Дело №

АППЕЛЯЦИОННОЕ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

с.Тарумовка 05 июля 2018 г.

Тарумовский районный суд Республики Дагестан в составе:

председательствующего - судьи Гаммаева М.Р.,

с участием государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Тарумовского района РД Саидова А.М., 

оправданного М.Н.Д., его защитника – адвоката Магомедова И.А., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ

при секретаре Диденко В.А.,

а также потерпевшего Т.Ю.Т., его защитника – адвоката Балаева А.С., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представлении государственного обвинителя Саидова А.М. и апелляционную жалобу потерпевшего Т.Ю.Т. на оправдательный приговор мирового судьи судебного участка № 126 Тарумовского района РД от ДД.ММ.ГГГГ, которым М.Н.Д., ДД.ММ.ГГГГ, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, владеющий русским языком, имеющий неполное среднее образование, проживающий и зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, женатый, работающий главой КФХ «

<

адрес>», ранее не судимый, оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Решен вопрос по вещественным доказательствам.

Оправданному М.Н.Д. разъяснено право на реабилитацию в соответствии с главой 18 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Гаммаева М.Р., выслушав мнение государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Тарумовского района РД Саидова А.М., поддержавшего доводы апелляционного представления, потерпевшего Т.Ю.Т., его защитника – адвоката Балаева А.С., просившие приговор суда отменить, вернуть дело на новое судебное разбирательство, выступления адвоката Магомедова И.А. и оправданного М.Н.Д., просившие приговор суда оставить без изменения, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

УСТАНОВИЛ:

М.Н.Д. К. органами предварительного расследования обвинялся в совершении самоуправства, то есть в самовольном, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершении каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст339 УК РФ.

М.Н.Д., будучи уведомленным ДД.ММ.ГГГГ в отделе МВД России по Тарумовскому району сотрудниками полиции и субарендатором Т.Ю.Т. о том, что земельный участок с кадастровым номером №, расположенный на территории муниципального образования «

<

адрес>» Тарумовского района, ему не принадлежит, находится в субаренде у Т.Ю.Т. и он не имеет права без разрешения последнего осуществлять на данном земельном участке выпас скота и покос сена, не получив права пользования данным земельным участком в официальном порядке и, не предпринимая никаких мер для получения такого права, заведомо зная о необходимости получения такого права, полагая, что указанный участок является его собственностью, осознавая, что действующим законодательством установлен определенный порядок разрешения гражданско-правовых споров, действуя вопреки установленному законом порядку истребования имущества или денежных средств за данное имущество, в нарушение ст. 209 ГК РФ умышленно, самовольно осуществляя мнимое право на указанный участок, ДД.ММ.ГГГГ, предварительно наняв по устному договору Н.М.С., который не будучи в курсе его на данном земельном участке скашивание травы, после чего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в неустановленное следствием время, наняв по устной договоренности С.А.А., который будучи не осведомленным о его истинных преступных намерениях, с применением тюкового пресс-подборщика марки «Кыргызстан» в этот же период времени запрессовал скошенную траву в 1036 тюков, стоимостью 50 рублей каждый, на общую сумму 51800 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ М.Н.Д., реализуя преступный умысел, действуя вопреки установленному законом порядку, умышлено, самовольно осуществляя право на произведенные тюки сена, вопреки воли Т.Ю.Т. и требованиям сотрудников полиции с целью завладения тюками сена, то есть имуществом, принадлежащим Т.Ю.Т., предварительно наняв грузчиков Г.А.М., А.А.А., А.Ю.М. и тракториста А.Н.А., которые будучи не осведомленными о его истинных преступных намерениях, погрузили 400 тюков из 1036 тюков, находящихся в поле, в два прицепа трактора «МТЗ-80» за государственным регистрационным знаком №, и стал перевозить на территорию своего прикутанного хозяйства. При перевозке сена указанный трактор с перевозимыми тюками сена был задержан сотрудниками полиции.

Вышеуказанными преступными действиями Т.Ю.Т. причинен существенный материальный ущерб на общую сумму 51800 рублей. 

Приговором мирового судьи судебного участка № 126 Тарумовского района РД от ДД.ММ.ГГГГ М.Н.Д. по предъявленному ему обвинении в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - старший помощник прокурора Тарумовского района РД Саидов А.М. считает приговор мирового судьи незаконным и необоснованным, а потому подлежащим отмене. 

В обоснование указывает, что по результатам исследования в суде обосновывающих виновность М.Н.Д. доказательств, в частности приведенных в приговоре, основания для вынесения оправдательного приговора не имелись. В соответствии со ст.389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: - выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; - в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для вывода суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Указывает, что суд, придя к выводу, что приведенные в обвинительном заключении доказательства и представленные государственным обвинителем в судебном заседании, носят предположительный характер, вследствие чего не имеющими отношения к делу и таким образом, не дающим оснований для вывода о виновности подсудимого М.Н.Д. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ, в нарушение требований п.4 ч.1 ст.305 УПК РФ и п.6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11 2016 № 55 «О судебном приговоре» не приводит в приговоре мотивы, по которым суд отвергает представленные стороной обвинения доказательства виновности М.Н.Д. в указанном преступлении и характеризует их предположительными, при этом и не признает их не имеющими отношения к делу.

Приводит, что в соответствии с п.26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоение и растрате» при решении вопроса о виновности лиц в совершении мошенничества, присвоения или растраты суды должны иметь в виду, что обязательным признаком хищения является наличие у лица корыстной цели, то есть стремления изъять и (или) обратить чужое имущество в свою пользу либо распорядиться указанным имуществом как своим собственным, в том числе путем передачи его в обладание других лиц, круг которых не ограничен.

От хищения следует отличать случаи, когда лицо, изымая и (или) обращая в свою пользу или пользу других лиц чужое имущество, действовало в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество (например, если лицо обратило в свою пользу вверенное ему имущество в целях обеспечения долгового обязательства, не исполненного собственником имущества). При наличии оснований, предусмотренных статьей 330 УК РФ, в указанных случаях содеянное образует состав самоуправства.

При указанных обстоятельствах выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, являются не основанными на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. 

В соответствии с п.3 ч.1 ст.305 УПК РФ и п.16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11 2016 № 55 «О судебном приговоре» в резолютивной части оправдательного приговора следует указать по какому из предусмотренных законом оснований подсудимый оправдан, однако в указанном приговоре судом нормы ст.302 УПК РФ не указан.

Отмечает, что в нарушение требований п.3 ст.309 УПК РФ в резолютивной части приговора не содержится сведений о разъяснении потерпевшему порядка обжалования приговора вследствие чего нарушено его право, предусмотренное ч.1 ст.389.1 УПК РФ.

Вышеуказанные нарушения УПК РФ, как в отдельности, так и в их совокупности обосновывают несоответствие постановленного в отношении М.Н.Д. оправдательного приговора требованиям и положениям ст.297 УПК РФ.

Указывает, что в нарушение требований ч.6 ст.229 УПК РФ до настоящего времени, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, не представлен для ознакомления протокол судебного заседания.

В апелляционной жалобе потерпевший Т.Ю.Т. также считает приговор мирового судьи судебного участка № 126 Тарумовского района РД от ДД.ММ.ГГГГ, по которому М.Н.Д. по предъявленному ему обвинении в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, незаконным и необоснованным. Просит оправдательный приговор отменить. Уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение.

В обоснование указанного Т.Ю.Т. приводит те же доводы, что в апелляционном представлении государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Тарумовского района РД Саидова А.М.

Помимо указанного полагает, что выводы суда первой инстанции, изложенные в приговоре об отсутствии в уголовном деле доказательств уличающих подсудимого М.Н.Д. в совершении им инкриминируемого преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам данного уголовного дела.

В возражениях на апелляционные представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Тарумовского района РД Саидова А.М. и жалобу потерпевшего Т.Ю.Т., адвокат Магомедов И.А. в защиту оправданного М.Н.Д. просит оправдательный приговор суда оставить без изменения, поскольку он вынесен на основе анализа и выяснения всех фактических обстоятельств дела. Доводы государственного обвинителя и потерпевшего не соответствуют обстоятельствам уголовного дела, противоречат нормам материального и процессуального права. 

В апелляционном представлении государственного обвинителя, в жалобе потерпевшего, также в обвинительном заключении, выступлении государственного обвинителя, потерпевшего, в прениях сторон полностью отсутствуют доказательства наличия в действиях М.Н.Д. субъективной стороны преступления.

По смыслу закона, состав уголовно наказуемого самоуправства предполагает наступление в результате действий виновно общественно опасных последствий. Обязательным признаком стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, является причинение потерпевшему существенного вреда. Признание вреда существенным, прежде всего, зависит от стоимости имущества, его значимости для потерпевшего, а также от материального положения последнего.

Существенный вред в данном уголовном деле выразился в том, что М.Н.Д. с использованием сенокосилки-комбайна произвел на земельном участке скашивание травы, после чего с применением тюкового пресс-подборщика запрессовал скошенную траву в 1036 тюков на общую сумму 51 800 рублей.

В обвинение указывается, что при перевозке 400 тюков М.Н.Д. был задержан, и тюки были переданы М.Н.Д. под сохранную расписку, которые по настоящее время находятся на прикутанном хозяйстве М.Н.Д.

Кроме того, из "показаний Т.Ю.Т. в суде следует, что он действительно отказался от получения 400 тюков сена, задержанных сотрудниками полиции при перевозке. ФИО1 на вопрос, почему он отказался от тюков сказал следующее: «Мне это сено не нужно».

Также не забрал 636 тюков заготовленных на поле, так они ему не нужны были.

Показания Т.Ю.Т. о ненужности ему сена подтверждают и тот факт, что он, имея возможность забрать сено и распорядится им по своему усмотрению, этого не сделал.

Т.Ю.Т. имел возможность распорядится сеном, не потратив для его заготовки (косить, прессовать, перевозить) ни каких своих личных средств, однако он от сена отказался в связи с ненужностью ему этого сена.

При указанных обстоятельствах нет оснований для вывода о причинении действиями М.Н.Д. существенного материального ущерба Т.Ю.Т.

Нельзя согласиться и с содержащимися в апелляционном представлении и жалобе доводами о том, что суд не приводит в приговоре мотивы, по которым отвергает представленные стороной обвинения доказательства виновности М.Н.Д. 

Суд на основе анализа всех фактических обстоятельств дела, принял во внимание показания подсудимого М.Н.Д., которые не были опровергнуты исследованными доказательствами и напротив, подтверждены рядом доказательств, в том числе показаниями потерпевшего и свидетелей.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, а также возражения, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции находит, что выводы суда о невиновности оправданного М.Н.Д. соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности всесторонне исследованных в судебном заседании доказательств, анализ которых содержится в приговоре. 

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым тогда, когда он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со ст. ст. 389.15, 389.17 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции при рассмотрении уголовного дела по обвинению М.Н.Д. не допустил нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену, либо изменение приговора.

Подсудимый М.Н.Д. в судебном заседании виновным себя в совершении самоуправства не признал и показал, что он практически более 20 лет, в период времени с 1994 года по 2016 год, фактически являлся собственником спорного земельного участка, осуществлял там корчевку, заготовку сена, выпас своего скота. Ввиду того, что ему неоднократно отказывали в передаче в аренду данного земельного участка, по его просьбе и устной договоренности У.З.М. оформила формально аренду земли на себя, а он фактически осуществлял пользование ею. У.З.М. он передал сначала за оформление договора аренды земельного участка и сбор документов 50 тысяч рублей, в последующем в счет оплаты арендной платы 20 тысяч рублей и для возврата М.С. 30 тысяч рублей, которые она брала у него в счет аренды 40 га земельного участка и должна была вернуть ему. С 15 по ДД.ММ.ГГГГ, как и каждый год, с привлечением нанятых трактористов М. и А. он начал заготавливать сено и его прессование в тюки, а с 20 по ДД.ММ.ГГГГ с привлечением нанятых тракториста Н. и грузчиков А.2, Ю. и А.3 -погрузку и перевозку сена. Когда в обеденное время от Н. узнал, что трактор с погруженным на лафеты сеном задержан участковым Р. и оперуполномоченным Р.2. Приехав на место, от участкового он узнал, что укос сена якобы является незаконным, так как сено ему не принадлежит. В настоящее время оба лафета с 400 тюками сена хранятся у него под сохранной распиской, а остальные тюки сена остались на поле и, куда делись они далее, он не знает. Ни У.З.М., ни сотрудники полиции в отделе МВД России по Тарумовскому району не говорили ему, что спорный земельный участок передан в субаренду Т.Ю.Т. Об этом он узнал только после того, как было задержано сено. В отдел полиции, где присутствовали начальник А.О.А., старший участковый Н.2, участковый Т.М., его приглашали по поводу того, что его скот пасется на земельном участке А.М.Г., посаженном люцерной. При этом ему никто не говорил, что он незаконно претендует на спорный земельный участок.

Исследовав представленные обвинением доказательства, проверив их в соответствии с правилами ст. 87 УПК РФ, суд первой инстанции приходит к выводу, что они не устанавливаются виновность подсудимого М.Н.Д. по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, в связи с чем он подлежит оправданию за отсутствием в его действиях состава преступления. К такому выводу суд приходит на основании проверки доказательств обвинения.

Из показаний потерпевшего Т.Ю.Т. следует, что примерно в мае 2014 года им был заключен договор субаренды земельного участка под названием «Лабье», общей площадью 110 га, находящегося в 

<

адрес> РД, с арендатором данной земли У.З.М. Последней им было передано 100 тысяч рублей, чтобы она погасила образовавшуюся за ней задолженность по арендной плате земельного участка. Все это время он исправно платит арендную плату, о чем имеются квитанции. На время заключения договора субаренды земельным участком никто не пользовался. Эта земля и кутанное хозяйство не граничат между собой, между ними примерно 5 км и расположены земли других людей. В 2015 году он провел раскорчевку и очистку данной земли от кустарников, поле использовал для сенокоса. В том же в 2015 году к нему обратился подсудимый М.Н.Д. и попросил позволить ему скосить на этом земельном участке сено, на что он согласился. Он скосил сено примерно с 8 га земли, точно сейчас не знает, вышло где-то две с половиной тысячи тюков, тогда у него никаких претензий к нему не было и никакой платы за это с М.Н.Д. он не брал. Позднее М.Н.Д. самовольно, без его разрешения стал пасти на субарендованной им земле своих овец. Когда он потребовал, чтобы подсудимый не загонял своих овец, так как там будут пастись его овцы, между ними произошел скандал, в ходе которого М.Н.Д. сказал, что будет загонять туда своих овец, так как и раньше он пользовался этой землей. Тогда он осенью 2015 года обратился в полицию. В полиции в присутствии начальника полиции, нового участкового, самого М.Н.Д. и других состоялся разговор, в ходе которого М.Н.Д. объяснили, что он не имеет права пасти на данном земельном участке своих овец, так как эта земля принадлежит ему, показали документы М.Н.Д. Последний обещал больше загонять на данный участок своих овец. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, М.Н.Д., наняв рабочих, скосил на этой земле сено и запрессовал его в 1036 тюков, 400 тюков из 1036 тюков, находящихся в поле, были погружены в два прицепа трактора «МТЗ-80» и при перевозке сена на территорию своего прикутанного хозяйства М.Н.Д. были задержаны сотрудниками полиции. Он отказался забрать 400 тюков сена, которые были задержаны при их перевозке, и 600 тюков, оставшихся на поле. 600 тюков сена, которые остались на поле, как он знает, забрал подсудимый. Узнав о том, что М.Н.Д. скосил и затюковал его сено, он сначала сделал телефонное сообщение, а потом написал заявление в отдел полиции. Заявление было написано ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ, сейчас не помнит. Действиями М.Н.Д. ему причинен материальный ущерб на общую сумму 51800 рублей, который является для него существенным вредом. Он является пенсионером и получает ежемесячную пенсию в 15000 рублей, проживает вместе с супругой, которая работает в детском саду и получает зарплату. Кроме того, в результате сенокоса с субарендуемого им земельного участка в прошлом году его доход составил 150 тысяч рублей.

Свидетель У.З.М. в судебном заседании показала, что ранее находилась в дружеских отношениях с семьей подсудимого М.Н.Д. В 2006-2007 годах она решила участвовать в объявленном конкурсе о передаче в аренду сроком на 49 лет земельного участка под названием «Лабье», общей площадью 110 га, расположенного на территории администрации муниципального образования «

<

адрес>» Тарумовского района на расстоянии 12-13 км от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. Данный земельный участок, состоит из 40 га пашни, 60 га сенокосных земель и еще около 10 га озера. Узнав о ее решении, М.Н.Д. попросил ее в случае выигрыша конкурса разрешить ему пользоваться этой землей, но не разрешать в пользовании этой земли его родственнику А.М., с которым у него часто происходили конфликты. Она согласилась. Конкурс, в котором также принял участие А.М.Г., состоялся в Тарумовской районной администрации, конкурсной комиссией было решено отдать эти земли в аренду ей. На основании вынесенного постановления она оформила эту землю, были определены границы земельного участка и др., с администрацией Тарумовского района ею был заключен договор аренды на 49 лет, стоимость арендной платы составляла 22687 рублей. По устной договоренности М.Н.Д. должен бьш пользоваться землей и пасти там своих овец, а за пользование земли платить ей арендную плату и пасти ее овец в количестве 40 голов и коз в количестве 7 голов. Арендную плату он платил частично, в результате чего за ней образовалась задолженность около 100000 рублей. Несмотря на ее неоднократные обращения, М.Н.Д. арендную плату не платил. Тогда в 2012 году она решила часть земель - 40 га пашни отдать в пользование М.С. за плату, о чем она известила М.Н.Д. Тот заплатил ей 30000 рублей и приступил к работе, начал корчевать и вычищать поле. Когда наступило лето и пришло время косить, между подсудимым и М.С. получились недоразумения. Во избежание дальнейших конфликтов, она решила расторгнуть устный договор и вернуть М.С. 30000 рублей. По ее просьбе подсудимый дал ей 30000 рублей для передачи их М.С. с тем, чтобы он, как и прежде, пользовался данной землей. Однако впоследствии М.Н.Д. не платил ей арендную плату, говорил, что заплатит ей только после того, как она заключит с ним договор субаренды. Но поскольку за ним образовалась задолженность по арендной плате, она не могла ему довериться и заключить с ним данный договор. Кроме того, не погасив задолженность по арендной плате, она не могла заключить договор субаренды. За весь период с 2007 года по 2014 год М.Н.Д. заплатил ей всего 100000 рублей, в то время как за семь лет общая стоимость арендной платы составила около 160000 рублей, и с учетом повышения в последние годы стоимости арендной платы за землю в итоге за ней образовалась задолженность в 100000 рублей. В 2014 году к ней обратился Т.Ю.Т. с просьбой о заключении с ним договора субаренды, обещая погасить образовавшуюся за ней задолженность, на что она согласилась. В апреле 2014 года она заключила с Т.Ю.Т. договор субаренды, в свою очередь тот оплатил ее долг, о чем имеется квитанция. Договор субаренды был заключен в сельской администрации МО «

<

адрес>» Тарумовского района и зарегистрирован. М.Н.Д. о заключенном договоре субаренде с Т.Ю.Т. она не говорила. Затем, в июне или июле, летом 2014 года, точно время не помнит, у М.Н.Д. снова возник конфликт с ребятами, которым Т.Ю.Т. разрешил скосить и забрать с данной земли сено в счет затрат, которые они понесли ранее, обрабатывая землю. По этому поводу ее и М.Н.Д. вызвали в отдел МВД России по Тарумовскому району, где в кабинете начальника А.О.А. последний разъяснил подсудимому, что он не может пользоваться данной землей, так как она не принадлежит ему, она как владелица передала землю в субаренду Т.Ю.Т. М.Н.Д. показали все документы, после чего все мирно разошлись. Подсудимому она разрешала пользоваться до 2014 года, а в 2014 году заключила договор субаренды с Т.Ю.Т., который до настоящего времени пользуется этим земельным участком, исправно платит арендную плату. Летом 2016 года она узнала, что у Т.Ю.Т. произошел конфликт с М.Н.Д. по поводу того, что тот скосил на его участке сено. Она не говорила подсудимому о том, что расторгает с ним устный договор о пользовании земельного участка и он не может больше пользоваться данной землей. Он узнал об этом в кабинете А.О.А.

Свидетель А.О.А. в судебном заседании показал, что является заместителем начальника - начальника полиции ОМВД России по Тарумовскому району, в 2015 году ввиду конфликтов из-за спорного земельного участка М.Н.Д. с У.З.М. и лицами ногайской национальности, жалоб У.З.М. на М.Н.Д. по поводу того, что он не выполняет условия их устного договора, из-за чего она отдала спорный земельный участок Т.Ю.Т., он вызывал к себе в рабочий кабинет М.Н.Д. и объяснял ему, что он не может пользоваться этими землями, поскольку по закону они принадлежат У.З.М. и она вправе по своему усмотрению распоряжаться ими, в частности, передавать другим лицам, показал ему предоставленные У.З.М. документы. Затем в июле 2016 года ему сообщили, что с его поля, переданного У.З.М. в субаренду Т.Ю.Т., М.Н.Д. скосил сено. Он вновь вызвал к себе последнего в кабинет, где в присутствии других сотрудников полиции, объяснил ему, что теперь по поводу пользования спорной землей ему нужно договариваться с Т.Ю.Т., и он не может там косить сено. Однако через несколько дней был задержан трактор с лафетом, загруженным М.Н.Д. тюками сена с земельного участка Т.Ю.Т., после чего было возбуждено уголовное дело.

Свидетель М.Р.М. в суде показал, что работает участковым уполномоченным полиции ОМВД России по Тарумовскому району, из-за споров между Т.Ю.Т. и М.Н.Д. по поводу того, что последний без разрешения пасет скот и косит сено на земле, расположенной на территории 

<

адрес> РД, субарендатором которой является Т.Ю.Т., а арендатором У.З.М., он проводил с М.Н.Д. беседы и предупреждал его, что поскольку земля чужая, он не может ею пользоваться. Также М.Н.Д. приглашался в отдел полиции, где в рабочем кабинете начальника А.О.А. в присутствии Т.Ю.Т., У.З.М., которой были представлены договора аренды и субаренды земельного участка, М.Н.Д. разъяснили, что поскольку земля чужая, он должен все вопросы с ней решать мирным путем. Впоследствии ему сообщили, что М.Н.Д. произвел там покос сена, а через некоторое время о том, что со спорного поля воруют сено. Выехав на место вместе с сотрудником уголовного розыска, они обнаружили, что с поля выезжает трактор с двумя лафетами, груженными сеном. Тракторист и грузчики в ходе опроса пояснили, что их нанял М.Н.Д., которому они везли сено. Один лафет с сеном был оставлен на кошаре М.Н.Д., а второй доставлен в отдел полиции.

Из показаний свидетеля Н.М.С. следует, что работает по найму на сенокосилке-комбайне «Немка», принадлежащем жителю 

<

адрес> РД ФИО2 2016 года последний отправил его косить сено к М.Н.Д. По указанию его рабочего он скосил примерно три гектара сена на поле, находящемся возле кутана М.Н.Д., после чего уехал. Оплату за сенокос ему производил непосредственно хозяин комбайна. По разговорам в селе, он слышал, что этот участок Т.Ю.Т. и ранее в позапрошлом году у него произошел скандал с М.Н.Д. из-за того, что тот хотел на этом земельном участке пасти своих овец, а Т.Ю.Т. не разрешал ему, поэтому он спрашивал у Г.М., не будет ли скандала между Т.Ю.Т. и М.Н.Д., на что он ответил ему, что проблем не будет, так как они между собой все решили. Он не измерял площадь поля, скошенного им, три гектара он определил примерно, по пятиметровым валкам. На предварительном следствии он не говорил, что покосил где-то 5-6 гектаров, в действительности покосил где-то 3 гектара.

В своих показаниях свидетель С.А.К. в судебном заседании пояснил, что занимается по найму прессованием сена в тюки на принадлежащих ему тракторе марки «МТЗ-82» и тюковом пресс-подборщике «Кыргызстан». Летом 2016 года по просьбе М.Н.Д. он запрессовал сено, примерно в тысячу тюков, на земельном участке, расположенном рядом с его кутаном. Ранее, в предыдущие три-четыре года, он на этом же участке также прессовал М.Н.Д. сено. За работу М.Н.Д. заплатил ему 10000 рублей. На следующий день от брата потерпевшего Т.М. к своему удивлению он узнал, что этот земельный участок его. 

Свидетель Г.А.М. в судебном заседании показал, что точную дату не помнит, он совместно с бригадой из трех человек по просьбе М.Н.Д. за плату где-то 15 рублей за один тюк произвел погрузку примерно 300 тюков сена с поля, расположенного примерно в метрах 700 от его кошары, на трактор с двумя лафетами и, когда почти доезжали до кошары М.Н.Д., их остановили сотрудники полиции, объяснив, что сено не принадлежит М.Н.Д., а принадлежит Т.Ю.Т. В предыдущие года он также загружал М.Н.Д. с этого поля сено и никогда, ни у кого по этому поводу претензий не было. Кроме подсудимого, других лиц, которые собирали бы на этом поле сено, он никогда не видел. О том, что данное поле принадлежит Т.Ю.Т., он не знал.

Из оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля А.Н.А., данных им при производстве предварительного расследования, следует, что он ДД.ММ.ГГГГ по договоренности с М.Н.Д. о перевозке за плату ему на кошару тюков сена с поля, расположенного рядом с его кошарой, на принадлежащем ему тракторе марки «МТЗ-80» за государственным регистрационным знаком № с двумя прицепами приехал на данное поле, где нанятые М.Н.Д. грузчики Г.А., А.Ю.М. и А.А.А. погрузили тюки сена в прицепы трактора. Ранее он также с данного поля перевозил тюки сена М.Н.Д. на его кошару. По дороге при перевозке сена на кошару М.Н.Д. их остановили сотрудники полиции, которые сообщили, что данные тюки сена принадлежат не М.Н.Д., а жителю 

<

адрес> Т.Ю.Т., чего он не знал. Один прицеп с сеном был оставлен сотрудниками полиции на кошаре М.Н.Д., а второй прицеп с сеном - на стоянке ОМВД России по Тарумовскому району. Через 10-12 дней с целью забрать свой прицеп, по указанию начальника полиции А.О.А. он позвонил Т.Ю.Т. с предложением выгрузить у него сено, на что тот отказался, сказав «мне это сено не нужно. Что хочешь, делай с этим сеном». После этого он выгрузил сено на кутане М.Н.Д. (том 1 л.д. 65-67, 163-165, том 2 л.д. 5-7).

Из оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля А.А.А., данных им при производстве предварительного расследования, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он совместно с А.Ю.М. и Г.А. по просьбе М.Н.Д. за плату произвел погрузку примерно 400 тюков сена с поля, на два лафета трактора А.Н.А. с целью перевозки их на кутан М.Н.Д. При перевозке их остановили сотрудники полиции, объяснив, что сено не принадлежит М.Н.Д., а принадлежит Т.Ю.Т. В предыдущие года он также загружал М.Н.Д. с этого поля сено и никогда, ни у кого по этому поводу претензий не было. Кроме подсудимого, других лиц, которые собирали бы на этом поле сено, он никогда не видел. О том, что данное поле принадлежит Т.Ю.Т., он не знал (том 1 л.д. 180-182).

В соответствии с ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Показания свидетеля является одним из доказательств по делу.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию, указаны в ст. 73 УПК РФ ими в частности являются событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы и т.д.

По смыслу закона состав уголовно наказуемого самоуправства предполагает наступление в результате действий виновного общественно опасных последствий. Обязательным признаком объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, является причинение потерпевшему существенного вреда. Существенный вред может выражаться в материальном ущербе. 

Признание вреда существенным, прежде всего, зависит от стоимости имущества, его значимости для потерпевшего, а также от материального положения последнего. Существенность вреда физическому или юридическому лицу, иной организации, либо государству определяет суд с учетом обстоятельств дела.

По данному делу орган предварительного следствия признал, что существенный вред выразился в том, что М.Н.Д. с использованием сенокосилки — комбайна произвел на земельном участке скашивание травы, после чего с применением тюкового пресс-подборщика запрессовал скошенную траву в 1036 тюков, стоимостью 50 рублей каждый, на общую сумму 51800 рублей. При перевозке 400 тюков из 1036 тюков в двух прицепах трактора на территорию своего прикутанного хозяйства был задержан сотрудниками полиции. Этими действиями Т.Ю.Т. причинен существенный материальный ущерб на общую сумму 51800 рублей.

В подтверждение своего довода о существенности вреда орган дознания ссылается на справку отдела сельского хозяйства и продовольствия администрации МО «

<

адрес>» РД № от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что среднерыночная стоимость одного тюка естественного сена по району на ДД.ММ.ГГГГ составляет 50 рублей. Таким образом, состав самоуправства М.Н.Д. определен на основании одной лишь справки. При этом орган следствия не учитывает стоимость выполненных работ М.Н.Д., то, что он с использованием сенокосилки-комбайна произвел скашивание травы, после чего с применением тюкового пресс-подборщика и рабочей силы запрессовал скошенную траву в 1036 тюков, для того, чтобы определить реальный размер ущерба, якобы причиненного Т.Ю.Т., не выяснены вид сенажа, скошенного М.Н.Д., его качество, вес и, с учетом этих категорий, реальная его стоимость.

Установлено, что после прессования тюки оставались на поле, М.Н.Д. их не забрал и не присвоил. В обвинение также указывается, что при перевозке 400 тюков М.Н.Д. был задержан, т.е. из этого следует, что он этим имуществом не завладел. Следовательно, ущерб М.Н.Д. кому-либо не причинен.

Кроме того, из показаний Т.Ю.Т. в суде следует, что он действительно отказался от получения 400 тюков сена, задержанных сотрудниками полиции при перевозке, а также не забрал 600 заготовленных на поле тюков, так как они не нужны ему были; он проживает вместе с супругой, которая работает в детском саду и получает зарплату.

Показания Т.Ю.Т. о ненужности ему сенажа подтверждают и тот факт, что он, имея возможность забрать сено и распорядиться им по своему усмотрению, он этого не сделал.

Показания и других, допрошенных в судебном заседании лиц, кроме самого Т.Ю.Т., подтверждающих факт отказа забрать сено, суд посчитал правдивыми, объективными, которые согласуются с имеющимися в деле доказательствами. 

При указанных обстоятельствах суд не находит оснований для вывода о причинении действиями М.Н.Д. существенного материального ущерба Т.Ю.Т.

Суд первой инстанции также считает несостоятельными выводы обвинения о совершении М.Н.Д. самоуправных действий в нарушение ст. 209 ГК РФ, регламентирующей содержание права собственности, в то время как Т.Ю.Т. является не собственником земельного участка, а субарендатором.

Утверждение государственного обвинителя о том, что в нарушение требований п.3 ст.309 УПК РФ в резолютивной части приговора не содержится сведений о разъяснении потерпевшему порядка обжалования приговора вследствие чего нарушено его право, предусмотренное ч.1 ст.389.1 УПК РФ нельзя признать обоснованным.

Резолютивная часть приговора мирового судьи соответствует требованиям ст.ст.306, 309 УПК РФ. Потерпевшему Т.Ю.Т. в соответствии со ст. 312 УПК РФ вручена копия приговора. Воспользовавшись правом апелляционного обжалования в соответствии с ч.1 ст.389.1 УПК РФ потерпевший Т.Ю.Т. приговор суда обжаловал. 

Довод апелляционного представления о нарушении требований ч.6 ст.229 УПК РФ, то есть до ДД.ММ.ГГГГ судом не представлен для ознакомления протокола судебного заседания, также несостоятелен.

Суд никак не мог представить для ознакомления протокола судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, т.к. в тот день был провозглашен приговор суда. По ходатайству государственного обвинителя о вручении ему копии протокола судебного заседания, поступившему мировому судье ДД.ММ.ГГГГ, мировой судьей в соответствии с ч.7 ст.259 УПК РФ направлена прокурору Тарумовского района РД копии протоколов судебных заседаний. л.д.147 т.3. 

Суд апелляционной инстанции также считает несостоятельными доводы представления и жалобы о том, что в резолютивной части оправдательного приговора в соответствии со ст.302 УПК РФ не указан, по какому из предусмотренных закону оснований подсудимый оправдан.

В п. 3 ч.2 ст.302 УПК РФ указано оправдательный приговор постановляется в случаях, если: в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. 

Суд первой инстанции, ссылаясь на вышеуказанную норму закона, принял решение: оправдать М.Н.Д. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, что соответствует требованиям уголовно-процессуального закона РФ. 

В апелляционном представлении государственного обвинителя и жалобе потерпевшего не содержится конкретные данные о допущенных судом при рассмотрении дела тех или иных нарушений требований уголовно-процессуального закона. В них превалирует общеизвестные сочетание слов. 

Все собранные по делу доказательства проверены и оценены в соответствии и с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ, то есть с точки зрения их относимости, достоверности и допустимости. 

Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и которым суд не дал бы оценки, по делу не установлено. 

Допустимость, достоверность и достаточность доказательств, положенных судом в основу приговора, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку они исследованы, вопреки доводам представления и жалобы, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. 

Доводы представления и жалобы о несоблюдении и нарушении норм закона при производстве по делу, апелляционная инстанция находит несостоятельными. Судом первой инстанции, вопреки указанным доводам, дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, при этом нарушений уголовного или уголовно-процессуального законодательства, влекущих безусловную отмену приговора по делу, допущено не было. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств.

Апелляционная инстанция полагает, что общие требования судебного производства и в частности ст.244 УПК РФ судом выполнены. Судебное следствие проведено в соответствии с требованием ст.ст.273-291 УПК РФ. Все представленные суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства разрешены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. 

Анализ доказательств, имеющихся в материалах дела, свидетельствует о том, что суд правильно установил фактические обстоятельства дела и верно пришел к обоснованному выводу об отсутствии в действиях М.Н.Д. состав преступления – самоуправство, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № 126 Тарумовского района РД от ДД.ММ.ГГГГ в отношении М.Н.Д. оставить без изменения, а апелляционное представлении государственного обвинителя Саидова А.М. и апелляционную жалобу потерпевшего Т.Ю.Т.- без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, предусмотренной главой 47-1 УПК РФ.

Председательствующий М.Р.Гаммаев