РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 сентября 2019 г. г. Грозный

Грозненский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего Килярова М.Х., при помощнике судьи Тогузаеве О.М., с участием административного истца ФИО1, его представителя – ФИО2, представителя административных ответчиков – командира и председателя жилищной комиссии войсковой части № – 

<

данные изъяты> ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело № 2а-225/2019 по административному исковому заявлению проходящего военную службу по контракту военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании решения жилищной комиссии войсковой части № о снятии административного истца и членов его семьи с учёта нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, 

установил:

ФИО1 обратился в военный суд с административным исковым заявлением, в котором, с учётом уточнённых требований, просил:

- признать незаконным решение жилищной комиссии войсковой части № от 25 июля 2019 г. (протокол № 11-19) (в редакции решения той же жилищной комиссии от 2 сентября 2019 г. № 12-19) о снятии его с составом семьи 3 человека (он и двое сыновей) с учёта нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма;

- обязать председателя указанной комиссии вышеназванные решения в части, касающейся ФИО1 и двоих его детей, отменить.

В судебном заседании административный истец и его представитель, каждый в отдельности, вышеизложенные требования поддержали и просили их удовлетворить. При этом представитель административного истца в обоснование заявленных требований пояснил, что супруге административного истца – ФИО4, являвшейся военнослужащей войсковой части №, в декабре 2018 г. были перечислены денежные средства, учтённые на её именном накопительном счёте участника накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих (далее – НИС), что послужило основанием для снятия административного истца с жилищного учёта. Однако ФИО1, имеющий общую продолжительность военной службы более 20 лет, обладает правом на самостоятельное обеспечение жильём в соответствии со ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» вне зависимости от реализации его супругой своих жилищных прав в качестве участника НИС, при которой состав её семьи не учитывался. В обоснование данной позиции представитель истца, ссылаясь на правовую позицию, содержащуюся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 июля 2018 г. № 34-П, также указал следующее:

- перечисленные ФИО4 денежные средства в рамках участия в НИС в силу п. 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) не относятся к совместной собственности супругов, ввиду чего истец не вправе претендовать на часть данных денежных средств при расторжении между супругами брака;

- на данные денежные средства истцом и его супругой жилое помещение не приобретено, а иного жилья ФИО1 и члены его семьи не имеют;

- оспариваемым решением жилищной комиссии нарушены жилищные права детей административного истца, что требует судебной защиты;

- размер выплаченных супруге административного истца денежных средств в рамках участия в НИС не соизмерим с размером субсидии для приобретения или строительства жилого помещения (далее - жилищная субсидия), на которую ФИО1 вправе был бы претендовать в случае обеспечения его жильём на состав семьи 3 человека без учёта его супруги;

- приведённое в оспариваемом решении жилищной комиссии основание для снятия ФИО1 и членов его семьи с жилищного учёта, не соответствует требованиям ст. 56 ЖК РФ, которым регламентирован исчерпывающий перечень оснований для снятия с учёта в качестве нуждающихся в жилых помещениях; 

- снятие административного истца и членов его семьи с жилищного учёта произведено за пределами установленного ч. 2 ст. 56 ЖК РФ срока для вынесения решения о снятии с учёта граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Представитель административных ответчиков заявленные требования не признал и просил в их удовлетворении отказать, пояснив, что ФИО1 реализовал своё право на жильё в составе семьи своей супруги – бывшей военнослужащей войск национальной гвардии Российской Федерации, получившей денежные средства, учтённые на её именном накопительном счёте участника НИС, что исключает возможность реализации административным истцом своих жилищных прав в порядке ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», поскольку иное свидетельствовало бы о получении им жилья по двум основаниях и привело к сверхнормативному обеспечению его жильем. Кроме того, представитель пояснил, что супруга административного истца в период прохождения военной службы была включена в реестр участников НИС в соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих» на основании её волеизъявления, что свидетельствует, по мнению представителя, об осознанности действий ФИО1 и его супруги, направленных на реализацию ими своих жилищных прав. 

Выслушав объяснения сторон, а также исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из административного искового заявления ФИО1 и заявления об уточнении заявленных требований от 2 сентября 2019 г. административным истцом оспариваются решения жилищной комиссии войсковой части № от 25 июля 2019 г. (протокол № 11-19) и от 2 сентября 2019 г. № 12-19, которым решение от 25 июля 2019 г. изложено в новой редакции. 

При этом, учитывая, что административное исковое заявление подано в суд 26 августа 2019 г., суд приходит к выводу о соблюдении административным истцом предусмотренного ст. 219 КАС РФ процессуального срока на обращения в суд с административным иском.

Как усматривается из исследованного в судебном заседании жилищного дела ФИО1 последний заключил первый контракт о прохождении военной службы в 1999 г., имеет общую продолжительность военной службы более 20 лет, с 25 сентября 2009 г. проходит военную службу в войсковой части № и подлежит увольнению со службы по возрасту. Данные обстоятельства подтверждаются послужным списком ФИО1, а также справками начальника штаба войсковой части № от 26 мая 2018 г. № 166, от 4 октября 2013 г. № 187 и от 21 сентября 2018 г. № 382.

Согласно копии свидетельства о заключении брака от 1 марта 2006 г. административный истец вступил в брак с ФИО5 (до брака – ФИО6) Ф.Р. У супругов в период брака родились дети сын в ДД.ММ.ГГГГ году и сын – в ДД.ММ.ГГГГ году, что следует из копии свидетельств о рождении от 11 декабря 2006 г. и 5 февраля 2013 г.

В судебном заседании административной истец пояснил, что он с августа 2009 года проживает в служебном жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, где совместно с ним проживают двое его сыновей.

Из исследованных в судебном заседании письменных объяснений военнослужащих войсковой части № Свидетель от 5 сентября 2019 г., а также Свидетель 1, и Свидетель 2 от 6 сентября 2019 г. усматривается, что они проживают в указанном выше доме № № при войсковой части № и являются соседями ФИО1, который на постоянной основе проживает в кв. № совместно с супругой ФИО4 и двумя их детьми.

Содержание данных письменных объяснений административным истцом в судебном заседании не оспаривалось. При этом ФИО1 пояснил, что его супруга с 2016 года периодически пребывает на территории Оренбургской области, однако беспрепятственно и систематически приезжает к месту его жительства, поскольку они поддерживают семейные отношения. 

Из выписок из протоколов заседания жилищной комиссии войсковой части № от 23 октября 2013 г. № 12 и от 24 мая 2014 г. № 12 усматривается, что ФИО1 с составом семьи 4 человека (истец, его супруга и двое их детей) признан нуждающимся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма.

Согласно выписке из протокола заседания той же комиссии от 15 августа 2014 г. № 11 на основании поданного ФИО1 рапорта изменена форма обеспечения его жильем на предоставление жилищной субсидии, избранное место жительства – 

<

адрес>.

В то же время как усматривается из копии послужного списка супруги административного истца - ФИО4, справки начальника штаба войсковой части № от 5 декабря 2013 г. № 456, а также выписки из приказа командира войсковой части № от 30 ноября 2017 г. № 282с/ч последняя с 24 октября 2011 г. проходила военную службу по контракту в войсковой части №. С 9 декабря 2017 г. ФИО4 исключена из списков личного состава воинской части ввиду увольнения с военной службы по возрасту. 

При этом из справки командира войсковой части № от 12 декабря 2018 г. № 7/193 следует, что ФИО4, являвшаяся участником НИС (дата возникновения основания для включения в реестр 20 апреля 2011 г.), 8 декабря 2017 г. подала рапорт о перечислении ей денежных средств, дополняющих накопления для жилищного обеспечения, учтённые на её именном накопительном счёте. 

Данные денежные средства в размере 

<

данные изъяты> перечислены ФИО4 11 декабря 2018 г., что подтверждается копией платежного поручения от той же даты № 595582. 

В связи с этим, решениями жилищной комиссии войсковой части № от 17 января 2019 г. (протокол № 1-19) (в редакции решения того же жилищного органа от 2 сентября 2019 г. № 12-19) ФИО4 снята в составе семьи истца с учёта нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма.

Решением той же комиссии от 14 февраля 2019 г. (протокол № 2-19) внесены изменения в состав семьи истца с указанием об оставлении на жилищном учёте истца с двумя сыновьями.

Оспариваемым решением жилищной комиссии войсковой части № от 25 июля 2019 г. (протокол № 11-19) (в редакции решения того же жилищного органа от 2 сентября 2019 г. № 12-19) ФИО1 с составом семьи 3 человека (он и двое сыновей) сняты с жилищного учёта. В обоснование принятого решения указано о предоставлении супруге истца денежных средства, учтённых на её именном накопительном счёте участника НИС, что исключает возможность нахождения истца на названном учёте. При этом жилищным органом фактически применены положения п. 4 ч. 1 ст. 56 ЖК РФ, о чём вопреки доводам представителя административного истца, указано в оспариваемой выписке из протокола заседания жилищной комиссии войсковой части № от 2 сентября 2019 г. № 12-19.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счёт средств федерального бюджета.

Военнослужащим - гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанным нуждающимися в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом по избранному постоянному месту жительства.

Пунктом 15 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» предусмотрено, что обеспечение военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, жилыми помещениями может быть реализовано в форме предоставления им денежных средств в рамках накопительно-ипотечной системы, условия и порядок участия в которой установлены Федеральным законом «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих».

Согласно ч. 1 ст. 4 Федерального закона «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих» реализация права на жилище участниками накопительно-ипотечной системы осуществляется посредством формирования накоплений для жилищного обеспечения на именных накопительных счетах участников и последующего использования этих накоплений, предоставления целевого жилищного займа и выплаты денежных средств, дополняющих накопления для жилищного обеспечения, учтённые на именном накопительном счёте участника, до расчётного размера денежных средств, которые мог бы накопить участник накопительно-ипотечной системы в период от даты предоставления таких средств до даты, когда общая продолжительность его военной службы могла бы составить двадцать лет.

Предусматривая различные формы жилищного обеспечения, Федеральный закон «О статусе военнослужащих», вместе с тем, не предполагает возможность одновременного обеспечения военнослужащих жильём в порядке, предусмотренном названным Законом, и Федеральным законом «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих».

Такой подход к решению жилищного вопроса основан, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, на вытекающем из Конституции Российской Федерации принципе социальной справедливости и направлен на предотвращение необоснованного сверхнормативного предоставления военнослужащим (и членам их семей) жилищных гарантий.

При этом следует учесть, что в соответствии с п. 9 ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» в случае, если военнослужащие, члены их семей одновременно имеют право на получение одной и той же социальной гарантии и компенсации по нескольким основаниям, им предоставляются по их выбору социальная гарантия и компенсация по одному основанию.

Пунктом 1 ст. 256 ГК РФ установлено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), на основании п. 2 ст. 34 СК РФ относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). 

Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счёт общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В составе общего имущества в соответствии с п. 2 ст. 39 СК РФ учитываются также общие долги супругов, а также право требования по обязательствам, возникшим в интересах семьи, что следует из разъяснений, содержащихся в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака».

Учитывая, что целевым назначением выплаченных супруге истца – ФИО4 денежных средств, учтённых на её именном накопительном счёте участника НИС, является исключительно реализация своих жилищных прав, то данные накопления, вопреки доводам представителя административного истца, следует отнести к совместной собственности супругов и на них распространяются такие же правила, установленные п. 1 ст. 256 ГК РФ, п. 2 ст. 34, п. 2 ст. 39 СК РФ, что и в отношении имущества, нажитого супругами во время брака.

Кроме того, каких-либо ограничений для членов семьи военнослужащего в режиме и порядке пользования жилым помещением, приобретенным за счёт участия в НИС жилищного обеспечения военнослужащих, федеральные законы «О статусе военнослужащих» и «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих» не содержат.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства дела в совокупности с приведенными положениями законодательства, ФИО1, вопреки мнению его представителя, не может быть признан нуждающимся в жилом помещении в порядке Федерального закона «О статусе военнослужащих».

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО1 с членами семьи решением жилищной комиссии войсковой части № от 25 июля 2019 г. (протокол № 11-19) (в редакции решения того же жилищного органа от 2 сентября 2019 г.) правомерно снят с учёта нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма. 

Оценивая довод представителя административного истца о том, что размер выплаченных супруге административного истца денежных средств в рамках участия в НИС не соизмерим с размером жилищной субсидии, на которую ФИО1 вправе был бы претендовать в случае обеспечения его жильём на состав семьи 3 человека без учёта его супруги, суд исходит из следующего.

Представленный суду расчёт жилищной субсидии (без даты) составлен в порядке исполнения решения жилищной комиссии войсковой части № от 17 января 2019 г. (протокол № 1-19) и в соответствии с Правилами расчёта субсидии для приобретения или строительства жилого помещения (жилых помещений) утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 3 февраля 2014 г. № 76 (далее – Правила).

В то же время п. 1 Правил установлено, что данные Правила определяют порядок расчета жилищной субсидии, предоставляемой военнослужащим, признанным в установленном порядке нуждающимися в жилых помещениях (улучшении жилищных условий).

При этом, учитывая, что ФИО1 в силу вышеприведённых обстоятельств не может быть признан нуждающимся в жилом помещении в порядке Федерального закона «О статусе военнослужащих», рассуждения о размере жилищной субсидии, на которую он вправе был бы претендовать при иных обстоятельствах по делу, являются беспредметными. 

Установление фактических обстоятельств, связанных с вопросами раздела общего имущества супругов, не относится к предмету спора по настоящему делу, ввиду чего ссылку представителя истца на то, что супруги Ш-вы в настоящее время находятся в процессе расторжения брака, следует признать беспредметным. 

Доводы представителя административного истца о том, что на полученные ФИО4 денежные средства в рамках участия в НИС супругами Ш-выми жилое помещение фактически также не влияют на правомерность оспариваемого решения жилищной комиссии от 25 июля 2019 г. (протокол № 11-19) (в редакции решения той же жилищной комиссии от 2 сентября 2019 г. № 12-19), так как в силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. При этом ч. 2 ст. 1 ЖК РФ также установлено, что граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими.

Учитывая, что право членов семьи ФИО1 на обеспечение жильем от военного ведомства является производным от права самого административного истца, то довод представителя ФИО2 о допущенном нарушении жилищных прав сыновей истца, является несостоятельным.

Установленный ч. 2 ст. 56 ЖК РФ срок, в течение которого может быть принято решение о снятии с учёта граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, не является пресекательным, поэтому его превышение, вопреки доводам представителя истца, само по себе не может служить достаточным основанием для признания незаконным и отмены оспариваемого решения жилищного органа.

Ссылка представителя административного истца на правовую позицию, содержащуюся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 июля 2018 г. № 34-П, следует признать несостоятельной в силу того, что данный судебный акт основан на иных обстоятельствах и к спорным правоотношениям по данному делу применён быть не может. 

В связи с указанными обстоятельствами, административное исковое заявление ФИО1, суд признаёт необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.175-180, 227 КАС РФ, военный суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 об оспаривании решения жилищной комиссии войсковой части № о снятии административного истца и членов его семьи с учёта нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма отказать.

Процессуальные издержки по делу отнести на счёт административного истца.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Северо-Кавказский окружной военный суд через Грозненский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий М.Х. Киляров