Дело № 2-1253/2025 КОПИЯ

УИД 59RS0008-01-2025-000660-50

Мотивированное 

решение

 составлено 10.10.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 сентября 2025 года город Пермь 

Пермский районный суд Пермского края в составе

председательствующего судьи Штенцовой О.А.,

при секретаре судебного заседания ФИО12, 

с участием истца ФИО2 и его представителя ФИО28, 

представителя ответчика ФИО9 А.В. – ФИО27, 

представителя третьего лица ФИО9 В.Н. - ФИО29, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО5 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, 

установил:

ФИО2 (далее – истец) обратился в суд с исковым заявлением к ФИО9 А.В. (далее – ответчик) о признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применении последствий недействительности сделки (л.д. 7-10).

В обоснование заявленных требований указано на то, что с января 2017 года по ДД.ММ.ГГГГ истец проживал совместно одной семьей с третьим лицом ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ истец и третье лицо заключили брак, супруге присвоена фамилия «ФИО31». ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО2 и ФИО14Н. расторгнут. В настоящее время бывшая супруга ФИО14Н. сменила фамилию на ФИО9. ДД.ММ.ГГГГ до регистрации брака истец ФИО2 и третье лицо ФИО14Н. по договору купли-продажи приобрели у ФИО13 в общую долевую собственность индивидуальный жилой дом, площадью 144 кв.м., с кадастровым номером № и земельный участок, площадью 1170 кв.м., с кадастровым номером №, расположенные по адресу: 

<

адрес>, Пермский муниципальный округ, д. Заполье, 

<

адрес>. Указанное имущество приобретено за 2 850 000 рублей. При этом, был заключен договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 335 000 рублей и дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 850 000 рублей. Заключение договора с дополнительным соглашением было условие продавца, на регистрацию был предоставлен только договор купли-продажи без дополнительного соглашения. Копию данного дополнительного соглашения представить не возможно, так как после ухудшения отношений с ФИО14Н., последняя спрятала данные документы. Для приобретения дома и земельного участка истцом взят кредит в АО «Газпромбанк» на сумму 2 500 000 рублей по договору займа №-№ от ДД.ММ.ГГГГ. Жилой дом и земельный участок приобретены в долевую собственность (по ? доли) истца и третьего лица ФИО14Н. для постоянного проживания и ведения хозяйства. После приобретения жилого дома и земельного участка на денежные средства истца в домовладении были выполнены работы и потрачены денежные средства: установка забора по периметру участка, потрачено 250 000 рублей, установка откатных ворот потрачено 50 000 рублей; обустройство бетонной площадки площадью 100 м2 перед домом, потрачено 100 000 рублей. Кроме того, на денежные средства истца был меблирован дом: куплены две кровати общей стоимостью 50 000 рублей; диван стоимостью 50 000 рублей; шкафы стоимостью 50 000 рублей; кухонный гарнитур с бытовой техникой стоимостью 100 000 рублей и приобретены различные предметы обихода, общая сумма затрат истца превысила 700 000 рублей. Вышеуказанные траты, ежемесячные платежи по договорам займа и иные расходы являлись для истца очень обременительными. Проживавшая совместно с ним на тот период ФИО14 знала об этих трудностях. С целью минимизации расходов на выплату процентов по договору займа №-№ от ДД.ММ.ГГГГ супруга истца - ФИО14Н. убедила истца попытаться воспользоваться льготной программой кредитования в АО «Россельхозбанк», который выдавал кредиты на покупку объектов недвижимости в сельской местности. ФИО14Н. убедила истца в целях досрочного погашения договора займа №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, потраченного на покупку жилого дома и земельного участка, «перекредитоваться» в АО «Россельхозбанк» по программе «льготного кредитования покупки недвижимости в сельской местности», то есть воспользоваться правом получения такого льготного кредита. Поскольку жилой дом и земельный участок истцом и третьим лицом уже приобретен в общую долевую собственность, необходимо было формально (для вида) переоформить жилой дом и земельный участок на ее маму - ФИО9 А.В. Согласно договоренности денежные средства ФИО9 А.В. уплачивать по договору не будет, так как сделка совершалась только для вида, с целью дальнейшего получения на имя истца льготного кредита и переоформления обратно в их собственность. Таким образом, предполагалось, что после этого они снова переоформят дом и земельный участок в общую собственность ФИО2 и ФИО14Н., заключив договор купли-продажи так же без передачи собственных денежных средств друг другу. То есть, произошло бы переоформление этих же самых дома и земельного участка с использованием кредитных денежных средств по льготной сельской ипотеке, при этом истец и третье лицо ДД.ММ.ГГГГ заключили официальный брак, и недвижимость считалась бы совместным имуществом. Далее предполагалось, что после обратного переоформления в совместную собственность ФИО2 и ФИО14Н. по договору купли-продажи с использованием льготного кредита, денежные средства, перечисленные банком (льготный кредит) и полученные ФИО9 А.В., она передала бы истцу и он погасил бы задолженность в АО «Газпромбанк» по договору займа №-ПТ-№ от ДД.ММ.ГГГГ. В результате вышеуказанных сделок платежи по договору займа снизились бы с 60 000 рублей примерно до 20 000 рублей, так как по договору займа истец выплачивал проценты в размере 15% годовых, а по сельской ипотеке кредиты выдавали под 1-3%. При этом, ФИО14Н. убеждала истца, что, несмотря на родственные отношения с ФИО9 А.В., получение кредита будет возможно, так как в этом им поможет ее подруга ФИО7, которая на тот момент работала в Россельхозбанк. При этом, как уверяла ФИО14Н., переход права собственности на жилой дом и земельный участок к ее матери ФИО9 А.В. произойдет лишь документально, фактически эти объекты недвижимости останутся во владении и пользовании состоящих уже в браке ФИО2 и ФИО15 В то время (2019 год) отношения между супругами ФИО2 и ФИО14Н., и матерью супруги - ФИО9 А.В. были очень хорошие. ФИО2 полностью доверял ФИО14Н. и ее матери ФИО9 А.В. По это причине ФИО2 согласился формально переоформить жилой дом и земельный участок на свою тещу ФИО9 А.В., составив и подписав ДД.ММ.ГГГГ совместно с ней договор купли-продажи указанного недвижимого имущества. Таким образом, вышеуказанный договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие договору правовые последствия, то есть является мнимой сделкой. По условиям данной мнимой сделки от ДД.ММ.ГГГГ доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, принадлежащие ФИО2 и его супруге ФИО15 фиктивно перешли в собственность ФИО9 А.В. Учитывая, что данная сделка являлась мнимой, в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ стоимость жилого дома с земельным участком как объекта недвижимости указана в размере 70% от его кадастровой стоимости, а именно 1 367 000 рублей, что существенно ниже стоимости, за которую покупали данный дом и земельный участок и без учета расходов, произведенных за прошедшие месяцы. При подписании данного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ никакие денежные средства ответчик ФИО9 А.В. истцу ФИО2 не передавала. После подписания данного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ жилой дом и земельный участок их покупателю ФИО9 А.В. фактически не передавались, она в жилой дом не вселялась и не имела такого намерения. Таким образом, ни одно из условий указанного договора его сторонами фактически не исполнено. Данный мнимый договор купли-продажи жилого дома и земельного участка в последующем был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>. Согласно договоренности истец обращался в Россельхозбанк с вопросов получения сельской ипотеки, в течении первого квартала 2020 года они пытались получить льготный кредит. Однако со слов ФИО14Н. и ФИО7 банк не одобрил предоставление ипотечного кредита на запрошенную сумму. После этого, жилой дом и земельный участок не был переоформлен обратно в долевую собственность ФИО2 и ФИО14Н. в связи с ожиданием истечения 5-летнего срока владения недвижимостью ФИО9 А.В. для переоформления без уплаты налогов с разницы между ценой покупки, а также сохранением возможности получения льготного кредита под эти объекты. После формального заключения договора с ФИО9 А.В., истец и третье лицо ФИО14Н., как и договаривались, продолжали владеть и проживать вышеуказанным домовладением. Лицевые счета, после подписания договора купли-продажи не переоформлялись на ФИО9 А.В. Все расходы на энергоснабжение, проводной интернет, содержание дорог в поселке, откачка канализации вплоть до февраля 2024 года, оплачивались истцом. Также постоянно проводилось улучшения дома и земельного участка (расширение, достройка, установка системы видеонаблюдения, установка автоматики на въездные ворота, покупка бани, теплиц, бассейна, установка хозяйственных построек, площадок, тропинок и др.) осуществлялись истцом и за его счет после подписания им ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи дома и земельного участка. Номинальный владелец дома ФИО9 А.В. фактически в право собственности не вступала, никакого участия в модернизации дома и участка абсолютно не принимала, равно как и в благоустройстве и общественной жизни д. Заполье. На строительство веранды-пристроя к дому площадью 70 м2 и благоустройство земельного участка после строительства общие затраты истца превысили 900 000 рублей. На земельном участке также были установлены купленные на его средства баня-бочка стоимостью 295 000 рублей, две теплицы общей стоимостью 50 000 рублей, смонтирована система полива стоимостью более 50 000 рублей и система видеонаблюдения стоимостью более 20 000 рублей, бассейн стоимостью более 35 000 рублей и прочее. Часть денежных средств в сумме 600 000 рублей на указанные расходы были заняты у тети истца ФИО1. В конце 2023 - начале 2024 годов отношения с ФИО14Н. резко испортились. В период расторжения брака истец с ФИО14 Н. неоднократно вели переговоры по поводу жилого дома и земельного участка. Сначала она признавала требования и говорила, что переоформит дом и земельный участок в долевую собственность, впоследствии продаст и поделит деньги, также вели разговор о денежной компенсации его расходов на приобретение дома и земельного участка и иных затрат. В настоящее время, ФИО14Н., прекратила истцу доступ в дом, мотивируя, что он не является собственником дома. Поскольку фактически ответчик ФИО9 А.В. не выплачивала денежную сумму, оговоренную в фиктивном договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, при разрешении настоящего спора не имеется оснований для возложения на истца ФИО2, обязанности по возврату ответчику ФИО9 А.В. таковой денежной суммы. В случае установления судом мнимости вышеуказанного договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, для восстановления нарушенного права истец просит признать недействительным зарегистрированное право собственности ответчика на жилой дом и земельный участок, а также исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о государственной регистрации права. В связи с указанным истец просит признать договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным; применить последствия недействительности сделки; прекратить право собственности ФИО9 А.В. на недвижимое имущество в виде жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, Пермский муниципальный округ, д. Заполье, 

<

адрес>; исключить из ЕГРН запись регистрации от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО9 А.В.; возвратить в долевую собственность ФИО2 и ФИО9 В.Н. по ? доле каждому право собственности на спорное имущество. 

Истец ФИО2 в судебном заседании просил об удовлетворении заявленных требований, по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно указав, что жилой дом и земельный участок были приобретены за 2 850 000 рублей, о чем был оформлен договор купли-продажи и дополнительное соглашение, в котором была прописана реальная цена продаваемого имущества. В связи с тем, что у него была большая кредитная нагрузка, он с ФИО9 В.Н. стал обсуждать вопрос о снижении кредитной нагрузки и обратили внимание на кредитную программу, которую предлагал АО «Россельхозбанк». Чтобы в дальнейшем выкупить именно этот дом с земельным участком, они стали искать покупателей кого-то из родственников. ФИО9 В.Н. предложила продать спорное имущество ее маме, поскольку она является единственной дочерью, и если даже что-то произойдет, то дом и земельный участок перейдет по наследству. Только с единственной целью он подал заявку в АО «Россельхозбанк», переоформив дом и земельный участок за ответчиком стоимостью 1 367 000 рублей. Цена была определена 70 % от кадастровой стоимости, чтобы минимизировать уплату налогов. Фактически денежные средства ответчиком не передавались. После отказа в банке в предоставлении кредита, они не стали переоформлять обратно спорную недвижимость, так как хотели в последующем снова обратиться в банк и воспользоваться льготной программой. Ответчик в доме появлялась редко, личных вещей у нее так же не находилось. После совершения сделки все расходы по дому нес он, оплачивал коммунальные платежи за электроэнергию. Болезнь его мамы так же послужила тем, чтобы перекредитоваться, поскольку были расходы на ее лечение. 

Из письменных пояснений истца ФИО2 следует, что ФИО9 В.Н. скрывает от суда факт наличия дополнительного соглашения об увеличении стоимости объектов недвижимости при покупке жилого дома и земельного участка в июне 2019 года. В основном договоре цена дома и земельного участка указана в размере 1 335 000 рублей. Между тем, земельный участок продавец ФИО13 приобрел в октябре 2018 года за сумму 285 000 рублей. Представитель ФИО9 В.Н. – ФИО29 направлял договор и дополнительное соглашение в электронном виде в адрес ФИО9 В.Н., данные пересылаемые файлы были созданы и изменены ДД.ММ.ГГГГ, в день сделки. Дополнительным соглашением общая стоимость жилого дома и земельного участка составляла 2 850 000 рублей. Из справки от ДД.ММ.ГГГГ, которая приложена к материалу проверки, следует, что супруга продавца ФИО16 при беседе с оперативным сотрудником указала, что данное дополнительное соглашение ни у нее, ни у ее мужа ФИО17 не сохранилось. Указанная в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ стоимость жилого дома и земельного участка в три раза меньше рыночной стоимости спорных объектов недвижимости, что подтверждается справкой из Пермской торгово-промышленной палаты. Отсутствуют подтверждения наличия денежных средств у ФИО9 А.В. на момент подписания договора купли-продажи. Истец не согласен с доводами о пропуске срока исковой давности, исковое заявление предъявлено по двум основаниям, а именно, что договор купли-продажи является ничтожной (мнимой) сделкой, кроме того данная сделка подлежит квалификации как кабальная, поскольку она совершена истцом на крайне невыгодных для него условиях, которую он был вынужден совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. Ответчик фактически не вступала в права собственности, фактически не приняла имущество после совершения сделки, не вступила во владение данным имуществом, не несла бремя собственника, прежние собственники продолжали проживать в доме, осуществляли дальнейшее строительство домовладения, несли бремя расходов на содержание и улучшение имущества. Принимая во внимание, что фактически заключенная сторонами сделка купли-продажи не исполнялась, то нет оснований полагать, что истцом пропущен срок исковой давности по заявленному требованию о признании сделки мнимой. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Истец ушел из дома ДД.ММ.ГГГГ, с этого времени истцу прекратили доступ в дом, был сменен замок, поставлена охранная сигнализация. 

Представитель истца ФИО2 - ФИО28 в судебном заседании просил об удовлетворении заявленных требований, по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО9 А.В. в судебном заседании участия не принимала, направила представителя. Из письменных объяснений следует, что она приобрела жилой дом и земельный участок по предложению своей дочери ФИО6 и бывшего зятя (истца). Они предложили купить дом и земельный участок, сообщив о том, что она все равно будет жить вместе с ними, что им нужны деньги, что они будут рядом, будут достраивать дом и помогать. Она согласилась, передала им деньги и подписала договор купли-продажи. Сумма сделки была определена исходя из имеющейся у нее на тот момент накопленной денежной суммы. Ни о каких кредитах, которые они хотели взять и о планах выкупа дома у нее обратно, ей не было известно, они об этом не говорили. После покупки, она как полноправный собственник приезжала в дом и использовала его как дачу, сажала, полола, убирала, готовила еду. Дочь и зять продолжали проживать в доме, достраивать и обустраивать быт, о чем и была изначально договоренность. Также они говорил, что купили соседний участок и построят на нем еще один дом. Пенсию она сразу снимает наличными денежными средствами и хранит дома. После выхода на пенсию она длительное время занималась репетиторством по русскому языку и литературе. В результате у нее накопились деньги. Более пяти лет она является собственником дома, как и договаривались, пользовались домом совместно. Считает, что срок исковой давности истцом пропущен, поскольку длительный период времени она является собственником жилого дома и земельного участка, и весь этот период никаких притязаний к ее праву собственности не было (л.д. 188-190). 

Представитель ответчика ФИО9 А.В. - ФИО27 в судебном заседании против удовлетворения предъявленных требований возражал. Указав, что с момента совершения сделки истец пользовался жилым домом и земельным участком, данная сделка была зарегистрирована в установленном законом порядке за ответчиком. На протяжении года стороны не предпринимали меры для расторжения или переоформления договора. Истцом не представлено доказательств, что данная сделка является мнимой. При подписании договора купли-продажи, ответчиком наличными были переданы денежные средства истцу. Основным источником дохода ответчика являлась пенсия, также были дополнительные услуги от репетиторства, поэтому она имела возможность приобрести жилой дом и земельный участок. Так же представителем ответчика заявлено о пропуске срока исковой давности по всем требованиям об оспаривании сделки.

Третье лицо ФИО9 В.Н. в судебном заседании участия не принимала, направила представителя. Из данных ранее пояснений, а также письменных пояснений следует, что с истом познакомились ДД.ММ.ГГГГ, стали совместно проживать с ДД.ММ.ГГГГ в арендованном ею доме по адресу: д. Кондратово, 

<

адрес>, в котором она проживала с 2015 года со своей дочерью ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО2 жил с ними 2 года 8 месяцев за ее счет, никогда не оплачивал коммунальные услуги. Всегда говорил, что у него финансовые трудности, выполнял обязательства по исполнительному производству. Официально между ними брак был зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ. на момент начала совместного проживания с истцом у них было личное имущество, у истца был автомобиль «Мазда», двухкомнатная квартира по адресу: 

<

адрес>, земельный участок 30 соток в д. 

<

адрес> со срубом бани. У нее был автомобиль «Киа Спортейдж», двухкомнатная квартира по адресу: д. Кондратово, Садовое кольцо, 

<

адрес>. В апреле 2019 года им стало известно, что с сентября 2019 года у них больше не будет возможности жить в съемном жилье, и они стали искать для покупки дом с земельным участком. ДД.ММ.ГГГГ они купили дом и земельный участок за 1 335 000 рублей по адресу: 

<

адрес>, д. Заполье, 

<

адрес>. 350 000 рублей внесли из ее личных средств, остальная сумма была оплачена за счет потребительского кредита, оформленного на ФИО2 в сумме 2 500 000 рублей. Кредит был взят в большей сумме, чем стоимость дома для того, чтобы иметь возможность обустроить купленный дом, купить мебель, технику и прочее. Данный кредит в дальнейшем был погашен за счет денежных средств с продажи ее добрачной квартиры, расположенной в д. Кондратово. После покупки дома стали облагораживать участок, поставили забор с откатными воротами, забетонировали площадки перед домом, дорожки, покупали мебель, технику, шторы, гардины, москитные сетки. Финансовая нагрузка на их семью была большая. Истец на тот момент был сотрудником «СибурХимПром», на иждивении у него был сын, он ежемесячно платил ему алименты в размере 25 000 рублей и более, так же оплачивал его учебу в размере 170 000 рублей в год, дополнительно нес большие расходы в связи с болезнью своей матери. После увольнения с работы истец полгода нигде не работал, они жили на ее зарплату. Ежемесячные платежи по кредиту, которые брал истец, составляли около 60 000 рублей в месяц, эту сумму платили пополам, а иногда она оплачивала всю сумму. Ее мать ФИО9 А.В. помогала им и приезжала к ним, видела их дом и говорила, что тоже хочет жить в доме. Она с истцом зная, что у нее есть накопленные денежные средства, с целью уменьшения финансовой нагрузки решили продать указанный дом и земельный участок ее матери и договорились, что когда все обустроят, ее мать будет жить с ними в доме на правах собственника, а они вместе с ней. ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи она и ФИО2 продали жилой дом и земельный участок ее маме - ФИО9 А.В. Она выплатила им по договору купли-продажи сумму в размере 1 367 000 рублей наличными денежными средствами. Договор купли-продажи не был формальным и мнимым. После покупки дома, они передали ей комплект ключей от входных дверей в дом и калитки, мать часто приезжала в дом, занималась огородом, располагалась в отдельной комнате. Сейчас она проживает в данном доме вместе с ней. Чтобы реализовать свои планы и комфортно проживать всем вместе, в декабре 2020 года они купили прилегающий к дому дополнительный земельный участок, оформив его на ФИО2, и планировали построить на нем второй дом для них. Также они стали делать пристрой к дому, потратив на это более 1 140 000 рублей. Также в этот период времени они достраивали совместно дачу в д. Першино. Для строительства они хотели воспользоваться льготной ипотекой, но им отказал Банк. Из-за больших затрат, она предложила истцу продать квартиру его квартиру на 

<

адрес> и закрыть потребительский кредит, но он отказался, указав, что фактически кредит был взят на дом и его благоустройство, а дом сейчас принадлежит ее маме, то будет правильнее, если она продаст свою квартиру и погасит все обязательства. В декабре 2020 года она продала свою квартиру и полностью оплатила потребительский кредит ФИО2 в сумме 2 200 000 рублей. То есть ФИО2 продал свою ? долю в доме и земельном участке, чтобы поправить свои финансовые трудности, и продолжал проживать в спорном доме. ДД.ММ.ГГГГ истец сообщил ей, что он уходит от нее и подает на развод. После того как он ушел, стал с нее требовать 2 500 000 рублей якобы вложенные им в обустройство дома и земельного участка. Если бы сделка была мнимой, то истец с момента ее заключения или хотя бы после нее, как им отказали в выдаче ипотечного кредита, мог потребовать бы переоформление недвижимости обратно. Но сделал он это только после того, как она отказала ему в требовании выплатить 2 500 000 рублей. Сделка, заключенная ДД.ММ.ГГГГ, начала исполняться сразу после подписания договора, ФИО2 подтвердил факт получения денежных средств, собственноручно указав об этом в договоре. То обстоятельство, что они, будучи супругами, не смогли реализовать планы по строительству еще одного дома на участке и продолжали жить в мамином доме, не свидетельствует о том, что дом и земельный участок не были переданы ее маме. Ее мама тогда и по сегодняшний день беспрепятственно пользуется приобретенным имуществом. Довод истца о том, что у него не было никакого финансового интереса продавать дом ее матери за такие маленькие деньги, противоречит имеющимся доказательствам. Поскольку дом ее маме продали немного дороже, чем сами его покупали в долевую собственность, а также кредит, который был взят истцом на приобретение спорного имущества, погашен за счет продажи ее добрачной квартиры. По этой же причине доводы о кабальности сделки не соответствует действительности. В данном случае срок исковой давности истцом пропущен, так как спорная сделка исполнена более 5 лет назад (л.д. 67-68, 142-146). 

Представитель третьего лица ФИО9 В.Н. - ФИО29 в судебном заседании с доводами искового заявления не согласился. Из пояснений, данных в ходе судебного разбирательства и письменных объяснений следует, что истцом пропущен срок исковой давности, поскольку оспариваемая истцом сделка была совершена ДД.ММ.ГГГГ, ее исполнение было совершено в тот же день: были переданы денежные средства, о чем имеется расписка в их получении на договоре. Стороны подали документы в МФЦ для государственной регистрации перехода права собственности на покупателя. Истец в течение пяти лет не был лишен возможности предъявить требования о недействительности сделки, и не имеет значения, по каким мотивам этого не сделал. Кроме того, договорённости были о совместном проживании в доме, а не о переоформлении его обратно. Поэтому истец не имел никаких притязаний на спорный дом и земельный участок с конца 2020 года. Он продолжал жить в доме ответчика как супруг ее дочери, и не было никаких разговоров о том, что его как-то обидели или обманули. Затруднительное материальное положение также свидетельствуют о действительности сделки, а не о ее мнимости. Истец и третье лицо нуждались в денежных средствах необходимых для улучшения приобретенного ими жилого дома и земельного участка. Истец имел большую кредитную нагрузку, для чего обращался для рефинансирования кредита в АО «Газпромбанк», после чего размер ежемесячного платежа снизился, а также он обращался в АО «Россельхозбанк» ДД.ММ.ГГГГ с заявкой о получении кредита, но в выдаче кредита ему было отказано. После этого истец и третье лицо совершили сделку купли-продажи жилого дома и земельного участка ответчику, получив по сделке денежные средства, которые в дальнейшем использовали для работ по обустройству жилого дома и земельного участка. Проживать в доме сразу или позже, использовать его как дачу, разрешить проживание в доме своей дочери и зятю, это право ответчика. Также не является основанием к недействительности сделки проживание в доме истца и третьего лица после отчуждения дома ответчику. Ответчик действовала добросовестно, с ее стороны ни каких недобросовестных или противоправных действий не совершалось, ни в понуждении истца совершить сделку, ни совершением сделки в отношении третьих лиц. Не имеет значения, за какую стоимость приобреталось это имущество истцом и третьим лицом. Истец производил отчуждение только половины недвижимого имущества, и произведя отчуждение своей доли фактически ничего не терял, продолжал пользоваться земельным участком и проживать в жилом доме. В ходе судебного разбирательства пояснениями ответчика, расчетом накоплений и показаниями свидетелей установлено, что ответчик помимо получения пенсии имела дополнительный доход, получаемый от репетиторства, в связи, с чем имела в наличии накопленные денежные средства, необходимые для совершения сделки. Также для признания договора купли-продажи недействительным, истцом пропущен срок исковой давности. 

Представитель третьего лица ФИО9 В.Н. – ФИО30 не явилась в суд, ранее в судебном заседании с доводами искового заявления не согласилась, указав, что истец, реализуя дом с земельным участком, решил все свои финансовые трудности. Кредитные обязательства, которые истец брал на приобретение дома, погашены в 2020 году за счет средств, от продажи квартиры ФИО9 В.Н. в д. Кондратово. После того, как истец продал свою долю ответчику, он продолжал проживать в данном доме. Если бы сделка была мнимой, то после отказа в выдаче кредита в банке, он мог бы потребовать обратно переоформление дома с земельным участком. В данном случае срок исковой давности истцом пропущен.

Третье лицо Управление Росреестра по 

<

адрес> в судебное заседание представителя не направило, извещено надлежащим образом, представлен письменный отзыв на исковое заявление, из которого следует, что требования об исключении записей в ЕГРН не могут быть удовлетворены, поскольку адресованы третьему лицу и фактически направлены на оспаривание действий органа регистрации прав или возложении на него дополнительных обязанностей в качестве меры восстановления нарушенного права, в соответствии с главой 22 КАС РФ. Вместе с тем к Управлению, как к ответчику в рамках административного судопроизводства требования не предъявлялись, следовательно, не подлежат удовлетворению. В действующем законодательстве отсутствует такой способ защиты нарушенного права, как исключение записи в ЕГРН. Следовательно, требование об исключении записи из ЕГРН является ненадлежащим способом защиты своего права и не подлежит удовлетворению судом. Требование об исключении записи из ЕГРН само по себе не приведет к восстановлению прав истца, и являются излишними, необходимые действия в ЕГРН будут осуществлены государственным регистратором в соответствии с нормами действующего законодательства (л.д. 32-34). 

Суд, заслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы настоящего гражданского дела, отказной материал КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, установил следующие обстоятельства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В силу пункта 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. 

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно абзаца 4 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки. 

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. По смыслу приведенной правовой нормы мнимой является та сделка, все стороны которой не намерены создать соответствующие ей правовые последствия. 

Как разъяснено в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из смысла приведенной нормы и акта ее толкования, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. 

В силу пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. 

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. 

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных норм права, для признания договора купли-продажи мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Такая сделка характеризуется несоответствием письменно выраженного волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение и прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей. 

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 3 статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При этом по мотиву кабальности не может быть оспорена сделка, заключенная вследствие неосмотрительного поведения потерпевшего, незнания рыночной конъюнктуры либо экономического просчета потерпевшего. 

Учитывая толкование положений части 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает, что для признания сделки недействительной по признакам кабальности необходимо установить наличие следующих обстоятельств: сделка совершена потерпевшим вынужденно либо вследствие стечения тяжелых обстоятельств; условия сделки являются крайне невыгодными для потерпевшего; другая сторона по сделке осведомлена об обстоятельствах, в которых действует потерпевший, и использует их для собственной выгоды. 

По своему содержанию часть 3 статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации говорит о том, что основанием для признания сделки недействительной является несоответствие волеизъявления потерпевшей стороны ее действительной воле, искажение воли представляемого и ее подмена волей представителя. 

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). 

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130) (пункт 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу требования пункта 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации. 

Судом установлено, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ. Брак расторгнут ДД.ММ.ГГГГ, супруге после расторжения брака присвоена фамилия «ФИО9» (л.д.12, 18, 31).

Между ФИО13 (Продавец) и ФИО2, ФИО19 (Покупатели) заключен договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ согласно которого Продавец обязуется передать в общую долевую собственность Покупателям по ? доле в праве каждому, а Покупатели обязуются принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора каждый по ? доле в праве на следующее недвижимое имущество: индивидуальный жилой дом, назначение: жилой дом, площадь 144 кв.м., адрес: 

<

адрес>, Култаевское с/п, д. Заполье, 

<

адрес>, кадастровый №; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для жилищного строительства, площадь 1170 кв.м., адрес: 

<

адрес>, Култаевское с/п, д. Заполье, 

<

адрес>, земельный участок 16, кадастровый № (п. 1 Договора).

Согласно п. 3 Договора стоимость отчуждаемого недвижимого имущества определяется сторонами следующим образом: дом на сумму 1 160 000 рублей, земельный участок в сумму 175 000 рублей. Оплата стоимости недвижимого имущества производится в момент подписания настоящего договора наличными денежными средствами. 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, ФИО14Н. (Продавцы) и ФИО9 А.В. (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: индивидуальный жилой дом, площадью 144 кв.м., с кадастровым номером №, и земельный участок площадью 1170 кв.м., с кадастровым номером №, расположенные по адресу: 

<

адрес>, Култаевское с/п, д. Заполье, 

<

адрес>. Стоимость недвижимого имущества определяется сторонами следующим образом: дом в размере 1 160 000 рублей, земельный участок в размере 207 000 рублей. 

Оплата стоимости недвижимого имущества производится в момент подписания настоящего договора наличными денежными средствами.

Денежные средства в сумме 1 367 000 рублей получены Продавцами, что подтверждается распиской в получении денежных средств на Договоре (л.д. 13, 73). 

Право собственности на жилой дом с кадастровым номером №, и земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано за ФИО9 А.В. ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (л.д.38-41).

Из пояснений истца следует, что к договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13 (Продавец) и ФИО2, ФИО19 (Покупатели) ДД.ММ.ГГГГ было заключено дополнительное соглашение, согласно которого пункт 3 Договора изложен в редакции: «Стоимость отчуждаемого недвижимого имущества определяется сторонами следующим образом: дом в сумме 2 455 000 рублей, земельный участок в сумме 395 000 рублей. 

Стороной истца, в материалы дела представлены документы, заверенные протоколом осмотра доказательств нотариуса ФИО20, для доказательств подтверждения факта составления дополнительного соглашения об увеличении стоимости дома и участка ДД.ММ.ГГГГ. 

Доводы истца о составлении и подписании дополнительного соглашения к договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ судом подлежат отклонению, поскольку доказательств того, что между сторонами заключалось какое-либо дополнительное соглашение во изменение условий договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ истцом не представлено и материалы дела не содержат.

Также доводы истца о том, что дополнительное соглашение было направлено представителем третьего лица в электронном виде в адрес ФИО9 В.Н. и что пересылаемые файлы были созданы и изменены ДД.ММ.ГГГГ, в день совершения сделки по приобретению жилого дома и земельного участка, так же не свидетельствуют о наличии данного дополнительного соглашения.

Между «Газпромбанк» (Акционерное общество) и ФИО2 заключен договор потребительского займа №-№ от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 500 000 рублей на срок ДД.ММ.ГГГГ. 

Также между «Газпромбанк» (Акционерное общество) и ФИО2 заключен договор потребительского займа №-№ от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 392 400 рублей на срок ДД.ММ.ГГГГ. 

За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была направлена на рассмотрение заявка № от ДД.ММ.ГГГГ по программе «сельская ипотека» на сумму 3 000 000 рублей сроком на 270 месяцев (процентная ставка 2,7% годовых), по которой было принято отрицательное решение по инициативе Банка, что следует из ответа АО «Россельхозбанк».

Согласно справке «Газпромбанк» (Акционерное общество) обязательства по уплате процентов и погашению основного долга по договору № от ДД.ММ.ГГГГ исполнены в полном объеме. Кредитный договор закрыт ДД.ММ.ГГГГ (л.д.11, 168).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО14Н. (Продавец) и ФИО21 (Покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, д. Кондратово, 

<

адрес> кольцо, 

<

адрес>. Цена квартиры определена сторонами в размере 3 250 000 рублей. То есть сделка произведена накануне перед погашением задолженности кредитного договора №-№ от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.153-156), что можно сделать вывод о том, что денежные средства от продажи указанной квартиры пошли в счет погашения задолженности по кредитному договору №-№ от ДД.ММ.ГГГГ.

Опрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО22 показала, что знакома с ФИО6, поскольку их дети ходили в один садик, ФИО4 в одну школу. Ввиду того, что ее дочь не успевала по школьной программе, а мама ФИО8 работала учителем, она с ФИО8 договорилась, что ее мама подтянет ребенка по школьной программе. В 2018-2019 году ее дочь ездила к ФИО9 А.В. 2-3 раза в неделю, а ФИО4, обучаясь в 10-11 классе, ездила для подготовки к ЭГЭ по русскому языку и литературе. Занятия по репетиторству проходили 1,5-2 часа, стоимость занятия была 1 000 рублей, денежные средства передавались ФИО9 А.В. наличными. 

Свидетель ФИО23 показала, что с ФИО9 А.В. знакома с 1995 года, работали в одной школе, с тех пор у них приятельские отношения. ФИО4 А.В. ушла работать в другую школу для детей с ограниченными возможностями, знает, что она несколько лет занималась репетиторством. О том, что ФИО9 А.В. занималась репетиторством по русскому языку и литературе с 2011 года по 2019 год, известно с ее слов, так как они часто с ней созваниваются. Она в этот же период времени так же занималась репетиторством и стоимость одного часа составляла 300-350 рублей, а если была подготовка к ЕГЭ, то стоимость составляла 500-750 рублей. У ФИО9 А.В. всегда можно было занять денежные средства, она считалась женщиной в достатке. Однажды ФИО9 А.В. сказала, что купила дом в районе 

<

адрес>, но, за сколько она его приобрела и у кого, она (свидетель) не спрашивала. В доме в гостях у ФИО9 А.В. она не была, только в квартире в 

<

адрес>. Знает, что ФИО9 А.В. около года проживает в доме с дочерью ФИО8. 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ был опрошен в качестве свидетеля ФИО24, который показал, что ФИО2 приходится ему другом, знает его около 20 лет. ФИО6 знает около 10 лет, неприязненных отношений нет. ФИО2 и ФИО6 проживали в д. Кондратово, снимали дом, но были вынуждены съехать с данного жилого помещения и стали экстренно искать жилой дом для покупки, определенного размера с коммуникациями и ремонтом, советовались с ним, поскольку он сам построил уже три дома на тот момент и знал цены. Приобрели они дом с земельным участком в течении двух месяцев по адресу: д. Заполье, Ясная, 

<

адрес> стоимостью 2 900 000 рублей, в дальнейшем были выполнены работы самим ФИО2 и его братом Димой по установке забора, ворот, бетонной площадки, также кого-то нанимали для выполнения данных работ. В дом была куплена вся мебель, в том числе и кухня. После покупки дома, в нем проживали ФИО2, ФИО6 и ее дочь Маша. ФИО4 купила дочери квартиру на денежные средства от продажи квартиры в д. Кондратово и последние годы они проживали вдвоем в доме. В доме он (свидетель) мать ФИО6 не видел, видел только двоюродную сестру ФИО8 - ФИО32. В дальнейшем к нему подошел ФИО2 с ФИО8, спросили про переоформление дома, так как им необходимо было перекридитоваться, а ФИО4 снова выкупить данный дом, но больше этот вопрос не поднимался. Позже он узнал, что дом был переоформлен на маму ФИО8, но при нем разговора о переоформлении дома на маму ФИО8 не было. Считает, что переоформление дома связано с тем, чтобы уменьшить кредитную нагрузку, взять кредит в АО «Россельхозбанк» с маленьким процентом, это было выгодно с финансовой точки зрения. После 2020 года на данном земельном участке был сделан курятник, пристрой, построена баня, две теплицы. Дом с земельным участком был приобретен за наличные денежные средства, но кто вкладывался в покупку спорного имущества, не знает. ФИО2 работал на предприятии «ФИО11», получал достаточно хорошо. Также ими еще был приобретен один земельный участок. Дом с земельным участком они оформили в долевую собственность. На момент приобретения спорного имущества, у ФИО2 была дача и квартира в 

<

адрес>, которую ему подарил отец. У ФИО6 также была квартира в д. Кондратово, которую она в дальнейшем продала и купила квартиру своей дочери в 

<

адрес>. Коммунальные платежи за дом оплачивал ФИО2

Свидетель ФИО25 показал, что ФИО2 приходиться ему братом, ФИО6 бывшая супруга брата. В 2019 году к нему обратился брат и попросил посчитать строительство нового дома, сумма выходила около 3 000 000 рублей, но его это не устроило. В дальнейшем он приобрел готовый дом с внутренней отделкой и земельным участком, цена была меньше 3 000 000 рублей, который оформили в долевую собственность. Для того, чтобы уменьшить платежи по кредиту, переоформить кредит в банке, они оформили дом на маму ФИО8, это было их общее решение. Данная сделка была совершена для уменьшения кредита, в дальнейшем они хотели переоформить все обратно. В спорном жилом доме проживали его брат с супругой и ее дочь ФИО33, больше в доме никого не видел. После 2020 года они совместно с братом производили работы по установке забора, курятника, пристроя, заливали площадку. 

К показаниям свидетелей ФИО24 и ФИО25, допрошенных в судебном заседании по ходатайству истца, суд относится критически, поскольку показания указанных свидетелей не подтверждают обстоятельства, на которые истец ссылается в обосновании заявленных требований о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Свидетели не присутствовали при заключении оспариваемого договора купли-продажи. 

Как следует из объяснений истца, ответчика и третьего лица в ходе судебного разбирательства, воля сторон была направлена на создание правовых последствий купли-продажи ответчику ФИО9 А.В. жилого дома и земельного участка, что и было реализовано в результате совершения сделки. 

При этом договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ подписан; расчет произведен, что следует из самого договора; право собственности покупателя ФИО9 А.В. зарегистрировано в Управлении Росреестра. 

Тем самым истец осознавал последствия заключенной сделки, имел намерение получить определенную материальную выгоду, производя отчуждение объектов недвижимости, понимал, что в дальнейшем не будет являться их собственником. Также истец осознавал, в отношении какого имущества и в чью пользу он совершает сделку, каким способом распоряжается принадлежавшим ему недвижимым имуществом. 

Довод истца о том, что он, подписывая договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, совершал указанную сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, суд во внимание не принимает, поскольку в силу пункта 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Вместе с тем, в настоящем случае данная правовая презумпция в отношении истца опровергнута, а, подписывая договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ без намерения его исполнять, истец должен был понимать возможные негативные последствия своих недобросовестных действий. 

Истцом не представлено доказательств, а судом не установлено обстоятельств, подтверждающих заключение оспариваемого договора, направленного на достижение других правовых последствий и прикрывающего иную волю всех участников сделки. Достоверных и убедительных данных, свидетельствующих о том, что стороны сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не имели намерений ее исполнять или требовать исполнения, в деле также не имеется. 

Также, доказательств, подтверждающих безденежность оспариваемого договора купли-продажи, истцом не представлено. 

Довод истца о том, что жилой дом и земельный участок фактически не были переданы в собственность ответчика, так как ФИО9 А.В. в жилой дом не вселялась, опровергаются представленными суду сведениями о фактическом использовании спорным жилым домом и земельным участком. Ответчик ФИО9 А.В. имела доступ в жилой дом, при этом до февраля 2024 года стороны находились в хороших отношениях, использовали жилой дом и земельный участок по взаимной договоренности. Факт заключения договора купли-продажи и приобретение спорного жилого дома и земельного участка в собственность ответчика не возлагает на него безусловную обязанность вселиться в дом. 

Фактические обстоятельства, на которые ссылается истец как на основание своих требований о том, что в действительности воля истца не была направлена на продажу имущества, переход права был осуществлен между сторонами сделки на время, с целью обратного переоформления в дальнейшем права собственности на истца и третьего лица на жилой дом и земельный участок надлежащими доказательствами не подтверждены, стороной ответчика и третьего лица, данные обстоятельства не признавались.

В материалах дела отсутствуют доказательства наступления иных правовых последствий, чем те, которые предусмотрены заключенным сторонами договором купли-продажи квартиры. 

Тот факт, что истец нес расходы по содержанию и уходу за домовладением, в котором продолжил проживать вместе с супругой (третьи лицом по делу), не указывает на мнимость договора, поскольку сохранение права пользования не исключает несение расходов, направленных на обеспечение условий для комфортного проживания.

Также суд полагает, что истцом в судебном заседании не представлено, а судом не добыто доказательств того, что договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ был заключен на крайне невыгодных условиях. 

Ссылаясь на кабальность сделки купли-продажи, истец также не представил доказательств заключения договора под влиянием обмана, вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях.

Кроме того, оценивая доводы истца о кабальности сделки в связи с тем, что объекты недвижимости были проданы по значительно заниженной цене, суд приходит к выводу, что данное обстоятельство не может являться основанием для признания договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, поскольку стороны договора свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий сделки. 

Проанализировав действия сторон оспариваемого договора в их взаимосвязи, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что вопреки доводам истца о мнимости заключенного договора купли-продажи, данная сделка мнимой не является, также не имеется, доказательств подтверждающих, что сделка является кабальной. Действия сторон были направлены на фактическое возникновение гражданских прав и обязанностей по осуществлению и реализации оспариваемой сделки. Стороны сделки имели намерение создать именно соответствующие правовые последствия в отношении предмета сделки, спорное имущество в фактическое владение и пользование покупателя-ответчика. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что оспариваемая сделка была совершена формально, стороны при ее заключении преследовали иные цели, их действия не были направлены на достижение юридического результата.

Принимая во внимание вышеизложенное, оценив в совокупности представленные доказательства, суд полагает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, доказательств наличия у стороны по сделке заблуждений относительно природы оспариваемой сделки или ее предмета, а также подтверждающих, что сделка является кабальной и совершена под влиянием обмана, угрозы либо вследствие тяжелых обстоятельств, которые сторона по сделке не смогла бы преодолеть иначе как посредством заключения оспариваемой сделки, в материалы дела не представлено.

Рассматривая заявленное стороной ответчика и третьего лица ходатайство о применении срока исковой давности, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Переход права собственности от ФИО2 и ФИО9 В.Н. к ФИО9 А.В. был зарегистрирован в ДД.ММ.ГГГГ, договор купли-продажи спорного имущества подписан и исполнен ДД.ММ.ГГГГ. ФИО9 А.В. с этого времени осуществляла правомочия собственника. Об оспариваемом договоре купли-продажи дома и земельного участка истцу было известно с момента его заключения - с ДД.ММ.ГГГГ, а с иском о признании данного договора кабальным и недействительным истец обратился ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении срока исковой давности, что ФИО2 в ходе рассмотрения дела не оспаривалось. Таким образом, истец, действуя разумно, имел возможность обратиться за защитой нарушенного права в установленный срок, однако данным правом не воспользовался. 

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечении срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске о признании договору купли-продажи недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

В соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Вместе с тем, суд не усматривает исключительного случая при рассмотрении настоящего дела, поскольку ФИО2 самостоятельно подписывал договор купли-продажи дома и земельного участка, ему должно было стать известно о нарушении его права. 

При указанных обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований истца. 

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 к ФИО5 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки – оставить без удовлетворения. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в 

<

адрес>вой суд через Пермский районный суд 

<

адрес>.

Судья /подпись/ О.А. Штенцова 

Копия верна:

Судья О.А. Штенцова 

подлинник подшит в гражданском деле № 2-1253/2025

Пермского районного суда Пермского края