Дело № 44г-78/2017

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Ленинградского областного суда

Санкт-Петербург 28 ноября 2017 года

Президиум Ленинградского областного суда в составе:

председательствующего Подносовой И.Л., 

членов президиума Волковой Е.И., Морозова Н.А.

ФИО1, ФИО2, 

при секретаре Сидориной Д.Е.

рассмотрев по кассационной жалобе представителя конкурсного управляющего АО Таурус Банк - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - по доверенности ФИО3, поступившей в Ленинградский областной суд 18 сентября 2017 года, на решение Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 01 декабря 2016 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 23 марта 2017 года истребованное гражданское дело № 2-1233/2016 по иску Таурус Банка (акционерного общества) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору,

переданное на рассмотрение президиума Ленинградского областного суда определением судьи Ленинградского областного суда Логовеевой Е.Г. от 23 октября 2017 года, 

установил:

Таурус Банк (акционерное общество) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в суд с иском к ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору № № от 14 апреля 2015 года с учетом увеличения размера исковых требований в сумме 12709 366 рублей 16 копеек, ссылаясь в обоснование на ненадлежащее исполнение ответчиком принятых на себя обязательств по кредитному договору, в результате чего у ответчика перед истцом образовалась задолженность по кредиту.

Возражая против заявленных требований, ответчик ссылалась на отсутствие кредитных обязательств и отсутствие документа, подтверждающего волеизъявление ответчика на получение кредита.

Решением Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 01 декабря 2016 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 23 марта 2017 года, в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе представителем конкурсного управляющего АО Таурус Банк - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - по доверенности ФИО3, ставится вопрос об отмене принятых по делу судебных постановлений суда первой и апелляционной инстанции как незаконных и необоснованных, постановленных с существенным нарушением норм материального и процессуального права, принятии нового судебного решения об удовлетворении иска. 

Помимо иных доводов, податель жалобы полагает, что судом при разрешении спора не учтены положения пункта 3 статьи 196 ГПК РФ и разъяснения Верховного Суда РФ, содержащиеся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и не применен закон, подлежащий применению. Ссылается на наличие доказательств, подтверждающих факт перечисления на счет ответчика суммы в размере 10000000 рублей, которая не возвращена. Между тем судом факт обогащения ФИО4 за счет Банка судом не исследовался. 

В возражениях на кассационную жалобу ФИО4 поддерживает позицию, изложенную в судах первой и апелляционной инстанции. Полагает решение суда и апелляционное определение законными и обоснованными, а доводы кассационной жалобы не подлежащими удовлетворению. Истцом не представлено ни единого документа, подтверждающего волеизъявление ответчика на получение кредита. Указывает, что кредитный договор должен быть заключен исключительно в письменной форме и несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Обязательств между истцом и ответчиком, закрепленных и образовавшихся из соответствующего договора, составленного в надлежащей форме, не имеется, вследствие чего исковые требования удовлетворению не подлежат.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 26 сентября 2017 года судьей Ленинградского областного суда данное гражданское дело было истребовано, поступило в Ленинградский областной суд 04 октября 2017 года и передано на рассмотрение президиума Ленинградского областного суда определением судьи от 23 октября 2017 года.

Заслушав доклад судьи Логовеевой Е.Г., выслушав объяснения представителей конкурсного управляющего АО Таурус Банк - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - по доверенности ФИО3 и ФИО5, поддержавших жалобу, объяснения ФИО4 и ее представителя ФИО6, полагавших жалобу необоснованной и не подлежащей удовлетворению, проверив дело в пределах доводов кассационной жалобы, президиум Ленинградского областного суда приходит к следующему. 

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. 

При проверке дела установлено, что такие существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судом первой и апелляционной инстанции при рассмотрении дела.

Из дела следует, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 30 июня 2015 года АО Таурус Банк признано банкротом, конкурсным управляющим назначен ГК «Агентство по страхованию вкладов». 

Обращаясь в суд с иском о защите нарушенного права и требуя возврата денежной суммы перечисленной на счет ответчика, истец представил анкету клиента – физического лица, распоряжение о предоставлении кредита, выписку по лицевому счету и расчет задолженности по кредитному договору от 14 апреля 2015 года, согласно которой задолженность ответчика перед банком по состоянию на 26 мая 2016 года составила 12709366 рублей 16 копеек. 

Кредитный договор № от 14 апреля 2015 года истцом не представлен. 

Суд первой инстанции, разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из недоказанности факта заключения между сторонами кредитного договора, его условий, и, соответственно, недоказанности возникновения задолженности по кредиту, указав на отсутствие подлинного кредитного договора, либо другого документа, подтверждающего перечисление либо получение указанной суммы ответчиком.

При этом суд отверг доводы представителя истца о наличии распоряжения о предоставлении кредита, перечислении банком денежных средств на счет ответчика и о выдаче денежных средств со счета, в подтверждение чего представлена банковская выписка по счету, указав, что приведенные обстоятельства не могут служить основанием для удовлетворения требований о взыскании денежных средств с ответчика по заявленному в иске основанию, а именно, по основанию заключения кредитного договора и неисполнению вытекающих из него обязательств.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции по мотивам, приведенным в решении суда. Ссылку в апелляционной жалобе на неприменение судом пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела первого части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судебная коллегия отвергла как несостоятельную, указав на отсутствие оснований для выхода за пределы заявленных требований и самостоятельной переквалификации предмета исковых требований с требований о взыскании задолженности по кредитному договору на требования о взыскании неосновательного обогащения.

С приведенными выводами судов первой и апелляционной инстанции президиум не соглашается, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального и процессуального права.

Как видно из дела предметом спора является денежная сумма, предъявленная ко взысканию. В подтверждение наличия кредитных отношений Агентством представлены: анкета клиента – физического лица, распоряжение о предоставлении кредита, выписка по лицевому счету.

К отношениям по кредитному договору применяются правила о договоре займа, если иное не предусмотрено правилами о кредитном договоре и не вытекает из существа кредитного договора (пункт 2 статьи 819 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Поскольку кредитный договор является реальной сделкой и считается заключенным не с момента подписания договора, а с момента передачи суммы кредита заемщику, то само по себе несоблюдение письменной формы не лишает его юридической силы при подтверждении документально фактического его исполнения. Правоотношения сторон, связанные с выдачей и получением кредита отличаются присущей им спецификой, они связаны с совершением кредитной организацией и заемщиком целого ряда отдельных действий.

То обстоятельство, что истцом не представлен кредитный договор в подлиннике, не лишает истца права ссылаться в подтверждение существования обязательственных правоотношений на иные доказательства, удостоверяющие передачу займодавцем определенной денежной суммы. Представленные документы, содержащие существенные условия договора, могут служить доказательством наличия между сторонами гражданско-правовых отношений.

Нарушение судом первой инстанции норм материального права и неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, привели к тому, что остались невыясненными юридически значимые обстоятельства по иску о взыскании суммы долга по договору кредита, а именно: факт передачи суммы кредита заемщику. При этом под передачей суммы кредита заемщику должен пониматься не только факт открытия банком счета, на который перечисляется кредит (поскольку такое открытие счета может произойти и без участия лица, в пользу которого открывается счет), а фактическое распоряжение лицом, на чье имя данный счет открыт, находящимися на нем денежными средствами.

Кроме того, в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом. По смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Из положений статей 56, 195 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации и разъяснений по их применению, содержащихся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», а также в пунктах 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также требований и возражений сторон.

Согласно части 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В силу статей 67,327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исследование и оценка доказательств и установление обстоятельств по делу относится к компетенции судов первой и апелляционной инстанций. 

Между тем суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводом суда первой инстанции, принявшим во внимание в нарушение принципа независимости и объективности только доводы ответчика об отсутствии письменного договора без их исследования и проверки, приведенные выше положения гражданского процессуального законодательства, регулирующие процесс доказывания, во внимание не принял и не создал условия для правильного установления фактических обстоятельств дела, не исследовал и не проверил заслуживающие внимания доводы истца и не дал им оценки. 

С учетом изложенного, президиум находит, что допущенные судом апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов истца, и учитывая необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства, полагает определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 23 марта 2017 года подлежит отмене, с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение. 

Руководствуясь статьей 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Ленинградского областного суда

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 23 марта 2017 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

Председательствующий И.Л.Подносова

Судья Воронина Н.П. Состав судебной коллегии: 

ФИО7- предс., 

ФИО8-докл., Боровской В.А.

докладчик на президиуме Логовеева Е.Г.