Дело 

<

номер>

Р Е Ш Е Н И Е

ИФИО1

г. Благовещенск 08 февраля 2018 года

Благовещенский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Слепичева К.А.

при секретаре Кабаковой Т.В.,

с участием представителя истца – ФИО2, ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО3, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> о признании недействительными договора дарения и свидетельства о государственной регистрации права, возложении обязанности восстановить запись о праве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действуя в интересах ФИО4, обратилась в Благовещенский районный суд Амурской области с иском к ФИО3 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО3; признании недействительным свидетельства о праве собственности серии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>; признании недействительным свидетельства о праве собственности серии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>; возложении на Управление Росреестра по 

<

адрес> обязанности восстановить запись о праве собственности ФИО5 на квартиру и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

В обоснование иска истец указал, что на основании договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ его отец, ФИО5, безвозмездно передал ФИО3 в дар квартиру в двухквартирном жилом доме и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, которые принадлежали ему на праве собственности на основании Договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между гр. ФИО11 и гр.ФИО5, зарегистрированным УФРС по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ за 

<

номер>. В настоящее время право собственности на спорную квартиру и земельный участок принадлежит ответчику, что подтверждается записями о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ и 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ. О заключении спорного договора дарения и перехода права собственности к ответчице истец узнал только в 2017 году, после смерти своего отца, когда обратился к нотариусу с заявлением о вступлении в права наследства по закону, на что нотариус ему сообщил о данном договоре дарения квартиры и земельного участка. Кроме этого указал, что ответчик на спорной жилой площади никогда не проживала и не появлялась, с отцом истца на момент заключения договора дарения она была в неприязненных отношениях, и отец истца очень болел и сам практически не передвигался без посторонней помощи, к тому же страдал психическим заболеванием после контузии и не мог осознавать свои действия, не был способен понимать значения своих действий и руководить ими. Более того, на момент подписания договора дарения ФИО5 был введен ответчицей в заблуждение, в силу своего болезненного состояния, у него было плохое зрение. Воспользовавшись его плохим состоянием здоровья, ответчица обманным путем убедила его подписать договор дарения. Кроме того, спорная квартира и земельный участок является единственным местом жительства истца и какого-либо иного имущества, принадлежащего ему на праве собственности, у него нет, а у ответчицы есть жилой дом, в котором она проживает, расположенный по адресу: 

<

адрес>, данное имущество принадлежит ей на праве собственности. 

На основании изложенного, просит суд признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и ФИО3; признать недействительными свидетельство о праве собственности 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>; свидетельство о праве собственности 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>; возложить на Управление Росреестра по 

<

адрес> обязанность восстановить запись о праве собственности ФИО5 на квартиру и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные требования, на их удовлетворении настаивала, дополнительно суду пояснила, что ФИО5 в момент совершения сделки дарения не осознавал своих действий и не руководил ими поскольку являлся очень пьющим. Участок с домом он получил по дарственной от своих родителей, это имущество не является нажитым в браке. ФИО5 за полгода до смерти подписал договор дарения на чужую женщину, с которой в это время не жил, тем самым ущемил права истца.

Ответчик ФИО3 возражала против заявленных требований, дополнительно суду пояснила, что сделка совершена в 2014 году, а он лечился в 2008 году, на учете не стоял, был вменяемый, все делал сам и решения все принимал сам. Сын с ним не хотел общаться, если только нужно было ему что-то от отца, то звонил. Этот дом ФИО5 подарили родители, когда она и ФИО5 стали задумываться о переезде из города в село и хотели брать ипотеку. Он подарил этот дом ей, а сыну оставил комнату в общежитии в г. Благовещенске на ул. Первомайской.

Третье лицо Управление Росреестра по 

<

адрес> в судебное заседание не явились, извещались своевременно и надлежащим образом, явку своего представителя в суд не обеспечили, о причинах неявки суду не сообщили, представили письменный отзыв согласно которому, Управление считает себя ненадлежащим ответчиком по настоящему делу, а данное требование не подлежащим удовлетворению в силу следующего. В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер> «О судебном решении» суду при принятии решения следует учитывать постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, принятые на основании статьи 126 Конституции Российской Федерации и содержащие разъяснения вопросов, возникших в судебной практике при применении норм материального или процессуального права, подлежащих применению в данном деле. В свою очередь, согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ 

<

номер>, Пленума ВАС РФ 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Пленум) ответчиком по иску, направленному на оспаривание зарегистрированного права является лицо, за которым зарегистрировано спорное право, в настоящем случае ФИО3 (п. 53 Пленума). Таким образом, государственный регистратор не является ответчиком по искам о правах на недвижимое имущество, он может быть привлечен к участию в таких делах только в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Указанная позиция в полной мере соответствует п. 12 ст. 29 и п. 12 ст. 62 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее - Закон о регистрации), который содержит исчерпывающий перечень оснований, по которым Управление может быть привлечено в качестве ответчика в связи с осуществлением государственного кадастрового учета и проведением государственной регистрации права, а именно: в случае обжалования приостановления или отказа в государственном кадастровом учете и (или) государственной регистрации прав, а также в случае обжалования отказа в предоставлении запрашиваемых сведений из ЕГРН. Это обусловлено тем, что деятельность Управления в силу его статуса является публичной, в этой связи, в случае привлечения Управления к ответственности в судебном порядке, данная категория споров, за исключением трудовых споров и споров, возникших из гражданско-правовых сделок, участником которых является Управление, подлежит рассмотрению по правилам главы 22 КАС РФ. В настоящем случае заявленные ФИО4 к Управлению требования главой 22 КАС РФ не предусмотрены, какие-либо действия Управления также не обжалуются, Управление не нарушало законных прав и интересов Истца. В соответствии с п. 52 Пленума оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРН, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРН. В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРН. Следовательно, требование, заявленное к Управлению, является неверным (не предусмотренным действующим законодательством) способом защиты нарушенного права. Кроме того, согласно п. 3 ст. 1 Закона о регистрации государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав). В настоящее время (после ДД.ММ.ГГГГ) государственная регистрация возникновения или перехода прав на недвижимое имущество удостоверяется выпиской из ЕГРН (п. 1 ст. 28 Закона о регистрации). До указанного времени (на момент государственной регистрации перехода права собственности от ФИО5 к ФИО3) проведенная государственная регистрация возникновения и перехода прав на недвижимое имущество удостоверялась по выбору правообладателя свидетельством о государственной регистрации прав или выпиской из ЕГРН. При этом свидетельство о государственной регистрации прав оформлялось только в форме документа на бумажном носителе и материально подтверждало (удостоверяло) проведенную государственную регистрацию (ст. 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»). В соответствии со ст. 131 ГК РФ (в редакции, действующей на ДД.ММ.ГГГГ) свидетельство выдавалось по письменному заявлению правообладателя. Отсутствие у собственника данного документа никоим образом не влияло и не влияет на наличие самого зарегистрированного права. Таким образом, признание недействительным свидетельства о государственной регистрации не повлечет никаких правовых последствий для правообладателя спорного объекта недвижимого имущества. Таким образом, в соответствии с действующим законодательством, Управление является ненадлежащим ответчиком по настоящему делу, поскольку оно не нарушало права и законные интересы Истца.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основании состязательности и равноправия сторон. 

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно п. 1 ст. 18 ГК РФ договор дарения недвижимости является основанием приобретения права собственности. 

В соответствии с п. 1 ст. 72 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу положений п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Пунктом 2 ст. 223 ГК РФ установлено, что в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Пункт 3 ст. 177 ГК РФ закрепляет положение о том, что если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость; дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны).

Согласно ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Как следует из п. 2 ст. 178 ГК РФ, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с ч. 3 ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.Как следует из ч. 6 ст. 178 ГК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.Как следует из содержания вышеприведенных положений закона, заблуждение стороны сделки для признания ее недействительной должно обладать признаком существенности. При этом заблуждение должно иметь место относительно предмета сделки, либо в отношении лица, с которым вступает в сделку, либо существенным в отношении обстоятельств.Судом установлено, что согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО5 (Даритель) и ФИО3 (Одаряемый), Даритель подарил, а Одаряемый принял в дар квартиру и земельный участок расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Согласно свидетельствам о государственной регистрации права, ФИО3 является собственником квартиры из трех комнат с кадастровым номером 28:10:021003:28, общей площадью 36,7 кв.м., земельного участка с кадастровым номером 28:10:021003:4, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, расположенных по адресу: 

<

адрес>, что также подтверждается выписками ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, 

<

номер>, 

<

номер>, 

<

номер>.

Из свидетельства о рождении серии III-ЖО 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что родителями ФИО4 являются ФИО5 и ФИО9

Согласно свидетельству о смерти серии I-ОТ 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена актовая запись 

<

номер>.

Согласно сообщению нотариуса ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, наследственное дело к имуществу ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ, не заводилось.

Согласно справке администрации Волковского сельсовета 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., был зарегистрирован и проживал по адресу: 

<

адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также совместно с ним была зарегистрирована и проживала по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которая и проживает по данному адресу в настоящее время.

Согласно адресной справке от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>.

Согласно материалам дел правоустанавливающих документов на квартиру с кадастровым номером 

<

номер>, и земельный участок с кадастровым номером 

<

номер> ФИО5 безвозмездно передал ФИО3 в дар квартиру в двухквартирном жилом доме и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного УФРС по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, которые принадлежали ему на праве собственности на основании договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между гр. ФИО11 и гр. ФИО5, зарегистрированным УФРС по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ за 

<

номер>.

Согласно информации ГБУЗ АО «Амурская областная психиатрическая больница» от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, ФИО5 на лечении в ГБУЗ АО «АОПБ» не находился, за медицинской помощью не обращался, на учете не состоит, наблюдался с 2008 по 2010 г.г.., на стационарном лечении находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из наследственного дела открытого к имуществу ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ, следует, что с заявлениями о принятии наследства обратились: ФИО11, ФИО12, ФИО4, ФИО3

Согласно выписке ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, сведения о зарегистрированных правах в отношении ФИО4 в ЕГРН отсутствуют.

Согласно сообщению ФКУЗ «МСЧ МВД РФ по 

<

адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, медицинской документации, отражающей факты обращения ФИО5 в поликлинику ФКУЗ «МСЧ МВД РФ по 

<

адрес>» нет.

Допрошенная в ходе разбирательства дела в качестве свидетеля ФИО13 суду пояснила, что ФИО3 проживала с ФИО5 с 2006 года по 2016 год, не выезжала и не уходила от него. Сначала когда они приехали в 

<

адрес>, к ним несколько раз приезжали его родители, потом перестали, и она сама вела хозяйство, смотрела за домом, двором, садила огород, родители её ей помогали: мать её с ней в огороде возилась, а отец дрова рубил. Сам ФИО5 хозяином был никаким, ничем на подворье не занимался, ответчик все хозяйство везла на себе. В 2016 году она ушла от него к сыну, у неё сын живет по пер. Спортивному в с Волково, но и тогда она раз в три дня приходила к нему, приносила ему покушать, убиралась в доме, стирала ему. Никто за ним пред смертью кроме неё не ухаживал. Тяпкин самостоятельно передвигался до самой смерти, выходил на лавочку к соседям общался. Очков он не носил никогда. В общении был адекватный, нормальный, разговаривал внятно, автомобилем управлял до последнего, и не слепой он был, все видел, раз за рулем ездил. ФИО3 от него ушла потому, что он пил. Полагает, что он подарил ей этот дом потому, что считал её хозяйкой в доме.

Свидетель ФИО14 суду показал, что ФИО3 и ФИО5 жили вместе с 2006 года и почти до самой его смерти, она пыталась уходить от него в 2016 году потому, что она двое суток на работе: день в магазине, второй на заправке, он дома, а вода привозная, он пропьянствует или проспит, воды не наберет, а она придет ей и помыться надо и постираться, сготовить, а воды нет, вот она и уходила к сыну. Потом приходила, кушать ему приносила, вещи его же стиранные приносила, если трезвый оставалась там, если пьяный уходила, он ничего человек, только пил очень. Раз в месяц они ездили на базу ОПС за продуктами, на своей машине, он и Наталью на машине на работу возил, каждый день сидели на лавочке общались, он нормальный был адекватный человек, единственное спиртным злоупотреблял. Даже в последний день вечером около семи часов на лавочке с ним разговаривал, а в одиннадцать-двенадцать он умер. Про договор дарения он сам рассказал, квартиру в городе, которую от милиции получил, оставил сыну, а этот дом Наталье отписал. Никаких отклонений в его поведении заметно не было, о том, что он подписал договор дарения не жалел. За домом следила Наталья, ремонтировала, если бы не она, дом бы давно развалился. Сын к нему приезжал раньше два-три раза, больше не видел.

Рассматривая требования истца о признании договора дарения недействительным, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В Определении от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>-О-О Конституционный Суд РФ указал, что заинтересованным лицом, по смыслу пункта 2 статьи 166 ГК РФ, может быть признан субъект, имеющий материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять. 

Поскольку стороной оспариваемой сделки истец не является, он обязан доказать факт нарушения этой сделкой его прав и законных интересов.

Довод истца о том, что спорное жилое помещение является для него единственным, в ходе судебного разбирательства своего подтверждения не нашел, судом установлено, что в данном доме истец зарегистрирован не был, постоянно не проживал, бывал там крайне редко.

Оспариваемый договор дарения соответствует требованиям, установленным законом, был заключен в письменной форме, с соблюдением статьи 574 ГК РФ, оснований для запрещения дарения и ограничения дарения, предусмотренных ст. 575, 576 ГК РФ не имеется. Доказательств того, что сторонами заключен иной договор, не соответствующий их волеизъявлению, истцом не представлено. 

На момент проведения сделки дарения и заключения самой сделки дарения спорного имущества ФИО5 на учете врача-психиатра и нарколога не состоял, был способен понимать значение своих действий и руководить ими, расстройством зрения не страдал, характер и последствия совершенной сделки оценивал адекватно и никогда о них не сожалел, что подтверждается исследованными в ходе судебного разбирательства дела доказательствами. 

При таких обстоятельствах суд находит исковые требования ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ не подлежащими удовлетворению.

Учитывая, что в удовлетворении основных исковых требований отказано, требования о признании недействительными свидетельств о государственной регистрации права, возложении обязанности восстановить запись о праве также удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО4 к ФИО3, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> о признании недействительными договора дарения и свидетельства о государственной регистрации права, возложении обязанности восстановить запись о праве – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Благовещенский районный суд 

<

адрес> в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: 

Решение суда в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.