Дело № 2- 2410/2019

24RS0046-01-2019-001299-02

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 мая 2019 года г. Красноярск 

Свердловский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Милуш О.А., 

при секретаре Струковой Ю.А.,

с участием истца ФИО2, представителя ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО5, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ПАО «Сбербанк России» о взыскании премии, незаконно удержанных сумм, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ПАО «Сбербанк России» о взыскании премии, незаконно удержанных сумм, компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что истец с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состояла с ответчиком в трудовых отношениях, занимая должность инженера в отделе организации строительства Управления развития материально-технической базы, а также должность ведущего инженера Отдела развития инфраструктуры, старшего специалиста и старшего инженера. В соответствии с общими положениями Положения о премировании работников ПАО «Сбербанк», утв. ДД.ММ.ГГГГ, система премирования ответчика включает в себя премирование за отчетный месяц, отчетный квартал и вознаграждение по итогам года. Право на премирование имеют работники, имеющие в отчетном периоде фактически отработанное время, имеющие коэффициент результативности более 0, переведенные из одного подразделения в другое, пропорционально отработанному времени, а также уволенные по собственному желанию (п.2.1). В соответствии с основными принципами премирования работников (п. 3.3) премия работникам выплачивается пропорционально фактически отработанному в отчетном периоде времени. Работникам, уволившимся ранее окончания отчетного периода, премия рассчитывается исходя из их должностных окладов и установленных коэффициентов премирования, действовавших на день увольнения (п.3.4) и выплачивается в последний день отчетного периода. Однако истцу премия за 2018 год выплачена не была, в связи с чем полагает с ответчика подлежит взысканию премия в размере 36329,19 руб., исходя из расчета 32000 (оклад)/247 дней*138 дней (отработанные)*1,27 (суммированный коэффициент)*1,6=36329,19.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась в отпуске по беременности и родам и отпуске по уходу за ребенком до 3-х лет. При предоставлении отпуска в феврале-марте 2018 года и июле 2018 года ответчик не уведомлял истца о том, что предоставляет отпуск авансом. При увольнении истцу было начислено 12800 руб., из которых 8000 руб. – оплата за отработанное время, 4800 руб. – районный коэффициент и северная надбавка, кроме того за 3-й квартал 2018 года была начислена премия в размере 9326,29 руб., все указанные суммы были удержаны ответчиком в счет досрочно использованного отпуска. Однако на основании ст. 138 ТК РФ общий размер удержаний при выплате заработной платы не может превышать 20%, в связи с чем истец просит взыскать с ответчика незаконно удержанную сумму в размере 22126,29 руб.

Кроме того, проверив начисление отпускных в июле 2018 года, истец полагает, что отпускные подлежали выплате в размере 39461,31, в то время как фактически выплачено 30687,44 руб., недоплата составила 8773,87 руб.

В связи с невыплатой заработной платы на основании ст. 236 ТК РФ истец просит взыскать с ответчика проценты в размере 2718,18 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ за 182 дня на сумму 21573,87 руб. (12800+8773,87). Незаконными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, размер которого истец ФИО2 оценивает в 50 000 руб. На основании ст. 98 ГПК РФ просит также взыскать с ответчика расходы по составлению искового заявления в размере 8000 руб.

Впоследствии истец уточнила исковые требований, указав, что расчет отпускных ответчиком был произведен верно, в связи с чем не поддерживает исковые требования в части взыскания недоначисленных отпускных в размере 8773,87 руб., в связи с чем уменьшила размер процентов по ст. 236 ГТК РФ до 2673,59 руб., остальные требования поддержала в полном объеме. 

Истец ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала по вышеизложенным основаниям. Дополнительно пояснила, что в нарушение положений ст. 136 ТК РФ при увольнении ей не были выданы расчетные листки за август и сентябрь 2018 года и записка-расчет при прекращении трудового договора, в связи с чем истец полагала, что полный расчет с ней был осуществлен ответчиком 05.09.2019, никаких удержаний не производилось. По электронной почте сообщалось, что имеется задолженность в сумме 30687,44руб., однако истец согласие на удержание не давала. О том, что спорные денежные суммы были начислены, удержан подоходный налог и впоследствии удержаны, истцу стало известно только в январе 2019 года при получении справки 2-НДФЛ за 2018 года. Поскольку работодатель не знакомил истца с Положением о выплате вознаграждения по итогам года, оно не подлежит применению, при этом вознаграждение по итогам работы за год является стимулирующей выплатой, входящей в состав заработной платы. Установление увольняющимся работникам худших условий оплаты труда по сравнению с работниками, с которыми трудовые отношения продолжаются, является дискриминацией в сфере труда. Работодатель не уведомил истца о том, что дата выхода из отпуска по уходу за ребенком до 3-х лет – 10.01.2016 не совпадает с рабочим периодом истца, который начинается с 20.04.2016, не указал на необходимость корректирования графика отпусков в соответствии с положенным рабочим периодом, не известил о возникшей задолженности в течение следующих периодов, что является нарушением ст. 22 ТК РФ. Удержания из заработной платы возможны лишь с письменного согласия работника и не более 20%. Исходя из положений ст.114 и ст. 139 ТК РФ отпускные являются заработной платой работника, статьей 137 ТК РФ установлен запрет на взыскание излишне выплаченной работнику зарплаты, счетной ошибки допущено не было, в связи с чем удержанная заработная плата в размере 22126,29 руб. подлежит возврату истцу. Ввиду многочисленного нарушения ответчиком положений трудового законодательства истец просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал, представив отзыв на исковое заявление, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ с истцом был расторгнут трудовой договор на основании п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ, при этом у истца имелась дебиторская задолженность в размере 30687,44 руб. по причине использования ежегодного оплачиваемого отпуска авансом за рабочий период с 24.04.2018-19.04.2019 в количестве 14 календарных дней. В соответствии со ст. 137 ТК РФ ПАО «Сбербанк» в день увольнения произвел удержание из заработной платы истца в размере 12800 руб. и при начислении квартальной премии в размере 9326,29 руб., задолженность составила 8561,15 руб. Ограничения размера удержаний при каждой выплате заработной платы не более 20% не распространяются на случаи удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. У истца отсутствовало право на получение премии по итогам года, поскольку Положением о выплате работникам ПАО «Сбербанк» вознаграждения по итогам работы за год от 06.12.2017 № предусмотрено, что право на получение вознаграждения не имеют работники, трудовой договор с которыми был расторгнут до даты выплаты вознаграждения. Премия по итогам года выплачена в декабре 2018 года, когда трудовой договор с истцом был расторгнут. Выплата премии работнику не является гарантированной формой дохода и представляет собой поощрительную выплату стимулирующего характера. Определение условий для выплаты такой премии относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе самостоятельно устанавливать размер таких премий и порядок их выплаты. Ввиду отсутствия нарушения трудовых прав истца со стороны ответчика, в удовлетворении исковых требований в том числе о компенсации морального вреда и судебных расходов просит отказать.

Представитель Государственной инспекции труда в Красноярском крае в судебное заседание не явился о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

На основании статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно части 1 статьи 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Таким образом, заработная плата работника состоит из вознаграждения за труд, компенсационных и стимулирующих выплат.

Статьей 135 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть 1).

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2).

Статьей 22 Трудового кодекса РФ поощрение работников за добросовестный эффективный труд отнесено к правам, а не обязанностям работодателя.

Это же следует и из положений статьи 191 Трудового кодекса РФ, которой определен примерный перечень видов поощрения, среди которых указана премия.

По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иными нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда включает помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, являющаяся мерой поощрения работников за добросовестный и эффективный труд, применение которой относится к компетенции работодателя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ состояла с ответчиком в трудовых отношениях, занимая при трудоустройстве должность инженера в отделе организации строительства Управления развития материально-технической базы, что подтверждается трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8-13, 70-72). Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/К/СКБ уволена по инициативе работника по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ с ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 3.3 Трудового договора предусмотрено, что при условии прибыльной работы Банка, добросовестного и качественного выполнения должностных обязанностей работнику выплачивается денежное вознаграждение (премия) по результатам текущей работы (за месяц, квартал), единовременное вознаграждение по итогам работы за год, а также за выслугу лет в порядке и на условиях, определяемых действующими в Банке нормативными документами.

Постановлением Правления ПАО «Сбербанк России» утверждено Положение о выплате работникам ПАО «Сбербанк» вознаграждения по итогам работы за год от ДД.ММ.ГГГГ № (протокол от ДД.ММ.ГГГГ №§1а) (далее Положение) (л.д.124-133).

Данным локальным нормативным актом работодателя урегулированы виды премиальных выплат, порядок их расчета, установлены условия премирования, определен круг лиц, имеющих право на получение премий.

В соответствии с п. 1.1 Положения, оно разработано в целях материального стимулирования работников в улучшении качественных и количественных результатов деятельности, повышении их заинтересованности в конечных результатах труда, усилении их ответственности за выполнение годовых бизнес-планов. Вознаграждение по итогам работы за год является частью системы премирования работников Банка (п.1.3).

В соответствии с п.2.2 Положения право на получение вознаграждения не имеют работники, трудовой договор с которыми был расторгнут до даты выплаты вознаграждения (п.2.2 Положения), исключительных случаев, предусмотренных п. 2.1 Положения не имеется, поскольку трудовые отношения между истцом и ответчиком прекращены по инициативе работника. 

Таким образом, в силу действующего у ответчика локального нормативного акта работники, ранее состоявшие в трудовых отношениях с Обществом, но уволенные по пункту 3 статьи 77 Трудового кодекса РФ до даты выплаты вознаграждения, право на получение премии по итогам года не имеют, при этом по условиям трудового договора работнику могут выплачиваться в сроки, порядке и размерах, определяемых внутренними документами работодателя, в том числе премии по итогам определенного периода времени в зависимости от качества исполнения работником условий настоящего трудового договора в течение отчетного периода времени и/или выполнения иных условий, необходимых для выплаты такой премии, определенных соответствующих внутренними документами работодателя.

В силу названного трудового договора премирование ФИО2 является правом, а не обязанностью работодателя. Оно поставлено в зависимость не только от качества исполнения работником условий договора, но и от условий, определенных внутренними документами работодателя, к которым относится вышеназванное Положение о выплате работникам ПАО «Сбербанк» вознаграждения по итогам работы за год. Условий о том, что премиальные выплаты являются составной частью заработной платы, трудовой договор, дополнительные соглашения к трудовому договору (л.д.73-77), заключенные с истцом, не содержат.

В указанной связи исковые требования о взыскании с ответчика премии по итогам 2018 года в размере 36329,19 являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Доводы истца о том, что выплата премиальных вознаграждений является составной частью заработной платы, в связи с чем обязательна к выплате работодателем, иное толкование является дискриминационным, суд признает несостоятельными, поскольку премиальные выплаты не являются гарантированными выплатами, входящими в систему оплаты труда, их выплата относится к исключительной компетенции работодателя и является по своему правовому характеру поощрительными выплатами стимулирующего характера, установленными принятым работодателем положением, регламентирующим условия, порядок и размер их начисления, что не противоречит действующему трудовому законодательству.

В соответствии со ст. 137 ТК РФ Удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

На основании ст. 115 ТК РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

Согласно ст. 14 Закона РФ от 19.02.1993 N 4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» кроме установленных законодательством дополнительных отпусков, предоставляемых на общих основаниях, лицам, работающим в северных районах России, устанавливается также в качестве компенсации ежегодный дополнительный отпуск продолжительностью в остальных районах Севера, где установлены районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате, - 8 календарных дней.

Из пояснений ответчика следует за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истцом реализовано право на ежегодный оплачиваемый отпуск в полном объеме (л.д.81-83), что не оспаривалось истцом ФИО2 в судебном заседании. 

За очередной период с ДД.ММ.ГГГГ до 08.10.2013г Работник не отработала рабочий год, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отработала 9 (Девять) месяцев. С ДД.ММ.ГГГГ истцом был оформлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им 3-летнего возраста, что подтверждается Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-К.

До ухода в отпуск по уходу за ребенком, на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-ОТ истцу был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в количестве 36 календарных дней, что подтверждается Личной карточкой сотрудника- формы Т-2.

Ввиду того, что сотрудник фактически отработал неполный период, дающий ему право на ежегодный оплачиваемый и дополнительный отпуск в количестве 36 дней, который должен был завершиться ДД.ММ.ГГГГ, у нее возникло право на отпуск в количестве только 27 дней, 9 дней отпуска было предоставлено работнику авансом.

В силу ст. 121 ТК РФ в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, не включается время отпусков по уходу за ребенком до достижения им установленного законом возраста.

Соответственно, период нахождения истца в отпуске по уходу за ребенком не включается в период для расчета ежегодного оплачиваемого отпуска.

Течение отпускного периода, дающего сотруднику право на ежегодный оплачиваемый отпуск, приостанавливается на время нахождения в отпуске по уходу за ребенком. 

Из пояснений сторон следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вышла из отпуска по уходу за ребенком, следовательно, с ДД.ММ.ГГГГ приостановленный период, дающий право на ежегодный оплачиваемый отпуск (с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ) возобновился, новый расчетный период для отпуска с учетом неотработанных трех месяцев за период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, следует исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом предоставленных истцу отпусков в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.78-80) произошло авансовое использование 14 календарных дней отпуска, что не оспаривается истцом ФИО2 и подтверждается приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО2 был предоставлен отпуск в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.90,53), а также расчетом отпускного периода и права сотрудника на ежегодный оплачиваемый отпуск (л.д.91, л.д.84-90). Исходя из суммы среднедневного заработка в размере 2191,96 руб. истцу начислены и выплачены отпускные за 14 календарных дней в размере 30687,44 руб. (л.д.92).

Таким образом, на момент увольнения задолженность истца перед ответчиком составила 30687,44 руб.

Согласно расчетному листку за сентябрь 2018 года за пять рабочих дней истцу начислено 12800 руб., которые были удержаны работодателем в счет погашения задолженности в связи с авансовым предоставлением отпуска (л.д.113). 

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ истцу была начислена квартальная премия за 38 дней работы в 3-ем квартале 2018 года в размере 9326,29 руб., что подтверждается справкой о доходах за 2018 года от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.146), которая также была удержана ответчиком в счет задолженности за отпуск, использованный авансом, в связи с чем остаток задолженности истца перед ответчиком составляет 8561,15 руб. 

Поскольку основанием расторжения трудовых отношений истца и ответчика является заявление работника ФИО2 о расторжении трудового договора по инициативе работника, по есть по основанию, которое не включено в перечень, установленный абз.5 ч.2 ст. 137 ТК РФ, работодатель при осуществлении окончательного расчета с работником и удержании из начисленных сумм за неотработанные дни отпуска действовал правомерно. 

Доводы истца о том, что работодатель не имел права производить удержание из заработной платы в размере более чем 20%, является несостоятельной, поскольку из буквального толкования абз. 5 ч. 2 ст. 137 ч. 1 ст. 138 Трудового кодекса РФ следует, что ограничения размера удержаний при каждой выплате заработной платы не более 20% не распространяются на случаи удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Получение согласие работника на осуществление удержание в счет имеющейся задолженности в данном случае действующим законодательством не предусмотрено. 

При этом, действующее законодательство не предусматривает возможности взыскания суммы задолженности в судебном порядке с работника, использовавшего отпуск авансом, если работодатель фактически при расчете не смог произвести удержание за неотработанные дни отпуска вследствие недостаточности сумм, причитающихся при расчете.

Доводы истца о недобросовестности ответчика, который не довел до истца информацию о предоставлении отпуска авансом, также являются несостоятельными, поскольку истцу отпуска предоставлялись на основании соответствующих заявлений истца, с приказами о предоставлении отпусков истец была ознакомлена, в связи с чем истец самостоятельно распоряжалась правом определять период и время убытия в отпуск, при этом работодатель не мог знать о предстоящем решении истца прекратить трудовые отношения. 

Доводы истца о не доведении до работника информации о начисленных суммах и их удержании без согласия истца судом не принимаются, поскольку в спорных правоотношениях право работодателя на осуществление удержания имеющейся задолженности при авансовом предоставлении отпуска из сумм, начисленных работнику при увольнении, предусмотрено ст. 137 ТК РФ.

При таких обстоятельствах, требования истца о взыскании с ответчика денежной суммы в размере 22126,29 руб. являются необоснованными. 

Ввиду необоснованности исковых требований о взыскании денежных сумм с ответчика в пользу истца, не подлежат удовлетворению и производные требования о взыскании процентов в соответствии со ст. 236 ТК РФ, компенсации морального вреда и судебных расходов. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ПАО «Сбербанк России» о взыскании премии по итогам 2018 года, незаконно удержанных сумм в размере 22126,29 руб., процентов по ст.236 ТК РФ в размере 2673,59 руб., компенсации морального вреда, судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Свердловский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 31.05.2019.

Судья О.А. Милуш