Судья Центрального районного суда Иванова И.М. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 22 марта 2019 года № 22-1051/2019

Судья Кемеровского областного суда Билоград И.Г.,

при секретаре Зубан Е.И.,

с участием прокурора апелляционного отдела УСУ прокуратуры Кемеровской области Санчай А.М.,

осужденной ФИО22,

защитника Ильиной М.И., адвоката НО «Коллегия адвокатов № 2 Ленинского района г.Кемерово Кемеровской области», представившей удостоверение № 8 от 29 ноября 2002 года и ордер № 444 от 22 марта 2019 года, 

рассмотрел в г.Кемерово в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя начальника отдела прокуратуры Кемеровской области Смычкова Е.Г. и апелляционную жалобу адвоката Ильиной М.И. в защиту осужденной ФИО22 на приговор Центрального районного суда г.Кемерово от 13 декабря 2018 года, которым

ФИО22, 

<

данные изъяты>, ранее не судимая,

осуждена по ч. 1 ст. 202 УК РФ к штрафу в размере 200000 рублей с лишением права заниматься нотариальной деятельностью сроком на 2 года. 

На основании ст. 78 УК РФ ФИО22 по преступлению по ч. 1 ст. 202 УК РФ от уголовной ответственности освобождена в связи с истечением сроков давности.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ с ФИО22 в пользу ФИО1 взыскано 100000 рублей. 

В приговоре разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств. 

Заслушав доклад судьи Кемеровского областного суда Билоград И.Г., изложившей содержание обжалуемого приговора, доводы апелляционного представления государственного обвинителя и апелляционной жалобы адвоката, возражений государственного обвинителя на апелляционную жалобу, выступления прокурора Санчай А.М., просившей приговор изменить по доводам апелляционного представления, в удовлетворении жалобы адвоката отказать, мнения осужденной ФИО22 и ее защитника адвоката Ильиной М.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО22 осуждена за злоупотребление полномочиями частным нотариусом, то есть использование частным нотариусом своих полномочий вопреки задачам своей деятельности, в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц, нанесения вреда другому лицу, с причинением существенного вреда правам и законным интересам граждан, охраняемым законом интересам общества и государства. 

Преступление совершено 12 июля 2016 года в г.Кемерово при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Смычков Е.Г., ссылаясь на нормы УК РФ, УПК РФ, а также постановления Пленума Верховного Суда РФ № 58 от 22 декабря 2015 года и № 19 от 27 июня 2013 года, указывает, что суд неправильно применил уголовный закон, не учел, что дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью к наказанию в виде штрафа санкцией ч. 1 ст. 202 УК РФ не предусмотрено, положения ч. 3 ст. 47 УК РФ не применил. Суд определил только вид деятельности, которой запрещено заниматься, без назначения самого наказания, что является существенным нарушением уголовного-процессуального закона, а назначенное наказание несправедливым вследствие чрезмерной мягкости. Кроме того, поскольку осужденная ФИО22 возражала против прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности, то в соответствии с п. 8 ст. 302 УК РФ она подлежала освобождению от отбытия назначенного наказания, а не от уголовной ответственности. Также суд необоснованно рассмотрел вопрос о возможности применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, поскольку преступление относится к небольшой тяжести, изменить которую невозможно.

Просит приговор суда изменить, в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ назначить ФИО22 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью на срок 2 года – в виде лишения права заниматься нотариальной деятельностью; освободить ФИО22 от назначенного наказания в связи с связи с истечением сроков давности уголовного преследования; исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

В апелляционной жалобе адвокат Ильина М.И. в защиту интересов осужденной ФИО22, ссылаясь на нормы российского и международного права, считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, поскольку никаких нарушений действующего законодательства нотариусом ФИО22 не допущено, удостоверение ею доверенности от имени ФИО1 полностью соответствовала его действительному волеизъявлению, в связи с чем в действиях нотариуса ФИО22 не содержится состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 202 УК РФ. Приводит подробные доводы, согласно которым:

- суд лишил ФИО22 возможности допросить свидетелей защиты ФИО2, ФИО3, ФИО4, что привело к невозможности всестороннего и полного исследования обстоятельства и невозможности доказать не виновность осужденной и являлось основанием для возврата дела прокурору, и влечет отмену приговора;

- суд необоснованно отказал в истребовании у нотариуса ФИО5 сведений об удостоверении ФИО1 доверенности на распоряжение теми же акциями в пользу тех же лиц, что подтверждало бы наличие у потерпевшего воли на распоряжение акциями, и опровергло бы выводы суда о совершении ФИО22 нотариального действия вопреки воле потерпевшего;

- принятие заявки на совершение нотариального действия вне помещения нотариальной конторы и изготовление проекта доверенности от имени ФИО1 по просьбе третьего лица (ФИО2), а не самого доверителя, и до общения с ним, соответствует закону, не нарушает Основ о нотариате, Порядка совершения нотариальных действий (установленного решением Правления Кемеровской областной нотариальной палаты от 5 декабря 2007 года), поскольку документов, подтверждающих полномочия лица для обращения к нотариусу, не требуется, оснований к отказу в выезде не имелось;

- изготовление проекта доверенности соответствует закону, поскольку такова сложившаяся практика, что подтвердили свидетели ФИО9 и ФИО8, а окончательный вариант документа составляется нотариусом после общения с самим доверителем, что и произошло в данном случае;

- присутствие третьих лиц при нотариальном действии удостоверения доверенности само по себе нарушением тайны нотариального действия не является, ФИО1 не возражал против их присутствия, ФИО16, ФИО15 и ФИО17 не прислушивались к беседе ФИО1 и нотариуса, а сам ФИО1 обращался к ФИО3 с вопросом, на кого удостоверять доверенность. При этом факта распространения нотариусом ФИО22 сведений о содержании удостоверенного действия ей не вменено, суд вышел за рамки предъявленного обвинения. Оснований для отказа в совершении нотариального действия у нотариуса ФИО22 не имелось;

- вывод суда об удостоверении ФИО22 доверенности без намерения на выявление воли ФИО1 противоречит доказательствами по делу. ФИО22 показала, что выясняла у ФИО1 его намерение, он прочитал текст доверенности, с ним согласился, возражений не высказал, доверенность подписал собственноручно; имеется письменное заявление ФИО1 о намерении удостоверить доверенность на имя ФИО3, в суде ФИО1 подтвердил факт подписания доверенности, до настоящего времени доверенность им не отозвана. Апеллянт привела оценку показаниям потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО16, ФИО15 и ФИО17, которая сводится к тому, что нотариус выясняла у ФИО1, какое именно действие он хочет удостоверить, а показания ФИО1 об обратном являются лишь его выводами, а не рассказом о происшедшем, и опровергаются его же показаниями о том, что о содержании доверенности он сам сообщил нотариусу;

- описанные судом действия по получению ФИО22 паспорта потерпевшего не являются нарушением закона, поскольку ФИО22 удостоверила личность ФИО1, обязанности выяснять, почему паспорт находился в сейфе следователя, у нотариуса не имелось;

- вывод суда о том, что ФИО22 не выяснила процессуальный статус ФИО1, противоречит закону. ФИО1 не находился под стражей, не находился в местах содержания под стражей и домашним арестом, а лишь находился в наручниках. Процессуальный статус подозреваемого, задержанного по подозрению в совершении преступления, не препятствовал совершению нотариального действия по удостоверению доверенности;

- на совершение нотариального действия в помещении следственного комитета письменного разрешения следователя не требовалось, обстоятельства свидетельствовали о наличии разрешения следователя на общение с ФИО1, факт задержания которого ФИО22 не был сообщен;

- вывод суда о том, что ФИО22 не разъяснила «содержание нотариальной удостоверяемой сделки» противоречит доказательствам по делу, в том числе показаниями потерпевшего ФИО1;

- вывод суда о том, что ФИО22 не выяснила причины дарения ФИО1 акций необоснованы, поскольку нотариус не должна была по собственной инициативе выяснять эти причины, о мотивах иных лиц, в отношении которых ведется другое уголовное судопроизводство, ФИО22 известно не было, а сам ФИО1 ей о такой вынужденности не говорил. Из обстановки такая «вынужденность» не следовала, в присутствии нотариуса ФИО1 никто угроз не высказывал и условий освобождения из-под стражей не выдвигал;

- материалами дела не доказаны последствия в виде извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц, плата за совершенное нотариальное действие в размере 4000 рублей соответствует ст. 333.24 НК РФ ст. 22.1 Основ законодательства о нотариате,

- материалами дела не доказаны последствия в виде существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства, а также причинная связь между поведением нотариуса и такими последствиями. Материалами уголовного дела № в отношении ФИО2, ФИО3 и других установлено, что вред ФИО1 причинен противоправными действиями указанных лиц. Причинно-следственной связи между действиями ФИО22 по удостоверению доверенности и арестом ФИО1 в целях получения от него имущества – отсутствуют;

- вывод суда о том, что причиненный ФИО1 вред выразился в создании условий для перехода права собственности на принадлежащие ему акции противоречит материалам дела, такие последствия могли возникнуть в результате действий ФИО4 и других лиц, что и вменено им в вину в рамках другого уголовного дела. Причастность к их действиям нотариуса ФИО22 не установлена;

- на основании удостоверенной нотариусом ФИО22 доверенности никаких действий ФИО3 не совершено, акции по-прежнему принадлежат ФИО1, что свидетельствует об отсутствии причиненного ущерба;

- размер ущерба, указанный судом, не исследовался и не установлен, доказательств принадлежности 

<

данные изъяты> акций 

<

данные изъяты> ФИО1, а также имущества данной организации балансовой стоимостью 

<

данные изъяты> отсутствуют. Выводы суда противоречат ст. 31 Закона «Об акционерных обществах», где указано, что акционеры не обладают правом собственности на имущество общества, а имеют право на получение дивидендов. Выдача доверенности на дарение акций не могла создать условий для перехода права собственности на имущество общества;

- выводы суда о том, что нотариус ФИО22 не обеспечила защиту прав и законных интересов ФИО1 и о том, что ее действия нанесли ущерб профессиональной деятельности нотариуса и подрыв доверия и престижа нотариата, сделаны за пределами предъявленного ФИО22 обвинения и являются незаконными.

Просит приговор суда отменить, производство по делу по ч. 1 ст. 202 УК РФ прекратить за отсутствием в действиях ФИО22 состава преступления, в удовлетворении гражданского иска ФИО1 отказать. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления государственного обвинителя, апелляционной жалобы адвоката, суд апелляционной инстанции находит, что обжалуемый приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления, апелляционная жалоба адвоката – оставлению без удовлетворения. Оснований, указанных в ст. 389.15 УПК РФ, влекущих отмену приговора, не усматривается.

Как усматривается из материалов уголовного дела, судом первой инстанции в ходе судебного следствия установлены обстоятельства подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, включая место, время и способ совершения преступления, дана оценка всем представленным сторонами и имеющим существенное значение для разрешения дела доказательствам, исследованным в судебном заседании и подробно приведенными в приговоре суда, в том числе: 

- показаниям самой ФИО22, не признавшей вину, заявившей о том, что все ее действия соответствовали действующему законодательству о нотариальной деятельности; 

- показаниям потерпевшего ФИО1, которые сводятся к тому, что под давлением иных лиц он согласился на отчуждение принадлежащего ему контрольного пакета акций 

<

данные изъяты>, оформлявшая доверенность на дарение акций нотариус ФИО22 его желание на оформление данной доверенности не выясняла, с нотариусом никаких конкретных условий по выдаваемой доверенности не обговаривали, она не выясняла его статус, хотя он находился в наручниках в кабинете следователя в 

<

данные изъяты>, окончательный вариант доверенности был подготовлен иным лицом. Нотариус просто пришла, взяла его паспорт и уехала оформлять доверенность. Приехала нотариус уже с готовым документом. При подписании доверенности присутствовали посторонние лица – ФИО18, ФИО3 и конвоиры, которые слышали содержание доверенности. Также в присутствии нотариуса он отказывался что-либо подписывать, пока ему не вернут паспорт, который брал в руки ФИО18 Он просил конвоира снять с него один наручник, так как ставить подпись было не удобно. Он подписал все документы, которые его просили подписать, в том числе вызов нотариуса на совершение нотариальных действий;

- показаниям свидетелей ФИО6, ФИО7, сотрудников нотариуса, об обстоятельствах оформления доверенности от имени ФИО1 ФИО3 на дарение 

<

данные изъяты> акций 

<

данные изъяты>, первый бланк доверенности был испорчен и списан, второй вариант был согласован, передан посредством электронной почты, нотариальное действие было осуществлено нотариусом 12 июля 2016 года по окончанию рабочего времени вне нотариальной конторы, по вызову заявителя из 

<

данные изъяты>; 

- показаниям свидетелей ФИО21, ФИО15, ФИО17 и ФИО16 об обстоятельствах конвоирования ФИО1 12 июля 2016 года из ИВС 

<

данные изъяты> в здание 

<

данные изъяты> по адресу 

<

адрес>, где с ним длительно беседовали следователь, также иные лица, из их беседы было понятно, что ФИО1 дал согласие на продажу акций, далее был вызван нотариус, которая с ФИО1 обменялась несколькими фразами, ей дали паспорт ФИО1, который все время был в наручниках, нотариус это видела, но ничего не спрашивала об этом, выясняла права по доверенности, про добровольность дарения ничего не спрашивала, подробно права по доверенности с ФИО1 обсуждал ФИО3 Нотариус приезжала дважды, во второй приезд нотариус привезла паспорт ФИО1 и готовую доверенность, с текстом документа не знакомились, но было ясно, что ФИО1 выдает доверенность на дарение акций. Никаких вопросов ФИО1 нотариус не задавала, просто показала ФИО1 где подписать, ФИО1 никаких возражений при подписании доверенности не высказывал, услуги нотариуса оплатил ФИО3;

- показаниям свидетеля ФИО19 о том, что 12 июля 2016 года вместе с ФИО18 и ФИО3 ездили в 

<

адрес>, были долго, в это время ФИО18 брал его паспорт, для чего он не спрашивал, затем отдал;

- показаниям свидетеля ФИО18 об обстоятельствах, при которых вместе с ФИО3 12 июля 2016 года приезжал в 

<

данные изъяты>, где в кабинете видел ФИО1 в наручниках, с конвоирами, с ФИО1 общался ФИО3, разговор был о проблемах на 

<

данные изъяты>, об акциях, возможность их отчуждения. Он периодически выходил из кабинета. Потом дважды приезжала нотариус, ФИО1 была подписана доверенность; 

- показаниям свидетеля ФИО20, члена правления нотариальной палаты Кемеровской области о том, что при рассмотрении дисциплинарного дела в адрес нотариуса ФИО22 было вынесено замечание, основанием послужило то, что нотариус ФИО22 удостоверила доверенность на дарение акций в присутствии посторонних лиц, в здании 

<

данные изъяты>; 

- показаниям допрошенных в качестве свидетелей защиты ФИО8, главного специалиста-эксперта отдела по контролю и надзору в сфере адвокатуры, нотариата, члена правления по Кемеровской области, нотариуса ФИО9, об организации и порядке совершения нотариальных действий; 

- протоколам осмотров, выемки документов, файлов со скриншотами, прослушивания фонограмм, согласно которым подтвержден факт выезда нотариуса ФИО22 для совершения нотариальных действий вне нотариальной конторы, по адресу 

<

адрес>, для удостоверения доверенности от имени ФИО1 на дарение ФИО19 

<

данные изъяты> обыкновенных акций 

<

данные изъяты>, заказчиком выезда нотариуса являлась ФИО2, 

- сведениям ООО 

<

данные изъяты> о направлении с электронной почты ФИО4 скана паспорта ФИО1 на электронную почту нотариуса ФИО22, в ответ направлен проект доверенности; 

- информацией генерального директора ООО 

<

данные изъяты> о принадлежности ФИО1 

<

данные изъяты> акций 

<

данные изъяты> на основании договора дарения от 15 декабря 2015 года, имеющего государственный регистрационный номер;

- другим доказательствам, перечень которых в необходимом объеме приведен в приговоре суда. 

Указанные и иные доказательства, в том числе доказательства, представленные стороной защиты, всесторонне, полно и объективно исследованы судом, их подробное содержание, анализ и оценка изложены в приговоре. Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, при этом суд указал в приговоре, по каким основаниям он принял одни из доказательств и отверг другие.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах и соответствуют им, достоверность доказательств у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда, считает, что доказательства, представленные стороной обвинения, являются допустимыми и достоверными, и находит, что показания потерпевшего и свидетелей последовательны, непротиворечивы и согласуются между собой и другими доказательствами по делу и в совокупности подтверждают виновность ФИО22 в инкриминируемом ей преступлении.

Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего, свидетелей при даче показаний в отношении осужденной ФИО22, оснований для ее оговора не установлено. Противоречия в показаниях свидетелей о юридически значимых обстоятельствах дела устранены судом путем оглашения их показаний, данных в период предварительного расследования, которые свидетелями были подтверждены. Обстоятельств, ставящих эти показания под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности ФИО22, судом апелляционной инстанции не установлено.

Все доводы апелляционной жалобы адвоката, которые, по мнению апеллянта, свидетельствуют о невиновности ФИО22 в инкриминируемом деянии, являлись предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты, поскольку они опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, признанных допустимыми и достоверными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, в ходе судебного разбирательства судом было обеспечено равенство прав сторон, созданы необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения дела, стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств. По всем заявленным ходатайствам судом приняты обоснованные решения, которые надлежащим образом мотивированы.

Доводы адвоката о том, что суд лишил ФИО22 возможности допросить ФИО2, ФИО3, ФИО4 в качестве свидетелей, отказав в отложении дела и их допросе до момента, когда они могут дать показания, и доказать не виновность осужденной, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Согласно протоколу судебного заседания, суд обеспечил возможность допроса указанных свидетелей в судебном заседании, однако данные лица отказались от дачи показаний, сославшись на то, что являются подсудимыми по другому уголовному делу, но которое связано одинаковыми обстоятельствами, суд принял данную позицию, однако обоснованно отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства об отложении рассмотрения уголовного дела до момента вынесения процессуального решения по уголовному делу в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО4, суд апелляционной инстанции соглашается с данным решением, поскольку, отказывая стороне защиты, суд исходил из принципа разумности сроков рассмотрения уголовного дела, указанное не свидетельствует о нарушении права ФИО22 на защиту. Кроме того, не было правовых оснований для отложения дела, предусмотренных в ст. 153 УПК РФ.

Уголовное дело по обвинению ФИО22 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 202 УК РФ, возбуждено 15 ноября 2017 года с соблюдением требований УПК РФ. Поводом к возбуждению в отношении ФИО22 уголовного дела послужило сообщение о преступлении - рапорт об обнаружении признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 202 УК РФ, и результаты проверки, проведенной в порядке ст.ст. 144 – 145 УПК РФ, в отношении нотариуса ФИО22

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ, изложенные в приговоре обстоятельства совершения преступления соответствуют обвинению, предъявленному органом предварительного расследования. В ходе судебного разбирательства дела стороны пользовались равными правами, активно выясняя все интересующие их вопросы. Допрошенные в суде очевидцы действий осужденной дали подробные последовательные показания, в связи с этим оснований для получения показаний свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4 у суда не имелось. Обвинение подтверждено собранными по делу иными доказательствами, в необходимом объеме приведенными в приговоре суда. Каких-либо данных о том, что указанные свидетели могли дать показания, существенно отличающиеся от показаний уже допрошенных лиц, в материалах дела не содержится, не приведено таких данных ни в апелляционной жалобе, ни в суде апелляционной инстанции. В связи с этим доводы адвоката в защиту осужденной ФИО22 о неполноте проведенного судебного разбирательства являются несостоятельными. Все исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства добыты с соблюдением положений уголовно-процессуального закона и соответствуют требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе адвоката, также не имелось.

Что касается доводов апелляционной жалобы относительно отказа суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты о допросе в качестве свидетеля ФИО14, исследования постановлений о привлечении в качестве обвиняемых ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО2, ФИО3, ФИО13, ФИО4, ФИО14, то суд обоснованно принял такое решение, поскольку они не относимы к обвинению ФИО22, являются процессуальными документами по другому уголовному делу, по которому в настоящее время не вынесено итоговое решение по делу, ФИО14 не являлся очевидцем обстоятельств, при которых ФИО22 совершала нотариальное действие с участием ФИО1, факт нахождения паспорта ФИО1 в сейфе следователя ФИО14 и выдача паспорта ФИО14 для совершения нотариального действия сторонами не оспаривается. При этом при изложении обстоятельств дела, действий, совершенных осужденной, потерпевшим, свидетелями по делу, суд первой инстанции не допустил выводов, которые бы предрешали виновность иных лиц.

Доводы адвоката о том, что суд необоснованно отказал в истребовании у нотариуса ФИО5 сведений об удостоверении ФИО1 доверенности на распоряжение теми же акциями в пользу тех же лиц, не влияют на законность и обоснованность приговора, поскольку указанные действия ФИО1 не являлись предметом доказывания по настоящему уголовному делу в отношении нотариуса ФИО22

Все доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО22 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 202 УК РФ, о соблюдении ею действующего законодательства о нотариате, в том числе возможность принятия заявки на совершение нотариального действия вне помещения нотариальной конторы от третьего лица, возможность присутствия третьих лиц при удостоверении доверенности, выяснение у ФИО1 его намерения на отчуждение акций, причин дарения акций, получение паспорта потерпевшего от третьего лица, невыяснение процессуального статуса ФИО1, являлись предметом проверки суда первой инстанции и мотивированно признаны им несостоятельными.

Вопреки доводам жалобы, по смыслу закона, преступление, предусмотренное ст. 202 УК РФ, является оконченным с момента наступления общественно опасных последствий, выражающихся в существенном вреде правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства. 

Со ссылкой на обстоятельства дела в приговоре приведено убедительное обоснование причинения в результате злоупотребления своими полномочиями ФИО22 существенного вреда правам и законным интересам потерпевшему ФИО1 с извлечением при этом выгод себя и других лиц.

Само по себе засвидетельствование нотариусом ФИО22 доверенности от имени ФИО1, предоставляющей ФИО3 право подарить ФИО19 

<

данные изъяты> принадлежащих ФИО1 обыкновенных акций 

<

данные изъяты>, нанесло существенный вред правам и законным интересам ФИО1 (вынужденного защищать их в судебном порядке), выразившийся в создании условий для перехода права собственности на принадлежащий ему контрольный пакет акций 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты> акций) другим лицам вопреки его воле.

Как верно установлено судом первой инстанции, сама обстановка совершения нотариального действия, а именно приглашение одним посторонним лицом ФИО2 в 

<

данные изъяты> к лицу ФИО1, общение по содержанию доверенности, составление ее проекта с другим посторонним лицом ФИО3, сам ФИО1, находящийся в наручниках, под конвоем, не имеющий при себе паспорта, неспособный пользоваться электронной почтой, действующий по указанию третьих лиц (указание ФИО3 фамилии одаряемого), предмет безвозмездного отчуждения в виде акций 

<

данные изъяты>, подразумевала не просто обоснованное наличие сомнений в добровольности волеизъявления лица ФИО1 в оформлении нотариального действия, а однозначно свидетельствует о вынужденности действий ФИО1.

В связи с чем те обстоятельства, что потерпевший ФИО1 прочитал текст доверенности, с ним согласился, возражений не высказал, заявление на выезд нотариуса и доверенность подписал собственноручно, на квалификацию действий ФИО22 не влияют.

При этом, как установлено судом первой инстанции и отражено в приговоре, ФИО22 понимала, что действует незаконно, вопреки задачам своей деятельности как нотариуса (содействие физическим и юридическим лицам в осуществлении их прав и защите законных интересов, разъяснение им прав и обязанностей, предупреждение о последствиях совершаемых нотариальных действиях, с тем, чтобы юридическая неосведомленность не могла быть использована им во вред), в целях извлечения выгод для себя – размер оплаченной услуги нотариуса в сумме 4000 рублей, что, вопреки доводам апелляционной жалобы, не соответствует требованиям ст. 333.24 НК РФ, и ее действия могут повлечь существенное нарушение прав и законных интересов ФИО1, сознательно допускала наступление таких последствий и относилась к ним безразлично.

Суд пришел к мотивированному выводу о доказанности наличия причинной связи между действиями ФИО22 и наступившими последствиями – создании условий для перехода права собственности на принадлежащие ему обыкновенные акции 

<

данные изъяты>» в количестве 

<

данные изъяты> штук, а также права собственности на имущество 

<

данные изъяты>, и, исходя из фактических обстоятельств дела, установленных в ходе судебного следствия, правильно квалифицировал действия ФИО22 по ч. 1 ст. 202 УК РФ.

Вопреки утверждению адвоката, то обстоятельство, что доверенность ФИО1 не отменена, не отозвана и не оспорена, а лицо, на которое была удостоверена доверенность, не воспользовалось предоставляемыми доверенностью правами, на квалификацию действий ФИО22 не влияет, так как ФИО1 обратился за защитой нарушенных прав.

В силу пункта 6 статьи 9 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», пункта 4 Указа Президента Российской Федерации от 6 марта 1997 года № 188 «Об утверждении Перечня сведений конфиденциального характера» информация, связанная с профессиональной деятельностью нотариуса, признана сведениями конфиденциального характера и может быть предоставлена третьим лицам в соответствии с федеральными законами и (или) по решению суда.

Специальным федеральным законом, регулирующим нотариальную деятельность, являются «Основы законодательства Российской Федерации о нотариате» (утв. ВС РФ 11 февраля 1993 года № 4462-1, с изменениями и дополнениями). Таким образом, сведения о совершенном нотариальном действии в отношении конкретного лица – ФИО1, составляют нотариальную тайну (статья 5 Основ) и могли быть предоставлены ограниченному кругу лиц, установленному законом. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что нотариусом ФИО22 не была нарушена тайна нотариального действия, суд вышел за рамки предъявленного обвинения, поскольку ФИО22 не вменялось распространение нотариусом ФИО22 сведений о содержании удостоверенного действия, нельзя признать обоснованными, поскольку судом установлено, что нотариус ФИО22, в нарушение «Кодекса профессиональной этики нотариусов в Российской Федерации» (предусмотрен ст. 6.1 Основ, утвержден Минюстом России 19 января 2016 года), в том числе пункта 2.2.2, в соответствии с которым нотариус обязан сохранять профессиональную тайну, осуществляла свою деятельность в условиях, не гарантирующих обеспечение сохранения нотариальной тайны, то есть вне помещения нотариальной конторы, в помещении не гарантирующем соблюдение тайны совершения нотариального действия, а после подписания доверенности ФИО1 и ФИО22, содержание нотариального действия было известно всем присутствующим в помещении лицам, как сотрудникам конвоя, также ФИО3 и ФИО18, в связи с чем указанные адвокатом доводы не влияют на законность принятого судом решения о доказанности виновности ФИО22 в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 202 УК РФ, и квалификацию ею содеянного, и не являются основанием для отмены пересмотра приговора в апелляционном порядке. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что не имеется доказательств принадлежности 

<

данные изъяты> акций 

<

данные изъяты> ФИО1, опровергаются материалами уголовного дела, поскольку, согласно информации генерального директора ООО 

<

данные изъяты>, ФИО1 принадлежат 

<

данные изъяты> акций 

<

данные изъяты> на основании договора дарения от 15 декабря 2015 года, который имеет государственную регистрацию, размер номинала одной акции составляет 500 рублей.

Что касается доводов апелляционной жалобы о том, что размер ущерба, указанный судом, не исследовался и не установлен, об отсутствии сведений о балансовой стоимости имущества 

<

данные изъяты> в размере 

<

данные изъяты>, опровергаются материалами уголовного дела, в котором имеется протокол осмотра предметов и документов, в том числе сведений из программного обеспечения «1С: Предприятие – Бухгалтерия 2015: 

<

данные изъяты>, подтверждающая указанную балансовую стоимость данного предприятия. Указанные доказательства были исследованы судом.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает законными и обоснованными выводы суда о том, что нотариус ФИО22 не обеспечила защиту прав и законных интересов ФИО1, и о том, что ее действия нанесли ущерб профессиональной деятельности нотариуса и подрыв доверия и престижа нотариата, поскольку органами следствия обвинение в причинении существенного вреда правам и законным интересам ФИО1, при установленных в приговоре обстоятельствах ФИО22 предъявлялось. Поэтому доводы стороны защиты о том, что суд вышел за пределы судебного разбирательства, противоречат материалам дела.

Нотариат в Российской Федерации служит целям защиты прав и законных интересов граждан и юридических лиц, обеспечивая совершение нотариусами, работающими в государственных нотариальных конторах или занимающимися частной практикой, предусмотренных законодательными актами нотариальных действий от имени Российской Федерации (часть первая статьи 1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате), что гарантирует доказательственную силу и публичное признание нотариально оформленных документов. Нотариальная деятельность не является предпринимательством и не преследует цели извлечения прибыли (часть шестая названной статьи); такая деятельность носит публично-правовой характер, а нотариальные действия, совершаемые как государственными, так и частными нотариусами от имени Российской Федерации, являются публично значимыми действиями.

Судом первой инстанции с достоверностью установлено, что ФИО22, являясь частнопрактикующим нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области, злоупотребила полномочиями нотариуса, использовала свои полномочия вопреки задачам своей деятельности, не исполнила свой служебный долг надлежащим образом п.2.1.2), не разрешила каких либо сомнений до совершения действия, не воздержавшись от него при наличии объективных оснований для сомнений в законности правильности нотариального действия ( п.2.1.3) поставив выше интересов ФИО1, не сохраняя независимости и беспристрастности перед обратившимся к ней другим лицом, в отношении которого ведется отдельное уголовное судопроизводство, совершила нотариальные действия, в целях извлечения выгод и преимуществ для себя – в виде получения вознаграждения за совершение нотариального действия, а также действуя в интересах другого лица, причинении существенного вреда правам и законным интересам – ФИО1, выразившегося в создании условий для перехода права собственности на принадлежащие ему обыкновенные акции 

<

данные изъяты> в количестве 

<

данные изъяты> штук, а также права на имущество 

<

данные изъяты>, другим лицам с причинением ему существенного вреда правам и законным интересам. 

Справедливо придя к выводу о доказанности вины осужденной ФИО22, суд дал правильную юридическую оценку ее действиям, квалифицировав их по ч. 1 ст. 202 УК РФ, как злоупотребление полномочиями частным нотариусом, то есть использование частным нотариусом своих полномочий вопреки задачам своей деятельности, в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц, нанесения вреда другому лицу, с причинением существенного вреда правам и законным интересам граждан, охраняемым законом интересам общества и государства.

Наказание ФИО22 назначено в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденной, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

Суд обоснованно установил, что по делу не имеется смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств. 

Проанализировав обстоятельства деяния и личность осужденной, суд пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО22 наказания в виде штрафа, не усмотрев оснований для назначения ей иного вида наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 202 УК РФ.

Соответствующие выводы надлежаще мотивированы в приговоре.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО22 наказание справедливым и соразмерным содеянному, полностью отвечающим задачам исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений.

Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционного представления, суд апелляционной инстанции полагает, что приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ суд должен мотивировать назначение дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в том случае, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве наказания за соответствующее преступление. Кроме того, статья 47 УК РФ в качестве дополнительного наказания предусматривает лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Суд первой инстанции, сославшись в описательно-мотивировочной части приговора на фактические обстоятельства дела и характер совершенного преступления, назначил осужденной дополнительное наказание в виде лишения права заниматься нотариальной деятельностью, сроком на 2 года, однако, правильно придя к выводу о назначении ФИО22 указанного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, не указал о применении части 3 ст. 47 УК РФ при назначении этого дополнительного наказания.

В связи с указанным приговор суда в этой части в отношении ФИО22 подлежит изменению, что не ухудшает положение осужденной, не нарушает ее право на защиту и не влияет на существо принятого решения.

В связи с изложенным, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств дела, данных о личности подсудимой, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить, что в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ назначено ФИО22 дополнительное наказание, не предусмотренное ч. 1 ст. 202 УК РФ, в виде лишения права заниматься определенной деятельностью – лишения права заниматься нотариальной деятельностью, сроком на 2 года.

Кроме того суд, приведя в приговоре выводы о том, что преступление, совершенное ФИО22, предусмотренное ч. 1 ст. 202 УК РФ, в соответствии со ст. 15 УК РФ относится к преступлениям небольшой тяжести, также обсудил возможность применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, предусматривающую изменение категории преступления на менее тяжкую, что невозможно, в связи с чем из описательно-мотивировочной части приговора вывод суда о невозможности применения ч. 6 ст. 15 УК РФ подлежит исключению, а доводы апелляционного представления прокурора подлежат удовлетворению. 

Кроме того, суд привел в приговоре обоснованные выводы о том, что по правилам ст. 78 УК РФ по совершенному ФИО22 преступлению истек срок привлечения к уголовной ответственности 12 июля 2018 года, вместе с тем суд допустил неправильное применение уголовного закона, освободив ФИО22 от уголовной ответственности, оставив без внимания несогласие подсудимой ФИО22 на прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков привлечения к уголовной ответственности. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционного представления государственного обвинителя о том, что в соответствии с требованиями ч. 8 ст. 302 УПК РФ, при условии несогласия осужденной ФИО22 с прекращением уголовного дела по ч. 1 ст. 202 УК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности за совершение преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, ФИО22 подлежит освобождению не от уголовной ответственности, а от уголовного наказания, назначенного приговором суда, о чем также необходимо внести соответствующие изменения.

В остальной части приговор в отношении ФИО22 является законным и обоснованным, оснований для его отмены и оправдании ФИО22, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе адвоката Ильиной М.И., не имеется.

Решение суда по гражданскому иску потерпевшего ФИО1 о компенсации морального вреда принято в соответствии с положениями ст.ст. 151, 1101 ГК РФ. Размер компенсации определен с учетом степени нравственных страданий потерпевшего, вызванных обстоятельствами происшедшего, действиями нотариуса, не отвечающего интересам потерпевшего, подорвавшими его доверие к нотариальной деятельности, вины осужденной, ее материального положения, требований разумности и справедливости.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.21, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Центрального районного суда г.Кемерово от 13 декабря 2018 года в отношении ФИО22 изменить:

- уточнить, что осужденной ФИО22 в соответствии с ч.3 ст. 47 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью - лишения права заниматься нотариальной деятельностью сроком на два года;

- уточнить, что на основании ст. 78 УК РФ ФИО22 освобождена от назначенного наказания по ч. 1 ст. 202 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

- из описательно-мотивировочной части приговора исключить указание об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление удовлетворить, в удовлетворении апелляционной жалобы адвоката Ильиной М.И. в защиту интересов осужденной ФИО22 отказать

Судья: И.Г. Билоград