Дело №2-19/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

Нижний Новгород 29 апреля 2019 года 

Нижегородский областной суд в составе единолично судьи федерального суда общей юрисдикции Печерицы Ю.А. при секретаре судебного заседания Бочарове И.М., 

с участием: 

- государственного обвинителя – прокурора отдела государственных обвинителей прокуратуры Нижегородской области, советника юстиции ФИО1, 

- подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО5 О.; 

- защитников – адвокатов областной адвокатской конторы Илау А.В., удостоверение №, ордер №, Молькова А.А., удостоверение №, ордер №, участвующих в судопроизводстве по назначению суда, адвоката адвокатской конторы Приокского района Нижнего Новгорода ФИО4, удостоверение №, ордер №, участвующего в судопроизводстве по соглашению, 

- потерпевшей и гражданского истца К.Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года

рождения, уроженки 

<

данные изъяты>, гражданки 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>, проживающей в месте регистрации 

<

адрес>

<

адрес>, образование

среднее специальное, работавшей 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>, имеющей малолетнего ребёнка ДД.ММ.ГГГГ года

рождения, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> не судимой,

содержащейся под стражей по данному уголовному делу с 12

октября 2017 года,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.150, ч.3 ст.33, п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ,

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, гражданина 

<

данные изъяты>, проживавшего в месте регистрации 

<

адрес>, образование 

<

данные изъяты>, холостого, не работавшего, не судимого, содержащегося под стражей по данному уголовному делу с 4 октября 2017 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ,

ФИО5 Оглы, ДД.ММ.ГГГГ года рождения,

уроженца 

<

данные изъяты>, гражданина 

<

данные изъяты>,

проживающего в месте регистрации 

<

адрес>

<

адрес>, образование основное общее,

холостого, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> не судимого, содержащегося под стражей

по данному уголовному делу с 4 октября 2017 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимая ФИО2 вовлекла 

<

данные изъяты> ФИО3 в совершение особо тяжкого преступления путем обещаний и иным способом, и склонила его путём уговора и подкупа к убийству К.И.А. по найму. 

ФИО3 и ФИО5 Р.З.О., действуя группой лиц по предварительному сговору, убили К.И.А. по найму. 

Преступления совершены в Нижнем Новгороде при следующих обстоятельствах.

В один из дней декабря 2016 года у ФИО2 на почве личной неприязни к К.И.А. из-за его противоправного поведения, 

<

данные изъяты> возник преступный умысел на его убийство.

Для совершения убийства она решила привлечь 

<

данные изъяты> ФИО3, 

<

данные изъяты> ФИО2, желая склонить его к совершению особо тяжкого преступления - убийству К.И.А., неоднократно сообщала ФИО3 о противоправном и аморальном поведении К.И.А.

Воспользовавшись 

<

данные изъяты> позицией ФИО3, в вечернее время одних из суток указанного периода у дома 

<

адрес> ФИО2 путём уговора, мотивируя аморальным и противоправным поведением 

<

данные изъяты>, возбудила у 

<

данные изъяты> ФИО3 желание убить К.И.А. 

В один из следующих дней декабря 2016 года ФИО2, продолжая подстрекать 

<

данные изъяты> ФИО3 к убийству К.И.А., достоверно зная об отсутствии у ФИО3 источника дохода, склонила его к убийству по найму, пообещав денежное вознаграждение в сумме 30 тысяч рублей после совершения убийства, и 

<

данные изъяты> ФИО3 с её предложением согласился.

Таким образом, путём уговора и обещания выплатить денежное вознаграждение ФИО2 вовлекла 

<

данные изъяты> ФИО3 к совершению особо тяжкого преступления, склонив его к убийству К.И.А. по найму.

<

данные изъяты> ФИО3 согласился совершить по предложению 

<

данные изъяты> ФИО2 убийство К.И.А. по найму. 

Для облегчения совершения убийства К.И.А. он обратился за помощью к ранее знакомому ФИО5 Р.З.О. в один из дней второй половины декабря 2016 года, и предложил ему убить К.И.А. в соучастии с ним за денежное вознаграждение.

ФИО5 Р.З.О. согласился с этим предложением, вступив с ФИО3 в предварительный преступный сговор на убийство К.И.А. по найму.

После чего ФИО3 спланировал время и место преступления, поручив ФИО5 Р.З.О. подыскать автомобиль с водителем для перемещения к месту преступления и обратно, а сам приискал орудия преступления - нож и молоток.

11 января 2017 года через своего знакомого М.А.С. ФИО5 Р.З.О. приискал автомобиль, принадлежащий С.А.А., на котором совместно с ФИО3 в вечернее время прибыл к месту преступления.

В ночное время 12 января 2017 года ФИО3, вооружённый ножом и молотком, и ФИО5 Р.З.О. пришли к дому К.И.А., расположенному 

<

данные изъяты>.

Находясь в период до 01 часа 30 минут тех же суток у автомобиля 

<

данные изъяты>, принадлежащего К.И.А., припаркованного 

<

адрес>, ФИО3 озвучил ФИО5 Р.З.О. план преступления и распределил преступные роли, передав ему молоток.

ФИО5 Р.З.О., действуя в соответствии с отведённой ему преступной ролью, вооружённый молотком, спрятался за автомобилем, припаркованным рядом с автомобилем К.И.А., а 

<

данные изъяты> ФИО3, вооружившись ножом, стал наносить удары по автомобилю К.И.А., отчего сработала автомобильная сигнализация.

В период с 01 часа 30 минут до 01 часа 42 минут тех же суток на звук сработавшей сигнализации выбежал К.И.А.

После того, как он оказался на земле возле своего автомобиля, ФИО5 Р.З.О., действуя группой лиц по предварительному сговору с ФИО3 с умыслом на убийство К.И.А. по найму, нанёс потерпевшему сзади один удар молотком по голове. 

После чего, когда ФИО5 Р.З.О., подавляя сопротивление К.И.А., руками удерживал его за плечи, 

<

данные изъяты> ФИО3, действуя с умыслом на причинение смерти К.И.А., группой лиц по предварительному сговору с ФИО5, нанёс ножом потерпевшему не менее 12 ударов по телу, в область головы и шеи.

В результате умышленных совместных преступных действий ФИО3 и ФИО5 О. потерпевшему К.И.А. были причинены телесные повреждения в виде множественных проникающих колото-резаных ран передней поверхности грудной клетки с повреждением внутренних органов и аорты, левой подмышечной впадины с повреждением верхней доли левого легкого, боковой поверхности шеи с повреждением сонной артерии и пищевода, надлопаточной области слева с повреждением связок, межпозвонкового диска, твёрдой мозговой и мягких мозговых оболочек, повлекшие тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни, от которых наступила его смерть на месте преступления в результате острой массивной кровопотери.

Кроме того, своими совместными преступными действиями они причинили потерпевшему К.И.А. телесные повреждения, не состоящие в прямой причинной связи с наступлением смерти, в виде трещины затылочной кости, колото-резаной раны затылочной области слева, сквозного ранения левого плеча, резаной раны межпальцевого промежутка, двух ушибленных ран лобной области.

После совершения преступления ФИО3 и ФИО5 Р.З.О. вернулись к автомобилю С.А.А., на котором скрылись с места преступления. 

В один из дней января 2017 года 

<

адрес> ФИО2 передала 

<

данные изъяты> ФИО3 за совершённое убийство К.И.А. по найму обещанные ранее тридцать тысяч рублей.

После получения денег ФИО3, действуя согласно ранее достигнутой договорённости с ФИО5 Р.З.О., в тот же день 

<

данные изъяты> передал ему часть полученных у ФИО2 денег в сумме 10 тысяч рублей за соучастие в убийстве К.И.А. по найму.

Подсудимая ФИО2 не признала себя виновной, заявив об оговоре её ФИО3 

Подсудимый ФИО5 Р.З.О. в начале судебного следствия не признал себя виновными по предъявленному обвинению, а после исследования доказательств, представленных стороной обвинения, изменил своё отношение к предъявленному обвинению и частично признал себя виновным в убийстве К.И.А. группой лиц. Он не признал вину в убийстве по предварительному сговору и по найму, пояснив, что план преступления они с ФИО6 придумали не заранее, а на месте преступления, а деньги ему ФИО6 передал после убийства за молчание.

Подсудимый ФИО3 признал себя виновным в убийстве К.И.А. из личной неприязни, заявив о том, что организовал убийство сам, его никто не нанимал, предварительного сговора на убийство с ФИО5 у него не было. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

После 13 декабря 2016 года он впервые сообщил ФИО5 о намерении убить К. Он сказал, что хочет разобраться 

<

данные изъяты> и убить его, объяснил ему ситуацию

<

данные изъяты>. Зная, что ФИО5 отзывчивый парень и не подведёт, он попросил его съездить с ним, подстраховать, если что пойдёт не так

<

данные изъяты>. ФИО5 согласился. 

<

данные изъяты>

Он попросил ФИО5 подыскать машину, пообещав потом оплатить услуги водителя в сумме 2 тысячи рублей.

11 января 2017 года вечером он позвонил ФИО2, чтобы узнать, находится ли дома 

<

данные изъяты>. Встретившись с ФИО5 около 23-24 часов, они на машине знакомых ФИО5 приехали 

<

адрес>, в котором проживал К., и нашли его машину. Он решил вытащить К. из дома путём срабатывания сигнализации на его машине. С собой в рюкзаке у него были кухонный нож с длиной лезвия около 25 см, шириной 3-4 см, и молоток. Он дал молоток ФИО5 для того, если К. будет сильнее его в борьбе и его жизнь будет под угрозой, то ФИО5 припугнёт его молотком и разнимет их. По его просьбе ФИО5 спрятался за соседней машиной, а он стал стучать по машине К., отчего срабатывала сигнализация, не реагируя на крик К. из окна. 

Когда К. выбежал с ножом и стал приближаться к нему, он стал отбегать от машины и упал, достав нож из рюкзака. Когда он поднялся, увидел, что К. лежит, а ФИО5 находится рядом с ним. Он подбежал к К., тот пытался что-то сделать, размахивать и встать. Он нанёс ему ногой 2-3 удара по голове и один по руке, чтобы выбить у него нож, и нанёс 10-12 ударов ножом в различные части тела. В момент нанесения ударов ножом ФИО5 стоял сзади в 1-2 метрах, не удерживал К. Из окон стали кричать. ФИО5 оттащил его, т.к. после первого удара ножом он не понимал, что делает, и они убежали к машине. По дороге домой он пришёл в себя, с моста выбросил нож. Всю свою одежду, обувь и рюкзак он сжёг. 

12 января около 17-18 часов из своих накоплений он передал ФИО5 10 тысяч рублей за его молчание и за то, что тот стоял в стороне.

ФИО2 не обращалась к нему с просьбой убить 

<

данные изъяты> и не передавала деньги за убийство. По его просьбе Жанна оплатила удаление его переписки с ней. В этой переписке он неоднократно писал 

<

данные изъяты> о намерениях убить 

<

данные изъяты> после конфликтов с ним. ФИО2 переживала за свою переписку и просила её удалить, потому что её могли привлечь за сокрытие его переписки. 

Подсудимый ФИО5 Р.З.О. показал следующее.

В период с 16 по 25 декабря 2016 года ФИО6 рассказал ему, что 

<

данные изъяты>. Он сказал, что К. его дико раздражает, 

<

данные изъяты> а он хочет его убить. Зная его негативное отношение 

<

данные изъяты>, ФИО6 попросил его съездить с ним для моральной поддержки, чтобы подстраховать и помочь в критической ситуации, сказав, что даст ему 10 тысяч рублей, чтобы он никому не рассказывал, а всё остальное он сделает сам.

4 или 5 января 2017 года ФИО6 попросил его найти машину, пообещав заплатить водителю за бензин. Он 

<

данные изъяты> через знакомых стал искать водителя с машиной, обещая заплатить 5 тысяч рублей из обещанных ФИО6 ему 10 тысяч рублей. 

11 января через Ф., которой в шутку сказал, что работает киллером, он вышел на М., попросив отвезти их за 2 тысячи рублей. Вечером он сел в машину друга М., они забрали ФИО6 и приехали на парковку недалеко от дома К. Обойдя 

<

данные изъяты>, они пришли с ФИО6 к дому ФИО7 придумал план, как выманить К. из дома, и дал ему молоток для подстраховки, чтобы в критический момент разнять их, припугнуть К. и оттащить ФИО6. По предложению ФИО6 он спрятался за автомобилем 

<

данные изъяты>, а ФИО6 стал стучать по машине К. 

Когда на звук сигнализации потерпевший выбежал из дома, ФИО6 предупредил его, что тот с ножом, и отбежал примерно на 3 метра. Когда К. пробегал мимо него, он заметил у него нож и захотел отнять его. К., зацепившись, упал на заднее место, а он подбежал к нему сзади и замахнулся молотком, сделав сильный замах. В этот момент он увидел, что нож у К. выпал из рук, и попытался переправить удар, чтобы не задеть его, т.к. у него не было умысла бить его молотком. От сильного замаха рабочая часть молотка отлетела в сторону, и он не помнит, нанёс ли удар К. Он не исключает, что мог ударить его молотком в область затылка, и повреждение, обнаруженное экспертом в области затылка К., могло образоваться от его действий. Когда он замахивался молотком, поскользнулся и, пытаясь найти равновесие, выронил деревянную часть молотка и опёрся руками о плечи К., чтобы не упасть. В этот момент подбежал ФИО6 к К. с ножом и ударил его 2-3 раза, когда его руки были на К. При этом от действий ФИО6 у него образовалась рана на пальце руки. Потерпевший был ростом выше его на две головы, не пытался встать, когда его руки были на его плечах, просто сидел. 

Он отскочил от К., т.к. был в шоке от того, что на его глазах убивают человека. Услышав крики из окна, он одёрнул ФИО6 со словами: «Хватит! Прекрати!», и они побежали к машине. Во время совершения преступления на нём был шарф, а на лице ФИО6 «бандана».

Вечером с 16 до 19 часов ФИО6 передал ему 10 тысяч рублей 

<

данные изъяты> за молчание и за то, что он побыл с ним рядом. Он не спрашивал, где ФИО6 взял деньги, только понял с его слов, что его попросила 

<

данные изъяты>, как узнал позже, зовут её Жанна. На следующий день он передал М. 2 тысячи рублей.

Подсудимая ФИО2 показала следующее.

Она не склоняла ФИО6 к убийству 

<

данные изъяты>. Во время преступления проснулась от того, что сработала сигнализация автомобиля 

<

данные изъяты>, стоявшего на расстоянии около 15 метров от их окна в хорошо просматриваемом месте. 

<

данные изъяты> встал, открыл окно и крикнул: «Уйди от машины!». От крика проснулась их 

<

данные изъяты> дочка и стала плакать. Она стала успокаивать дочь, а 

<

данные изъяты> вышел из квартиры. Она не подходила к окну пока успокаивала дочку. Мысль подойти к окну с дочкой на руках у неё не возникла. Крик 

<

данные изъяты>, который слышал свидетель М., она не слышала. Уложив дочку спать, она минут через 10 после ухода 

<

данные изъяты>, подошла к окну, но никого не увидела. Выйдя из подъезда, и, встретив сильно напуганную К., она стала звать 

<

данные изъяты>, но никто не отзывался. Подойдя к автомобилю 

<

данные изъяты>, увидела его труп. На его лице, шее и куртке была кровь, признаков жизни он не подавал. Рядом лежал нож. К. сказала ей, что скорую помощь и полицию уже вызвали, и она позвонила Е.К., сообщив, что И. убили.

После приезда сотрудников полиции в её присутствии была осмотрена машина 

<

данные изъяты> и их квартира. Происхождение обнаруженного в машине на переднем пассажирском сиденье 

<

данные изъяты>, объяснить не может. Вечером перед преступлением 

<

данные изъяты> приезжал на машине с дочкой, чтобы забрать её с работы, и она этого 

<

данные изъяты> не видела. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

Когда на очной ставке с ним он указал на её причастность к убийству 

<

данные изъяты>, она была в недоумении. Он дал ложные показания. После убийства 

<

данные изъяты> у неё с ФИО6 произошло 4 конфликта. Первый в феврале 2017 года, когда ФИО6 проживал у неё в квартире и воспользовался без её согласия машиной 

<

данные изъяты>, допустив превышение скоростного режима. Они поругались, и ФИО6 уехал от неё. Затем в апреле 2017 года они с ФИО6 поругались из-за того, что она отказалась в подарок 

<

данные изъяты> оплатить его обучение в автошколе, а дала на это деньги взаймы. Летом 2017 года ФИО6 психанул, узнав о том, что она выставила на продажу из-за долгов свою квартиру

<

данные изъяты>. Сам ФИО6 не работал

<

данные изъяты>. В начале октября 2017 года ФИО6 предъявил ей претензии, узнав о том, что она с дочкой собралась поехать на море, т.к. тоже хотел с ними поехать. Этими обидами она объясняет показания ФИО6 против неё.

<

данные изъяты> 

Она не обращалась к ФИО6 с просьбой разрешить конфликт 

<

данные изъяты>. В декабре 2016 года у неё с ФИО6 не было конфликтов, были нормальные отношения. Почему в этот период ФИО6 рассказал Б. о её обращении к нему с просьбой об убийстве 

<

данные изъяты>, она объяснить не может. О звонке ФИО6 на её телефон 11 января 2017 года в 21:39 она узнала только на следствии, т.к. не разговаривала с ним, а ответила ему, возможно, её малолетняя дочь.

После конфликта ФИО6 с 

<

данные изъяты> в декабре 2016 года ФИО6 

<

данные изъяты> написал ей о намерениях побить его с ребятами и проткнуть колёса на его автомобиле. После убийства 

<

данные изъяты> ФИО6 проживал некоторое время у неё в квартире по её просьбе, т.к. она боялась находиться дома одна. Он жаловался, что его вызывают к следователю, и, опасаясь, что следствие увидит его переписку с ней, попросил её оплатить 1000 рублей хакеру за удаление его переписки. Она согласилась, т.к. не могла предположить, что он причастен к убийству 

<

данные изъяты>. В этой переписке она не помнит сообщений ФИО6 о намерениях убить 

<

данные изъяты>. 

Она наняла ФИО6 адвоката, когда его вызывали на допросы к следователю в качестве свидетеля, т.к. ФИО6 раздражали вызовы к следователю, а у неё была заинтересована в том, чтобы адвокат решил вопрос с возвращением некоторых личных вещей, изъятых при обыске. Узнав о задержании ФИО6 по подозрению в совершении убийства 

<

данные изъяты>, она расторгла соглашение с его адвокатом.

Она действительно писала К.Е. сообщение о задержании парня, который был с 

<

данные изъяты> ФИО6, и о том, что сама готовится к задержанию, чтобы та присмотрела за её малолетней дочерью, т.к. после задержания ФИО6 адвокат ей сказал, что её тоже могут задержать. 

Виновность всех подсудимых, помимо показаний подсудимых ФИО3 и ФИО5 О., данных в суде, подтверждается их показаниями, данными при производстве предварительного расследования, показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями экспертов, иными документами, результатами ОРД и вещественными доказательствами.

Как следует из материалов уголовного дела, первым по подозрению в совершении преступления был задержан 4 октября 2017 года ФИО5 З.Р.О. и после полученных от него сведений о причастности к преступлению ФИО3, тот был задержан вечером того же дня (том 12 л.д.15-18,135-138).

Из показаний подсудимого ФИО5 О., данных при производстве предварительного расследования, оглашённых в соответствии с пунктом 1 части первой статьи 276 УПК РФ, суд установил, что в присутствии защитника он показал следующее.

В ходе обыска в его квартире он добровольно в присутствии 

<

данные изъяты> сообщил о том, что 12 января 2017 года совершил убийство К. совместно со своим другом ФИО6. 

В декабре 2016 года либо в начале января 2017 года ФИО6 при встрече рассказал 

<

данные изъяты>, попросил его помощи в том, чтобы проучить 

<

данные изъяты>, сказал, что они его побьют, и им за это заплатят сумму денег. Он дал ФИО6 своё согласие. При следующей встрече в начале января 2017 года ФИО6 предложил убить 

<

данные изъяты> и попросил его помощи – найти автомобиль, на котором приехать на место преступления и уехать обратно, и помочь убить К., чтобы тот не тронул ФИО6. ФИО6 рассказал со слов 

<

данные изъяты> Жанны, что К. надо убить за то, что 

<

данные изъяты>. Он дал своё согласие на помощь в убийстве К. добровольно.

По дороге к месту преступления ФИО6 сообщил, что взял нож и молоток. Когда они прибыли на место преступления, ФИО6 сказал, что о совершении убийства К. его попросила 

<

данные изъяты> ФИО2. Он согласился с планом, предложенным ФИО6, и своей ролью, - спрятаться за машиной и по сигналу ФИО6 нанести удар молотком К. в голову.

Когда он подбежал сзади к упавшему К., нанёс ему один удар молотком по голове сверху вниз металлической плоской частью по волосистой части головы. К. закричал от боли, а он, бросив деревянную рукоятку молотка на снег, положил руки на плечи К., чтобы тот не смог встать. К К. спереди подошёл ФИО6 с длинным кухонным ножом и нанёс удар в область живота. Он не видел, куда приходились последующие удары. 

На следующий день либо через день ФИО6 написал ему 

<

данные изъяты>, что пришли деньги за их работу, они встретились и ФИО6 отсчитал ему 10000 рублей, сказав: «За убийство заплатила Жанна» (том 12 л.д.42-52).

Вину в убийстве К. по предварительному сговору с ФИО6 он признаёт. Это преступление он совершил по просьбе ФИО6, согласившись ему помочь, т.к. выступает против образа жизни, который вёл К. со слов ФИО6. ФИО6 говорил, что им за это заплатят. Он нанёс К. сзади один удар молотком по голове. ФИО6 нанёс несколько ударов ножом К. в живот и в шею, а он лишь положил руки на плечи К., чтобы тот не смог встать. В последующем ФИО6 передал ему 10 тысяч рублей и сказал, что за убийство К. деньги ему дала 

<

данные изъяты> ФИО2 (том 12 л.д.62-64).

В судебном заседании подсудимый ФИО5 Р.З.О. подтвердил свои оглашённые показания о том, что ФИО6 ему сказал, что деньги отдала ему Жанна. Он не подтвердил показания о своих действиях в части нанесения удара молотком по голове потерпевшего, заявив о том, что давал следователю показания такие, как в суде, но следователь занёс в протокол иные сведения, а он протокол не читал.

Данное заявление подсудимого ФИО5 О. опровергается содержанием протоколов его допросов, указывающих на то, что в присутствии защитника он прочитал содержание протоколов лично и замечаний по поводу содержания его показаний, изложенного следователем при помощи компьютера, в протоколы своих допросов не внёс.

Кроме того, после сделанного заявления, подсудимый ФИО5 Р.З.О. дополнил свои показания, данные на следствии и в суде, тем, что замахнулся молотком, находясь сзади потерпевшего, т.к. увидел в его руке нож. Он не целился молотком в голову потерпевшего, нанёс удар молотком по голове неумышленно и неосознанно.

Из протокола проверки показаний обвиняемого ФИО5 О. на месте от 4 октября 2017 года следует, что он указал маршрут их с Астафьевым движения 

<

адрес>. Подтвердив свои показания о плане убийства, предложенном ФИО6, с которым он согласился, ФИО5 указал место преступления и продемонстрировал на манекене как нанёс один удар молотком по голове потерпевшего К.И.А. и механизм нанесения ФИО3 ударов ножом потерпевшему. При этом он пояснил, что от его удара металлическая часть слетела с рукоятки молотка, а К. успел ножом нанести удар ему по руке, порезав палец (том 12 л.д.85-119).

В судебном заседании в этой части содержание данного протокола подсудимым ФИО5 Р.З.О. не оспорено.

Согласно протоколу очной ставки между обвиняемым ФИО5 Р.З.О. и подозреваемым ФИО3 от 04.10.2017, ФИО5 подтвердил свои показания о спланированном совместно с ФИО6 убийстве К., о нанесении потерпевшему одного удара молотком по голове, удерживании его руками за плечи, чтобы потерпевший не мог подняться. При этом он сообщил, что порез на его пальце руки образовался от действий К. Кроме того, он подтвердил свои показания о том, что со слов ФИО6 ему стало известно, что преступление попросила совершить 

<

данные изъяты>, пообещав за это деньги, и о передаче ему ФИО6 10000 рублей.

Подозреваемый ФИО3 во время очной ставки подтвердил показания обвиняемого ФИО5 в полном объёме, отказавшись от дачи показаний (том 12 л.д.180-182).

Показания обвиняемого ФИО5 О. о соучастии в убийстве К.И.А. согласуются с протоколом обыска в его жилище и с показаниями свидетелей Б.Р.А.К. и Б.Ф.З.О. 

<

данные изъяты>, данных в суде и при производстве предварительного расследования.

Так, из протокола обыска от 4 октября 2017 года суд установил, что в присутствии 

<

данные изъяты> ФИО5 Р.З.О. сообщил о совершённом совместно с ФИО9 преступлении в ночь с 11 на 12 января 2017 года. В ходе обыска были изъяты вещи ФИО5 О. (том 8 л.д.54-72).

В судебном заседании подсудимый ФИО5 Р.З.О. подтвердил сведения, изложенные в указанном протоколе, пояснив, что по просьбе 

<

данные изъяты> он добровольно во время обыска написал явку с повинной. 

В этой части его показания подтверждаются документом, названным явка с повинной, от 04.10.17, из которого следует, что сообщение о преступлении было сделано ФИО5 Р.З.О. в письменном виде добровольно в присутствии 

<

данные изъяты> до задержания по подозрению в совершении преступления (том 12 л.д.8).

Из показаний свидетелей Б.Р.А.К. и Б.Ф.З.О. следует, что при производстве обыска в их квартире 4 октября 2017 года, узнав от сотрудников полиции о том, что Ренат подозревается в совершении убийства, они попросили его рассказать правду по поводу этого подозрения. При этом содержание сообщения ФИО5 О. о совершённом преступлении каждый из них передал суду по-разному.

Свидетель Б.Ф.З.О. Б.Ф.З.О. показал о том, что 

<

данные изъяты> Ренат рассказал, что к нему обратился товарищ Дмитрий с просьбой помочь поговорить 

<

данные изъяты>. Они приехали к дому 

<

данные изъяты>, где Дмитрий стал пинать машину. Выскочил мужчина с ножом. У 

<

данные изъяты> в руках был молоток, который ему дал Дмитрий, но о своих действиях 

<

данные изъяты> толком не рассказал. Дмитрий нанёс мужчине удары ножом, 

<

данные изъяты> стал его оттаскивать от мужчины, но тот оттолкнул 

<

данные изъяты> и продолжил бить потерпевшего ножом, после чего они убежали. 

Свидетель Б.Р.А.К. показала о том, что 

<

данные изъяты>, сообщая о совершённом убийстве, сказал, что не помнит, ударил молотком потерпевшего или нет.

Из показаний свидетелей Б., данных при производстве предварительного расследования, оглашённых в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, суд установил следующее. 

После разъяснения им следователем права не свидетельствовать против своего близкого родственника, они добровольно сообщили о том, что по их просьбе ФИО5 рассказал, что ночью 12 января 2017 года нанёс молотком удар по голове К., после чего его друг ФИО6 нанёс К. удары ножом (том 2 л.д.156-157, 162-163).

Показания этих свидетелей в судебном заседании о том, что ФИО5 Р.З.О. не говорил о нанесении удара молотком, а протоколы своих допросов они не читали, суд оценивает, как надуманные, вызванные стремлением помочь своему близкому родственнику избежать уголовной ответственности либо смягчить её. Протоколы их допросов указывают на то, что свидетели Б. их прочитали лично и замечаний на содержание протоколов не имели.

Кроме того, показания подсудимого ФИО5 О., данные при производстве предварительного расследования, подтверждаются результатами осмотра вещественного доказательства – диска с содержанием его переписки в сети интернет 

<

данные изъяты>.

По результатам осмотра этого вещественного доказательства и из пояснений подсудимого ФИО5 О. суд установил следующее.

ФИО5 Р.З.О. общался в этом интернет ресурсе под именем 

<

данные изъяты>.

С 6 января 2017 года он активно вёл поиск автомобиля, на котором намеревался с ФИО3 приехать к месту преступления и покинуть его после убийства К., обещая оплатить услуги водителя в сумме 5000 рублей.

В этот день в 13:56 пользователю 

<

данные изъяты> он предложил заработать 5 тысяч рублей за поездку, отвезти его «на дело» с пацаном 

<

данные изъяты>, сообщив о заказе одного человека, и содержании заказа: «грохнуть и сделать как несчастный случай». Разъяснив 

<

данные изъяты> его роль: «Ты просто привезёшь и отвезёшь, мы с пацаном остальное сделаем сами», и пообещал произвести оплату после того, как «они с пацаном сделают дело».

Пользователю 

<

данные изъяты> ФИО5 в поисках человека, который смог бы за 5000 рублей подвезти их ночью и отвезти обратно, также сообщил о «заказе одного человека». В ответ на её предупреждение 

<

данные изъяты> и предостережение не лезть и не губить себя, ФИО5 сообщил: «Там платят хорошо, алиби будет, и сделают как несчастный случай или в лес увезут».

Пользователю 

<

данные изъяты> ФИО5 сообщил следующее: «Есть дело. ФИО8 нужна. Сможешь нас с пацаном отвезти за 5 тысяч 

<

данные изъяты>? Дело на 2 часа, 5 тысяч на карту на следующий день или лично отдам. Мне с другом заказали человека, «водила» нужен, чтобы нас отвёз после дела».

7 января 2017 года ФИО5 продолжил поиски машины, в частности сообщив пользователю 

<

данные изъяты> о том, что нужен водитель, чтобы во вторник отвезти 

<

данные изъяты> туда и обратно, а на следующий день будет оплата 5000 рублей. 

9 января 2017 года в период с 21:05 до 21:34 пользователю 

<

данные изъяты> ФИО5 сообщил о том, что у него на ночь дело есть и ему надо водителя найти. На её вопрос, чем он занимается, ФИО5 ответил: «Убиваю по заказу мужиков из-за денег, нравится и легко».

В 21:08 пользователю 

<

данные изъяты> ФИО5 сообщил: «

<

данные изъяты>, у нас с пацаном заказ, нужно мужика укокошить».

10 января 2017 года ФИО5 сообщил пользователю 

<

данные изъяты> о том, что ночью ему надо будет уехать, водитель его будет встречать 

<

данные изъяты>. В вечернее время ФИО5 сообщил ему о переносе поездки на следующий день.

11 января 2017 года в период с 21:26 до 21:35 ФИО5 попросил помощи у М. в том, чтобы отвезти 

<

данные изъяты> в период с 00 до 02 часов. После того, как они пообщались по телефону, ФИО5 сообщил М. о том, что будет ждать 

<

данные изъяты>.

12 января 2017 года в 02:26 ФИО5 сообщил пользователю 

<

данные изъяты> о том, что едет домой.

В 02:40 он сообщил пользователю 

<

данные изъяты> о том, что молоток забыл, и рассказал следующие подробности совершённого преступления:

«Приехали, думали, что и как. Начали машину бить. В итоге его ножом, а я молоток оставил. Ему раз 15 ножом ударили (нецензурно). Он тоже выбежал с ножом, меня царапнул. Мы с Димоном ходили, ржали. Я был в обычных перчатках. Молоток оставил рядом с ним, у него головка вылетела, и я начал его руками бить (нецензурно). С балкона кричали: «Хватит». Дима его ножом, а я руками. А как кровь хлестала. Завтра царапину покажу, перчатку порезал». 

В 3:04 ФИО5 сообщил этому пользователю: «Завтра денежка будет. Заберу деньги вечером», и рассказал о том, что 8 тысяч планирует оставить, т.к. копит деньги на получение водительского удостоверения после службы в армии, а на 2 тысячи предложил погулять. Кроме того, он сообщил следующие подробности убийства: «Он весь в крови был, 4 удара в глотку, остальные по телу. Я прыгнул два раза. Мы угарали» (том 7 л.д.152, индивидуальный номер пользователя 

<

данные изъяты> №, файл №, распечатка сообщений приобщена к протоколу судебного заседания). 

В судебном заседании содержание своей переписки подсудимый ФИО5 Р.З.О. объяснил стремлением повысить свою значимость в глазах знакомых, для чего он приукрашивал ситуацию. 

По содержанию своей переписки подсудимый Балаевв Р.З.О. показал следующее.

О том, что планируемое убийство они хотят завуалировать несчастным случаем, он сообщил в сети, чтобы было правдоподобно. Он преувеличивал свои сообщения о том, что им с ФИО6 заказали убийство, воспринимая слово «попросила» как слово «заказали». Сообщая пользователю 

<

данные изъяты> об обстоятельствах убийства, он повысил свою значимость и самооценку, приукрасив свои действия. О том, кем работал К., он узнал от ФИО6. О том, что 10 тысяч рублей он получит на следующий день после преступления, ему сказал ФИО6. При первой встрече ФИО6 сказал ему о том, что преступление они совершат ночью. Окончательный план убийства ФИО6 сообщил на месте преступления. 

Эти показания о планируемой дате получения им денег за соучастие в преступлении, наряду с показаниями подозреваемого ФИО5 О. об этом обстоятельстве («либо на следующий день, либо через день»), приведённые выше (том 12 л.д.51), и содержание сообщения ФИО5 О., отправленного пользователю 

<

данные изъяты> 12.01.2017 в 3:04 («завтра денежка будет, заберу деньги вечером»), опровергают его показания об этом, данные в суде («вечером после убийства»), и показания подсудимого ФИО9 о дате передачи им денег ФИО5 (вечером в день преступления с 16 до 19 часов). 

Указанные выше сведения подтверждают показания подозреваемого ФИО3 о дате передачи ему денег ФИО2, приведённые ниже (на следующий день после убийства).

Показания обвиняемого ФИО5 О., касающиеся образования раны пальца руки, подтверждаются заключением эксперта №, согласно которому при его освидетельствовании 4 октября 2017 года на 3 пальце правой кисти зафиксирован рубец. Учитывая морфологические особенности рубца, вероятнее всего, он является исходом имевшейся на данном пальце раны, которая могла возникнуть 12.01.2017 года (том 11 л.д.34-36).

Из показаний 

<

данные изъяты> обвиняемого ФИО3 от 12 октября 2017 года, оглашённых в соответствии с пунктом 1 части первой статьи 276 УПК РФ, суд установил, что в присутствии защитника

<

данные изъяты> он показал следующее.

В середине декабря 2016 года при встрече 

<

данные изъяты> ФИО2 стала жаловаться на И., 

<

данные изъяты> и попросила помочь его убить. Он ответил согласием, понимая, что совершит преступление и понесёт наказание. 

Через время Жанна позвонила и попросила помочь убить И., сказав, что заплатит ему 30000 рублей за убийство, и он дал ей своё согласие. 

При встрече с другом ФИО5 в конце декабря 2016 года он рассказал ему о проблеме Жанны, попросил его помочь убить К. и предложил ему за убийство 10000 рублей, сказав, что за убийство платит Жанна. Тогда он уже определил сам место преступления около дома К., и предложил ФИО5 убить И. после новогодних праздников.

После того, как И. выбежал на улицу, а ФИО5 спрятался за машиной, он начал отбегать назад, для того, чтобы И. пробежал между машинами за ним, а ФИО5 его уронил. Пробегая между машинами, И. упал. ФИО5 положил ему руки на плечи, чтобы тот не мог встать, а И. взмахами ножа порезал ФИО5 руку. Он подбежал к И. и нанёс своим ножом несколько ударов в область живота и другие части тела. 

На следующий день они с Жанной встретились у А., где на лестничной площадке та отдала ему 30000 рублей, отблагодарив за убийство И. В тот же день он позвонил ФИО5 и около 20:30 

<

данные изъяты> он передал ФИО5 10000 рублей из тех денег, что дала ему Жанна (том 12 л.д.196-205).

Убийство К.И. он совершил по просьбе ФИО2, за что она передала ему 30000 рублей. До просьбы Жанны он убийство не планировал, она подтолкнула его к убийству. ФИО2 знала, что он негативно относился к К.И., и поэтому обратилась к нему с просьбой его убить. После убийства, когда он был у Б., Жанна передала ему деньги за совершённое преступление. В какой именно день он приезжал, точно не помнит (том 12 л.д.220-224).

В ходе проверки показаний на месте обвиняемый ФИО3 указал место совершения преступления и подтвердил свои предыдущие показания о том, что в декабре 2016 года ФИО2 обратилась к нему с просьбой об убийстве К., пообещав ему за убийство 30000 рублей. Находясь на месте преступления, он указал место, где стоял автомобиль К.И.А. 

<

данные изъяты>, повторил свои показания о разработанном им плане преступления и роли в нём ФИО5, продемонстрировал свои действия на манекене, и действия ФИО5 (том 13 л.д.1-15).

Обвиняемый ФИО3 также указал следующие места:

- место, где приискал 10.01.2017 орудия преступления – нож кухонный и молоток;

- место 

<

данные изъяты>, где передал ФИО5 10000 рублей за убийство К. из 30000 рублей, полученных после убийства от ФИО2;

- место, где ФИО2 передала ему деньги за убийство К. в сумме 30000 рублей (том 13 л.д.20-27).

На очной ставке между обвиняемыми 11 декабря 2017 года обвиняемый ФИО3 подтвердил свои предыдущие показания об убийстве К.И.А., совершённом совместно с ФИО5 по просьбе ФИО2 за вознаграждение в сумме 30000 рублей. Обвиняемая ФИО2 не подтвердила его показания (том 13 л.д.146-153).

В судебном заседании подсудимый ФИО3 заявил об оговоре ФИО2 при своих допросах и проведении указанных следственных действий, заявив, что затаил зло на неё с середины лета 2017 года, когда узнал о её намерении продать за долги свою квартиру

<

данные изъяты>. Когда его задержали 4 октября, он понял, что, если не расскажет о том, что его попросила Жанна, та узнает, что он убил 

<

данные изъяты> и продаст квартиру из злобы. Он рассказал ФИО5 о том, что ФИО2 просила его разобраться с К., а не убить, и не говорил о том, что она оплатила убийство. Он сказал ФИО5, что хочет убить К. Если бы он сказал, что это его инициатива, то ФИО5 бы с ним не поехал и не стал помогать. Поэтому он рассказал ФИО5 всё о поведении К.

<

данные изъяты>

Показания подсудимого ФИО3 об оговоре ФИО2 суд оценивает, как надуманные, вызванные стремлением помочь 

<

данные изъяты> избежать уголовной ответственности и наказания. В декабре 2016 года, как следует из показаний подсудимых ФИО3 и ФИО2, между ними были хорошие отношения. Поэтому, когда ФИО6 в указанный период предлагал ФИО5 соучастие в планируемом убийстве К.И.А., у него не было оснований оговаривать её перед ФИО5 в подстрекательстве к совершению убийства по найму и в намерениях оплатить это преступление. 

Его показания о причине оговора суд также оценивает как надуманные. Из показаний свидетелей В.А.Е. и А.Е.М. суд установил, что 

<

данные изъяты>. 

Приведённые в приговоре показания обвиняемого ФИО3 подтверждаются показаниями свидетеля А.Е.М., данными при производстве предварительного расследования, оглашёнными в соответствии с ч.4 ст.281 УПК РФ, в виду отказа от дачи показаний в суде, о следующем.

В её присутствии при допросе 

<

данные изъяты> Дмитрий полностью признал вину в том, что совместно с ФИО5 Ренатом совершил убийство К.И., о котором его попросила 

<

данные изъяты> ФИО2, пообещав 30000 рублей. Рядом с их домом есть деревянный гараж-сарай, где хранились старые инструменты, в том числе молотки и ножи. У 

<

данные изъяты> были тёмно-синие джинсы, куртка с капюшоном, белые кроссовки, бандана и перчатки до 12 января 2017 года. После этого дня она этих вещей не видела. 

<

данные изъяты>

Она подтверждает показания 

<

данные изъяты> о том, что тот приезжал к Б., т.к. на следующий день после этого Жанна в телефонном разговоре сказала ей: «Вчера Диман приезжал, заехал посочувствовать». На момент разговора Жанна проживала у Б., поэтому она поняла, что 

<

данные изъяты> приезжал к ним 

<

данные изъяты> (том 2 л.д.153-155).

<

данные изъяты>

В судебном заседании свидетель А.Е.М. подтвердила оглашённые показания.

Показания свидетеля А.Е.М. об отношениях 

<

данные изъяты> с 

<

данные изъяты> Жанной опровергают показания подсудимого ФИО3, данные в суде, об оговоре им ФИО2

Показания свидетеля А.Е.М. о телефонном звонке ФИО2, из которого она узнала о встрече ФИО2 с ФИО3 в квартире Б., согласуются со сведениями о детализации телефонных соединений. Они указывают на то, что А.Е.М. звонила ФИО2 14 января 2017 года в 8:56 (том 7 л.д.53 диск со сведениями телефонных соединений ФИО2).

Из показаний свидетеля В.А.Е., данных в суде и при производстве предварительного расследования (том 2 л.д.210-212), оглашённых на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтверждённых им в судебном заседании, суд установил следующее.

От ФИО9 через 3-4 месяца после похорон К.И. ему стало известно, что тот убил К. по просьбе 

<

данные изъяты> Жанны, которая рассказывала ФИО6, что 

<

данные изъяты>. ФИО6 рассказал ему, что 

<

данные изъяты>.

Данные показания свидетеля В.А.Е. подтверждают показания обвиняемого ФИО3 об убийстве К.И.А. по просьбе ФИО2, и опровергают его показания в суде о мотиве совершённого им преступления и оговоре им ФИО2 

Из показаний потерпевшей К.Е.А. следует, что об убийстве К.И. она узнала около 2 часов ночи 12 января 2017 года от 

<

данные изъяты> ФИО2. Придя к месту происшествия, она увидела тело 

<

данные изъяты>, лежащее в крови у своей машины, в хорошо освещаемом месте. Со слов Жанны узнала о том, что после того, как ночью сработала сигнализация автомобиля 

<

данные изъяты>, тот крикнул кому-то через окно, чтобы отошли от машины, и выбежал на улицу. Через несколько минут Жанна вышла на улицу, встретив соседку, которая вызвала скорую помощь и полицию. 

В 2015 году 

<

данные изъяты> приобрёл в ипотеку квартиру, оформив её в собственность, в которой стал проживать 

<

данные изъяты>. После приобретения квартиры отношения 

<

данные изъяты> испортились, между ними происходили неоднократные ссоры. После убийства она узнала 

<

данные изъяты>, что 

<

данные изъяты> оформлял страхование жизни при покупке квартиры, о чём знала Жанна, и страховая компания рассчиталась с банком по ипотечной задолженности.

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

Показания потерпевшей К.Е.А. согласуются с медицинскими документами, представленными главным врачом 

<

данные изъяты> о диагнозе заболевания К.И.А., по поводу которого он проходил лечение с 17 по 26 декабря 2016 года, и о результатах лабораторных исследований его мочи и крови. Эти документы не содержат сведений об отравлении К.И.А. (том 28 л.д.162-165).

Показания подсудимых ФИО3 и ФИО5 О., данные в суде и в досудебном производстве, о месте, времени и способе совершения убийства согласуются с показаниями очевидцев преступления – свидетелей К., М.А.В. и Л.О.Н.

Так, из показаний свидетеля К.И.С. следует, что около 01 часа 30 минут ночи 12 января 2017 года она услышала шум автомобильной сигнализации, выглянула в окно и увидела первого человека среднего роста, стоявшего у автомобиля под фонарём. Этот человек пытался что-то сделать с машиной, на которой срабатывала сигнализация. Это длилось несколько минут. Затем она увидела потерпевшего, идущего вдоль дома № к этой машине. Когда потерпевший проходил между этой машиной и стоявшим рядом 

<

данные изъяты>, а первый человек начал отбегать, потерпевший повалился на землю лицом вниз у задней части своей машины и сразу из-за 

<

данные изъяты> появился третий человек. У неё создалось впечатление, что третий человек прятался 

<

данные изъяты> и подставил потерпевшему подножку. Третий человек ростом был пониже первого. Она увидела, как он, взмахивая руками, бил по спине потерпевшего, находившегося спиной к третьему человек на коленях и упиравшегося руками, а к ним приближался первый человек. Она пошла в комнату родителей, чтобы сообщить о случившемся, а когда вернулась к окну через 1-2 минуты, увидела потерпевшего, лежащего на спине в метре от того места, где он упал, и убегающих первого и третьего человека. Она выбежала на улицу, окликнула потерпевшего, но он не подавал признаков жизни. Рядом с ним лежали нож, ручка от молотка и металлическая часть молотка. Из дома вышла подсудимая ФИО2, стала кричать: 

<

данные изъяты> и подбежала 

<

данные изъяты>, а она стала её успокаивать. Подсудимая кому-то позвонила и сказала: «Убили». Спустя 5-10 минут приехала полиция. 

Показания свидетеля К.И.С. о нанесении одним из нападавших ударов руками потерпевшему согласуются с сообщением ФИО5 О. в сети 

<

данные изъяты> пользователю 

<

данные изъяты> о том, что он бил потерпевшего руками после того, как оставил молоток.

Согласно показаниям свидетеля К.Г.Г., когда её разбудила 

<

данные изъяты> и сообщила, что под окнами избивают человека, она посмотрела в окно и увидела, как две чёрные фигуры убегают в сторону дома №. 

<

данные изъяты> побежала к месту происшествия, а она стала вызывать полицию и скорую помощь.

Из показаний свидетеля М.А.В. следует, что в ночь на 12 января 2017 года он проснулся от звука работавшей автомобильной сигнализации. В окно он увидел двух человек, ходивших возле машины, на которой работала сигнализация, и парня, бежавшего от дома № к этому автомобилю. В этот момент один человек остался стоять возле машины, а другой спрятался между машинами у колеса. Он переместился к окну в комнате 

<

данные изъяты>, из которого увидел, как один парень держал стоявшего потерпевшего сзади, а другой, стоявший напротив потерпевшего, бил его. Это происходило рядом с машиной, на которой сработала сигнализация. На нападавших лицах были шапки и капюшоны. Он крикнул в окно, что вызовет полицию, но те не прекращали свои действия, а потерпевший закричал: «Вызывай!». Он пошёл звонить в полицию, а 

<

данные изъяты> звонила в скорую помощь. После этого он выглянул в окно, и увидел, что потерпевший лежал в том месте, где его били. Через 3 минуты из дома выбежала девчонка и стояла рядом с потерпевшим. Он сообщил ей о том, что вызвал полицию и скорую помощь.

Согласно показаниям свидетеля Л.О.Н., 

<

данные изъяты> она в окно видела двух парней, стоявших у автомобиля. Один из них ростом пониже в «дутой» болоньевой куртке, сидел у колеса автомобиля, а второй повыше, сухощавый, стоял возле автомобиля. К этому автомобилю бежал житель дома № И., у него что-то было в руке. Потом он пропал из виду, и она отвлеклась. Через 2-3 минуты она увидела И. стоящим под их окном. Один парень стоял к нему лицом, а второй стоял сзади И.. 

<

данные изъяты> подумал, что И. собираются бить и крикнул в окно, что вызывает полицию. После того как она позвонила в полицию и в скорую помощь, выглянула в окно и увидела И., лежащим на снегу, и убегающих парней. Возле И. появилась девушка, а потом прибежала ещё одна, упала и стала голосить. 

Из показаний свидетеля Т.А.Е., данных при производстве предварительного расследования, оглашённых с согласия сторон, следует, что 12 января 2017 года в период с 01 часа до 01 часа 30 минут она видела двух мужчин под рябиной за припаркованным автомобилем. Первый мужчина был среднего роста, коренастого телосложения, в куртке светло-голубого цвета с капюшоном на голове, закрывал лицо шарфом тёмного цвета с белыми или светлыми буквами. Второй мужчина был ростом выше среднего, худощавого телосложения, в куртке тёмного цвета с капюшоном, закрывал лицо шарфом тёмного цвета с белыми или светлыми буквами (том 2 л.д.33-37).

Из показаний свидетелей М.И.Е. и Д.Л.В. следует, что они приехали на место происшествия в составе бригады скорой медицинской помощи. Место, где М.И.Е. зафиксировал наступление смерти К.И.А. до их прибытия, освещалось фонарём. На трупе М. увидел повреждения криминального характера. Рядом с трупом он увидел металлическую часть молотка, отделённую от деревянной рукоятки.

Согласно показаниям свидетелей Н.В.М. и В.М.М., данным при производстве предварительного расследования, оглашённым с согласия сторон, 12 января 2017 года около 01 часа 45 минут от оперативного дежурного они получили сообщение о ножевом ранении 

<

адрес>. На служебном автомобиле через 5-10 минут они прибыли на место, где увидели труп мужчины, лежащего на спине, под ним была лужа крови. Рядом лежал кухонный нож, деревянная рукоятка от молотка и металлический наконечник от молотка. У трупа стояли две женщины - 

<

данные изъяты> погибшего и соседка, которая видела из своего окна часть драки. Она рассказала, что видела в окно двух молодых людей, которые избивали потерпевшего (том 2 л.д.40-41,44-45).

Из протокола осмотра места происшествия от 12 января 2017 года суд установил следующее.

На участке местности 

<

адрес> в 2-х метрах от багажника припаркованного автомобиля 

<

данные изъяты> (принадлежащего потерпевшему) обнаружен труп К.И.А., лежащего на спине, с множественными колото-резаными ранами левой боковой поверхности шеи, наружной поверхности левого плеча, левой боковой поверхности грудной клетки. Рядом с трупом были обнаружены и изъяты деревянная рукоятка молотка, металлическая часть молотка, нож. В ходе осмотра взяты смывы вещества бурого цвета (том 1 л.д.120-141).

Из показаний свидетеля Ф.А.И., данных в суде и досудебном производстве (том 2 л.д.232-235), оглашённых в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что в январе 2017 года её знакомый ФИО5, зарегистрированный в социальной сети 

<

данные изъяты>, попросил её найти машину. Он сказал, что работает киллером, ему в 12 часов ночи надо поехать 

<

данные изъяты>, и за это водителю заплатят 4000 рублей. Она восприняла его слова о киллере как шутку. В присутствии ФИО5 она связалась с М. От него ей позже стало известно, что М. подвозил ФИО5 с другом 

<

данные изъяты>.

Согласно показаниям свидетеля М.А.С., данным при производстве предварительного расследования, оглашённым с согласия сторон, 11 января 2017 года вечером ему написала А.Ф. сообщение с просьбой отвезти Рената 

<

данные изъяты>, а тот заплатит за бензин. Он позвонил С.А., у которого был в пользовании автомобиль 

<

данные изъяты>, и тот согласился помочь. Около 23 часов они с С. по просьбе ФИО5 приехали 

<

данные изъяты>, где тот их ждал. По его предложению они проехали за его другом, а потом поехали 

<

данные изъяты>, и около 23 часа 30 минут припарковались на стоянке 

<

адрес>. Ренат и его друг вышли из машины и сказали, что через полчаса вернутся, но они прибежали около 1 часа 50 минут. Он увидел, что у товарища Рената одна рука была в крови, а вторая в пятнах крови. Ренат сказал ему, что завтра отдаст деньги за бензин. Утром 12.01.2017 ему позвонил Ренат около 7 часов, они встретились 

<

данные изъяты>, где ФИО5 отдал ему 1500 или 2000 рублей (том 2 л.д.174-178).

Подсудимые ФИО3 и ФИО5 Р.З.О. не оспорили показания свидетеля М.А.С.

Суд не доверяет показаниям данного свидетеля в части даты и времени получения им у ФИО5 денег за поездку, оценивая их как недостоверные, поскольку они опровергаются сведениями о дате и времени телефонных сообщений между ними.

Согласно сведениям, предоставленным оператором сотовой связи, содержащимся в осмотренном вещественном доказательстве, после совершения преступления первое соединение между М.А.С. и ФИО5 Р.З.О. состоялось 12 января 2017 года в 17:59, после чего они общались между собой неоднократно до 18:59 (том 7 л.д.96-99).

Из показаний свидетеля С.А.А., данных при производстве предварительного расследования, оглашённых с согласия сторон, следует, что 11 января 2017 года в вечернее время М. попросил отвести его знакомого в 

<

данные изъяты>. Забрав парня, представившего Ренатом, и его друга, они привезли их 

<

данные изъяты>, где те вышли. Они с М. прождали их 1,5-2 часа. Около 01 часа 40 минут Ренат с другом прибежали и крикнули: «поехали!». Через время после поездки М. передал ему тысячу рублей (том 2 л.д.179-181).

Свидетель Б.А.В. показал о том, что об обстоятельствах гибели К.И. узнал 12 января 2017 года от 

<

данные изъяты> ФИО2

<

данные изъяты>. Весь день он ездил с Жанной и К.Е., а вечером в отсутствии К.Е. привозил ФИО2 по её просьбе 

<

данные изъяты>. В эту ночь Жанна ночевала у них в квартире. Вечером в течение 10 минут после приезда в их квартиру, Жанна, могла спуститься в квартиру 

<

данные изъяты>. ФИО6 в тот вечер он в своей квартире не видел. Дверь их подъезда закрывается на ключ, её можно без ключа открыть изнутри подъезда.

Из показаний свидетеля Б.Е.Н., данных при производстве предварительного расследования, оглашённых с согласия сторон, следует, что ФИО2 ночевала у них две ночи. Она точно не помнит, приезжал ли к ним 12.01.2017 ФИО6. После похорон она периодически приезжали к ФИО2, где видела ФИО9, проживавшего у неё. Со слов ФИО2, та пригласила ФИО9 пожить у неё, так как боялась ночевать одна (том 2 л.д.224-225).

Показания свидетелей Б. не опровергают показания обвиняемого ФИО3 о передаче ему ФИО2 30 тысяч рублей на лестничной площадке подъезда дома Б. 

Свидетель Б.А.В. допустил возможность того, что ФИО2 могла выходить из его квартиры в подъезд

<

данные изъяты>. Из его показаний следует, что ФИО2 имела возможность снять деньги с банковской карты 

<

данные изъяты>, к которому он её подвозил вечером 12 января 2017 года, а дверь в их подъезд открывалась изнутри. 

Показания свидетеля А.Е.М. указывают на то, что о встрече 

<

данные изъяты> с ФИО2 в доме Б. она узнала от самой ФИО2. 

Показания подсудимого ФИО5 О. указывают о том, что, передавая ему 10 тысяч рублей, ФИО6 сообщил о получении денег от ФИО2.

При таких доказательствах у суда нет оснований не доверять показаниям обвиняемого ФИО3 об указанном выше обстоятельстве. 

Из показаний свидетеля М.М.Н., допрошенной в суде по ходатайству стороны защиты, следует, что обстоятельства убийства ей стали известны от ФИО2

<

данные изъяты>. Со слов Жанны, когда сработала сигнализация автомобиля, 

<

данные изъяты> в окно увидел двух лиц, но на его крик они не отошли от автомобиля. Тогда он схватил нож и выбежал из квартиры, а когда вышла Жанна, он лежал убитым на снегу. Ей известно, что Жанна любила 

<

данные изъяты> и очень переживала. С её слов ей известно о том, что у него с сердцем было плохо, и в декабре 2016 года он лечился в больнице. Во второй половине 2016 года от Жанны она узнала, что у неё конфликты 

<

данные изъяты> начались 

<

данные изъяты> и высказывала намерения уйти от него. Она видела ФИО6 

<

данные изъяты>, когда тот приходил к ФИО2. Жанна рассказывала ей о ссорах 

<

данные изъяты> из-за накопившихся долгов за её квартиру, 

<

данные изъяты> и Жанна хотела выставить квартиру на продажу. Через 2 месяца после убийства 

<

данные изъяты> у ФИО2 появился молодой человек, который помогал ей с машиной и с ребёнком. 

Согласно протоколу осмотра квартиры К-вых от 12.01.2017, в ходе осмотра изъят мобильный телефон К.И.А. «iPhone 5s» и другие его вещи (том 1 л.д.143-154).

Из протокола осмотра указанного телефона следует, что следователь подробно изложил содержание аудиозаписей разговоров от 25 октября, 12 ноября, 4 декабря и 17 декабря 2016 года между К.И.А. и ФИО2, имевшихся в памяти телефона потерпевшего, и приобщил к протоколу скриншоты смс переписки между ними.

Содержание записи их разговоров указывает на следующее.

<

данные изъяты> 

17 декабря 2016 года во время очередной ссоры в их квартиру приехал наряд полиции, которому К.И.А. сообщил, что находится в состоянии опьянения (том 9 л.д.47, 58-65).

<

данные изъяты>

Из стенограммы телефонных переговоров ФИО3 и ФИО2, полученной в результате оперативно-розыскной деятельности (ОРД), суд установил следующее.

В разговорах 28 января 2017 года ФИО2 интересовалась у ФИО3, когда тот получит от специалиста, пообещавшего уничтожить их переписку, необходимые сведения для перечисления денег за выполнение такой услуги.

На её вопрос, как ФИО6 попросит специалиста удалить переписку: «Чтобы всю переписку с ФИО9 или все сообщения удалит, которые есть?», ФИО3 ответил, что специалист уже всё с серверов удалил. После чего она попросила ФИО6 уточнить: «Он все сообщения, которые были у меня, удалил?», и попросила его об удалении её переписки с Г.К.

После того, как ФИО2 сообщила ФИО3 о переводе денег специалисту, тот сообщил ей, что специалист оплату получил, удалил все переписки со всех серверов, которые восстановить никаким образом не удастся. На это ФИО2 переспросила ФИО3: «В общем, нигде это не обнаружится?», на что тот её успокоил: «Ничего нигде не будет». После этого ФИО2 сообщила ему: «Я хотела ещё с «Viber» удалить. Таскать просто будут опять. Вот сейчас откроют эту переписку. Ладно, тут страшного ничего нет».

16.02.2017 в 17:19 ФИО2 сообщила ФИО3 о том, что от Е.К. узнала, что «следователь точно уже знает, кто совершил преступление, заверил её, 

<

данные изъяты> и она не знает, как тут и чего». ФИО6 её успокоил: «что там дальше будет, посмотрим, панику только не поднимай». После чего ФИО2 просит его: «Напишешь мне, всё нормально или не всё нормально».

Из содержания телефонного разговора ФИО3 с Н.Д. от той же даты в 20:37 следует, что после разговора с ФИО2 он был вызван к следователю, поэтому ФИО2 переживала и просила его сообщить ей о результате вызова (том 14 л.д.183-187).

В судебном заседании подсудимая ФИО2 объяснила свою заинтересованность в удалении её переписки с ФИО6 тем, что переживала за него, допуская, что следователи обнаружат эту переписку, т.к. она являлась свидетельством скандала между ФИО6 и 

<

данные изъяты>. О конфликте ФИО6 с 

<

данные изъяты> она сообщала в переписке К. Поскольку она заплатила деньги за удаление их с ФИО6 переписки, то в записанных разговорах хотела удостовериться в её удалении.

Её показания о причине просьбы ФИО6 по принятию мер к удалению переписки с К., подтверждаются содержанием её сообщений в сети 

<

данные изъяты>, отправленных пользователю 

<

данные изъяты> 22.01.2017, следующего содержания: «Следователи таскать начнут. Дошёл до меня слух, что решили меня на детектор посадить. Я конечно в шоке. Хрен знает, кого они там допрашивают. Мы же ругались, может, кто и сказал. У них теперь все под подозрением».

Кроме того, как следует из переписки ФИО2 от 12 января 2017 года, в период после 12 часов и до 19 часов у неё нет ни одного сообщения с пользователями, а после 19:35 началась активная переписка с различными пользователями. Эти сведения согласуются с показаниями свидетеля Б.А.В. о том, что днём 12 января 2017 года он возил ФИО2 и Е. по вопросам организации похорон. Они позволяют суду поставить под сомнение показания подсудимой ФИО2 о том, что в связи с занятостью в организации похорон она приехала к Б. только около 22 часов, и не встречалась с ФИО6. В период с 19:35 и до 22:46 в этот день она отправила различным пользователям большое количество сообщений, что опровергает её показания о занятости организацией похорон до 22 часов (том 7 л.д.151 диск с пометкой 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, распечатки сообщений приобщены к протоколу судебного заседания).

Согласно протоколам осмотра результатов ОРД - CD-R диска с телефонными разговорами ФИО3 и ФИО2, обвиняемые ФИО3 и ФИО2 подтвердили факт записи их разговоров.

При этом обвиняемый ФИО3 пояснил, что в удалённой из социальной сети 

<

данные изъяты> его переписке с ФИО2 содержалась информация, касающаяся убийства К.И.А., и просьба ФИО2 его убить (том 14 л.д.188-190, 194-196).

Приведённые выше сведения о содержании разговоров ФИО3 и ФИО2 наряду с показаниями обвиняемого ФИО3 и содержанием переписки ФИО2 с пользователем 

<

данные изъяты>, указывают на то, что подсудимая ФИО2 активно принимала меры к уничтожению улик своей причастности к преступлению. Она оплатила услуги специалиста за удаление с сервера всей её переписки с исполнителем убийства 

<

данные изъяты> – подсудимым ФИО6. В переписке с К. она переживала по поводу прохождения «детектора лжи» и возникших у следствия подозрений в её причастности к «заказу» убийства. В телефонных разговорах с ФИО6 она переживала о том, что следствию известны исполнители преступления, и просила его сообщить ей результаты его вызова к следователю.

Проанализировав содержание телефонных разговоров между ФИО2 и ФИО3 по удалению их переписки, суд оценивает как надуманные и противоречивые показания подсудимой ФИО2 в суде о причине удаления этой переписки. Её показания о том, что в этой переписке ФИО6 высказывал угрозу побить с ребятами 

<

данные изъяты> и проткнуть колёса его автомобилю, опровергаются показаниями подсудимого ФИО3, данными в суде и в досудебном производстве, о том, что в переписке он высказывал свои намерения убить К.И. и содержалась просьба ФИО2 его убить. 

При этом показания подсудимого ФИО3, данные в суде, о том, что намерения убить К., о которых он писал ФИО2, возникли у него после конфликтов с потерпевшим, суд оценивает как надуманные и противоречивые. Они противоречат его показаниям о том, что после 13 декабря 2016 года он впервые сообщил ФИО5 о намерении убить К., и опровергаются показаниями подсудимого ФИО5 О. об этом обстоятельстве и показаниями подсудимой ФИО2 о дате конфликта ФИО6 с К. (в период с 27 по 30 декабря 2016 года).

Непостоянные и противоречивые показания подсудимого ФИО3 в суде о мотиве убийства К.И.А. позволяют суду оценить их как надуманные, поскольку они опровергаются его показаниями, данными при производстве предварительного расследования, показаниями подсудимого ФИО5 О. и содержанием переписки ФИО5 в социальной сети 

<

данные изъяты>. 

Изложенные выше показания обвиняемого ФИО3 согласуются с показаниями подсудимого ФИО5 О., данными в суде и при производстве предварительного расследования, о том, что убийство К.И.А. было совершено по инициативе 

<

данные изъяты> подсудимой ФИО2, заплатившей ФИО3 за совершение преступления. Эти показания давались обвиняемым ФИО3 с учётом обвинения в совершении преступления 

<

данные изъяты>, в присутствии 

<

данные изъяты> защитника, 

<

данные изъяты> и оставались неизменными в течение длительного времени в ходе предварительного расследования. Данные показания были им подтверждены и на очной ставке с обвиняемой ФИО2, поэтому у суда нет оснований им не доверять. Эти показания полностью опровергают его показания, данные в суде, относительно изложенных выше обстоятельств.

Активные действия ФИО2, направленные на удаление её переписки с ФИО3 за период, предшествующий убийству 

<

данные изъяты>, и сразу после убийства, опровергают её показания об отсутствии умысла на вовлечение 

<

данные изъяты> ФИО3 в совершение особо тяжкого преступления и отрицании подстрекательства его к убийству К.И.А. 

Показания подсудимой ФИО2 о том, что она не снимала деньги с банковской карты вечером 12 января 2017 года 

<

данные изъяты>, куда по её просьбе её привозил Б., а лишь проверила карту 

<

данные изъяты> на наличие на ней денег, суд оценивает как надуманные, вызванные стремлением избежать уголовной ответственности и наказания.

Показания обвиняемых ФИО3 и ФИО5 О. о передаче ФИО2 30 тысяч рублей за совершённое убийство К.И.А., подтверждённые ФИО5 Р.З.О. в суде, наряду с содержанием сообщений ФИО5 О. в сети 

<

данные изъяты> о заказном убийстве за денежное вознаграждение, согласуются с показаниями свидетеля Б.А.В. о том, что он по просьбе ФИО2 привозил её 

<

данные изъяты> до передачи ею денег ФИО6. Эти показания свидетеля Б.А.В. указывают на наличие у ФИО2 возможности снять деньги для расчёта с ФИО6. Приведённые доказательства в своей совокупности подтверждают виновность ФИО2 в подстрекательстве 

<

данные изъяты> ФИО3 к убийству К.И.А. за вознаграждение в 30 тысяч рублей.

Согласно протоколам выемки от 27.01.2017, 

<

данные изъяты> расположенных недалеко от места преступления, были изъяты видеозаписи камер наружного видеонаблюдения за 12 января 2017 года, скопированные специалистом на DVD-R диск. Согласно протоколу осмотра этих записей, на них зафиксированы силуэты двух молодых мужчин в районе места преступления (том 9 л.д.16-17, 20-21, том 6 л.д.24-27).

В судебном заседании при осмотре скриншотов с указанных записей видеонаблюдения, подсудимый ФИО5 Р.З.О. заявил о том, что узнал себя в одном из мужских силуэтов.

Из протоколов осмотра дисков со сведениями о телефонных соединениях ФИО3, ФИО2 и ФИО5 следует, что 11.01.2017 в 21 час 39 минут на абонентский № ФИО2 поступил входящий звонок с абонентского № ФИО3

В 23 часа 47 минут с абонентского № ФИО5 О. на абонентский № ФИО3 поступило смс-сообщение (том 7 л.д.35-37,58).

В 23 часа 23 минуты и 23 часа 33 минуты с абонентского №, находящегося в пользовании свидетеля М.А.С., на абонентский № ФИО5 О. были сделаны два звонка, а в 23 часа 44 минуты поступило смс-сообщение (том 7 л.д.93-95,102).

Эти сведения подтверждают показания подсудимого ФИО3 о звонке ФИО2 с целью выяснения наличия в квартире потерпевшего К., и указывают на время начала поездки ФИО5 О. в автомобиле С. к месту преступления, и на время его сообщения, отправленного ФИО3

Из заключений эксперта № по результатам исследования трупа К.И.А. суд установил следующее.

Экспертом обнаружены множественные колото-резаные повреждения:

- одно повреждение передней поверхности грудной клетке слева, проникающее в плевральную полость, с повреждением хрящевой части 4-го ребра, верхней доли левого легкого и восходящей части дуги аорты;

- два повреждения боковой поверхности грудной клетки слева, проникающих в плевральную полость, с повреждением нижней доли левого легкого;

- два повреждения левой подмышечной впадины, проникающих в плевральную полость, с повреждением верхней доли левого легкого;

- два повреждения боковой поверхности шеи слева, проникающих в плевральную полость, с повреждением сонной артерии, боковой стенки пищевода;

- одно повреждение надлопаточной области слева, проникающее в позвоночный канал.

Данные повреждения, как в отдельности, так и в совокупности, причинили ТЯЖКИЙ вред здоровью по признаку опасности для жизни. Давность наступления смерти порядка суток до момента регистрации трупных явлений. 

Смерть К.И.А. наступила в результате острой массивной кровопотери от колото-резаных ранений передней поверхности грудной клетки, боковой поверхности грудной клетки слева, левой подмышечной впадины и боковой поверхности шеи слева, проникающих в плевральную полость с повреждением левого легкого, восходящей части дуги аорты, сонной артерии, боковой стенки пищевода, а также от колото-резаной раны надлопаточной области, проникающей в позвоночный канал.

Кроме того, экспертом зафиксированы повреждения, не связанные с наступлением смерти, в виде повреждения затылочной кости (сквозной трещины) в затылочной области справа, колото-резаной раны затылочной области слева, сквозного ранения области левого плеча, резаной раны межпальцевого промежутка, двух ушибленных ран лобной области.

В момент нанесения повреждения К.И.А. мог располагаться как вертикально, так и горизонтально в пространстве.

Механизм образования двух ушибленных ран лобной области – разрыв тканей, сопровождающийся их размозжением вследствие растяжения, вызванного сдавлением или ударом. Они вполне могли образоваться в результате падения из положения стоя, с последующим соударением о твёрдые предметы.

Учитывая морфологические особенности всех повреждений, они носят прижизненный характер и образовались незадолго до наступления смерти. Колото-резаные повреждения могли быть причинены колюще-режущим предметом, которым вполне мог быть клинок ножа, имеющий острие, обух и лезвие.

Всего К.И.А. было причинено 11 колото-резаных повреждений, одно резаное повреждение и две ушибленные раны, а всего 14 травматических воздействий.

Продолжительность жизни потерпевшего после причинения ему проникающих колото-резаных ранений исчислялось промежутком времени от нескольких секунд до нескольких десятков секунд, поэтому в этот промежуток времени К.И.А. не мог совершать целенаправленные действия (том 10 л.д.8-14).

Образование телесных повреждений, обнаруженных у К.И.А., возможно при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО3 при допросе 12.10.2017 и проверке показаний на месте 24.11.2017, а также при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО5 Р.З.О. при допросе и проверке показаний на месте 04.10.2017 (том 11 л.д.122-126).

Из заключения эксперта медика-криминалиста по результатам исследования кожных лоскутов от трупа и молотка, изъятого с места преступления, следует, что колото-резаные ранения на трупе К.И.А. образовались при погружении в тело плоского клинка ножа, обладающего обушком с хорошо выраженными ребрами лезвием. Предполагаемая длина клинка ножа не менее 15,4 см, ширина протяжения погрузившейся части не более 4,5 см. Не исключается образование колото-резаных ранений от действия клинка ножа, обладающего аналогичными характеристиками.

Принимая во внимание морфологические особенности повреждений, обнаруженных на голове трупа К.И.А., конструктивные особенности и размерные характеристики молотка, эксперт не исключил возможность образования повреждений в виде вдавленного перелома и ушибленных ран на голове, при ударах молотком, представленным на экспертизу (том 10 л.д.95-106).

Данное заключение подтверждает показания обвиняемого ФИО5 О. о нанесении одного удара молотком сзади по голове потерпевшего.

Согласно заключениям эксперта химика № от 13.01.2017 г., № от 20.01.17 г., в крови и моче от трупа К.И.А. этиловый спирт не обнаружен, и не найдено алкалоидов, барбитуратов, производных 1,4-бензодиазепина, веществ фенотиазинового ряда (том 10 л.д.15-16,17-18).

Согласно заключениям эксперта биолога №№ №, на металлическом фрагменте от молотка, деревянной рукоятке, в смывах бурого цвета, изъятых при осмотре места происшествия, обнаружена кровь человека, которая происходит от К.И.А. (том 10 л.д.48-62).

На куртке К.И.А. и его штанах обнаружена кровь человека, которая происходит от него (том 10 л.д.75-83).

Из протокола осмотра автомобиля 

<

данные изъяты>, принадлежащего погибшему К.И.А., от 12 января 2017 года следует, что на подушке переднего пассажирского сидения обнаружен 

<

данные изъяты> (том 1 л.д.160-162).

Согласно заключению эксперта, 

<

данные изъяты> (том 10 л.д.183-184).

Эти сведения наряду с содержанием разговоров подсудимой ФИО2 с потерпевшим К.И.А., записанных на диктофон его телефона, и содержанием смс переписки между ними, согласуются с показаниями подсудимой ФИО2 о проблемах в их отношениях

<

данные изъяты>. Они указывают на то, что противоправное поведение потерпевшего К.И.А., 

<

данные изъяты> явилось поводом для совершения ФИО2 преступлений.

Согласно заключениям комиссий судебных экспертов-психиатров по результатам комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз,

ФИО2 не выявляет признаков какого-либо психического расстройства, может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемому ей деянию, она не обнаруживала признаков какого-либо временного психического расстройства, могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

ФИО3 при проведении исследования понимал, что будет отвечать за содеянное, бравировал своими действиями, считал себя правым

<

данные изъяты>. Об обстоятельствах деликта пояснял экспертам: «

<

данные изъяты> мне денег пообещала, я ударил его ножом, а мой подельник молотком».

Комиссия экспертов пришла к выводу о том, что ФИО3 не выявляет признаков какого-либо психического расстройства, а обнаруживает акцентуированные черты личности, может осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Его индивидуально-психологические особенности характеризуются завышенной самооценкой, выявляются черты возбудимого типа личности: раздражительность, вспыльчивость, поверхностность, неустойчивость интересов, эгоцентризм, стремление к доминированию среди более слабых или младших. У него выявляется тенденция игнорировать социальные нормы поведения и склонность к девиантному поведению. Повышенной внушаемости и ведомости у него не наблюдается.

ФИО5 Р.З.О. не выявляет признаков какого-либо психического расстройства, а обнаруживает акцентуированные черты личности. Он может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В настоящее время все подсудимые могут осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания, и в применении принудительных мер медицинского характера не нуждаются (том 11 л.д.110-111, 79-81, 95-98).

Суд доверяет указанным заключениям комиссий экспертов, поскольку они отвечают требованиям части 1 статьи 80 УПК РФ, предъявляемым к доказательствам, и даны квалифицированными специалистами в области психиатрии и психологии на основе объективных данных амбулаторного обследования обвиняемых, с применением научных познаний, и отвечают требованиям части 1 статьи 204 настоящего Кодекса.

Заключение комиссии экспертов в отношении подсудимого ФИО3 опровергает его показания, данные в суде, о том, что после первого удара ножом потерпевшему он не понимал, что делает. 

На основании приведённых выше заключений комиссий экспертов суд признаёт всех подсудимых в момент совершения преступлений и в настоящее время вменяемыми, и подлежащими уголовной ответственности за совершение преступлений.

Суд доверяет изложенным показаниям потерпевшей и свидетелей, поскольку они согласуются между собой и подтверждаются совокупностью иных доказательств.

Суд доверяет протоколам следственных действий, иным документам, и результатам ОРД, поскольку протоколы изготовлены в соответствии с требованиями статьи 83 УПК РФ, документы отвечают требованиям статьи 84 настоящего Кодекса, результаты ОРД отвечают требованиям, предъявляемым настоящим Кодексом к доказательствам. Все указанные доказательства собраны в ходе уголовного судопроизводства в соответствии с порядком, установленным статьёй 86 УПК РФ.

Суд доверяет заключениям экспертов, поскольку в ходе досудебного производства порядок назначения судебных экспертиз, предусмотренный главой 27 УПК РФ, был соблюдён. Все заключения экспертов отвечают требованиям части 1 статьи 80 настоящего Кодекса, предъявляемым к доказательствам, и даны на основе объективных исследований с применением научных познаний и в соответствии с требованиями части 1 статьи 204 настоящего Кодекса.

Оценив все собранные доказательства в совокупности с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела, суд пришёл к выводу о том, что вина подсудимых нашла своё подтверждение.

Собранные и исследованные доказательства указывают на следующее.

ФИО2, действуя из личной неприязни к К.И.А., вызванной неоднократными ссорами между ними на почве его противоправного поведения, 

<

данные изъяты> вовлекла 

<

данные изъяты> ФИО3 в убийство К. путём уговора и обещания выплатить ему денежное вознаграждение в сумме 30 тысяч рублей. Тем самым, она склонила ФИО3 путём уговора и подкупа к совершению убийства К.И.А. по найму за денежное вознаграждение. После совершения убийства она передала ФИО3 обещанное вознаграждение в сумме 30 тысяч рублей.

<

данные изъяты> ФИО3, поверив рассказам 

<

данные изъяты> ФИО2 об указанном выше противоправном поведении 

<

данные изъяты>, согласился за обещанное ею денежное вознаграждение совершить убийство К.И.А.

Реализуя умысел на убийство по найму, он привлёк к соучастию в нём ФИО5 О., пообещав ему после преступления передать часть обещанного вознаграждения, и организовал это преступление. Для чего ФИО3 спланировал место, время и способ убийства К.И.А., приискал орудия преступления – нож и молоток, и распределил между собой и ФИО5 Р.З.О. преступные роли.

ФИО5 Р.З.О. принял предложение ФИО3 о соучастии в убийстве К.И.А. за вознаграждение в 10 тысяч рублей и согласился с отведённой ему ФИО6 ролью при совершении преступления. 

Такая договорённость ФИО3 и ФИО5 О. состоялась до начала совершения ими действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего К.И.А.

Действуя совместно с умыслом на совершение убийства по найму, ФИО3 и ФИО5 Р.З.О. непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего К.И.А., применяя к нему насилие. 

ФИО5 Р.З.О. нанёс К.И.А. сзади один удар молотком по голове и, подавляя сопротивление потерпевшего, удерживал его руками в момент причинения ФИО3 смертельных повреждений потерпевшему. 

ФИО3 нанёс ножом потерпевшему множественные удары в область тела, шеи и головы, проникающие в плевральную полость с повреждением внутренних органов и кровеносных сосудов, от которых наступила смерть потерпевшего в результате острой массивной кровопотери.

Мотивом совершения убийства у ФИО3 и ФИО5 О. явилась корысть, обусловленная желанием получить обещанное ФИО2 материальное вознаграждение. Кроме того, у 

<

данные изъяты> ФИО3 мотивом убийства К.И.А. явилась личная неприязнь к потерпевшему, возбуждённая в нём ФИО2 при подстрекательстве к убийству. 

В связи с недоказанностью суд исключает из объёма обвинения, предъявленного ФИО2, - возникновение у неё личной неприязни к К.И.А. на фоне его аморального поведения, а также совершение ею в один из дней декабря 2016 года с умыслом на причинение смерти противоправных действий по приобретению у неустановленного лица неустановленного отравляющего вещества в неустановленном размере и добавлению этого вещества в продукты питания, употреблённые К.И.А., после чего тот испытал ухудшение здоровья, но остался жив. 

Об аморальном поведении потерпевшего К.И.А., выражавшемся 

<

данные изъяты>, сообщил суду только подсудимый ФИО3, который очевидцем этих событий не являлся, а получил такую информацию от подсудимой ФИО2

От него осведомленность об этом получил ФИО5 Р.З.О., который также не являлся очевидцем этих событий. 

Других неоспоримых доказательств, подтверждающих аморальное и иное противоправное поведение потерпевшего, суду не представлено, поэтому суд устанавливает факт наличия таких обстоятельств не доказанным.

Обстоятельства, указывающие на покушение ФИО2 на отравление потерпевшего, также не нашли своего подтверждения после исследования совокупности доказательств, представленных суду.

Из показаний потерпевшей К.Е.А. следует, что у К.И.А. были давние проблемы с сердцем, в связи с чем, из-за плохого самочувствия в конце ноября и с 17 по 26 декабря 2016 года тот лежал в больнице. После его убийства она общалась с лечащим врачом, и тот сообщил ей, что К.И.А. на 20 января 2017 года была назначена операция на сердце. 

<

данные изъяты>

Её показания согласуются с медицинскими документами в отношении К.И.А., представленными медицинским учреждением, в которое тот поступил на лечение 17 декабря 2016 года (том 28 л.д.162-165), и с показаниями подсудимой ФИО2 о причине лечения 

<

данные изъяты> в медицинском стационаре во второй половине декабря 2016 года. 

Подсудимая ФИО2 отрицала совершение указанных в предъявленном обвинении действий, направленных на отравление К.И.А.

Из показаний обвиняемого ФИО3 следует, что сам он очевидцем попытки отравления К.И.А. не был, а лишь узнал об этом от самой ФИО2 

Поэтому показания обвиняемого ФИО3 являются недостаточными для установления судом указанного обвинения доказанным. 

Учитывая принцип презумпции невиновности, установленный статьёй 14 УПК РФ, суд толкует сомнение в виновности обвиняемой ФИО2 в покушении на отравление К.И.А. в пользу обвиняемой.

Руководствуясь тем же принципом, суд исключает из объёма обвинения, предъявленного ФИО5 Р.З.О., нанесение более одного удара молотком в голову потерпевшего К.И.А.

Его постоянные показания на предварительном следствии об одном ударе молотком сзади по голове потерпевшего подтверждаются заключениями экспертов (медика и медика-криминалиста) о наличии одного повреждения в затылочной области головы в виде вдавленного перелома, которое могло образоваться от удара молотком. В судебном заседании подсудимый ФИО5 Р.З.О. не оспорил свою вину в причинении указанного повреждения.

Причастность ФИО5 О. к причинению потерпевшему молотком двух ушибленных ран лобной области не подтверждается неоспоримыми доказательствами. Заключение эксперта-медика указывает на возможность их образования в результате падения с последующим соударением о твёрдые предметы. Данный вывод эксперта согласуется с показаниями очевидца преступления – свидетеля К.И.С. о падении потерпевшего лицом вперёд, когда тот пробегал мимо спрятавшегося за автомобилем подсудимого ФИО5. Кроме того, показания в суде подсудимого ФИО3 о нанесении ногой 2-3 ударов по голове потерпевшего указывают на возможный механизм образования повреждений, обнаруженных в лобной области потерпевшего. 

Поэтому сомнение в виновности обвиняемого ФИО5 О. в нанесении потерпевшему К.И.А. молотком более одного удара по голове, суд толкует в пользу обвиняемого.

Соблюдая пределы судебного разбирательства, установленные статьёй 252 УПК РФ, суд, доверяя показаниям свидетеля К.И.С., не может вменить ФИО5 Р.З.О. нанесение ударов руками потерпевшему К.И.А. 

Суд квалифицирует преступные деяния, совершённые ФИО2:

- по части 4 статьи 150 УК РФ, как вовлечение несовершеннолетнего в совершение особо тяжкого преступления путём обещаний и иным способом, совершённое лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста;

- по части 4 статьи 33 и пункту «з» части 2 статьи 105 УК РФ, как подстрекательство путём уговора и подкупа к убийству, т.е. к умышленному причинению смерти другому человеку, по найму. 

Суду не представлено доказательств, подтверждающих организацию ФИО2 убийства К.И.А.

Из показаний подсудимых ФИО3 и ФИО5 О. суд установил, что все действия по организации этого преступления, были совершены подсудимым ФИО3, - он разработал план преступления, спланировал место и время преступления, приискал орудия преступления и распределил преступные роли между собой и ФИО5.

Суд исключает из квалификации преступления, предложенной стороной обвинения, квалифицирующий признак убийства – группой лиц по предварительному сговору.

В судебной практике действия других участников преступной группы (организаторов, подстрекателей или пособников) надлежит квалифицировать по предварительному сговору группой лиц, когда предварительный сговор на убийство состоялся у них с соисполнителями преступления, а именно, с двумя или более лицами, непосредственно участвовавшими в процессе лишения жизни потерпевшего.

Представленные суду доказательства указывают на то, что у ФИО2 состоялся сговор на убийство К.И.А. только с ФИО3, и привлечение тем ФИО5 О. к соучастию в убийстве не охватывалось её умыслом.

Преступное деяние, совершённое ФИО3 и ФИО5 Р.З.О., суд квалифицирует по пунктам «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ, как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, совершённое группой лиц по предварительному сговору, по найму.

Они действовали совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие. Предварительный сговор на убийство состоялся между ними до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего. 

При назначении наказания суд руководствуется принципом справедливости, учитывая характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности подсудимых, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей. Кроме того, при назначении наказания ФИО3 

<

данные изъяты> суд учитывает условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на него старших по возрасту лиц.

Суд применяет наказание в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённых и предупреждения совершения новых преступлений.

Устанавливая степень общественной опасности преступлений, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства содеянного, способ совершения преступлений, наличие прямого умысла у подсудимых на совершение преступлений, совершение ФИО3 и ФИО5 Р.З.О. преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Все преступления совершены подсудимыми с прямым умыслом.

Совершённое подсудимыми преступление против жизни является особо тяжким преступлением и имеет высокую степень общественной опасности, а преступление, совершённое ФИО2 против несовершеннолетних относится к тяжким преступлениям, и имеет менее высокую степень общественной опасности.

Все подсудимые совершили преступление впервые.

На учёте у психиатра и нарколога подсудимые не состоят. К административной ответственности никто из них не привлекался (том 13 л.д.192-193, 195-197, 214-215, 218-219, том 14 л.д.9-12,14,16). 

Все подсудимые имели постоянное место жительство. 

Подсудимая ФИО2 проживала в браке, работала, имеет малолетнего ребёнка, по месту жительства и месту работы характеризуется положительно, по месту содержания под стражей – удовлетворительно. 

<

данные изъяты> (том 13 л.д.201,209).

Подсудимый ФИО3 совершил преступление 

<

данные изъяты>, а подсудимый ФИО5 Р.З.О. – 

<

данные изъяты>. 

ФИО3 

<

данные изъяты> По месту жительства характеризуется соседями положительно, по месту содержания под стражей допустил одно нарушение правил содержания (том 14 л.д.8,20,33,132). Он легко поддался влиянию 

<

данные изъяты> подсудимой ФИО2 и поверил в противоправное и аморальное поведение потерпевшего К.И.А., не являясь тому очевидцем. 

<

данные изъяты>

ФИО5 Р.З.О. 

<

данные изъяты> по месту жительства и содержания под стражей удовлетворительно (том 13 л.д.222, 225, 242, том 14 л.д.135). 

Тяжёлыми заболеваниями, препятствующими отбывать наказание в виде лишения свободы, никто из подсудимых не страдает.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд в соответствии с правилами статьи 61 УК РФ признаёт:

- 

<

данные изъяты> виновного ФИО3 (пункт «б» части первой);

- наличие малолетнего ребёнка у ФИО2 (пункт «г» части первой), противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом к совершению ею преступлений (пункт «з» части первой), её состояние здоровья, совершение преступлений впервые (часть вторая);

- явку с повинной ФИО5 О., активное способствование ФИО5 О. и ФИО3 раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления (пункт «и» части первой);

- признание вины ФИО5 Р.З.О. и ФИО3 в досудебном производстве и в суде, положительные характеристики ФИО5 О. по месту учёбы, ФИО3 по месту жительства, их просьбу о прощении, высказанную потерпевшей в судебном заседании, совершение преступления впервые в молодом возрасте (часть вторая).

Суд не находит оснований признавать добровольным заявление ФИО3 о совершённом преступлении (явка с повинной), сделанное им 4 октября 2017 года. Это сообщение о преступлении ФИО3 сделано следователю в связи с его задержанием по подозрению в совершении преступления, после того, как на него, как на лицо, совершившее преступление, указал ФИО5 Р.З.О. (том 12 л.д.130-131). Поэтому суд не признаёт это заявление смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ, – явкой с повинной. При этом признание ФИО3 вины в совершении убийства К.И.А., сделанное в досудебном производстве в форме указанного сообщения, суд признал иным смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с частью 2 статьи 61 настоящего Кодекса. 

Суд не считает необходимым признавать, как отдельное смягчающее обстоятельство, так и их совокупность, исключительными, и существенно уменьшающими степень общественной опасности совершённых преступлений, и не находит оснований для назначения наказания виновным по правилам ч.1 ст.64 УК РФ. Смягчающие обстоятельства у ФИО3 и ФИО5 О. не связаны с целью и мотивом преступления, их поведением во время преступления. Смягчающее обстоятельство у ФИО2, предусмотренное пунктом «з» части первой статьи 61 УК РФ, хотя и связано с мотивом совершения преступлений, но учитывая её поведение после совершения преступлений, суд не считает необходимым признавать его исключительным и влекущим назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершённые преступления. 

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Наказание всем виновным за совершение в соучастии умышленного особо тяжкого преступления суд назначает в виде лишения свободы на определённый срок, предусмотренный санкцией ч.2 ст.105 УК РФ, полагая возможным не назначать ФИО5 Р.З.О. самое строгое наказание в виде пожизненного лишения свободы с учётом наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств. 

Учитывая, что ФИО3 

<

данные изъяты>, размер лишения свободы суд назначает ему в соответствии с правилом части 6 статьи 88 УК РФ на срок не свыше десяти лет. С учётом наличия смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом «и» части первой статьи 61 УК РФ, суд дополнительно применяет правило части первой статьи 62 настоящего Кодекса.

При определении размера лишения свободы осуждённому ФИО5 Р.З.О. суд учитывает то обстоятельство, 

<

данные изъяты> и учитывает смягчающие его наказания обстоятельства.

При определении размера наказания за данное преступление суд применяет правило статьи 67 УК РФ, учитывает характер и степень фактического участия каждого из них в совершении преступления. Ответственность ФИО2 за это преступление суд определяет по правилам статьи 34 настоящего Кодекса.

Наказание ФИО2 за совершение умышленного тяжкого преступления против несовершеннолетних суд назначает в виде лишения свободы на срок, установленный санкцией части 4 статьи 150 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступлений, личность виновных, суд применяет к осуждённым ФИО5 Р.З.О. и ФИО2 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкциями ч.2 ст.105 и ч.4 ст.150 УК РФ, не в максимальном размере. 

К осуждённому ФИО3 суд не применяет такое дополнительное наказание, руководствуясь толкованием части пятой статьи 88 УК РФ Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 25 постановления от 1 февраля 2011 г. №1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних».

По совокупности преступлений суд назначает наказание ФИО2 по правилам частей 3 и 4 статьи 69 УК РФ путём частичного сложения основных и дополнительных наказаний. 

С учётом фактических обстоятельств преступлений, степени их общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступлений, предусмотренных ч.4 ст.150 и ч.2 ст.105 УК РФ. К тому же, за совершение особо тяжкого преступления суд назначает наказание ФИО2 и ФИО5 Р.З.О., превышающее семь лет лишения свободы. Несмотря на то, что ФИО3 суд назначает наказание по правилам ч.6 ст.88, ч.1 ст.62 УК РФ, не превышающее семь лет лишения свободы, оснований для изменения ему категории совершённого преступления не имеется. Суд принимает во внимание его наиболее активную степень фактического участия в совершении особо тяжкого преступления и значение этого участия для достижения цели преступления.

Исправление осуждённых невозможно без реального отбывания наказания в виде лишения свободы с учётом высокой степени общественной опасности преступления против жизни, совершённого в соучастии.

Вид исправительного учреждения суд назначает осуждённому ФИО5 Р.З.О. по правилу пункта «в» части первой статьи 58 УК РФ. 

Осуждённому ФИО3 с учётом 

<

данные изъяты>, и осуждённой ФИО2 суд назначает вид исправительного учреждения по правилу пункта «б» части первой статьи 58 УК РФ. 

В срок лишения свободы необходимо зачесть время содержания осуждённых под стражей до судебного разбирательства и вступления приговора в законную силу по правилам части 3.1 статьи 72 УК РФ с расчётом в зависимости от вида назначенного им исправительного учреждения. 

Гражданский иск К.Е.А. о взыскании компенсации морального вреда с подсудимой ФИО2 в размере 340 тысяч рублей, и с подсудимых ФИО3, ФИО5 О. по 330 тысяч рублей, необходимо удовлетворить полностью. 

При этом суд применяет положения статей 15,151,1100,1101 ГК РФ, учитывая характер причинённых потерпевшей нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

Гражданские ответчики ФИО3 и ФИО5 Р.З.О. признали исковые требования.

Суд установил, что преступлением, совершённым ФИО2, ФИО3 и ФИО5 Р.З.О., потерпевшей причинён моральный вред в виде нравственных страданий в связи с убийством 

<

данные изъяты>.

Процессуальные издержки в виде сумм, выплачиваемых адвокатам, за оказание юридической помощи осуждённым в досудебном производстве по назначению, суд полагает необходимым взыскать частично с осуждённых в доход федерального бюджета, а в остальной части возместить за счёт средств федерального бюджета, руководствуясь правилами частей 1 и 6 статьи 132 УПК РФ. Как следует из материалов уголовного дела, оно дважды возвращалось судом прокурору для устранения процессуальных препятствий, допущенных стороной обвинения. В связи с чем, защитники, участвующие в досудебном производстве по назначению следователя, затратили дополнительное время на участие в дополнительных следственных и процессуальных действиях. Поэтому выплаты вознаграждения, выплачиваемого адвокатам, за оказание юридической помощи обвиняемым в период до судебного разбирательства уголовного дела по существу составили следующие размеры:

- за оказание юридической помощи обвиняемой ФИО2 в сумме 56300 рублей;

- за оказание юридической помощи обвиняемому ФИО3 в сумме 70290 рублей;

- за оказание юридической помощи обвиняемому ФИО5 Р.З.О. в сумме 34760 рублей. 

Кроме того, суд учитывает, что на иждивении осуждённой ФИО2 находится малолетняя дочь, хотя над ней и установлена опека. ФИО2 не лишена обязанности по материальной помощи своей дочери, поэтому уплата процессуальных издержек в полном размере может существенно отразиться на её материальном положении.

Одновременно с постановлением приговора, в порядке, предусмотренном ч.3 ст.313 УПК РФ, судом вынесено постановление о выплате вознаграждения адвокату Илау А.В. в сумме 20400 рублей и адвокату Молькову А.А. в сумме 21600 рублей, за оказание юридической помощи в судебном разбирательстве подсудимым ФИО2 и ФИО5 Р.З.О. по назначению суда.

Процессуальные издержки в указанных суммах необходимо взыскать с осуждённых в доход федерального бюджета, поскольку подсудимые ФИО2 и ФИО5 Р.З.О. от помощи указанных адвокатов, назначенных судом, не отказались.

В соответствии с правилами части 3 статьи 81 УПК РФ вещественные доказательства, хранящиеся при уголовном деле на электронных носителях, необходимо хранить при уголовном деле. Ценные вещи, принадлежащие погибшему К.И.А., необходимо вернуть потерпевшей. Остальные вещественные доказательства, включая вещи, необходимо уничтожить, поскольку они не истребованы сторонами в ходе судебного разбирательства, и не представляют ценности. Предметы, запрещённые к обращению, необходимо уничтожить.

В целях обеспечения исполнения приговора меру пресечения подсудимым в виде заключения под стражей необходимо оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновной в совершении преступлений, предусмотренных частью четвёртой статьи 150, частью четвёртой статьи 33 и пунктом «з» части второй статьи 105 УК РФ, и назначить ей наказание:

- по части 4 статьи 150 УК РФ в виде лишения свободы на срок шесть лет с ограничением свободы на срок один год;

- по части 4 статьи 33 и пункту «з» части 2 статьи 105 УК РФ в виде лишения свободы на срок четырнадцать лет с ограничением свободы на срок один год шесть месяцев.

По совокупности преступлений назначить наказание по частям 3 и 4 статьи 69 УК РФ в виде лишения свободы на срок пятнадцать лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на срок один год 9 месяцев.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «ж», «з» части второй статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок шесть лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Признать ФИО5 Оглы виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «ж», «з» части второй статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок десять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима с ограничением свободы на срок один год.

В соответствии с частью 1 статьи 53 УК РФ после отбытия наказания в виде лишения свободы, установить осуждённым ФИО2 и ФИО5 Р.З.О. следующие ограничения:

1) не уходить из места выбранного постоянного проживания (пребывания) в период с 22 и до 06 часов;

2) не посещать в месте выбранного постоянного проживания (пребывания) общественные места распития спиртных напитков (рестораны, кафе, бары и т.п.), места проведения культурно-зрелищных мероприятий (фестивали, концерты, профессиональные праздники, народные гуляния и т.п.) и не участвовать в указанных мероприятиях;

3) не выезжать за пределы муниципального образования по месту выбранного постоянного проживания (пребывания), не изменять место жительства или пребывания, место работы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Обязать осуждённых ФИО2 и ФИО5 О. являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными этого вида наказания, два раза в месяц для регистрации.

Срок наказания осуждённым ФИО2, ФИО3 и ФИО5 Р.З.О. исчислять с 29 апреля 2019 года.

Зачесть осуждённой ФИО2 в срок лишения свободы время содержания под стражей с 12 октября 2017 года до вступления приговора в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, в соответствии с пунктом «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ.

Зачесть осуждённому ФИО3 в срок лишения свободы время содержания под стражей с 4 октября 2017 года до вступления приговора в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, в соответствии с пунктом «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ.

Зачесть осуждённому ФИО5 Р.З.О. в срок лишения свободы время содержания под стражей с 4 октября 2017 года до вступления приговора в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, в соответствии с пунктом «а» части 3.1 статьи 72 УК РФ. 

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении осуждённых ФИО2, ФИО3 и ФИО5 О. до вступления приговора в законную силу не изменять.

Гражданский иск К.Е.А., проживающей 

<

адрес>, удовлетворить полностью и взыскать в её пользу компенсацию морального вреда:

- с осуждённой ФИО2 в размере 340000 (триста сорок тысяч) рублей;

- с осуждённых ФИО3 и ФИО5 Оглы в размере по 330000 (триста тридцать тысяч) рублей с каждого.

После вступления настоящего приговора в законную силу вещественные доказательства:

- документы на электронных носителях - хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

- радар-детектор, навигатор, сотовый телефон «Айфон» с коробкой и ноутбук, принадлежащие погибшему К.И.А., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела 

<

данные изъяты> Нижнего Новгорода следственного управления Следственного комитета России по Нижегородской области, - передать потерпевшей К.Е.А.,

- остальные вещественные доказательства, хранящиеся там же, - уничтожить. 

Взыскать в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, подлежащих выплате адвокатам за оказание юридической помощи по назначению суда в судебном разбирательстве:

- с осуждённой ФИО2 в размере 20400 (двадцать тысяч четыреста) рублей;

- с осуждённого ФИО5 О. в размере 21600 (двадцать одна тысяча шестьсот) рублей.

Взыскать в доход федерального бюджета часть процессуальных издержек в виде сумм, подлежащих выплате адвокатам за оказание ими юридической помощи по назначению до судебного разбирательства:

- с осуждённой ФИО2 в размере 25000 (двадцать пять тысяч) рублей;

- с осуждённого ФИО5 О. в размере 25000 (двадцать пять тысяч шестьсот) рублей;

- с осуждённого ФИО3 в размере 45000 (сорок пять тысяч) рублей.

В остальной части эти процессуальные издержки возместить за счёт средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Нижегородский областной суд в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осуждёнными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Судья: (подпись) Ю.А.Печерица