Дело № 2-64/19

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Королев 21 февраля 2019 года

Королевский городской суд Московской области в составе судьи Шишкова С.В., при секретаре Савельевой Т.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры и завещания недействительными, прекращении права собственности и включении квартиры в наследственную массу, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, уточнив исковые требования, обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения квартиры и завещания недействительными, прекращении права собственности и включении квартиры в наследственную массу, указав, что его отцу ФИО22 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> на основании договора о передаче жилого помещения в собственность граждан. 25 июля 2018 года ФИО23 было составлено завещание, которым он все свое имущество завещал ответчице. ДД.ММ.ГГГГ года между ФИО25 и ответчицей был заключен договор дарения спорной квартиры. В настоящее время ФИО2 является собственником квартиры. ДД.ММ.ГГГГ г.ФИО24 умер. После его смерти он в установленные законом сроки, обратился в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства. Впоследствии ему стало известно, что его отец совершил сделку по отчуждению квартиры, заключив договор дарения и составил завещание. ФИО26 находился в тяжелом состоянии, был установлен диагноз рак головного мозга 4 стадии, принимал наркотические средства, перенес операцию. С мая 2018 года здоровье стало ухудшаться. Считает, что завещание и договор дарения квартиры не могут быть законными, так как ФИО27 не осознавал значения своих действий. Он является наследником первой очереди. Просит суд признать завещание от 25 июля 2018 года и договор дарения квартиры от 10 августа 2018 года недействительными, прекратить право собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> включить квартиру в наследственную массу.

Представитель истца, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала, просили иск удовлетворить, по основаниям изложенным в исковом заявлении. 

Ответчица ФИО2 и представитель, действующая на основании доверенности, исковые требования не признали и просили в иске отказать, представив письменные возражения.

Третье лицо нотариус ФИО3 в судебное заседание не явилась, представила письменные пояснения.

Суд, выслушав мнение сторон, допросив свидетелей и оценив их показания, исследовав письменные материалы дела, находит, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу ст. 1118 ГК РФ завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В соответствии со ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Согласно ст.166 ГК РФ Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу ст.167 ГК РФ Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ст.168 ГК РФ Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно ч.1 ст.177 ГК РФ Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из материалов дела следует, что ФИО28 являлся отцом истца.

ФИО2 являлась супругой ФИО29 что подтверждается свидетельством о заключении брака (л.д.37).

ФИО4 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> на основании договора о передаче жилого помещения в собственность граждан от 21 января 2010 года.

25 июля 2018 года ФИО30. составил завещание, которым он все свое имущество завещал супруге ФИО2, удостоверенное нотариусом ФИО3 (л.д.41). 

Согласно ответу нотариуса ФИО3, она подтвердила факт удостоверения завещания. 

10 августа 2018 года между ФИО31 и ФИО2 и ответчицей ФИО5 был заключен договор дарения спорной квартиры (л.д.38-39) и зарегистрирован переход права собственности.

В настоящее время ФИО2 является собственником квартиры (л.д.12).

03 сентября 2018 г. ФИО4 умер (л.д.9). 

Судом установлено, что после смерти ФИО32 в установленные законом сроки, обратился в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства. В ходе оформления наследства истцу стало известно о завещании и договоре. 

Из пояснений представителей истца следует, что ФИО33 находился в тяжелом состоянии, был установлен диагноз рак головного мозга 4 стадии, принимал наркотические средства, перенес операцию. С мая 2018 года здоровье стало ухудшаться.

Из пояснений ответчицы следует, что она и супруг проживали совместно с 2000 года. В 2016 году ФИО34.В. был поставлен диагноз рак головного мозга и проведена операция. В декабре 2016 года они зарегистрировали брак. 25 июля 2018 года было составлено завещание. Нотариус приходила на дом. 10 августа 2018 года заключили договор дарения. В конце августа здоровье ФИО35В. сильно ухудшилось, впоследствии он умер в больнице. При заключении договора понимал он понимал значение своих действий. Несмотря на имеющееся заболевание был адекватным, работал. 

Допрошенные в ходе судебного заседания свидетели показали следующее.

Свидетель ФИО6 пояснила, что она являлась одноклассницей ФИО36.В 2018 году ей стало известно о болезни Дениса. Постоянно переписывались с ним по смс. Собирался на операцию в г.Санкт-Петербург. 

Свидетель ФИО7 пояснил, что вместе с у мершим учился в школе. Вместе занимались спортом. После окончания школы также общались. В феврале 2018 года узнал о болезни. В июле были собраны денежные средства. Денис собирался на операцию в г.Санкт-Петербург. Несколько раз перезванивался с ним в июле 2018 года. Денис плохо говорил, в се время переспрашивал.

Свидетель ФИО8 пояснил, что Денис в 2016 году говорил ему, что здоровье его ухудшилось. В конце 2016 года ФИО4 провели операцию. После операции переписывался с ним по телефону. Последний раз видел его в 2017 году. Проходил лечение в Петербурге. Считает, что у него ФИО37 проблемы с памятью, в беседе он не помнил о чем разговаривали вчера. В 2018 году общался с ним только по телефону. В июле Денис хотел встретиться с ним, но встреча не состоялась из-за плохого самочувствия Дениса. В начале 2018 года августа он плохо себя чувствовал.

Свидетель ФИО9 показал, что был знаком с умершим более 30 лет. О болезни ФИО38 узнал от ФИО8. Общался с ним посредством смс, известно, что он находился на операции в Бурденкор. Физически был слаб, но психическое состояние было нормальным. В 2018 году у него произошли речевые изменения. Говорил плохо.. 

Свидетель ФИО10 пояснила, что она по просьбе ФИО11 ставила капельницы и делала уколы. В 2018 году она также приходила к Денису в июне, в июле и августе. Иногда ее встречал сам Денис, разговаривал с ней, ориентировался во времени и пространстве. Разговаривала с ним. 

Свидетель ФИО12 показал, что он является первым супругом ФИО2 Был знаком с Денисом, общался с ним. ФИО2 сообщила ему о болезни Дениса. Он помогал им, возил в больницу ФИО4, ремонтировал машины, покупал продукты. Приходил к ним в гости. Денис сидел за компьютером работал. Также Денис помог ему починить сломанный компьютер. В 2018 году Денис плохо ходил, говорил нормально, все понимал. В августе 2018 года Ольга позвонила ему и сказала, что Денис плохо себя чувствует и они вместе отвезли его в больницу. 

Свидетель ФИО13 пояснил, что познакомился с Денисом в 1995 году. Вместе работали. В октябре 2016 года отвозил его в медсанчасть. Отвозил его в госпиталь ФИО14. Общался с ним и до и после операции. В 2017 году Иванов делал ремонт в квартире. ФИО39 работал. После того как стало известно о болезни, с 2016 года работы стали давать меньше, особо не нагружали. В 2018 году он приезжал к нему домой в июле 2018 года, Денис сидел за компьютером, также он консультировался у ФИО40. по проекту программы для привлечения клиентов. В августе 2018 года он также консультировался с Денисом по поводу бензопилы. Через два дня отвозил его в больницу. Денис был слаб физически. Плохо ходил. До последнего дня общался с ним, он всегда понимал его и узнавал. 

Согласно представленной трудовой книжке ФИО41 работал в должности директора по производству в ООО «Лаборатория торговых систем» с 2011 года. Трудовой договор прекращен в связи со смертью. 

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 г. "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

Поскольку в качестве основания для признания оспариваемого договора дарения недействительным истец ссылался на то, что в момент совершения завещания ФИО42 находился в состоянии, которое лишало его возможности понимать значения действий или руководить ими в момент подписания договора и составления завещания по ходатайству истца была назначена и проведена экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов № 540/з от 20.12.2018 года в период составления завещания 25 июля 2018 года и заключения договора дарения 10 августа 2018 года у ФИО50.В. имелось органическое непсихотическое расстройство в связи со смешанными заболеваниями. Психическое состояние было нестабильным. Ввиду недостаточности имеющихся в медицинской документации сведений о психическом состоянии ФИО44 в юридически значимый период, неоднозначности показаний свидетелей, дифференцированно оценить характер и степень выраженности имевшихся у ФИО4 в интересующие суд периоды изменений психики и ответить на вопрос и его способности понимать значение своих действий и руководить ими на моменты составления завещания 25.07.2018 года и заключения договора дарения 10.08.2018 года не представляется возможным. В связи с недостаточностью сведений, содержащихся в материалах дела и медицинской документации относительно юридически значимых периодов, полно и подробно исследовать индивидуально-психологические особенности ФИО43 характерные для него в период оформления завещания и заключения договора дарения, в том числе определить степень снижения его когнитивных процессов, выявить сохранные интеллектуальные ресурсы, а также обнаружить к него повышенную внушаемость, подчиняемость, способных оказать влияние на сознание, поведение, волю, способность понимать значение своих действий и руководить ими в исследуемых ситуациях не представляется возможным. 

В соответствии с п. 1 ст. 55 ГК РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Однако, это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

При рассмотрении настоящего спора по существу истцом не было указано на наличие каких-либо оснований сомневаться в правильности заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов. Суд принимает данное заключение в качестве доказательства по делу.

У суда не имеется оснований не доверять заключению комиссии экспертов, поскольку экспертиза проведена ведущим специализированным экспертным учреждением РФ - Государственным научным центром социальной и судебной психиатрии им ФИО16, комиссией экспертов, обладающих достаточной квалификацией и необходимыми познаниями в области психиатрии, имеющим достаточный стаж работы, а само заключение является полным, мотивированным, аргументированным.

В силу п. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Иные медицинские документы суду не представлены и у сторон не имеются. 

Судом рассмотрено ходатайство истца и отказано в назначении дополнительной экспертизы, поскольку предусмотренное нормой ст.87 ГПК РФ правомочие суда назначить дополнительную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного экспертного заключения, как особый способ его проверки, вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

У суда не имеется оснований не доверять заключению комиссии экспертов Государственным научным центром социальной и судебной психиатрии им ФИО16, выводы которого для суда ясны и понятны, оснований для назначения по делу дополнительной экспертизы не имеется.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства, а также с учетом проведенной экспертизы, в соответствии со ст.67 ГПК РФ, не усматривает законных правовых оснований для признаниянедействительными по ст.177 ГК РФ завещанияот 25.07.2018 года и договора дарения от 10.08.2018 года, поскольку доказательств нахождения ФИО45 при составлении оспариваемогозавещанияи заключения договора в состоянии, ставящим под сомнение чистоту его волеизъявления, не представлено и в судебном заседании не установлено, материалы дела таких доказательств также не содержат.

Суд, также учитывает, что состояние, при котором по утверждению истца, ФИО49 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, должно было быть замечено нотариусом, который не удостоверил бы в таком случаезавещание. Однако, как следует из объяснений показаний нотариуса, следует, что дееспособность ФИО4 в момент составления завещаниясомнений не вызывала иприходит к выводу о том, что истцом не доказано, что ФИО47 в юридически значимые периоды оформления завещания от 25.07.2018 г. и заключения договора дарения от 10.08.2018 года не мог понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению.

В связи с чем, подлежат отклонению и требования о прекращении права собственности ФИО2 на квартиру и включении квартиры в наследственную массу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО48 о признании завещания от 25 июля 2018 года и договора дарения квартиры от 10 августа 2018 года недействительными, прекращении право собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес>6 и включении квартиры в наследственную массу отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Королевский городской суд Московской области в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья:

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года

Судья: