РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город Покачи 7 августа 2023 года

Нижневартовский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе: 

председательствующего судьи Сака И.В.,

при секретаре Мусабековой У.К.,

с участием представителя ответчика по первоначальному исковому заявлению, представителя истца по встречному исковому заявлению 

<

ФИО>5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по первоначальному иску публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» к 

<

ФИО>1 о признании договора страхования недействительным,

встречному иску 

<

ФИО>1 к Публичному акционерному обществу Страховая компания «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения,

УСТАНОВИЛ:

ПАО СК «Росгосстрах» обратилось с указанным иском, указав, что между истцом и 

<

ФИО>4 был заключен договор страхования 

<

№> от 

<

ДД.ММ.ГГГГ> на основании письменного заявления страхователя, правил страхования от несчастных случаев 

<

№>, правил комплексного страхования, выезжающих за рубеж 

<

№> в редакциях, действующих на момент заключения договора страхования, на условиях программы страхования Защита кредита Стандарт, являющейся неотъемлемой частью полиса. 

<

ФИО>4 с условиями договора страхования была ознакомлена до заключения, все условия ей были понятны, она с ними была согласна, экземпляр договора на руки получила, что подтверждается её подписью в договоре (полисе). В соответствии со ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. 

<

ФИО>4 выразила свое согласие на заключение договора страхования, при этом уплачивая страховую премию, подписывая и получая полис страхования, 

<

ФИО>4 подтвердила, что на дату заключения полиса - 

<

ДД.ММ.ГГГГ>, она не болеет сердечно-сосудистыми заболеваниями и сахарным диабетом. Так же страхователь в заявлении подтвердила, что сведения приведенные в заявлении соответствуют действительности, она осведомлена и согласна с тем, что ложные сведения, а также сокрытие фактов дают страховщику право отказать в страховой выплате. 

<

ДД.ММ.ГГГГ> 

<

ФИО>4 умерла. 

<

ДД.ММ.ГГГГ> в ПАО СК «Росгосстрах» обратилась 

<

ФИО>1 с заявлением о наступлении события, имеющего признаки страхового случая – смерти 

<

ФИО>4 в результате болезни. Из представленных 

<

ФИО>1 справки о смерти 

<

ФИО>4 было установлено, что причиной смерти является: «Сепсис, вызванный уточненными микроорганизмами А41.8», «Пневмония бактериальная уточненная J15.8», «Диабет инсулинозависимый с множественными осложнениями Е11.7», «Гипертензивная болезнь сердечно-сосудистая 111.9». Учитывая, что на момент заключения договора страхования 

<

ФИО>4 знала о наличии хронических заболеваний и на протяжении длительного времени проходила лечение по болезням «Гипертоническая болезнь», «Сахарный диабет», истец полагает, что договор страхования был заключен на основании заведомо ложных сведений, представленных страхователем. Указанные обстоятельства позволяют сделать вывод о несоответствии действий страхователя действующему законодательству, принципам разумности, добросовестности и справедливости и дают основания требовать признания заключенного договора недействительным. Просит суд признать договор страхования 

<

№>-ДО-ЗС-19 от 

<

ДД.ММ.ГГГГ>, заключенный между ПАО СК «Росгосстрах» и 

<

ФИО>4 недействительным.

<

ФИО>1 обратилась с встречным иском к ПАО СК «Росгосстрах», в обоснование которого указала, что при наступлении смерти её матери 

<

ФИО>4 и обращении в страховую компанию было отказано в страховой выплате. Считает, что заболевание, являющееся причиной смерти её матери, не находится в причинно-следственной связи с имевшимися у неё при жизни заболеваниями, наличие которых является основанием для отказа в страховой выплате. Непосредственной причиной смерти 

<

ФИО>4 явилась внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония с очагом деструкции в верхней доле правого легкого, в стадии неполного разрешения, тяжелая, которая на момент заключения договора страхования не была диагностирована, указанным забеванием 

<

ФИО>4 не болела. Заболевания «Сахарный диабет» и «Гипертоническая болезнь» не являются непосредственной причиной смерти 

<

ФИО>4, доказательств прямого умысла в действиях 

<

ФИО>4 по передаче страховщику ложных сведений не представлено. Полагает, что страховой случай по договору страхования наступил. По потребительскому кредиту, в рамках которого 

<

ФИО>4 был оформлен договор страхования, начислены проценты в размере 4 867,78 рублей, которые были выплачены 

<

ФИО>1 и подлежат взысканию со страховой компании. В связи с отказом страховщика в выплате страхового возмещения 

<

ФИО>1 испытывает нравственные страдания, ей причинен моральный вред, который она оценивает в 100 000 рублей. Просила суд взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» страховое возмещение в размере 1 416 484 рублей, убытки в размере 4 867,78 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей и штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

В судебном заседании, состоявшемся 

<

ДД.ММ.ГГГГ> представитель 

<

ФИО>5, действующий в интересах 

<

ФИО>1, заявил об отказе от исковых требований в части взыскания с ПАО СК «Росгосстрах» убытков в размере 4 867,78 рублей.

В связи с принятием отказа от части исковых требований, определением суда производство по делу в данной части прекращено.

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ПАО СК «Росгосстрах» о дате, времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом и в срок, ходатайств об отложении судебного заседания не поступало. В письменных возражениях на встречное исковое заявление представитель по доверенности 

<

ФИО>6 указала, что исковые требования 

<

ФИО>1 необоснованные и не подлежат удовлетворению. Из медицинской карты 

<

ФИО>4 следует, что она состоит на диспансерном учете в медицинском учреждении с диагнозом «Сахарный диабет» с 2013 года, «Гипертоническая болезнь» с 2005 года. При заключении договора страхования 

<

ФИО>4 не сообщила страховщику о наличии указанных заболеваний. Указанные заболевания состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью 

<

ФИО>4, в связи с чем событие «Смерть застрахованного лица в результате болезни» не отвечает признакам страхового случая, предусмотренного договором страхования. Основания для удовлетворения требований 

<

ФИО>1 о выплате страхового возмещения, отсутствуют. Требование 

<

ФИО>1 о взыскании убытков в размере 4 867,78 рублей не подлежит удовлетворению, поскольку выплата процентов по кредитному договору не состоит в зависимости от исполнения ПАО СК «Росгосстрах» обязательств по договору страхования. Требование о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению, поскольку не имеется правовых оснований для удовлетворения основного требования истца. В части требований о взыскании с ответчика штрафа, обязательным условием применения штрафных санкций является несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя. Права 

<

ФИО>1 не нарушены, заявленное событие не отвечает требованиям страхового случая, о чем был своевременно направлен мотивированный отказ. В случае удовлетворения требований взыскания штрафа, ПАО СК «РГС» просит суд применить ст. 333 ГК РФ. 

Ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску 

<

ФИО>1 о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, участия в нем не принимала.

Представитель 

<

ФИО>1, действующий на основании доверенности 

<

ФИО>5, в судебном заседании первоначальные исковые требования не признал, встречные исковые требования поддержал, просил взыскать страховое возмещение, компенсацию морального вреда и штраф за неисполнение в добровольном порядке требования потребителя. Полагал, что 

<

ФИО>1 неправомерно отказано в выплате страхового возмещения, поскольку смерть 

<

ФИО>4 не находится в причинно-следственной связи с имевшимися у неё при жизни заболеваниями.

На основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено без участия не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Положениями п.2 ст.9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992№ 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определено, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В силу п.1 ст.9 указанного Закона событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Согласно п.1 ст.943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Исходя из положений п.1 ст.944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В соответствии с п.3 ст.944 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик вправе требовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п.2 ст.179 Кодекса, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Из содержания п.3 ст.944 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что недействительность договора является последствием субъективного поведения страхователя.

При этом обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки (ст.179 ГК РФ) является именно наличие умысла страхователя.

Наличие у страхователя заболеваний, которые не повлекли наступление страхового случая, и о которых он не сообщил страховщику не является обстоятельством, имеющим существенное значение, предусмотренным приведенными выше положениями ст.944 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Предметом рассмотрения настоящего спора является установление наличия предоставленной страхователем заведомо ложной информации страховщику при заключении договора страхования, относительно имеющихся хронических заболеваний.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 

<

ДД.ММ.ГГГГ> между ПАО СК «Росгосстрах» и 

<

ФИО>4 заключен договор комбинированного страхования от несчастных случаев и страхования выезжающих за рубеж 

<

№>-ДО-ЗС-19, неотъемлемой частью которого являются «Правила страхования от несчастных случаев» 

<

№> и правила комплексного страхования граждан, выезжающих за рубеж 

<

№>, утвержденные приказом ПАО СК «Росгосстрах» в действующих редакциях.

Срок действия договора страхования определен по рискам 1.1 (смерть застрахованного лица в результате несчастного случая или болезни), 1.2 (первичное установление застрахованному лицу инвалидности I или II группы в результате несчастного случая или болезни), 1.3 (временная нетрудоспособность застрахованного лица в результате несчастного случая) – 60 месяцев с даты заключения договора страхования (страхового полиса).

По риску 2.1 (медицинская экстренная помощь за пределами РФ) – 12 месяцев с даты заключения договора страхования (страхового полиса) при условии оплаты страховой премии в полном объеме. 

Страховая сумма по указанному договору по страхованию от несчастных случаев составила 1 416 486 рублей; по страхованию выезжающих за рубеж составила 10 496 170 рублей.

Страховая премия в размере 110 486 уплачена страхователем в полном объеме.

Выгодоприобретатели по страхованию от несчастных случаев – застрахованное лицо, а в случае смерти застрахованного лица – его наследники по закону.

При заключении указанного договора страхования в заявлении на страхование 

<

ФИО>4 подтверждено, что на момент страхования она не имеет заболеваний, перечисленных в заявлении.

Застрахованное лицо  

<

ФИО>4, умерла 

<

ДД.ММ.ГГГГ>.

Наследником первой очереди, принявшим наследство в установленном законом порядке, является дочь умершей – 

<

ФИО>1

<

ДД.ММ.ГГГГ> 

<

ФИО>1 обратилась в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения.

В процессе проведения проверочных мероприятий, ПАО СК «Росгосстрах» установлено, что до заключения договора страхования страхователь имел ряд хронических заболеваний, которые утяжелили течение основного заболевания, однако при оформлении договора страхования в заявлении данный факт страхователем не был отражен.

Из материалов дела следует, что в справке о смерти № С-04203 отражена причина смерти 

<

ФИО>4: 1. А) Сепсис, вызванный уточненным микроорганизмом А41.8; Б) Пневмония бактериальная уточненная J15.8; В) Диабет инсулиннезависимый с множественными осложнениями Е11.7; 2. Гипертензивная болезнь сердечно-сосудистая 111.9.

В протоколе патологического вскрытия 

<

№>, выданного БУ ХМАО – Югры «Нижневартовская клиническая окружная больница», в п.34 «Паталогический диагноз» указан код по 

<

данные изъяты>:

- основное заболевание – «сахарный диабет 2 типа»; 

- осложнения основного заболевания – «тромбоэмболия мелких ветвей легочной артерии от 

<

ДД.ММ.ГГГГ>, сепсис, септикопиемия: полисегминтарная бактериальная фибринозно-гнойная абсцедирующая пневмония тяжелой степени тяжести, объем поряжения легких 93%, спленомегалия. ИВЛ с 25.07.2022»;

- сопутствующие заболевания – «гипертоническая болезнь сердца с преимущественным поражением сердца (III степень, III стадия, 4 степень риска)».

В п.37 протокола патологического вскрытия 

<

№> причиной смерти указано – сепсис.

В посмертном эпикризе БУ ХМАО – Югры «Нижневартовская клиническая окружная больница» 

<

№> в заключительном диагнозе указано:

Основной: J18.8 Внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония с очагом деструкции в верхней доле правого легкого, в стадии неполного разрешения, тяжелая.

Фоновый: Е11.9 Сахарный диабет 2 тип. Целевой уровень НвА1с менее 7,5%. Диабетическая кетоацидотическая кома от 

<

ДД.ММ.ГГГГ>. Диабетическая дистальная симметричная полинейропатия, сенсорная форма.

Осложнение: J96.9 ДН 3ст. Двусторонний плеврит. Пункция правой плевральной полости от 

<

ДД.ММ.ГГГГ>. ИВЛ с 

<

ДД.ММ.ГГГГ>. СПОН (церебральная, сердечно-сосудистая, почечная). ОПП от 

<

ДД.ММ.ГГГГ>. Тромбоэмболия легочной артерии от 

<

ДД.ММ.ГГГГ>.

Сопутствующий: D64.9 Вторичная анемия неуточненная, легкой степени тяжести. I11.9 Гипертоническая болезнь III стадия. Контролируемая АГ. ГЛЖ. Целевое АД 130-139/

<

80 мм.рт.ст. ХСНIIА ФКIII.

В целях установления причины смерти и наличия либо отсутствия причинно-следственной связи между наступившим у застрахованного лица 

<

ФИО>4 заболевания, повлекшего её смерть и установленным ей ранее заболеванием, по ходатайству сторон судом назначена по делу судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено КУ ХМАО-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы». Согласно выводам, изложенным в заключении судебно-медицинской экспертизы 

<

№> от 

<

ДД.ММ.ГГГГ> КУ ХМАО - Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы»:

1. 

<

ФИО>4 

<

ДД.ММ.ГГГГ> года рождения страдала заболеваниями: «Сахарный диабет 1 тип. Диффузно-токсический зоб 3 ст., тиреотоксикоз. Состояние после радиойодтерапии. Гипотиреоз. Гипертоническая болезнь 2 ст. 2 ст. риск 4. Хронический холецистит. Хронический панкреатит. Хронический двусторонний отит. Катаракта. Дорсопатия пояснично-крестцового отдела позвоночника. Сахарный диабет 2 тип инсулинопотребный.

2. Согласно представленных данных, проведенной оценкой результатов исследования и данных судебно-гистологической экспертизы комиссия экспертов приходит к выводу, что причиной летального исхода 

<

ФИО>4 

<

ДД.ММ.ГГГГ> года рождения явилась вирусно-бактериальная деструктивная пневмония (первоначальный вирусный генез не уточнен, Новая короновирусная инфекция не подтверждена, при поступлении преобладал бактериальный компонент), Площадь поражения ткани легких 90%, КТ-4, осложнившаяся полиорганной недостаточностью, сепсисом, на фоне сахарного диабета в связи с тяжелым течением пневмонии. 

Все заболевания и состояния (

<

данные изъяты>), установленные 

<

ФИО>4 на дату заключения договора страхования от 

<

ДД.ММ.ГГГГ> – не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением её смерти. 

В соответствии с ч.ч.2, 3 ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 настоящего Кодекса.

Согласно ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со ст.8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Проанализировав содержание заключения экспертов КУ ХМАО-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы», суд признает его достоверным и допустимым доказательством по делу с учетом того, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперты обладают необходимыми образованием, квалификацией и опытом, экспертам были разъяснены их права и обязанности, предусмотренные ст.85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и они были предупреждены об уголовной ответственности предусмотренной ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Каких-либо доказательств, с достоверностью опровергающих установленные экспертным заключением выводы, суду не представлено.

Суд считает, что выводы судебных экспертов мотивированы, содержат ясные и однозначные ответы на поставленные вопросы.

Принимая выводы проведенной по делу судебной медицинской экспертизы, суд приходит к выводу, что в удовлетворении требований ПАО СК «Росгосстрах» о признании недействительным договора страхования 

<

№> от 

<

ДД.ММ.ГГГГ> следует отказать, поскольку ПАО СК «Росгосстрах» не представлено в силу требований ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств предоставления страхователем заведомо ложной информации, находящейся в прямой причинно-следственной связи с основной причиной смерти 

<

ФИО>4. Смерть 

<

ФИО>4 наступила не в результате гипертонической болезни и сахарного диабета, а от самостоятельного заболевания, клинические признаки которого отсутствовали при жизни 

<

ФИО>4, о чем умершая не могла знать при оформлении договора страхования. 

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства прямого умысла страхователя на предоставление ложной информации, поскольку страхователь сообщила страховщику известные ей сведения о своем здоровье, отвечая на вопросы, содержащиеся в стандартном бланке заявления. Соответствие этих сведений действительности страховщик не оспаривал. 

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п.1 ст.944 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п.2 ст.179 Гражданского кодекса Российской Федерации, как на то указано в п.3 ст.944 Гражданского кодекса Российской Федерации. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали.

Из анализа указанных положений законодательства следует, что договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, а также того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, которые впоследствии явились непосредственной причиной наступления страхового случая.

Из материалов дела следует, что страховщик при заключении договора страхования обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья не проводил, требования о признании договора страхования недействительным по правилам п.3 ст.944 Гражданского кодекса Российской Федерации не заявлял, доказательства наличия у 

<

ФИО>4 умысла на предоставление страховщику ложных сведений о состоянии её здоровья не представил.

Сам по себе факт не указания на наличие заболеваний «гипертоническая болезнь и сахарный диабет», при заключении договора страхования правовых последствий не влечет, поскольку в силу абз.2 п.3 ст.944 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик не вправе требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали.

При этом суд считает необходимым отметить, что в случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности страховщик мог сделать письменный запрос в адрес страхователя для их конкретизации. Однако страховщик такой запрос не направлял и не воспользовался своим правом проверить состояние здоровья застрахованного лица, а также достаточность представленных страхователем сведений.

При таких обстоятельствах суд полагает, что наступившая 

<

ДД.ММ.ГГГГ> смерть 

<

ФИО>4 является страховым случаем.

Согласно ст.1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ст. 1112 ГК РФ).

Поскольку выгодоприобретателем по договору страхования 

<

№>-ДО-ЗС-19, заключенному между ПАО СК «Росгосстрах» и 

<

ФИО>4 является застрахованное лицо, а в случае смерти застрахованного лица – его наследники по закону, то в соответствии с приведенными положениями закона к 

<

ФИО>1, как наследнику по закону после смерти её матери, перешло право требовать исполнения договора страхования. 

Поскольку судом установлено, что смерть 

<

ФИО>4 является страховым случаем, заявленные исковые требования о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу 

<

ФИО>1 страхового возмещения в размере 1 416 484 рублей подлежат удовлетворению. 

В соответствии со ст.15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. 

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков. 

Согласно разъяснениям, изложенным в п.45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

ДД.ММ.ГГГГ> 

<

№> «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. 

Поскольку страховая выплата по договору страхования не была выплачена 

<

ФИО>1, что послужило основанием для предъявления настоящего иска, суд полагает установленным факт нарушения ответчиком по встречному иску прав истца как потребителя. 

При определении размера компенсации морального вреда, суд, учитывая конкретные обстоятельства дела, степень вины ответчика в нарушении прав истца как потребителя, требования разумности и справедливости, а также период неисполнения законных требований истца, считает необходимым удовлетворить заявленные требования о компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей. 

Согласно разъяснениям, изложенным в п.46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

ДД.ММ.ГГГГ> 

<

№> «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п.6 ст.13 Закона). 

Принимая во внимание то обстоятельство, что требования 

<

ФИО>1 о выплате страхового возмещения ответчиком в добровольном порядке удовлетворены не были, руководствуясь п.6 ст.13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Исходя из удовлетворенных судом требований истца, сумма штрафа составляет 713 242 рублей ((1 416 484 рублей + 10 000 рублей) х 50%). 

Согласно п.1 ст.330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. 

Согласно ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. 

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе, установленного ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойка может быть снижена судом на основании ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 

<

ДД.ММ.ГГГГ> 

<

№>-О указал на то, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч.1 ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению, с указанием таковых обстоятельств и мотивов снижения.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Разрешая вопрос о присуждении в пользу истца неустойки, заявленное ответчиком ходатайство о применении ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации (т.1 л.д.162), суд приходит к выводу, что размер неустойки подлежит уменьшению до 200 000 рублей, что соответствует принципам разумности, справедливости и соразмерности, нарушенному праву истца по встречному иску как потребителя. При этом суд отмечает, что истцом не приведены мотивы последствий нарушенного права. Неустойка в таком размере обеспечивает соблюдение баланса интересов сторон и не повлечет ущемление имущественных прав истца либо ответчика. Размер ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости.

Поскольку истец по встречному иску освобожден от уплаты государственной пошлины, на основании ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и п.п.1 п.1 ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ООО СК «Росгосстрах» подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 16 582,42 рублей (16 282,42 рублей (от суммы 1 616 484) + 300 рублей). 

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

первоначальные исковые требования публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» к 

<

ФИО>1 о признании договора страхования недействительным – оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требования 

<

ФИО>1 к публичному акционерному обществу Страховая компания «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения  удовлетворить частично. 

Взыскать с публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» (ИНН 

<

№>) в пользу 

<

ФИО>1 (паспорт серии 

<

№> 

<

№>) страховую выплату в размере 1 416 484 рублей, компенсацию морального вреда 10 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 200 000 рублей, а всего 1 626 484 (один миллион шестьсот двадцать шесть тысяч четыреста восемьдесят четыре) рублей. 

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 16 582 (шестнадцать тысяч пятьсот восемьдесят два) рубля 42 копейки.

На решение сторонами может быть подана апелляционная жалоба в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Нижневартовский районный суд.

Судья: подпись И.В. Сак

Копия верна

Судья И.В, Сак