ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Иркутск 26 мая 2020 года

Иркутский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Карповой Н.С., при секретарях Потапенко Д.В., Никитине С.В., с участием государственных обвинителей – заместителя прокурора Иркутского района Полканова Е.В., помощника прокурора Иркутского района Иркутской области Козловой Д.А., подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Марченко С.С., а также с участием потерпевшего ФИО2, рассмотрев в отрытом судебном заседании уголовное дело № 1-59/2020 в отношении

ФИО1, родившегося ~~~, судимого:

**/**/**** .... районным судом ...., с учетом изменений, внесенных постановлением .... городского суда .... области от **/**/****, по ч. 4 ст. 111 УК РФ на 8 лет 11 месяцев лишения свободы, освободившегося **/**/**** по постановлению .... городского суда .... области от **/**/**** условно-досрочно на 2 года 6 дней;

**/**/**** .... районным судом .... по ч. 1 ст. 111 УК РФ на 4 года лишения свободы, в соответствии с п. «в» ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ, с учетом изменений, внесенных постановлением .... районного суда .... области от **/**/****, на 5 лет 5 месяцев лишения свободы, освободившегося **/**/**** по постановлению .... районного суда .... области от **/**/**** условно-досрочно на 1 год 5 месяцев 19 дней,

содержащегося под стражей с **/**/****, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 совершил убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах: 

В период времени с 19 часов **/**/**** по 01 час. 55 минут **/**/****, находясь в сторожке кладбища, расположенной по адресу: ...., ФИО1, М., Св.2 и Св.1 совместно распивали спиртное. В ходе распития спиртного между ФИО1 и М. произошел конфликт, в результате чего у ФИО1 на фоне внезапно возникших личных неприязненных отношений возник преступный умысел, направленный на убийство, то есть на умышленное причинение смерти другому человеку – М. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, возможность наступления последствий в виде смерти М. и желая ее наступления, вооружился ножом и, действуя умышленно, с целью причинения смерти М., с силой нанес множественные удары в область груди, живота, лица М., то есть в область расположения жизненно-важных органов человека. 

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил потерпевшему М. телесные повреждения в виде ~~~, в своей совокупности, относящихся к причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и стоящих в прямой причинной связи со смертью; ~~~, относящихся к не повлекшим вреда здоровью. В результате умышленных преступных действий ФИО1 наступила смерть М. на месте происшествия от сочетанной травмы – множественных ~~~, сопровождавшихся острой, массивной кровопотерей.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину по предъявленному обвинению признал частично. Не отрицая факт наступления смерти М. от его действий, утверждал, что телесные повреждения причинил потерпевшему в состоянии необходимой обороны от посягательства со стороны последнего. Излагая обстоятельства произошедшего, подсудимый ФИО1 при первоначальном допросе пояснял, что с **/**/**** он стал неофициально подрабатывать на кладбище, расположенном на ...., проживал там же в сторожке. Кроме него работы по благоустройству кладбища выполняли уборщик Св.2 и водитель Св.1 **/**/**** в течение дня они выполняли работы, ближе к вечеру Св.2 и Св.1 уехали, вернулись через какое-то время вместе с М., который ранее работал на кладбище копщиком могил. Все трое находились в состоянии алкогольного опьянения. Св.2 и М. стали выгружать из автомобиля инструменты, в это время М. схватил лопату и без какого-либо повода ударил ею Св.2 по голове. Он в свою очередь сделал М. замечание за такое поведение. На этом они успокоились. Далее они вчетвером проследовали в сторожку, как выяснилось у М. был день рождения, с собой указанные лица привезли самогон в бутылке объемом 1,5 литра, который они все вместе стали распивать. В процессе распития спиртного М. продолжил провоцировать конфликты с Св.2, оскорблял его, упрекал в том, что тот плохо работает. В результате чего между ними неоднократно возникала потасовка, в ходе которой они наносили друг другу удары по лицу, а он, т.е. ФИО1, оттаскивал М. от Св.2, пытался его успокоить. Каких-либо телесных повреждений у М. в области лица после указанного конфликта он не видел. Далее они уговорили М. прилечь на диван и поспать, чтобы тот немного протрезвел. В это время Св.2 и Св.1 стали драться между собой, он услышал, как Св.1 кричал Св.2, зачем тот взял нож. Он стал их разнимать, забрал у Св.2 нож и положил его на стол, после чего все успокоились, они вместе с Св.2 еще немного выпили спиртного. Вскоре с дивана встал М. и со словами: «Кто взял нож?» кинулся к ним, при этом был агрессивно настроен. Далее М. ударил его кулаком в область лица, отчего у него из носа пошла кровь, затем тот схватил его за одежду у горла и прижал к стене, стал душить, при этом высказывал угрозы убийством. В это время он увидел на столе кухонный нож с деревянной рукоятью коричневого цвета и, опасаясь за свою жизнь, схватил нож в правую руку и стал им наносить удары М. в область груди и живота. После чего он оттолкнул М. и выбежал на улицу, удерживая в руке нож. На улице было темное время суток, возможно около 24 часов. В сторожке во время распития спиртного был полумрак, поскольку горел один фонарь над столом. Вернувшись в сторожку примерно через пять минут, он положил нож со следами крови на стол и увидел М. лежащим на диване, ноги последнего находились на полу, тот не подавал признаков жизни, в связи с чем он понял, что убил М. Св.1 в это время спал за столом, Св.2 - в углу комнаты. Наблюдали ли последние его конфликт с М., не знает. Он разбудил Св.2 и сообщил о том, что убил М. У того случилась истерика, он стал бить М. кулаком по телу и называть провокатором. В это время Св.1 сполз со стула и прилег на полу. Св.2 начал пинать Св.1 и прыгать по нему, предложил ему убить последнего. Он в свою очередь успокоил Св.2, затем позвонил смотрителю кладбища Св.5 и попросил приехать. Когда тот приехал, он рассказал, что убил М. Св.5 велел ему вызывать полицию, сам уехал. После чего Св.2 позвонил в полицию. Он в это время отошел недалеко от сторожки и лег спать. На утро он обнаружил, что помещение сторожки опечатано, тогда надел чистые брюки и уехал в ...., где находился у своего знакомого В., там же и был задержан. Не исключает, что все колото-резаные ранения, обнаруженные на теле М., были причинены им, однако точное количество и локализацию ударов не помнит. Полагает, что когда потерпевший ослабил свою хватку, он стал наносить тому удары ножом беспорядочно, в том числе и в область лица. При каких обстоятельствах у М. образовалась ушиблено-рваная рана затылочной области, объяснить не может, но не исключает, что тот мог ее получить в ходе борьбы в результате соударения о какой-либо предмет, в том числе при падении. Рвано-ушибленную рану в области лица М. возможно причинил Св.2, но уже посмертно. 

В связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым в суде и в ходе предварительного расследования, судом по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были исследованы показания ФИО1, полученные при производстве предварительного следствия. 

При допросе в качестве подозреваемого **/**/**** ФИО1, описывая обстоятельства причинения телесных повреждений М., пояснял, что в момент драки Св.2 и Св.1, М. вскочил с дивана и кинулся на Св.2 Он подошел, чтобы оттащить М. от Св.2, но тот кулаком своей правой руки ударил его в область лица, отчего у него из носа пошла кровь. Затем М. схватил его руками за горло и начал душить. Ему стало не хватать воздуха, он увидел на столе кухонный нож, взял его в правую руку и стал наносить им удары в область грудной клетки и живота М. Куда и сколько нанес ударов сказать не может, поскольку все помнит очень смутно. После того, как он стал наносить удары ножом, М. убрал свои руки с его шеи, перестал его душить. Затем он каким-то образом оказался на улице. Далее помнит, что зашел с улицы в сторожку с ножом в правой руке, нож и руки у него были в крови. Св.1 лежал на кровати, Св.2, по его мнению, где-то стоял в сторожке, а М. весь в крови лежал на диване, признаков жизни не подавал. Он понял, что убил М. Затем он вышел из сторожки, ушел за баню рядом с лесом, где лег на землю, немного поспал, после чего дошел до остановки и уехал в .... к своему знакомому. (л.д. 107-111 т.1)

Эти же показания ФИО1 подтвердил при допросе в качестве обвиняемого, пояснив, что **/**/**** в вечернее время в сторожке кладбища нанес удары клинком ножа М., причинив последнему телесные повреждения, от которых наступила смерть потерпевшего, однако он защищал свою жизнь, так как М. душил его руками, был сильнее и моложе, находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. М. нападал сначала на Св.2, которого он защищал, а потом напал на него, нанес ему удар кулаком по лицу, пытался нанести еще удары, он закрывался руками, пнул его, а затем обеими руками схватил за шею и начал душить, сказал, что убьет. Он испугался за свою жизнь, поскольку угрозу воспринял реально и, находясь в состоянии обороны, нанес М. удары ножом. (л.д. 123-125 том 1) 

В ходе проверки показаний на месте происшествия, проводившейся тогда же **/**/****, ФИО1 излагал те же сведения что и при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, воспроизвел детали события, при помощи макета ножа и манекена продемонстрировал механизм нанесения ударов М. в область живота и грудной клетки, уточнив, что количество и точную локализацию ударов не помнит. (л.д. 126-134 т.1)

При дополнительном допросе в качестве обвиняемого **/**/**** ФИО1 пояснял, что нанес всего один удар ножом М., остальные удары ножом ему нанес Св.2 А именно М. начал его душить таким образом, что сжимал ворот от его кофты с силой, он не мог дышать. Именно поэтому он нанес М. один удар ножом. После удара М. ослабил ворот его куртки. Он вырвался и выбежал на улицу подышать воздухом, нож бросил на стол, находился на улице около пяти минут. Далее он крикнул Св.2, что убил М., но тот ничего не ответил. Когда зашел в сторожку, то увидел, что Св.2 наносит удары М. ножом. Достоверно он не видел, каким ножом Св.2 наносил удары, поскольку видел только блеск лезвия, но предполагает, что тем же ножом, что и он нанес удар М. Также он не видел в какую область Св.2 наносил удары М. Сколько было ударов, он пояснить не может, так как не считал. Св.1 он телесных повреждений не наносил, того пинал Св.2 Раньше он об этом не говорил, так как забыл об этом и был взволнован. Процесс нанесения ударов ножом видел Св.1, но по какой причине тот об этом не рассказывает и говорит, что спал, он не знает. (л.д. 211-215 т.1)

При последующем допросе в качестве обвиняемого **/**/**** ФИО1 пояснял, что причинил М. ножевые ранения, защищая свою жизнь, в связи с тем, что последний его душил и угрожал убийством. Он понимал, что не может с ним справиться, поскольку тот был моложе и физически сильнее него, находился в неадекватном состоянии. Он крикнул М. остановиться, но тот не останавливался. После чего он взял нож со стола и нанес ему ножевые ранения, сколько раз не помнит. В содеянном раскаивается. (л.д. 131-134 т.2)

После оглашения вышеприведенных показаний подсудимый ФИО1 их подтвердил в части не противоречащей его показаниям, данным в судебном заседании, при этом указал, что все показания в протоколах следственных действий фиксировались следователем с его собственных слов, все сведения он сообщал добровольно. Наличие выявленных противоречий объяснил тем, что при первоначальных допросах, а также в ходе проверки показаний на месте происшествия он не пожелал сообщать следствию о нанесении Св.2 ударов кулаком по телу потерпевшего и ударов ногами Св.1, поскольку указанные события происходили уже после того, как он причинил смерть М. При дополнительном допросе в качестве обвиняемого **/**/**** он оговорил Св.2 в нанесении потерпевшему М. ударов ножом. Данных обстоятельств фактически не существовало, он их выдумал, поскольку затаил обиду на Св.2, в связи с тем, что последний не приносил ему передачи в следственный изолятор, давал следствию показания, не соответствующие его собственным показаниям. 

В дальнейшем в ходе судебного разбирательства после дополнительного допроса свидетеля Св.2 подсудимый ФИО1, пожелав дать дополнительные показания, пояснил о том, что при ранее описанных им обстоятельствах нанес потерпевшему М. лишь 4 удара ножом, после чего вырвавшись от него, выбежал на улицу. Вскоре вернувшись в сторожку, сообщил Св.2 о том, что убил М. После чего Св.2 стал наносить удары М. возможно ножом, однако самого ножа он в этот момент у Св.2 не видел. После исследования в судебном заседании видеозаписи к протоколу проверки показаний на месте с участием ФИО1, последний вновь стал придерживаться показаний, данных при первом допросе в судебном заседании. 

После допроса судебно-медицинского эксперта Эксп. относительно механизма образования телесных повреждений на теле М. подсудимый ФИО1 также подтвердил, что все телесные повреждения на теле М. причинены в результате его действий, за исключением рвано-ушибленной раны лица, которая, по его мнению, образовалась от действий Св.2, но уже после наступления смерти потерпевшего. 

Суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, находит вину подсудимого ФИО1 в умышленном причинении смерти М., установленной и доказанной. 

К такому выводу суд пришел исходя из совокупности собранных по делу доказательств, анализируя показания подсудимого ФИО1, данные им в судебном заседании и при производстве предварительного расследования, допросив потерпевшего и свидетелей, а также оценив другие доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства в рамках состязательного процесса. 

Анализируя показания подсудимого ФИО1, суд исходит из того, что они не были стабильны на протяжении всего производства по делу, противоречивы как по своему внутреннему содержанию, так и противоречат другим исследованным судом доказательствам. Так, на начальном этапе предварительного расследования, ФИО1, будучи неоднократно допрошенным, стабильно пояснял о том, что после причинения М. всех обнаруженных на теле последнего повреждений, место происшествия покинул, о нанесении в его присутствии Св.2 каких-либо ударов М. и Св.1 не заявлял. Изменив свои показания в указанной части при допросе в качестве обвиняемого **/**/****, ФИО1 стал утверждать о нанесении Св.2 всех, кроме одного, ножевых ранений М. При последующем допросе от этих показаний отказался, в ходе судебного разбирательства назвал их надуманными, поскольку фактически Св.2 наносил удары М. по телу кулаком и уже посмертно. После дополнительного допроса в судебном заседании свидетеля Св.2 подсудимый вновь заявил о том, что видел, как после него удары ножом М. наносил Св.2, однако к тому моменту потерпевший уже не подавал признаков жизни и самого ножа в руках Св.2 он не видел. Впоследствии от этих показаний также отказался и стал придерживаться прежней версии. 

Таким образом, в течение всего производства по уголовному делу ФИО1 был стабилен лишь в том, что оборонялся от потерпевшего, при этом по-разному описывал обстоятельства как собственного участия в причинении смерти М., так и касающиеся роли и степени участия в рассматриваемом событии Св.2 Такая нестабильность в показаниях подсудимого, по мнению суда, была вызвана желанием разделить ответственность за содеянное с Св.2, убедить органы следствия и суд в заинтересованности последнего в исходе дела, а также придать убедительности его собственной версии о том, что потерпевший М. в процессе совместного распития спиртного представлял реальную опасность для жизни и здоровья всех окружающих. 

Оценивая показания подсудимого ФИО1 с точки зрения достоверности, суд признает их соответствующими действительности лишь в той части, в которой они не противоречат обстоятельствам, приведенным при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, а именно в том что, в ходе распития спиртного, между М. и ФИО1 возник конфликт, в ходе которого последний на почве личной неприязни умышленно причинил потерпевшему множественные повреждения в области жизненно-важных органов, повлекшие его смерть. К показаниям ФИО1 о причинении смерти М. в состоянии необходимой обороны от посягательства со стороны последнего, о причинении потерпевшему телесных повреждений Св.2, суд относится как к избранному подсудимым способу защиты от предъявленного обвинения. Данная версия не нашла своего подтверждения и опровергается совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства. 

Так, свидетель Св.1 суду пояснил, что с М. был знаком около ~~~ лет, поскольку проживали в одном поселке ..... Кроме того, он с **/**/**** работал водителем ~~~, осуществлял перевозки на кладбище, расположенном на 8 ..... На этом же кладбище М. ранее выполнял работы в сфере ритуальных услуг, в связи с чем поддерживали с ним общение. М. по характеру был неконфликтный, на протяжении нескольких лет спиртное не употреблял вообще, незадолго до смерти последнего совместно с ним выпивали некрепкий алкоголь, после чего тот вел себя спокойно. С ФИО1 он познакомился за несколько месяцев до рассматриваемого события, в связи с тем, что тот также стал выполнять работы по благоустройству кладбища, проживал в вагончике на его территории. **/**/**** около 18 часов они с Св.2 вдвоем работали на территории кладбища, к ним вскоре подъехал М., с собой у того был самогон в двух бутылках, одну из них они втроем выпили там же на кладбище, в честь дня рождения М. Затем они приехали к сторожке, в которой находился ФИО1 и с позволения последнего продолжили там употреблять алкоголь уже вчетвером. О чем они разговаривали во время распития спиртного, он не помнит, но каких-либо конфликтов, ссор между ними не было. Сам он сидел на стуле за столом, Св.2 в кресле в углу, М. сидел на диване, ФИО1 на кровати. В какой-то момент, находясь уже в состоянии сильного алкогольного опьянения, он уснул за столом. Проснулся от того, что почувствовал, как кто-то уронил его на пол и стал пинать ногами по голове и телу, он только успел закрыть руками голову. В сторожке было темно, но он понял, что его избивает ФИО1, поскольку узнал его по берцам на ногах и по голосу, поскольку тот комментировал свои действия, говорил: «Я его завалил и тебя завалю, свидетели мне не нужны», также высказывал сожаления о том, что его (Св.1) дети останутся без отца. В этот момент по улице мимо проехал автомобиль с включенным светом фар, тогда ФИО1 выбежал на улицу. В убегающем человеке он разглядел именно ФИО1 Далее, в помещении сторожки он услышал, как на диване хрипел мужчина, по характерному звуку и с учетом сказанного ФИО1, решил, что последний порезал М. После чего он выбежал на улицу и побежал домой. Где в это время находился Св.2 не знает, не исключает, что мог того не заметить в темноте в углу сторожки. Прибежав домой, он сказал жене Св.3, чтобы вызывала скорую помощь и полицию на кладбище, поскольку там ножом порезали М. У него у самого на теле от действий ФИО1 остались телесные повреждения, на куртке имелся порез. Затем он лег спать, вскоре приехали сотрудники полиции, совместно с которыми он проехал на кладбище, там в сторожке проводился осмотр места происшествия, он увидел труп М.

Из показаний свидетеля Св.2, допрошенного в судебном заседании, судом установлено, что с погибшим М. он был знаком на протяжении нескольких лет, вместе работали на кладбище на ...., **/**/**** там же стал подрабатывать ФИО1, вместе с последним он проживал в вагончике на территории кладбища. **/**/**** в вечернее время он работал на территории кладбища вместе с Св.1, к ним приехал М., у которого был день рождения, с собой тот привез две бутылки самогона объемом по 1,5 литра. Втроем они выпили одну бутылку спиртного, после чего приехали к сторожке, выгрузили из автомобиля инструмент. Наносил ли ему М. удары лопатой в этот момент он не помнит, какой-либо неприязни к нему не испытывал. Далее они продолжили распивать спиртное в сторожке, к ним присоединился ФИО1, который на тот момент был трезв. В процессе распития алкоголя М. высказывал ему претензии по поводу того, что он плохо работает, в связи с чем между ними возник конфликт, в ходе которого они нанесли друг другу по одному удару кулаком, после чего Св.1 и ФИО1 их разняли. Куда пришлись удары, он не помнит, у него телесных повреждений не было, у потерпевшего М. их тоже не видел. Данный конфликт он не воспринял всерьез, они продолжили употреблять спиртное, о чем-то разговаривали с Св.1 Конфликтов с последним у него не было. В какой-то момент он уснул сидя в кресле, т.к. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Сквозь сон он слышал звуки потасовки, падения, разговор на повышенных тонах, шаги по вагончику в тяжелой обуви. Из них только ФИО1 был обут в берцы. Еще через какое-то время он проснулся от того, что замерз. Дверь в сторожку была открыта, вокруг было темно. Он вышел на улицу, огляделся, но никого не было. Вернувшись в вагончик, он нашел фонарь и, осветив им помещение, увидел на диване М. с множественными следами крови, без признаков жизни. Св.1 и ФИО1 в сторожке не было. Далее он нашел в сторожке телефон и позвонил в полицию, заявил о том, что в вагончике труп. После чего остался на улице дожидаться сотрудников полиции. В сторожке у них было два ножа, один из них – маленький, им пользовались редко, второй кухонный нож с коричневой деревянной рукоятью во время распития спиртного лежал на столе, где находились ножи после случившегося, не знает. С кладбища его доставили в полицию, где его осмотрели, каких-либо телесных повреждений и следов на одежде у него не имелось. Там же в полиции он увидел Св.1 Последний ему рассказал, что его избил ФИО1, от которого он, уличив момент, убежал. Об обстоятельствах смерти М. у него не спрашивал. Сам он М. телесных повреждений не причинял, Св.1 убить не предлагал, по какой причине ФИО1 его оговаривает, не знает. ФИО1 среди них был в меньшей степени алкогольного опьянения, по телосложению был немного выше М., оба одинаково физически развиты. 

Таким образом, из вышеприведенных показаний свидетелей Св.2 и Св.1 следует, что во время распития спиртного серьезных конфликтов как между ними, так и с потерпевшим М., у них не происходило. Свидетель Св.2, допуская, что действительно с потерпевшим М. нанесли друг другу по одному удару, утверждал, что данный инцидент не был серьезным и был сразу же исчерпан. Вскоре как Св.2, так и Св.1 вследствие алкогольного опьянения заснули. К тому моменту потерпевший М. каких-либо телесных повреждений не имел, спустя непродолжительное время был обнаружен Св.2 в том же помещении с признаками насильственной смерти, ФИО1 на месте происшествия отсутствовал. При этом из показаний Св.2 также следует, что до того, как обнаружить тело М., он в состоянии сна слышал разговор на повышенных тонах, звуки потасовки, падения и шагов в тяжелой обуви, которая имелась только у ФИО1 Свидетель Св.1 при этом уверенно утверждал, что именно ФИО1 стал избивать его сонного по телу ногами, обутыми в берцы, высказывая намерения лишить его жизни, чтобы избавиться от свидетеля уже совершенного им убийства. После чего ФИО1 сразу скрылся с места происшествия, опасаясь быть застигнутым. В это же время он слышал, как на диване издавал хрипы М., в связи с чем решил, что именно о нем и говорил ФИО1 

Изложенные выше показания свидетелей об известных им обстоятельствах смерти М. и о причастности к ее причинению подсудимого ФИО1 суд находит соответствующими действительности. Обстоятельств, позволяющих поставить их под сомнение, судом не установлено. Наличие дружеских отношений между Св.2, Св.1 и М. не является безусловным основанием для критической оценки их показаний и само по себе не свидетельствует о наличии у свидетелей оснований к оговору ФИО1 При оценке показаний указанных лиц суд исходит из того, что они взаимно дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, которые могли бы повлиять на вывод суда о виновности ФИО1 в содеянном, согласуются с показаниями самого подсудимого, в той их части, в которой они признаны достоверными, в своей совокупности устанавливают одни и те же фактические обстоятельства, что позволяет положить эти показания в основу приговора при доказывании вины подсудимого. 

Сведения, сообщенные свидетелями Св.2 и Св.1, согласуются с показаниями потерпевшего М., свидетелей Св.1, Св.4, Св.5, которым обстоятельства произошедшего стали известны как с их собственных слов, так и из других источников. 

Потерпевший М. суду пояснил, что погибший М. приходился ему родным братом, последний проживал в гражданском браке, длительное время работал в службе по оказанию ритуальных услуг, может охарактеризовать его как человека общительного и уравновешенного. Со слов сожительницы брата ему известно, что М. с **/**/**** стал понемногу употреблять спиртное, но не злоупотреблял, ранее в течение 15 лет тот был закодирован, алкоголь не употреблял. В состоянии опьянения М. был неконфликтным, сожительница последнего на его поведение не жаловалась. **/**/**** у М. был день рождения, с утра он поздравил брата по телефону. В вечернее время около 20 час. он снова общался с М. по телефону, последний был в адекватном состоянии, внятно разговаривал, все было спокойно. Утром следующего дня он узнал о смерти М. от его сожительницы Св.4 Обстоятельства смерти брата ему не известны. 

Свидетель Св.4 суду пояснила, что ее супруг Св.1 работал водителем в ~~~, ранее там же работа М. С последним она была знакома, может охарактеризовать его как человека спокойного, отзывчивого, не конфликтного. С Св.1 они вместе иногда употребляли спиртное, в состоянии опьянения М. агрессию не проявлял. ФИО1 она также видела ранее на кладбище, но с ним не общалась. **/**/**** Св.1 задержался на работе, она не стала его дожидаться, легла спать. Св.1 пришел домой около 24 час., находился в состоянии алкогольного опьянения, у него были ссадины и кровоподтеки, порвана одежда, имелись следы крови. Супруг сказал, что нужно вызвать скорую помощь М., которого на кладбище наверное «зарезал» ФИО1 Со слов Св.1, последний употреблял спиртное вместе с М., Св.2 и ФИО1, затем уснул. Проснулся от того, что его стал пинать ФИО1, при этом говорил: «Этого завалил и тебя завалю». Когда ФИО1 перестал его бить и вышел на улицу, Св.1 побежал домой. Затем она слышала, как Св.1 звонил в скорую, она позвонила супруге М. и сообщила о случившемся. В последующем от сотрудников полиции стало известно, что М. умер от ножевых ранений. 

Свидетель Св.4 суду пояснила, что прожила с М. в незарегистрированном браке около ~~~ лет, охарактеризовать может как доброго, общительного человека. За время их совместной жизни М. дважды кодировался от алкоголя, после второй кодировки спиртное не употреблял более пяти лет, с **/**/**** стал немного выпивать некрепкий алкоголь. В состоянии опьянения вел себя спокойно. М. длительное время подрабатывал разнорабочим на кладбище неофициально, т.к. не имел российского гражданства. **/**/**** около 18 час. М. поехал на кладбище, чтоб отметить свой день рождения с Св.1 и Св.2 Вечером она легла спать, М. дома не было. Около 02 часов ночи ей позвонила Св.4 и сообщила со слов своего мужа, что на кладбище кто-то насмерть «порезал» М., Св.1 пришел домой избитый и в крови, сказал, что его тоже хотели убить, но ему удалось убежать. Кто конкретно порезал М. и избил Св.1 она не поняла, но подумала, что это был кто-то из работников кладбища. Она перезвонила на телефон М., ей ответил сотрудник полиции, сообщил о смерти супруга. 

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ в связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями в суде, были исследованы показания свидетеля Св.4, полученные в ходе предварительного расследования.

Так, будучи допрошенной на предварительном следствии Св.4 поясняла, что Св.4 в ходе телефонного разговора ей сообщила о том, что ее муж, Св.1, пришел домой весь в крови, и пояснил: «На кладбище они убили Юрку», также она добавила, что они хотели убить и Св.1, избивали его, и сказали ему, что его жаль убивать, так как у него дети. Также она еще добавила, что Св.1 ей сказал, что они собирались вложить ему в руку нож, и выставить это таким образом, что Св.1 убил М. В какой-то момент они вышли из вагончика, в этот момент Св.1 удалось сбежать. Она уточнила у Св.3, кого Св.1 имеет ввиду, когда говорит «Они». Св.4 сказала, что это, скорее всего жители сторожки на кладбище. Ей сразу стало понятно, что это Св.2 и ФИО1 Также Св.4 ей сказала, что Св.1 видел, что убийство совершили ФИО1 и Св.2, он очень испугался и прикинулся спящим. На следующее утро она спросила у Св.1, что он может ей пояснить, по вышеуказанной ситуации, он ей пояснил, что он уже ничего не помнит. (л.д. 202-205 т.1)

После оглашения вышеприведенных показаний свидетель Св.4 пояснила, что именно со слов Св.3 она поняла, что к причинению смерти М. были причастны жители сторожки кладбища, которыми являлись ФИО1 и Св.2, а также о том, что сам Св.1 был тому очевидцем. 

В свою очередь свидетель Св.4 в судебном заседании факт сообщения ею Св.4 вышеизложенных сведений о причастности к причинению смерти М. иных лиц, кроме ФИО1, не подтвердила. 

Оценивая показания свидетеля Св.4, суд исходит из того, что последняя фактически очевидцем события преступления не являлась, сообщала органам предварительного расследования сведения со слов иного лица – Св.3, которая этих обстоятельств также лично не наблюдала, их достоверность опровергла. При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что показания свидетеля Св.4 в части, противоречащей показаниям самого Св.4, являвшегося первоисточником, основаны на догадках, в связи с чем не имеют доказательственного значения. 

Свидетель Св.5 суду пояснил, что является смотрителем покровского погоста, занимается хозяйственной деятельностью кладбища в ..... На территории кладбища имеется вагончик – сторожка, в которой проживал разнорабочий Св.2 **/**/**** на кладбище для трудоустройства обратился ФИО1, последний освободился из мест лишения свободы, у него не было документов и жилья, с его разрешения тот также стал проживать в вагончике на кладбище, выполнял различные работы по благоустройству, был исполнительным, в употреблении спиртного замечен не был. С М. он был знаком около ~~~ лет, тот не был трудоустроен на кладбище официально, но по мере необходимости привлекался к разным работам, в помощи не отказывал. М. ранее употреблял спиртное, но в течение последних лет он не видел его в состоянии опьянения, агрессию тот не проявлял. В ночь с **/**/**** на **/**/**** ему позвонили сотрудники полиции и сообщили о том, что в сторожке на кладбище обнаружен труп мужчины. Затем ему отправили фотографию на телефон, по которой он опознал М. Далее он приехал на кладбище, где сотрудники проводили следственные действия. В вагончике было темно, освещали помещение при помощи фонаря. На диване лежало тело М., все было в крови. Там же на кладбище присутствовал Св.2, тот находился в состоянии опьянения, каких-либо следов на нем или его одежде не имелось. Св.2 пояснил, что вместе с Св.1, ФИО1 и М. они отмечали день рождения последнего, употребляли спиртное, а потом он обнаружил последнего мертвым. Кто и при каких обстоятельствах причинил смерть М., объяснить не мог, был в растерянном состоянии. ФИО1 на месте не было, по телефону с последним он не разговаривал, в связи с чем сам ФИО1 дает другие показания объяснить не может. С кладбища он довез следователя к Св.1, тот находился дома. Сам он с Св.1 не общался, увидел его через несколько дней на работе, у того имелись ссадины, но обстоятельства их получения у Св.1 не выяснял. 

Таким образом, свидетель Св.5, также как и иные свидетели, опроверг показания ФИО1 о том, что последний сразу же после случившегося сообщил ему о содеянном и оставался вместе с Св.2 на месте происшествия до его приезда. При этом из показаний Св.5 также следует, что сам Св.2 находился в растерянном состоянии, на его лице или одежде каких-либо видимых следов не наблюдалось, тогда как на теле потерпевшего и в помещении сторожки имелись обильные следы крови. 

Из показаний свидетеля Св.5, данных в ходе предварительного расследования и исследованных судом в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, с согласия сторон, ввиду неявки в судебное заседание, следует, что он работает в должности резчика камня в ~~~ с **/**/****. Также от данной организации он занимается реставрацией памятников. **/**/**** он приехал на кладбище, расположенное по адресу: ...., там был Св.5, работники кладбища Св.2 и Св.1, также он там увидел нового человека - ФИО1, с которым они познакомились, у них возникли дружеские отношения. После их знакомства ФИО1 неоднократно приезжал в офис ~~~, где они совместно дежурили через 2 суток. Охарактеризовать его может, как человека, который не любит несправедливость, спокойный, агрессию при нем никогда не проявлял. Также он ему пояснял, что он неоднократно судим за преступления против личности, подробностей он ему не рассказывал, говорил, что провел в местах лишения свободы около ~~~ лет. У них сложились с ним хорошие отношения, они неоднократно распивали спиртные напитки и разговаривали на отвлеченные темы. В **/**/****, точную дату не помнит, к нему приехал ФИО1 Они сидели и общались на отвлеченные темы. После чего тот пояснил, что убил М., а именно нанес ему ножевые ранения в область груди и живота, из-за того, что М. начал наглеть, а именно предлагал ему подраться, также он пояснил, что таких людей как М. он не любит. Он спросил у ФИО1 собирается ли тот обо всем рассказать сотрудникам полиции, на что ФИО1 пояснил, что завтра пойдет в полицию самостоятельно и напишет явку с повинной. В течение всего дня они выпили около 6 л пива и легли спать в офисе ~~~. На следующий день, приехали сотрудники полиции и забрали ФИО1 (л.д. 231-234 т.1)

Таким образом, из показаний свидетеля Св.5, данных со слов самого ФИО1, следует, что последний причинил смерть М. на почве личной неприязни, а не из страха за свою жизнь и здоровье. 

Установленные на основе показаний потерпевшего и свидетелей фактические обстоятельства дела подтверждаются данными, содержащимися в письменных материалах уголовного дела. 

Так, показания свидетеля Св.1 о применении к нему физического насилия со стороны ФИО1 и о его характере подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы № от **/**/****, согласно которому у Св.1 при медицинском освидетельствовании обнаружены ссадины левого и правого плеча, левого локтевого сустава, возникшие от тангенциального воздействия твердых тупых предметов. Все повреждения могли быть причинены в срок и при обстоятельствах, указанных свидетельствуемым, т.е. **/**/**** в период 23-24 час. и оцениваются как не причинившие вреда здоровью. (л.д. 73 т.1) 

Из протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составленного **/**/**** в 5 час. 15 мин., следует, что Св.2 с места происшествия был доставлен в ОП-№ МУ МВД России «Иркутское», после чего 05 час. 35 мин. прошел медицинское освидетельствование на состояние опьянения в ОГБУЗ ~~~. Согласно акту состояние опьянения было установлено (0,690 мг/л), при описании внешнего вида отмечено, что Св.2 опрятен, повреждений нет. В психической деятельности: сознание ясное, спокоен, эмоционально устойчив, ориентирован верно. Кожные покровы лица, шеи обычной окраски. (л.д. 59-62 т.1)

В ходе осмотра места происшествия, проводившегося **/**/****, непосредственным объектом которого являлось помещение сторожки кладбища, расположенного на участке местности: .... на диване обнаружен труп мужчины. На трупе надета черная футболка, обильно пропитанная темно-красным веществом, на ее передней и левой боковой поверхностях обнаружены множественные сквозные повреждения. На трупе имеются повреждения: ~~~. После осмотра труп направлен в ИОБСМЭ для производства экспертизы. На полу имеется большое пятно бурого вещества. На столе напротив дивана обнаружен нож (№ 1) с веществом бурого цвета, с рукоятью коричневого цвета с тремя заклепками, а также нож (№ 2) с коричневой рукоятью, обмотанной скотчем. Под кроватью обнаружен топор с деревянной рукоятью. Кроме того с места происшествия изъяты следы папиллярных линий. (л.д. 7-35 т.1). 

По результатам проверки по базе АДИС ГУ МВД России по Иркутской области по факту убийства **/**/**** установлено совпадение следа пальца с отпечатком руки ФИО1, ~~~ г.р., который тогда же был задержан. (л.д. 41 т.1)

Тяжесть телесных повреждений, причиненных М., их характер, механизм образования, локализация и причина смерти потерпевшего установлены заключением судебно-медицинской экспертизы. 

Так, согласно заключению эксперта № от **/**/**** смерть М. наступила от сочетанной травмы - множественных ~~~. При судебно - медицинском исследовании трупа М. обнаружены следующие повреждения: ~~~. Данные повреждения причинены тупым твердым предметом с ограниченной поверхностью соударения, имеющей угол; ~~~ - причинены тупым твердым предметом. Все повреждения причинены в короткий промежуток времени, высказаться о последовательности нанесения повреждений не представляется возможным. Не исключено причинение повреждений в виде колотых ран груди, живота колото-резаной раны лица одним, колюще-режущим предметом, чем мог быть нож. Все вышеуказанные повреждения, за исключением ссадин конечностей, не причинивших вреда здоровью, в своей совокупности, относятся к причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и стоят в прямой причинной связи смертью. После получения повреждений М. мог жить относительно короткий промежуток времени, исчисляемый минутами, десятком минут. Маловероятно, что после их получения он мог совершать активные самостоятельные действия. Потерпевший мог находиться в любом положении по отношению к нападавшему при условии доступности мест травматизации травмирующему предмету. При судебно - химическом исследований крови от трупа М. обнаружен этиловый алкоголь в концентрации ~~~ промилле, что применительно к живым лицам, обычно соответствует сильной степени алкогольного опьянения. ( л.д. 27-32 т.2)

Заключение судебно-медицинской экспертизы получено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в связи с чем, суд признает его допустимыми доказательствами по делу. Не вызывает у суда сомнений и достоверность вышеуказанного заключения. Выводы эксперта научно обоснованы, мотивированы, не содержат противоречий и подтверждаются другими доказательствами, исследования проведены квалифицированным специалистом, имеющим необходимые познания и опыт работы, заключение содержит указания на методику и детальное описание произведенных исследований. 

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт ИОБСМЭ Эксп. в рамках дополнения данного им заключения, после изучения сведений, содержащихся в протоколе осмотра места происшествия от **/**/****, пояснил, что с учетом трупных изменений, отраженных в протоколе (трупные пятна не обильные, сливные, расположены на правой боковой поверхности. При надавливании исчезают и восстанавливаются через 5-6 сек. Трупное окоченение выражено во всех группах мышц. При ударе по правому бицепсу спецлинейкой образуется кожно-мышечный валик высотой 1 см. Температура печени на момент осмотра в 03 час. 59 мин. – 28 градусов), смерть М. наступила около 6-9 часов на момент осмотра трупа на месте происшествия в 03 час. 59 мин., что соответствует временному промежутку 19-22 час. **/**/****. 

У суда не имеется оснований не доверять выводам судебно-медицинского эксперта Эксп. о давности наступления смерти потерпевшего М., поскольку они аргументированы, даны на основе профессиональных знаний и практического опыта, согласуются с показаниями подсудимого ФИО1, свидетелей Св.2 и Св.1 о том, что на момент прихода в сторожку кладбища потерпевший М. каких-либо телесных повреждений не имел, после чего примерно с 19 час. все четверо распивали спиртное, затем уже в темное время суток потерпевший был обнаружен Св.2 с признаками насильственной смерти. Согласно показаниям брата погибшего - М., он общался с М. по телефону примерно около 20 часов., тот на здоровье не жаловался. Объективно данные сведения подтверждаются материалами дела. 

Так, согласно сообщению, поступившему в дежурную часть ОП-№ МУ МВД России «Иркутское» **/**/**** в 23 час. 57 мин. от Св.2, в вагончике у центральных ворот кладбища на .... обнаружен труп мужчины. (л.д. 6 т.1). 

Из карты вызова скорой медицинской помощи следует, что по прибытии бригады на место вызова – на кладбище .... **/**/**** в 01:55 час., констатирована «смерть до прибытия». (т. 2 л.д. 19)

В ходе предварительного расследования были изъяты и осмотрены ножи, обнаруженные на месте происшествия, предметы одежды ФИО3 и потерпевшего М., образцы их биологических объектов. Указанные предметы признаны в качестве вещественных доказательств, приобщены к материалам уголовного дела, впоследствии по ним проведены экспертные исследования. (л.д. 172-182 т.1, л.д. 20-23 т.2)

Так, при задержании **/**/**** у ФИО1 была изъяты кофта синего цвета, а также отобраны образцы слюны и крови для сравнительного исследования (л.д. 95-98, 114-116 т.1)

Согласно протоколу выемки от **/**/**** в отделении экспертизы трупов ИОБСМЭ были изъяты одежда, образцы крови, кожных лоскутов от трупа М. (л.д. 168-171 т.1) 

Согласно заключению эксперта № от **/**/**** восемь повреждений на кожных лоскутах от трупа М. имеют колото-резаный характер и причинены восьмикратным воздействием плоского односторонне-острого колюще-режущего травмирующего предмета, имеющего режущую острую кромку (лезвие) и обух, ширина предмета на уровне следообразования 9-19 мм. На основании проведенного экспериментально-сравнительного исследования не исключается возможность образования колото-резаных повреждений на кожных лоскутах от трупа М. от воздействия клинком представленного на экспертное исследование ножа «№ 1» и исключается возможность их образования от воздействия клинком ножа «№ 2». (л.д. 106-123 т. 2)

Из заключения судебной экспертизы вещественных доказательств № от **/**/**** следует, что на клинке ножа № 1 (нож с рукоятью из двух пластин из дерева коричневого цвета) обнаружена кровь мужчины. Генотипические признаки ДНК, выявленные в крови мужчины на клинке этого ножа, совпадают с генотипом потерпевшего М., составляет не менее 99,9(15)%. Происхождение крови на клинке ножа от ФИО1 исключается. На рукояти ножа №1 обнаружена кровь с примесью клеток поверхностных слоев эпидермиса кожи человека, пота. Препарат ДНК, выделенный из этих биологических следов, является смесью двух индивидуальных ДНК, которые присутствуют в разных количественных соотношениях: один компонент носит доминирующий характер, второй компонент (минорный) присутствует в качестве примеси. Доминирующий компонент (кровь, клетки) полностью совпадает с генотипом потерпевшего М. и с вероятностью не менее 99,9(15)% происходит от М. При анализе ПДАФ профиля минорного компонента данного смешанного препарата ДНК на рукояти ножа «№1» прослеживаются генотипические характеристики присущие ПДАФ профилю ФИО1, что не исключает присутствие генетического материала (пота, клеток) на рукояти ножа №1 от ФИО1 Таким образом, биологический материал, обнаруженный на рукояти ножа № 1, мог образоваться в результате смешения биологического материала (крови, клеток) потерпевшего М. с биологическим материалом (потом, клетками) ФИО1 На ноже «№ 2» обнаружены следы пота, безъядерные клетки, кровь не обнаружена. (л.д. 65-80 т. 2)

Таким образом, экспертным путем установлено, что все повреждения, обнаруженные на теле М., имеющие колото-резаный характер, могли быть причинены одним ножом, изъятым с места происшествия, что согласуется с показаниями подсудимого ФИО1 в той их части, в которой они признаны судом достоверными, о том, что именно он причинил вышеуказанные телесные повреждения М. и нож, которым наносил удары последнему, перед тем как скрыться, оставил на столе. 

Придерживаясь версии о причинении смерти потерпевшему М. в состоянии необходимой обороны от посягательства со стороны последнего, ФИО1 утверждал, что М. сначала ударил его кулаком в область лица, отчего у него из носа пошла кровь, затем схватил его за одежду у горла и прижал к стене, стал душить, высказывая угрозы убийством. Вследствие чего, опасаясь за свою жизнь, он схватил нож и стал им наносить удары М. в область груди и живота. После чего он оттолкнул М. и выбежал на улицу.

При медицинском освидетельствовании ФИО1, согласно заключению эксперта № от **/**/****, обнаружены: ссадины шеи, левого предплечья, возникшие от двукратного тангенциального воздействия тупого твердого предмета (предметов) с четко ограниченной поверхностью; кровоподтек шеи, возникший от воздействия тупого твердого предмета с ограниченной поверхностью, чем могли быть пальцы рук человека; кровоподтек правого надплечья, возникший от воздействия тупого твердого предмета; ссадины правого надплечья, правого предплечья, возникшие не менее чем от 10-ти кратного тангенциального воздействия тупых твердых предметов. Все вышеописанные телесные повреждения могли быть причинены **/**/**** около 00.00 часов, в короткий промежуток времени, одно за другим, оцениваются как не причинившие вреда здоровью. В исследовательской части заключения зафиксировано со слов свидетельствуемого ФИО1: Образование повреждений связывает с дракой с потерпевшим М. (л.д. 103-104 т.1)

В ходе предварительного расследования в целях проверки версии ФИО1 о возможности причинения телесных повреждений потерпевшему М. при описанных им обстоятельствах, была проведена судебно-медицинская экспертиза. По результатам судебно-медицинского исследования, согласно заключению № от **/**/****, эксперт пришел к выводу о том, что причинение всех повреждений М. при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе допроса в качестве обвиняемого и в ходе проверки показаний не месте от **/**/**** исключается. С учетом морфологических особенностей выявленных повреждений на трупе М., а так же учитывая данные медико-криминалистического исследования кожных лоскутов с повреждениями, травма носит разносторонний характер и механизм причинения (сочетания повреждений колото-резанного происхождения с тупым травмирующим предметом). Обвиняемый ФИО1 указывает в своих показаниях на то, что наносил удары только ножом. Обращает на себя внимание локализация повреждений на трупе М.: голова спереди (лицо), сзади (затылок), передняя поверхность груди слева, левая боковая поверхность груди, правая боковая поверхность груди, передняя поверхность живота справа и слева, передняя поверхность шеи, конечности. Обвиняемый ФИО1 высказывается исключительно о приложении травмирующей силы в область передней поверхности груди и живота. Кроме того, не уточняется ФИО1 кратность нанесения повреждений и направления воздействия травмирующим предметом (ножом), что, несомненно, вызывает сомнение о возможности причинения травм, при условии тесного соприкосновения во время борьбы М. и ФИО1 между собой, как указано в протоколах допросов и проверки показаний на месте («…затем Юрий схватил меня руками за горло и начал душить…»). (т. 2 л.д. 39-43)

Факт отсутствия постоянного тесного контакта между М. и ФИО1 во время причинения последним множественных ранений потерпевшему, сопровождавшихся обильным кровотечением, подтверждается и заключением судебной экспертизы вещественных доказательств № от **/**/****, согласно которому на кофте ФИО1 обнаружена только его собственная кровь. При этом в судебном заседании ФИО1 пояснял, что во время конфликта с М. находился в этой же кофте. (л.д. 87-99 т. 2)

В судебном заседании судебно-медицинский эксперт Эксп. пояснил, что обнаруженные на теле потерпевшего множественные колото-резаные раны груди и живота имеют разнонаправленные раневые каналы, что свидетельствует о том, что повреждения наносились под разным углом с разных сторон. Причинение всех указанных повреждений при тесном контакте нападающего и обороняющегося исключено. 

Согласившись с показаниями эксперта в указанной части, подсудимый ФИО1 заявил, что при тесном контакте с потерпевшим М. нанес ему лишь первые удары ножом, затем вырвавшись, стал наносить ему остальные ранения с разных сторон, с целью причинения смерти. 

Помимо телесных повреждений, имеющих колото-резаный характер, при судебно-медицинском исследовании трупа М., согласно заключению эксперта № от **/**/****, были обнаружены поверхностная ушиблено-рваная рана и ссадина носа, ушиблено-рваная рана затылочной области.

Не отрицая факт причинения смерти М. подсудимый ФИО1 не смог указать конкретных фактических обстоятельств, при которых у потерпевшего образовались повреждения, имеющие ушиблено-рваный характер, однако, не исключал, что рана затылочной области головы была причинена потерпевшему от его действий, получена во время борьбы, в результате соударения о какой-либо предмет, в том числе при падении. Рану в области лица, по его мнению, потерпевшему причинил Св.2 уже посмертно. 

Вместе с тем, все обнаруженные на теле потерпевшего телесные повреждения, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, были причинены прижизненно, в короткий промежуток времени. Маловероятно, что после их получения он мог совершать активные самостоятельные действия. Версия подсудимого ФИО1 о нанесении Св.2 ударов М., повлекших вред здоровью, судом признана несостоятельной. Вследствие чего, анализ исследованных доказательств позволяет суду признать доказанным факт причинения ФИО1 потерпевшему М. всех обнаруженных на его теле телесных повреждений, состоящих в прямой причинной связи с его смертью. 

В судебном заседании судебно-медицинский эксперт ИОБСМЭ Эксп. пояснил, что ушиблено-рваная рана затылочной области могла образоваться как в результате удара тупым твердым предметом, так и в результате соударения о такой предмет. Причинение такого повреждения маловероятно при падении с высоты собственного роста без придания телу ускорения. С учетом внешнего вида указанного повреждения, зафиксированного в фототаблице к протоколу осмотра места происшествия, эксперт Эксп. предположил, что ее причинение было возможно тупым твердым предметом с преобладающей поверхностью соударения, чем мог быть пол, стена и т.п. 

Признавая объективными выводы судебно-медицинского эксперта в части механизма причинения вышеуказанных повреждений, суд вместе с тем полагает ошибочными его суждения о характеристике травмирующего предмета, поскольку даны они лишь после визуального осмотра имеющегося в материалах дела фотоизображения раны затылочной области, без учета результатов исследования, содержащихся в данном им же заключении № от **/**/****, согласно которому ушиблено-рваные раны причинены тупым твердым предметом с ограниченной поверхностью соударения, имеющей угол. (т. 2 л.д. 27-43)

В указанной части заключение судебно-медицинской экспертизы согласуется с результатами медико-криминалистического исследования № от **/**/****, согласно которому на кожном лоскуте, обозначенном «КМЛ головы» повреждение имеет ушиблено-рваный характер и могло образоваться от однократного воздействия тупого твердого травмирующего предмета с ограниченной поверхностью соударения, имеющей угол. Ширина контактной части травмирующего предмета около 10x31 мм. На основании проведенного экспериментально-сравнительного исследования и исследования методом фотоналожения не исключается возможность образования ушиблено-рваного повреждения на кожном лоскуте, обозначенном как «КМЛ головы» от воздействия обухом представленного на исследование топора. Следует учитывать, что данное повреждение также может быть причинено как ударным воздействием любого предмета, имеющего сходные параметры (угол), так и о предмет, имеющий сходные параметры. (т. 2 л.д. 106-123)

Из материалов уголовного дела следует, что топор, представленный на исследование, был изъят по результатам осмотра места происшествия, проводившегося **/**/****, обнаружен под кроватью в помещении сторожки кладбища. Согласно протоколу осмотра от **/**/**** каких-либо следов, свидетельствующих о его применении в качестве орудия преступления, как на топорище, так и на металлической части, не обнаружено. (л.д. 172-182 т.1) Согласно заключению экспертизы вещественных доказательств № от **/**/**** на рабочей части топора и на топорище кровь не обнаружена. На топорище обнаружен пот, клетки поверхностных слоев эпидермиса кожи человека, в смеси которых не исключается присутствие генетического материала ФИО1 и потерпевшего М. (т. 2 л.д. 65-80) 

Поскольку вывод эксперта о происхождении пота и клеток поверхностных слоев эпидермиса на топорище от потерпевшего М. является вероятностным, а других следов на топоре не обнаружено, сам подсудимый применение им топора в ходе конфликта отрицает, с учетом имеющихся сведений о том, что потерпевший М. ранее выполнял работы на кладбище и, следовательно, имел доступ к рабочему инструменту, суд приходит к выводу об отсутствии каких-либо объективных доказательств, подтверждающих использование топора в качестве орудия преступления. 

Вместе с тем, данное обстоятельство не ставит под сомнение сам факт причинения ФИО1 вышеописанных повреждений М. воздействием иного предмета, имеющего сходные с обухом топора параметры, в том числе при падении потерпевшего после придания его телу ускорения и соударении о такой предмет, как об этом пояснял сам подсудимый. Наличие же у потерпевшего ушиблено-рваных ран в области лица и в затылочной части головы, т.е. с локализацией, исключающей их одномоментное образование, сочетание повреждений колото-резанного происхождения с тупым травмирующим предметом, подтверждает выводы суда о том, что в процессе их причинения ФИО1 не был ограничен потерпевшим в движениях, действовал с целью расправы над последним, на фоне возникшей личной неприязни, а не из страха за свою жизнь, как и сообщил об этом свидетелю Св.5 

Таким образом, судом с соблюдением требований ст. 240 УПК РФ в ходе судебного следствия проверены все представленные сторонами доказательства. Оценивая исследованные доказательства, сопоставляя их между собой, суд находит их совокупность достаточной для принятия решения по делу. Проанализировав доказательства, суд находит вину подсудимого ФИО1 установленной и доказанной. У суда не имеется оснований не доверять показаниям подсудимого, в той их части, в которой они признаны достоверными, потерпевшего и свидетелей. Указанные показания не противоречат между собой, подтверждаются заключениями судебных экспертиз, другими письменными доказательствами. Каждое из этих доказательств отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, все они взаимно дополняют друг друга, составляя единую и логичную картину преступления, и свидетельствуют о том, что все вышеуказанные события преступления имели место и совершено оно никем иным, как подсудимым ФИО1

Переходя к вопросу о юридической оценке содеянного ФИО1 суд исходит из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств, согласно которым ФИО1 в ходе конфликта с М., возникшего в процессе совместного распития спиртного, испытав личную неприязнь к потерпевшему, используя нож, нанес последнему множественные телесные повреждения в жизненно важные части тела – в область груди, живота, головы, причинив тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, в результате чего М. умер на месте происшествия в течение короткого промежутка времени. Таким образом, целенаправленный характер действий ФИО1, избранное им орудие, обладающее свойствами повышенной опасности для жизни, локализация телесных повреждений - в жизненно-важные органы человека, их множественное количество, свидетельствуют об умысле подсудимого на причинение смерти потерпевшему. Подсудимый ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал их наступления. Между действиями ФИО1 и наступившими последствиями – смертью потерпевшего М. имеется прямая причинная связь. 

С учетом собранных по делу доказательств и фактических обстоятельств судом не установлено признаков совершения ФИО1 преступления в условиях необходимой обороны или при превышении ее пределов. Действия потерпевшего М. не носили характера нападения – высокоинтенсивного, опасного по содержанию поведения. Убийство потерпевшего было совершено в ходе обоюдного конфликта (драки), как об этом сообщил ФИО1 при медицинском освидетельствовании), возникшего при совместном употреблении спиртного. В процессе причинения телесных повреждений М. подсудимый не был лишен возможности вооружиться, а затем и передвигаться. Объективные условия произошедшего, последовательность действий подсудимого и потерпевшего, физические данные каждого, с учетом содержания алкоголя в крови потерпевшего в 2,5 промилле, наличие повреждений у подсудимого, не повлекших вреда здоровью, отсутствие у потерпевшего каких-либо орудий нападения, а также поведение подсудимого после совершенного преступления, который стал избивать Св.1, как «лишнего свидетеля», после чего скрылся, не сообщая при этом о реально существовавшей угрозе для его жизни, подтверждают отсутствие ситуации обороны для ФИО1 

Кроме того, в судебном заседании установлено, что ФИО1 осознавал происходящее, действовал последовательно и целенаправленно, после совершенного преступления нанося удары Св.1, сохранил речевой контакт, пытался скрыть следы преступления, затем скрылся сам, чтобы не быть застигнутым, впоследствии сообщил о содеянном свидетелю Св.5, т.к. сохранил воспоминания о произошедшем, что свидетельствует об отсутствии признаков аффективного состояния. 

Согласно заключению судебной психолого-психиатрической экспертизы № от **/**/****, ФИО1 в момент правонарушения не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение, поскольку его эмоциональное возбуждение возникло на фоне алкогольного опьянения, в то время как физиологический аффект и состояния, приравненные к нему, возникают на основе естественных нейродинамических процессов. Также отсутствует специфическая для физиологического аффекта и состояний, приравненных к нему, динамика фаз эмоциональных реакций. (т.2 л.д. 50-58)

При изложенных обстоятельствах, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. 

Разрешая вопрос о психическом состоянии подсудимого, суд принимает во внимание заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов, согласно которому ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, а также иным болезненным состоянием психики не страдал ранее, не страдает в настоящее и не страдал в момент исследуемой юридически значимой ситуации, а у него выявляются ~~~. Однако, данные черты выражены не резко, не достигают степени психического расстройства, у него нет мнестико-интеллектуальных и выраженных эмоционально-волевых расстройств, нарушения критических и прогностических способностей, каких-либо психотических расстройств. Кроме того, в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он также не обнаруживал признаков какого-либо временного психического устройства, а находился в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения. Следовательно, в тот период времени ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. (л.д. 50-58 т.1)

Суд доверяет заключению экспертов, экспертиза проведена высоко квалифицированными специалистами, выводы которых мотивированы, обстоятельств, позволяющих поставить их под сомнение не установлено, подсудимый не состоит на учете у врача-психиатра, в судебном заседании вел себя в соответствии с ситуацией, отвечал на вопросы, правильно ориентировался в окружающей обстановке, суд полагает, что преступление ФИО1 совершено вне какого-либо расстройства психической деятельности, в силу чего, в отношении инкриминируемого деяния его следует считать вменяемым, подлежащим уголовной ответственности за совершенное преступление. 

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд в соответствии со ст. 6, ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого. 

Совершенное ФИО1 преступление относится к категории особо тяжких, объектом посягательства явилась жизнь человека, что определяет высокую степень общественной опасности преступления. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, суд в соответствии со ст. 61 УК РФ учитывает активное способствование раскрытию и расследованию преступления на начальной стадии следствия, частичное признание вины, принесение извинений родным погибшего, наличие тяжелых заболеваний, психических изменений, возраст подсудимого. Также в судебном заседании не опровергнута версия подсудимого ФИО1 о том, что поводом к совершению преступления явилось поведение потерпевшего М., который явился инициатором конфликта, чем спровоцировал подсудимого на противоправные действия. В связи с чем, суд признает данное обстоятельство смягчающим наказание ФИО1, которое предусмотрено п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Поскольку поводом к преступлению явилось поведение потерпевшего, суд не усматривает оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1 в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, является рецидив преступлений. В судебном заседании установлено, что ранее приговором .... районного суда .... от **/**/**** ФИО1 судим за совершение особо тяжкого преступления, судимость не снята и не погашена в установленном законом порядке, вновь совершил преступление, относящееся к категории особо тяжких. В соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ в действиях подсудимого наличествует особо опасный рецидив преступлений. 

Наличие отягчающего наказание обстоятельства исключает возможность изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

В числе данных о личности подсудимого суд учитывает, что за время проживания на территории кладбища по месту совершения преступления ФИО1, согласно характеристике УУП ОП-№ МУ МВД России «Иркутское», на учете в полиции не состоял, к административной ответственности не привлекался, работниками кладбища характеризуется с удовлетворительной стороны, нареканий по работе не имел. 

По последнему месту отбывания наказания в ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по .... области характеризовался положительно, нарушений порядка отбывания наказания не допускал, неоднократно поощрялся за активное участие в культурно-массовых мероприятиях учреждения, к труду относился добросовестно, социально-полезных связей не имеет. (л.д. 192-193 т.2)

Определяя вид наказания, суд исходит из того, что санкция ч. 1 ст. 105 УК РФ, предусматривает только один вид основного наказания - лишение свободы на определенный срок. 

При определении размера наказания за совершенное преступление, суд исходит из санкции статьи, предусматривающей ответственность за содеянное, принимает во внимание наличие совокупности смягчающих наказание обстоятельств, вышеприведенные данные о личности ФИО1, влияние назначаемого наказания на его исправление. Кроме того, суд также учитывает наличие установленного отягчающего наказание обстоятельства, что обуславливает применение судом положений ч. 2 ст. 68 УК РФ и исключает применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. Суд не находит оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, так как не установил исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления. 

Принимая во внимание конкретные обстоятельства преступления, характер и степень его общественной опасности, учитывая данные о личности подсудимого, суд приходит к убеждению, что исходя из принципа социальной справедливости, в целях исправления виновного и предупреждения совершения новых преступлений, наказание ФИО1 должно быть назначено в виде реального лишения свободы, с отбыванием его согласно п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии особого режима. 

Дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, в виде ограничение свободы, в связи с отсутствием у подсудимого постоянного места жительства, назначению не подлежит. 

Учитывая, что преступление по настоящему делу ФИО1 совершено в период условно-досрочного освобождения от отбывания наказания по приговору .... районного суда .... от **/**/****, окончательное наказание ему следует назначить по правилам ст. 70 УК РФ, т.е. по совокупности приговоров. 

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по .... району СУ СК РФ по .... области: нож с рукоятью коричневого цвета с тремя заклепками, предметы одежды, окурки, образцы биологических объектов и кожные лоскуты – следует уничтожить, нож с коричневой рукоятью, обмотанной скотчем, топор – следует вернуть по принадлежности. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 лет лишения свободы.

В соответствии со ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично, в размере 6 месяцев, присоединить наказание, не отбытое по приговору .... районного суда .... от **/**/****, и по совокупности приговоров назначить 9 лет 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. 

Меру пресечения ФИО1, в виде заключения под стражу, оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего - отменить. Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с **/**/**** до вступления приговора суда в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета: один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по .... району СУ СК РФ по .... области: нож с рукоятью коричневого цвета с тремя заклепками, предметы одежды, окурки, образцы биологических объектов и кожные лоскуты –уничтожить, нож с коричневой рукоятью, обмотанной скотчем, топор – вернуть по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в Иркутский областной суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей,- в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционных жалоб, представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Н.С. Карпова