Дело №2-5158/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 мая 2018 года г. Набережные Челны РТ

Набережночелнинский городской суд Республики Татарстан в лице председательствующего - судьи О.А. Виноградовой,

с участием прокурора - Г.М. Назреевой,

при секретаре – М.А. Канашкиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Спецмеханизация» о признании приказа о снятии полномочий директора № ... от 29.01.2018 незаконным, признании записи в трудовой книжке незаконной, признании факта трудовой деятельности истца на должности технического директора за период с 09.01.2018 по 29.01.2018, восстановлении на работе, обязании ответчика своими силами и за свой счет осуществить вывоз зимних шин, взыскании задолженности по уплате заработной платы, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании компенсации за задержку выплат, взыскании компенсации за вынужденный простой, взыскании компенсации не авансированных расходов, компенсации морального вреда, компенсации за задержку выплат до дня исполнения обязательства по существу, обязании осуществить отчисления и выплаты в бюджеты и внебюджетные фонды, в том числе в Пенсионный фонд России, Фонд социального страхования, Фонд обязательного медицинского страхования за период с 01.12.2017,

установил:

ФИО1 (далее истец) обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Спецмеханизация» (далее ответчик) о признании приказа о снятии полномочий директора № ... от 29.01.2018 незаконным, признании записи в трудовой книжке незаконной, признании факта трудовой деятельности истца на должности технического директора за период с 09.01.2018 по 29.01.2018, восстановлении на работе, обязании ответчика своими силами и за свой счет осуществить вывоз зимних шин, взыскании задолженности по уплате заработной платы, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании компенсации за задержку выплат, взыскании компенсации за вынужденный простой, взыскании компенсации не авансированных расходов, компенсации морального вреда, компенсации за задержку выплат до дня исполнения обязательства по существу, обязании осуществить отчисления и выплаты в бюджеты и внебюджетные фонды, в том числе в Пенсионный фонд России, Фонд социального страхования, Фонд обязательного медицинского страхования за период с 01.12.2017.

При этом ФИО1 указал, что находился в трудовых отношениях с ответчиков в период с 17.08.2017 по 29.01.2018. На основании решения №... единственного участника ООО «Спецмеханизация» ФИО2 истец был принят на должность директора. Трудовой договор между сторонами не был заключен, но истца фактически допустили к исполнению трудовых обязанностей. На основании решения единственного участника ответчика ФИО2 №... от 09.01.2018 истец был снят с должности директора и приступил к исполнению обязанностей технического директора с сохранением должностного оклада в размере 50 000 рублей до удержания НДФЛ ежемесячно. 29.01.2018 ответчик прекратил трудовые отношения с истцом, в связи с чем истец был ознакомлен с приказом о расторжении трудового договора по желанию истца, на основании заявления от 28.12.2018, была сделана соответствующая запись в трудовую книжку. 

Однако заявление от 28.12.2018 истец писал о переводе с должности директора на вакансию технического директора, которое было удовлетворено ранее. Сам истец расторгнуть трудовой договор по собственному жжению не собирался и заявление на увольнение по собственному желанию не писал. С 29.01.2018 истец был отстранен ответчиком от исполнения трудовых обязанностей и до настоящего времени находится в состоянии вынужденного простоя. За период с 17.08.2017 по 29.01.2018 истец к дисциплинарной и материальной ответственности не привлекался. За данный период работы истцу начислена заработная плата в сумме 204 516 рублей 04 копейки, выдано за вычетом НДФЛ – 177 929 рублей 04 копейки. В декабре 2017 года истец отработал 21 рабочий день, следовательно, при должностном окладе в 50 000 рублей истец должен был получить до вычета 50 000 рублей, однако истцу начислено только 17 5590 рублей 52 копейки. Следовательно, размер задолженности ответчика перед истцом по заработной плате за декабрь 2017 года составляет до вычета НДФЛ – 32 440 рублей 48 копеек, в январе 2018 года отработал 15 рабочих дней, его заработная плата должна составить 44 118 рублей 39 копеек, общий размер задолженности по уплате заработной платы составляет 76 558 рублей 87 копеек. Несмотря на факт незаконного увольнения истца, ему не была выдана компенсация за неиспользованный отпуск в момент прекращения трудовых отношений, истцу полагается компенсация за неиспользованный отпуск в сумме 21 048 рублей 01 копейка за 11,67 дня. Также истцу полагается компенсация за задержку в проведении выплат с 30.01.2018 по 13.04.2018 в сумме 3601 рубль 69 копеек. В период трудовой деятельности истец за свой счет потратил на нужды предприятия сумму 1081 рубль. Поскольку увольнение истца было незаконным, он был лишен возможности трудиться и не получил заработка, на который вправе был рассчитывать, компенсация за вынужденный простой с 30.01.2018 по 13.04.2018 составляет 126 867 рублей. Истец использовал свой личный автотранспорт в производственных целях ответчика, ввиду сезонного ухудшения погодных условий, наличия гололеда, за счет средств ответчика 31.10.2017 были приобретены зимние шины 215/65/ r16 Viatti Bosco Nordico V-523 в количестве 2 штук, обращения истца о приеме ответчиком имущества, вверенного при осуществлении трудовой деятельности, оставлены без удовлетворения.

В связи с этим истец просит признать приказ о снятии с полномочий истца в качестве директора №3 от 29.01.2018 незаконным; признать запись в трудовой книжке истца за №... от 29.01.2018 незаконной; признать факт трудовой деятельности истца именно на должности технического директора за период с 09.01.2018 по 29.01.2018 включительно; восстановить истца на работе в ООО «Спецмеханизация»; обязать ответчика своими силами и за свой счет осуществить вывоз зимних шин 215/65/ r16 Viatti Bosco Nordico V-523, в количестве 2 штук; взыскать с ответчика в пользу истца задолженность по уплате заработной платы в размере 76 558 рублей 87 копеек, в том числе НДФЛ, компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 17.08.2017 по 29.01.2018 включительно в размере 21 048 рублей 01 копейка в том числе НДФЛ, компенсацию за задержку выплат за период с 30.01.2018 по 13.04.2018 включительно в размере 3601 рубль 69 копеек, в том числе НДФЛ, компенсацию за вынужденный простой за период с 30.01.2018 по 13.04.2018 в размере 126 867 рублей, в том числе НДФЛ, компенсацию не авансированных расходов в размере 1081 рубль без НДФЛ, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей. Взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за задержку выплат за период с 14.04.2018 до дня исполнения обязательств по существу, компенсацию за вынужденный простой за период с 14.04.2018 по день восстановлении истца на работе, обязать ответчика осуществить отчисления и выплаты в бюджеты и внебюджетные фонды, в том числе в ПФР, ФСС и ФОМС за период с 01.12.2017.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен, его представитель по доверенности ФИО3 исковые требования поддержал в судебном заседании в полном объеме. Уточнил размер исковых требований и просит взыскать компенсацию за вынужденный прогул в сумме 200 278 рублей 29 копеек за период с 30.01.2018 по 28.05.2018, а компенсация за задержку выплат составляет за период с 30.01.2018 по 28.05.2018 724 рубля 64 копейки.

Представитель ответчика ООО «Спецмеханизация», действующий на основании решения единственного участника Общества о назначении на должность директора (запись в ЕГРЮЛ внесена) ФИО4 исковые требования не признал, просил применить последствия пропуска срока исковой давности по требованию о восстановлении на работе. Также пояснил, что ФИО3 работал в должности директора, затем написал заявление о снятии его с должности и переводе на должность технического директора, однако должности технического директора в обществе не было ни во время работы ФИО1, ни в настоящее время, так как такой необходимости не было. Поэтому не могли переместить его на несуществующую должность. В декабре 2017 года и январе 2018 года общество находилось в простое, так как не было заказов и, соответственно, работы, поэтому самим ФИО1 было принято решение о выплате заработной платы в меньшем размере. Зарплата за декабрь была выплачена по ведомости, о чем имеется подпись истца. Примерно 28 января 2018 года истец подошел к нему и сказал, что он намерен уйти, нашел работу в «КСТК», попросил расчет. На его предложение написать заявление об увольнении по собственному желанию истец сказал, что в декабре 2017 года он уже написал заявление о снятии его с должности. Он, ФИО4, попросил передать документы до 1 февраля 2018 года, однако истец исчез. Заработную плату за январь и компенсацию за неиспользованный отпуск истцу начислили, но не выплатили, так как при увольнении удержали в счет возмещения материального ущерба. 24.02.2018 ответчик направил истцу письмо о предоставлении письменных объяснений о расходовании денежных средств, а 05 марта 2018 года издал приказ о взыскании с истца материального ущерба, в соответствии со статьей 277 Трудового кодекса Российской Федерации.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав мнение прокурора Назреевой Г.М., давшей заключение по требованию о восстановлении на работе и полагавшей о применении последствия пропуска срока исковой давности по ходатайству представителя ответчика, выслушав прения сторон, суд приходит к следующему. 

В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В соответствии с частью 1 статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основаниями прекращения трудового договора являются, в том числе расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса). Трудовой договор может быть прекращен и по другим основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В силу пункта 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор с руководителем организации прекращается в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора. 

Согласно статье 280 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации имеет право досрочно расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя (собственника имущества организации, его представителя) в письменной форме не позднее чем за один месяц.

В соответствии со статьей 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Согласно статье 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

В силу требований статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу части 2 статьи 158 Трудового кодекса Российской Федерации время простоя по причинам, не зависящим от работодателя и работника, оплачивается в размере не менее двух третей тарифной ставки, оклада (должностного оклада), рассчитанных пропорционально времени простоя.

Согласно положениям ст. 392 ТК Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Как разъяснено в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" исходя из содержания абзаца первого ч. 6 ст. 152 ГПК Российской Федерации, а также ч. 1 ст. 12 ГПК Российской Федерации, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд после назначения дела к судебному разбирательству, оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Согласно положениям статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации немедленному исполнению подлежит решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев; восстановлении на работе.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 находился в трудовых отношениях с ООО «Спецмеханизация» в период с 17.08.2017 по 29.01.2018. 

На основании решения №... единственного участника ООО «Спецмеханизация» ФИО2 ФИО1 принят на должность директора с окладом 50 000 рублей (л.д. 52). 

Размер заработной платы подтверждается и справкой о доходах физического лица (л.д.13). 

Трудовой договор между ФИО1 и ООО «Спецмеханизация» не был заключен, ФИО1 был допущен к исполнению трудовых обязанностей, что ответчик не отрицает. Из объяснений ответчика видно, что сначала трудовой договор, предложенный ответчиком, не подписал ФИО1, а затем уже работодатель не подписал вариант трудового договора, предложенный истцом, ввиду неисполнимости. 

ФИО1 написал заявление от 28.12.2017 о снятии его с должности директора и переводе его с должности директора на вакансию технического директора (л.д. 14).

На основании решения единственного участника ответчика ФИО2 №... от 09.01.2018 истец был снят с должности директора (л.д. 41).

ООО «Спецмеханизация» на основании приказа от 29.01.2018 прекратил трудовые отношения с ФИО1, указав в качестве основания для увольнения - по собственному желанию, а в скобках сослался на статью 280 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 42), в этот же день истец ознакомлен с вынесенным в отношении него приказом об увольнении.

С 29.01.2018 года ФИО1 был отстранен от исполнения трудовых обязанностей на основании приказа от 29.01.2018.

Суд после исследования доказательств, приходит к выводу, исковые требования подлежат удовлетворению частично. 

Не подлежит удовлетворению требование о признании приказа о снятии полномочий директора № 1 от 29.01.2018 незаконным. Данный приказ о снятии полномочий был издан единственным участником общества в пределах своей компетенции, которая определена в главе IV федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

Что касается требования истца о восстановлении на работе, то в этой части суд полагает необходимым отказать ввиду пропуска истцом срока исковой давности, о которой заявлено стороной в споре. Стороной истца не представлено доказательств наличия уважительных причин для восстановления этого срока. Поэтому суд не находит возможности восстановить пропущенный без уважительной причины месячный срок для обращения с иском о восстановлении на работе.

Требования, указанные в пунктах 9 и 13 резолютивной части искового заявления, а именно, взыскании компенсации за вынужденный простой по день восстановления истца на работе, являются производными от требования о восстановлении на работе. Поскольку суд полагает отказать в восстановлении на работе, то требования о компенсации за вынужденный простой удовлетворению не подлежат. 

Требование о признании записи в трудовой книжке незаконной суд также не удовлетворяет. Поскольку истцом пропущен срок исковой давности по восстановлению на работе, и в удовлетворении этой части исковых требований истцу отказано, то не представляется возможным признать запись в трудовой книжке незаконной. Истец после заявления ответчиком применения последствий пропуска срока исковой давности пояснил, что такая запись устроила бы истца при заключении мирового соглашения, не настаивал на внесении в трудовую книжку иной записи, например, о расторжении договора по специальному основанию – на основании статьи 280 Трудового кодекса Российской Федерации – как досрочное расторжение трудового договора по инициативе руководителя организации, как это указано в приказе № ... от 29.01.2018.

Обращаясь к требованию о признании факта трудовой деятельности на должности технического директора за период с 09.01.2018 по 29.01.2018, суд полагает невозможным признание этого факта, так как в штатном расписании должность технического директора не предусмотрена, что видно из представленных суду копий штатного расписания, а также пояснений ответчика. Представленную представителем истца копию приказа ФИО1 от 24.12.2017 об утверждении должности технического директора суд считает недопустимым доказательством, поскольку данный приказ надлежащим образом не заверен, не позволяет его идентифицировать по номеру, работодатель отрицает наличие в природе указанного приказа, так как его не имеется в документах организации, неясно, каким образом присвоен номер приказу, так как таких номеров не имеется. Более того, ответчик пояснил, что в указанное время имелся простой в работе, так как не было заказов и не было необходимости «раздувать штат». Неясно, какими полномочиями должен был обладать технический директор, так как должностной инструкции разработано не было. Более того, ввиду отсутствия трудового договора, должностной инструкции самого директора, неясно, имел ли полномочия ФИО1 расширять штат организации. Представленным штатным расписанием наличие этой должности подтверждения не нашло. 

Что касается требования об обязании ответчика своими силами и за свой счет осуществить вывоз зимних шин, то оснований для удовлетворения этого требования не имеется: истец не представил доказательства наличия шин, отказа принять зимние шины работодателем, невозможности их самостоятельно доставить их работодателю. Как указал в отзыве ответчик, указанные шины не переданы в подотчет ответчику, использовались для личных нужд. В судебном заседании пояснил, что шины в непригодном состоянии.

Суд полагает подлежащими удовлетворению требования о взыскании задолженности по заработной плате за декабрь 2017 года и январь 2018 года, которая должна быть выплачена по 29 января 2018 года.

Суд полагает незаконным удержание из заработной платы ФИО1 за январь 2018 года подотчетных сумм 38 398 рублей 99 копеек, поскольку как установлено судом, до удержания указанной суммы работодателем не принималось решение об удержании из заработка, не были потребованы объяснения работника. Решение об удержании подотчетных сумм принято 5 марта 2018 года (л.д.47), то есть фактически до удержания. 

Работодателем заработная плата за январь 2018 года рассчитана, что видно из расчетного листка за январь 2018 года (л.д.46), согласно которому произведено начисление оплаты простоя от оклада по часам, что составило 23 529 рублей 41 копейку, а также рассчитана компенсация отпуска при увольнении по календарным дням в сумме 20 607 рублей 58 копеек, а всего 44 136 рублей 99 копеек. При это работодатель пояснил, что работы и заказов в январе не было. Поэтому работники находились в вынужденном простое. Таким образом, за январь начислена зарплата 44 136 рублей 99 копеек (с учетом компенсации за неиспользованный отпуск).

За декабрь 2017 представлена ведомость о выплате заработной платы ФИО1 15 276 рублей 52 копейки, что с НДФЛ будет составлять 17 559 рублей 22 копейки. Таким образом, недоплата заработной платы составляет 32 440 рублей 78 копеек. Иного расчета работодателем произведенной в декабре 2017 года заработной платы не представлено. 

В общей сложности в момент увольнения 29.01.2018 года истцу должна была быть выплачена заработная плата и компенсация за неиспользованный отпуск в сумме 76 577 рублей 77 копеек.

С требованием о компенсация за задержку выплат суд соглашается, однако полагает необходимым пересчитать арифметически указанную сумму, исходя из суммы, определенной судом за период с 30.01.2018 по 11.02.2018 за 13 дней исходя из ключевой ставки 7,75% с учетом ставки компенсации в размере 1/150 в день от размера ключевой ставки: 76577,88х13х1/150х7,75=514 рублей 35 копеек. За период с 12.02.2018 по 25.03.2018 за 42 дня исходя из ключевой ставки 7,50% с учетом ставки компенсации в размере 1/150 в день от размера ключевой ставки: 76577,88х42х1/150х7,5=1608 рублей 13 копеек. За период с 26.03.2018 по 28.05.2018 за 64 дня исходя из ключевой ставки 7,25% с учетом ставки компенсации в размере 1/150 в день от размера ключевой ставки: 76577,88х64х1/150х7,25=2368 рублей 78 копеек. А всего 4491 рубль 26 копеек.

Обращаясь к десятому требованию иска о взыскании неавансированных расходов в сумме 1081 рубль, то несение этих расходов не подтверждено. Нет ни одного документа, что истец понес эти расходы. По утверждению истца, он купил подарки на новый год для работников, однако доказательств этому не представил.

Обращаясь к вопросу о компенсации морального вреда, следует отметить, что статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Стороны не предоставили суду соглашение о компенсации данного вреда, ответчик иск не признал и суд, исходя из соразмерности и разумности предъявленных исковых требований, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей.

Обращаясь к двенадцатому требованию, следует, что компенсация за задержку выплат начисляется со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Поэтому на сумм 76577 рублей 77 копеек подлежит начислению компенсация по день фактической выплаты. Работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

Четырнадцатое требование истца об обязании осуществить отчисления и выплаты в бюджеты и внебюджетные фонды, в том числе в ПФР, ФСС и ФОМС за период с 01.12.2017, то ответчик представил доказательства отчисления за январь 2018 соответствующих отчислений. За декабрь взносы осуществлены не в полном объеме. Поэтому следует доплатить за декабрь 2017 года страховые взносы на обязательное медицинское страхование, на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, на обязательное социальное страхование, на выплату страховой части трудовой пенсии исходя из доначисленной судом заработной платы истца в сумме 32 440 рублей 78 копеек. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Спецмеханизация» невыплаченную заработную плату и компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме 76 577 (семьдесят шесть тысяч пятьсот семьдесят семь) рублей 77 копеек, компенсацию за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении за период с 30.01.2018 года по 28.05.2018 года в сумме 4491 (четыре тысячи четыреста девяносто один) рубль 26 копеек, компенсацию за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении за период с 29 мая 2018 года по день фактического расчета включительно, рассчитанной одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм (76 577 рублей 77 копеек) за каждый день задержки, в счет компенсации морального вреда – 1000 (одну тысячу) рублей. 

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Спецмеханизация» осуществить доплату отчислений и выплат за декабрь 2017 года, а именно страховые взносы на обязательное медицинское страхование, на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, на обязательное социальное страхование, на выплату страховой части трудовой пенсии исходя из доначисленной судом заработной платы истца за декабрь 2017 года в сумме 32440 рублей 78 копеек. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Спецмеханизация» государственную пошлину в бюджет муниципального образования «город Набережные Челны» в размере 2932 (две тысячи девятьсот тридцать два) рубля 07 копеек.

В остальной части иска ФИО1 отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца через Набережночелнинский городской суд Республики Татарстан.

Судья: «подпись» Виноградова О.А. Согласовано.