Судья Новиков Ф.А. № 22-4359/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Волгоград 20 октября 2021 года

Волгоградский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Еромасова С.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Поповой И.А., 

с участием:

прокурора отдела Волгоградской областной прокуратуры Носачевой Е.В.,

осуждённого ФИО1 и его защитника – адвоката Токарева В.А.,

потерпевшей ФИО

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого ФИО1 и его защитника – адвоката Швецова М.В. на приговор Краснослободского районного суда Волгоградской области от 23 августа 2021 г., по которому 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

.......> зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>,

осуждён по ч. 5 ст. 264 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

На осуждённого ФИО1 возложена обязанность следовать к месту отбывания наказания за счет государства самостоятельно в порядке, предусмотренном частями 1, 2 статьи 75.1 УИК РФ.

В приговоре разрешены вопросы начале срока наказания, зачёте в срок наказания в виде лишения свободы времени следования ФИО1 к месту отбывания наказания, о мере пресечения и о вещественных доказательствах.

Гражданский иск ФИО к ФИО1 удовлетворён частично. С ФИО1 в пользу ФИО взыскано 700000 рублей в качестве компенсации морального вреда в связи со смертью сына ФИО

Доложив материалы дела, выслушав осуждённого ФИО1, его защитника – адвоката Токарева В.А., поддержавших апелляционные жалобы, прокурора Носачеву Е.В., потерпевшую ФИО, утверждавших, что приговор является законным и обоснованным, оснований для его отмены, изменения не имеется, суд 

УСТАНОВИЛ:

по приговору ФИО1 осуждён за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть двух лиц.

Обстоятельства преступления подробно приведены судом в приговоре.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал. Не отрицая, что, управляя своим автомобилем, 1 января 2020 г. совершил наезд на пешеходов, в результате которого наступила смерть двоих лиц и причинён тяжкий вред здоровью ребенка, утверждал, что Правил дорожного движения он не нарушал, препятствия в виде пешеходов перед своим автомобилем не видел, дорожно-транспортное происшествие предотвратить не мог. 

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 утверждает, что приговор является незаконным, его вина в совершении преступления не доказана, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом первой инстанции не учтён ряд обстоятельств, имеющих значение для дела. Считает, что судом не дана оценка противоправным действиям потерпевших, которые находились в состоянии алкогольного опьянения и выбежали на проезжую часть дороги в ночное время в неположенном месте. В ходе предварительного следствия не был проведён следственный эксперимент с его участием для определения момента обнаружения им опасности с водительского кресла, а выводы эксперта автотехника основаны только на расчётах скорости движения пешеходов со слов малолетнего потерпевшего без учёта дорожной обстановки и учёта разницы в скорости движения ребенка и взрослых потерпевших. Полагает, что судом необоснованно не учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств: противоправное поведение потерпевших и активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Просит приговор отменить, уголовное дело и уголовное преследование прекратить по основаниям, предусмотренным п. 2 ч.1 ст.24 УК РФ. 

В апелляционной жалобе защитник осуждённого ФИО1 – адвокат Швецов М.В., выражая несогласие с судебным актом, указывает, что приговор постановлен на основе недостоверных, истолкованных с обвинительным уклоном недопустимых доказательствах. Считает, что судом необоснованно в основу доказательства вины ФИО1 положено заключение эксперта № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, которое необъективно, так как основано на недостоверных исходных данных о скорости движения переходивших дорогу пешеходов. В частности, скорость движения пешеходов задана следователем эксперту из таблицы Ленинградского НИЛСЭ 1966 года как средняя скорость движения человека, ведущего за руку ребенка – 4.1 км/ч, в то время как из исследованных доказательств следует, что погибшие переходили дорогу, не держа ребенка за руку. Несовершеннолетний ФИО А.Г. показал, что первым стал переходить дорогу, следовательно, скорость движения пешехода должна была быть задана из той же таблицы, как средняя скорость движения подростка возраста 10-12 лет, которая по той же таблице составляет 4,9 км/ч. По мнению адвоката, в таком случае у ФИО1 отсутствовала техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия. Полагает, что протокол следственного эксперимента, в ходе которого была установлена скорость несовершеннолетнего пешехода в момент ДТП 4,1 км/ч, является недопустимым доказательством. В протоколе допроса потерпевшего ФИО от 9 июня 2021 г., последний пояснял лишь о темпе движения через проезжую часть, и ничего не говорил о скорости движения, из чего делает вывод, что в нарушение требований ст. 181 УПК РФ следователь произвёл данное следственное действие не для уточнения темпа движения пешехода, а с целью получения новых данных по делу - установление скорости движения пешехода в момент ДТП. Также в нарушение ст. 9 Федерального закона от 26 июня 2008 г. № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений» следователь использовал для изменения расстояния и времени приборы, не прошедшие поверку, вычисление средней скорости движения пешехода проведено без применения при расчётах величины погрешности средств измерения. Полагает, что необходимо было учитывать психологическое и физическое состояние испытуемого малолетнего ФИО, так как в результате ДТП у него был диагностирован перелом верхней трети правой плечевой кости со смещением, закрытый перелом верхней трети обеих костей левой голени со смещением, он долгое время находился в медицинском учреждении в обездвиженном состоянии и практически заново учился ходить, что не могло не отразиться на его рефлекторной функции хождения. Считает, что психологическое состояние потерпевшего было настроено на то, чтобы продемонстрировать не скорость движения, а соблюдение им правил дорожного движения. По мнению автора апелляционной жалобы, приговор является копией обвинительно заключения, что не может быть признано законным и противоречит требованиям ст.299 УПК РФ. Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор. 

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, проверив законность, обоснованность и справедливость приговора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признаётся таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, основаны на доказательствах, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании.

Так, из показаний несовершеннолетнего потерпевшего ФИО следует, что 1 января 2020 г. в вечернее время он вместе со своей матерью и ФИО и её сожителем ФИО переходили проезжую часть дороги от магазина «Магнит» в х. Госпитомник в Среднеахтубинском районе Волгоградской области. Дорога была асфальтирована и хорошо освещена. Перед тем, как начать движение по проезжей части, они остановились и убедились в отсутствии транспортных средств. Никто из них не отвлекался, по телефону не разговаривал. При этом крайним слева от него стоял ФИО, потом посередине его мама ФИО, а рядом с ней находился он, ФИО за руку его не держала. Он сделал первый шаг и начал переходить дорогу, за ним сразу же пошли ФИО и ФИО, все шли медленно в одну линию и прошли, как ему показалось, до середины дороги, потом он потерял сознание, очнулся в больнице. Там узнал о дорожно-транспортном происшествии, автомобиля на дороге не видел, автомобильного сигнала и звука тормозов не слышал. 

Из показаний свидетеля ФИО, данных в ходе предварительного следствия, также следует, что 1 января 2020 г. около 19 часов он совместно со своим братом ФИО, его сожительницей ФИО и несовершеннолетним сыном последней ФИО ходили за продуктами в магазин «Магнит», расположенный в хуторе Госпитомник Среднеахтубинского района Волгоградской области. Чтобы попасть домой, им необходимо было перейти автодорогу «Краснослободск - Средняя Ахтуба». Они все вместе вчетвером вышли из магазина, подошли к проезжей части дороги. Он задержался у края то ли покурить, то ли поговорить по телефону, а ФИО, ФИО и ФИО А.Г. стали втроем переходить спокойным шагом проезжую часть дороги. В этот момент никакого транспорта на дороге не было, дорога была хорошо освещена, видимость не ограничена, осадков не было, асфальт был сухим. Когда ФИО, ФИО и ФИО А.Г. дошли практически до середины проезжей части дороги, он увидел как движущийся со стороны г. Краснослободска в направлении р.п. Средняя Ахтуба автомобиль 

<

.......> под управлением ранее неизвестного ему ФИО1 совершил наезд на его родственников. Указанный автомобиль до момента наезда на пешеходов не тормозил, звукового сигнала не подавал. ФИО и ФИО скончались на месте ДТП, а малолетний ФИО был госпитализирован автомобилем скорой медицинской помощи. Утверждал, что ФИО, ФИО и малолетний ФИО переходили проезжую часть дороги спокойным шагом, не перебегали её, друг от друга не отдалялись, двигались справа налево относительно движения автомобиля 

<

.......>

Сам ФИО1 подтвердил, что 1 января 2020 г., управляя свои технически исправным автомобилем 

<

.......> государственный регистрационный знак 

<

.......> и следуя по проезжей части автомобильной дороги общего пользования регионального значения Волгоградской области 18 ОП РЗ 18К-2 «Волгоград - Краснослободск - Средняя Ахтуба» со стороны г. Краснослободска в направлении р.п. Средняя Ахтуба у магазина «Магнит» он совершил наезд на ранее незнакомых пешеходов ФИО, ФИО и несовершеннолетнего ФИО 

Протоколом осмотра места происшествия от 1 января 2020 г. со схемой ДТП, в которых зафиксированы обстановка места происшествия, дорожные и погодные условия в момент ДТП, в том числе отсутствие следов торможения от автомобиля осуждённого, хорошая освещённость и видимость в пределах 500-600 метров, а также механические повреждения транспортного средства ФИО1 Все замеры, указанные в протоколе осмотра места происшествия и схеме дорожно-транспортного происшествия, были произведены в присутствии понятых и водителя ФИО1, место ДТП установлено и отражено на схеме, в том числе с его слов, протокол и схема подписаны ФИО1 без замечаний.

Из заключения автотехнической судебной экспертизы следует, что в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

.......> 

<

.......>, государственный регистрационный знак № 

<

...>, ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов путём применения торможения в заданный момент и должен был действовать согласно требованиям пунктов 1.3, 1.5 абзац 1, 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения РФ. С технической точки зрения в действиях водителя автомобиля 

<

.......> 

<

.......>, государственный регистрационный знак № 

<

...> ФИО1 усматривается несоответствие требованиям пунктов 1.3, 1.5 абзац 1, 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения РФ. 

Доводы стороны защиты о том, что указанное заключение эксперта является необъективным, так как основано на недостоверных заданных следователем исходных данных о скорости движения переходивших дорогу пешеходов, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными. Несмотря на то, что следователем в постановлении о назначении судебной экспертизы задано условие о скорости движения пешеходов, равной 4.1 км/ч, что соответствует средней скорости движения взрослого пешехода, ведущего за руку ребенка, тогда в момент ДТП ни ФИО, ни ФИО, переходя проезжую часть дороги, несовершеннолетнего ФИО за руку не держали, скорость движения указанных пешеходов, равная 4,1 км/ч, установлена путём проведения следственного эксперимента. 

Из протокола следственного эксперимента от 9 июня 2020 г. усматривается, что несовершеннолетний потерпевший ФИО А.Г. в присутствии понятых несколько раз демонстрировал, каким образом и с какой скоростью он, а также ФИО и ФИО переходили проезжую часть дороги 1 января 2020 г. Путём простого математического подсчёта следователем установлено среднее значение скорости – 4.1 км/ч. 

Утверждение защитника в апелляционной жалобе о проведении органами предварительного следствия следственного эксперимента с нарушением требований уголовно-процессуального закона, являются несостоятельными. Как следует из протокола следственного действия от 9 июня 2020 г., следственный эксперимент проведён в соответствии с требованиями ст.ст. 164, 166, 170, 181 УПК РФ, протокол составлен надлежащим лицом с участием понятых, участникам следственного эксперимента следователем разъяснялись права. При этом в протоколе отражен ход самого эксперимента и его результат. Замечаний и дополнений, указывающих на нарушение требований УПК РФ при производстве следственного эксперимента, участники в протоколе не отразили. 

Доводы адвоката о том, что на скорость движения несовершеннолетнего повлияли полученные травмы, психологическое состояние ребенка, а также о том, что что средняя скорость исчислена неверно, так как не приняты во внимание погрешности использовавшихся технических приборов, являются неподтверждённым домыслом. 

Вышеуказанное заключение эксперта достоверно подтверждает, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось только невыполнение водителем автомобиля ФИО1 требований Правил дорожного движения Российской Федерации.

Из проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия пешеходами ФИО ФИО были получены, в том числе телесные повреждения, от которых наступила их смерть, потерпевшему ФИО были причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Оснований не доверять приведённым заключениям судебных экспертиза не имеется, они выполнены лицами, имеющими соответствующее профессиональное образование, опыт экспертной деятельности. Данные о какой-либо заинтересованности экспертов по уголовному делу отсутствуют, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Содержание заключений логично, непротиворечиво, каждый из выводов мотивирован, экспертом использованы научные методики для производства такого вида экспертиз. 

Доводы осуждённого и адвоката относительно судебной автотехнической экспертизы, выводов эксперта в заключении не опровергают, под сомнение их не ставят. Это заключение эксперта основано не только на показаниях потерпевшего, но также и на протоколе осмотра места происшествия со схемой ДТП, подтверждающем хорошие освещенность, чистоту дороги, беспрепятственную видимость дороги в месте ДТП в пределах 500-600 метров, отсутствие следов торможения транспортного средства осуждённого. В связи с этим у суда первой инстанции не имелось оснований для исключения указанного выше заключения эксперта из числа доказательств. Утверждение об обратном является несостоятельным. 

Имея эти и иные указанные в приговоре доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемом деянии и подробно изложил мотивы принятого решения в обжалуемом приговоре. Оснований не согласиться с этими выводами у суда апелляционной инстанции не имеется.

Все положенные в основу приговора доказательства согласуются между собой, добыты с соблюдением требований закона, являются допустимыми, относимыми и в совокупности - достаточными для постановления обвинительного приговора.

Вопреки утверждению авторов апелляционных жалоб, все доказательства судом оценены правильно. Содержание исследованных доказательств в приговоре судом отражено полно и объективно.

Действия ФИО1 квалифицированы судом правильно – по ч. 5 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть двух лиц.

В соответствии со ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении ФИО1 наказания суд учёл характер и степень общественной опасности совершённого им преступления, которое является преступлением средней тяжести, личность виновного, который по месту жительства и прежнему месту работы характеризуется положительно, на учётах у врача нарколога и врача-психиатра не состоит, женат, ранее не судим, является пенсионером, а также возврат подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого, условия жизни его семьи. 

Обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отягчающих в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом не установлено. 

Оказание ФИО1 материальной помощи тёте несовершеннолетнего ФИО ФИО в размере 14000 руб. судом обоснованно учтено в качестве обстоятельства, смягчающего наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, поскольку выплаченная сумма несозразмерна причинённому вреду и характеру общественно опасных последствий, наступивших в результате совершения осужденным преступления, в связи с чем отсутствуют основания для признания указанного обстоятельства в соответствии с п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Данных о том, что осуждённый активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, материалы дела не содержат. Отсутствуют сведения о том, что какие-либо обстоятельства, подлежащие обязательному доказыванию по уголовному делу, стали известны органу предварительного следствия только из показаний осуждённого. 

Также не имеется сведений об аморальном либо противоправном поведении потерпевших, явившемся поводом к совершению преступления. В соответствии с заключением эксперта пешеходы, переходя дорогу в момент ДТП, должны были руководствоваться требованиями п. 4.3 Правил дорожного движения РФ, который позволяет при отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там. Исследованные материалы дела свидетельствуют о том, что в зоне видимости потерпевших пешеходного перехода не имелось, ФИО, ФИО и ФИО переходили дорогу под прямым углом на хорошо освещённом участке дороги, убедившись в отсутствии транспортных средств, каких-либо ограждений на этом участке дороги не имелось. 

Несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, оснований для снижения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется, поскольку фактические данные совершённого преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Учитывая всё изложенное и иные обстоятельства, указанные в приговоре, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о невозможности исправления ФИО1 вне условий изоляции от общества и о необходимости назначения ему наказания в виде лишения свободы в пределах санкции ч. 5 ст. 264 УК РФ с дополнительным наказанием. Это решение судом достаточно мотивировано, является обоснованным.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и считает назначенное осужденному наказание справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности содеянного, отвечающим положениям ст. 43 УК РФ о применении уголовного наказания в целях восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений.

В соответствии со ст. 58 УК РФ ФИО1 судом верно определён вид исправительного учреждения. 

С учётом всего изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований к удовлетворению апелляционных жалоб. 

Гражданский иск потерпевшей разрешен судом в соответствии со ст.ст. 1064, 151, 1099 - 1101 ГК РФ. С учетом тяжести перенесенных потерпевшим страданий в связи с причинением телесных повреждений, а также материального положения осуждённого, размер присужденной компенсации судом апелляционной инстанции признается разумным, оснований для его снижения суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу не допущено.

Руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Краснослободского районного суда Волгоградской области от 23 августа 2021 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённого и его защитника – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции. В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья /подпись/ 

Справка: осуждённый ФИО1 под стражей не содержится.

Верно.

Судья Волгоградского областного суда С.В. Еромасов