Дело №2-29/2021

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 августа 2021 года город Новосибирск 

Новосибирский областной суд в с о с т а в е :

председательствующего Егоровой С.В.,

при секретаре КАС,

с участием: 

государственных обвинителей - прокуроров отдела государственных обвинителей 

прокуратуры 

<

адрес> ФИО1, ФИО2,

подсудимого ПДИ,

защитника – адвоката Ширшовой В.О.,

потерпевшей ПТМ,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ПДИ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего неполное среднее образование, холостого, не имеющего детей, не трудоустроенного, зарегистрированного и проживавшего по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимого,

осужденного 28 октября 2020 года Болотнинским районным судом Новосибирской области по п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ, к лишению свободы сроком на 1 год 6 месяцев, условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев,

в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст.158, п. «к» ч.2 ст. 105 УК РФ,

у с т а н о в и л :

Подсудимый ПДИ путем незаконного проникновения в жилище тайно похитил чужое имущество; он же, умышленно, с целью скрыть другое преступление причинил смерть БВА

Преступления совершены им в 

<

адрес> при следующих обстоятельствах.

В ночь с 15 на 16 июля 2020 года у ПДИ возник преступный умысел, направленный на тайное хищение денежных средств у ранее ему знакомого, БВА, с незаконным проникновением в жилище последнего.

Реализуя свой преступный умысел ПДИ, в указанный период времени, пришел к дому 

<

адрес>, через двор прошел в огород, разбил стекло в окне дома, и через образовавшийся оконный проем, незаконно проник в дом, прошел в комнату, где в тот момент на кровати спал потерпевший БВА., и действуя умышленно, из корыстных побуждений, из кармана спортивной кофты лежавшей на кресле, тайно похитил денежные средства в сумме 700 (семьсот) рублей, которыми впоследствии распорядился по своему усмотрению, причинив потерпевшему БВА материальный ущерб.

После совершения тайного хищения имущества БВА, в это же время, у ПДИ, опасавшегося, что потерпевший БВА может обнаружить его на месте происшествия и обратиться в правоохранительные органы с заявлением о привлечении к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного п. а ч. 3 ст. 158 УК РФ, желавшего избежать уголовной ответственности за совершенное преступление, возник преступный умысел, направленный на убийство БВА, с целью скрыть ранее им совершенное преступление. С этой целью ПДИ взял на веранде дома топор и реализуя свой преступный умысел нанес им спящему на кровати в комнате дома БВА удар в жизненно важный орган - голову. От полученного удара БВА поднялся с кровати и сразу же упал на пол. Продолжая осуществлять свой преступный умысел, направленный на убийство БВА, ПДИ, нанес топором множественные удары, всего не менее десяти, по голове и шее потерпевшего, после чего убедившись, что БВА не подает признаков жизни, скрылся с места совершения преступления.

В результате умышленных преступных действий ПДИ, БВА были причинены телесные повреждения:

1.1. множественные рубленные раны головы (7) с повреждением костей свода черепа, лицевого скелета, повреждением твердой мозговой оболочки справа, повреждением мягкой мозговой оболочки справа в височной и частично теменной долях с разрушением вещества головного мозга в правой височной доле, субарахноидальное кровоизлияние справа в теменной доле и частично в затылочной доле; 

1.2. рана верхнего века правого глаза с краевым переломом верхнего края правой глазницы без перехода на его стенку;

1.3. поверхностная резаная рана шеи справа, рубленая рана передней поверхности шеи. 

Смерть потерпевшего БВА наступила на месте происшествия от разрушения вещества головного мозга в результате множественных рубленых ран головы.

В судебном заседании подсудимый ПДИ, вину в совершении преступлений признал в полном объеме, от дачи показаний на основании ст. 51 Конституции РФ отказался, подтвердил явку с повинной и свои показания данные на предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого и при проверке показаний на месте, которые были оглашены в порядке ст. 276 УПК РФ.

Исследовав материалы уголовного дела, выслушав допрошенных в судебном заседании лиц, суд находит вину подсудимого ПДИ в совершении указанных преступлений установленной следующими доказательствами.

Так, по убеждению суда, виновность подсудимого ПДИ в тайном хищении имущества принадлежащего БВА совершенном с незаконным проникновением в жилище и в убийстве БВА с целью скрыть другое преступление, подтверждается показаниями ПДИ данными на предварительном следствии в явке с повинной, при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого и при проверке показаний на месте, исследованными в судебном заседании в соответствии с положениями ст. 276 УПК РФ, в которых он полностью изобличал себя в совершении вышеуказанных преступлений, и согласно которым, 16 июля 2020 года около 00 часов 10 минут находясь в состоянии алкогольного опьянения, он пошёл к соседу - БВА, с целью совершить кражу денег, предполагая, что у того должны быть деньги, так как 15 июля 2020 года Б переводил ему деньги на сотовый телефон, подошёл к дому Б, постучался в окно, увидел, что последний спит на диване, от его стука не пошевелился, обошёл дом с другой стороны, кулаком разбил окно и через образовавшийся проём залез в дом, прошёл в комнату, где спал Б, напротив на кресле, лежала олимпийка Б, из кармана которой он похитил 700 рублей, собрался уходить, подумал, что Б проснётся и вызовет полицию из-за того, что разбито окно и пропали деньги, вышел на веранду, увидел стоящий за входной дверью топор, решил взять его и ударить несколько раз по голове В, чтобы убить, взял топор, зашел в комнату и ударил топором спящего на кровати Б по голове, в левую височную часть. Как наносил удар, лезвием топора или обухом не помнит. После этого удара Б подскочил и сразу упал рядом с кроватью. Он сделал два шага на кухню, после чего нанёс Б ещё несколько ударов топором по голове, в области лба и виска. Б лежал на спине, голова чуть повёрнута влево, никакого сопротивления не оказывал, ничего не говорил, не шевелился, был без сознания, хрипел. В доме было темно, поэтому крови, телесных повреждений у Б он не видел. После этого он вышел из дома с топором, прикрыл входную дверь на навесной замок и пошёл к себе домой, где взял кошелёк, пошёл в сторону магазина «Н», где по дороге выкинул топор в кусты, в магазине купил пива и вернулся домой. Он совершил убийство, чтобы скрыть другое преступление – кражу (Т, л.д.).

Согласно протокола явки с повинной, которая дана в присутствие адвоката, ПДИ дал аналогичные пояснения и добровольно сообщил об обстоятельствах совершения им преступлений и их мотивах (Т, л.д.).

В ходе проверке показаний на месте ПДИ дал аналогичные показания об обстоятельствах совершенных им преступлений и указал место, где выбросил орудие преступления – топор, на участке местности вблизи 

<

адрес> (Т, л.д.).

В судебном заседании исследованы видеозаписи следственных действий от 17 июля 2020 года с участием ПДИ (дача явки с повинной, допрос в качестве подозреваемого и проверка показаний на месте), из которых следует, что в присутствии защитника - адвоката БЕС подсудимый самостоятельно, добровольно и последовательно рассказал о совершенных им преступлениях.

Вышеприведенные допросы подсудимого в ходе предварительного следствия проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с разъяснением ПДИ, его конституционных и процессуальных прав, в присутствии защитника – адвоката, то есть в условиях, исключающих какое-либо воздействие на него или использование иных недозволенных методов ведения следствия. При этом ни ПДИ, ни его защитник никаких заявлений и замечаний не делали, заверив правильность зафиксированных в протоколах сведений своими подписями.

Таким образом, показания ПДИ, на предварительном следствии получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Анализ содержания показаний ПДИ, изложенных им в явке с повинной, при его допросе в качестве подозреваемого, обвиняемого и проверки его показаний на месте согласуются между собой, и свидетельствуют о добровольности дачи показаний.

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что вышеизложенные показания в ходе предварительного следствия об обстоятельствах совершенных преступлений, размере похищенных денежных средств у потерпевшего, способе причинения смерти БВА, подсудимый ПДИ давал добровольно, и его показания являются достоверными, поскольку получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и подтверждены совокупностью иных, исследованных в судебном заседании, доказательств, которыми установлены обстоятельства совершенных им преступлений.

Так, потерпевшая ПТМ показала в судебном заседании, что погибший БВА. приходится ей племянником, тот проживал с отцом БАА в 

<

адрес>. 16 июля 2020 года около обеда ей позвонил БАА и сообщил, что не может дозвониться до сына В. В тот же день около 17.00 часов она пришла домой к Б, на входной двери был навешен замок, который не был закрыт. Зайдя в дом, в комнате напротив входной двери увидела тело мужчины, не поняла, что это В, испугалась, вышла из дома, добежала до соседей - семьи П, там находились ГЕ и ПДИ, вместе с теми она вернулась в дом Б, где все увидели, что это тело В, у последнего была разбита голова, рядом кровь. Она позвонила в отделении полиции и сообщила об обнаружении трупа БВА. В доме она видела со стороны огорода разбитое окно, которое было забито тряпками. Вечером этого же дня ей стало известно, что убийство совершил ПДИ. Когда она общалась с П, то видела у того на руках телесные повреждения в виде царапин и ссадин.

Из показаний свидетеля БАА, данных на предварительном следствии (Т, л.д.), оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ следует, что он проживал вместе с сыном БВ. С 13 июля 2020 года он находился на стационарном лечении в больнице. Последний раз с сыном разговаривал по телефону 15 июля 2020 года в 14 часов 15 минут. Впоследствии, 17 июля 2020 года, от ПТМ ему стало известно, что 16 июля 2020 года в вечернее время та обнаружила в их доме БВА убитым. У них дома на веранде слева стоял колун, с деревянной ручкой. 

Из показаний свидетеля ГЕА данных на предварительном следствии (Т, л.д.) и в судебном заседании следует, что он проживает с ПЕВ, и её сыном Д. 15 июля 2020 года в вечернее время он находился дома, П не было, та была на работе, около 22.00 часов домой пришел ПДИ, у него с собой было 2 литра пива, предложил ему выпить, он отказался и ушел спать, Д пил пиво один. Утром, когда проснулся, в сенях дома видел, что стояли две полные 1,5 литровые бутылки с пивом, Д был дома, спал. Днем, он и Д строили сарай, пили пиво, он не спрашивал у Д откуда пиво, так как был уверен, что Д его купил. Около 17 или 18 часов вечера к Б пришла его родственница ПТМ, он видел, как та зашла в дом и сразу же выбежала из него, после этого, он вместе с ПТМ зашел в дом к Б и увидел в комнате на полу около кровати без признаков жизни В, у того на голове была большая рана. ПТМ вызвала сотрудников полиции. Когда строили сарай Д ему рассказал, что 15 июля 2020 года после 22.00 часов ходил к соседу - БВА, тот позвал Д к себе, и что они вместе пили пиво у Б, потом Д вернулся домой. Его задержали вместе с П, когда опустили, ему стало известно, что убийство Б совершил Д. Причины и обстоятельства убийства ему не известны.

Согласно показаниям свидетеля ПЕВ, она проживает с сожителем ГЕА и сыном ПДИ по адресу: 

<

адрес>. 15 июля 2020 года была на работе, около 22.00 часов ей позвонил сын Д, сказал, что идёт домой, больше она с ним не разговаривала. На следующий день в вечернее время ей позвонил сожитель Г, сообщил, что убили соседа БВА. Она позвонила своей сменщице, попросила подменить её и пошла домой. Придя домой, обнаружила, что Г и ПДИ были в состоянии опьянения, около дома Б находились сотрудники полиции. Затем в их доме сотрудники полиции провели обыск, в том числе в бане изъяли одежду Д и Е, последних задержали и доставили в отделение полиции. От сотрудников полиции ей стало известно, что убийство БВА совершил ее сын Д. 

Из показаний свидетеля БЕС, данных на предварительном следствии (Т, л.д.), оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ следует, что она подрабатывает в ночное время продавцом в магазине «Н», расположенном по адресу: 

<

адрес>. В ночь с 20.00 часов 15 на 16 июля 2020 года находилась в указанном магазине на работе, около 01.00 часа 16 июля 2020 года в магазин пришёл ПДИ, у того с собой были наличные деньги, купил две бутылки пива, сигареты 2 пачки, колбасу, бутылку газированной воды, потратил примерно 600-700 рублей, возможно у того была 1000 рублей, так как она сдавала ему сдачу. П был одет в тёмную ветровку, тёмные штаны, находился в лёгком алкогольном опьянении.

Данные показания потерпевшей и свидетелей суд находит достоверными, поскольку они являются последовательными, не противоречивыми, и согласуются с другими доказательствами, исследованными судом, в связи с чем, сомнений не вызывают.

Оснований не доверять выше изложенным показаниям потерпевшей и свидетелей не имеется, поскольку обстоятельств, которые бы свидетельствовали о заинтересованности их в исходе дела, о необъективности показаний и желании оговорить ПДИ, не установлено.

Так, из протокола осмотра места происшествия от 16 июля 2020 года и фототаблицы к нему следует, что осмотрены 

<

адрес> и прилегающая к нему территория, с южной стороны дома в одном из окон разбито стекло, проём заткнут тряпками; в комнате между креслом и кроватью обнаружен труп Б с рублеными ранами в области головы, подбородка, шеи, лица. В одной из комнат обнаружено повреждение оконного проема. В ходе осмотра изъяты фрагменты следов обуви, рук; перед входом в веранду дома на деревянной ступеньке обнаружены и изъяты фрагменты следов обуви, при входе из кухни в комнату, на косяке обнаружены и изъяты следы рук, в комнате, вход в которую расположен напротив входа в кухню слева, между креслом и кроватью обнаружен труп БВА, который лежит на спине, голова повёрнута влево, на трупе имеются повреждения - рубленные раны на голове, лице, шеи, в подбородочной области, под головой трупа обильное тёмное пятно вещества бурого цвета, от головы трупа в сторону кухни брызги вещества бурого цвета; на входной двери в веранду дома, обнаружены и изъяты металлический навесной замок и проушина (Т, л.д.).

Как следует из заключения № судебно-медицинской экспертизы от 17 марта 2021 года у БВА обнаружены телесные повреждения: 

- 1.1. множественные рубленные раны головы (7) (раны условно № 1, 3, 4, 7, 8) с повреждением костей свода черепа, лицевого скелета, повреждением твердой мозговой оболочки справа, повреждением мягкой мозговой оболочки справа в височной и частично теменной долях с разрушением вещества головного мозга в правой височной доле, субарахноидальное кровоизлияние справа в теменной доле и частично в затылочной доле, которые образовались от не менее 7-и травматических воздействий от предмета имеющего рубящие свойства и согласно п. 6.1.2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н, по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни человека, поэтому оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью; 

- 1.2. рана (условно № 2) верхнего века правого глаза с краевым переломом верхнего края правой глазницы без перехода на его стенку, которая образовалась в результате действия ребра тупого твердого предмета, удар которым был нанесен в направлении спереди назад, данным телесным повреждением был причинен вред здоровью в виде временного нарушения функции продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня) так как указанный срок необходим для консолидации перелома, поэтому он оценивается как средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья согласно п. 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н, в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью не состоит;

- 1.3. поверхностная резаная рана (условно № 5) шеи справа, рубленая рана передней поверхности шеи (рана условно № 6), которые образовались в результате воздействия острого предмета имеющего острую грань – ребро, либо от удара лезвием и носком или пяткой рубящего предмета типа топора от не менее 2-х травматических воздействий, и которые согласно п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н оцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше 3-х недель (21 дня), в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят.

Смерть БВА, наступила от разрушения вещества головного мозга в результате множественных рубленых ран головы.

Вышеуказанные телесные повреждения образовались прижизненно, незадолго до наступления смерти. Учитывая характер и тяжесть повреждений, описанных в п.п. 1.1. исключена возможность совершения активных действий после их причинения. Учитывая расположение ран можно предположить, что потерпевший в момент нанесения ему повреждений находился в любом положении, кроме тех, при которых обнаруженные повреждения и области тела были недоступны для воздействия. Взаиморасположение потерпевшего и лица, наносившего повреждения могло быть любым, кроме тех, при которых обнаруженные повреждения и области тела были недоступны для воздействия. Во всех 7 рубленых повреждениях черепа и нижней челюсти справа от трупа БВА достаточно полно не отобразились групповые и индивидуальные свойства травмирующего предмета (предметов), поэтому они не пригодны для идентификации. Однако, лезвие топора-колуна, представленного на экспертизу в медико-криминалистическое отделение, обладает свойствами рубящего предмета, следовательно, указанные рубленые повреждения могли быть образованы лезвием представленного на экспертизу топора-колуна.

Учитывая степень выраженности трупных явлений, можно предположить, что с момента смерти до исследования трупа в морге прошло не менее 1-2-х суток и не более 4-5-ти суток.

При судебно-химической экспертизе крови от трупа БВА обнаружен этиловый спирт в количестве 2,45 промилле, что соответствует средней степени алкогольного опьянения Т, л.д.).

Выводы судебно-медицинской экспертизы согласуются с показаниями подсудимого, потерпевшей о локализации и механизме образования телесных повреждений у БВА

Из заключения № медико-криминалистической экспертизы вещественных доказательств от 15 марта 2021 года следует, что на кожном лоскуте с правой височно-скуловой области трупа БВА обнаружено 4 сквозных раны, которые являются рублеными, образованными от ударов лезвием и носком или пяткой рубящего предмета типа топора; на костях черепа и нижней челюсти обнаружено 8 локальных повреждений, семь из которых образовались от действия острой кромки, лезвия, носка либо пятки рубящего предмета, типа топора, одно - от ребра тупого твердого предмета; лезвие топора-колуна, представленного на экспертизу, обладает свойствами рубящего предмета, следовательно, указанные рубленые раны могли быть образованы лезвием представленного на экспертизу топора-колуна. На передней и левой поверхности насадной части топорища обнаружены множественные брызги вещества похожего на кровь. Форма, локализация, размеры наложения, характер их краев и концов свидетельствует о том, что брызги образовались при попадании на поверхность топорища при неоднократном размахивании им сверху вниз и снизу вверх, наиболее вероятно, что они образовались при размахивании топором при образовании рубленых ран головы потерпевшего (Т, л.д.).

Согласно протокола выемки от 26 июля 2020 года, во дворе 

<

адрес> в 

<

адрес> изъяты принадлежащие ПДИ черные спортивные брюки и сланцы (Т, л.д.).

Согласно протокола выемки от 21 июля 2020 года в Мошковском отделении ГБУЗ НСО «ГНОКБ СМЭ» изъяты образцы желчи, крови, кожный лоскут и череп с нижней челюстью от трупа БВА (Т, л.д.).

Согласно протокола получения образцов для сравнительного исследования от 21 июля 2020 года, у ПДИ изъяты образцы крови и образцы слюны (Т, л.д.).

Согласно заключению № молекулярно-генетической экспертизы вещественных доказательств от 28 января 2021 года, на представленных на исследование брюках, изъятых у ПДИ, топоре и топорище обнаружена кровь БВА; на топорище топора обнаружены эпителиальные клетки БВА (Т, л.д.).

Согласно заключению трасологической судебной экспертизы № от 26 марта 2021 года, три следа обуви пригодные для сравнительного исследования, обнаруженные и изъятые 16 июля 2020 года в ходе осмотра дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> могли быть оставлены обувью ПДИ, изъятой в ходе выемки по месту его проживания во дворе дома по адресу: 

<

адрес> (Т, л.д.).

Из протокола получения образцов для сравнительного исследования от 15 декабря 2020 года следует, что у ПДИ изъяты образцы следов обеих рук (Т, л.д.).

Согласно заключениям дактилоскопической (дополнительной) судебной экспертиз № от 27 октября 2020 года и № от 30 декабря 2020 года, обнаруженные и изъятые 16 июля 2020 года в ходе осмотра дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, пригодные для идентификации личности три следа пальцев рук оставлены ПДИ (Т, л.д.).

Из протокола осмотра места происшествия и фототаблице к нему от 17 июля 2020 года следует, что при осмотре участка местности вблизи 

<

адрес> с участием ПДИ в зарослях кустарника обнаружен и изъят топор (колун) со следами крови, ПДИ пояснил, что именно этим топором убил БВА, а затем, после совершения убийства выкинул топор на осматриваемый участок местности, где он и лежал до осмотра в том же положении (Т, л.д.).

Предметы и вещества, изъятые в процессе производства по уголовному делу, осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (Т, л.д.).

Приведенные доказательства суд признает достоверными, поскольку они согласуются между собой, дополняют друг друга, а также допустимыми, поскольку доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, экспертизы проведены экспертами, имеющими достаточный стаж работы по специальности, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений, выводы экспертов полные, мотивированные и непротиворечивые.

Оценивая показания подсудимого ПДИ данные им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого 17 июля 2020 года (Т, л.д.), в той части, согласно которым он указывал, что не хотел причинять смерть БВА, суд находит их недостоверными и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, поскольку они опровергаются выше изложенными доказательствами, в том числе: показаниями самого ПДИ данными на предварительном следствии, признанными судом правдивыми и достоверными, из которых следует, что он взял на веранде дома топор, чтобы ударить несколько раз Б по голове и убить, а также о том, что он совершил убийство Б, чтобы скрыть другое преступление - кражу; а также заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому на трупе Б обнаружены телесные повреждения в виде множественных рубленых ран головы с повреждением костей свода черепа, лицевого скелета, твердой мозговой оболочки справа, мягкой мозговой оболочки справа в височной и частично теменной долях с разрушением вещества головного мозга в правой височной доле, субарахноидального кровоизлияния справа в теменной доле и частично в затылочной доле, которые образовались от не менее 7-и травматических воздействий, что по убеждению суда, свидетельствует о большом количестве и силе нанесенных П ударов по голове потерпевшего, и указывает на то, что подсудимый нанося удары топором (колуном) по голове потерпевшего, то есть в жизненно важный орган, имел умысел именно на причинение смерти Б.

Суд приходит к убеждению, что действия подсудимого ПДИ во время совершения преступлений носили осознанный и целенаправлен характер.

Так, по заключению комплексной, судебной психолого-психиатрической экспертизы № от 29 сентября 2020 года, у ПДИ обнаруживается психическое расстройство в форме эмоционально неустойчивого расстройства личности, осложнённого синдромом зависимости, вызванного сочетанным употреблением каннабиноидов и алкоголя, о чем свидетельствуют данные анамнеза и материалов уголовного дела о наблюдавшихся с подросткового возраста грубых поведенческих нарушениях, трудностях социальной адаптации, ранее начало употребление наркотических веществ гашишной группы и алкоголя с формированием психической и физической зависимости от психоактивных веществ, а так же данные настоящего психолого-психиатрического исследования, выявившего у него эмоциональную неустойчивость, трудности самоконтроля, снижение критики к употреблению наркотических веществ, невысокий уровень обобщений в целом и такие индивидуально-психологические особенности, как эмоциональная неустойчивость, черты личностной и эмоциональной незрелости, субъективизм, иррациональность притязаний, низкий уровень сформированности морально-этичесских и социальных установок, эгоцентричность. Склонность к протестным реакциям в конфликтных ситуациях, негативизм в отношении средовых воздействий и риск возникновения аутоагрессивного поведения, низкий уровень эмпатии и конформности, отстаивание собственной точки зрения. Указанное психическое расстройство не лишало ПДИ в период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, не обнаруживалось у него признаков какого-либо временного болезненного психического расстройства: он правильно ориентировался в окружающей обстановке, сохранял адекватный речевой контакт, действия его носили последовательный характер и не обуславливались бредом, галлюцинациями либо иными болезненными нарушениями психики, следовательно, в период совершения инкриминируемого преступления он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. После совершения инкриминируемого противоправного деяния у ПДИ каких-либо иных психических расстройств, лишающих его в настоящее время способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не наступило, в принудительных мерах медицинского характера он не нуждается, по своему психическому состоянию, с учётом индивидуально-психологических особенностей и уровня психического развития, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания, может самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве.

ПДИ выявляет такие индивидуально-психологические особенности, как эмоциональная неустойчивость, черты личностной и эмоциональной незрелости, субъективизм, иррациональность притязаний, низкий уровень сформированности морально-этических и социальных установок, эгоцентричность, склонность к протестным реакциям в конфликтных ситуациях, негативизм в отношении средовых воздействий и конформности, отстаивание собственной точки зрения. Вышеуказанные индивидуально-психологические особенности ПДИ нашли своё отражение в ситуации совершения им инкриминируемого ему деяния, однако существенного влияния на произвольную регуляцию поведения не оказали. Соотнесение объективных сведений, содержащихся в материалах уголовного дела с данными экспериментально-психологического исследования позволяют сделать вывод о том, что ПДИ в момент совершения инкриминируемого ему деяния в состоянии аффекта не находился (Т, л.д.).

Данное заключение комиссии независимых и компетентных экспертов, которые провели достаточно глубокое исследование состояния психического здоровья подсудимого, суд признает достоверным. Заключение экспертизы полное, последовательное и непротиворечивое, соответствует материалам дела, характеризующим поведение подсудимого во время совершения преступлений, и, принимая во внимание поведение подсудимого в стадии предварительного следствия и в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что ПДИ преступления совершены в состоянии вменяемости.

По изложенным основаниям судом установлено, что, подсудимый действовал с прямым умыслом, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий и желая их наступление.

Таким образом, вина подсудимого ПДИ в совершении указанных преступлений установлена совокупностью достаточных доказательств.

Судом установлено, что ПДИ с целью совершения кражи, из корыстных побуждений, умышленно, тайно, разбив стекло через оконный проем незаконно проник в жилище БВА, где в комнате дома из лежащей на кресле спортивной кофты похитил денежные средства в сумме 700 рублей, причинив потерпевшему материальный ущерб. 

При решении вопроса о квалификации действий подсудимого по первому преступлению судом установлено, что П осознавал, что имущество является чужим, он не имел права распоряжаться этим имуществом, изымал имущество тайно, против воли собственника, действовал из корыстных побуждений, желая противоправным и безвозмездным путем изъять и обратить в свою пользу имущество, принадлежащее потерпевшему. Похитив денежные средства потерпевшего, П впоследствии распорядился ими по своему усмотрению, в результате чего потерпевшему был причинен материальный ущерб.

Поскольку кража имущества потерпевшего БВА была совершена подсудимым из дома, используемого потерпевшим в качестве жилого помещения, а также учитывая, что в жилище потерпевшего ПДИ проник с целью кражи противоправным путем, против воли и согласия собственника, суд считает, что в действиях подсудимого по первому преступлению нашел свое подтверждение, квалифицирующий признак кражи, совершенной «с незаконным проникновением в жилище».

После совершения тайного хищения имущества БВА, опасаясь быть обнаруженным потерпевшим на месте преступления и привлеченным к уголовной ответственности, ПДИ решил убить БВА, с целью скрыть совершенное преступление – кражу. 

Об умысле подсудимого на лишение жизни потерпевшего БВА свидетельствует характер его действий, орудие преступления - топор, локализация повреждений в месте расположения жизненно-важных органов – голову и шею потерпевшего, количество нанесенных ударов. Суд приходит к выводу о том, что в момент убийства БВА, ПДИ не находился в состоянии необходимой обороны или превышения ее, либо в состоянии аффекта, о чем свидетельствуют материалы дела: протокол осмотра места происшествия, согласно которому следов борьбы или драки на месте происшествия не обнаружено, показания самого подсудимого ПДИ о его последовательных, целенаправленных действиях на лишение жизни БВА, который в момент нанесения ему подсудимым ударов топором спал, никакого сопротивления не оказывал, заключение психолого- психиатрической экспертизы в отношении подсудимого.

Таким образом, по мнению суда, виновность подсудимого ПДИ в тайном хищении чужого имущества, совершенном путем незаконного проникновения в жилище и убийстве БВА, совершенном с целью скрыть другое преступление, установлена совокупностью достаточных доказательств. 

С учетом совокупности приведенных доказательств, действия ПДИ суд квалифицирует: п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ, кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в жилище; п. «к» ч.2 ст. 105 УК РФ, убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, с целью скрыть другое преступление.

При назначении наказания суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60-63 УК РФ, принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, отнесенных законом к категории тяжких и особо тяжких, данные о личности ПДИ, из которых следует, что он ранее не судим, состоит на учете у врача нарколога с диагнозом «употребление каннабиноидов с вредными последствиями», на учете у врача психиатра не состоит, характеризуется по месту жительства участковым уполномоченным полиции удовлетворительно, свидетелями ПЕВ, ГЕА положительно, а также обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание ПДИ обстоятельствами, суд учитывает полное признание своей вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений; а также неудовлетворительное состояние здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание ПДИ, судом не установлено.

С учетом всех обстоятельств дела, категории и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности подсудимого, суд приходит к выводу о том, что достижение целей и задач, соблюдение принципов уголовного закона, исправление подсудимого возможно только в условиях изоляции его от общества, и считает необходимым назначить наказание за каждое преступление в виде реального лишения свободы, и не находит оснований для назначения по ст.158 УК РФ более мягкого вида наказания, чем лишение свободы.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением ПДИ во время и после совершения преступлений, которые бы существенно уменьшали степень их общественной опасности и позволяли применить положения ст. ст. 64 и 73 УК РФ, судом не установлено. 

Оснований для освобождения ПДИ от уголовной ответственности и изменения категории преступлений в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. 

При наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствии отягчающих обстоятельств, при назначении ПДИ наказания по ст. 158 УК РФ, суд учитывает положения ч.1 ст. 62 УК РФ, в соответствии с которой, срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Исходя из характеристики личности подсудимого ПДИ, а также его материального и семейного положения, суд считает возможным не назначать ему по ст.158 УК РФ дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы.

Вместе с тем, в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, суд полагает необходимым за преступление, предусмотренное п. «к» ч.2 ст. 105 УК РФ, назначить ПДИ дополнительное наказание в виде ограничения свободы с возложением на него обязанностей. Определяя вид ограничений и их срок при применении дополнительного наказания в виде ограничения свободы, суд в соответствии со ст. 53 УК РФ учитывает обстоятельства дела, данные о личности подсудимого ПДИ, который является гражданином Российской Федерации, имеет постоянное место жительства и регистрацию на территории Российской Федерации.

Поскольку ПДИ совершено преступление, отнесенное уголовным законом в том числе к категории особо тяжких, наказание в виде лишения свободы, в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ подлежит отбытию им в исправительной колонии строгого режима.

В ходе предварительного следствия защиту интересов ПДИ по назначению следователя в соответствии со ст. 51 УПК РФ осуществляли защитники – адвокаты БЕС, ФИО3, которым из средств федерального бюджета произведена оплата труда в размере 32040 рублей и 1500 рублей соответственно, а всего 33540 рублей.

Согласно ч. 1 и п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ указанные выплаты относятся к процессуальным издержкам, которые в соответствии со ст. 132 УПК РФ взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. 

В судебном заседании подсудимый ПДИ возражал против возмещения процессуальных издержек. 

Между тем суд не усматривает оснований для освобождения ПДИ от уплаты процессуальных издержек или уменьшения их размера, поскольку подсудимый от участия адвоката не отказывался, находится в трудоспособном возрасте, лиц, находящихся на иждивении у ПДИ, не имеется, не установлено судом и сведений об его имущественной несостоятельности. В связи с чем, с ПДИ подлежат взысканию в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с возмещением вознаграждения адвокатам в стадии предварительного следствия в сумме 33540 рублей.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств суд разрешает в соответствии с ч.3 ст. 81 УПК РФ, и считает необходимым по вступлению приговора в законную силу хранящиеся при уголовном деле вещественные доказательства: след обуви; два фрагмента деревянных досок; следы пальцев рук, тряпки, замок и проушину с входной двери; рубашку, синие джинсы с ремнем, серые джинсовые шорты; футболку красного цвета; синие матерчатые шорты; смывы с рук, срезы ногтевых пластин с рук ПДИ; срезы ногтевых пластин и смывы с рук ГЕА; топор; образцы желчи, крови с трупа БВА; образцы крови, слюны ПДИ; образцы крови, слюны ГЕА; черные спортивные брюки и сланцы ПДИ, – уничтожить; детализации соединений абонентских номеров №, №, №; компакт-диск, со сведениями о движении денежных средств по счетам БВА; дактокарту на имя обвиняемого ПДИ; три оптических диска с видеозаписью следственных действий с участием ПДИ - хранить при уголовном деле в течение всего срока его хранения; сотовый телефон марки «ZTE» принадлежащий БВА возвратить по принадлежности – потерпевшей ПТМ

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

Из материалов дела следует, что протокол задержания ПДИ оформлен следователем 17 июля 2020 года. Судом установлено, что фактически ПДИ был задержан 16 июля 2020 года, поэтому в счет отбытия наказания по данному приговору ему следует зачесть время содержания под стражей с момента его фактического задержания, то есть с 16 июля 2020 года.

Приговором Болотнинского районного суда Новосибирской области от 28 октября 2020 года ПДИ осужден по п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ, к лишению свободы сроком на 1 год 6 месяцев, условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. Учитывая, что по настоящему уголовному делу, преступления совершены ПДИ до вынесения указанного приговора, то приговор суда от 28 октября 2020 года следует исполнять самостоятельно.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296-299, 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

ПДИ признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст.158, п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ, по которым назначить ему наказание:

- по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 (два) года;

- по п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 13 (тринадцать) лет с ограничением свободы на срок 1 (один) год.

На основании ч.1 ст. 53 УК РФ установить ПДИ следующие ограничения: не выезжать в течение этого срока за пределы территории муниципального образования, в которое он прибудет после отбытия основного наказания в виде лишения свободы, и не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также возложить на него обязанность являться в данный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации.

На основании ч.3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно к отбытию назначить ПДИ наказание в виде лишения свободы на срок 14 (четырнадцать) лет с ограничением свободы на срок 1 (один) год, установив ему на основании ч.1 ст. 53 УК РФ следующие ограничения: не выезжать в течение этого срока за пределы территории муниципального образования, в которое он прибудет после отбытия основного наказания в виде лишения свободы, и не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также возложить на него обязанность являться в данный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ отбывание ПДИ наказания в виде лишения свободы назначить в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания ПДИ исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ПДИ под стражей в период с 16 июля 2020 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбытия наказания в исправительной колонии строгого режима (п. «а» ч.3.1. ст. 72 УК РФ).

Меру пресечения ПДИ до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – заключение под стражу с содержанием в ......

По вступлению приговора в законную силу хранящиеся при уголовном деле вещественные доказательства: след обуви; два фрагмента деревянных досок; следы пальцев рук, тряпки, замок и проушину с входной двери; рубашку, синие джинсы с ремнем, серые джинсовые шорты; футболку красного цвета; синие матерчатые шорты; смывы с рук, срезы ногтевых пластин с рук ПДИ; срезы ногтевых пластин и смывы с рук ГЕА; топор; образцы желчи, крови с трупа БВА; образцы крови, слюны ПДИ; образцы крови, слюны ГЕА; черные спортивные брюки и сланцы ПДИ, - уничтожить; детализации соединений абонентских номеров №, №, №; компакт-диск, со сведениями о движении денежных средств по счетам БВА; дактокарту на имя обвиняемого ПДИ; три оптических диска с видеозаписью следственных действий с участием ПДИ - хранить при уголовном деле в течение всего срока его хранения; сотовый телефон марки «ZTE» принадлежащий БВА возвратить по принадлежности - потерпевшей ПТМ

Приговор Болотнинского районного суда Новосибирской области от 28 октября 2020 года в отношении ПДИ исполнять самостоятельно.

Взыскать с осужденного ПДИ в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 33540 рублей.

На приговор могут быть поданы апелляционные жалобы участниками судебного разбирательства и апелляционное представление прокурором в Судебную коллегию по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции (через Новосибирский областной суд) в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ПДИ находящимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать о его назначении.

Председательствующий судья (подпись)

КОПИЯ ВЕРНА:

Судья С.В. Егорова