Судья Карюк Д.Ю. № 22-563/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г.Нижний Новгород 13 февраля 2020 года

Судья апелляционной инстанции по уголовным делам Нижегородского областного суда ФИО4

с участием прокурора второго апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области ФИО5,

осужденного ФИО20, 

адвоката Сидорова Ю.А.,

при секретаре Бакине А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката ФИО6, возражения на нее государственного обвинителя ФИО11 на приговор Вадского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

ранее не судимый, 

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, к 2 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО6 просит приговор отменить, поскольку он является незаконным и необоснованным вследствие несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, вынести оправдательный приговор. В обоснование приводит следующие обстоятельства. 

Выводы суда не подтверждаются исследованными доказательствами, в связи с чем суд сделал необоснованный вывод о нарушении ФИО1 пяти пунктов Правил дорожного движения РФ, которые, по мнению суда, находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями, в том числе п.п. 1.3, 1.5 ПДД, хотя также указал, что именно в результате превышения водителем скоростного режима в черте населенного пункта был совершен наезд на велосипедиста ФИО2, повлекший по неосторожности смерть последней, однако нарушение общих положений ПДД не может находиться в прямой причинной связи с наступившими последствиями в результате конкретного ДТП. 

Проведенными экспертизами и исследованием специалиста установлено превышение ФИО1 скорости движения транспортного средства, разрешенной в населенных пунктах. Однако ФИО1 не отрицает факта наезда, но всегда утверждал, что выехал на встречную полосу для обгона автомобиля «ГАЗ» только после того, как убедился, что участок дороги, предназначенный для движения встречного транспорта, свободен на достаточном для обгона расстоянии, велосипедист появился перед ним внезапно после того, как он выехал на встречную полосу, предпринятым им экстренным торможением избежать столкновения не смог, пояснил, что откуда на дороге появилась женщина на велосипеде, не знает, возможно, когда он начал обгон, она выехала на дорогу с обочины. 

В связи с тем, что очевидцев наезда не имеется, проведенными автотехническими экспертизами механизм ДТП, место столкновения транспортных средств, а также наличия в действия осужденного нарушений ПДД не установлено, суд необоснованно отказал в ходатайстве о возвращении уголовного дела прокурору и сделал необоснованный вывод что версия защиты о том, что ФИО1 не располагал технической возможностью путем остановки транспортного средства предотвратить столкновение, так как ФИО2 появилась в поле его зрения внезапно, не нашла подтверждения. 

Показания свидетелей ФИО7, ФИО8 являются недопустимыми доказательствами, поскольку они очевидцами ДТП не были, а также ввиду того, что они противоречат заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Для установления обстоятельств ДТП, расстояния, с которого ФИО1 был в состоянии обнаружить возникновение опасности для движения (велосипедиста), было заявлено ходатайство о проведении следственного эксперимента, однако следствие необоснованно отказало, но следственный эксперимент все же был проведен без уведомления защиты и привлечения ФИО1, в связи с чем были нарушены его права, предусмотренные п. 10 ч. 4 ст. 47 УПК РФ. Следственный эксперимент был проведен в условиях, существенно отличающихся от тех, при которых произошло ДТП, в связи с чем его результаты не имеют доказательственного значения. Следовательно, выводы суда о нарушении ФИО9 п. 11.1 ПДД являются предположением, не подтвержденным исследованными в судебном заседании доказательствами.

Ссылка суда на протокол осмотра места ДТП является несостоятельной, поскольку для определения места столкновения необходимы специальные познания, которыми суд не располагает.

В уголовном деле не имеется допустимых и достоверных доказательств того, что у ФИО1 имелась техническая возможность избежать ДТП, и что между его действиями и наступившими последствиями имеется причинная связь.

Суд необоснованно не принял во внимание показания специалиста ФИО10, подтвердившего свое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, которое не противоречит заключениям экспертов №(0850)/05-1 от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенных по назначению следователя.

Перечисленные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, они путем ограничения гарантированных уголовно-процессуальным законом прав стороны защиты и несоблюдения процедуры судопроизводства повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения. 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката ФИО6 государственный обвинитель ФИО11 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения ввиду несостоятельности приведенных в ней доводов. 

В суде апелляционной инстанции:

осужденный ФИО1, адвокат ФИО6 просили апелляционную жалобу удовлетворить,

прокурор ФИО12 просил апелляционную жалобу отклонить как несостоятельную, приговор оставить без изменения ввиду его законности, обоснованности и мотивированности.

Проверив материалы уголовного дела с учетом апелляционной жалобы адвоката, возражений на неё прокурора, а также доводов участников процесса в судебном заседании, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу требований ч. 4 ст. 7, ст. 297 УПК РФ решения суда, в том числе приговор, должны быть законными, обоснованными, мотивированными и справедливыми. 

Обжалуемый приговор данным требованиям закона соответствует.

Оснований, указанных в ст. 389.15 УПК РФ, и влекущих отмену либо изменение приговора в апелляционном порядке, не установлено.

В апелляционной жалобе адвокат указывает, что приговор является незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются предположениями, при вынесении приговора нарушены нормы уголовно-процессуального права.

Однако данные доводы несостоятельны.

Напротив, судом были объективно установлены все значимые по делу обстоятельства на основании непосредственно исследованных в судебном разбирательстве доказательств. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами: показаниями осужденного ФИО1, признавшего факт наезда на потерпевшую ФИО2, потерпевшего ФИО13 о состоянии велосипеда и обстановке на месте происшествия, а также свидетелей ФИО14, ФИО7, ФИО15, ФИО16, ФИО17, эксперта ФИО18, сводной карточкой инцидента, протоколами осмотра места происшествия, транспортных средств, предметов, следственного эксперимента, очной ставки, заключениями эксперта, а также другими доказательствами.

Дав оценку им в совокупности, суд сделал обоснованный вывод о нарушении ФИО1 Правил дорожного движения, которые находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями, и правильно установил, что именно в результате превышения водителем ФИО1 скоростного режима в черте населенного пункта был совершен наезд на велосипедиста ФИО2, повлекший по неосторожности смерть последней. 

Доводы жалобы адвоката в той части, что не опровергнута версия ФИО1 об обстоятельствах ДТП, а именно что он выехал на встречную полосу для обгона автомобиля «ГАЗ» только после того, как убедился, что участок дороги, предназначенный для движения встречного транспорта, свободен на достаточном для обгона расстоянии, велосипедист появился перед ним внезапно после того, как он выехал на встречную полосу, предпринятым им экстренным торможением избежать столкновения не смог, откуда на дороге появилась женщина на велосипеде, не знает, возможно, когда он начал обгон, она выехала на дорогу с обочины, - несостоятельны. 

Напротив, опровергнуты показаниями свидетелей ФИО7, из которых следует, что он прибыл на место ДТП примерно в 20 часов 20 минут, в составе следственной группы, осматривал место дорожно-транспортного происшествия, в ходе которого было установлено, что на месте ДТП на дорожном асфальтовом покрытии левой полосы проезжей части по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> имелись видимые следы торможения длиной 33,40 м. в направлении к левой обочине, в конце видимых следов торможения были обнаружены обломки автомобиля ВАЗ 210740, а именно левый повторитель поворота и уплотнитель, пластиковые осколки, рядом обнаружен велосипед, в 23 м от конца видимых следов торможения обнаружен труп женщины, установленной впоследствии как ФИО2, в 79,30 м от конца видимых следов торможения в кювете обнаружен автомобиль ВАЗ 210740, столкновение произошло в конце тормозного пути; ФИО16, который показал, что при разборе дорожно-транспортного происшествия, исследуя схему дорожно-транспортного происшествия, фототаблицу, он сделал вывод по представленному пакету документов, что автомобиль, который совершал маневр обгона, двигался с превышением установленной скорости, допустимая скорость в населенном пункте, в соответствии с Правилами дорожного движения, составляет 60 км/час., тормозной путь был 30 метров, соответственно, из своего опыта он сделал вывод, что автомобиль двигался с превышением скорости, так как при скорости 60 км/ч тормозной путь автомобиля составляет 24 метра. 

Суд первой инстанции обоснованно признал допустимыми доказательствами и положил в основу приговора показания свидетелей ФИО7, который занимал должность следователя СО МО МВД России «Перевозский», ФИО8 занимавшего должность государственного инспектора безопасности дорожного движения ГИБДД ОМВД России по 

<

адрес>, поскольку они всегда были подробны, постоянны, неизменны. 

Сведений о наличии оснований у указанных лиц, занимавших указанные должности, вносить в процессуальные документы заведомо неверные данные, материалы уголовного дела не содержат. Не приведено таковых и стороной защиты. 

Кроме того, изложенные показания не опровергнуты, напротив, подтверждены совокупностью доказательств: показаниями потерпевшего ФИО13, свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО17 об обстановке на месте происшествия, протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия, протоколом следственного эксперимента, а также заключениями эксперта №(0850)/05-1 от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что расчетная скорость движения автомобиля «Лада 210740» гос. номер № к моменту начала экстренного торможения, исходя из длины следов торможения, определяется равной более 78,2 км/ч., водитель автомобиля «Лада 210740» ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.2 Правил дорожного движения: в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч. Но в его действиях имеются несоответствия указанным требованиям Правил; № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого следам торможения (юза), оставленным на асфальте длиной 33,4 метра, соответствует скорость движения автомобиля LADA-210740, равная 78,2 км/ч., данное значение скорости является минимальным, поскольку в расчетах не учтены затраты кинетической энергии, затраченной на деформацию соударяющихся частей транспортных средств и перемещение их от места столкновения, учесть последнее не представляется возможным ввиду отсутствия научно-обоснованных и рекомендованных методик подобных исследований; в случае если столкновение транспортных средств произошло в конце следов торможения автомобиля LADA-210740, тогда при движении с разрешенной в населенных пунктах скоростью 60 км/ч и при своевременном принятии мер к торможению, водитель автомобиля LADA-210740 ФИО1 располагал технической возможностью путем остановки транспортного средства предотвратить столкновение с велосипедистом ФИО21 H.Л, тем более последняя двигалась в попутном направлении и удалялась от места происшествия, в данном случае остановочный путь автомобиля LADA-210740 при его движении со скоростью 60 км/ч составит 38,3 метра; в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля LADA-210740 ФИО1 должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ и в его действиях усматривается несоответствие требованиям данных пунктов Правил; велосипедист ФИО2 в данном случае должна была руководствоваться требованиями пункта 1.4 Правил дорожного движения РФ и в ее действиях усматривается несоответствие требованиям данного пункта Правил; показаниями экспертов ФИО18, ФИО19, подтвердивших в суде свои заключения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, несмотря на то, что очевидцев наезда не имелось, показаниями свидетелей об обстановке на месте происшествия, автотехническими экспертизами установлены механизм ДТП, место столкновения транспортных средств, а также наличие в действиях осужденного нарушений ПДД. Суд обоснованно признал данные доказательства допустимыми, полученными в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. 

Ввиду изложенного суд обоснованно отказал в ходатайстве о возвращении уголовного дела прокурору и сделал верный вывод что версия защиты о том, что ФИО1 не располагал технической возможностью путем остановки транспортного средства предотвратить столкновение, так как ФИО2 появилась в поле его зрения внезапно, не нашла подтверждения. Свои утверждения в этой части суд мотивировал надлежащим образом, что отражено в приговоре.

Напротив, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств достоверно установлено, что ФИО1 нарушил п.п. 1.3, 1.5, 10.1, 10.2, 11.1 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением ФИО3 РФ № от ДД.ММ.ГГГГ с изменениями и дополнениями, вступившими в действие с изменениями, вынесенными ДД.ММ.ГГГГ, у него имелась техническая возможность избежать ДТП, между его действиями и наступившими последствиями имеется прямая причинная связь. 

В апелляционной жалобе адвоката указано, что для установления обстоятельств ДТП, расстояния, с которого ФИО1 был в состоянии обнаружить возникновение опасности для движения (велосипедиста), было заявлено ходатайство о проведении следственного эксперимента, однако следствие необоснованно отказало, но следственный эксперимент все же был проведен без уведомления защиты и привлечения ФИО1, в связи с чем были нарушены его права, предусмотренные п. 10 ч. 4 ст. 47 УПК РФ.

Однако согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации следователь, как должностное лицо, уполномоченное в пределах компетенции, предусмотренной данным Кодексом, самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий.

В соответствии с п. 10 ч. 4 ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе участвовать с разрешения следователя в следственных действиях, производимых по его ходатайству или ходатайству его защитника, знакомиться с протоколами этих действий и подавать на них замечания. 

Следовательно, законом следователю предоставлено право разрешать ходатайства участников уголовного судопроизводства и принимать решение о необходимости участия данных лиц в следственных действиях.

Кроме того, замечаний на протокол следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ принесено не было. 

Доводы апелляционной жалобы в той части, что следственный эксперимент был проведен в условиях, существенно отличающихся от тех, при которых произошло ДТП, в связи с чем его результаты не имеют доказательственного значения, следовательно, выводы суда о нарушении ФИО1 п. 11.1 ПДД являются предположением, не подтвержденным исследованными в судебном заседании доказательствами, - опровергнуты протоколами осмотра места происшествия, следственного эксперимента, которые были произведены на месте ДТП, в условиях ясной погоды без осадков, в темное время суток. 

В той части, что суд не мог ссылаться на протокол осмотра места ДТП, поскольку для определения места столкновения необходимы специальные познания, которыми суд не располагает, - доводы адвоката несостоятельны, поскольку суд дает оценку как каждому доказательству в отдельности, так и всем в совокупности, после чего делает выводы об обоснованности предъявленного обвинения.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции выполнены в полной мере.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не согласиться с данной оценкой доказательств и выводами суда.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ судом каждое доказательство оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, все собранные по делу доказательства в совокупности обоснованно признаны достаточными для разрешения уголовного дела. 

Суд указал в приговоре, по каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие. В том числе показания специалиста ФИО10 Огласив и исследовав доказательства, полученные на предварительном следствии, устранил противоречия.

Приговор не содержит утверждений о фактах, которые бы противоречили друг другу и ставили бы под сомнение обоснованность обвинения и выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Квалификация дана судом правильно, в соответствии с фактическими обстоятельствами, верно установленными в ходе судебного следствия, надлежащим образом мотивирована. 

Согласно ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При этом в силу ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления, учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Наказание ФИО1 назначено с учетом приведенных выше требований уголовного закона, вид и размер сторонами не оспариваются.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, судом не допущено, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судья 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Вадского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката ФИО6 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья