Дело №

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Новоаннинский 07 мая 2018 года

Новоаннинский районный суд Волгоградской области в составе: председательствующего судьи Захарова Р.П.,

при секретарях судебного заседания Федюниной А.П., Болкуновой Е.Н., Мавшовой Т.И.,

с участием государственных обвинителей – заместителя прокурора Новоаннинского района Волгоградской области Провоторова С.В., старшего помощника прокурора Новоаннинского района Волгоградской области Таболаева А.А.,

подсудимого и гражданского ответчика ФИО1,

защитника – адвоката Грицких С.П., представившего удостоверение № от 09.01.2003 года и ордер на защиту по соглашению № от 14.02.2018 года,

а также с участием потерпевших и гражданских истцов Л.П. и В.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении

ФИО1,, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, русского, не состоящего в браке, не имеющего малолетних и несовершеннолетних детей, имеющего среднее профессиональное образование, официально не трудоустроенного, ограниченного годного к военной службе, не имеющего инвалидности, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц, при следующих обстоятельствах.

18.11.2016 года, примерно в 20 часов 200 минут, ФИО1, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, с прицепом, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, двигаясь по грунтовой дороге в направлении движения 

<

данные изъяты> километр автодороги 

<

адрес>, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде дорожно-транспортного происшествия и причинения смерти двух человек в результате своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение п. 1.5 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров – Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090, согласно которого участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, создал опасность причинения вреда, выезжая с вышеуказанной грунтовой дороги на 

<

данные изъяты> километр автодороги 

<

адрес>, при маневре поворота налево в сторону 

<

адрес>, не успел завершить маневр поворота, чем создал опасность для движения автомобилю 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, под управлением водителя И.С., в салоне которого находился пассажир И.А.. В нарушение п. 13.9 Правил дорожного движения РФ, согласно которого на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения, не уступил дорогу автомобилю 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, под управлением водителя И.С., двигавшемуся по главной дороге в направлении движения 

<

адрес>, выехал прицепом на полосу движения указанного легкового автомобиля, где на полосе движения, предназначенной для движения автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, под управлением водителя И.С. произошло столкновение данного автомобиля с левой частью прицепа, зацепленного за автомобиль 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона. В результате совершенного ФИО1 дорожно-транспортного происшествия, водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, И.С. получил телесные повреждения в виде: 

<

данные изъяты>), согласно заключения судебно-медицинской экспертизы № от 25.01.2017 года, состоят в причинно-следственной связи со смертью и квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни человека, так как вызвали расстройство жизненно важных функций организма. Смерть И.С. наступила в результате 

<

данные изъяты>. В результате совершенного ФИО1 дорожно-транспортного происшествия, пассажир автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, И.А. получил телесные повреждения в виде: 

<

данные изъяты>. Данное повреждение квалифицируется, согласно заключения судебно-медицинской экспертизы № от 25.01.2016 года, как причинившее тяжкий вред здоровью о признаку – опасный для жизни человека и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью И.А.. Между нарушением ФИО1 вышеуказанных Правил дорожного движения РФ, повлекших дорожно-транспортное происшествие и причинением в результате дорожно-транспортного происшествия смерти И.С. и И.А. имеется прямая причинно-следственная связь. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, не признал и пояснил, что 18.11.2016 года, по просьбе Г.Г., на грузовом автомобиле 

<

данные изъяты>, государственный номер 

<

данные изъяты> регион с прицепом, принадлежащем Г.Г., он перевозил семена подсолнечника с полей 

<

адрес> в 

<

адрес>. Автомобилем он управлял по устной доверенности, а также на основании страхового полиса ОСАГО, где он вписан в качестве водителя. Разрешено ли было в полисе ОСАГО использовать автомобиль с прицепом, он не помнит. Примерно в 20 часов 30 минут, после загрузки стал выезжать с поля на асфальтированную дорогу, перед этим пропустив какой-то грузовой автомобиль, двигавшийся по главной дороге. После этого, убедившись в отсутствии иных транспортных средств, включив левый поворот, он стал выезжать на дорогу, однако, не успев выровнять прицеп на свою сторону движения, в прицеп врезался легковой автомобиль. Когда он собирался выезжать на дорогу, данного автомобиля не было, как появился данный легковой автомобиль, он не знает. Света фар данного автомобиля, при выезде на дорогу, он не видел, свет фар он увидел, только за мгновение до ДТП. 

Несмотря на не признание вины подсудимым, виновность ФИО1 в совершении действий, указанных в описательной части приговора, подтверждается следующими доказательствами, представленными стороной обвинения и исследованными в судебном заседании.

Показаниями потерпевшей Л.П., пояснившей в судебном заседании, что 18 ноября 2016 года, примерно в 17.00 часов ей позвонил сын и сказал, что он будет выезжать из города Волгограда. Ехал он на свадьбу в Киквидзенский район. Обычно он всегда, когда приезжал, звонил, говорил, что приехал на место, а в этот раз он ей не позвонил. Примерно в 20:20 часов она позвонила ему, но никто не ответил, а потом уже от его друга узнала, что друг звонил около 8 и разговаривал с ним, якобы её сын сообщил своему другу, что они подъезжают к 

<

адрес> и больше они не созванивались. На следующий день утром ей кто-то позвонил на сотовый телефон и сообщил, что на территории 

<

адрес> произошло ДТП, в результате которого погиб её сын и пассажир П. В начала мая 2017 года, подсудимый ФИО1 позвонил ей и предложил встретиться, приехал он со своей мамой. Они выплатили ей и П по 50 000 рублей для оказания материальной помощи.

Показаниями потерпевшей В.Н., которая пояснила в судебном заседании, что погибший П приходился ей родным сыном. 18 ноября 2016 года, её сын поехал на работу вместе с отцом, они вместе работали, и после работы он должен был поехать на свадьбу. Они знали об этом, он предупредил их. Сначала её сын собирался ехать на маршрутке, а потом позвонил и сообщил, что поедет с другом на его машине. После работы отец приехал домой и сказал, что сын уехал с З. Последний раз они ему звонили примерно в 20:00 часов, он сказал, что проехали 

<

адрес>, а в 20:25 часов он им не ответил. Сколько они ему не набирали на телефон, никто не отвечал. Примерно в 22:00 часа она позвонила родственникам и через знакомых, которые работают в ГАИ, они узнали, что произошла авария, машина перевернулась, но последствия были не известны. В 23:30 им позвонил родственник и сообщил, что произошла авария, в результате которой погиб её сын и его друг И.С.. 

Показаниями свидетеля А.В,, пояснившего в судебном заседании, что в 2016 году точную дату он не помнит, от оперативного дежурного поступило сообщение, что на трассе в сторону Киквидзе произошла авария с участием автомобиля 

<

данные изъяты>. По прибытию на место ДТП легковой автомобиль находился по маршруту движения в сторону Киквидзе на правой стороне обочины. Автомобиль 

<

данные изъяты> находился по маршруту движения в сторону 

<

адрес>. МАЗ был с прицепом, который на момент его приезда находился на своей стороне. Было установлено, что МАЗ выезжал с прилегающей территории на главную дорогу и не успев совершить маневр поворота водитель автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты> совершил столкновение с прицепом МАЗа. На прицепе светоотражающих элементов не было, что является нарушением ПДД. На месте ДТП дорожное покрытие было сухое, на обочине немного было грязного снега. В результате ДТП погибли водитель и пассажир автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты>. Один из трупов находился возле автомобиля, а другой был зажат в автомобиле.

Показаниями свидетеля А.Ю., пояснившего в судебном заедании, что он состоит в должности инспектора по пропаганде ОГИБДД ОМВД России по Новоаннинскому району Волгоградской области. Так, 18.11.2016 года он вместе с А.В, заступил на смену. В вечернее время суток из дежурной части поступило сообщение о том, что на повороте 

<

адрес> в 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобиля МАЗ и ВАЗ 

<

данные изъяты>. По приезду на место ДТП автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты> находился по направлению в сторону Киквидзе, а МАЗ с прицепом по направлению в сторону г. Новоаннинский. При осмотре было установлено, что автомобиль Маз выезжал с прилегающей грунтовой дороги на главную дорогу и не уступил дорогу автомобилю ВАЗ 

<

данные изъяты>. В результате ДТП погибли водитель и пассажир автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты>. По приезду на место ДТП на самом автомобиле МАЗ горели осветительные приборы и аварийные огни, на прицепе габаритные огни по краям кузова автоприцепа. Маз не был поврежден, имелись повреждения на прицепе МАЗа, была повреждена левая сторона прицепа, колесная база и задняя ось прицепа, автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты> был сильно поврежден. Асфальт был сухой, дорога ровная хорошо просматривалась, осадков не был кустов тоже, дорога была не скользкая, имелось немного снега на обочине, снег был в пыли, грязный.

Показаниями свидетеля Д.Ю., пояснившего в судебном заедании, что он 18.11..2016 года в вечернее время, примерно 19.45 часов ехал по автодороге Киквидзе-Новоаннинский. В районе 

<

адрес>, увидел, что произошло ДТП, в связи, с чем остановился помочь людям. На месте ДТП было два автомобиля МАЗ, водитель которого попросил его вызвать скорую помощь, и автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты>, водитель и пассажир которого погибли на месте. МАЗ и прицеп стояли на свой полосе в сторону 

<

адрес>. Водитель автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты> был зажат и находился в машине, а пассажир данного автомобиля лежал возле машины лицом вниз. Когда он подъехал к месту ДТП видел, что на Мазе и его прицепе горели габаритные огни. На прицепе сзади горели задние фонари, по бокам прицепа каких-либо фонарей и отражателей не было. Было уже темно, поверхность асфальта была сухая, ровная, осадков не было. Обочина была покрыта снегом, снег был в пыли, на видимость это не влияло. По расположению транспортных средств он предположил, что автомобиль МАЗ выезжал с прилегающей территории, а ВАЗ 

<

данные изъяты> ехал по главной дороге, момент удара он не видел, однако, водитель МАЗа ему пояснил, что он выезжал с грунтовой дороги на главную дорогу и в его прицеп врезался легковой автомобиль.

Показаниями свидетеля Р.А., пояснившего в судебном заседании, что 18 ноября 2016 года он заступил на службу в качестве следователя оперативной группы. Около 20.00 часов вечера в дежурную часть поступило сообщение, что на автодороге 

<

данные изъяты>, поворот на 

<

адрес>, произошло ДТП. Помимо него на место ДТП выехал наряд ГИБДД, в составе А.В, и А.Ю., а также эксперт Т.. На месте ДТП асфальт был сухой, осадков не было, выбоин не имел, обочины сугробов не имели, имелся мелких снежный покров, который был покрыт пылью. По прибытию на место ДТП, на правой обочине по направлению от 

<

адрес> находился автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты>, который имел повреждения передней части. В автомобиле находился труп мужичины, зажатый конструкциями автомобиля, рядом с автомобилем находился труп второго мужчины. Помимо данного автомобиля на дороге находился МАЗ с прицепом, прицеп был кустарно переделанный с добавлением 3 оси, которая была поворотной. Прицеп находился под углом относительно проезжей части, фактически сам МАЗ находился на свой полосе, прицеп, присоединённый фаркопом, находился под углом относительно проезжей части встречного движения. Было установлено, что автомобиль МАЗ выезжал с грунтовой дороги. Водитель автомобиля МАЗ ФИО1, находился на месте ДТП, участвовал в проводимых им замерах, знакомился со схемой, были привлечены двое понятых. ФИО1 пояснял, что он выезжал с грунтовой дороги, его цель была направиться в сторону 

<

адрес>. При изучении асфальтобетонного покрытия было установлено, что имелось повреждение асфальтобетонного покрытия, на полосе движения, предназначенного для автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты>, также там имелась осыпь стеклянных элементов и элементы пластика, имелся след юза от заблокированной задней оси прицепа, который был присоединен к автомобилю МАЗ. Следов торможения не было. Удар автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты> пришелся в среднюю ось прицепа. На МАЗе были световые приборы, головная оптика, сзади на автомобиле МАЗ установлены блок фары, прицеп также имел задний блок фар, бокового освещения либо световозвращателей на бортах МАЗа и прицепе не было. На автомобиле Маз повреждений не было, повреждения имелись на прицепе - корзина, прикрепленная к днищу прицепа, была смята, находилась она непосредственно у средней оси, была выбита ось. Судя по повреждениям, имеющимся на асфальтобетонном покрытии, ДТП произошло на полосе движения предназначенного для движения автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты>. Автомобиль марки ВАЗ был сильно искорёжен.

Показаниями свидетеля Г.И., пояснившего в судебном заседании, что он и его сын были приглашены сотрудниками полиции в качестве понятых при проведении следственного действия «Следственный эксперимент». По прибытию 20.07.2017 года примерно к 22 часам вечера на место, где ранее произошло ДТП, следователь пояснил, что проводится следственный эксперимент с целью установления видимости из кабины автомобиля МАЗ движения автомобиля ВАЗ со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> и установлении видимости препятствия на дороге в виде прицепа с рабочего места водителя ВАЗ. По прибытию МАЗ стоял на дороге по направлению в сторону 

<

адрес>, с правой стороны. При проведении эксперимента, легковой автомобиль отъезжал на 300 метров от автомобиля МАЗ и было видно свет фар. При проведении эксперимента проводились следователем замеры. После проведения следственного эксперимента был составлен протокол, где были указаны все замеры, и лица участвующие в следственном эксперименте поставили свою подпись. После проведения следственного эксперимента он был допрошен следователем.

Показаниями свидетеля В.Г., пояснившего в судебном заседании, что он был приглашен следователем А.В. в качестве понятого для проведении следственного действия «Следственный эксперимент». Эксперимент проводился для проведения замеров и установления видимости движения автомобиля со стороны 

<

адрес>. Лицам, участвующим в следственном эксперименте было пояснено, что в 2016 году произошло ДТП, в связи, с чем необходимо произвести некоторые замеры и установить некоторые обстоятельства дела. По прибытию 20.07.2017 года вечером на место где ранее произошло ДТП, там уже стоял МАЗ красного цвета, были сотрудники ГАИ. Измеряли, где была точка удара. Сначала Маз выезжал с обочины в сторону 

<

адрес> с поля груженный. За рулем был водитель Маза. В это время автомобиль ВАЗ 2111 отгоняла от автомобиля МАЗ на 300 метров, потом на 600 метров и 900 метров, для просмотра видимости фар. При этом, легковой автомобиль было видно за 300 метров и 600 метров, а за 900 метров были видны только отблески света. Кроме того, легковой автомобиль отгоняли и устанавливали с какого расстояния видно ближний свет фар и дальний свет фар. После проведения следственного эксперимента был составлен протокол, где были указаны все замеры, и лица участвующие в следственном эксперименте поставили свою подпись. Замечаний не было. Подсудимый сам установил машину по метке начерченной мелом следователем. После проведения следственного эксперимента он был допрошен следователем. 

Показаниями свидетеля А.В., пояснившего в судебном заседании, что он и В.Г. были приглашен следователем в качестве понятых для проведения следственного действия «Следственный эксперимент». Эксперимент проводился для проведения замеров и установления обстоятельств совершения ДТП. По приезду на место, где ранее произошло ДТП, там стоял МАЗ с прицепом. Также там были подсудимый, его адвокат и водитель легкового автомобиля ВАЗ, который был представлен для проведения эксперимента. В рамках следственного эксперимента проводились замеры, измеряли время, за какой период произошло ДТП. Потом водитель легкового автомобиля (статист) отъезжал от автомобиля МАЗ сначала на 300 метров, потом на 600 метров и 900 метров, для просмотра видимости автомобиля и света фар. При этом, прицеп было видно за 300 метров и за 600 метров, за 900 метров было видно уже хуже. За 900 метров было видно только мерцание света легкового автомобиля. После проведения следственного эксперимента был составлен протокол, где были указаны все замеры, и лица участвующие в следственном эксперименте поставили свою подпись.

По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания А.В., данные им в ходе предварительного расследования по делу при допросе в качестве свидетеля от 18.01.2018 года /Том 3 л.д. 60-63/.

Из оглашенных показаний свидетеля А.В. следует, что 17.01.2018 года в 17 часов 30 минут он был приглашен работниками полиции в качестве понятого для проведения следственного действия «следственный эксперимент», который проходил на 

<

данные изъяты> км. автодороги 

<

адрес>. Вторым понятым был В.Г.. В следственном эксперименте участвовали автомобиль МАЗ с прицепом и автомобиль ВАЗ. Следователем было разъяснено, что на данном участке дороги в ноябре 2016 года в ночное время суток произошло ДТП с участием водителя МАЗ с прицепом и автомобилем ВАЗ. Водителю, участвующему в следственном эксперименте, как он позже узнал это был ФИО1, было предложено указать, где его автомобиль МАЗ с прицепом был остановлен перед выездом на вышеуказанную дорогу. ФИО1 указал данное место, которое находилось на грунтовой дороге справа относительно движения на 

<

адрес>. От указанного места до окраины асфальтированной дороги составило 

<

данные изъяты> метра. Далее от указанного местонахождения автомобиля МАЗ с прицепом, участвующий ФИО1 начал выезд на автодорогу 

<

адрес> до места столкновения автомобиля ВАЗ с прицепом от автомобиля МАЗ. От места начала движения автомобиля МАЗ с прицепом до места столкновения ВАЗ с левой частью прицепа был произведен замер, который составил 

<

данные изъяты> метра. Далее, ФИО1 был указан темп движения при преодолении 

<

данные изъяты> метра пути. Данный темп движения был воспроизведен – время движения было замерено от передней оси МАЗ. До западной окраины проезжей части автомобиль МАЗ преодолевает расстояние в 

<

данные изъяты> метра за 

<

данные изъяты> секунд, а общее время движения МАЗ с прицепом в 

<

данные изъяты> метра до места столкновения ВАЗ с левой частью прицепа составило 

<

данные изъяты> секунд. Место столкновения ВАЗ с левой частью прицепа перед проведением вышеуказанных замеров было отмечено на левой части прицепа в 

<

данные изъяты> метра от передней части прицепа, что соответствует месту столкновения ВАЗ с прицепом в момент ДТП. После чего автомобиль МАЗ с прицепом был установлен обратно на грунтовую дорогу на расстояние 50 см. до западной окраины проезжей части дороги, после чего была установлена видимость автомобиля ВАЗ, участвующего в эксперименте. Данное действие было произведено следующим образом. Автомобиль ВАЗ был удален от места нахождения автомобиля МАЗ с прицепом на расстояние 

<

данные изъяты> метров, при этом, на автомобиле ВАЗ был включен ближний свет фар. Статисту водителю МАЗ С.Ю. было предложено указать, видит ли он автомобиль ВАЗ на проезжей части дороги с включенным ближним светом фар, на что статист С.Ю. пояснил, что видит. После этого, автомобиль ВАЗ был отодвинут еще на 

<

данные изъяты> метров, расстояние составило 600 метров. Статист автомобиля МАЗ ФИО2 пояснил, что видит свет фар автомобиля ВАЗ. Затем легковой автомобиль ВАЗ был отодвинут еще на 300 метров, расстояние до МАЗ составило 

<

данные изъяты> метров. Статист автомобиля МАЗ ФИО2 пояснил, что видит отблеск как ближнего, так и дальнего света фар автомобиля ВАЗ на проезжей части дороги. Далее, в ходе следственного эксперимента была установлена видимость препятствия на проезжей части, то есть полосе движения ВАЗ в виде прицепа с рабочего места водителя ВАЗ. В ходе следственного эксперимента было установлено, что 

<

данные изъяты> метров автомобиль МАЗ с прицепом преодолевает за 

<

данные изъяты> секунд. Путем вычисления была установлена скорость движения автомобиля МАЗ с прицепом с грузом 

<

данные изъяты> тонны семян подсолнечника, скорость составила 

<

данные изъяты> метра за 

<

данные изъяты> секунду. Затем, на полосу движения в 

<

адрес> был установлен автомобиль ВАЗ, аналогично расположению автомобиля ВАЗ на момент ДТП. Также на проезжую часть был установлен автомобиль МАЗ с прицепом под управлением ФИО1. Место удара в левую часть прицепа находилось на расстоянии 

<

данные изъяты> метра о передней части прицепа. После этого, автомобиль ВАЗ был удален на расстояние 

<

данные изъяты> метров, то есть расстояние, которое автомобиль ВАЗ проходит за 

<

данные изъяты> секунду времени при разрешенной скорости 

<

данные изъяты> км/ч. Автомобиль МАЗ с прицепом был отодвинут назад в сторону прилегающей второстепенной дороги, с которой он осуществлял движение, на расстояние 

<

данные изъяты> метра, которое он преодолевает за 

<

данные изъяты> секунду времени при скорости, установленной на первом этапе данного следственного эксперимента. После чего, статисту – водителю автомобиля ВАЗ В.В. было разъяснено, что ему необходимо на автомобиле поддерживать обороты двигателя выше среднего и он поддерживал данные обороты от 

<

данные изъяты> тысяч оборотов в минуту до 

<

данные изъяты> тысяч оборотов в минуту при проведении следственного эксперимента. Водителю В.В. было предложено указать, видит ли он со своего рабочего места водителя препятствие на полосе движения своего автомобиля в виде прицепа. В.В. пояснил, что на ближнем свете фар видит, на дальнем свете фар видит. После чего автомобиль ВАЗ и автомобиль МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения, водитель В.В. пояснил, что на ближнем свеете фар видит передние левые колеса прицепа и задний левый фонарь, который находится вне полосы движения, на дальнем свете фар видит прицеп. После чего, автомобили были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения. Водитель В.В. пояснил, что на ближнем свете фар не видит прицепа, видит левые колеса прицепа и задний левый фонарь, который находится вне полосы движения, на дальнем свете фар видит задние колеса прицепа и левый фонарь, который находится вне полосы движения. После чего автомобили были отодвинуты на аналогичные расстояния. Водитель В.В. пояснил, что на ближнем свете фар не видит, на дальнем свете фар видит левые передние колеса от прицепа и левый фонарь, который находится вне полосы движения. Соответственно видимость препятствия на полосе движения автомобиля ВАЗ в виде прицепа при движении в ближнем свеете фар с рабочего места водителя автомобиля ВАЗ составило 

<

данные изъяты> метров дальнем 

<

данные изъяты> метров. 

После оглашения данных показаний, свидетель А.В. подтвердил их. 

Показаниями свидетеля В.В., пояснившего в судебном заседании, что он сотрудниками ГАИ 17.01.2018 года был приглашен в качестве статиста для участия в следственном эксперименте. В рамках следственного эксперимента проводились замеры. Его функция заключалась в том, что он на своем автомобиле отъезжал от автомобиля МАЗ сначала на 

<

данные изъяты> метров, потом на 

<

данные изъяты> метров и на 

<

данные изъяты> метров, для просмотра видимости автомобиля и света фар. При этом прицеп МАЗа, практически не было видно, метров с 30 можно было заметить прицеп на ближнем свете фар.

Показаниями свидетеля С.Е., пояснившего в судебном заседании, что ему на сотовый телефон позвонил управляющий ООО «

<

данные изъяты>», где он работает и сообщил, что на автодороге Самойловка 

<

адрес> произошло ДТП. Примерно через 20 минут он подъехал к месту ДТП, там уже находились сотрудники полиции, через несколько минут подъехали пожарные. На месте ДТП стоял МАЗ, который загружался у них в ООО «

<

данные изъяты>» семечками. МАЗ стоял по направлению движения в сторону 

<

адрес>. На месте ДТП гололеда не было, на обочине лежал снег, и было очень холодно. При нем доставали водителя из машины ВАЗ с помощью гидравлических ножниц, потому что он был сильно зажат конструкциями автомобиля, потом делали всяческие замеры. При осмотре места ДТП было установлено, что МАЗ выезжал с большим прицепом с поля, а в это время со стороны 

<

адрес> двигался автомобиль ВАЗ, который врезался в прицеп МАЗа. При столкновении автомобиля с колесом прицепа МАЗа у прицепа лопнуло колесо, и борозда была на полосе движения, по которой двигался ВАЗ. На Мазе впереди были подфарники и фары, на прицепе только задние фонари, никаких светоотражающих элементов не было. В результате ДТП МАЗ не был поврежден, был поврежден прицеп, а именно на прицепе внизу была решетка, которая была согнута, также от удара повредилась ось МАЗа, автомобиль ВАЗ был сильно деформирован. Водитель автомобиля ВАЗ не был пристегнут ремнем безопасности. На месте ДТП дорожное покрытие было асфальтированное, местами имелись выбоины на дороге. Кроме того, перед поворотом, где произошло ДТП, метров за 25-30, есть небольшая выемка со стороны движения ВАЗ. За несколько метров, где произошла авария, имеется поворот, поэтому если ехать на высокой скорости более 100 км/ч не сразу успеешь затормозить. После проведения осмотра все участники ознакомились с протоколом осмотра места происшествия и составленной следователем схемой. Каких – либо замечаний ни от кого не поступило, в том числе и от ФИО1.

Показаниями свидетеля Д.Н., пояснившего в судебном заседании, что ему позвонил управляющий ООО «

<

данные изъяты>», где он работает и сообщил, что на автодороге 

<

адрес> произошло ДТП. Примерно через несколько минут он подъехал к месту ДТП, там уже находились сотрудники полиции. Когда он приехал на место ДТП легковой автомобиль ВАЗ находился в кювете, один труп лежал около машины, второй труп - водитель был сильно зажат конструкциями автомобиля. Ни водитель, ни пассажир не были пристегнуты, ремни безопасности находились на своих местах, стрелка спидометра ВАЗ остановилась на 110 км/ч. Водителя доставали с помощью гидравлических ножниц, поскольку он был сильно зажат. Все замеры делались им со свидетелем С.Е. с помощью рулетки, под руководством сотрудников полиции. На Мазе повреждений не было, был поврежден прицеп, а именно на средней оси повреждено колесо и выбита ось. На Мазе были осветительные приборы и аварийные огни, на прицепе габаритные огни по краям кузова отсутствовали, а также отсутствовали светоотражающие элементы на кузове автоприцепа. При осмотре места ДТП было установлено, что автомобиль МАЗ с прицепом выезжал с прилегающей территории на главную дорогу, не уступив дорогу легковому автомобилю. Ни снега, ни дождя не было, гололеда тоже не было. При обследовании места ДТП тормозного пути легкового автомобиля ВАЗ тоже не было. Недалеко от места ДТП имеется большой затяжной поворот.

Показаниями свидетеля И.Г., пояснившего в судебном заседании, что он и его отец были приглашены сотрудниками полиции в качестве понятых при проведении следственного действия «Следственный эксперимент». По прибытию 20.07.2017 года примерно к 10 часам вечера на место, где ранее произошло ДТП, следователь пояснил, что проводится следственный эксперимент с целью установления видимости из кабины автомобиля МАЗ движения автомобиля ВАЗ со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> и установлении видимости препятствия на дороге в виде прицепа с рабочего места водителя ВАЗ. На следственном эксперименте были произведены замеры. Также в следственном эксперименте принимал участие подсудимый и его защитник. В рамках проведения следственного эксперимента проверяли, как светят фары. Для этого Маз съезжал вниз от дороги примерно на 

<

данные изъяты> метр, а легковой автомобиль находился по другую сторону от автомобиля МАЗ за 

<

данные изъяты> метров, потом легковой автомобиль отъезжал на 

<

данные изъяты> метров. С 

<

данные изъяты> метров было видно не машину, а свет фар, а вот дальше, когда машина отъезжала было видно только отблеск фар. После проведения следственного эксперимента был составлен протокол, где были указаны все замеры, и лица участвующие в следственном эксперименте поставили свою подпись. Замечаний со стороны лиц, участвующих в эксперименте не поступило, в том числе и от ФИО1.

По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания И.Г., данные им в ходе предварительного расследования по делу при допросе в качестве свидетеля от 21.07.2017 года /Том 2 л.д. 140-143/.

Из оглашенных показаний свидетеля И.Г. следует, что 20.07.2017 года в 21 час 50 минут он был приглашен работниками полиции в качестве понятого при проведении следственного действия «Следственный эксперимент» который проходил на 

<

адрес>. Так же с ним был еще понятой его отец Г.И.. Перед проведением следственного эксперимента следователем всем участникам эксперимента, было пояснено, что эксперимент проводится с целью установления видимости из кабины автомобиля МАЗ движения автомобиля ВАЗ со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> и установлении видимости препятствия на дороге в виде прицепа с рабочего места водителя ВАЗ. В следственном эксперименте участвовали автомобиль МАЗ с прицепом и автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты>, государственных номеров не запомнил, данные номера записаны в протоколе следственного эксперимента. Следователем было разъяснено, что на данном участке дороги в ноябре 2016 года в ночное время суток произошло ДТП с участием водителя МАЗ с прицепом под управлением парня и автомобилем ВАЗ 

<

данные изъяты> под управлением водителя, фамилии которого он не помнит. При данном ДТП водитель и пассажир ВАЗ погибли на месте ДТП. Водителю, участвующему в следственном эксперименте, как он позже узнал ФИО1, было предложено указать, где автомобиль МАЗ с прицепом был остановлен им перед выездом на главную дорогу. ФИО1 указал данное место, которое находилось на грунтовой дороге справа относительно движения в 

<

адрес>. От указанного места до окраины асфальтированной дороги 

<

данные изъяты> метра. После чего водитель ВАЗ, статист участвующий при проведении эксперимента на своем автомобиле, отъехал в сторону 

<

адрес> на расстояние 

<

данные изъяты> метров с ним также поехал ФИО1 для того, чтобы удостовериться в верном расстоянии 

<

данные изъяты> метров, где статист поставил свой автомобиль ВАЗ передней частью по направлению движения в 

<

адрес>, при этом, включил ближний свет фар. Водитель статист, находившийся в салоне автомобиля МАЗ, пояснил, что видит на проезжей части дороги свет фар автомобиля ВАЗ. После чего автомобиль ВАЗ был отодвинут назад на 

<

данные изъяты> метров, то есть на расстояние 

<

данные изъяты> метров от автомобиля МАЗ находящегося на грунтовой дороге и на автомобиле ВАЗ был включен дальний свет фар, водитель статист находящийся в кабине МАЗ пояснил, что видно отблеск света на дороге. После чего следователем был произведен замер от знака «уступи дорогу» находящегося на противоположной обочине дороги в сторону 

<

адрес>, который составил 

<

данные изъяты> метра и замер 

<

данные изъяты> метра от окраины асфальта по направлению движения на 

<

адрес>. В данном месте произошло столкновение ВАЗ с прицепом от автомобиля МАЗ. После чего от места столкновения ВАЗ с прицепом от автомобиля МАЗ был произведен замер до места нахождения автомобиля МАЗ с прицепом с помощью рулетки и данное расстояние составило 20 метров. После чего ФИО1 указал темп движения его автомобиля МАЗ с прицепом следующим образом, он находился в кабине участвующего автомобиля МАЗ с прицепом. Данное расстояние в 

<

данные изъяты> метров было преодолено автомобилем МАЗ с прицепом загруженными 

<

данные изъяты> тоннами семян подсолнечника до места удара в прицеп за 

<

данные изъяты> секунд, после чего путем вычисления была установлена скорость движения автомобиля МАЗ с прицепом которая составила 

<

данные изъяты> метра за 

<

данные изъяты> секунду времени. После чего на полосу движения в сторону 

<

адрес> был установлен автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты>, аналогично расположению ВАЗ 

<

данные изъяты> на момент ДТП от 18.11.2016 года. Также на проезжую часть был установлен автомобиль МАЗ с прицепом с учетом расстояний автомобиля МАЗ с прицепом под управлением ФИО1 в момент ДТП от 18.11.2016 года. Данная точка на схеме «приложение к протоколу следственного эксперимента» следователем была составлена еще и схема, обозначение «

<

данные изъяты>», то есть линия столкновения, после чего от данной линии в сторону 

<

адрес> был удален автомобиль ВАЗ, участвующий в эксперименте на расстояние 

<

данные изъяты> метров, то есть, то расстояние которое автомобиль ВАЗ проходит за 

<

данные изъяты> секунду времени при разрешенной скорости 

<

данные изъяты> км/ч. Автомобиль МАЗ с прицепом был отодвинут назад в сторону прилегающей второстепенной дороги с которой он осуществлял движение на расстояние 

<

данные изъяты> метра, которое он преодолевает за 

<

данные изъяты> секунду времени при скорости, установленной при эксперименте на первом этапе. При данном действии, у автомобиля МАЗ был включен левый указатель поворота, так же данный указатель был включен на прицепе в верхней его части горела лампочка в виде габаритного огня. После чего статисту водителю ВАЗ было предложено указать видит ли он препятствие в виде прицепа со своего рабочего места, водитель на ближнем свете фар пояснил, что видит и на дальнем свете фар видит. После чего автомобиль ВАЗ и МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения. Водителю статисту автомобиля ВАЗ было предложено указать видит ли он препятствие в виде прицепа, на что он пояснил, что при ближнем свете фар видит, при дальнем свете фар видит препятствия в виде прицепа. После чего автомобиль ВАЗ и МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения. Водителю статисту автомобиля ВАЗ было предложено указать видит ли он препятствие в виде прицепа, на что он пояснил, что при ближнем свете фар видны габаритные огни, при дальнем свете фар видит препятствие в виде прицепа. После чего автомобиль ВАЗ и МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения. Водителю статисту автомобиля ВАЗ было предложено указать видит ли он препятствие в виде прицепа, на что он пояснил, что при ближнем свете фар не видит, при дальнем свете фар видит силуэт препятствия в виде прицепа. При ближнем и дальнем свете фар видны габаритные огни прицепа. Видимость препятствия в виде прицепа на проезжей части дороги составило 

<

данные изъяты> метров при ближнем свете фар и 

<

данные изъяты> метров при дальнем свете фар. После чего была определена общая видимость проезжей части дороги следующим образом автомобиль ВАЗ был установлен на проезжей части дороги, от передней части автомобиля по условному сигналу двигался статист, держа в руке лист бумаги в момент достижения им места, где границы проезжей части и обочины не просматривались статисту был подан сигнал и он остановился. Расстояние от ВАЗ до статиста составило 

<

данные изъяты> метр. Также была установлена видимость заднего левого габаритного огня находящегося на правой обочине относительно движения ВАЗ на момент проведения эксперимента, которое составило 

<

данные изъяты> метров.

После оглашения данных показаний, свидетель И.Г. подтвердил их. 

Показаниями свидетеля П.А., пояснившего в судебном заседании, что он был приглашен сотрудниками полиции в качестве статиста на принадлежащем ему автомобиле ВАЗ 

<

данные изъяты> для проведения следственного эксперимента, который проходил на 

<

данные изъяты> км автодороги 

<

адрес>. Сотрудники полиции ему пояснили, что в 2016 году произошло ДТП, в результате которого погибло 2 человека, проведение следственного эксперимента необходимо для установления видимости автомобилей. В указанном мероприятии также участвовал следователь ФИО3, подсудимый, его адвокат и понятые. Они производили замеры. Маз стоял на своей стороне, а часть прицепа осталась на дороге, предназначенной для движения встречного потока. По результатам проведения следственного эксперимента составлялся протокол где он поставил свою роспись, замеры были указаны верно, замечаний ни от кого не поступило. Подробностей не помнит.

По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания П.А., данные им в ходе предварительного расследования по делу при допросе в качестве свидетеля от 21.07.2017 года /Том 2 л.д. 127-129/.

Из оглашенных показаний свидетеля П.А. следует, что 20.07.2017 года в 21 час 50 минут он был приглашен работниками полиции в качестве статиста при проведении следственного действия «Следственный эксперимент» который проходил на 

<

данные изъяты> км автодороги 

<

адрес> в 

<

адрес>, также в указанном следственном действии участвовали два понятых, водитель автомобиля МАЗ с прицепом в котором находился груз семена подсолнечника. Перед проведением следственного эксперимента следователем всем участникам эксперимента, было пояснено, что эксперимент проводится с целью установления видимости из кабины автомобиля МАЗ движение автомобиля ВАЗ со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> и установлении видимости препятствия на дороге в виде прицепа с рабочего места водителя ВАЗ. После чего следователем всем участникам эксперимента были разъяснены права и порядок проведения следственного эксперимента, после чего все участники в графе протокола поставили подписи, в том числе и водитель МАЗ с прицепом участвующий в ДТП в ноябре 2016 года и его защитник. Так же в следственном эксперименте участвовали два понятых, которым следователем были разъяснены права, обязанности понятых. Всем участвующим лицам было следователем разъяснено, что на данном участке дороги 18.11.2016 года в 20 часов 20 минут произошло ДТП с участием водителя МАЗ с прицепом под управлением Медер. И автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты> под управлением водителя И.С.. При данном ДТП водитель И.С., его пассажир И.А. погибли на месте ДТП. Так, водителю участвующему в следственном эксперименте ФИО1 было предложено указать где его автомобиль МАЗ с прицепом был остановлен им перед выездом на вышеуказанную дорогу. ФИО1 указал данное место, которое находилось на грунтовой дороге справа относительно движения на 

<

адрес>. От указанного места до окраины асфальтированной дороги 

<

данные изъяты> км составило 

<

данные изъяты> метра. После чего он на своем автомобиле по указанию следователя отъехал в сторону 

<

адрес> на расстояние 

<

данные изъяты> метров также с ним поехал ФИО1 для того, что проконтролировать данное расстояние, что мы и сделали отъехав 

<

данные изъяты> метров он поставил свой автомобиль ВАЗ передней частью по направлению движения на 

<

адрес>, при этом включил ближний свет фар, а ФИО1 ушел к месту, где находился автомобиль МАЗ с прицепом. После чего его автомобиль ВАЗ был отодвинут назад на 

<

данные изъяты> метров, то есть на расстояние 

<

данные изъяты> метров от автомобиля МАЗ находящегося на грунтовой дороге и на его автомобиле ВАЗ был включен дальний свет фар, ФИО1 также отъезжал с ним и контролировал данное расстояние. После чего ему пояснили, что бы он на своем автомобиле приехал к месту ДТП, которое произошло в ноябре 2016 года, где его автомобиль был установлен на полосу движения в сторону 

<

адрес>, аналогично расположению ВАЗ 

<

данные изъяты> на момент ДТП от 18.11.2016 года с учетом повреждений на данном автомобиле. Также на проезжую часть был установлен автомобиль МАЗ с прицепом с учетом расстояний автомобиля МАЗ с прицепом под управлением ФИО1 момент ДТП от 18.11.2016 года. Данная точка на схеме «приложение к протоколу» следственного эксперимента следователем была составлена еще и схема, обозначение «0» то есть линия столкновения, после чего от данной линии в сторону 

<

адрес> был удален его автомобиль ВАЗ участвующий в эксперименте на расстояние 

<

данные изъяты> метров, то есть, то расстояние которое автомобиль ВАЗ проходит за 

<

данные изъяты> секунду времени при разрешенной скорости 

<

данные изъяты> км/ч. Автомобиль МАЗ с прицепом был отодвинут назад в сторону прилегающей второстепенной дороги с которой он осуществлял движение на расстояние 

<

данные изъяты> метра, которое он преодолевает за 

<

данные изъяты> секунду времени при скорости установленной при эксперименте ранее. При данном действии у автомобиля МАЗ был включен левый указатель поворота, так же данный указатель был включен на прицепе в верхней его части горела лампочка в виде габаритного огня. После чего ему было предложено указать видит ли он препятствие в виде прицепа со своего рабочего места, на что он пояснил, что на ближнем свете фар виден прицеп и на дальнем свете фар тоже виден прицеп. После чего автомобиль ВАЗ и МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения. Ему снова было предложено указать видит ли он препятствие в виде прицепа, на что он пояснил, что при ближнем свете фар видит, при дальнем свете фар видит препятствия в виде прицепа. После чего автомобиль ВАЗ и МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения. Ему снова было предложено указать видит ли он препятствие в виде прицепа, на что он пояснил, что при ближнем свете фар видны габаритные огни, при дальнем свете фар видит препятствие в виде прицепа. После чего автомобиль ВАЗ и МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения. Ему снова было предложено указать видит ли он препятствие в виде прицепа, на что он пояснил, что при ближнем свете фар не видит, при дальнем свете фар видит силуэт препятствия в виде прицепа. При ближнем и дальнем свете фар видны габаритные огни прицепа. При данном действии с ним находился ФИО1 с защитником, которые видели и слышали его показания. Видимость препятствия в виде прицепа на проезжей части дороги составило 

<

данные изъяты> метров при ближнем свете фар и 

<

данные изъяты> метров при дальнем свете фар. После чего была определена общая видимость проезжей части дороги следующим образом автомобиль ВАЗ был установлен на проезжей части дороги, от передней части автомобиля по условному сигналу двигался статист, держа в руке лист бумаги в момент достижения им места, где границы проезжей части и обочины не просматривались статисту был подан сигнал и он остановился. Расстояние от ВАЗ до статиста составило 

<

данные изъяты> метр. Также была установлена видимость заднего левого габаритного огня находящегося на правой обочине относительно движения ВАЗ на момент проведения эксперимента которое составило 

<

данные изъяты> метров. Передний габаритный огонь прицепа был виден и находился на полосе встречного движения относительно его движения. Задний левый габаритный огонь также был виден и визуально находился на правой обочине относительно его движения на 

<

адрес>, других каких-либо препятствий на полосе его движения в виде элементов прицепа не просматривалось.

После оглашения данных показаний, свидетель П.А. подтвердил их. 

Показаниями свидетеля Г.Г., оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя и с согласия сторон /Том № л.д. 141-142/, из которых следует, что он имеет в собственности автомобиль МАЗ 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

данные изъяты> регион, который оформлен на его имя и прицеп грузовой, государственный регистрационный номер 

<

данные изъяты> регион, который на него не оформлен, но он куплен им 15.03.2015 года на основании договора купли-продажи транспортного средства. 18.11.2016 года в обеденное время он попросил своего друга ФИО1 съездить в 

<

адрес> для того, чтобы перевезти семена подсолнечника с поля в 

<

адрес>. При этом, он должен был перевозить данные семена подсолнечника на МАЗе с прицепом. 18.11.2016 года в вечернее время ему на сотовый телефон позвонил ФИО1, который сообщил, что в 

<

адрес> в прицеп врезался легковой автомобиль, после чего он ему сказал, что приедет на место ДТП, которое находилось в 

<

адрес> рядом с 

<

адрес>. По приезду на место ДТП он увидел, что автомобиль МАЗ с прицепом стояли на проезжей части по направлению на 

<

адрес>, а на правой обочине находился автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты>, государственный номер не запомнил. На дороге находились два трупа. На месте ДТП находились сотрудники полиции. Он у ФИО1, спросил, что произошло. На что, он ему ответил, что он выезжал с второстепенной дороги, уже выровнял свой автомобиль на свою полосу движения, после чего в прицеп в левую его часть врезался какой-то автомобиль. Данный автомобиль двигался со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. В настоящее время автомобиль МАЗ находился на ремонте в р.

<

адрес>, у данного автомобиля сломана коробка передачи. По поводу прицепа он может пояснить следующее, что он какие-либо изменения в его конструкцию не вносил. На прицепе, то есть на его бортах светоотражающие элементы отсутствовали, также на прицепе по бокам какие-либо фонари отсутствовали. На прицепе имелись сзади и сбоку фонари и стоп сигналы, которые были в исправном состоянии. Почему не было на бортах светоотражающих элементов и фонарей ничего пояснить не может, данный прицеп им был куплен в таком состоянии.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевших и свидетелей, поскольку они последовательны, логичны, в целом не содержат существенных противоречий, влияющих на оценку исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, в связи, с чем признаются судом достоверными доказательствами. 

Каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре этими лицами подсудимого, по делу не установлено.

Наряду с показаниями потерпевших и свидетелей обвинения, виновность подсудимого ФИО1, в совершении действий, указанных в описательной части приговора подтверждается также и письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании:

- протоколом осмотра места происшествия от 18.11.2016 года /Том № л.д. 7-8, 9-12, 13/, согласно которому было осмотрено место ДТП, расположенное на 

<

данные изъяты> км. автодороги 

<

данные изъяты>. Осмотром установлено, что в ДТП участвовало два автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, с грузовым прицепом, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, и ВАЗ 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>;

- протоколом осмотра транспортного средства от 18.11.2016 года /Том № л.д. 14/, согласно которому осмотрен автомобиль ВАЗ, имеющий повреждения в виде полной деформации всего кузова;

- протоколом осмотра транспортного средства от 18.11.2016 года /Том № л.д. 15/, согласно которому осмотрен прицеп, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, имеющий повреждения в виде деформации заднего левого колеса, деформации средней оси. Светоотражающие элементы отсутствуют по кузову, габаритные огни по кузову отсутствуют, деформировано крепление запасного колеса автоприцепа;

- протоколом осмотра транспортного средства от 18.11.2016 года /Том № л.д. 16/, согласно которому осмотрен автомобиль МАЗ, не имеющий повреждений;

- копией страхового полиса серии ЕЕЕ № на автомобиль МАЗ /Том № л.д. 17/, согласно которого к управлению данного транспортного средства допущены Г.Г. и ФИО1. Данное транспортное средство использоваться с прицепом не имело право;

- протоколом осмотра предметов от 17.02.2017 года /Том № л.д. 126-131/, согласно которому осмотрен автомобиль ВАЗ-

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>; 

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 17.02.2017 года /Том № л.д. 132/, согласно которому к материалам дела приобщен автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>;

- протоколом осмотра предметов от 03.03.2017 года /Том № л.д. 147-148/, согласно которому осмотрен прицеп от автомобиля МАЗ;

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 03.03.2017 года /Том № л.д. 155/, согласно которому прицеп автомобиля МАЗ приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства;

- заключением эксперта № от 25.01.2017 года /Том № л.д. 92-98/, согласно которому И.А. получил телесные повреждения в виде: 

<

данные изъяты> Непосредственной причиной смерти И.А. явилась тупая травма груди, 

<

данные изъяты> мл.. Данное повреждение квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью о признаку – опасный для жизни человека и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью И.А.;

- свидетельством о смерти на имя И.А. /Том № л.д. 59/;

- заключением эксперта № от 25.01.2016 года /Том № л.д. 100-109/, согласно которому И.С. получил телесные повреждения в виде: 

<

данные изъяты>. Смерть И.С. наступила в результате обширной сочетанной травмы головы, позвоночника, туловища внутренних органов, верхней конечности, таза нижних конечностей;

- свидетельством о смерти на имя И.С. /Том № л.д. 48/;

- протоколом следственного эксперимента от 20.07.2017 года /Том № л.д. 121-122, 123/, согласно которому с места выезда автомобиля МАЗ с прицепом, установленного на грунтовой дороге на расстоянии 

<

данные изъяты> метров от асфальтированной проезжей части автодороги 

<

данные изъяты> была определена видимость автомобиля ВАЗ, двигавшегося с ближним светом фар со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, которая составила 

<

данные изъяты> метров, при дальнем свете фар на расстоянии 

<

данные изъяты> метров был виден отблеск света фар на дороге. Общая видимость препятствия в виде прицепа от автомобиля МАЗ на полосе движения ВАЗ в свете ближних фар ВАЗ 

<

данные изъяты> составила 

<

данные изъяты> метров, общая видимость препятствия в виде прицепа от автомобиля МАЗ на полосе движения ВАЗ в свете дальних фар ВАЗ 

<

данные изъяты> составила 

<

данные изъяты> метров. Общая видимость проезжей части в свете фар автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты> при ближнем свете фар составила 

<

данные изъяты> метр. Видимость заднего левого габаритного огня, находящегося на правой обочине относительно движения ВАЗ на момент проведения эксперимента 

<

данные изъяты> метров;

- заключением автотехнической экспертизы № от 01.08.2017 года /Том № л.д. 155-160/, согласно которой в данной дорожной ситуации водитель автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты> И.С. должен был действовать согласно требований п. 10.1 и п. 10.3 Правил дорожного движения. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля МАЗ ФИО1 должен был действовать согласно требований п. 1.5 и п. 13.9 Правил дорожного движения и п. 7.18 основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации Правил дорожного движения. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля ВАЗ согласно представленных данных не имел технической возможности предотвратить столкновение с прицепом путем экстренного торможения с остановкой до траектории его движения. В данной дорожной обстановке предотвращение столкновения водителем автомобиля МАЗ заключается не в технической возможности, а в выполнении водителем требований п. 1.5 и п. 13.9 Правил дорожного движения. С технической точки зрения в данной дорожной ситуации действия водителя автомобиля МАЗ не соответствовали требованиям ПДД, что могло послужить причиной ДТП; 

- протоколом следственного эксперимента от 17.01.2018 года /Том № л.д. 50-53, 54/, согласно которому проведен следственный эксперимент, в результате которого установлено, что местом следственного эксперимента является участок дороги расположенный на 

<

данные изъяты> км автодороги 

<

адрес> в 

<

адрес>, где имело место ДТП 18.11.2016 года в 20 часов 20 минут между автомобилем МАЗ 

<

данные изъяты> государственной регистрационный номер 

<

данные изъяты> регион с прицепом государственный регистрационный номер 

<

данные изъяты> регион, при котором погибли водитель ВАЗ И.С. и пассажир ВАЗ И.А.. Перед проведением эксперимента ФИО1 пояснил, что видимость соответствует видимости в момент ДТП 18.11.2016 года. Данный следственный эксперимент проводится в соответствии с дорожными условиями и условиями освещенности с аналогичными на момент ДТП от 18.11.2016 года. Так же перед проведением следственного эксперимента участвующий автомобиль МАЗ и прицеп были загружены грузом в 24 тонны семян подсолнечника. Водителю ФИО1 Было предложено указать, где его автомобиль МАЗ с прицепом был остановлен им перед выездом на автодорогу 

<

данные изъяты>. ФИО1, указал данное место, расстояние от передней оси автомобиля МАЗ участвующего в эксперименте 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион, до окраины асфальта автодороги 

<

данные изъяты> составило 

<

данные изъяты> м. Далее от указанного места нахождения автомобиля МАЗ с прицепом участвующий ФИО1 начал выезд на автодорогу 

<

адрес> до места столкновения автомобиля ВАЗ с прицепом от автомобиля МАЗ, до столкновения обозначенного на схеме места ДТП от 18.11.2016 года которое находится на полосе движения ВАЗ под управлением И.С. на расстоянии 

<

данные изъяты> метра от западной окраины проезжей части и 

<

данные изъяты> метра от знака «уступи дорогу» находящегося на западной обочине автодороги 

<

адрес> в 

<

адрес>. От места начала движения автомобиля МАЗ с прицепом до места столкновения ВАЗ с левой частью прицепа был произведен замер, который составил 

<

данные изъяты> м.. Далее ФИО1 был указан темп движения при преодолении 

<

данные изъяты> м. пути. Данный темп движения был воспроизведен – время движения было замерено от передней оси МАЗ, до западной окраины проезжей части МАЗ преодолевая расстояние в 

<

данные изъяты> за 

<

данные изъяты> секунд, а общее время движения МАЗ с прицепом в 

<

данные изъяты> м до места столкновения ВАЗ с левой частью прицепа составило 

<

данные изъяты>. Место столкновения ВАЗ с левой частью прицепа перед проведением данных замеров было отмечено на левой части прицепа в 

<

данные изъяты> метра от передней части прицепа, что соответствует месту столкновения ВАЗ с прицепом с момент ДТП от 18.11.2016 года. После чего автомобиль МАЗ с прицепом был установлен обратно на грунтовую дорогу на расстоянии 

<

данные изъяты> см. до западной окраины проезжей части дороги 

<

адрес> в 

<

адрес>, после чего была установлена видимость автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты> участвующего в эксперименте, то есть ВАЗ 

<

данные изъяты> государственный номер 

<

данные изъяты>, движущегося со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. Данное действие было произведено следующим образом автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты>, государственный номер 

<

данные изъяты> регион был удален от места нахождения автомобиля МАЗ с прицепом участвующем в следственном эксперименте на расстояние 

<

данные изъяты> метров, на автомобиле ВАЗ был включен ближний свет фар статисту водителю МАЗ С.Ю., было предложено указать видит ли он автомобиль ВАЗ на проезжей части дороги с включенным ближним светом фар на что статист С.Ю., пояснил, что видит, после чего от указанного места в сторону 

<

адрес> назад был отодвинут участвующий в эксперименте ВАЗ на 

<

данные изъяты>, расстояние от МАЗ составило 

<

данные изъяты> метров. Статисту водителю МАЗ С.Ю. было предложено указать видит ли он из кабины МАЗ свет фар автомобиля ВАЗ на проезжей части при включенном на ВАЗ ближний свет фар, ФИО2 пояснил, что видит. После чего, от указанного места в сторону 

<

адрес> назад был отодвинут участвующий в эксперименте ВАЗ на 

<

данные изъяты> метров, расстояние от МАЗ составило 

<

данные изъяты> метров. Статисту водителю МАЗ С.Ю. было предложено указать видит ли он из кабины МАЗ свет фар автомобиля ВАЗ на проезжей части при включённом на ВАЗ ближний свет фар ФИО2 пояснил, что видит отблеск света фар на проезжей части дороги, на дальнем свете видит отблеск света фар на проезжей части дороги. Далее была установлена видимость препятствия на проезжей части, то есть полосе движения ВАЗ в виде прицепа с рабочего места водителя ВАЗ следующим образом. В ходе следственного эксперимента было установлено, что 

<

данные изъяты> метров МАЗ с прицепом преодолевает за 

<

данные изъяты> секунд, путем вычисления была установлена скорость движения автомобиля МАЗ с прицепом с грузом 24 тонны семян подсолнечника, скорость составила 

<

данные изъяты> м за 

<

данные изъяты> секунду времени. После чего на полосу движения в 

<

адрес> был установлен автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты>, государственный номер 

<

данные изъяты> регион аналогично расположению автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты> на момент ДТП от 18.11.2016 года с учетом повреждений на данном автомобиле. Так же на проезжую часть был установлен МАЗ 

<

данные изъяты> государственный номер 

<

данные изъяты> регион с прицепом марки СЗАП 

<

данные изъяты>, государственный номер 

<

данные изъяты> регион с учетом расстояния автомобиля МАЗ с прицепом под управлением ФИО1 в момент ДТП от 18.11.2016 года. Место удара в левую част прицепа от 18.11.2016 года находилось на расстоянии 

<

данные изъяты> метра от передней части прицепа. Данная точка на схеме обозначена «0» то есть линия столкновения, после чего от данной линии в сторону 

<

адрес> был удален его автомобиль ВАЗ на расстоянии 

<

данные изъяты> метров, то есть то расстояние которое автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты> проходит за 

<

данные изъяты> секунду времени при разрешенной скорости 

<

данные изъяты> км/ч, автомобиль МАЗ с прицепом был отодвинут назад в сторону прилегающей второстепенной дороги с которой он осуществлял движение на расстояние 

<

данные изъяты> м, которое он преодолевает за 

<

данные изъяты> секунду времени при скорости установленной на первом этапе данного следственного эксперимента. После чего статисту водителю ВАЗ В.В. было разъяснено, что ему необходимо на автомобиле поддерживать обороты двигателя выше среднего и он поддерживал данные обороты от 

<

данные изъяты> тысяч оборотов в минуту до 

<

данные изъяты> тысяч оборотов в минуту при проведении эксперимента. Водителю В.В. было предложено указать видно ли ему с его рабочего места водителя препятствие на полосе движения его автомобиля в виде прицепа. В.В. пояснил, что на ближнем свете фар ему было видно, а на дальнем нет. После чего автомобиль ВАЗ и автомобиль МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения. Ему снова было предложено указать видит ли он со рабочего места водителя препятствие на полосе движения в виде прицепа, на что В.В. пояснил, что на ближнем свете фар видит передние левые колеса прицепа и задний левый фонарь который находится вне полосы движения, на дальнем свете фар видно прицеп. После чего, автомобиль ВАЗ и автомобиль МАЗ с прицепом были отодвинуты на аналогичные расстояния от места столкновения и ему снова было предложено указать видит ли он с рабочего места водителя препятствие на полосе движения в виде прицепа, на что В.В. пояснил, что на ближнем свете фар не видит прицеп, видит левые колеса прицепа, и задний левый фонарь который находится вне полосы движения, на дальнем свете фар видно левые передние колеса от прицепа и левый фонарь который находится вне полосы движения. Соответственно видимость препятствия на полосе движения автомобиля ВАЗ в виде прицепа при движении в ближнем свете фар с рабочего места водителя ВАЗ составило 

<

данные изъяты> метров, дальнем 

<

данные изъяты> метров. Вышеуказанные следственные действия были произведены при включенном ближнем свете фар на автомобиле МАЗ и включенном левом указателе поворота автомобиля МАЗ. Прицеп соответствует прицепу от 18.11.2016 года в момент ДТП. После чего была определена общая видимость проезжей части дороги следующим образом на автомобиле ВАЗ был включен ближний свет фар и автомобиль был установлен на проезжую часть дороги от передней части автомобиля ВАЗ по краю проезжей части по условному сигналу статист двигался держа в руке лист белой бумаги, в момент достижения им места где границы проезжей части и обочины не просматриваются ему был подан сигнал и он остановился. От места нахождения статиста с листом бумаги до автомобиля ВАЗ было замерено расстояние, которое составило – 

<

данные изъяты> метров. После проведения следственного эксперимента все участники эксперимента проехали в СО ОМВД России по Новоаннинскому району в кабинет следователя № расположенного на 

<

адрес> для составления протокола следственного эксперимента и ознакомления с ним; 

- заключением эксперта автотехника № от 25.01.2018 года /Том № л.д. 85-91/, согласно которого в данной дорожной ситуации водителю автомобиля МАЗ, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, с прицепом, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, при выезде с поля на асфальтированную дорогу, для обеспечения дорожного движения, необходимо было руководствоваться требованиями п. 1.5, п. 13.9 ПДД РФ. Водитель автомобиля МАЗ ФИО1 мог обнаружить препятствие в виде света фар автомобиля ВАЗ, двигавшегося со стороны 

<

адрес> под управлением И.С. с расстояния 

<

данные изъяты> метров и возможно видеть отблеск света фар автомобиля ВАЗ с расстояния 

<

данные изъяты> метров. В данной дорожной ситуации, предотвращение столкновения водителем автомобиля МАЗ с прицепом, который выезжал на асфальтированную дорогу с поля с автомобилем ВАЗ, заключалась не в технической возможности водителя автомобиля МАЗ с прицепом, а было сопряжено с выполнением им требований пунктов 1.5 и п. 13.9 ПДД РФ. В данной дорожной ситуации в действиях водителя автомобиля МАЗ, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, с прицепом, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, который выезжал с поля на асфальтированную дорогу и допустил столкновение с автомобилем ВАЗ 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, с технической точки зрения усматривается не соответствие требований п. 13.9 Правил дорожного движения. 

Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется. Для проведения экспертиз экспертам предоставлялись имевшиеся в распоряжении следователя материалы. Компетенция экспертов с учетом уровня их специального образования, практической деятельности в этой области, у суда сомнений не вызывает.

Приведенные выше доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, имеют непосредственное отношение к предъявленному ФИО1 обвинению, и в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора. 

Судом также были исследованы и доказательства, представленные стороной защиты.

Так, по ходатайству защитника в судебном заседании было исследовано заключение специалиста ООО «

<

данные изъяты>» от 14.08.2017 года №, согласно которому, анализ хода проведения следственного эксперимента от 20.07.2017 года показал, что в нем имеются существенные отступления от общепринятой методики их проведения, а именно, отсутствует начальная часть эксперимента, которая позволяет определиться с возможностью различения целиком автопоезда МАЗ или только его прицепа, это не использование заведомо исправного автомобиля-аналога ВАЗ-

<

данные изъяты> а также при определении расстояния видимости прицепа автопоезда МАЗ и видимости дороги с места водителя ВАЗ-

<

данные изъяты>, двигатель последнего не развивал соответствующего числа оборотов, что могло вызвать снижение силы светового потока фар головного освещения.

Несмотря на компетентность специалиста, суд не может принять указанное письменное мнение в качестве допустимого доказательства, поскольку оно получено с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства. Так, из представленного заключения специалиста следует, что оно было подготовлено на основании обращения ФИО1, между тем в материалах дела такового не имеется, и суду представлено не было. Специалисту ответственность за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренная УПК РФ, не разъяснялась. С содержанием вопросов, поставленных перед специалистом, потерпевшие не ознакомлены, что лишило их возможности осуществлять свои права, предусмотренные статьёй 198 УПК РФ. Более того, закон не относит мнение специалиста к доказательствам в уголовном судопроизводстве, в том смысле, который заложен в понятие «доказательства» статьёй 74 УПК РФ.

Кроме того, вопреки доводам защиты, представленные суду доказательства стороны защиты, не являются прямым доказательством невиновности подсудимого в инкриминируемом ему преступлении. 

Ссылка стороны защиты на то обстоятельство, что обвиняемый ФИО1 и его защитник в период проведения предварительного расследования по делу были ознакомлены с постановлением о назначении повторной автотехнической судебной экспертизой, тогда как по делу была фактически проведена дополнительная автотехническая судебная экспертиза, не свидетельствует о невиновности ФИО1, а также не является основанием для признания недопустимым указанной экспертизы, поскольку является технической ошибкой. Кроме того, повторная автотехническая экспертиза по делу не назначалась и не проводилась. 

Анализ представленных сторонами и приведенных выше доказательств, как в совокупности, так и в отдельности, позволяет суду сделать вывод о том, что вина ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, установлена и полностью доказана.

Выводы о виновности ФИО1 суд основывает на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, каковыми являются показания потерпевших, свидетелей, а также письменные материалы уголовного дела.

Каких-либо данных, которые бы свидетельствовали о заинтересованности свидетелей обвинения в исходе дела, и являлись бы основаниями для оговора ими подсудимого, из материалов уголовного дела не усматривается. При этом, показания свидетелей являются последовательными и согласуются между собой, а также с иными исследованными в судебном заседании материалами дела. 

Все выдвинутые защитой доводы о невиновности подсудимого, суд считает несостоятельными, поскольку они опровергнуты исследованными в судебном заседании доказательствами, и расценивает их как избранный способ защиты от обвинения.

Оснований для оправдания ФИО1, вопреки доводам подсудимого и стороны защиты, судом не установлено.

Судом установлено, что водитель ФИО1, управляя автомобилем МАЗ 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, с прицепом, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, двигаясь по грунтовой дороге в направлении движения 

<

адрес>, в 

<

адрес>, в нарушение п. 1.5 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров – Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090, создал опасность причинения вреда, выезжая с вышеуказанной грунтовой дороги на 

<

адрес> в 

<

адрес>, так как при маневре поворота налево в сторону 

<

адрес>, нарушил п. 13.9 Правил дорожного движения РФ, не уступил дорогу автомобилю ВАЗ-

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, под управлением водителя И.С., двигавшемуся по главной дороге в направлении движения 

<

адрес>, выехал прицепом на полосу движения указанного легкового автомобиля, где на полосе движения, предназначенной для движения автомобиля ВАЗ-

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, под управлением водителя И.С., произошло столкновение данного автомобиля с левой частью прицепа, зацепленного за автомобиль МАЗ 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона. В результате ДТП водитель И.С. и пассажир И.А. погибли на месте от полученных травм.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона на досудебной стадии, которые могли бы ограничить права подсудимого и повлиять на выводы суда о доказанности его виновности, допущено не было.

Суд также обращает внимание, что органы обвинения самостоятельны в определении объема доказательств, которые они представляют суду в подтверждение предъявленного обвинения, и то обстоятельство, что по делу не проведены экспертизы, что, по мнению стороны защиты, было необходимо, не свидетельствует о нарушении закона, и на правильность установления фактических обстоятельств дела, и выводы суда о виновности ФИО1 не влияет, поскольку по делу собрано достаточно доказательств, на основании которых суд пришел к выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии.

Материалы дела не свидетельствуют о том, что со стороны органов предварительного следствия по уголовному делу проявлялись предвзятость, необъективность или иная заинтересованность в исходе дела. По уголовному делу были созданы необходимые условия для выполнения участвующими лицами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Права ФИО1 соблюдались в установленном порядке. Обвиняемый и его защитник не были лишены возможности в ходе предварительного следствия представлять доказательства по делу и осуществлять свои процессуальные права иными, предусмотренными законом способами.

Оценивая действия подсудимого в соответствии с исследованными в судебном заседании доказательствами, суд считает, что ФИО1 совершил инкриминируемое ему деяние, допустив нарушение пунктов 1.5, 13.9 Правил дорожного движения РФ, будучи лицом, управляющим автомобилем.

Более того, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 нарушены положения п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, являющихся неотъемлемой частью Правил дорожного движения РФ, согласно которого запрещается эксплуатация транспортных средств, владельцы которых не застраховали свою гражданскую ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации, поскольку, согласно страхового полиса в отношении автомобиля МАЗ, которым в момент ДТП управлял ФИО1, данный автомобиль должен был использоваться только без прицепа, о чем водитель ФИО1 не мог не знать.

Таким образом, между данными грубыми нарушениями Правил дорожного движения РФ и наступившими последствиями в виде смерти И.С. и И.А., имеется прямая причинно-следственная связь.

Таким образом, исследованные по делу доказательства в своей совокупности позволяют суду сделать вывод о том, что подсудимый ФИО1 совершил преступление, ответственность за которое предусмотрена ч. 5 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд, в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, характеризующие его данные, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Кроме того, в соответствии со ст. 6 УК РФ, суд при назначении наказания подсудимому учитывает требования уголовного закона о справедливости назначенного наказания, то есть его соответствия характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

ФИО1 ранее не судим /Том № л.д. 210-211/, проживает с родителями /Том № л.д. 199/, характеризуется положительно /Том № л.д. 196, 197, 198, 201/, на учете у врачей психиатра, нарколога не состоит /Том № л.д. 204, 206/, является ограниченно годным к военной службе /Том № л.д. 208/.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1, судом при рассмотрении дела не установлено. 

Обстоятельствами, смягчающим наказание подсудимого ФИО1, в силу п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает частичное возмещение материального ущерба потерпевшим в сумме по 50 000 рублей каждой, что не отрицалось ими в судебном заседании, а также публичное принесение извинений потерпевшим в зале судебного заседания, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ, положительно характеризующие данные. 

В силу ст. 15 УК РФ, преступление, предусмотренное ч. 5 ст. 264 УК РФ, относится к категории преступлений средней тяжести. Вместе с тем, оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый, на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ, исходя из характеристики личности подсудимого и обстоятельств совершения им преступления, судом не усматривается.

С учетом обстоятельств дела, личности подсудимого, характера и степени общественной опасности преступления, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в лишения свободы, что не противоречит требованиям ст. 56 УК РФ. 

Кроме того, учитывая наличие установленных судом смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих обстоятельств, суд считает необходимым при назначении наказания подсудимому ФИО1 применить положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которой срок или размер наказания в таком случае не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

Учитывая обстоятельства дела, личность подсудимого, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, последствия, которые наступили в результате совершенного преступления, суд, вопреки позиции стороны защиты, при назначении ФИО1 наказания, не находит оснований для применения правил, предусмотренных ст. 73 УК РФ, и полагает, что его исправление возможно только в условиях изоляции от общества, в связи с чем, приходит к выводу о необходимости назначения ему наказания в виде реального лишения свободы.

Оснований для назначения подсудимому альтернативного вида наказания, предусмотренного санкцией ч. 5 ст. 264 УК РФ, учитывая требования уголовного закона о справедливости назначенного наказания, то есть его соответствия характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, суд не находит.

Такое решение, по мнению суда, также соответствует требованиям ст. 43 УК РФ о применении уголовного наказания в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершенного преступления и позволяли назначить ФИО1 наказание с применением положений ст. 64 УК РФ, судом при рассмотрении уголовного дела не установлено.

ФИО1 обладает правом управления транспортными средствами, что подтверждается наличием у него водительского удостоверения.

В связи с этим, суд считает необходимым назначить подсудимому дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поскольку данный вид дополнительного наказания согласно санкции ч. 5 ст. 264 УК РФ является обязательным.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбытие наказания в виде лишения свободы ФИО1 следует назначить в колонии-поселении.

По решению суда осужденный может быть заключен под стражу и направлен в колонию-поселение под конвоем только в случаях уклонения его от следствия или суда, нарушения им меры пресечения или отсутствия у него постоянного места жительства на территории Российской Федерации (часть 4 статьи 75.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Поскольку таковых оснований в ходе рассмотрения уголовного дела не установлено, порядок следования ФИО1 к месту отбывания наказания, в соответствии с ч. 2 ст. 75.1 УИК РФ, суд определяет за счёт государства самостоятельно.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу следует оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Разрешая исковые требования В.Н. и Л.П. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснено в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях.

Исходя из содержания приведенных положений закона, под владельцем источника повышенной опасности следует понимать организацию или гражданина, осуществляющих эксплуатацию источника повышенной опасности в силу принадлежащего им права собственности, хозяйственного ведения, оперативного управления, а также и на иных законных основаниях, перечень которых в статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не ограничен.

В соответствие со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

На основании ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается; установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из разъяснений, данных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., компенсация определяется судом в денежной или иной материальной форме, а по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г., - только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как установлено судом, в связи со смертью И.С. и И.А., наступивших в результате противоправных действий, совершенных ФИО1, матерям умерших был причинен моральный вред, компенсация которого подлежит взысканию с ФИО1 в их пользу.

При этом, при определении размера компенсации морального вреда, в пользу гражданских истцов, суд учитывает принцип разумности и справедливости, степень причиненного вреда – наступление смерти, в результате которой матери умерших перенесли сильные нравственные страдания, выразившиеся в форме переживаний по поводу смерти сыновей, вследствие чего, они испытывают горе, чувство утраты, беспомощности, одиночества, а также учитывает личность ответчика и его материальное положение. 

На основании вышеизложенного, суд считает, что исковые заявления Л.П. и В.Н. подлежат удовлетворению в полном объеме, а в пользу гражданских истцов Л.П. и В.Н. с ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере по 1 000 000 рублей в пользу каждого потерпевшего. 

Суд также считает необходимым взыскать с подсудимого в пользу потерпевших процессуальные издержки, связанные с их участием в судебных заседаниях, поскольку в силу п. 1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, к процессуальным издержкам относятся, в том числе, суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с явкой к месту производства процессуальных действий и проживанием (расходы на проезд, наем жилого помещения и дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные). При этом, согласно ч. 2 и ч. 6 ст. 132 УПК РФ, суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за исключением сумм, выплаченных переводчику и защитнику в случаях, предусмотренных частями четвертой и пятой настоящей статьи. Процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета только в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Каких-либо доказательств имущественной несостоятельности подсудимого суду не представлено. Процессуальные издержки потерпевших по делу подтверждаются соответствующими проездными билетами, чеками и кассовыми чеками. В связи с этим, процессуальные издержки, понесенные потерпевшими, подлежат взысканию в их пользу с ФИО1. 

По вступлении в законную силу приговора суда вещественные доказательства по делу: 

- автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, хранящийся на стоянке ИП Л.С. по адресу: 

<

адрес>, – следует возвратить потерпевшей Л.П.;

- прицеп, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, хранящийся на стоянке ИП Л.С. по адресу: 

<

адрес>, – следует возвратить собственнику Г.Г..

Руководствуясь ст. 307- 309 УПК РФ, 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком четыре года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком два года шесть месяцев.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 оставить без изменения - подписку о невыезде и надлежащем поведении. 

Определить порядок следования осужденного ФИО1 к месту отбывания наказания – за счёт государства, самостоятельно.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, время следования осужденного к месту отбывания наказания зачесть в срок лишения свободы.

Исполнение приговора в части направления осужденного в колонию-поселение возложить на УФСИН России по Волгоградской области. 

Исковое заявление В.Н. к ФИО1 о взыскании компенсации причиненного морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу В.Н. компенсацию причиненного морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

Исковое заявление Л.П. к ФИО1 о взыскании компенсации причиненного морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Л.П. компенсацию причиненного морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу В.Н. процессуальные издержки, связанные с явкой к месту производства процессуальных действий и проживанием, в сумме 5 943 рубля 40 копеек.

Взыскать с ФИО1 в пользу Л.П. процессуальные издержки, связанные с явкой к месту производства процессуальных действий и проживанием, в сумме 6 493 рубля 40 копеек.

По вступлении в законную силу приговора суда вещественные доказательства по делу: 

- автомобиль ВАЗ 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, хранящийся на стоянке ИП Л.С. по адресу: 

<

адрес>, – возвратить потерпевшей Л.П.;

- прицеп, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> региона, хранящийся на стоянке ИП Л.С. по адресу: 

<

адрес>, – возвратить собственнику Г.Г..

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Новоаннинский районный суд Волгоградской области в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В случае пропуска срока апелляционного обжалования по уважительной причине лица, имеющие право подать апелляционную жалобу, представление, могут ходатайствовать перед судом, постановившим приговор или вынесшим иное обжалуемое решение, о восстановлении пропущенного срока.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, затрагивающих интересы лиц, участвующих в деле, осужденный, потерпевший вправе подать свои возражения в письменном виде, и непосредственно могут довести до суда апелляционной инстанции свою позицию в письменном виде.

Председательствующий судья: Р.П. Захаров 

Приговор постановлен в совещательной комнате, изготовлен с помощью компьютера.