дело № 2-571/2021

УИД 03RS0016-01-2021-000353-40

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

г. Сибай 29 июня 2021 года

Сибайский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Сулейманова Т.М.,

при секретаре Гаскаровой В.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности

старшего помощника прокурора г. Сибай РБ Муртаева Ф.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Хаканджинское» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Хаканджинское» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов о компенсации морального вреда, мотивируя иск тем, что ДД.ММ.ГГГГ на участке горных работ ООО «Хаканджинское» произошел несчастный случай на производстве, в результате которого сын истца ФИО4 получил телесные повреждения, несовместимые с жизнью. Сын истца работал в ООО «Хаканджинское» в должности машиниста самоходных буровых установок. В результате смерти сына, истец испытывает нравственные и физические страдания, вызванные внутренней болью от потери сына, испытывает проблемы со здоровьем. На основании изложенного, истец ФИО1 просит взыскать с ООО «Хаканджинское» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 4 000 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, надлежаще уведомлена о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки не сообщила, ходатайств об отложении судебного заседания суду не представлено, в судебном заседании интересы истца представлял представитель ФИО2, действующий на основании доверенности. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме по доводам искового заявления, дополнительно пояснил, что никакой материальной помощи ответчик не оказал, единственная помощь заключалась в доставке тела погибшего с 

<

адрес> в Республику Башкортостан. 

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Хаканджинское» не участвовал, надлежаще уведомлен о времени и месте судебного заседания, ранее в адрес суда направлено заявление о рассмотрении дела в отсутствии представителя ответчика, отзыв на исковое заявление, приобщенный к материалам дела, согласно которого, не оспаривая факта несчастного случая на производстве, ответчик согласен на возмещение морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Суд, выслушав представителя истца, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению в размере 1 500 000 руб., судебные расходы в размере 15 000 руб., изучив и оценив материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Под защитой государства находится также семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из положений статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, определяющих, что право каждого лица на жизнь охраняется законом, никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание, и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека в тех случаях, когда имело место нарушение права на жизнь, родственники умерших имеют право на обращение в том числе в судебные органы с требованием о соответствующей компенсации в связи нарушением этого права.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации и положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками погибшего лица (работника), поскольку в связи со смертью близкого человека и разрывом семейных связей лично им причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

На основании ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В Постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации. 

Поэтому суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в ст. 1100 ГК РФ, в совокупности оценивает конкретные действия причинителя вреда, соотнося их с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями их личности.

Истец ФИО1 приходится матерью умершему ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении.

В силу ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из материалов дела следует, что ФИО4 состоял в трудовых отношениях с ООО «Хаканджинское», работал в должности машиниста самоходных буровых установок.

ДД.ММ.ГГГГ при исполнении своих трудовых обязанностей ФИО4, работавший машинистом самоходных буровых установок в ООО «Хаканджинское» погиб, что не оспаривается сторонами в судебном заседании. 

Согласно акту № о несчастном случае на производстве, составленного ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 20:20 часов до 21:00 часа произошел несчастный случай с машинистом буровой установки участка горных работ ООО «Хаканджинское» ФИО4 в разведочном штреке рудного тела 7.8 горизонта+305м. Пострадавший по невыясненным причинам, не выключив вращение бурового инструмента, стал производить замену буровой штанги, тем самым нарушив требование инструкции по охране труда для бурильщика на гидравлической буровой установке ИОТ №, утвержденной генеральным директором ООО «Хаканджинское» ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года (с которой ФИО4 ознакомлен под роспись), где в п. 3.13 прописано: «запрещается вставлять бур в работающий перфоратор». При этом произошло попадание одежды на буровую штангу. Вследствие чего, произошел захват одежды, накручивание ее на буровую штангу и как следствие, зажим тела пострадавшего вокруг буровой штанги. Самостоятельно ФИО4 не мог освободиться, и в результате зажима вокруг буровой штанги, получил множественные повреждения от придавливания и зажима тела между буровой штангой и станиной буровой стрелы, несовместимые с жизнью.

Согласно справке о смерти (форма №), выданной отделом ЗАГС администрации Охотского муниципального района 

<

адрес>, дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., наступила ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 30 минут. Причина смерти - 

<

данные изъяты> 

Из данного акта следует, что установлены лица, допустившие нарушения требований промышленной безопасности: 

• ООО «Хаканджинское» в лице генерального директора ФИО7 не установило порядок проверки знаний и умений лица, принимаемого на подземные работы; 

• ФИО4 – машинист буровой установки 5 разряда участка горных работ ООО «Хаканджинское». При выполнении работ пострадавший нарушил требования инструкций охраны труда и нормативных актов, регламентирующих требования промышленной безопасности, а также правила ведения работ;

• ФИО8 – начальник подземного горного участка ООО «Хаканджинское», не обеспечил осуществление производственного контроля за соблюдением работником участка требований охраны труда и промышленной безопасности на опасном производственном объекте;

• ФИО9 – горный мастер подземного горного участка ООО «Хаканджинское», не осуществлял контроль за соблюдением работником участка правил и норм охраны труда и промышленной безопасности, производственной и трудовой дисциплины, безопасного выполнения работ по технологическим процессам;

• ФИО10 – главный инженер ООО «Хаканджинское», не обеспечил контроль за осуществлением производственного контроля за соблюдением работником рудника требований охраны труда и промышленной безопасности на опасном производственном объекте;

• ФИО11 – инженер по охране труда и промышленной безопасности участка, не обеспечил контроль за осуществлением производственного контроля за соблюдением работником участка охраны труда и промышленной безопасности на опасном производственном объекте;

• ФИО12 – начальник отдела промышленной безопасности и охраны труда, не обеспечил контроль за осуществлением производственного контроля за соблюдением работником рудника требований охраны труда и промышленной безопасности на опасном производственном объекте.

Таким образом, указанным актом установлены виновные лица в гибели ФИО4, ответственные за допущенные нарушения законодательных и локальных актов, явившихся причиной несчастного случая. Нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного или наркотического опьянения не установлено (акт судебно-химического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы»).

При этом грубой неосторожности в действиях пострадавшего комиссия, проводившая расследование несчастного случая, не усмотрела.

Разрешая спор, суд исходит из того, что смерть ФИО4 наступила от действия источника повышенной опасности, принадлежащего ответчику, который в соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязан был обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, его семье, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истца, которая лишилась сына, являвшегося для нее близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного дистресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Гибель сына вследствие несчастного случая на производстве является для истца необратимым обстоятельством, нарушающим ее психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата самого близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий, что в силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, является основанием компенсации морального вреда. При этом истец до сих пор испытывает горечь утраты близкого человека, и эта утрата для нее является невосполнимой.

При определении размера компенсации морального вреда в соответствии со ст. 151 и п. 2 ст. 1101 ГК РФ суд принимает во внимание степень вины ответчика и погибшего, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств их причинения и степени родства.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, в размере 4 000 000 руб. является явно завышенным, учитывая, что истцом недостаточно обоснованы требования компенсации морального вреда в заявленном размере, принимая во внимание степень физических и нравственных страданий, руководствуясь принципами разумности и справедливости, учитывая степень родства, степени вины ответчика и потерпевшего, суд считает целесообразным и достаточным определить размер компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

При этом суд приходит к выводу о том, что в действиях ФИО4 отсутствует грубая неосторожность, в связи с чем, положения статьи 1083 ГК РФ, в части уменьшения размера возмещения вреда, применению не подлежат. 

По мнению суда, такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Компенсация морального вреда именно в таком размере определена судом исходя из установленных при рассмотрении дела обстоятельств дела (невосполнимость утраты истцом сына, погибшего в самом расцвете сил, отсутствие иной помощи от работодателя, кроме расходов по транспортировке тела умершего и возмещения похоронных услуг) и изложенных выше требований закона, а также с учетом того, что указанная компенсация имеет своей целью восстановление нарушенного права истца и не может являться средством обогащения. 

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При обращении в суд с иском, истец от уплаты государственной пошлины в доход государства был освобожден. 

Согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации с ответчика надлежит взыскать государственную пошлину в соответствующий бюджет в размере 300 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как усматривается, истцом понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей, что подтверждается представленными в суд документами: договором об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, квитанцией серии ААА № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 25 000 руб.

В силу указания закона (ст. 100 ГПК РФ) в каждом конкретном случае суду при взыскании таких расходов надлежит определять разумные пределы, исходя из обстоятельств дела. 

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. Суд, в соответствии с действующим законодательством, не может вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. Неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложность процесса.

Взыскание расходов на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требований статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 1 статьи 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Вместе с тем, вынося мотивированное решение о взыскании сумм в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшить его произвольно, тем более, если другая сторона не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (пункт 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 года № 454-О).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о взыскании с ООО «Хаканджинское» в пользу ФИО1 расходов на оплату услуг представителя всего в размере 20 000 руб., подтвержденных платежными документами. 

При этом суд учитывает обстоятельства дела, а именно, сложность дела, объем оказанной представителем помощи, выразившейся в подготовке искового заявления, участии в судебных заседаниях в суде первой инстанции, а также, что наличие квалифицированной юридической помощи в конечном итоге привело истца к ценному благу – частичному удовлетворению предъявленных им требований.

Расходы ответчика на оплату услуг представителя всего в размере 25 000 рублей не соответствуют сложности и продолжительности судебного разбирательства, сложившемуся в данной местности уровню оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в гражданском процессе и другим факторам, определяющим их размер.

Руководствуясь ст.ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Хаканджинское» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Хаканджинское» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Хаканджинское» в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Хаканджинское» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, в остальной части отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Хаканджинское» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан через Сибайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья: Сулейманов Т.М.

Мотивированное решение составлено 6 июля 2021 года

Подлинник решения подшит в гражданское дело №2-571/2021 Сибайского городского суда РБ