Мировой судья – Королева А.А. Дело № 1-8/2023-10-25/2023

УИД 53MS0008-01-2022-006525-91

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Великий Новгород 09 августа 2023 года

Новгородский районный суд Новгородской области в составе председательствующего судьи Ящихиной В.В.,

при секретаре судебного заседания Рябовой Т.В., 

с участием: прокурора Наумовой Т.Г., 

осужденного ФИО4, участвующего посредством использования систем видеоконференц-связи, 

его защитника адвоката Лабутиной Я.Ю.,

представителя потерпевшего ФИО5 - ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Лабутиной Я.Ю., действующей в защиту осужденного ФИО4, на приговор мирового судьи судебного участка № 14 Новгородского судебного района Новгородской области от 02 мая 2023 года, которым 

ФИО4, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

избрана мера пресечения в отношении ФИО4 в виде заключения под стражу, взят под стражу немедленно в зале суда;

в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей со 02 мая 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

разрешен вопрос распределении процессуальных издержек в размере 

<

данные изъяты>, которые постановлено взыскать с осужденного ФИО4 в доход федерального бюджета,

установил:

ФИО4 признан виновным в умышленном причинении легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Преступление совершено в период времени с 22 час. 00 мин. до 23 час. 45 мин. 11 мая 2022 года 

<

адрес> в отношении потерпевшего ФИО1 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО4 вину в инкриминируемом преступлении признал частично, оспаривая нанесение потерпевшему телесных повреждений с применением предметов в качестве оружия. 

Судом принято указанное выше решение.

В апелляционной жалобе адвокат Лабутина Я.Ю., действуя в защиту осужденного ФИО4, считает приговор суда незаконным, необоснованным и несправедливым, постановленным с нарушением норм материального и процессуального права, а выводы суда несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. В обоснование своей позиции указывает, что на момент совершения ФИО4 преступления, за которое он осужден по данному приговору, его судимость по приговору Новгородского районного суда Новгородской области от 1 февраля 2012 года (с учетом постановления Валдайского районного суда Новгородской области от 15 июля 2015 года) согласно п. «г» ч. 3 ст. 86 УК РФ, в редакции, действовавшей на момент совершения преступлений, была погашена, а потому не могла быть указана в приговоре. Также полагает, что выводы суда об умышленном причинении ФИО4 легкого вреда здоровью потерпевшего ФИО1. именно с применением предмета, используемого в качестве оружия, основаны на предположениях. Обращает внимание на то, что в заключении эксперта № от 23 июня 2022 года эксперт не счел возможным высказаться об индивидуальных свойствах травмирующего предмета: форме, конструктивных особенностях, рельефе, материале травмирующих предметов, одним или несколькими травмирующими предметами причинены телесные повреждения. Конкретных ответов на поставленные дознавателем перед экспертом вопросы указанное заключение не содержит, а именно, могло ли образоваться телесное повреждение в виде ушибленной раны правой височной области и ушной раковины в результате удара кулаком либо при броске штакетником. В связи с этим автор жалобы считает, что причинение вышеуказанного телесного повреждения рукой, о чем последовательно показывал ФИО4, не исключено. Сомнения о способе и механизме причинения потерпевшему телесного повреждения в виде ушибленной раны правой височной области и ушной раковины судом не устранены, в том числе путем допроса эксперта, а потому в соответствии со ст. 14 УПК РФ должны быть истолкованы в пользу осужденного. Кроме того, анализируя содержание протоколов осмотра места происшествия от 10 июля 2022 года и 12 мая 2022 года, отмечает, что непосредственно после конфликта «предмет, используемый ФИО4 в качестве оружия» (деревянная доска (палка) с прибитым гвоздями металлическим листом) в ходе осмотра места происшествия 12 мая 2022 года не был обнаружен и изъят, а был представлен потерпевшим ФИО1 спустя два месяца участковому уполномоченному полиции ФИО7, которым впоследствии данный предмет был утрачен. Вывод суда о виновности ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, по мнению автора жалобы, основан исключительно на показаниях потерпевшего и его супруги ФИО2 При этом, вопреки положениям ст. 240 УПК РФ, мировой судья учел, что потерпевший ФИО1 свидетель ФИО2 последовательно на всем этапе предварительного расследования, а также в ходе судебного разбирательства излагали обстоятельства совершенного в отношении ФИО1 подсудимым преступления, однако в ходе судебного следствия показания потерпевшего и указанного свидетеля оглашены не были. Также судом необоснованно не учтено наличие у потерпевшего и свидетеля ФИО2 мотива для оговора ФИО4, в то время как в ходе судебного следствия был исследован материал проверки по заявлению ФИО4 о причинении ему легкого вреда здоровью ФИО1 по которому срок привлечения последнего к уголовной ответственности еще не истек. Помимо этого, адвокат считает, что суд формально отнесся к требованиям уголовного закона, регламентирующим назначение наказания, не дал оценки доводам стороны защиты о противоправности поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения ФИО4 преступления, и необоснованно не признал данное обстоятельство смягчающим наказание в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также фактически не учел влияние названного осужденному наказания на условия жизни его семьи. Кроме того, отмечает, что в нарушение п. 7.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, п. 22.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 8 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» при постановлении приговора суд, назначив осужденному наказание в виде лишения свободы, не разрешил вопрос о том, имеются ли основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в случаях и в порядке, установленных ст. 53.1 УК РФ. В связи с вышеизложенным, адвокат просит приговор суда изменить, применить ст.ст. 64, 73 УК РФ и смягчить назначенное осужденному ФИО4 наказание. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав осужденного ФИО4 и его защитника – адвоката Лабутину Я.Ю., поддержавших изложенную в жалобе позицию относительно приговора суда, прокурора Наумову Т.Г., представителя потерпевшего ФИО1 – ФИО6, полагавших доводы апелляционной жалобы несостоятельными, а приговор - законным и обоснованным, допросив эксперта ФИО8, потерпевшего ФИО1 суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, на основании собранных по уголовному делу доказательств, их проверки в судебном заседании путем сопоставления с другими доказательствами, установления их источников.

Нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, которые могли бы повлечь отмену приговора суда, как в ходе производства по уголовному делу дознания, так и в ходе его рассмотрения судом первой инстанции допущено не было.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, вывод суда о виновности ФИО4 в умышленном причинении легкого вреда здоровью потерпевшего ФИО1 вызвавшем кратковременное расстройство здоровья, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия, соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных при разбирательстве по делу доказательств.

Мировой судья обоснованно положил в основу приговора показания потерпевшего ФИО1, данные им в судебном заседании, из которых следует, что 11 мая 2022 года он, находясь возле дома 

<

адрес>, в котором проживает, услышал разговор на повышенных тонах между мужчиной и женщиной, после чего женщина кинула в сторону его (ФИО1.) дома, где стояла машина, пустую бутылку. Он подошел к данным гражданам и сделал женщине замечание, из-за чего между ним и мужчиной, а именно, осужденным ФИО4, произошел словесный конфликт, в ходе которого последний вел себя вызывающе и первым нанес ему (ФИО1 удар в ухо. После чего повалил ФИО4 на землю и стал удерживать двумя руками. Сзади подбежала женщина ФИО4 и стала наносить ему (ФИО1 удары в область спины. Поняв, что с двумя людьми ему не справиться, вырвался и побежал в сторону дома. ФИО4, преследуя его, бросил в него кирпич, попав им в область груди. У входа на прилегающую территорию дома между ним и ФИО4 произошла обоюдная драка, в ходе которой ФИО4 нанес ему примерно 8-9 ударов. Затем ФИО4 выбежал за калитку. В этот момент из дома вышла его (ФИО1 супруга ФИО2 которую он попросил вызвать полицию. ФИО4, продолжая вести себя агрессивно, бил машину, начал ломать забор. Через некоторое время он (ФИО1 заметил, что ФИО2. нагнулась, и увидел как в его сторону летит фрагмент деревянной доски с металлической пластиной (козырьком), которая попала ему в правую часть лица в область виска и уха, разрезав их, от чего у него пошла кровь. В дальнейшем в больнице ему зашивали указанные раны. От удара кирпичом в область груди у него имелись царапины и был сбой работы сердца. 

Никаких оснований отвергать показания потерпевшего, как недостоверные, у суда не имелось, поскольку они согласуются с иными исследованными при разбирательстве по делу доказательствами.

Так, из показаний свидетеля ФИО2 следует, находясь по месту жительства, она услышала стук в окно, выглянула и увидела супруга ФИО1., который держался за грудь, кричал ей вызвать полицию. Выйдя на улицу, услышала, как что-то ударилось о стену дома, и спросила у супруга, что случилось. Тот снова сказал ей вызвать полицию, что она сразу сделала. Видела, как из-за забора в их сторону летели камни. Она пошла к забору и закрыла калитку, стала с супругом ждать полицию. Перед домом находились ФИО4 с женщиной. ФИО4 выкрикивал в адрес ее супруга ФИО1 угрозы и оскорбления, при этом периодически подбегал к калитке, тряс ее, после чего подбегал к машине «Газель» и бил по ней ногами. После этого подбежал обратно к деревянному забору, на котором висел почтовый ящик под металлическим козырьком, оторвал этот штакетник с металлической пластиной и бросил его в их сторону. Увидев это, она наклонилась, и доска с металлическим козырьком попала в ФИО1 в область уха, от чего у последнего пошла кровь по лицу. После того, как приехали сотрудники полиции и допросили их, она отвезла ФИО1 в медицинское учреждение, где ему наложили швы. Также видела, что у ФИО1 области груди имелись ссадины, которые, как ей известно со слов супруга, появились из-за удара в нее камнем. ФИО1 ей сообщил, что конфликт с ФИО4 у него возник из-за того, что с находившаяся с ФИО4 женщина бросила пустую бутылку в автомобиль «Солярис». 

Оснований для оговора осужденного потерпевшим и свидетелем ФИО2 в том числе с учетом наличия между ними родственных (супружеских) отношений, суд оправданно не усмотрел, так как их показания логичны, согласуются между собой и подтверждены иными письменными доказательствами, в числе которых: рапорта начальника смены дежурной части МО МВД России «Новгородский» полиции, которым, в частности, было принято сообщение из медицинского учреждения ГОБУЗ «НОКБ» об обращении ФИО1. за оказанием медицинской помощи в связи с ушибленной рваной раной уха; протокол принятия устного заявления от ФИО1 о преступлении; протоколы осмотра места происшествия от 12 мая 2022 года и 10 июля 2022 года; акт судебно-медицинского освидетельствования № от 12 мая 2022 года и заключение эксперта (в приговоре ошибочно поименовано как акт судебно-медицинского (исследования)) № от 23 июня 2022 года, согласно которым у потерпевшего ФИО1. обнаружены телесные повреждения в виде ушибленных ран правой височной области и ушной раковины, потребовавших в лечении наложения хирургических швов, ссадин шеи справа, щеки слева, передней поверхности груди, паховой области слева; телесными повреждениями в виде ушибленных ран головы в височной области и ушной раковины справа ФИО1 причинен легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья менее трех недель. 

Все изложенные в приговоре доказательства, в том числе показания потерпевшего, свидетелей, заключения экспертов, мировой судья в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и дал им оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности в совокупности с другими доказательствами по делу, указав в приговоре, по каким основаниям принял как достоверные одни доказательства и отверг другие. Вопреки доводам апелляционной жалобы, постановленные мировым судьей выводы не основаны на предположениях. 

Правильность оценки мировым судьей представленных сторонами доказательств, в том числе показаний потерпевшего ФИО1 свидетеля ФИО2 и иных письменных доказательств, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку объективных данных полагать о том, что мировой судья при оценке доказательств нарушил требования ст. 14, ч. 1 ст. 17 УПК РФ, не имеется.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о недоказанности наличия умысла осужденного на причинение потерпевшему вреда здоровью и применения предмета, используемого в качестве оружия, тщательно проверялись мировым судьей и были обоснованно отвергнуты как опровергнутые совокупностью собранных по делу доказательств. Оснований не соглашаться с указанными выводами суд апелляционной инстанции не усматривает.

Наличие конфликта и нанесение ударов потерпевшему ФИО1 осужденный ФИО4 не оспаривает. Фактически доводы стороны защиты сводятся к оспариванию применения ФИО4 предмета, используемого в качестве оружия.

Между тем, причинение осужденным ФИО4 потерпевшему ФИО1 легкого вреда здоровью с применением предмета, используемого в качестве оружия, подтверждается, в том числе, показаниями потерпевшего ФИО1 свидетелей ФИО2 оснований ставить под сомнение которые не имеется, поскольку они даны лицами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а также подтверждаются совокупностью иных положенных в основу приговора доказательств, в том числе, заключением эксперта, оснований оценивать критически которые не имеется. В своих показаниях ФИО4 подтверждал, что 11 мая 2022 года в ходе конфликта с потерпевшим он (ФИО4) дернул за деревянную палку, прибитую к забору, после чего она отвались и осталась у него в руке. На наличие у ФИО4 палки указывает в своих показаниях и свидетель ФИО3 

Как пояснила в заседании суда апелляционной инстанции эксперт ФИО8, вызванная в порядке ст. 282 УПК РФ для разъяснения выводов проведенной ею судебно-медицинской экспертизы, у потерпевшего ФИО1 имелись две ушибленные раны, которые находились в двух расположенных рядом областях: ушной и височной, и которые образовались от не менее одного травматического воздействия. В соответствии с медицинскими документами эти ушибленные раны находилась справа, указание в акте судебно-медицинского освидетельствования № от 12 мая 2022 года и заключении эксперта № от 23 июня 2022 года о наличии на момент осмотра повязки в области уха и виска слева является технической ошибкой. Высказаться о конкретных характеристиках травмирующего предмета, которым потерпевшему были причинены ушибленные раны правой височной области и ушной раковины, при проведении экспертизы не позволило то, что эти раны были подвержены хирургической обработке (наложены швы), а представленные на исследование объекты не содержали информации, достаточной для вывода по существу поставленных вопросов. Возникновение ушибленных ран головы в височной области и ушной раковины справа от удара фрагментом деревянной доски с металлической пластиной, в том числе, запечатленным на фототаблице к протоколу осмотра места происшествия от 10 июля 2022 года (т. 1 л.д. 17), не исключается, а от удара кулаком, локтем является маловероятным. Установленные у потерпевшего ссадины шеи справа, щеки слева и паховой области слева, каждая образовалась от не менее одного травматического воздействия, ссадины передней поверхности груди – от не менее двух травматических воздействий, причинены по действии тупых твердых предметов, по механизму трения, растяжения. В своей совокупности причинение имевшихся у потерпевшего ФИО1 телесных повреждений не характерно для падения из положения стоя. 

Анализ содержания заключения эксперта и показаний эксперта ФИО8 указывает, что проведенное ею исследование не исключило вероятность образования у потерпевшего ФИО1 ушибленных ран правой височной области и ушной раковины, повлекших легкий вред здоровью, от удара одним предметом - фрагментом деревянной доски с металлической пластиной. 

Компетенция и надлежащая квалификация эксперта ФИО8 сомнений не вызывают. Из материалов дела следует, что эксперт имеет высшее медицинское образование, первую квалификационную категорию, а также соответствующий стаж работы. 

Оснований считать, что экспертом при производстве экспертизы нарушены требования, установленные ст. ст. 57, 204 УПК РФ, не имеется.

Порядок организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденный Приказом Минздравсоцразвития России от 12 мая 2010 года № 346н не нарушен.

Конкретизировав в судебном заседании свои выводы, сделанные в экспертном заключении, по мнению суда апелляционной инстанции, эксперт ФИО8 не вышла за пределы своей компетенции и рамки проведенного ею ранее исследования, так как при назначении экспертизы ставились вопросы относительно возможности образования установленных у потерпевшего ФИО1 ушибленных ран правой височной области и ушной раковины в результате нанесения удара как штакетником, так и кулаком. При этом отсутствует необходимость в проведении повторной либо дополнительной судебной экспертизы для установления обстоятельств, которые подлежат доказыванию по уголовному делу.

Как пояснила эксперт ФИО8, для вывода о том, каким именно травмирующим предметом потерпевшему были причинены ушибленные раны, необходимо предоставление этого предмета на исследование. 

Однако, предметы, которыми потерпевшему были причинены телесные повреждения, в качестве вещественных доказательств по уголовному делу не признавались, в связи с чем их предоставление для экспертного исследования невозможно. 

В тоже время отсутствие среди доказательств вещественных доказательств не свидетельствует о недостаточности иных указанных в приговоре доказательств, совокупность которых, по мнению суда апелляционной инстанции, подтверждает виновность ФИО4 в совершении установленного судом преступления.

Оценивая доводы стороны защиты о наличии неустраненных судом сомнений о способе и механизме причинения ушибленных ран, суд апелляционной инстанции находит их неубедительными.

Необходимо отметить, что случаи обязательного назначения экспертизы перечислены в ст. 196 УПК РФ. В остальном в уголовном процессе действует общий принцип свободной оценки доказательств, предусмотренный ст. 17 УПК РФ, согласно которому никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. 

В соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Указанные требования закона мировым судьей при вынесении приговора в отношении ФИО4 соблюдены. В частности, конкретные фактические обстоятельства, при которых у потерпевшего образовались телесные повреждения, повлекшие причинение легкого вреда здоровью, установлены в результате сопоставления показаний всех допрошенных по делу лиц между с собой, а также с заключением экспертизы.

Из протокола судебного заседания следует, что мировым судьей дело рассмотрено в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств. Мировой судья создал сторонам, в том числе стороне защиты, все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, участники процесса не были ограничены в праве заявлять ходатайства. В связи с этим, ссылка в апелляционной жалобе на то, что в суд первой инстанции не был вызван эксперт, не свидетельствует о неполноте судебного следствия, такого ходатайства, в том числе, стороной защиты не заявлялось. Все ходатайства были разрешены мировым судьей без нарушения установленной ст. 256 УПК РФ процедуры разрешения ходатайств, ограничений права осужденного на защиту, случаев необоснованного отказа в удовлетворении ходатайств мировым судьей не допущено. 

Довод апелляционной жалобы о том, что предмет, используемый в качестве оружия, не был обнаружен в ходе осмотра места происшествия 12 мая 2022 года непосредственно после конфликта, а был предоставлен потерпевшим спустя два месяца, а именно при осмотре места происшествия 10 июля 2022 года, каких-либо сомнений в виновности осужденного не порождает и не свидетельствует о допущенных процессуальных нарушениях. 

Как следует из содержания протокола осмотра места происшествия от 12 мая 2022 года, в указанный день участковым уполномоченным полиции МО МВД России «Новгородский» ФИО9 производился осмотра участка возле дома 

<

адрес> 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 10 июля 2022 года в этот день осуществлялся осмотр участка 

<

адрес> на котором были обнаружены и изъяты деревянная доска (палка) с повреждением в виде обломков и сучков с прибитым к ней гвоздями металлическим листом и кирпич, обломанный с одной стороны.

Таким образом, 12 мая 2022 года и 10 июля 2022 года осматривались разные территории. 

Существенных нарушений требований ст. ст. 166, 176 УПК РФ при производстве указанного следственного действия и его оформлении не допущено. Осмотры места происшествия проведены с целью фиксации обстановки происшествия.

Утверждение в апелляционной жалобе о наличии у потерпевшего и свидетеля ФИО2 мотивов для оговора осужденного со ссылкой на наличие у мирового судьи материала проверки по заявлению ФИО4 о причинении ему легкого вреда здоровью ФИО1., неубедительно, поскольку как потерпевший, так и свидетель ФИО2 предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, кроме того, их показания объективно подтверждены исследованными материалами дела. 

Сведений о том, что показания потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 получены судом с нарушением требований УПК РФ или основаны на догадке, предположении, слухе, что в силу положений ч. 2 ст. 75 УПК РФ могло свидетельствовать о недопустимости данных доказательств, материалы уголовного дела не содержат.

Мировой судья мотивировал, почему отдает предпочтение данным доказательствам и отвергает показания осужденного ФИО4, отрицавшего в судебном заседании свою вину в нанесении потерпевшему телесных повреждений фрагментами кирпича и деревянной доски с металлической пластиной, а также свидетеля ФИО3 как лица, заинтересованного в освобождении осужденного от уголовной ответственности.

Оснований не соглашаться с такой оценкой доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Что касается доводов осужденного о том, что до начала возникновения конфликтной ситуации он с ФИО3 находились на автобусной остановке на значительном расстоянии от дома потерпевшего, то данное обстоятельство принципиального значения не имеет, так как не влияет на правильность установленных судом фактических обстоятельств преступления. 

Проверялись мировым судьей и доводы стороны защиты о причинении телесных повреждений потерпевшему в результате необходимой обороны и были обоснованно отвергнуты как не нашедшие объективного подтверждения. Мотивы принятого решения мировым судьей приведены, оснований для иных выводов суд апелляционной инстанции не усматривает.

Избранные осужденным орудие и способ совершения преступления прямо свидетельствовали об умысле осужденного на причинение физической боли и телесных повреждений.

Вывод суда о том, что преступление совершено ФИО4 на почве личных неприязненных отношений, также основан на исследованных и приведенных в приговоре доказательствах, указывающих на то, что преступление совершено в ходе ссоры, вызванной реакцией на сделанное потерпевшим замечание по поводу выброшенной свидетелей ФИО3 пустой бутылки.

Квалификация действий осужденного ФИО4 по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ судом первой инстанции дана правильная, основывается на установленных судом фактических обстоятельствах и соответствует положениям уголовного закона. Невыясненных обстоятельств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности или невиновности ФИО4 в совершении инкриминируемого преступления из материалов дела не усматривается. Оснований для иной квалификации действий осужденного, а также прекращения уголовного дела не имеется.

Несогласие стороны защиты с произведенной судом оценкой доказательств не свидетельствует о несоответствии изложенных в приговоре выводов фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при назначении наказания осужденному мировой судья в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на достижение целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, а также влияние наказание на условия жизни ФИО4 и его семьи.

Данные о личности осужденного с достаточной полнотой исследовались судом, подробно изложены в приговоре, учтены при принятии решения

При назначении наказания осужденному суд принял во внимание смягчающие наказание обстоятельства в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ: частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья ФИО4 и близкого родственника (бабушки), осуществление ухода за престарелым близким родственником (бабушкой), оказание помощи гражданской супруге, страдающей онкологическим заболеванием. 

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание, судом в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признан рецидив преступлений.

Довод жалобы о том, что поводом к совершению преступления послужило противоправное поведение потерпевшего ФИО1 суд апелляционной инстанции признает неубедительным.

По смыслу закона под противоправным поведением потерпевшего понимается насилие, издевательство, тяжкое оскорбление, психологическое давление со стороны потерпевшего, а под аморальным поведением - нарушение потерпевшим моральных норм и правил поведения в обществе.

Судом не было установлено каких-либо противоправных действий и аморального поведения со стороны ФИО1 явившихся поводом для совершения ФИО4 преступления, легкий вред здоровью потерпевшему был причинен осужденным на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, оснований для признания смягчающим наказание обстоятельство, предусмотренное п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, у суда первой инстанции не имелось. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции. 

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, фактических обстоятельств дела, данных о личности осужденного, мировой судья обоснованно пришел к выводу о том, что исправление ФИО4 возможно только в условиях изоляции от общества и отсутствии оснований для применения положений ст. 64 и 73 УК РФ, приведя мотивы такого решения, никаких оснований не соглашаться с которым не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, предусмотренные законом основания для применения положений ст. 53.1 УК РФ, отсутствовали, принимая во внимание наличие обоснованного вывода суда о невозможности достижения целей уголовного наказания без изоляции осужденного от общества. 

Вид исправительного учреждения для отбывания ФИО4 наказания в виде лишения свободы верно определен в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, зачет времени содержания под стражей произведен в соответствии с п. «а» ч. 3.2 ст. 72 УК РФ.

Вопрос о возмещении процессуальных издержек мировым судьей разрешен правильно.

Вместе с тем, приговор мирового судьи подлежит изменению, а приведенные в апелляционной жалобе адвоката доводы в части заслуживают внимания.

Так, мировым судьей не приняты во внимания положения ст. ст. 9 и 10 УК РФ, в соответствии с которыми преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния. Уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

По смыслу уголовного закона сроки погашения судимости, установленные статьей 86 УК РФ, за каждое преступление исчисляются самостоятельно и не прерываются при совершении нового преступления.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», если на момент совершения подсудимым преступления, в котором он обвиняется по рассматриваемому судом уголовному делу, его судимости сняты или погашены, то суд, исходя из положений ч. 6 ст. 86 УК РФ, не вправе упоминать о них во вводной части приговора.

Вопреки указанным разъяснениям, мировой судья во вводной части приговора указал на наличие у ФИО4 судимости по приговору Новгородского районного суда Новгородской области от 01 февраля 2012 года, по которому ФИО4 осужден по п. «а» ч. 2 ст. 131 УК РФ, п. «а» ч. 2 ст. 132 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Преступления, предусмотренные п. «а» ч. 2 ст. 131 УК РФ, п. «а» ч. 2 ст. 132 УК, отнесены к категории тяжких преступлений.

Вместе с тем, мировым судьей оставлено без внимания то, что преступления по приговору Новгородского районного суда Новгородской области от 01 февраля 2012 года были совершены ФИО4 до 3 августа 2013 года - дня вступления в законную силу Федерального закона от 23 июля 2013 года № 218-ФЗ, которым были внесены изменения в статью 86 УК РФ и увеличены сроки погашения судимости, в том числе, за тяжкие преступления.

Таким образом, при определении судимости ФИО4 по указанному приговору надлежало руководствоваться редакцией ст. 86 УК РФ, действующей на момент совершения им указанных преступлений, определяющей более мягкие правила исчисления судимости - статьей 86 УК РФ в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ.

Как усматривается из материалов дела, на основании постановления Валдайского районного суда Новгородской области от 15 июля 2015 года ФИО4 был освобожден 28 июля 2015 года от неотбытой части по приговору от 01 февраля 2012 года условно-досрочно. 

Учитывая, что в соответствии с п. «г» ч. 3 ст. 86 УК РФ, в редакции, действовавшей на момент совершения ФИО4 преступлений по приговору от 01 февраля 2012 года, судимость в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за тяжкие преступления, погашалась по истечении шести лет после отбытия наказания, на момент совершения преступления по настоящему приговору (11 мая 2022 года) вышеуказанная судимость, как верно отмечено в апелляционной жалобе, являлась погашенной и не могла учитываться при назначении наказания. В связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости удовлетворения апелляционной жалобы в указанной части и исключения из вводной части приговора указания на судимость ФИО4 по приговору от 01 февраля 2012 года. 

В силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ приговор, определение суда, постановление судьи должны быть законными, обоснованными, мотивированными.

Из этой нормы закона следует, что решение должно быть принято с соблюдением процедуры и прав участников судопроизводства, с приведением мотивов, основанных на исследованных материалах по делу, обо всех выводах, не содержащих противоречий, составляющих предмет конкретного судебного разбирательства, и основано на правильном применении уголовного и уголовно-процессуального закона.

Норма ч. 3 ст. 240 УПК РФ также требует, чтобы приговор был основан лишь на доказательствах, исследованных в судебном заседании.

Как следует из приговора, при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, мировой судья указал о том, что ФИО4 нанес ФИО1 удар в область правового уха, причинив последнему физическую боль, после чего в продолжение своего преступного умысла, пройдя следом за ФИО1 на территорию, прилегающую к 

<

адрес>, подобрал с земли фрагмент кирпича и, используя его в качестве оружия, бросил в область груди ФИО1 причинив последнему физическую боль. Затем, в ходе произошедшей между ним и ФИО1 потасовки, нанес последнему не менее 10 ударов кулаком в область головы и тела, после чего вышел на пределы прилегающей территории к 

<

адрес>, оторвал от забора фрагмент доски с металлической пластиной и, используя ее в качестве оружия, бросил в область головы ФИО1

Однако, о нанесении потерпевшему в ходе потасовки такого количества ударов (не менее 10) никто из очевидцев преступления, в том числе сам потерпевший ФИО1 в ходе судебного разбирательства не поясняли.

Указанные выводы мирового судьи о нанесении ФИО4 потерпевшему ФИО1 не менее 10 ударов кулаком в область головы и тела, в приговоре не мотивированны, не подтверждаются исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами.

Также мировой судья допустил техническую ошибку, указав на нанесение ФИО1 удара в область правового уха. 

В суде апелляционной инстанции потерпевший ФИО1 пояснил, о том что осужденный ФИО4 в ходе произошедшей между ними потасовки нанес ему не менее 10 ударов, при этом потерпевший не смог описать конкретные действия осужденного, связанные с нанесением такого количества ударов, и их локализацию.

В показаниях потерпевшего ФИО1 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в суде апелляционной инстанции в части противоречий между показаниями потерпевшего в суде первой инстанции о количестве нанесенных ему ударов, он также не пояснял об указанных выше обстоятельствах, сообщая лишь о том, что в ходе потасовки ФИО4 с силой хватал его за руки, наносил удары по различным частям тела, пытался укусить, нанес минимум 10 ударов. 

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Между тем, достаточной совокупности доказательств того, что осужденный ФИО4 в ходе потасовки нанес потерпевшему не менее 10 ударов кулаком в область головы и тела, материалы дела не содержат.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым данное указание исключить из описательно-мотивировочной части приговора и указать о нанесении ФИО4 ФИО1 не менее 4 ударов кулаком в область головы и тела, с учетом показаний потерпевшего ФИО1 данных в судебном заседании у мирового судьи, а также заключения и показаний судебно-медицинского эксперта.

Кроме того, следует уточнить при описания преступного деяния, признанного судом доказанным, что ФИО4 нанес ФИО1 удар в область правого уха вместо указанного в приговоре «правового уха».

По мнению суда апелляционной инстанции, отвергая позицию стороны защиты о том, что ФИО4, оторвав от забора деревянную палку с металлической пластиной, выбросил ее за себя, мировой судья обоснованно сослался на то, что эти доводы опровергаются показаниями потерпевшего и свидетеля ФИО2 

Однако, давая оценку показаниям потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 мировой судья, как следует из описательно-мотивировочной части приговора, учитывал то, что указанные лица последовательно на всем этапе предварительного расследования, а также в ходе судебного разбирательства излагали обстоятельства совершенного в отношении ФИО1 подсудимым преступления. 

Вместе с тем, как обоснованно указано адвокатом в апелляционной жалобе, показания потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 данные на этапе предварительного расследования, мировым судьей не исследовались, что видно из протокола судебного заседания суда первой инстанции. В этой связи мировой судья, исходя из требований ст. 240 УПК РФ, был не вправе учитывать их в обоснование своих выводов.

При таких обстоятельствах, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению ссылка суда на учет при оценке показаний потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 изложенных ими на этапе предварительного расследования обстоятельств совершенного в отношении ФИО1 ФИО4 преступления. 

Исключение указанной ссылки из приговора само по себе на правильность произведенной мировым судьей оценки показаний потерпевшего и свидетеля ФИО2 данных в ходе судебного разбирательства, не влияет.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает, что мировой судья при назначении осужденного наказания необоснованно учел «характер и степень общественной опасности ранее совершенных преступлений», поскольку ФИО4 наказание по предыдущим приговорам отбыл, поэтому указанное обстоятельство не могло быть повторно учтено при назначении ему наказания за вновь совершенное преступление.

Данное указание также подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

С учетом внесенных изменений, в связи с уменьшением объема обвинения в части количества нанесенных ударов, а также исключением указания на погашенную судимость и об учете характера и степени общественной опасности ранее совершенных преступлений, и учитывая установленную судом совокупность смягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции полагает возможным не применять положения ч. 2 ст. 68 УК РФ и смягчить ФИО4 наказание, назначенное по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, определив размер наказания по правилам ч. 3 ст. 68 УК РФ. 

В соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ резолютивная часть обвинительного приговора должна содержать решение о мере пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу.

При постановлении приговора суд применил в отношении ФИО4 меру пресечения в виде заключения под стражу, являющуюся по своей процессуальной природе мерой пресечения, носящей срочный характер, однако не указал юридически значимого события, по наступлении которого указанная мера пресечения прекращает действие. При таких обстоятельствах в соответствии с приговором суда применение меры пресечения фактически носит бессрочный характер, тогда как согласно сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позиции пункт 10 части 1 ст. 308 УПК РФ не предполагает бессрочного и неконтролируемого судом содержания подсудимого под стражей по не вступившему в законную силу и не обращенному к исполнению приговору (определения от 19 декабря 2017 года N 2809-О, от 27 марта 2018 года N 862-О и от 26 ноября 2018 года N 2869-О, от 24 февраля 2022 года N 220-О). Помимо изложенного, указание на период действия меры пресечения в виде заключения под стражу необходим для правильного разрешения вопросов о зачете этого срока в срок наказания согласно ч. 3 и ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Вопреки изложенным положениям закона мировой судья в резолютивной части приговора не указал юридически значимого события, по наступлении которого указанная мера пресечения прекращает действие. 

При таких обстоятельствах в резолютивную часть приговора следует внести изменения путем указания на юридически значимое событие, по наступлении которого указанная мера пресечения прекращает действие.

Допущенные судом первой инстанции указанные выше нарушения закона при постановлении приговора являются основанием для его изменения в апелляционной порядке согласно требованиям ст. ст. 389.15, 389.17, 389.18 УПК РФ.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает необходимым удовлетворить апелляционную жалобу адвоката Лабутиной Я.Ю. частично.

В остальной части приговор отвечает требованиям ст. 297 УПК РФ, не подлежит изменению по иным основаниям.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор мирового судьи судебного участка № 14 Новгородского судебного района Новгородской области от 02 мая 2023 года в отношении ФИО4 изменить:

- исключить из вводной части приговора указание на судимость ФИО4 по приговору Новгородского районного суда Новгородской области от 01 февраля 2012 года;

- уточнить при описания преступного деяния, признанного судом доказанным, что ФИО4 нанес ФИО1 удар в область правого уха;

- исключить из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, указание на нанесение ФИО4 ФИО1 не менее 10 ударов кулаком в область головы и тела, и там же указать, что ФИО4 нанес ФИО1 не менее 4 ударов кулаком в область головы и тела; 

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на учет при оценке показаний потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 изложенных ими на этапе предварительного расследования обстоятельств совершенного в отношении ФИО1 ФИО4 преступления; 

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда при назначении наказания на «характер и степень общественной опасности ранее совершенных преступлений»;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на назначение наказания с учетом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ и об отсутствии оснований для назначения наказания с применением положений ч. 3 ст. 68 УК РФ;

- смягчить наказание, назначенное ФИО4 по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 68 УК РФ до 6 месяцев лишения свободы;

- дополнить резолютивную часть приговора указанием, что мера пресечения в виде заключения под стражу избрана в отношении ФИО4 до вступления приговора в законную силу.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Лабутиной Я.Ю. удовлетворить частично. 

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении итоговые судебные решения могут быть обжалованы путём подачи кассационной жалобы или представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья В.В. Ящихина

Мотивированное апелляционное постановление составлено 14 августа 2023 года.