Дело № 2-1/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 марта 2021 года город Челябинск

Советский районный суд города Челябинска в составе председательствующего судьи Волуйских И.И., при секретаре Андреевой А.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1 к ФИО2 об оспаривании договора купли-продажи, признании отсутствующим право собственности и признании права собственности, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Советский районный суд города Челябинска с исковым заявлением к ФИО3, в котором просил признать недействительной сделку по отчуждению земельного участка с кадастровым номером № площадью 591 кв.м. и домом расположенные по адресу: 

<

адрес> заключенную между ФИО4 и ФИО3; исключить из единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации права на имущество: земельный участок с кадастровым номером № площадью 591 кв.м. и жилой дом с кадастровым номером № площадью 89,7 кв.м., по адресу 

<

адрес> в отношении ФИО3; включить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО4, умершего 07 июля 2019 года, земельный участок с кадастровым номером № площадью 591 кв.м. и жилой дом с кадастровым номером № площадью 89,7 кв.м., по адресу 

<

адрес>

В обоснование иска ФИО1 указал, что ФИО4 при жизни являлся собственником спорных жилого дома и земельного участка. В 2016 году ФИО4 завещал все свое имущество ФИО1. В 2019 году ФИО4 умер, и за несколько дней до своей смерти продал дом и земельный участок ФИО3 ФИО4 страдал онкологическим заболевание и проявлял признаки неадекватного состояния, заговаривался. Поскольку переход права собственности на дом произошел уже после смерти ФИО4, в силу положений статьи 168 Гражданского кодекса РФ. данная сделка является ничтожной. ФИО4 подал заявление о вступлении в наследство и поскольку на его имя было выдано завещание, то является лицом, которое вправе оспаривать договор купли-продажи. 

10 декабря 2019 года истец уточнил основания заявленного им иска, дополнив их положениям пункта 1 статьи 178 Гражданского кодека РФ, указав на наличие оснований полагать что у ФИО4 отсутствовала воля на отчуждение имущества и он заблуждался относительно правовых последствий сделки (т.1 л.д. 214-217).

Определением суда, отраженным в протоколе судебного заседания от 10 декабря 2019 года уточненное исковое заявления было принято к производству суда (т.1 л.д.229-230).

Также определением суда от 10 декабря 2019 года по делу была назначена психиатрическая экспертиза, на разрешение которой были поставлены вопросы о том, способен ли был ФИО4 понимать значение своих действий и руководствоваться ими в момент заключения договора купли-продажи от 06 июня 2019 года и имелись ли у ФИО4 заболевания, которые могли бы оказать существенное влияние на его способность весь объем информации и осознавать последствия своего решения по заключению договора купли-продажи и почерковедческая экспертиза, на разрешение которой был поставлен вопрос о том, кем изготовлена подпись в договоре купли-продажи ФИО4 или другим лицом (т.1 л.д. 231-233). 

Определением суда от 14 февраля 2020 года, вопросы, поставленные в рамках почерковедческой экспертизы, были изменены на следующие: определить наличие или отсутствие психического воздействия на ФИО4 в момент подписания договора купли-продажи; определить наличие или отсутствие измененного состояния ФИО5 в момент подписания договора купли-продажи (т.2 л.д. 2-3).

В связи с поступлением от ФБУ Челябинская ЛСЭ Минюста России ответа о невозможности проведения почерковедческой экспертизы в редакции вопросов, изложенных в определении суда от 14 февраля 2020 года (т.2 л.д. 8), ФИО1 отказался от проведения почерковедческой экспертизы (т.2 л.д. 12).

В сентябре 2020 года в адрес суда поступило заключение Областной клинической специализированной психоневрологической больницы № 1 города Челябинска (т.2 л.д. 34-44).

Определением суда от 01 октября 2020 года производство по делу было возобновлено (т.2 л.д. 47).

После проведенной по делу экспертизы истец уточнил предмет заявленных требований, изложив его в следующей редакции: признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 06 июня 2019 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3; признать отсутствующим право собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером № площадью 591 кв.м. и жилой дом с кадастровым номером № площадью 89,7 кв.м., по адресу 

<

адрес>; включить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО4 земельный участок с кадастровым номером № площадью 591 кв.м. и жилой дом с кадастровым номером № площадью 89,7 кв.м., по адресу город 

<

адрес>; признать за ФИО1 право собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 591 кв.м. и жилой дом с кадастровым номером № площадью 89,7 кв.м., по адресу 

<

адрес> в порядке наследования по завещанию (т.2 л.д. 52).

Также истец представил письменные пояснения, в которых указал на незаконность оспариваемого им договора по основанию того, что ФИО1 не был способен понимать значение своих действий в момент заключения оспариваемого договора (т.2 л.д. 51).

Определением суда, отраженным в протоколе судебного заседания от 29 октября 2020 года, уточное исковое заявление было принято к производству суда (т.2 л.д. 60).

На основании заявления ФИО3, определением суда от 27 ноября 2020 года была назначена повторная экспертиза, на разрешение которой были поставлен вопрос о том, способен ли был ФИО4 понимать значение своих действий и руководствоваться ими в момент заключения договора купли-продажи лома и земельного участка от 06 июня 2019 года (т.2 л.д. 92-95).

После поступления результатов экспертизы, определением суда от 10 февраля 2021 года производство по делу было возобновлено (т.2 л.д. 115).

В ходе судебного заседания от 02 марта 2021 года, к участию в деле в качестве третьего лица был привлечен супруг ответчицы ФИО6, брак с которым ответчица зарегистрировала 12 декабря 2014 года, то есть до заключения оспариваемого договора купли-продажи.

В судебном заседании истец и его представитель поддержали поданное исковое заявление, указав на то, что двумя проведенными по делу судебными экспертизами было установлено, что ФИО4 не был способен понимать значение своих действий при заключении оспариваемого договора.

Ответчица и ее представитель возражали против удовлетворения заявленных требований в полном объеме. С учетом данных в ходе рассмотрения пояснении и представленных письменных мнений и отзывов (т.1 л.д. 54-55, т.2 л.д. 53, 79), позиция ответчицы заключатся в том, что ФИО4 в момент заключения оспариваемой сделки был способен понимать значение своих действий, он понимал и хотел продать принадлежащий ему дом и земельный участок ФИО3 Договоренность о продаже земельного участка и дома была достигнута не в момент заключения договора, а до этого момента. Психическое состояние здоровья ФИО4 подтверждается показаниями свидетелей со стороны ФИО3 Свидетели же со стороны ФИО1 давали противоречивые показания. Также было отмечено, что на проведение повторной экспертизы, в выделенном судом материале, экспертам не был предоставлен письменный протокол судебного заседания 30 октября 2020 года, в рамках которого были опрошены три свидетеля со стороны ответчицы. Само заключение повторной экспертизы носит не категорический характер, а вероятностный характер. Совокупность доказательств не позволяет сделать вывод о том, что ФИО4 не был способен понимать значение своих действий.

Треть лицо ФИО6, также полагал заявленные требования не подлежащими удовлетворения, указав на то, что ФИО4 понимал, что продает дом и земельный участок, он не страдал психическим расстройствами. За приобретенный дом и земельный участок был произведен расчет, в том числе за счет полученных взаймы от матери ФИО6 денег. 

Третье лицо – нотариус ФИО7 на рассмотрение дела не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена, позиции на заявленный иск не представила.

Заслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

ФИО4 при жизни на праве собственности принадлежали земельный участок с кадастровым номером № площадью 591 кв.м. и жилой дом с кадастровым номером № площадью 89,7 кв.м., по адресу 

<

адрес>

06 июня 2019 года между ФИО4 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи указанного выше жилого дома и земельного участка, по условиям которого ФИО3 приобрела данное недвижимое имущество в собственность за 980 000 рублей, из которых стоимость дома составила 580 000 рублей, а земельного участка 400 000 рублей (т.1 л.д. 56-57).

06 июня 2019 года ФИО3 и ФИО4 обратились в МФЦ с заявлениями о государственной регистрации перехода права собственности по указанному договору купли продажи (т.1 л.д. 111).

07 июня 2019 года ФИО4 умер (т.1 л.д. 12).

01 июля 2019 года была осуществлена государственная регистрация права собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером № площадью 591 кв.м. и жилой дом с кадастровым номером № площадью 89,7 кв.м., по адресу 

<

адрес> о чем были внесены соответствующие записи в единой государственный реестр недвижимости.

При жизни ФИО4 составил завещания от 19 августа 2017 года, которым завещал все принадлежащее ему имущество ФИО1 (т.1 л.д. 13). ФИО1 является соседом ФИО4, проживающим в доме 

<

адрес>.

ФИО3 (ФИО8 до брака) являлась ФИО9, супруги ФИО4, умершей до заключения оспариваемого договора купли-продажи (т.1 л.д. 154-156). 

19 июня 2019 года ФИО1 подал нотариусу ФИО7 заявление о вступлении в наследство после смерти ФИО4 на основании указанного выше завещания (т.1 л.д. 33). Иных наследников подавших заявление о вступлении в наследство в рамках наследственного дела нет. 

Нотариусом было заведено наследственное дело № (т.1 л.д. 32-46).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса РФ РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Таким образом, суд считает ФИО1 надлежащим лицом по обжалованию договора купли-продажи от 06 июня 2019 года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Следовательно, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством является установление психического состояния лица в момент заключения сделки.

Для разрешения указанного вопроса судом дважды назначались судебные экспертизы.

<

данные изъяты>

Данные вывод был сделан экспертами не столько на основании свидетельских показаний, сколько на анализе медицинской документации ФИО4, материалов № (т.2 л.д. 25-33).

Суд отмечает, что, действительно, вопросы, на которые отвечали эксперты, согласно самого заключения (т.2 л.д. 34, 34 оборот), отличаются от вопросов поставленных перед ними определением суда. 

Вместе с тем, произведенное исследование и сделанные выводы, фактически ответили на вопрос о том, способен ли был ФИО4 понимать значение своих действий и руководствоваться ими в момент заключения договора купли-продажи лома и земельного участка от 06 июня 2019 года.

В ходе проведенной по делу повторной экспертизы, ФГБУ «Национальный медицинский институт психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» от 20 января 2021 года (т.2 л.д. 112-114) пришел к следующим выводам. 

<

данные изъяты> 

Совокупное значение двух проведенных по делу судебных экспертиз указывает, что ввиду наличествующих и прогрессирующих заболеваний ФИО4 не был способен понимать значение своих действий и руководствоваться ими в момент подписания оспариваемого договора. 

При направлении дела на повторную экспертизу судом были выделены отдельные материалы, в которых не было приложено письменного протокола от 30 октября 2020 года, в рамках которого были опрошены три свидетеля со стороны ответчицы. Вместе с тем в данных материалах имелся диск с аудио записью указанного судебного заседания, что не лишало эксперта возможности при необходимости его исследовать. 

Как уже отмечалось ранее выводы экспертов сделаны на основании анализа медицинской документации, с применением научных подходов в обосновании влияния данных расстройств на способность восприятия значения действий. 

Опрошенные в ходе рассмотрения дела свидетели давали собственную оценку состояния ФИО4, основанную на личном восприятии, а не на научном или медицинском опыте. При этом суд отмечает, что ни опрошенные сотрудник МФЦ, ни лечащий ФИО4 врач не являются специалистами в области психиатрии. 

Учитывая изложенное суд приходит к выводу о том, что оспарвиаемой договор, заключенный между ФИО10 и ФИО2 договор купли-продажи от 06 июня 2019 года в отношении жилого дома с кадастровым номером 

<

адрес> является недействительным на основании части 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ.

Ввиду изложенного сведения о государственной регистрации права собственности ФИО2 в отношении жилого дома с кадастровым номером 

<

адрес> подлежат погашения в едином государственном реестре недвижимости, а сведения о правах ФИО4 восстановлению. 

Суд не находит оснований для признания права собственности на спорное имущество за ФИО1 поскольку в права собственности он может вступить в рамках наследственного дела, при отсутствии иных препятствий к этому. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично. 

Признать недействительным заключенный между ФИО10 и ФИО2 договор купли-продажи от 06 июня 2019 года в отношении жилого дома с кадастровым номером 

<

адрес>

Погасить в едином государственном реестре недвижимости сведения о государственной регистрации права собственности ФИО2 в отношении жилого дома с кадастровым номером 

<

адрес>

Восстановить в едином государственном реестре недвижимости сведения о праве собственности ФИО10 в отношении жилого дома с кадастровым номером 

<

адрес>

В удовлетворении остальной части требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Советский районный суд города Челябинска в течение месяца с момента его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: И.И. Волуйских