дело № 2-254/19

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 ноября 2019 года г. Сенгилей

Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в составе судьи Горбачевой Т.Ю., при секретаре Нечепуренко И.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Требования мотивированы тем, что в отношении ФИО2 судебным приставом – исполнителем ОСП по Сенгилеевскому району УФССП по Ульяновской области возбуждено исполнительное производство №-ИП о взыскании с ответчика ФИО2 в ее пользу материального ущерба.

Сумма задолженности до настоящего времени должником не погашена.

До 02.08.2017 в собственности ФИО2 находилось следующее недвижимое имущество: земельный участок и расположенный на нем жилой дом по адресу: 

<

адрес>.

Судебным приставом – исполнителем запрета на осуществление регистрационных действий в отношении данных объектов недвижимости не выносилось, и ФИО2 02.08.2017 подарил указанное недвижимое имущество своей внучке – ФИО3

Просит признать недействительным договор дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, от 02.08.2017, применить последствия недействительности сделки.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дне и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Представитель истца ФИО4, участвующий в деле на основании доверенности от 10.09.2015, в судебном заседании исковые требования поддержал, в обоснование привел доводы, изложенные в иске.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО5, участвующий в деле по ордеру № 68 от 15.10.2019, исковые требования не признал, в удовлетворении иска просил отказать. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о дне и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО6, участвующий в деле по ордеру № 73 от 14.11.2019, в удовлетворении исковых требований просил отказать, поскольку оснований для признания договора дарения недействительным, не имеется. Суду пояснил, что ФИО3 является собственником спорного недвижимого имущества. Как собственник она осуществляет права и обязанности, предусмотренные действующим законодательством, в том числе оплачивает налоги, а также воспользовалась своим правом и обратилась в суд с иском к ФИО1 об устранении препятствий в пользовании земельным участком.

Суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 1 ГК РФ, гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Пунктом 2 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделкой признаются действия граждан, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 2 ст. 209 ГК РФ определено, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

На основании п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ, ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если это не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из письменных материалов дела, решением Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от 30.06.2017 с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскан материальный ущерб в размере 1 547 589 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размере 15 937,94 руб.

Решение вступило в законную силу 19.09.2017.

11.10.2017 судебным приставом – исполнителем ОСП по Сенгилеевскому району УФССП по Ульяновской области возбуждено исполнительное производство №-ИП; 12.10.2017 – вынесено постановление об обращении взыскания на пенсию должника. 

Согласно материалам исполнительного производства, в счет долга с ФИО2 взыскано – 78 236,23 руб., остаток долга – 1 594 737,60 руб.

Судом установлено, что 02.08.2019 между ФИО2 и ФИО3 заключен договор дарения земельного участка и жилого дома. По условиям указанного договора, ФИО2 передал в собственность, а ФИО3, как одаряемая, приняла в дар земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенной использование: индивидуальное жилищное строительство, общей площадью 575 кв. м., кадастровый № и расположенный на нем жилой дом, общей площадью 53,8 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>.

Дарение осуществлено с согласия супруги ФИО7

Право собственности ФИО3 на указанное недвижимое имущество зарегистрировано 11.08.2017, о чем свидетельствует выписка из ЕГРН.

Согласно выписки из ЕГРН, в период до 12.11.2019 ФИО2 принадлежало на праве собственности следующее недвижимое имущество: жилой дом и земельный участок по адресу - 

<

адрес>. Дата государственной регистрации прекращения права – ДД.ММ.ГГГГ.

Сведений о принадлежности ФИО2 иного недвижимого имущества на праве собственности, суду не представлено. 

Как указывалось выше, в соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Применительно к сделкам, оспариваемым по основанию мнимости, Пленум Верховного Суда РФ в абз. 2 п. 86 Постановления от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса РФ" разъяснил, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Исходя из смысла указанных положений закона, в случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых последствий, направленных на возникновение, изменение, прекращение прав и обязанностей.

Между тем, доказательств, подтверждающих, что при совершении договора дарения подлинная воля сторон не была направлена на наступление последствий, свойственных содержанию сделки, истцом не представлено.

Из письменных материалов дела усматривается, что ФИО3 как собственник исполняет обязанности по оплате налога на объекты недвижимости.

Кроме того, в судебном заседании также установлено, что 31.07.2019 ФИО3, как собственник недвижимого имущества по адресу: 

<

адрес>, обращалась в администрацию МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области с заявлением о проведении осмотра строительства жилого дома по адресу: 

<

адрес>, и принятии мер об устранении имеющихся нарушений.

22.08.2019 ФИО3 обратилась в Сенгилеевский районный суд Ульяновской области с иском к ФИО1 об устранении препятствий в пользовании земельным участком.

Решением суда от 08.10.2019 исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, на ФИО1 возложена обязанность об изменении конфигурации кровли домовладения по адресу: 

<

адрес>, с ориентацией ската на свой земельный участок.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что воля сторон по сделке была направлена на создание правовых последствий, которые наступают при совершении договора дарения, фактическая передача имущества произведена. ФИО3, как собственник, оплачивает налоги, обратилась в суд с указанным выше иском в защиту своих прав, то есть сторонами совершены действия, влекущие наступление правовых последствий, подтверждающие намерение и волеизъявление сторон на совершение сделки.

Изложенные обстоятельства не дают оснований полагать, что действия ответчика по заключению оспариваемого договора дарения являлись незаконными и были совершены исключительно с целью избежать возможного обращения взыскания на указанное имущество.

Достоверных и убедительных доказательств мнимости оспариваемого договора дарения объектов недвижимости истцом не представлено, воля сторон при заключении спорного договора была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки, после заключения договора наступили соответствующие правовые последствия.

Нельзя признать злоупотреблением правом действия собственника имущества по его владению и распоряжению, которое ничем не ограничено. Наличие у гражданина неисполненных обязательств не лишает его права распорядиться принадлежащим ему имуществом.

Более того, договор дарения жилого помещения заключенный между ФИО2 и ФИО3 прав и законных интересов ФИО1 не нарушает. Наличие родственных связей между дарителем и одаряемым, не лишает граждан правоспособности и не ограничивает совершение гражданско-правовых сделок.

При этом, суд отмечает, что условия и порядок принудительного исполнения судебных актов определяет Федеральный закон от дата № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", согласно ст. 2 и 4 которого задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, принципами его осуществления - законность, своевременность совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения, уважение чести и достоинства гражданина, неприкосновенность минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи.

Мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу. В частности, к таким мерам относятся обращение взыскания на имущество должника, в том числе на денежные средства и ценные бумаги (ч. 1 и п. 1 ч. 3 ст. 68 поименованного Закона).

Одновременно федеральный законодатель в ч. 1 ст. 79 Закона № 229-ФЗ установил запрет на обращение взыскания на принадлежащее должнику-гражданину на праве собственности имущество, перечень которого установлен ГПК РФ.

Частью 1 ст. 446 ГПК РФ установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением жилого помещения, являющегося предметом ипотеки.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что запрет обращать взыскание по исполнительным документам на определенные виды имущества обусловлен стремлением федерального законодателя путем предоставления гражданину-должнику имущественного (исполнительского) иммунитета сохранить ему и находящимся на его иждивении лицам условия, необходимые для достойного существования, что такое правовое регулирование выступает процессуальной гарантией социально-экономических прав этих лиц в сфере жилищных правоотношений, осуществлено федеральным законодателем в рамках предоставленных ему дискреционных полномочий и само по себе не может рассматриваться как чрезмерное ограничение прав кредитора.

В подтверждение мнимости сделки представитель истца указывает на тот факт, что договор дарения между сторонами был заключен через непродолжительный период времени после вынесения судебного решения. 

Данный довод представителя истца суд считает несостоятельным.

Судом установлено и подтверждено представленными в материалы дела доказательствами, что договор дарения был заключен сторонами 02.08.2017, переход права собственности на объекты недвижимости произведен в установленном законом порядке 11.08.2017, т.е. правовые последствия совершенной сделки были достигнуты до вступления решения от 30.06.2017 в законную силу. Обеспечительных мер в отношении спорных объектов недвижимости не предпринималось, запреты на совершение регистрационных действий судебными приставами – исполнителями не выносились.

Факт регистрации ФИО2 и ФИО7 по адресу спорного объекта недвижимости также не является основанием для признания договора недействительным. 

Как пояснил ФИО2 в судебном заседании 31.10.2019, они с супругой проживают у дочери. С регистрации по адресу: 

<

адрес>, они не снимались, поскольку в собственности жилого помещения не имеют. Недвижимое имущество передал внучке по договору дарения, поскольку денежных средств и физической возможности в силу возраста, для восстановления жилого дома после пожара у него нет. 

Факт отчуждения ФИО2 19.07.2017 транспортного средства 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № в собственность ФИО8 не является предметом рассмотрения данного спора и не может служить основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

Обращение ФИО7 в администрацию МО «Сенгилеевский район» с письменным заявлением о проведении осмотра строительства жилого дома по адресу: 

<

адрес>, также не доказывает мнимость сделки. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ульяновского областного суда через Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья: Горбачева Т.Ю.