Дело № 12-201/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

 

27 февраля 2018 года г. Челябинск

Судья Калининского районного суда г. Челябинска Ардалина А.Ю., при секретаре Габинет А.В., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении - ФИО1, переводчика ФИО2, защитника Жаворонкова С.В., рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 9 Калининского района г. Челябинска от 05 февраля 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО1, ***, ранее не привлекавшегося к административной ответственности за совершение административных правонарушений, предусмотренных главой 12 КоАП РФ, 

у с т а н о в и л:

12 ноября 2017 года в отношении ФИО1 был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 9 Калининского района г. Челябинска от 05 февраля 2018 года ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 9 месяцев.

В жалобе ФИО1 просит постановление в отношении него отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения. Указал, что постановление мирового судьи незаконно и необоснованно. Считает, что процессуальные документы составлены должностным лицом с нарушением норм КоАП РФ, а именно ему не были разъяснены процессуальные права, в том числе право пользоваться услугами защитника и переводчика, так как он является гражданином иностранного государства, русским языком владеет не в полной мере. Кроме того, считает, что в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства его вины в совершении административного правонарушения, у сотрудника полиции отсутствовали законные основания для направления его на медицинское освидетельствование. 

ФИО1 в судебном заседании доводы жалобы поддержал, просил ее удовлетворить. 

Защитник доводы жалобы ФИО1 поддержал, просил ее удовлетворить в полном объеме, постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В судебном заседании были исследованы письменные материалы дела об административном правонарушении, видеозапись. 

Изучив материалы дела об административном правонарушении, исследовав имеющиеся доказательства по делу об административном правонарушении, проверив доводы жалобы, судья оснований для отмены состоявшегося по делу судебного постановления не находит. 

Для привлечения к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, имеет правовое значение факт отказа от прохождения медицинского освидетельствования, который был установлен совокупностью доказательств. 

Правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, считается оконченным с момента, когда водитель не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования. Оно совершается путем бездействия. 

При рассмотрении дела мировым судьей установлено, что ФИО1 12 ноября 2017 года в 22 часа 49 минут у дома 160 «в» по пр. Победы в г.Челябинске, управляя автомобилем «Хундай Елантра», государственный регистрационный № с признаками опьянения (нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица), не выполнил законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем нарушил п.2.3.2 Правил дорожного движения РФ, за что предусмотрена административная ответственность по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. 

Факт управления автомобилем ФИО1 подтверждается приведенными в постановлении мирового судьи доказательствами и не оспаривается ФИО1

В силу пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель транспортного средства обязан проходить по требованию сотрудников милиции освидетельствование на состояние опьянения.

Для привлечения к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, имеет правовое значение факт отказа от прохождения медицинского освидетельствования, который был установлен совокупностью доказательств. 

Правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, считается оконченным с момента, когда водитель не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования. Оно совершается только путем бездействия. 

Основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование явились достаточные основания полагать, что ФИО1 находится в состоянии опьянения, что, вопреки доводам жалобы ФИО1 и утверждениям защитника в судебном заседании, подтверждается показаниями свидетелей, письменными материалами дела об административном правонарушении. 

Данные обстоятельства подтверждаются доказательствами по делу: протоколом об административном правонарушении, протоколом об отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, рапортом сотрудника полиции, показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО6 – сотрудниками полиции и показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО9 - понятых, исследованными в судебном заседании, в связи с чем вывод мирового судьи о наличии в действиях ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.26 КоАП РФ, является правильным. Указанные доказательства, а также как верно указано в постановлении мирового судьи, являются допустимыми и достаточными доказательствами для установления вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.26 КоАП РФ.

Из показаний сотрудников ГИБДД ФИО5 и ФИО6 следует, что в ноябре 2017 года ими был остановлен автомобиль «Хундай» под управлением водителя ФИО1, у водителя были установлены признаки опьянения, при этом ФИО1 пояснил, что ранее он курил «насвай». С участием двух понятых ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством, после чего ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, ФИО1 в присутствии понятых отказался от прохождения освидетельствование на месте. После ФИО1 было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от которого ФИО1 также отказался.

Кроме того, из показания свидетелей ФИО7 и ФИО9 – понятых, следует, что в ноябре 2017 года они принимали участие в качестве понятых при составлении процессуальных документов в отношении ФИО1 В их присутствии ФИО1 предложили пройти освидетельствование на месте, ФИО1 отказался. Далее сотрудник полиции предложил ФИО1 пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от которого ФИО1 отказался. Они прочитали документы, после чего в каждом из них поставили свои подписи. 

Указанные показания свидетелей: сотрудников ГИБДД ФИО5 и ФИО6, понятых ФИО7 и ФИО9 получены в соответствии с требованиями закона. Перед дачей показаний свидетелям были разъяснены процессуальные права, они были предупреждены об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний. Данные показания свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 последовательны, согласуются между собой и с другими представленными по делу доказательствами, в том числе и видеозаписью, ничем не опровергнуты, устанавливают одни те же обстоятельства, в связи с чем обоснованно приняты мировым судьей в качестве доказательств вины ФИО1 в совершении административного правонарушения.

Повода для оговора ФИО1 свидетелями ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 не установлено. 

По смыслу закона сотрудники полиции могут являться свидетелями по делу об административном правонарушении. Выполнение сотрудниками полиции своих служебных обязанностей само по себе не является основанием полагать, что они заинтересованы в исходе дела. Каких-либо сведений о незаконности действий сотрудников полиции, которые бы повлекли отмену обжалуемого постановления, в материалах дела не имеется и судом не установлено.

Мировым судьей дана надлежащая оценка показаниям свидетелей, суд при рассмотрении жалобы на судебное решение разделяет данные выводы мирового судьи.

Оснований не доверять письменным материалам дела об административном правонарушении не имеется, поскольку они составлены в соответствии с требованиями КоАП РФ.

В протоколах об отстранении от управления транспортным средством и о направлении на медицинское освидетельствование, а также в акте о направлении на медицинское освидетельствование указано о наличии у водителя ФИО1 нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, что относится к признаку опьянения, перечисленным в пункте 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (утв. Постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475 в редакции Постановлений Правительства РФ от 10 февраля 2011 года № 64, от 04 сентября 2012 года № 882, от 18 ноября 2013 года № 1025, от 10 сентября 2016 года № 904).

Вопреки доводам жалобы ФИО1 и утверждениям защитника в судебном заседании, в соответствии с указанным пунктом Правил освидетельствования лица достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие и одного из следующих признаков:

а) запах алкоголя изо рта;

б) неустойчивость позы;

в) нарушение речи;

г) резкое изменение окраски кожных покровов лица;

д) поведение, не соответствующее обстановке.

Сотрудниками ГИБДД у ФИО1 были установлены признаки опьянения: нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица, что зафиксировано в процессуальных документах.

Протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и составлены с участием двух понятых и ими подписаны.

В силу ч.ч. 2, 4 ст. 25.7 КоАП РФ при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении понятой обязан удостоверить своей подписью в соответствующем протоколе факт совершения в его присутствии процессуальных действий, содержание указанных действий и их результаты. Понятой наделен правом делать замечания по поводу совершаемых в его присутствии процессуальных действий. Такие замечания подлежат занесению в соответствующий протокол. 

В протоколе об отстранении от управления транспортным средством, акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протоколе о направлении на медицинское освидетельствование указаны понятые.

Как следует из протоколов об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения данные процессуальные действия проведены с участием понятых, при этом от понятых не поступило никаких замечаний, заявлений, ходатайств. 

Указанные акт и протоколы подписаны понятыми, а также ФИО1 без замечаний, своими подписями они удостоверили совершение соответствующих процессуальных действий в их присутствии. 

Понятые участвовали в производстве процессуальных действий и наблюдали за проведенными сотрудниками ГИБДД действиями, что подтверждается письменными доказательствами и видеозаписью. 

Сведений о том, чтобы сотрудники ГИБДД препятствовали участию понятых в производстве процессуальных действий, прочтению ими протоколов и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не объяснили им, совершение каких процессуальных действий они удостоверяют своими подписями, в материалах дела не имеется.

Исходя из положений ст. 25.7 и 27.12 КоАП РФ понятые привлекаются для составления протокола об отстранении от управления транспортным средством уже после того, как транспортное средство остановлено, и должностным лицом ГИБДД выявлены признаки опьянения у водителя, то есть когда имеется необходимость отстранить водителя от управления транспортным средством с тем, чтобы провести освидетельствование на состояние алкогольного опьянения или направить водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Таким образом, то обстоятельство, что свидетели ФИО7 и ФИО9, участвовавшие при проведении процессуальных действий в качестве понятых, не видели у ФИО1 признаков опьянения, не ставит под сомнение факт удостоверения им процессуальных действий. 

Из материалов дела следует и установлено мировым судьей, что ФИО1 отказался от прохождения медицинского освидетельствования. Об этом ФИО1 собственноручно указал в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 12 ноября 2017 года, указав собственноручно «отказываюсь», в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 12 ноября 2017 года, указав собственноручно «отказываюсь», и в протоколе об административном правонарушении от 12 ноября 2017 года, указав «к врачу не поеду», поставил свои подписи. При этом сотрудником ГИБДД разъяснялись ФИО1 последствия его отказа от прохождения медицинского освидетельствования. После этого ФИО1 никаких пояснений и замечаний в протоколы не вносилось. Данное обстоятельство зафиксировано видеозаписью.

Данные обстоятельства правильно оценены мировым судьей как отказ ФИО1 от законного требования сотрудника полиции пройти медицинское освидетельствование.

В силу ч. 2 ст. 26.2 КоАП РФ рапорт сотрудника полиции является одним из документов, в котором излагаются дополнительные сведения, имеющие значение для выяснения обстоятельств совершенного правонарушения, и который подлежит оценке в качестве доказательств по делу по правилам ст. 26.11 КоАП РФ, с учетом положений ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ. 

Поскольку содержание рапорта сотрудника полиции согласуется с другими материалами дела, он обоснованно принят мировым судьей в качестве допустимого доказательства.

Из рапорта сотрудника ГИБДД следует, что ФИО1, имея признаки опьянения, в присутствии двух понятых ФИО1 отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. 

Вопреки доводам жалобы, данные письменные доказательства последовательны, непротиворечивы, согласуются с иными материалами дела, отвечают требованиям, предъявляемым КоАП РФ к такого вида доказательствам, и обоснованно признаны мировым судьей достоверными относительно события административного правонарушения.

Кроме того, из видеозаписи, представленной в материалы дела и исследованной в судебном заседании, следует, что сотрудником ГИБДД осуществлена видеозапись, на ней отображены события, имеющие отношение к делу, зафиксирован отказ ФИО1 от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, данные сведения согласуются с иными доказательствами по делу. 

Оснований для признания видеозаписи недопустимым доказательством по данному делу об административном правонарушении не имеется. В соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ в качестве доказательства по делу могут быть приняты любые фактические данные, на основании которых судья, в производстве которого находится дело, устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. 

Процедура оформления материалов по делу об административном правонарушении сотрудниками ГИБДД соблюдена. 

Поскольку в материалах дела имеются сведения о том, что ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения отказался, то обоснованно был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. 

Протокол об административном правонарушении соответствует ст. 28.2 КоАП РФ, в нем описано событие административного правонарушения, выразившееся в отказе водителя ФИО1, имеющего признаки опьянения, от прохождения медицинского освидетельствования, а также указаны иные сведения, необходимые для рассмотрения дела, в том числе дата, время и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении. Копия протокола об административном правонарушении ФИО1 вручена.

Доводы жалобы о том, что ФИО1, являющемуся гражданином Республики Кыргызстан, не владеющему русским языком в полном объеме, должностным лицом не был предоставлен переводчик и защитник в ходе составления административного материала, не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии с положениям ч. 2 ст. 24.2 КоАП РФ право выступать и давать объяснения, заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы на родном языке либо на другом свободно избранном языке общения, а также пользоваться услугами переводчика обеспечивается лицам, участвующим в производстве по делу об административном правонарушении и не владеющим языком, на котором ведется производство по делу.

Приведенная норма направлена на реализацию участвующими в производстве по делу об административном правонарушении и не владеющими языком лицами возможности понимать суть совершаемых в ходе производства по делу действий и в полной мере пользоваться своими процессуальными правами.

Вопреки доводам жалобы из материалов дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 следует, что при составлении административного материала положения ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ ФИО1 были разъяснены, о чем в протоколе по делу об административном правонарушении имеются подписи ФИО1, при этом ходатайство о предоставлении переводчика и защитника последний не заявлял. При установлении личности ФИО1 указал, что русским языком владеет, что также отражено в протоколе об административном правонарушении, подписанным ФИО1 без замечаний. Кроме того, из видеозаписи и протоколов процессуальных действий следует, что ФИО1 общался с сотрудниками ГИБДД на русском языке, на поставленные вопросы отвечал логически. Указанные обстоятельства объективно не позволили должностному лицу, составившему протокол об административном правонарушении и другие материалы дела об административном правонарушении, усомниться во владении ФИО1 русским языком в той степени, которая позволила бы ему понимать смысл и значение происходящего.

Материалы дела об административном правонарушении свидетельствуют о том, что ФИО1 достаточно владеет языком, на котором ведется производство по делу, поскольку собственноручно на русском языке изложил в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также в протоколе об административном правонарушении о своем отказе от прохождения освидетельствования на месте, об отказе от прохождения медицинского освидетельствования, при составлении протокола об административном правонарушении свободно изъяснялся на русском языке, о назначении переводчика при составлении в отношении него процессуальных документов не ходатайствовал, при рассмотрении дела об административном правонарушении давал показания мировому судье на русском языке, жалоба на постановление мирового судьи подана ФИО1 лично на русском языке. В судебном заседании при рассмотрении жалобы на постановление по делу ФИО1 понимал суть заданных ему вопросов. 

Изложенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что ФИО1 владеет русским языком и понимает суть происходящего в ходе производства по делу, а также текст и смысл подписываемых им документов.

Таким образом, право ФИО1 на защиту при производстве по делу об административном правонарушении, нарушено не было.

Доводы ФИО1 об обратном суд расценивает как злоупотребление своим правом. 

Доводы защитника о том, что автомобиль, которым управлял ФИО1, после составления в отношении последнего административного материала был передан ему же, являются не состоятельными, поскольку из материалов дела об административном правонарушении следует, что данный автомобиль был передан собственнику ФИО10 

Вопреки доводам жалобы, обстоятельства дела мировым судьей выяснены всесторонне, полно и объективно, доказательства надлежаще оценены в соответствии с правилами ст. ст. 26.2, 26.11 КоАП РФ, признаны допустимыми и достоверными, в своей совокупности достаточными для установления вины ФИО1 в совершении административного правонарушения. 

Указанные доказательства получены в соответствии с требованиями закона, полностью согласуются между собой, устанавливают одни и те же обстоятельства. Имеющиеся в деле доказательства, как верно указано в постановлении мирового судьи, являются допустимыми и достаточными для установления вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Приведенные в судебном решении доказательства являются допустимыми и в своей совокупности достаточными для установления вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, получены в соответствии с требованиями ст. 26.2 КоАП РФ. Принципы презумпции невиновности и законности, закрепленные в ст. ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, соблюдены. Положения Конституции РФ не нарушены.

Все доводы ФИО1 в жалобе и доводы защитника в судебном заседании, мировым судьей проверены и им дана надлежащая правовая оценка.

В судебном решении приведены надлежащие мотивы, по которым приняты доказательства, изложенные в постановлении, выводы судьи об этом являются правильными.

Требования ст. ст. 29.1, 29.4 КоАП РФ не нарушены. Оснований для возвращения протокола об административном правонарушении и других материалов дела для устранения недостатков должностному лицу, их составившему, у мирового судьи не имелось. 

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, не имеется.

Постановление мирового судьи в целом соответствует требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, в нем содержится указание на обстоятельства, установленные при рассмотрении дела.

Вместе с тем, постановление по делу об административном правонарушении подлежит изменению по следующим основаниям.

Из протокола по делу об административном правонарушении от 12 ноября 2017 года, а также из рапорта сотрудника полиции от 12 ноября 2017 года следует, что автомобиль «Хундай Елантра», государственный регистрационный №, за управлением которого находился ФИО1 с признаками опьянения, был остановлен у дома 160 «в» по пр. Победы в г. Челябинске. Выводы мирового судьи о том, что местом совершения административного правонарушения является дом 160 по пр. Победы в г. Челябинске не соответствуют процессуальным документам, имеющимся в материалах дела об административном правонарушении.

Данное уточнение в части места совершения административного правонарушения суд расценивает как описку, что не может рассматриваться как существенное изменение обстоятельств совершенного административного правонарушения и не влечет снижение назначенного ФИО1 наказания.

При таких обстоятельствах описательно-мотивировочная часть постановления мирового судьи судебного участка № 9 Калининского района г. Челябинска от 05 февраля 2018 года подлежит изменению. В остальной части указанное постановление изменению не подлежит.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены. 

Административное наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 КоАП РФ. При этом мировой судья учел личность виновного, характер совершенного административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств по делу. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

Постановление мирового судьи судебного участка № 9 Калининского района г. Челябинска по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях, от 05 февраля 2018 года в отношении ФИО1 изменить:

- местом совершения административного правонарушения считать адрес: 

<

...> «в».

В остальной части данное постановление оставить без изменений. 

Судья А.Ю. Ардалина