Дело № 10-1092/2021 Судья Акатышев А.Н.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Челябинск 09 марта 2021 года

Челябинский областной суд в составе 

Председательствующего судьи Федосеева К.В. 

при ведении протокола помощником судьи Куниным Н.В., 

с участием:

прокурора Мухина Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Кальницкой Е.П., с возражением прокурора Рязанова Н.Н. на приговор Еткульского районного суда Челябинской области от 30 декабря 2020 года, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев, на основании ст. 53 УК РФ установлены ограничения, с возложением обязанности периодически являться в специализированный орган не реже одного раза в месяц; на основании ст. 78 УК РФ, освобожден от основного и дополнительного наказания, в связи с истечением сроков давности. 

Приговором частично удовлетворены исковые требования прокурора Еткульского муниципального района в интересах потерпевшей Потерпевший №1 которой в счет возмещения морального вреда с осужденного Кадигроба взыскано 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей. 

Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств по уголовному делу. 

Заслушав доклад судьи Федосеева К.В., мнение прокурора Мухина Д.А., просившего оставить приговор без изменения, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО2 осужден за нарушение п.п. 1.5; 2.1.2; 9.10; 10.1; 10.3 правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, при управлении автомобилем, около 20 часов ДД.ММ.ГГГГ на 17 км. автодороги 

<

адрес>, при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. 

В апелляционной жалобе адвокат Кальницкая Е.П., действующая в интересах осужденного ФИО2, выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Приводя свое видение обстоятельств произошедшего и анализируя материалы уголовного дела, указывает на недостоверность показаний свидетелей ФИО13, ФИО7, ФИО8, поскольку они противоречат заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. Обращает внимание что, вопреки выводам суда, в момент дорожно-транспортного происшествия на автомобиле «ЗИЛ» был установлен государственный регистрационный номер. Считает достоверными показания осужденного ФИО2 и свидетелей ФИО1, ФИО9, поскольку они подтверждают, что автомобиль «ВАЗ-21140» совершил столкновение со стоявшим неподвижно на проезжей части автомобилем «ЗИЛ». Отмечает, что вопреки выводам суда, свидетель ФИО10 показывала в ходе судебного следствия, что видела как автомобиль ЗИЛ стоит на проезжей части с выключенными световыми приборами. Указывает, что свидетель ФИО11 пояснял в суде, что не указал место столкновения в протоколе осмотра места происшествия. Отмечает, что свидетель ФИО12 пояснял в суде, что отразил место столкновения в схеме ДТП только со слов водителя «ЗИЛ-130». Находит необоснованным отказ суда в проведении дополнительной автотехнической экспертизы. Предполагает, что несмотря на степень деформации передней части автомобиля «ВАЗ», расстояния между автомобилями после столкновения не было. Полагает, что свидетель ФИО13, как второй участник дорожно-транспортного происшествия, также должен быть привлечен к уголовной ответственности. Считает, что для объективного производства судебной экспертизы №, органу предварительного расследования необходимо было провести следственный эксперимент, на проведение которого также было указано заместителем прокурора 

<

адрес>. Указывает, что потерпевшая Потерпевший №1 и свидетель ФИО14 говорили в суде о том, что автомобиль «ЗИЛ» появился внезапно на пути следования автомобиля «ВАЗ». Обращает внимание, что вопреки выводам суда, эксперт ФИО15 указывала в судебном заседании, что у нее было недостаточно данных для ответа на вопрос, имелась ли у ФИО2 возможность предотвратить столкновение. Полагает, что в суде не был установлен факт соответствия действий ФИО2 требованию п. 10.1 ПДД в части выбора скорости, соответствовавшего расстоянию видимости в направлении движения, а также не решен вопрос о том, имел ли ФИО2 техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем «ЗИЛ». Просит отменить судебное решение. 

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Рязанцева Н.Н. находит её несостоятельной, а приговор законным, обоснованным и справедливым. Считает, что суд, основываясь на совокупности доказательств, сделал правильный вывод о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. Полагает, что несогласие стороны защиты с выводами суда по результатам оценки представленных суду и исследованных им доказательств не является основанием для отмены, либо изменения приговора. Просит оставить судебное решение без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Кальницкой Е.П. без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, заслушав мнения сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор законным и обоснованным.

Анализ материалов уголовного дела показывает, что виновность ФИО2 в совершении инкриминируемого ему деяния установлена доказательствами, исследованными в судебном заседании и получившими надлежащую оценку в приговоре. При этом в соответствии с п. 2 ст. 307 УПК РФ, суд привел причины, по которым признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

При этом, доводы стороны защиты о невиновности и непричастности ФИО2 к содеянному, являлись предметом системной проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные. 

Осужденный ФИО2 свою вину в преступлении не признал, пояснив, что по просьбе Потерпевший №1 повез её на своем автомобиле «ВАЗ-21140» в 

<

адрес>, при этом Потерпевший №1 находилась в состоянии алкогольного опьянения, ремнем безопасности пристегнута не была. Он двигался по правой полосе движения со скоростью 90 км/ч, с включенным ближним светом фар. Приблизительно за 30-40 м. перед собой он увидел на полосе своего движения грузовой автомобиль «ЗИЛ», который стоял неподвижно, с выключенными задними габаритными огнями, при этом никаких предупреждающих знаков за ним не было выставлено, аварийная сигнализация не включена. Не имея технической возможности избежать столкновения, поскольку он увидел указанный автомобиль в темное время суток, при плохой видимости в условиях снегопада и тумана в низине дороги, произошло дорожно-транспортное происшествие. После этого он вылез из автомобиля и помог вылезти Потерпевший №1, приводил её в чувство, поскольку она засыпала. 

Несмотря на занимаемую позицию ФИО2 его виновность в инкриминируемом ему преступлении подтверждается показаниями потерпевшей Потерпевший №1, пояснившей в суде, что ДД.ММ.ГГГГ она села к ФИО2 в автомобиль, ремнем безопасности не пристегнулась, и они выехали по направлению в 

<

адрес>, ехали со скоростью 100-120 км/ч несмотря на то, что на улице было темно и шел снег. В момент спуска с уклона, ФИО2 обогнал легковой автомобиль, после чего она увидела 4 фары, кран, после чего произошло столкновение, от которого она потеряла сознание. Из-за полученных повреждений она в настоящее время испытывает дискомфорт, данные повреждения визуально заметны, их невозможно никак замаскировать. По данному поводу она испытывает сильные эмоциональные переживания, что доставляет ей моральные неудобства. 

Из показаний свидетеля ФИО7 следует, что ДД.ММ.ГГГГ он приобрел автокран «ЗИЛ», на котором они с осужденным, который был за рулем, поехали своим ходом в 

<

адрес>, двигались со скоростью 40-50 км/ч., поскольку шел сильный снег, видимость дороги была средней. В пути движения он почувствовал удар в заднюю часть его автомобиля. Выйдя из автомобиля, он увидел, что автомобиль «ВАЗ-2114» находится под их автомобилем. Он посмотрел на спидометр автомобиля «ВАЗ 2114», стрелка застыла на скорости 120 км/ч. Спустя время, в больнице 

<

адрес>, он увидел ФИО2, который на его вопросы пояснял, что торопился. 

Аналогичные показания в суде были даны свидетелями ФИО13, ФИО17

Свидетель ФИО14 поясняла в суде, что общее состояние её дочери – Потерпевший №1, после дорожно-транспортного происшествия было тяжелое, дочь говорила с трудом, есть и пить не могла, длительное время питалась через трубочку. В настоящее время, рубцы на лице её дочери визуально заметны, они обезображивают её лицо, что доставляет неудобства как в фактическом, так и в моральном плане. 

Свидетель ФИО18 в суде пояснила, что у Потерпевший №1 имеются посттравматические рубцы, которые разрушают целостность и благоприятность эстетического восприятия, обезображивая тем самым её лицо. 

Объективно, виновность ФИО2 подтверждается заключением автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля ВАЗ 21140 должен был руководствоваться требованиями абз. 1, 2 п. 10.1 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля «ВАЗ-21140», не соответствующие требованиям ч. 2 ст. 10.1 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом столкновения. При этом, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, для установления причинной связи между действиями водителя автомобиля «ЗИЛ-130» и фактом дорожно-транспортного происшествия, не требуются специальные технические познания. 

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что если скорость движения автомобиля «ВАЗ-21140» перед происшествием составляла 120 км/ч, то действия водителя не соответствовали, с технической точки зрения, требованиям абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ, с учетом п. 10.3 ПДД РФ, в части выбора скорости, не превышающей установленного ограничения, в обоих вариантах дорожно-транспортной ситуации. Если дорожная ситуация развивалась по версии водителя автомобиля «ЗИЛ-130» о том, что его автомобиль в момент столкновения находился в движении и двигался со скоростью 50 км/ч, то в случае, если скорость движения автомобиля «ВАЗ-21140» составляла 90 км/ч., действия водителя автомобиля «ВАЗ-21140», с технической точки зрения, не соответствовали требованиям абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ, в части выбора скорости, обеспечивающей водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, в частности, п. 9.10 ПДД РФ, в части выбора безопасной дистанции, о чем свидетельствует сам факт столкновения транспортных средств. В случае, если скорость движения автомобиля «ВАЗ-21140» перед происшествием составляла 120 км/ч, то действия водителя автомобиля «ВАЗ-21140», с технической точки зрения, не соответствовали требованиям абз. 1 п. 10.1, с учетом п. 10.3 ПДД РФ, в части выбора скорости, не превышающей установленного ограничения и п. 9.10 ПДД РФ, в части выбора необходимой дистанции. При этом в действиях водителя автомобиля «ЗИЛ-130» не усматривается несоответствия, с технической точки зрения, требованиям ПДД РФ, которыми ему следовало руководствоваться при движении (т. 1 л.д. 226-233). 

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у Потерпевший №1 имелась тупая сочетанная травма, включающая в себя ссадины кистей, перелом грудины, рваная рана подбородочной области, ушиблено-рваные раны правой щечной области, шеи, сотрясение головного мозга. Данная травма вызвала расстройство здоровья и расценивается как причинившая вред здоровью средней тяжести, которая образовалась от воздействий тупого твердого предмета (предметов) в условиях дорожно-транспортного происшествия при нахождении пострадавшей внутри салона транспортного средства. Рваная рана подбородочной области Потерпевший №1 и ушиблено-рваные раны на шее Потерпевший №1 являются неизгладимыми повреждениями (т. 1 л.д. 241-242). 

Кроме того, вина ФИО2 подтверждена и другими, в том числе и объективными доказательствами, подробно исследованными судом, в числе которых: протоколы осмотра места происшествия и предметов, заключения экспертов, рапорты оперуполномоченных, получивших надлежащую оценку в приговоре. 

Показания всех приведенных лиц изложены судом верно, являются логичными, последовательными, непротиворечивыми между собой и образуют в своей совокупности объективную картину события преступления, ставить под сомнение которую оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Что касается доводов стороны защиты о невиновности и непричастности ФИО2 к содеянному, то они являются несостоятельными и опровергаются совокупностью положенных в основу приговора доказательств.

Факт нарушения ФИО2 п.п. 1.5; 2.1.2; 9.10; 10.1; 10.3 ПДД РФ, повлекшее, по неосторожности, причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, был установлен на основании показаний потерпевшей Потерпевший №1, а также свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО18, ФИО14, ФИО13, ФИО7, ФИО8, ФИО19, которые в своей совокупности указывали на то, что ФИО2 двигался на автомобиле в темное время суток, в условиях плохой видимости, со скоростью 120 км/ч, что противоречит п. 10.3 ПДД РФ; перевозил пассажира Потерпевший №1, не пристегнутую ремнями безопасности, что противоречит п. 2.1.2 ПДД РФ; вопреки п. 9.10 ПДД РФ, не соблюдал дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения и совершил столкновение с автомобилем «ЗИЛ». Вопреки п. 10.1 ПДД РФ, при возникшей опасности для движения, которую ФИО2 был в состоянии обнаружить за 129 метров 40 сантиметров до движущегося впереди автомобиля «ЗИЛ», возможных мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства не принял. В своей совокупности, ФИО2, не выполнил требований п. 1.5 ПДД РФ, создал опасность для движения, причинив Потерпевший №1 тяжкий вред здоровью, выразившийся в неизгладимом обезображивании лица. 

Каких-либо оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелям у суда не имелось, поскольку они последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами. Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности данных лиц в исходе дела и о наличии у них оснований для оговора осужденного, как на то указывает сторона защиты, по делу не установлено. Кроме того, каких-либо противоречий в показаниях данных свидетелей, которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности ФИО2 в инкриминируемом преступлении, судом апелляционной инстанции также не установлено. При этом незначительные расхождения в показаниях свидетеля ФИО7 об обстоятельствах произошедшего, связаны с его субъективным восприятием событий и не влияют на доказанность виновности ФИО2 в содеянном. 

Вопреки доводам жалобы, показаниям ФИО2 судом справедливо и мотивированно дана критическая оценка, поскольку они противоречат материалам уголовного дела, при этом суд апелляционной инстанции расценивает его показания как избранный способ защиты. 

Что касается показаний свидетеля ФИО3, то суд апелляционной инстанции также считает, что судом мотивированно дана им критическая оценка, поскольку он является близким родственником осужденного, кроме того, своего объективного подтверждения, исходя из материалов уголовного дела, показания данного свидетеля не нашли. 

Вопреки доводам жалобы, все оглашенные на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ показания свидетелей, были подтверждены ими в ходе судебного разбирательства. 

Судебные экспертизы по уголовному делу являются допустимыми, обоснованными и согласуются с материалами уголовного дела, поскольку проведены компетентными лицами, в соответствии с существующей методикой проведения судебных экспертиз, которые соответствуют требованиям закона, заключения данных экспертов оформлены надлежащим образом и соответствуют положениям ст. 204 УПК РФ. Оснований сомневаться в изложенных выводах у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции также учитывает, что установление причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и дорожно-транспортным происшествием, не относятся к компетенции экспертов, проводивших судебные экспертизы, поскольку это является исключительной прерогативой суда. 

Вопреки доводам жалобы, скорость движения автомобиля ФИО2 была установлена на основании показаний потерпевшей Потерпевший №1, а также показаниями свидетелей ФИО13, ФИО7 и ФИО8, которые поясняли, что на спидометре автомобиля ФИО2 была зафиксирована скорость в 120 км/ч. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что при решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Таким образом, с учетом выводов автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО2 в сложившейся дорожно-транспортной обстановке, имелась техническая возможность избежать столкновения с автомобилем «ЗИЛ». 

Что касается наличия неизгладимого обезображивания лица потерпевшей, то по смыслу уголовного закона, под таковыми следует понимать такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно и для их устранения требуется оперативное вмешательство. При этом, для установления неизгладимого обезображивания лица необходимо наличие двух обязательных критериев: медицинского, который выражается в неизгладимости внешних изменений лица потерпевшего при обычных методах лечения, и эстетический, который устанавливается судом самостоятельно с учетом оценки произошедших изменений во внешнем облике потерпевшего в сопоставлении с его прежним внешним видом и общепринятыми представлениями о том, как обычно выглядит лицо человека.

Давая оценку медицинскому критерию, суд принял во внимание заключение судебно-медицинской экспертизы, согласно выводам которой, выявленные у Потерпевший №1 при обследовании рваная рана подбородочной области и ушиблено-рваные раны на шее не исчезнут самостоятельно, для их устранения требуется оперативная коррекция и поэтому расцениваются как неизгладимые повреждения. 

Помимо этого, визуально наблюдая потерпевшую в судебном заседании, суд привел в приговоре соответствующие доказательства относительно эстетического критерия, на основании которых пришел к обоснованному выводу о наличии у потерпевшей обезображивания лица. 

Иные доводы апелляционных жалоб стороны защиты сводятся к переоценке доказательств, исследованных судом первой инстанции, которым дана надлежащая оценка в приговоре. Данные доводы суд апелляционной инстанции не может признать обоснованными, поскольку они полностью опровергаются материалами уголовного дела и приведенными в приговоре суда доказательствами, которым дана надлежащая оценка в их совокупности.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит, что в ходе судебного разбирательства были объективно установлены все значимые по делу обстоятельства на основании непосредственно исследованных в судебном разбирательстве доказательств, приведенных судом в приговоре. Доказательства оценены судом в соответствии с положениями ст. ст. 17, 88 УПК РФ с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Все вопросы, указанные в ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора судом разрешены, а содержание описательно-мотивировочной части приговора соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ.

Действия ФИО2 правильно квалифицированы судом первой инстанции по ч. 1 ст. 264 УК РФ, данная квалификация соответствует фактическим обстоятельствам дела. 

При назначении вида и размера наказания ФИО2 в соответствии со ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, суд принял во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного и его состояние здоровья. Также суд учел наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, судом первой инстанции в качестве обстоятельства, смягчающего наказание учтено неудовлетворительное состояние здоровья осужденного. 

Все характеризующие данные о личности осужденного, исследованные в судебном заседании, приведены в описательно - мотивировочной части приговора при решении вопроса, относящегося к назначению уголовного наказания, и повторный их учет законом не предусмотрен. 

В связи с отсутствием в действиях ФИО2 обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных п.п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд правомерно не применил правила назначения наказания, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Выводы суда о достижении целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, в виде ограничения свободы в приговоре мотивированы, поскольку для своего исправления ФИО2 нуждается в реальном отбывании назначенного наказания. Именно такое наказание будет справедливым и сможет обеспечить достижение цели наказания. 

Кроме того, отсутствие исключительных обстоятельств для применения положений ст. 64 УК РФ, судом первой инстанции не установлено, не усматривает оснований к этому и суд апелляционной инстанции. 

Таким образом, оснований для смягчения назначенного ФИО2 наказания не имеется, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены. Назначенное наказание является справедливым, соразмерным содеянному, полностью соответствующим личности осужденного и не является чрезмерно суровым. 

Из протокола судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено в соответствии с основополагающими принципами уголовного судопроизводства, при этом стороны имели равные права и реальную возможность довести до суда первой инстанции свою позицию по рассматриваемому уголовному делу. 

Вопреки доводам жалобы, каких-либо оснований для вывода об односторонности предварительного и судебного следствия не имеется. Как это видно из дела, суд первой инстанции создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и защиты активно пользовались правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Заявленные ходатайства и доводы были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. 

Вместе с тем, у суда, действительно имелись основания для освобождения ФИО2 от основного и дополнительного наказания за истечением сроков давности.

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе нарушений права осужденного на защиту, судом первой инстанции не допущено. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.13, 389.14, 389.17, 389.20, 389.28 и части 2 статьи 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

Приговор Еткульского районного суда Челябинской области от 30 декабря 2020 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Кальницкой Е.П. – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

В рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции вправе принимать участие осужденный, а также иные лица, указанные в ч. 1 ст. 401.2 УПК РФ, при условии заявления ими ходатайства об этом.

Судья