были также припаркованы машины, принадлежащие ФИО28, ФИО36 и ФИО1 Выйдя из своей машины, увидел во дворе кафе ФИО42, ФИО29, ФИО28, выяснявших между собой отношения, а также других односельчан ФИО36 и ФИО8 Из разговоров понял, что между ФИО42, с одной стороны, и ФИО29 с ФИО28, с другой произошла, драка, которая закончилась только что, так как ФИО36 требовал, чтобы ФИО29 покинул территорию кафе, что ФИО29 и сделал, направившись к воротам. При этом ФИО29, покидая территорию кафе, продолжал выражаться нецензурными словами в адрес ФИО42 Покинуть территорию двора кафе ФИО36 требовал и ФИО28, который стал уходить от помещения самого кафе с ФИО8 

В тот момент, когда ФИО29 и ФИО28 стали отдаляться от помещения кафе, ФИО42 забежал в помещение кафе и выбежал оттуда почти сразу с оружием модели «Сайга» в руках. Следом за ФИО42 выбежал и ФИО12 Оказавшись на улице, ФИО42 направился к воротам, ведущим на улицу, то есть в том направлении, куда ушёл ФИО29 ФИО12, следуя за ним, просил, чтобы он успокоился и убрал оружие, но ФИО42 только кричал: «Не подходи ко мне, не мешай мне». Активно успокаивал ФИО42 и следовал за ним только ФИО12 Увидев данную картину и испугавшись за свою жизнь, так как видел агрессивное состояние ФИО42, он (ФИО32) отошёл и спрятался за машиной. В это же время прозвучал один выстрел, после чего он нагнулся, почти сразу с интервалом в пару минут прозвучал второй выстрел, после которого он поднялся из-за машины и увидел лежащего на земле ФИО1, который кричал и жаловался на сильные боли, а также их сельчан ФИО36, ФИО2, ФИО35, ФИО8 и ФИО38, которые усадили ФИО1 в машину, за руль которой сел ФИО2, и увезли в больницу, а он (ФИО32) сел в свою машину и уехал домой. 

(том 2 л.д. 64-67)

Оглашённые показания, данные при производстве предварительного расследования, свидетель ФИО32 подтвердил, при этом пояснил, что действительно ФИО42 кричал следовавшему за ним ФИО1, чтобы тот не подходил к нему и не мешал, а ФИО12 просил его успокоиться и убрать оружие. Увидев ФИО42 с оружием, он (ФИО32) испугался и спрятался за машиной.

Оценивая показания свидетеля ФИО32, суд находит достоверными его показания, данные в ходе предварительного следствия, которые он подтвердил в судебном заседании и которые согласуются как между собой, так и с показаниями потерпевшего ФИО12, свидетелей ФИО36, ФИО8, ФИО10, ФИО11 и соответствуют фактическим обстоятельствам дела

Допрошенный в ходе предварительного расследования в качестве свидетеля ФИО39 пояснил, что 

<

дата>, примерно после 23 часов, он покинул помещение сторожевой будки и направился совершать обход охраняемой им территории. Совершая обход, услышал разговоры на повышенных тонах, доносящиеся от входа в кафе, но значение этому не придал, так как решил, что кто-то из посетителей напился и спорит с кем-то. Обойдя территорию и направляясь к сторожевой будке, услышал выстрел, в связи с чем быстрым шагом направился к помещению самого кафе, но, оказавшись рядом, решил близко не подходить и стал наблюдать за происходящим со стороны. В центре двора он увидел ФИО42, который держал в руках оружие. ФИО42 кричал, выражался нецензурными словами и пытался направиться к выходу со двора, требуя, чтобы к нему никто не подходил. Рядом с ФИО42 стоял ФИО12, который пытался его успокоить, и просил, чтобы он убрал оружие, но ФИО42 требовал, чтобы ФИО12 ушёл и не мешал ему. В ходе разговора, который шёл на повышенных тонах, ФИО42 оттолкнул ФИО1 и, направив на него оружие, произвёл выстрел, в результате которого ФИО12 упал и стал кричать. Его сразу же усадили в салон автомашины и увезли.

(том 3 л.д. 161-165)

Оглашенные показания, данные при производстве предварительного расследования, свидетель ФИО39 не подтвердил, пояснив, что такие показания не давал, и просил учитывать его показания, данные в судебном заседании, при этом, подтвердив подлинность учинённых в протоколе допроса своих подписей, указал, что подписал протокол, доверившись следователю, не читая его, так как у него не было с собой очков. 

Между тем, оценивая показания свидетеля ФИО39, данные в судебном заседании, суд находит их не соответствующими фактическим обстоятельствам и считает достоверными его показания, данные в ходе досудебного производства, так как они согласуются как между собой, так и с показаниями остальных очевидцев произошедших событий, оценка которым судом дана выше, и соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Таким образом, оценивая показания свидетелей ФИО35, ФИО38, ФИО39, данные в судебном заседании, и в ходе предварительного следствия по настоящему уголовному делу, суд приходит к выводу, что показания этих свидетелей в ходе судебного разбирательства не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и даны в угоду интересам подсудимого ФИО42 с целью помочь ему избежать уголовной ответственности по предъявленному обвинению. 

В связи с этим в основу приговора суд кладёт показания свидетелей ФИО35, ФИО38, ФИО39, данные в ходе предварительного расследования, а также показания данных свидетелей в судебном заседании в части, не противоречащим этим их показаниям.

Квалифицируя действия подсудимого ФИО42, суд приходит к следующим выводам.

Умысел на совершение хулиганства (часть 2 статьи 213 УК РФ)

Сторона защиты в судебном заседании указывала об отсутствии в действиях ФИО42 грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия в отношении лица, его пресекающего.

Так, оспаривая выводы следствия в части квалификации действий подсудимого по ч.2 ст.213 УК РФ, сторона защиты выдвинула версию, согласно которой подсудимый не нарушал общественного порядка, а всё произошло из-за действий ФИО29 и ФИО28, которые на обоснованное замечание ФИО42 в связи их заездом на автомобиле с высокой скоростью на территорию кафе «Сочи» повели себя неадекватно и спровоцировали конфликт, переросший в драку, где подсудимый вынужден был защищаться от двух гораздо моложе себя взрослых парней, в результате чего все трое нанесли друг другу телесные повреждения. 

По мнению стороны защиты, никаких уголовно-наказуемых хулиганских действий, которые бы пресекал ФИО12, ФИО42 не совершал и ему такие действия не вменяются. Соответственно, никакого хулиганства, связанного с сопротивлением лицу, пресекающему нарушение общественного порядка, подсудимый не совершал, в связи с чем ФИО42 подлежит оправданию по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления. 

Между тем, данная позиция стороны защиты основана на неверном толковании уголовного закона и не соответствует фактическим обстоятельствам дела. К такому выводу суд приходит исходя из следующего. 

По смыслу закона, как хулиганство, связанное с сопротивлением лицу, пресекающему нарушение общественного порядка (часть 2 статьи 213 УК РФ), следует квалифицировать действия виновного в том случае, когда сопротивление оказано непосредственно во время совершения уголовно наказуемых хулиганских действий. 

Судом подробно допрошены об обстоятельствах приезда на территорию кафе «Сочи» и словесного конфликта ФИО42 с ФИО29 и ФИО28, переросшего в драку, непосредственно его участники (подсудимый ФИО42, потерпевшие ФИО29 и ФИО28), свидетели ФИО36, ФИО8, ФИО32, ФИО35, ФИО38, ФИО39, исследованы в этой части письменные материалы дела, в том числе оглашены показания названных участников процесса, данных ими в ходе досудебного производства на основании ст.ст.276 и 281 УПК РФ.

Так, допрошенный в судебном заседании ФИО29 пояснил, что 

<

дата>, примерно в начале 23 часов, встретил в с. Каладжух своего друга ФИО28, который предложил ему покататься на его автомобиле марки ВАЗ-2109. Сев в машину, ФИО28 решил поехать в кафе «Сочи». Подъехав к указанному кафе, они на машине через въездные ворота заехали на его территорию и остановились примерно в 10 метрах от входа в помещение кафе. Как только они вышли из салона автомобиля, из помещения кафе вышел ФИО42, который, подойдя к ним, начал предъявлять претензии по поводу того, что они якобы с высокой скоростью заехали на территорию кафе, при этом кричал и выражался в их адрес нецензурной бранью. Он (ФИО29) сказал ему, что ничего плохого они не делали, при этом даже не успели поздороваться, как ФИО42 ударил его кулаком по лицу. После этого ФИО42 выругался нецензурной бранью в адрес покойной матери ФИО28, который, разозлившись, спросил: «Ты что, знаешь мою маму?», после чего ударил ФИО42 От удара ФИО42 упал на землю, после чего их разняли и он покинул территорию кафе. 

Аналогичные показания в судебном заседании дал и потерпевший ФИО28, согласно которым 

<

дата>, примерно после 22 часов, он на принадлежащей ему автомашине ВАЗ-2109 выехал из дома. Проезжая по одной из улиц с. Каладжух, встретил своего друга ФИО29, которому предложил с ним покататься. После того, как ФИО29 сел в его машину, они решили направиться в кафе «Сочи». Подъехав к кафе «Сочи», они через въездные ворота заехали на территорию кафе, остановившись примерно в 10 метрах от входа в помещение кафе на освещенном месте. Выйдя из салона автомашины, увидели, как из помещения кафе вышли ФИО42 и его сын ФИО3, с которыми хотели поздороваться, но не успели, так как ФИО42 начал высказывать в их адрес нецензурные слова, предъявлять им претензии по поводу того, что они, якобы, на большой скорости заехали на территорию кафе. В ходе высказывания этих претензий ФИО42 подошёл к ним ближе, и, когда оказался рядом, неожиданно нанёс ФИО29 удар кулаком в лицо, от чего тот упал. Сразу же после нанесённого удара, ФИО29, придя в себя, начал спрашивать ФИО42, почему он его ударил. Однако, ФИО42 ничего объяснять не стал, и только продолжал выражаться в их адрес нецензурными словами. Как ему показалось, ФИО42 находился в состоянии алкогольного опьянения, так как от него шёл запах спиртного. 

В это же время к ним подошёл ФИО36, который стал успокаивать ФИО29 и требовать, чтобы тот покинул территорию двора кафе, при этом ФИО42 продолжал высказываться в их адрес нецензурными словами. В какой-то момент ФИО42 неожиданно высказался нецензурными словами в адрес его (ФИО28) покойной матери, не называя при этом ее имени. Услышав эти оскорбления, он нанёс ему удар кулаком в лицо, от чего тот упал на землю, и он успел нанести ему еще несколько ударов кулаком. Их стали разнимать ФИО36 и ФИО8, которые стали отводить его в сторону, после чего он направился к выходу и покинул территорию кафе. 

Изложенными показаниями ФИО29 и ФИО28 опровергаются доводы стороны защиты о том, что действия подсудимого по поводу сделанного им замечания, связанного с их заездом на автомобиле с большой скоростью на территорию кафе «Сочи», носили законный характер.

Суд приходит к выводу, что ФИО42, используя незначительный повод – «заезд на автомобиле с большой скоростью на территорию кафе», спровоцировал словесный конфликт с ФИО29 и ФИО28, используя при этом нецензурную лексику, как в их адрес, так и в адрес покойной матери последнего, переросший в драку, в ходе которой стали наносить друг другу удары по различным частям тел, в результате чего все трое получили различные телесные повреждения, что подтверждается заключениями экспертов.

(том 1 л.д. 38, 39, 40)

О совершении ФИО42 в отношении указанных лиц именно хулиганских действий свидетельствует постановление Магарамкентского районного суда от 

<

дата> о признании ФИО42 виновным в мелком хулиганстве, то есть нарушении общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, сопровождающегося нецензурной бранью в общественном месте, то есть в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.20.1 КоАП РФ, согласно которому ему назначено наказание в виде административного ареста сроком на 7 (семь) суток.

(том 1 л.д. 35-36)

Таким образом, суд приходит к выводу, что данные действия ФИО42 были совершены в отношении указанных лиц (ФИО29 и ФИО28) из хулиганских побуждений, так как они не находились с подсудимым в неприязненных отношениях, что подтвердили все стороны конфликта, включая подсудимого, и какого-либо повода к этому ни ФИО29, ни ФИО28 не давали. Суд считает, что претензия, выдвинутая ФИО42 в их адрес, по поводу «заезда на автомобиле с большой скоростью на территорию кафе», была использована подсудимым как предлог, чтобы задеть их самолюбие.

Уже после того, как участники драки были разняты, а ФИО29 и ФИО28 покинули территорию кафе, ФИО42 забежал в помещение кафе, достал из сейфа принадлежащее и зарегистрированное за ним огнестрельное оружие и вышел с ним на улицу, где находились подоспевшие к месту конфликта лица (ФИО36, ФИО32, ФИО8, ФИО35, ФИО38), а также сотрудник кафе (ФИО39). 

Вот эти действия подсудимого перешли с мелкого хулиганства (ст.20.1 КоАП РФ) в грубое нарушение общественного порядка (ст.213 УК РФ), так как уже сопровождались с оружием в руках, что не отрицалось ни одним из очевидцев произошедших событий, в том числе и ФИО42 

Вслед за ФИО42 в тот момент из помещения кафе вышел ФИО12, который в конфликте какого-либо участия не принимал и дерущихся не разнимал, что, помимо свидетелей ФИО36, ФИО8, ФИО32, подтвердили также потерпевшие ФИО29 и ФИО28 и что опровергает показания свидетеля ФИО35, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании о том, что ФИО12 вместе с ним вышел на крики и разнимал дерущихся. 

ФИО12 в целях воспрепятствования продолжению ФИО42 хулиганских действий, загораживая собой, стал перед ним, уговаривая его опустить оружие, прекратить действия и преследование ФИО28 и ФИО29 

ФИО42, не желая прекращать вооруженное преследование ФИО28 и ФИО29, сопротивляясь, оттолкнул ФИО1 и потребовал от него не чинить ему препятствий в преследовании указанных лиц. ФИО12 отказался выполнять требования ФИО42, после чего последний, угрожая ФИО1, произвёл из имевшегося при себе охотничьего карабина выстрел в воздух, заявляя, что второй выстрел он произведёт в ФИО1 в целях его убийства, если он не прекратит чинить ему препятствия в преследовании ФИО28 и Б. 

Вот эти действия подсудимого и образуют квалификацию по ч.2 ст.213 УК РФ как хулиганство, связанное с сопротивлением лицу, пресекающему нарушение общественного порядка.

Довод защиты о том, что постановление Магарамкентского районного суда от 

<

дата> не может быть принято судом в качестве доказательства совершения ФИО42 вменяемых ему преступлений, более того, признание данным постановлением его виновным в мелком хулиганстве не допускает повторного привлечения его к ответственности за одни и те же действия в соответствии со ст.6 УК РФ, основано на неверном толковании норм уголовного и уголовно-процессуального законов и противоречит фактическим обстоятельствам дела.

Постановление Магарамкентского районного суда от 

<

дата> установило административную ответственность ФИО42 именно в совершении хулиганских действий в отношении ФИО29 и ФИО28 Данное постановление никем не обжаловано, что подтвердила в судебном заседании и сторона защиты. Последующие действия ФИО42, когда он вышел из помещения кафе уже с огнестрельным оружием в руках, повлекли уголовно-наказуемые действия по ст.213 УК РФ. 

Факт вынесения в отношении ФИО42 постановления Магарамкентского районного суда от 

<

дата> о привлечении его к административной ответственности не указывает о возможности применения к последующим его действиям части 2 статьи 6 УК РФ, что заложено законодателем по смыслу данной нормы закона. 

Умысел на убийство ФИО1 (п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ)

Сторона защиты указывала об отсутствии умысла ФИО42 на умышленное причинение смерти ФИО1 В обоснование своей позиции о неосторожности причинения смерти ФИО1 подсудимый пояснил в судебном заседании, что, когда вышел из кафе с оружием в руках и произвёл один выстрел вверх, направился в сторону ворот, чтобы закрыть их. При этом оружие держал в правой руке стволом вверх, а приклад карабина «Сайга» упирался в руку в локтевом суставе. В это время к нему кто-то подбежал и потянул за рукав одежды его правой руки, в которой находилось оружие. Обернувшись, увидел, что это ФИО12, который сначала взялся своей рукой за рукав его куртки, а потом за ствол у прицельного приспособления (мушки), и тут же непроизвольно произошёл выстрел, так как его указательный палец находился на спусковом курке.

С позицией стороны защиты, выдвинутой в судебном заседании, о причинении ФИО42 смерти ФИО1 по неосторожности суд согласиться не может по следующим основаниям.

Так, в своих показаниях, данных в ходе досудебного производства и оглашённых в порядке ст.276 УПК РФ, как в качестве подозреваемого, так и в качестве обвиняемого, ФИО42 пояснил, что после драки с ФИО29 и ФИО28, когда их разняли посетители кафе, он забежал в помещение кафе и взял принадлежащее ему оружие «Сайга», после чего опять выбежал на улицу.

Оказавшись во дворе кафе, он ФИО29 и ФИО28 уже не видел, в связи с чем решил, что они направились к воротам, ведущим на улицу, и находятся за пределами двора кафе, решил их догнать, чтобы припугнуть. Когда стал направляться к воротам, ведущим на улицу, ребята из числа посетителей кафе, находившиеся на тот момент еще во дворе кафе, стали просить его, чтобы он успокоился и убрал оружие, что его разозлило еще сильнее, и стал кричать, чтобы к нему никто не подходил и не пытался его остановить, так как будет только хуже. Никто из ребят подходить к нему не стал, кроме ФИО1, который приблизился к нему вплотную и стал требовать, чтобы он убрал оружие и успокоился. Он же предупредил ФИО1, чтобы отошёл и не мешал ему, но тот проигнорировал его слова, в связи с чем произвёл один выстрел в воздух, чтобы и он, и другие ребята убедились в серьезности его намерений. Несмотря на это, ФИО12 не прекращал его успокаивать, и, перегородив дорогу, встал перед ним. Он еще раз сказал ему: «Отойди по хорошему, не мешай, тебе же будет хуже», но тот не отходил, в связи с чем оттолкнул его в сторону, и, направив на него оружие, произвёл в него выстрел, после чего тот упал на землю и стал кричать. 

Стреляя в ФИО1, он понимал, что может убить его, но на тот момент ему было все равно, так как не думал, какие будут последствия. В ФИО1 не целился и, производя выстрел, ему было все равно, в какую часть его тела попадет пуля. До него самого и его оружия ФИО12 не дотрагивался, он просто перегородил ему дорогу, встав перед ним.

(том 1 л.д. 104-109)

Аналогичные показания в части произошедшего в ночь с 

<

дата> на 

<

дата> на территории кафе «Сочи» даны ФИО42 при допросе в качестве обвиняемого 05 февраля и 

<

дата>. 

(том 2 л.д. 6-10, том 3 л.д. 216-220)

По смыслу закона при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Согласно заключению эксперта № 1 от 25 марта 2016 года, на трупе ФИО1 обнаружены следующие повреждения: огнестрельное пулевое ранение левой ягодичной области с повреждением мочевого пузыря, поперечным разрывом задней стенки прямой кишки, разрыв брыжейки сигмовидной кишки, дырчатый перелом левой подвздошной кости, внутреннее кровотечение. Указанные повреждения причинены выстрелом из огнестрельного оружия и по признаку опасности для жизни квалифицируются как тяжкий вред здоровью, и явилось причиной наступления смерти ФИО1 Каких-либо повреждений травматического характера на трупе ФИО1 не установлено. Давность причинения повреждений, имевшихся на трупе ФИО1, не противоречат сроку указанному в обстоятельствах постановления. Каких-либо повреждений, характерных для борьбы и самообороны, на трупе ФИО1 не обнаружено. Имевшееся на теле ФИО1 огнестрельное повреждение состоит в прямой причинной связи с наступлением его смерти, которая наступила 

<

дата> в 8 часов 55 минут. 

(том 2 л.д. 107-113)

Этим заключением опровергаются доводы подсудимого, а также свидетеля ФИО35 о том, что ФИО12 обхватил ФИО42 сзади, брал или даже дотрагивался своей рукой до находящегося у ФИО42 оружия, а тот выворачивался от него, в результате чего случайно произошёл выстрел.

О несостоятельности такой версии стороны защиты указывает также заключение эксперта № 140-141мко от 18 апреля 2016 года, согласно которому медико-криминалистической баллистической экспертизой предметов одежды ФИО1 установлено наличие по одному сквозному повреждению, брюк, кальсон и трусов, которые по локализации могут свидетельствовать об одномоментности их образования. Эти повреждения являются огнестрельными входными, причинены оболочечной пулей калибра не выше среднего при выстреле с неблизкой дистанции. Дульный срез располагался сзади слева относительно ФИО1 Примененным контактно-диффузионным методом исследования следов металлизации сурьмой не обнаружено. 

(том 3 л.д. 2-10)

Приведённые показания потерпевших и свидетелей, в том числе и данные в ходе предварительного следствия, согласуются как между собой, так и иными исследованными в судебном заседании доказательствами (протоколами осмотра, выемки, заключениями экспертов), в том числе показаниями подсудимого ФИО42, данными в ходе досудебного производства, по месту, времени, способу и механизму совершенных преступлений, орудию преступления, не доверять которым у суда оснований не имеется.

Давая оценку показаниям ФИО42, отражённым в протоколе допроса от 19 декабря 2016 года, согласно которым он изменил своё отношение к предъявленному обвинению и, не признавая вины в инкриминируемых ему преступлениях, пояснил, что когда стрелял в ФИО1, не собирался его убивать и поэтому в жизненно важные органы не целился, а целился и стрелял в ноги (том 5 л.д. 92-98), суд находит, что они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и даны с целью уйти от уголовной ответственности по более тяжкому преступлению.

Таким образом, судом установлено, что, производя в ФИО1 выстрелы из своего оружия, ФИО42 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность и неизбежность наступления смерти этого человека, что указывает об умысле на его причинение.

Давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд отмечает, что локализация и механизм причинения телесных повреждений, а также использование при этом огнестрельного оружия, обладающего значительными поражающими свойствами, бесспорно, свидетельствует о наличии умысла, направленного на лишение ФИО1 жизни.

Таким образом, доводы защиты о том, что действия ФИО42 должны быть квалифицированы по ч.1 ст.109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности, поскольку у него не было умысла на умышленное причинение смерти ФИО1, суд считает несостоятельными.

Довод стороны защиты об отсутствии в действиях подсудимого квалифицирующего признака убийства лица, выполняющего общественный долг, так как какого-либо общественного долга ФИО12 не выполнял, также был предметом судебного разбирательства.

По мнению защиты, сами действия ФИО42 нельзя квалифицировать как умышленное причинение смерти другому человеку в связи с выполнением им общественного долга, так как отсутствие события преступления, предусмотренного ч.2 ст.213 УК РФ, исключает обвинение в совершении убийства с квалифицирующим признаком, указанным в п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ – «в связи с выполнением потерпевшим общественного долга».

Между тем, такая позиция основана на неверном толковании норм уголовного права.

По смыслу закона по п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ квалифицируется убийство лица, совершенное с целью воспрепятствования правомерному осуществлению данным лицом выполнению общественного долга либо по мотивам мести за такую деятельность. 

Таким образом, под выполнением общественного долга понимается осуществление гражданином как специально возложенных на него обязанностей в интересах общества или законных интересах отдельных лиц, так и совершение других общественно полезных действий (например, пресечение правонарушений).

Действия ФИО42, связанные с сопротивлением ФИО1,, пресекающему нарушение общественного порядка, судом квалифицируются по ч.2 ст.213 УК РФ.

В судебном заседании установлено, что потерпевший ФИО12 в данной конкретной ситуации, находясь в общественном месте, выполнял свой общественный долг по пресечению хулиганства, что охватывается смыслом, заложенным законодателем в п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ.

Таким образом, действия ФИО42 по умышленному причинению смерти ФИО1, выполняющему общественный долг по пресечению грубого нарушения общественного порядка, подлежат квалификации по п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ.

Оспаривая выводы органа следствия, сторона защиты в ходе судебного заседания, на стадии прений сторон, указывала о допущенных нарушениях в ходе досудебного производства требований уголовно-процессуального закона. 

Так, стороной защиты поставлены под сомнение ряд доказательств, представленных стороной обвинения, а именно показания ФИО42 в качестве подозреваемого и обвиняемого, показания в ходе досудебного производства всех потерпевших, за исключением потерпевших ФИО12 ФИО24, ряда свидетелей, в том числе, ФИО8, ФИО38, ФИО32 и других, по тем основаниям, что перечисленные участники процесса не владеют либо недостаточно владеют языком уголовного судопроизводства, а как следует из материалов дела, производство по нему производилось на русском языке без участия переводчика, в связи с чем просили признать показания указанных участников процесса недопустимыми доказательствами.

Суд, проверяя указанные доводы о допущенных, по мнению стороны защиты, органом предварительного следствия нарушений норм процессуального закона, приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.2 ст.18 УПК РФ тем участникам уголовного судопроизводства, которые не владеют или недостаточно владеют языком, на котором ведется производство по уголовному делу, должно быть разъяснено и обеспечено право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика.

Таким образом, в приведенной норме раскрывается значимое содержание принципа языка уголовного судопроизводства. Во-первых, закрепляется право лица пользоваться родным языком в сфере уголовного судопроизводства. Во-вторых, устанавливается обязанность государства, органов и соответствующих должностных лиц гарантировать не только бесплатную, но и своевременную помощь переводчиков при производстве по уголовному делу с участием лиц, не владеющих или недостаточно владеющих языком уголовного судопроизводства.

Из материалов настоящего уголовного дела следует, что производство по нему осуществлялось на русском языке, то есть никем из участников процесса, в том числе и подсудимым, не было заявлено, что он не владеет либо недостаточно владеет языком уголовного судопроизводства, и не заявлено ходатайство о привлечении переводчика. 

Оценивая доводы стороны защиты в части нарушения органом предварительного расследования права ФИО42, предусмотренного п.7 ч.4 ст.47 УПК РФ, суд находит их не состоятельными исходя из следующего. 

Действительно, в ходе судебного разбирательства подсудимый ФИО42, а также ряд иных участников процесса, в том числе потерпевшие ФИО29, ФИО28, заявили ходатайства о предоставлении им переводчика с лезгинского языка на русский язык и обратно, которые судом удовлетворены, и судебное разбирательство проводилось с участием переводчика.

В рамках проверки доводов подсудимого, а также иных участников процесса (потерпевших ФИО29, ФИО28, свидетелей ФИО32, ФИО38, ФИО8 и др.), указывающих, что недостаточно владели языком уголовного судопроизводства, по ходатайству стороны обвинения допрошены в качестве свидетелей следователи ФИО13 и ФИО14, в чьих производствах в разное время находилось уголовное дело в отношении ФИО42, а также адвокат ФИО7, который на начальном этапе предварительного расследования защищал интересы подозреваемого и обвиняемого ФИО42 

Допрошенный в качестве свидетеля следователь ФИО13 подтвердил, что производство по данному делу в ходе предварительного следствия осуществлялось на русском языке. ФИО42 и остальным участникам процесса разъяснялись их права, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, в том числе, давать показания на родном языке либо языке, которым он владеет, а также пользоваться услугами переводчика. Никто из участников процесса, включая обвиняемого, потерпевших, свидетелей при их допросах не заявляли о том, что не владеют либо недостаточно владеют русским зыком и нуждаются в услугах переводчика. Если бы об этом кто-нибудь заявил, он бы непременно предоставил переводчика, тем более это не представляло какого-либо труда, так как местности, в которых совершено преступление и осуществлялось предварительное расследование (Докузпаринский и Магарамкентский районы Республики Дагестан), населены представителями лезгинской национальности, и он мог обратиться за переводчиком в любую сельскую школу. При рассмотрении его (следователя ФИО13) ходатайств об избрании в отношении ФИО42 меры пресечения в виде заключения под стражу и продлении срока её действия производство в Магарамкентском районном суде также осуществлялось на русском языке с участием адвоката с начала по назначению (адвокат ФИО7), а затем по соглашению (адвокат ФИО4), при этом ФИО42 также ни разу не заявлял, что не владеет либо недостаточно владеет русским языком, и не просил предоставить ему переводчика.

О том, что ФИО42 давал показания на русском языке подтвердил допрошенный в качестве свидетеля об обстоятельствах проведения следственных действий (допросов ФИО42 в качестве подозреваемого 28 января 2016 года и обвиняемого 05 февраля 2016 года) адвокат ФИО7, который пояснил, что на начальном этапе производства по уголовному делу в отношении ФИО42 принимал участие в следственных действиях по защите его интересов, допросы ФИО42 проводились на русском языке, ФИО42 давал показания на русском языке, не говорил, что не владеет либо недостаточно владеет русским языком и не заявлял ходатайства о предоставлении ему переводчика.

Допрошенный в качестве свидетеля следователь ФИО14 также подтвердил, что производство по делу в отношении ФИО42, в том числе и следственные действия, включая допрос обвиняемого, проводилось на русском языке, при этом ни он, ни его защитник не заявляли, что ФИО42 не владеет либо недостаточно владеет русским языком и не ходатайствовал о предоставлении ему переводчика. В Советском районном суде г. Махачкалы рассматривались материалы судебных производств по его ходатайствам о продлении срока содержания обвиняемого ФИО42 под стражей, которые также осуществлялось на русском языке. При их рассмотрении ни ФИО42, ни его адвокат не заявляли о том, что обвиняемый не владеет либо недостаточно владеет языком уголовного судопроизводства.

Доводы стороны о том, что при допросах в ходе предварительного расследования отсутствовал переводчик, суд находит несостоятельными, поскольку перед началом каждого допроса как в качестве подозреваемого, так и в качестве обвиняемого, данный вопрос выяснялся следователем у ФИО42, который заявлял, что в услугах переводчика не нуждается и желает давать показания русском языке, учинив в протоколах допроса в качестве подозреваемого 28 января 2016 года, обвиняемого от 05 февраля, 17 июня, 19 декабря 2016 года собственноручные записи об этом, достоверность которых фактически подтвердил в судебном заседании, пояснив, что подписи в протоколах следственных действий, похожи на его.

(том 1 л.д. 105-106, том 2 л.д. 7, том 3 л.д. 217, том 5 л.д. 96, соответственно)

В материалах настоящего дела находятся копии судебных постановлений об избрании в отношении ФИО42 меры пресечения в виде заключения под стражу и продления срока её действия, из которых усматривается, что при рассмотрении данных материалов судебных производств не принимал участие переводчик, в связи с чем с целью проверки доводов стороны защиты о нарушении права обвиняемого ФИО42 на защиту, в том числе и пользоваться услугами переводчика, судом принято решение об истребовании указанных материалов судебных производств из Магарамкентского районного суда (№№ 12/2016, 34/2016, 3/2-12/2016, 3/2-23/2016) и Советского районного суда г. Махачкалы (№№ 3/2-485/2016, 3/2-509/2016, 3/2-542/2016, 3/2-574/2016), которые оглашены и исследованы с участием сторон в судебном заседании. Из указанных материалов судебных производств следует, что ФИО42 разъяснялись положения статей 46 и 47 УПК РФ как в статусе подозреваемого, так и в статусе обвиняемого, где ни ФИО42, ни его защитники адвокаты ФИО7, ФИО4, ФИО5 в стадии досудебного производства не оспаривали не владение либо недостаточное владение их подзащитным языком уголовного судопроизводства и не ходатайствовали о предоставлении ему переводчика.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в ходе досудебного производства органом предварительного расследования не было нарушено право ФИО42, предусмотренное п.7 ч.4 ст.47 УПК РФ, о предоставлении ему переводчика, так как такое ходатайство им заявлено не было.

Эти свои выводы суд основывает на том, что оспариваемые следственных действия проведены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. ФИО42 разъяснялись все предусмотренные уголовно-процессуальным законом права, содержащихся в ст. 47 УПК РФ, в том числе давать показания на языке, которым он владеет, и пользоваться услугами переводчика, об участии которого он ходатайства не заявлял. Замечаний к содержанию и проведению допросов от ФИО42 либо его защитников не поступало, протоколы были удостоверены его подписями и подписями его защитников.

То обстоятельство, что впоследствии по ходатайству подсудимого в период судебного разбирательства был допущен переводчик, с участием которого проводился его допрос, не может повлиять на законность выполненных в ходе досудебного производства по делу до привлечения переводчика следственных и процессуальных действий и повлечь признание протоколов следственных и процессуальных действий недопустимыми доказательствами.

Таким образом, оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний подсудимого ФИО42, суд не усматривает, поскольку обстоятельств, предусмотренных ст.75 УПК РФ, не установлено, в связи с чем показания подсудимого ФИО42, данные им в ходе досудебного производства, а также процессуальные действия, проведенные с его участием, в том числе и протокол выемки от 28 января 2016 года одежды ФИО42 (том 1 л.д. 126-130), оцениваются судом в совокупности с другими доказательствами и признаются допустимыми и достоверными.

По аналогичным основаниям суд приходит к выводу о допустимости показаний потерпевших ФИО29, ФИО28, свидетелей ФИО38, ФИО32, ФИО8, ФИО30, и др., данных в ходе предварительного расследования, так как всем перечисленным участникам процесса в ходе их допросов следователем разъяснялись их права, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, в том числе давать показания на родном языке либо языке, которым они владеют, и пользоваться услугами переводчика бесплатно.

Доводы подсудимого о том, что первоначальные показания, данные в ходе его допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого, явились следствием того, что на данной стадии он фактически был лишен права на защиту, также были предметом исследования в судебном заседании.

Так, в судебном заседании ФИО42 пояснил, что при первом его допросе адвокат пришёл к концу допроса, а в последующих его допросах адвокат вообще не принимал участие, добавив, что следователь позвонил к кому-то по телефону и передал ему трубку. Когда он (ФИО42) взял телефон, на другом конце связи кто-то представился ему адвокатом и сказал, чтобы поставил свои подписи в протоколе, что он и сделал. 

Данные показания подсудимого опровергаются оглашенными и обозрёнными в судебном заседании протоколами указанных следственных действий, а также показаниями адвоката ФИО7, который подтвердил сам факт их проведения с его участием, свои подписи в этих протоколах, при этом пояснил, что во время производства допросов как 28 января, так и 05 февраля 2016 года, никуда не отлучался. 

По обстоятельствам проведения следственных действий с участием ФИО42 допрошены следователи ФИО13 и ФИО14, которые также подтвердили, что во всех следственных действиях в отношении ФИО42 всегда принимали участие адвокаты как по назначению (адвокат ФИО7 (том 1 л.д. 96, 97, 98)), так и по соглашению (адвокат ФИО4 (том 2 л.д. 74 - 78)), от услуг которых он не отказывался. Допросы ФИО42 проводились в соответствии с процессуальным законом, при этом никогда адвокаты никуда не отлучались во время их проведения. 

После оглашения показаний ФИО42, данных им при досудебном производстве в качестве подозреваемого и обвиняемого об обстоятельствах совершенных им преступлений, подсудимый пояснил, что по факту не предоставления ему полноценной защиты никуда не обращался, а показания, данные в качестве подозреваемого и обвиняемого, подписал, не читая их, так как недостаточно владеет русским языком.

Между тем, вопреки доводам защиты, оспариваемые ФИО42 показания суд находит добытыми с соблюдением закона с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и они в соответствии с п.1 ч.2 ст.74 УПК РФ являются доказательствами по делу, равноценными другим доказательствам.

В результате, суд приходит к выводу, что показания ФИО42, данные в ходе предварительного следствия, были получены без нарушений закона и должны быть приведены в подтверждение его вины в совершённых преступлениях, в связи с чем оснований для признания показаний подсудимого, данных в ходе досудебного производства, недопустимыми доказательствами у суда не имеется.

Доводы стороны защиты о недопустимости протокола осмотра места происшествия (том 1 л.д.9-20) как доказательства вины ФИО42 в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.213 и п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ, также были предметом рассмотрения в суде. 

В обоснование доводов стороной защиты указано, что данное следственное действие проведено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, а именно следователем ФИО37 в качестве понятого в нарушении требований п.2 ч.2 ст.60 УПК РФ привлечён его родственник ФИО34, что не отрицали ни лицо, составившее протокол осмотра места происшествия, ни лицо, привлечённое в качестве понятого, а второй понятой ФИО39 находился в нетрезвом состоянии и к тому же допрошен по данному делу в качестве свидетеля. Кроме того, допрошенные в судебном заседании, как ФИО34, так и ФИО39, пояснили, что в их присутствии ничего с места происшествия не изымалось и не фотографировалось, а в будке сторожа им показали гильзы от пуль, соскобы грунта, а также огнестрельное оружие, после чего указанные предметы были упакованы и опечатаны в конверты. 

Между тем, указанные доводы стороны защиты нельзя признать состоятельными по следующим основаниям.

Согласно Главе 8 УПК РФ понятой относится к числу иных участников уголовного судопроизводства.

Как следует из оспариваемого протокола следственного действия от 

<

дата>, к производству осмотра места происшествия в качестве понятых были привлечены ФИО39 и ФИО34

Согласно п.2 ч.2 ст.60 УПК РФ понятыми не могут быть участники уголовного судопроизводства, их близкие родственники и родственники.

В силу закона, основным и неотъемлемым условием для применения норм п.2 ч.2 ст.60 УПК РФ является условие отсутствия родственных связей понятого, прежде всего, с заинтересованными участниками уголовного процесса со стороны обвинения или защиты, исчерпывающий перечень которых приведен в законе, то есть понятыми не могут быть лица, которые имеют или могут иметь личный правовой интерес в исходе уголовного дела (потерпевший, подозреваемый, обвиняемый, гражданский истец, гражданский ответчик).

Между тем, понятой ФИО34 кому-либо из участников процесса, заинтересованным в исходе дела, родственником не был, а следователя ФИО37, которым проведены неотложные следственные действия, нельзя отнести к лицу, заинтересованному в исходе дела.

Участие в указанном мероприятии в качестве понятого ФИО34 – родственника следователя ФИО37, формально является несоблюдением требований пункта 2 части 2 статьи 60 УПК РФ, однако результаты проведенного мероприятия не порочит, поскольку удостоверенные, в том числе, этим понятым обстоятельства подтверждены другими допрошенными в судебном заседании лицами (следователем ФИО37, специалистом-экспертом ФИО6), другими доказательствами по делу и не может ставить под сомнение выводы суда относительно законности данного следственного действия.

Оценивая показания допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей ФИО39 и ФИО34, отрицавших сам факт изъятия указанных в протоколе осмотра места происшествия предметов в их присутствии, а также факт производства фотосъёмки в их присутствии, суд находит их также не состоятельными по следующим основаниям.

В связи с существенными противоречиями с показаниями, данными в судебном заседании, по ходатайству стороны обвинения в порядке ст.281 УПК РФ, оглашены показания свидетеля ФИО39 по обстоятельствам проведения данного процессуального действия, данные им в ходе досудебного производства и отраженные в протоколе допроса, согласно которым ФИО39 об обстоятельствах проведения осмотра места происшествия и составления его протокола пояснил, что сотрудниками полиции он и приехавший следом за полицейскими ФИО34 были приглашены в качестве понятых при осмотре территории двора кафе. В ходе осмотра сотрудниками полиции были обнаружены и изъяты две стрелянные гильзы, частицы грунта с пятнами крови и оружие модели «Сайга», принадлежащее ФИО42, а также разрешение на него, которые ФИО42 выдал сотрудникам полиции сам, после чего ФИО42 усадили в полицейскую машину и увезли. Обнаруженные и изъятые в ходе осмотра предметы были в его присутствии упакованы и опечатаны. 

(том 3 л.д. 161-165)

Аналогичные показания об обстоятельствах проведения осмотра места происшествия, своего участия в нём, дал в ходе предварительного следствия и ФИО34, чьи показания также по ходатайству стороны обвинения в порядке ст.281 УПК РФ оглашены в судебном заседании, согласно которым его и охранника территории двора кафе ФИО39 пригласили в качестве понятых при осмотре места территории двора кафе. В ходе осмотра сотрудниками полиции были обнаружены и изъяты две гильзы, частица грунта с пятнами крови и оружие модели «Сайга», принадлежащее ФИО42, которое последний выдал сотрудникам полиции сам. Обнаруженные и изъятые в ходе осмотра места происшествия предметы были в его присутствии упакованы и опечатаны. 

(том 2 л.д. 222-226)

Допрошенный в судебном заседании по обстоятельствам проведения осмотра места происшествия следователь ФИО37 пояснил, что 

<

дата> в дежурную часть МО МВД России «Ахтынский» поступило телефонное сообщение о том, что 

<

дата>, примерно в 23 часа 50 минут, на территории двора кафе «Сочи» в ходе возникшего скандала ФИО42 произвёл выстрел из огнестрельного оружия в ФИО1 Рассмотрение указанного сообщения руководством отдела полиции было поручено ему, в связи с чем он в составе следственно-оперативной группы выехал на место происшествия. По прибытию на место происшествия, примерно в начале 02 часа ночи, им в присутствии понятых и эксперта-криминалиста ФИО6 было начато производство осмотра места происшествия. В ходе осмотра места происшествия были обнаружены и изъяты две гильзы, предположительно калибра 7,62 мм, соскоб с поверхности земли с пятном бурого цвета, похожим на кровь, а также огнестрельное оружие модели «Сайга» и разрешение на него, которые выдал ФИО42, находящийся на месте происшествия. Указанные предметы были упакованы и опечатаны в присутствии понятых. Изъятое в ходе осмотра места происшествия оружие модели «Сайга», принадлежащее ФИО42, было изъято и упаковано в полимерный мешок белого цвета, после чего опечатано также в присутствии понятых. В момент его приезда на место происшествия ФИО42 находился здесь и данное оружие было при нём, которое он выдал. Протокол осмотра места происшествия составлен им на месте происшествия, после чего подписан как им, так и экспертом-криминалистом, и обоими понятыми.

Допрошенный в судебном заседании по обстоятельствам проведения осмотра места происшествия свидетель ФИО6 пояснил, что принимал участие в качестве эксперта-криминалиста при осмотре места происшествия, в связи с чем в составе следственно-оперативной группы выехал в кафе «Сочи». По приезде следователем с участием двух понятых, один из которых был охранником данного кафе, а второго пригласил сам следователь, был начат осмотр места происшествия, в ходе которого возле сторожевой будки были обнаружены пятна, похожие на кровь. В процессе осмотра в двух местах были также обнаружены гильзы от пуль. Всё, что было обнаружено, указывалось, что найденное было обнаружено именно на определенном месте и фиксировалось им (ФИО6) на фотоаппарат. Соскоб грунта и обе гильзы изымались в присутствии понятых. Изъятые предметы были упакованы в конверт, опечатаны и подписаны понятыми. По окончании осмотра места происшествия следователем был составлен протокол, в котором расписались он и понятые.

Изложенное опровергает доводы стороны защиты, что все описанные в протоколе осмотра месте происшествия предметы не были найдены и изъяты в присутствии понятых.

Доводы стороны защиты о том, что понятой ФИО39 в нарушении закона привлечен в качестве понятого, так как на момент проведения данного следственного действия находился в состоянии алкогольного опьянения и впоследствии как свидетель был допрошен по обстоятельствам произошедших событий, также были предметов проверки судом. 

Так, в судебном заседании свидетель ФИО39 показал, что в ту ночь употреблял спиртные напитки. Вместе с тем каких-либо доказательств того, что данное обстоятельство имело место, ничем объективно не подтверждается. В своих показаниях в ходе досудебного производства ФИО39 также не указывает о том, что в ту ночь (с 

<

дата> на 

<

дата>) употреблял спиртные напитки. В связи с этим суд приходит к выводу, что указанные показания являются голословными и даны с целью признать протокол оспариваемого следственного действия составленным с нарушением процессуального закона.

Из материалов дела следует, что на момент осмотра места происшествия (

<

дата>) ФИО39 участником уголовного судопроизводства не являлся. Органы расследования, в том числе и при проведении неотложных следственных действий, на тот момент не располагали сведениями о том, что указанное лицо обладает какой-либо информацией по делу и впоследствии может быть допрошено в качестве свидетеля. Кроме того, из материалов дела не усматривается, что ФИО34 Я.З. и ФИО39 заинтересованы в исходе дела. Сам факт знакомства подсудимого ФИО42 с ФИО39 в связи с совместной работой и с ФИО34 в связи с передачей подсудимому в аренду помещения кафе не может свидетельствовать о заинтересованности последних в исходе дела. 

Кроме того, ни в ходе предварительного расследования, ни в судебном заседании подсудимый ФИО42 не отрицал того, что в ту ночь из его оружия были произведены два выстрела: один выстрел был произведён им в воздух, а второй выстрел произошел случайно, в результате чего пуля попала в ФИО1 и он упал на землю. Не отрицал также подсудимый, что в сопровождении ФИО36 отнёс в дом своё оружие, а потом вместе с участковым по имени Магомед вернулся за ним и принёс обратно на место происшествия, которое добровольно выдал сотрудникам полиции, что подтвердил и свидетель ФИО37 О том, что ФИО42 приносил домой принадлежащее ему огнестрельное оружие и забирал его обратно, подтвердили также в судебном заседании свидетели ФИО36 и ФИО30 (супруга подсудимого, (том 1 л.д. 172-175)), а также потерпевший ФИО29, который, когда вместе с ФИО42 и ФИО36 направлялись в с. Каладжух после имевших место событий, видел в руках ФИО42 огнестрельное оружие. В связи с этим довод стороны защиты о необходимости возобновления судебного следствия для допроса в качестве свидетеля участкового уполномоченного полиции, с которым ФИО42 забирал оружие из дома, является не состоятельным. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что протокол осмотра места происшествия составлен с соблюдением требований закона и оснований для признания данного доказательства недопустимым не имеется.

Стороной защиты фактически оспорены причины смерти ФИО1 по тем основаниям, что из заключения судебно-медицинской экспертизы не ясно, что послужило на самом деле причиной смерти ФИО1, так как в ходе исследования в судебном заседании копии медицинской карты стационарного больного ФИО1 (том 1 л.д. 51-64) установлено, что в тексте данной справки имеются надлежащим образом незаверенные исправления, в том числе в части времени проведения операции. 

Между тем, такие доводы стороны защиты не основаны на материалах дела и противоречат фактическим обстоятельствам. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО33 (хирург ЦРБ Ахтынского района, проводивший операцию) пояснил, что 

<

дата>, примерно к полуночи, ему на мобильный телефон позвонили с незнакомого номера. Ответив, к нему обратился мужчина, который был взволнован и растерян, он стал просить его, чтобы он побыстрее приехал в ЦРБ Ахтынского района, так как в данное медицинское учреждение везут мужчину с огнестрельным ранением. Он сразу направился в больницу, куда примерно через час после его прихода, жители с. Каладжух доставили ранее ему незнакомого ФИО1 Осмотром доставленного было установлено, что у него имеется проникающая огнестрельная рана в область наружной поверхности таза слева. Состояние больного было тяжелое, но при этом он был в сознании. ФИО12 пояснил, что, пытаясь разнять жителей с. Каладжух, в него произвели выстрел. Однако, более каких-либо других подробностей ФИО12 медицинскому персоналу не сообщил. После осмотра пострадавшего началась его подготовка к операции, в ходе которой его успели посетить родственники, с которыми больной успел поговорить, но о чём ему не известно. Перед операцией проводилась её подготовка. В ходе операции, которая длилась несколько часов, ФИО12 от полученных повреждений умер. Считает, что даже в других условиях его спасти не удалось бы. Им был вырезан кусочек кожи в районе входной раны с целью оказания необходимой медицинской помощи. После окончания операции входная рана была зашита. Так как кусок кожи в районе раны не хранился в соответствующих условиях, он пришёл в негодность, о чем ему сообщил судебный медицинский эксперт, проводивший осмотр и вскрытие трупа ФИО1 

Согласно приведённому выше заключению эксперта № 1 от 25 марта 2016 года, причинённое в результате выстрела из огнестрельного оружия ранение ФИО1 отнесено к тяжкому вреду здоровья и состоит в прямой причинной связи с наступлением его смерти. 

(том 2 л.д. 107-113)

Данное заключение составлено квалифицированным специалистом, не содержит каких-либо противоречий и не вызывает сомнений. Заключение является подробным, его выводы полностью согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, о целенаправленных действиях ФИО42 во время совершения преступлений.

В материалах дела имеется копия медицинской карты стационарного больного ФИО1, представленная стороной обвинения в качестве доказательства по данному уголовному делу, в ходе исследования которой установлено, что в тексте данного документа имеются исправления. 

(том 1 л.д. 51-64)

Допрошенный по обстоятельствам имеющихся в медицинской карте исправлений свидетель ФИО33 подтвердил данное обстоятельство и пояснил, что исправления в тексте данного документа сделаны им самим. 

Доводы стороны защиты о противоречивости показаний потерпевшего ФИО12, свидетелей ФИО10, ФИО11 в части времени их нахождения возле раненного ФИО1, а также, что указанным лицам пострадавший ФИО12 говорил о случайности произведённого в него выстрела и обстоятельств произошедших событий, также был предметом исследования в судебном заседании. 

В обоснование таких доводов сторона защиты ссылалась на показания допрошенных по её ходатайству свидетелей ФИО15 (дяди подсудимого), ФИО16, ФИО17 (медперсонала ЦРБ Ахтынского района), которые пояснили, что слышали, в том числе от родственников пострадавшего ФИО1, о случайности произведенного в него выстрела.

При этом свидетель ФИО15 пояснял, что не мог нормально поговорить с ФИО12, так как тот постоянно плакал, а свидетели ФИО16, ФИО17 указывали, что родственники пострадавшего, в том числе и отец, находились с ним в палате непродолжительное время и их попросили выйти, так как пострадавшего ФИО1 нужно было готовить к операции, что показал в судебном заседании и свидетель ФИО35

Оценивая показания свидетеля ФИО15 в части того, что потерпевший ФИО12 всё время плакал, то данное обстоятельство могло иметь место, так как раненный ФИО12 являлся его сыном и ранение, полученное им, действительно было опасным для жизни, от которого впоследствии пострадавший и скончался. Показания же свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО17 в части случайности произведённого в ФИО1 выстрела, суд находит голословными, не соответствующими действительности, так как опровергаются показаниями очевидцев произошедших событий, оценка которым судом дана выше, заключениями экспертов и фактическими обстоятельствами дела. 

Оценивая показания свидетелей ФИО16, ФИО17 о непродолжительности нахождения отца и других родственников возле ФИО1, суд находит, что они не опровергают сам факт их нахождения возле больного в палате, а наоборот их показания, а также показания свидетеля ФИО33, подтверждают, что родственники пострадавшего ФИО1 общались с ним, в том числе и об обстоятельствах произошедшего на территории кафе «Сочи», в связи с чем довод зашиты о признании показаний потерпевшего ФИО12, свидетелей ФИО10 и ФИО11 не допустимыми доказательствами, является не состоятельным.

К показаниям свидетеля ФИО31 (сына подсудимого), данные как в ходе предварительного следствия (том 2 л.д. 24-27), так и судебного заседания о том, что его отец произвёл выстрел из принадлежащего ему оружия и случайно попал в ФИО1, когда тот пытался отобрать ружьё у отца, суд относится критически, так как его показания являются производными от показаний ФИО35, данными указанным свидетелем в судебном заседании, которые противоречат как его показаниям в ходе досудебного производства, так и показаниям других очевидцев преступлений, совершённых ФИО42 в отношении ФИО1, и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Оценивая показания свидетелей ФИО18, ФИО19, ФИО20, данные ими в ходе предварительного расследования и оглашённые в судебном заседании в порядке ст.281 УПК РФ, суд учитывает, что об обстоятельствах произошедших событий на территории кафе «Сочи» знают от сельчан и в этих своих показаниях дают только положительную характеристику подсудимому.

(том 2 л.д. 16-18, 20-22, 28-31, соответственно)

Стороной обвинения в качестве доказательств вины ФИО42 в обвинительном заключении приведены показания потерпевших ФИО26, ФИО25, ФИО21, ФИО27, данные ими в ходе предварительного следствия и которые оглашены в судебном заседании на основании ст.281 УПК РФ по ходатайству стороны обвинения.

(том 1 л.д. 210-214, 200-203, 219-222, 228-231, соответственно)

Между тем, оценивая показания указанных потерпевших, суд приходит к выводу, что они не могут быть положены в основу приговора в качестве доказательств вины ФИО42 по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.213 и п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ, по следующим основаниям.

Так, потерпевшие ФИО26, ФИО25, ФИО21, ФИО27 сами очевидцами событий, имевшим место в ночь с 

<

дата> на 

<

дата> в кафе «Сочи», а также их предшествующим и последующим за ними, не были.

При этом все названные потерпевшие (мать, жена, родные сёстры) при допросах в ходе предварительного следствия, давая показания о ставших известных им событиях, указывали, что о них им известно от членов своей семьи, не конкретизируя от кого именно и при каких обстоятельствах им стало об этом известно, что приводит суд к выводу, что они не могли назвать источники своей осведомленности. 

Согласно п.2 ч.2 ст.75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности.

При изложенных обстоятельствах показания потерпевших ФИО26, ФИО25, ФИО21, ФИО27 (матери, жены, родных сестёр) подлежат исключению из объёма доказательств в части виновности ФИО42 по предъявленному обвинению. 

Вместе с тем, исключение показаний указанных потерпевших из перечня доказательств, представленных стороной обвинения, не влияет на правильность общего вывода суда о виновности ФИО42 в совершенных им преступлениях.

В качестве доказательств вины ФИО42 в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.213 и п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ, стороной обвинения приведены показания в качестве потерпевших ФИО29 и ФИО28 об обстоятельствах произошедшего между ними и ФИО42 словесного конфликта, переросшего в драку. 

Между тем, как следует из материалов уголовного дела и установлено в судебном заседании, ФИО29 и ФИО28 покинули территорию кафе «Сочи» сразу же после драки с ФИО42 и не были очевидцами действий ФИО42 в отношении ФИО1, что следует как из их показаний, так и из показаний свидетелей ФИО36, ФИО8, ФИО32

Однако, суд оценивает показания потерпевших ФИО29 и ФИО28 об обстоятельствах их приезда в кафе «Сочи» и заезда на стоянку кафе, обстоятельствах произошедших событий между ФИО42, ФИО29 и ФИО28, и кладёт их в основу приговора в части, не противоречащих их показаниям в стадии досудебного производства (том 2 л.д. 119-223, том 5 л.д. 22-25; том 2 л.д. 56-62, том 5 л.д. 14-17, 48-51, соответственно), оглашённые в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым зачинщиком словесного конфликта был именно ФИО42, который беспричинно, использовав незначительный повод (о якобы имевшим место их заезде на автомобиле с высокой скоростью на территорию кафе «Сочи»), стал выражаться в их адрес нецензурной бранью, а также выражаться нецензурной бранью в адрес покойной матери ФИО28, в результате чего данный словесный конфликт перерос в драку.

Показания ФИО29 в судебном заседании, что ФИО42 куском арматуры нанёс ему удары по руке, в результате чего он получил телесные повреждения, суд оценивает критически, так как они опровергаются его же показаниями в ходе предварительного следствия, согласно которым он указывал, при каких обстоятельствах он получил данное повреждение, заключением эксперта, а также постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 09 июля 2017 года, по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ.

(тома 2 л.д. 39, том 4 л.д. 76)

Незначительные неточности в показаниях указанных лиц об обстоятельствах произошедшего в ночь с 22 по 23 января 2016 года, обусловленные их физиологическими особенностями субъективного восприятия происходящего и запоминания, не влияют на доказанность установленных судом обстоятельств совершенных преступлений подсудимым.

При этом неточности в показаниях потерпевших (ФИО29, ФИО28) и свидетелей (ФИО38, ФИО39, ФИО32, ФИО22) на предварительном следствии и в судебном заседании, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, устранены судом путём оглашения данных показаний на предварительном следствии и выяснением значимых обстоятельств.

Судом не установлено данных, свидетельствующих об оговоре подсудимого и ложности показаний потерпевших и свидетелей.

Непризнание виновности подсудимым ФИО42 в установленных судом деяниях, при фактическом признании наступивших последствий о совершенных им действий, суд оценивает как линию защиты, с целью избежать уголовной ответственности за более тяжкие преступления.

Исходя из приведенных доказательств, суд в полном объёме принимает показания ФИО42, данные в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого 28 января 2016 года, в качестве обвиняемого 05 февраля и 17 июня 2016 года, и считает, что при допросе в качестве обвиняемого 19 декабря 2016 года и в судебном заседании он изменил показания с целью избежать ответственности за совершенные преступления и квалификации его действий по менее тяжкому преступлению.

Из материалов дела усматривается, что на первоначальном этапе предварительного следствия ФИО42 предпринимал активные попытки ввести в заблуждение органы следствия и с этой целью потерпевшим и иным лицам говорил, что стрелял в бродячих собак, но пуля, срекошетив, случайно попала в ФИО1, что подтвердили, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, потерпевшие ФИО12, ФИО24, свидетель ФИО11, а также свидетель ФИО39 в ходе досудебного производства, пояснявшие, что об этом им стало известно непосредственно от самого ФИО42 и свидетеля ФИО35

Материалы уголовного дела с очевидностью свидетельствуют о том, что данное обстоятельство имело место, и суд исходит из того, что такие первоначальные действия ФИО42, а также свидетеля ФИО35, были направлены на придание правдоподобности сведениям, сообщённым в них, тем самым, имели место попытки по введению сначала семьи ФИО12, а впоследствии и иных лиц, а также органов следствия в заблуждение, желая смягчить участь подсудимого и спасти от ответственности за более тяжкие преступления. 

Изложенное подтверждается также заключением служебной проверки по информации о неправомерных действиях сотрудников МО МВД России «Ахтынский» от 09 июня 2016 года.

(том 3 л.д. 172-184)

Таким образом, на основании приведенных выше согласующихся между собой доказательств, полученных с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, суд приходит к выводу о виновности ФИО42 в грубом нарушении общественного порядка, выражающим явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия, связанным с сопротивлением лицу, пресекающему нарушение общественного порядка, а также в умышленном причинении смерти этому человеку, в связи с выполнением им общественного долга, и его действия суд квалифицирует по ч.2 ст.213 УК РФ и п.«б» ч.2 ст.105 УК РФ. 

Решая вопрос о вменяемости ФИО42, суд исходит из следующего.

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов № 374 от 12 мая 2016 года, ФИО42 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, и не страдает таковыми в настоящее время. Анализ материалов уголовного дела свидетельствует о том, что в момент совершения инкриминируемого им правонарушения ФИО42 не обнаруживал и признаков временного психического расстройства, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, и руководить ими. ФИО42 обнаруживает признаки органического эмоционально-лабильного (астенического) расстройства в связи с травмой головы (F-06.60 МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и дважды перенесенных ЧМТ в 2002 году во время драки, находился в в/о ЦРБ с 01 по 25 марта 2002 года с диагнозом: черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга легкой степени тяжести; инфицированная рана волосистой части головы; а также данные настоящего психолого-психиатрического освидетельствования, выявившего у подэкспертного наряду с соответствующей неврологической симптоматикой некоторое снижение психомоторного темпа, неустойчивость внимания, неустойчивость мнестической деятельности, неустойчивость эмоциональных реакций, при сохранности критических способностей. 

Однако имеющиеся у ФИО42 психические изменения выражены не столь значительно и не лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период совершения инкриминируемого ему деяния. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО42 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. Психологический анализ результатов патопсихологического обследования, а также материалов уголовного дела позволяет заключить, что ФИО42 присущи такие индивидуально-психологические особенности как внутренняя напряженность, умеренная общительность, характерны вспышки раздражения, особенно когда встречает сильное противодействие. Данные особенности не ограничивали способность ФИО42 к произвольной регуляции деятельности исследуемой ситуации и не оказывали существенного влияния на его сознание и деятельность. Анализ материалов уголовного дела и данных настоящего клинико-психологического исследования свидетельствует о том, что ФИО42 в момент совершения инкриминируемого ему правонарушения не находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (физиологического аффекта) или ином эмоциональном состоянии, оказывающем существенное влияние на его сознание и поведение. Об этом свидетельствует отсутствие характерной для физиологического аффекта динамики возникновения и развития эмоциональных реакций. В применении мер медицинского характера ФИО42 не нуждается. 

(том 3 л.д. 87-93)

Указанное заключение составлено высококвалифицированными специалистами. Объективность экспертов сомнений не вызывает. Заключение является подробным, его выводы полностью согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Адекватное и разумное поведение подсудимого до, во время и после совершения преступлений не вызывает каких-либо сомнений в психической полноценности ФИО42 Подсудимый в суде правильно воспринимает обстоятельства, имеющие значение по делу, понимает характер своих действий, на диспансерном учёте у врача психиатра и врача нарколога ФИО42 не состоит.

(том 2 л.д. 49, 50)

С учетом вышеизложенного суд признает ФИО42 вменяемым в отношении инкриминируемых ему деяний и он в соответствии со ст.19 УК РФ подлежит уголовной ответственности.

При назначении ФИО42 наказания суд, согласно требованиям ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, личность виновного, в том числе состояние здоровья, обстоятельства, смягчающее и отягчающее наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд учитывает, что подсудимый преступления совершил впервые (том 4 л.д. 143), на стадии предварительного расследования фактически признал свою вину в причинении смерти ФИО1 и, хотя в судебном заседании отказался от этих показаний, суд именно показания ФИО42, данные при досудебном производстве, кладёт в основу приговора; согласно представленным характеристикам с места жительства характеризуется положительно, имеет семью, троих детей, что в совокупности даёт суду основания для признания этих обстоятельств смягчающими наказание.

Органом предварительного следствия в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО42, указана часть 1.1 ст.63 УК РФ, то есть совершение преступлений в состоянии алкогольного опьянения. 

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п. 31 постановления Пленума от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением, в том числе, алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. При разрешении вопроса о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ отягчающим обстоятельством суду надлежит принимать во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, а также личность виновного.

Допрошенный об обстоятельствах употребления спиртных напитков 

<

дата> подсудимый ФИО42 пояснил, что выпил немного пива и не был в состоянии алкогольного опьянения.

В ходе прений сторон государственный обвинитель ФИО23 просила исключить данное обстоятельство в качестве отягчающего вину ФИО42, так как оно не нашло своего подтверждения.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что обстоятельство, предусмотренное частью 1.1 статьи 63 УК РФ – совершение преступлений в состоянии алкогольного опьянения, отсутствует.

Подсудимым совершены преступления, которые в соответствии с частями 4 и 5 ст.15 УК РФ отнесены к категории тяжких и особо тяжких преступлений. 

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений и данных о личности ФИО42, в том числе и в их совокупности, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, для достижения целей наказания суд приходит к убеждению о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы за каждое совершенное им преступление на определенный срок с реальным его отбыванием в условиях изоляции от общества и дополнительного наказания по п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ в виде ограничения свободы с установлением ограничений из числа, указанных в ч.1 ст.53 УК РФ.

Обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для назначения ему наказания с применением положений ст.64 УК РФ, суд не находит. 

Оснований для изменения категории преступлений в порядке, установленном ч.6 ст.15 УК РФ, на менее тяжкую, а также для применения в отношении ФИО42 положений ст.73 УК РФ об условном осуждении, суд не усматривает.

Поскольку совершенные ФИО42 деяния, отнесенные уголовным законом к категории тяжкого и особо тяжкого преступлений, образуют их совокупность, то окончательное наказание ему должно быть назначено по правилам частей 3 и 4 ст.69 УК РФ путем частичного сложения основных наказаний и присоединения к нему дополнительного наказания.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ лишение свободы подсудимый должен отбывать в исправительной колонии строгого режима. 

Разрешая вопрос о мере пресечения в отношении подсудимого, суд учитывает, что он является гражданином Российской Федерации, зарегистрирован на территории Российской Федерации, его семейное положение и состояние здоровья. 

Вместе с тем суд учитывает и то, что основания, учтенные при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО42, не отпали и существенно не изменились, настоящим приговором он осуждается к длительному сроку лишения свободы за совершение, в том числе, и особо тяжкого преступления. 

Оценивая изложенное в совокупности, суд приходит к выводу о наличии достаточных оснований полагать, что, находясь на свободе, ФИО42 скроется. Принимая во внимание данные обстоятельства и необходимость обеспечения исполнения приговора, оснований для изменения меры пресечения в отношении ФИО42 на более мягкую суд не усматривает. 

На основании ч.3 ст.72 УК РФ и п.9 ч.1 ст.308 УПК РФ в срок отбывания наказания подсудимому засчитывается время его содержания под стражей с 28 января 2016 года с момента его задержания в порядке ст.91 УПК РФ.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии со статьями 81, 82 УПК РФ.

Признанные по делу вещественными доказательствами: предметы одежды, изъятые в ходе осмотра трупа ФИО1: темно-синие джинсы, серые трикотажные кальсоны, черные трикотажные трусы, соскоб с земли в виде высохшего грунта подлежат уничтожению; одежда ФИО42: серая матерчатая кепка, черная болоньевая куртка, серая кофта фирмы «Adidas», белая трикотажная майка фирмы «SANO 52», джинсы светло-синего цвета фирмы «Zilli» подлежат возвращению по принадлежности; четыре патрона калибра 7,62 мм, две гильзы калибра 7,62 мм подлежат передачи в ОМТ и ХО МВД по РД.

Исходя из положений пункта «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ и ч.3 ст.81 УПК РФ судом может быть принято решение о конфискации орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих подсудимому.

Как следует из материалов дела, в качестве вещественного доказательства проходит орудие преступления - карабин модели МА-АК-02 № №, принадлежащий подсудимому ФИО42 и выданный на основании разрешения РОХа№ (том 1 л.д. 22), который хранится в камере хранения вещественных доказательств Магарамкентского межрайонного СО СУ СК России по Республике Дагестан. 

Суд приходит к выводу о конфискации указанного огнестрельного оружия, которое является орудием преступления и в то же время не является для подсудимого ФИО42 основным источником существования.

В судебном заседании рассматривался гражданский иск потерпевшего ФИО12 о компенсации морального вреда в результате совершенных в отношении его сына ФИО1 преступлений в размере 2.000.000 рублей, заявленный в ходе предварительного расследования,

(том 5 л.д. 35, 36-38, 85-86)

Подсудимый ФИО42 оставил вопрос разрешения гражданского иска на усмотрение суда.

Обсуждая заявленные по делу исковые требования потерпевшего ФИО12 к подсудимому о компенсации морального вреда, суд их находит обоснованными и подлежащими удовлетворению на основании ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, поскольку виновными действиями ФИО42, совершившего преступления в отношении ФИО1, потерпевшему ФИО12, безусловно, были причинены моральные и нравственные страдания в связи с убийством сына. Кроме того, суд учитывает также, что у покойного ФИО1 остались также двое малолетних детей (том 2 л.д. 151). Вместе с тем, при определении размера подлежащего взысканию морального вреда, суд учитывает характер и глубину этих нравственных страданий, требования разумности, справедливости и соразмерности, а также материальное положение подсудимого, и считает необходимым снизить указанный в иске размер подлежащего взысканию морального вреда до 1.500.000 (одного миллиона пятисот тысяч) рублей.

Судебные издержки, состоящие из сумм, подлежащих выплате переводчику в виде гонорара за участие в разбирательстве уголовного дела по назначению суда, размер которого будет определен после поступления соответствующего заявления, должны быть выплачены в соответствии со ст.132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за счёт государства. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 301 – 303, 304, 307, 308, 309, 310 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

Признать ФИО42 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.213 и п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ.

Назначить ФИО42 наказание:

- по ч.2 ст.213 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 3 (три) года;

- по п. «б» ч.2 ст.105 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 14 (четырнадцать) лет с ограничением свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установить ФИО42 следующие ограничения: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) в период с 22 часов до 6 часов, не изменять места жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования, посещать места проведения массовых и иных мероприятий и участвовать в указанных мероприятиях без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и обязать его два раза в месяц являться в названный специализированный орган для регистрации.

На основании ч.ч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО42 наказание в виде лишения свободы на срок 15 (пятнадцать) лет с ограничением свободы на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установить ФИО42 следующие ограничения: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) в период с 22 часов до 6 часов, не изменять места жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования, посещать места проведения массовых и иных мероприятий и участвовать в указанных мероприятиях без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и обязать его два раза в месяц являться в названный специализированный орган для регистрации.

Меру пресечения ФИО42 в виде заключения под стражу оставить без изменения.

Срок наказания ФИО42 исчислять с 15 декабря 2017 года. 

В срок отбытия наказания зачесть время содержания его под стражей с 28 января 2016 года по 14 декабря 2017 года.

Вещественные доказательства: предметы одежды, изъятые в ходе осмотра трупа ФИО1: темно-синие джинсы, серые трикотажные кальсоны, черные трикотажные трусы, соскоб с земли в виде высохшего грунта уничтожить; одежду ФИО42: серую матерчатую кепку, черную болоньевую куртку, серую кофту фирмы «Adidas», белую трикотажную майку фирмы «SANO 52», джинсы светло-синего цвета фирмы «Zilli» возвратить по принадлежности; четыре патрона калибра 7,62 мм, две гильзы калибра 7,62 мм передать в ОМТ и ХО МВД по РД.

Конфисковать в пользу государства принадлежащее ФИО42 огнестрельное оружие – карабин модели МА-АК-02 № АО 3965. 

Взыскать с ФИО42 в пользу ФИО12 в счет компенсации морального вреда 1.500.000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.

В соответствии со ст. 389.4 УПК РФ приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО42, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный ФИО42 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции как лично, так и с помощью защитника, о чем в соответствии с ч.3 ст.389.6 УПК РФ должен указать в своей апелляционной жалобе, а в случае принесения апелляционного представления или апелляционной жалобы другим участником процесса - в возражениях на жалобу либо представление.

Осужденный вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий: Т.С. Османов